home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 61

Леони пробежала через площадь Гамбетты, по тропинкам и дорожкам, блестевшим лужами дождевой воды под бледными лучами солнца, потом обогнула уродливое муниципальное здание и попала в центр Бастиды. Она почти не замечала суматохи, царившей в городе. На улицах было полно народу, под ногами людей струи воды крутили мусор, смытый с холмов силой бури.

Она только теперь начала задумываться о последствиях своей дневной прогулки. Злые упреки Анатоля звучали у нее в голове, пока она торопливо пробиралась по затопленным улицам. Нервы у нее натянулись как готовые порваться струны.

«И все равно я ни о чем не жалею!»

Она не сомневалась, что будет наказана за непослушание, но не могла, не кривя душой, сказать, что лучше бы никуда не ходила.

Подняв взгляд на табличку с названием, она обнаружила, что попала на улицу Куртежар, а не на Каррьер Маж, куда ей было нужно. Да, она совсем заблудилась. План города промок насквозь и расползался в руках. Чернила растеклись, так что прочитать названия улиц стало невозможно. Леони свернула направо, потом налево, в поисках знакомых примет, но все витрины были закрыты наглухо по случаю плохой погоды, а все узкие улицы Бастиды выглядели одинаково.

Она несколько раз сворачивала не туда, так что прошел добрый час, прежде чем показалась церковь Сен-Винсент, а от нее уже легко было найти улицу Порт и отель. Взлетая по ступеням парадного входа, она услышала, как часы собора пробили шесть.

Она ворвалась в вестибюль, надеясь хотя бы успеть проскочить в свою комнату и переодеться в сухое прежде, чем предстать перед братом. Но Анатоль стоял у самых дверей — вернее, расхаживал взад-вперед, крепко сжав в пальцах сигарету.

При виде сестры он бросился к ней, схватил за плечи и хорошенько встряхнул.

— Где тебя носило? — бушевал он. — Я чуть с ума не сошел!

Леони стояла столбом, онемев от его ярости.

— Ну? — подстегнул он.

— Я… мне очень жаль. Меня застала гроза…

— Не шути со мной, Леони! — заорал он. — Я яснее ясного запретил тебе выходить одной. Ты под каким-то нелепым предлогом отослала Мариету и тут же исчезла. Где, во имя Господа, ты была? Говори, черт тебя возьми!

Леони широко раскрыла глаза. Никогда до сих пор брат при ней не сквернословил. Ни разу. Никогда.

— С тобой могло случиться что угодно! Молоденькая девушка одна в незнакомом месте… Все, что угодно!

Леони оглянулась на хозяина, прислушивавшегося с нескрываемым интересом.

— Пожалуйста, Анатоль, — прошептала она, — я все объясню. Только пойдем куда-нибудь, где нет людей. В наши комнаты. Я…

— Ты меня не послушалась, ушла из Бастиды? — Он снова встряхнул ее. — Ну, отвечай!

— Нет, — солгала Леони, слишком испуганная, чтобы признаться начистоту. — Я гуляла по площади Гамбетты и любовалась архитектурой Бастиды. Я и вправду послала Мариету за зонтом — я знаю, не надо было этого делать, — но когда началась гроза, я подумала, что ты бы разрешил мне спрятаться, чем ждать под дождем. Она тебе рассказала, что мы пошли на Каррьер Маж искать вас?

Анатоль помрачнел еще больше.

— Нет, об этом она меня не уведомила, — буркнул он. — Так вы нас видели?

— Нет, я…

Анатоль снова накинулся на нее.

— Если и так, дождь уже больше часа как кончился. Мы сговорились встретиться здесь полшестого. Или ты забыла?

— Я помнила, но…

— В этом городе невозможно не замечать времени. Здесь на каждом шагу слышен бой колоколов. Не лги мне. Леони, не прикидывайся, будто не знала, что уже так поздно. Все равно не поверю.

— Я и не собиралась, — жалким голосом пролепетала она.

— Где ты пряталась от дождя?

— В церкви, — быстро ответила она.

— В какой церкви? Где?

— Не знаю, — ответила Леони. — Где-то около реки.

Анатоль сгреб ее за локоть.

— Ты правду говоришь, Леони? Ты ходила за реку в крепость?

— Церковь была не в крепости, — правдиво ответила она, чувствуя, что не может сдержать выступивших на глаза слез. — Прошу тебя, Анатоль, ты делаешь мне больно.

— И никто к тебе не подходил? Никто не угрожал? Не сделал ничего плохого?

— Ты же видишь, что нет, — сказала она, пытаясь выдернуть руку.

Он уставился на нее. В его глазах сверкало бешенство, до какого ей прежде не часто случалось его довести. Потом он вдруг выпустил ее и чуть ли не оттолкнул от себя.

Холодные пальцы Леони незаметно скользнули в карман, где лежала визитка мсье Константа.

«Если бы брат сейчас ее нашел…»

Он отступил на шаг от сестры.

— Ты меня разочаровываешь, — произнес он так отчужденно и равнодушно, что холод пронизал Леони насквозь. — Постоянно, стоит мне на тебя положиться, как ты устраиваешь что-то в подобном роде.

Леони повесила голову.

— Извини, — сказала она.

Он отвернулся.

— Иди к себе и собирай вещи.

«Нет, только не это!»

Она вскинула на него взгляд. Теперь она готова была к бою.

— Собирать вещи? С какой стати?

— Не спрашивай, Леони, иди и делай, что тебе сказано.

Если они уедут сегодня вечером, она не сумеет завтра встретиться с Виктором Константом на площади Гамбетты. Леони еще не решила, пойдет ли она туда, но хотела, чтобы решение осталось за ней.

«Что он подумает, если я не приду на концерт?»

Леони бросилась к Анатолю и вцепилась в него.

— Пожалуйста, ну, умоляю, я же извинилась. Накажи меня, если хочешь, только не так. Я не хочу уезжать из Каркассона.

Он сбросил ее руки.

— Предупреждают, что надвигаются новые грозы и возможно наводнение. Ты тут ни при чем, — сказал он. — Благодаря твоему самовольству мне пришлось отправить Изольду на станцию с Мариетой.

— Но как же концерт? — воскликнула Леони. — Я хочу остаться. Пожалуйста! Ты обещал!

— Иди собирайся! — отчеканил он.

Леони все еще не смирилась.

— Что такое случилось, что мы так срываемся с места? — резко спросила она. — Это из-за встречи Изольды с адвокатом?

Анатоль отшатнулся, будто она его ударила.

— Ничего не случилось.

Почему-то он больше не кричал на нее. Лицо его смягчилось.

— Будут еще концерты, — сказал он гораздо ласковее и хотел даже обнять сестру, но та оттолкнула его от себя.

— Я тебя ненавижу! — выкрикнула она.

Слезы брызнули у нее из глаз, и Леони, даже не пытаясь их скрыть, взбежала по лестнице к себе в комнату, бросилась ничком на кровать и бурно разрыдалась.

«Я не поеду. Не поеду!»

Но она понимала, что ничего не может сделать. Своих денег у нее почти не было. Какова бы ни была настоящая причина их внезапного отъезда — плохую погоду она как оправдание не принимала, — выбора у нее не было. Он решил наказать ее за самостоятельность и выбрал для этого самый надежный способ.

Выплакавшись, Леони подошла к шкафу, чтобы взять что-нибудь сухое переодеться, и с изумлением обнаружила его пустым. В шкафу остался только ее дорожный плащ. Она бросилась в смежную комнату номера и увидела, что и там пусто — Мариета собрала почти все вещи.

Все такая же несчастная, чувствуя, как липнет к телу и царапает кожу промокшая одежда, она собрала несколько принадлежащих лично ей мелочей, оставленных Мариетой на туалетном столике, набросила плащ и вылетела в коридор, где тут же столкнулась с Анатолем.

— Мариета не оставила мне никакой одежды, — возмутилась она, сверкая глазами от ярости. — Я промокла, мне холодно.

— Хорошо, — ответил он, скрываясь за дверью напротив и захлопывая ее за собой.

Леони развернулась на каблуках и, громко топая, вернулась в свою комнату.

«Я его ненавижу!»

Она ему покажет! Она старалась вести себя как положено и соблюдать приличия, но Анатоль вынуждает ее на крайние меры. Она пошлет мсье Константу письмо, объяснит, почему не может лично встретиться с ним. Пусть хоть он о ней плохо не думает. Может, он даже напишет ответ, выразит сожаление, что их знакомство так скоро оборвалось.

Ее лицо разгорелось от отчаянной решимости. Леони бросилась к конторке и схватила листок бумаги и перо. Быстро, пока не иссякла отвага, она набросала несколько строчек: «Она сожалеет… возможно, она сможет получить его письмо в почтовой конторе Ренн-ле-Бен, если он сочтет нужным подтвердить получение ее записки». Она еще не настолько забылась, чтобы предложить писать прямо на адрес Домейн-де-ла-Кад.

Анатоль будет в ярости!

Леони было все равно. Так ему и надо. Если он упорно обращается с ней, как с ребенком, так она и будет себя вести. Если он не позволяет ей решать за себя, она отныне не интересуется его мнением.

Она запечатала конверт и надписала адрес. Помедлив минуту, достала из сумочки стеклянный флакончик духов и капнула ими на записку, подражая героине своего любимого романа. Потом она поднесла конверт к губам, оставив свой след на белой бумаге.

Вот. Дело сделано!

Теперь осталось только незаметно для Анатоля передать письмо хозяину отеля, чтобы его доставили к назначенному часу и вручили завтра мсье Константу на площади Гамбетты.

Потом останется только ждать, что будет.


Анатоль в спальне напротив сидел, обхватив голову ладонями. В кулаке у него было скомканное письмо, переданное через служащего отеля за полчаса до появления Леони.

Едва ли это можно было назвать письмом. Всего пять слов, поразивших его как кинжалом.

«Это еще не конец».

Не было ни подписи, ни обратного адреса, но Анатоль, к несчастью, слишком хорошо понимал, что это значит. Ответ на единственное слово, записанное на последней страничке его дневника, оставленного в Париже.

«Конец».

Он в отчаянии вскинул голову, его карие глаза ярко блестели. Щеки запали и побледнели от нанесенного удара.

Каким-то образом Констант узнал. Узнал, что похороны на Монмартрском кладбище были фальшивыми и что Изольда жива, больше того, что она здесь, с ним, в Миди.

Анатоль взъерошил пальцами волосы. Как? Как мог Констант узнать, что они в Каркассоне? Об их поездке в город и тем более об этом отеле не знал никто, кроме него, Изольды, Леони и их домашних слуг.

Адвокат знал… И священник.

Только не о том, в каком отеле они остановились.

Анатоль заставил себя собраться. Нельзя тратить силы, гадая, как их обнаружили. Сейчас некогда обдумывать, как Констант сумел их найти — об этом можно будет подумать потом, — надо решать, что делать сейчас.

Он ссутулился, вспоминая сломленный взгляд Изольды. Он все бы отдал, чтобы скрыть от нее письмо, но она вошла в тот самый момент, когда ему вручили записку, и он не сумел утаить правду.

Счастье этого дня рассыпалось пеплом в руках. Надежды на новую жизнь, когда не надо будет таиться и бояться, проскользнули между пальцами.

Он собирался сегодня вечером сообщить Леони радостную новость. Анатоль нахмурился. После сегодняшней ее выходки он не станет этого делать. Его решение скрыть от нее венчание оправдалось. Она доказала, что ей невозможно доверять.

Анатоль шагнул к окну, раздвинул деревянные пластинки жалюзи и выглянул наружу. На улице было пусто, только какой-то пьяница, завернувшись в старую солдатскую шинель, спал, свернувшись под стеной дома напротив.

Он опустил жалюзи.

Они даже не знают, в Каркассоне ли сам Констант. А если нет, то насколько он близко. Инстинкт подсказывал ему, что лучше немедленно вернуться в Ренн-ле-Бен. Анатоль еще цеплялся за хрупкую надежду, что, знай Констант о существовании Домейн-де-ла-Кад, он отправил бы письмо прямо туда.


Глава 60 | Святилище | Глава 62