home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Цели и задачи «Особого штаба Ф» и «соединения 288»

Известно, что еще задолго до вторжения в СССР главное командование вооруженных сил Германии — вермахта (ОКВ) при участии Министерства иностранных дел рейха планировало проведение многоплановых стратегических операций по всему земному шару. В директиве ОКВ № 32 от 11 июня 1941 года, которая называлась «Подготовка к периоду после осуществления плана „Барбаросса“», германской армии предписывалось в конце осени 1941 года и зимой 1941–1942 годов продолжать борьбу с Англией на Ближнем и Среднем Востоке «путем скоординированных наступлений из Ливии через Египет, а также из Болгарии через Турцию и с Кавказа через Иран в Ирак»[44].

Именно для реализации этих целей еще в мае 1941 года был создан рабочий «Особый штаб Ф» во главе с генералом авиации Гельмутом Фельми[45]. В задачи штаба входило руководство диверсионной деятельностью, агентурной разведкой, специально сформированными особыми национальными воинскими частями и подразделениями на Ближнем и Среднем Востоке, а также на Кавказе. Местом дислокации «Особого штаба Ф» был избран лагерь на мысе Сунион в Южной Греции.

21 июня 1941 года в дополнение к директиве № 32 была выпущена директива № 32а «Обязанности зондерштаба Ф» (генерал авиации Фельми). В этом документе подчеркивалось, что военное вторжение на Ближний и Средний Восток в нужное время предполагается дополнить специально спровоцированными волнениями и восстаниями[46].

Генерал Фельми, по первой букве фамилии которого штаб и получил свое наименование, считался в нацистской Германии знатоком Востока. Он долго служил военным инструктором в Турции и некоторое время — в странах тропической Африки[47]. Начальником штаба у Фельми был майор Рикс Майер, в некоторой степени авантюрист, с претензией на блестящее знание Ближнего Востока, как и сам Фельми. Он также служил в Турции, полулегально действовал в Палестине, Иране, Алжире. К «штабу Ф» был прикомандирован представитель армейской контрразведки, офицер по особо важным поручениям полковник Риттер фон Нидермайер. В этот период в составе «Особого штаба Ф» помимо контингента из арабских и других ближневосточных националистов (первоначально в лагерь на мыс Сунион прибыли 27 арабов-националистов для прохождения военной подготовки, а в дальнейшем намечалось довести их число до 200) было 20 офицеров, 200 унтер-офицеров и рядовых вермахта.

По рекомендации Министерства иностранных дел Германии и лично самого министра Риббентропа «особоуполномоченным по арабским странам» при «Особом штабе Ф» был назначен генерал Гробба. В его обязанности наряду с другими вменялась довольно ответственная миссия — обеспечение координации действий двух конкурирующих и даже иногда враждующих между собой ведомств рейха: Верховного главного командования вооруженных сил (вермахта) и Министерства иностранных дел. В вопросах политики Германии на Ближнем и Среднем Востоке генералу Гробба отводилась не последняя роль. Выбор Риббентропа не был случайным. С октября 1932 года Гробба занимал пост германского посланника в Багдаде, с 1 января по 3 сентября 1939 года — посланника в Саудовской Аравии. С начала Второй мировой войны до февраля 1943 года, то есть до сталинградского поражения вермахта и разгрома группы армий «А» на Кавказе, Гробба квалифицированного выполнял свои обязанности на посту «особоуполномоченного по арабским странам». Кроме того, он был ответственным за пребывание в нацистской Германии муфтия Палестины Амина аль-Хусейни, бывшего премьер-министра Ирака Рашида Али аль-Гайлани и одного из лидеров сирийских националистов майора Фаузи Каукджи. Гробба одновременно занимал также и другие, не менее важные посты. Так, он был ответственным по вопросам Ирака, а с начала 1942 года стал председателем «арабского комитета» в Министерстве иностранных дел Германии.

Главным руководящим документом для Фельми являлась «Служебная инструкция „Особому штабу Ф“», разработанная и подписанная 21 сентября 1941 года заместителем — начальником штаба оперативного руководства вермахта генералом Варлимонтом. Согласно инструкции, «Особый штаб Ф» с его многочисленными учреждениями и разведывательно-войсковыми подразделениями включался «в планирование всех мероприятий на арабской территории», иначе говоря, был наделен и «правами центральной инстанции, занимающейся всеми вопросами арабского мира, касающимися вермахта»[48]. В инструкции имелся раздел «Использование арабского освободительного движения», в котором давались указания о действиях в Ираке, Сирии, Палестине, Трансиордании и других странах Арабского Востока. Этот раздел, в отличие от директивы ОКВ № 32, с предельной ясностью свидетельствовал о том, что вкладывали нацисты в понятие «германо-арабское военное сотрудничество»[49].

Создание «Особого штаба Ф» было напрямую связано с попыткой пронацистских сил совершить переворот в Ираке.

Англо-иракский договор 1930 года предоставлял британцам, в частности, право держать в мирное время авиабазы близ Басры и в Хаббании и перевозить в любое время вооруженные силы и грузы. Договор предусматривал также предоставление английскому командованию во время войны всех условий для переброски королевских вооруженных сил, включая использование железных дорог, рек, портов и аэродромов. Когда началась война, Ирак разорвал дипломатические отношения с Германией, но не объявил ей войны, а когда в войну вступила Италия, иракское правительство даже не порвало с ней отношения. Таким образом, итальянская миссия в Багдаде стала для держав «оси» главным центром пропаганды и разжигания антианглийских настроений. В этом ей помогал небезызвестный иерусалимский муфтий Амин аль-Хусейни, бежавший из Палестины незадолго до начала войны, а затем получивший убежище в Багдаде. В марте 1941 года сотрудничавший с немцами Рашид Али аль-Гайлани стал премьер-министром Ирака и начал с тремя видными иракскими офицерами подготавливать заговор. Эту четверку прозвали «золотым квадратом». В конце марта регент Ирака Эмир Абдулла Илах, сочувствовавший англичанам, бежал из Багдада.

Британское военно-политическое руководство, аппелируя к договору 1930 года, решило защитить свои объекты в Ираке. 18 апреля пехотная бригада и полк тюлевой артиллерии, не встретив никакого сопротивления, высадились в Басре под прикрытием английского батальона, который накануне был доставлен в Шуайбу на самолетах. Более крупные силы находились на подходе.

Иракское руководство, по-своему трактуя договор 1930 года, запретило англичанам новые высадки и решило силой ликвидировать британские базы.

Первое сражение произошло за учебную авиабазу в Хаббании (Иракская пустыня). В полевом лагере этой авиачасти находилось не только 2200 военных, но и 9000 штатских лиц, в том числе женщины и дети, эвакуированные из Багдада. Сухопутная оборона 7-мильного плацдарма, обнесенного одной лишь проволочной изгородью, осуществлялась только одним пехотным батальоном. На аэродроме базировались 82 самолета устаревших марок. 30 апреля иракские войска из Багдада появились на плато, с которого просматривались и аэродром, и лагерь на расстоянии какой-нибудь мили. Общая численность иракцев составляла около 9 тысяч человек при 50 орудиях. Следующие два дня прошли в бесплодных переговорах, а на рассвете 2 мая сражение началось. Эскадрильи летной школы вместе с бомбардировщиками «Веллингтон», прилетевшими с другой авиабазы — Шуайба в Персидском заливе, — атаковали иракские войска на плато. Те ответили обстрелом лагеря и налетами своей авиации, сбросившей бомбы и обстрелявшей лагерь из пулеметов. 22 британских самолета было выведено из строя, 40 солдат погибло. Но самолеты авиашколы продолжали вылетать для обстрела иракских позиций. Арабы так и не развернули наступления пехоты, и постепенно иракские батареи были подавлены. Более того — завидев самолеты, арабские части поспешно разбегались. Ночью 3 и 4 мая подразделения британских войск из Хаббании нанесли удар по иракцам, а к 5 мая, после четырехдневных атак английской авиации, противник не выдержал. В эту ночь он отступил с плато. Его преследовали, и в результате весьма успешного боя было захвачено 400 пленных, 12 орудий, 60 пулеметов и 10 бронеавтомобилей. Неприятельская колонна, двигавшаяся на помощь из Эль-Фаллуджи, была перехвачена в пути и уничтожена 40 английскими самолетами, посланными с этой целью из Хаббании. Таким образом, к 7 мая осада Хаббании была снята. Защитники получили в помощь истребители из Египта; английские женщины и дети были вывезены на самолетах в Басру. Иракская авиация, насчитывавшая около 60 самолетов, была фактически уничтожена.

Однако еще 2 мая Рашид Али обратился к Гитлеру с просьбой о вооруженной помощи. Немцы решили осуществлять ее с территории Сирии, которая контролировалась властями Виши. Уже 3 мая германскому посольству во Франции было поручено получить от вишистов разрешение на переброску через Сирию самолетов и военных материалов для войск иракского режима. 5 и 6 мая адмирал Дарлан заключил с немцами предварительное соглашение, по которому три четверти военной техники, собранной в Сирии под контролем итальянской комиссии по перемирию, переправлялось в Ирак, а германская авиация получала возможность пользоваться взлетно-посадочными площадками в Сирии. Вишистскому комиссару и главнокомандующему генералу Денцу были даны соответствующие инструкции, и с 9 мая до конца месяца на сирийских аэродромах приземлилось около 100 немецких и 20 итальянских самолетов. 13 мая германская авиация стала садиться уже на территории Ирака — на Мосульском аэродроме.

Но британцы «закусили удила», решив даже ценой больших потерь сбросить прогерманский режим в Ираке. 14 мая королевским ВВС было приказано действовать против германских самолетов в Сирии и на французских аэродромах. 18 мая в Хаббанию прибыл авангард так называемого «хаббанийского отряда» — моторизованной бригадной группы из Палестины, чтобы возобновить наступление на противника, удерживающего в Эль-Фаллудже мост через Евфрат. Наступление на Эль-Фаллуджу авангарда «хаббанийского отряда» и сухопутных частей гарнизона Хаббании произошло 19 мая. Наводнение закрыло прямой доступ с запада, и поэтому небольшие колонны переправились через реку выше города на пароме, чтобы отрезать защитникам путь отступления. Другой отряд высадил авиадесант, чтобы перерезать дорогу на Багдад. Ожидалось, что это наряду с воздушной бомбардировкой заставит иракцев, силы которых составляли примерно одну бригаду, сдаться или разбежаться. Но в конце концов позиции неуступчивого противника пришлось штурмовать пехоте, а мостом овладел специально подготовленный отряд. Было взято около 300 пленных. Предпринятая через три дня контратака иракских войск была отбита.

Пока англичане готовились к сухопутному наступлению на Багдад, королевская авиация уничтожила почти все германские самолеты, базировавшиеся на северных аэродромах Ирака. Позже появилась эскадрилья итальянских истребителей, но она ничего не добилась.

Германский офицер, которому было поручено координировать действия авиации стран «оси» с проводимыми операциями иракских войск, сын генерал-фельдмаршала Бломберга, из-за ошибки своих же союзников приземлился в Багдаде с пулей в голове. Но немцы еще надеялись на успех.

21 мая 1941 года Гитлер решил направить в Ирак германскую военную миссию под командованием генерала Фельми. Вместе с военными инструкторами она составляла около 40 офицеров, унтер-офицеров и рядовых. Но сделать что-либо существенное было уже поздно. Полученные Фельми от «фюрера» строжайшие инструкции датировались 23 мая (следовательно, миссия прибыла в Ирак еще позднее), а к этому времени все шансы на успешное вмешательство держав «оси» были исчерпаны.

Наступление британских войск на Багдад, начавшееся ночью 27 мая, развивалось медленно из-за сильных разливов и взорванных мостов через многочисленные оросительные каналы. Около 30 мая передовые части англичан достигли окраин Багдада. Хотя войска были малочисленны, а в городе находилась иракская дивизия, появление их настолько напугало Рашида Али аль-Гайлани и его компаньонов, что они в тот же день бежали в Иран в сопровождении других заговорщиков — германского и итальянского посланников и бывшего иерусалимского муфтия Амина аль-Хусейни. На следующий день, 31 мая, было подписано перемирие, регент Ирака был восстановлен на своем посту, а к власти пришло новое правительство.

Оккупировав Ирак, британцы принялись за Сирию. Войска Британского Содружества, сосредоточенные для оккупации этой страны, состояли из 7-й австралийской пехотной дивизии, частей 1-й моторизованной кавалерийской дивизии, индийской 5-й пехотной бригады и войск Свободной Франции, состоявших из 6 батальонов. Для обеспечения операции привлекалось около 70 самолетов, 2 крейсера, 10 эсминцев и мелкие суда. Силы Виши состояли из 18 батальонов со 120 орудиями и 90 танками — в общей сложности 35 тысяч человек, — авиации, насчитывавшей 90 самолетов, и военно-морских сил в составе двух эсминцев и трех подводных лодок, базировавшихся на Бейрут (ныне Ливан). Немцы были поглощены сражением за Крит и встревать в это сражение не хотели. Более того, 2 июня ответственному сотруднику МИДа Германии Р. Рану было поручено передать Фельми решение Гитлера, в котором содержался приказ отозвать немецких специалистов из Сирии[50]. Без германо-итальянской поддержки вишистский режим в Сирии не смог оказать длительного сопротивления, тем более что на помощь британской наступательной группировке двигались дополнительные силы из Ирака — две бригады 6-й британской пехотной дивизии, две бригады 10-й индийской пехотной дивизии и бригадная группа из 1-й кавалерийской дивизии. 21 июня, после трехдневных ожесточенных боев, австралийцы захватили столицу Сирии — Дамаск. Их наступлению помог смелый рейд отряда «коммандос» за номером 11, высадившихся с моря в тылу врага.

12 июля в 8 часов 30 минут вишистские посланцы явились просить перемирия. Оно было заключено, а Сирия перешла под оккупацию союзников. Но арабский контингент для усиления «Особого штаба Ф» был сохранен. Сирийских арабов, вербовкой которых специально занимался Ран[51], после прохождения специальной военной подготовки, включили в состав воинских подразделений Корпуса особого назначения «Ф».

ОКВ установило в странах арабского Востока тесные контакты с лидерами пронацистских правительств и главами мусульманского духовенства, используя их антибританские настроения в своих целях. Войдя в сговор с немцами, эти арабские деятели, в частности вышеупомянутые Рашид Али аль-Гайлани и великий муфтий Палестины Амин аль-Хусейни, готовили создание новой «иракско-арабской армии» под эгидой вермахта и под его руководством, с использованием при этом Германией национальных материальных средств и природных ископаемых этих стран[52]. В этом деле весьма важную роль играл генерал Гробба, от имени Гитлера сообщивший, что в соответствии с директивами ОКВ «Особый штаб Ф» в Греции может считать «Арабский легион», который предполагалось создать, ядром будущей «иракско-арабской армии». В эту армию, предназначенную для борьбы против британских протекторатов и колоний на Ближнем и Среднем Востоке, намечалось включить три иранские, одну сирийскую и одну палестинско-трансиорданскую дивизии[53].

Об агрессивных, захватнических задачах Третьего рейха на Ближнем и Среднем Востоке в 1941 году свидетельствует вся история его политики в этом районе — от появления военной миссии во главе с генералом Фельми в Ираке и использования «национально-освободительного восстания» под руководством аль-Гайлани в интересах Германии до создания арабских националистических формирований и планов наступления в направлении Персидского залива и Египта для соединения с африканской армией генерала Роммеля. С крахом прогерманского путча в Ираке, который попросту оккупировали британцы, первоначальная задача «Особого штаба Ф», руководимого генералом Фельми, перебраться в Ирак под видом военной миссии также оказалась невыполнимой. Уже в директиве № 30 от 23 мая 1941 года ОКВ подчеркивало, что наступление в направлении Персидского залива и Суэцкого канала «встанет на повестку дня только после реализации плана „Барбаросса“». А 11 июня 1941 года появилась уже упоминавшаяся директива ОКВ № 32, касавшаяся «приготовлений на период после „Барбароссы“»[54]. Однако этого периода мечтатели о «мировом господстве» так и не дождались — Красная армия намертво сковала на себе нацистскую военную машину.

В соответствии с директивой № 32, «штабу Ф» были приданы «лучшие специалисты и агенты»[55]. «Особый штаб Ф» подчинялся непосредственно ОКВ, а в вопросах внешней политики его действия согласовывались с Министерством иностранных дел. Согласно «Служебной инструкции „Особому штабу Ф“», в порядке подчиненности его руководство получало указания от следующих отделов штаба Верховного главного командования вермахта: штаба оперативного руководства, отдела «обороны страны», отдела пропаганды и управления разведки и контрразведки[56].

В обязанности «Особого штаба Ф», согласно той же инструкции, входило формирование особого «соединения 288».

В инструкции указывалось: «2а) Подготовка подчиненного особому штабу особого „соединения 288“. Соединение должно иметь такую структуру, чтобы оно могло (независимо от того, действует ли оно в полном составе или группами) выполнять особо тяжелые задания, в том числе и в пустыне. Одновременно „соединение 288“ служит главному командованию сухопутных сил (ОКХ), а в случае необходимости — и ВВС, находясь в непосредственном взаимодействии с особым штабом и главным командованием и выполняя роль экспериментальных и учебных частей для соединений, подготавливаемых к условиям ведения боевых действий в тропиках»[57].

Подчеркивая цели и задачи «соединения 288», составители инструкции указывали, что «в особенности важно приобретение опыта для боевого применения войск в условиях пустыни»[58]. Как явствует из этого пункта инструкции, ОКВ готовило ударную силу для захвата стран Ближнего и Среднего Востока и возможной колонизации народов этого района. Причем этой ударной силой и должно было стать особое «соединение 288», в состав которого входили главным образом националистически настроенные войсковые формирования арабов из британских или французских колоний.

Германское руководство готовило новую колонизацию народов Ближнего и Среднего Востока прежде всего руками самих арабов, курдов и представителей других этносов этого региона. Нацисты в своей политике не были оригинальны, ибо история экспансии европейских государств в страны Азии и Африки в XVII–XIX веках изобилует фактами контроля народов этих континентов с помощью вооруженных сил, сформированных из местного населения. Достаточно вспомнить историю завоевания Индии английскими колонизаторами в XVII–XIX веках. Известно, что англичане поработили индийский народ, опираясь на созданные ими из местного населения вооруженные силы. Сипайские полки Ост-Индской компании входили тогда в три армии: Бенгальскую, Мадрасскую и Бомбейскую, в которых местные национальные войска во много раз превосходили европейские, в частности английские формирования. Кроме того, английские колонизаторы использовали туземные войска для захвата других территорий. Так, Бомбейскую и Мадрасскую армии они направляли в Бирму, в Китай и другие азиатские страны[59].

В сочинении английского историка Гобсона, опубликовавшего в 1902 году работу «Империализм», имеется следующее его признание: «Большую часть тех сражений, которыми мы (англичане. — Примеч. авт.) завоевали нашу индийскую империю, вели наши войска, составленные из туземцев; в Индии, как в последнее время и в Египте, большие постоянные армии находятся под начальством британцев; почти все войны, связанные с покорением нами Африки, за исключением ее южной части, проведены для нас туземцами»[60].

Действительно, вооруженные силы Британского Содружества имели очень сложную структуру, состоящую собственно из британских соединений, войск доминионов (Канада, Австралия, Новая Зеландия, Южно-Африканский союз), Индийской армии, Бирманского командования и африканских колониальных частей. Индийцы, бирманцы, гуркхи, жители Экваториальной и Северной Африки наряду с «белыми» подразделениями Великобритании и доминионов использовались в период Второй мировой войны на различных театрах военных действий. В обобщенном плане подобная английской система колониальных войск была и во французских владениях.

Германские стратеги, мечтая о «мировом господстве», также создавали в странах Ближнего и Среднего Востока местные воинские формирования, всевозможные команды и отряды, шпионские центры, в которые различными путями вербовали наиболее антибритански и антифранцузски настроенную часть населения стран этого региона, националистические элементы из местной буржуазии и всевозможные деклассированные элементы. Кроме того, в них входила и та часть населения стран Востока, которая была недовольна колониальным господством Великобритании и Франции, да к тому же одурманена нацистской пропагандой о «германской помощи народам Арабского Востока и их антиколониальном освободительном движении».

Именно таким путем «Особый штаб Ф» и создавал специальное войсковое «соединение 288». Упомянутая инструкция Верховного главного командования вермахта о подготовке «соединения 288» предусматривала такие вопросы, как «обмундирование, вооружение, снаряжение, санитарные мероприятия, транспорт, организация и состав организационных единиц»[61]. Во время дислокации «штаба Ф» в Южной Греции генерал Фельми уже в июле 1941 года сформировал «для дальнейшего использования в Большой сирийской пустыне» учебную группу из арабов. В нее входили студенты-арабы, обучавшиеся в Германии, а также вывезенные из Сирии бывшие французские военные — сторонники муфтия Палестины Амина аль-Хусейни и майора Фаузи Каукджи. Свыше 300 арабских националистов с немецкими паспортами в этот период были переправлены в Турцию начальником штаба «Особого штаба Ф» майором Риксом Майером[62].

Арабские добровольцы, которых большей частью заманивали возможностью учиться в Германии, должны были войти в состав создаваемых нацистами частей пропаганды, саботажа и шпионажа, которых называли «командами смертников»[63]. На эти команды ОКВ возлагало большие надежды. В восьми учебных группах разных родов войск «команды смертников», одетые в военную форму германской армии, обучались немецкими офицерами, владевшими арабским языком.

В конце лета 1941 года в Берлин был доставлен тяжело раненый в Сирии майор Фаузи Каукджи. В декабре 1941 — январе 1942 года «Особый штаб Ф» наладил контакты с аль-Гайлани и муфтием аль-Хусейни после их прибытия в Германию. В это же время генералы Фельми и Гробба обсуждали с лидерами арабских националистов «основы германо-арабского военного сотрудничества»[64]. «Особый штаб Ф» связался с Фаузи Каукджи и, получив согласие на сотрудничество, информировал его о своих задачах.

Еще 29 августа — 2 сентября 1941 года Гробба совершил поездку на мыс Сунион в «Особый штаб Ф», где на месте ознакомился с организацией и ходом боевой подготовки «соединения 288», которое было сформировано в Потсдаме и полностью моторизовано. Поначалу оно насчитывало 2200 солдат и офицеров. Впоследствии, когда «соединение 288» было преобразовано в «Корпус особого назначения Ф», численность его намного возросла: кроме трех пехотных рот, в большинстве своем состоявших из палестинских немцев, в него входили еще несколько подразделений различных родов войск, оснащенных самым современным вооружением и снаряжением. «Соединение 288» было предназначен «в первую очередь для использования впоследствии» (после выполнения плана «Барбаросса») в боевых действиях «в Сирийской пустыне, в районе между Сирией и Ираком, где оно, будучи разделено на более мелкие боевые единицы, должно будет оперировать совместно с арабскими кадровыми и добровольческими силами»[65].

В конце октября 1941 года «соединение 288» было переведено в Афины, где в течение нескольких месяцев проходило особую боевую подготовку. В дальнейшем планировалось, что в 1942 году «Особому штабу Ф» должны были быть «приданы еще два-три подобных соединения»[66].

Помимо изложенных выше задач в функции «Особого штаба Ф» вменялось следующее:

«в) обеспечение документов для операций на Среднем Востоке через штаб Роде (генерал Роде был германским военным и военно-воздушным атташе в Турции, одновременно исполняя обязанности военного и военно-воздушного атташе в Иране; основная задача этого крупного разведчика заключалась в подготовке любыми средствами благоприятных условий для нацистской Германии в ее захватнических действиях на Ближнем и Среднем Востоке. Деятельность Роде сыграла определенную роль в подготовке Третьего рейха к агрессии против СССР[67]) в Анкаре в служебные инстанции в Афинах;

с) установление связи и развитие отношений с арабскими племенами и отдельными лицами в арабском районе по указаниям управления разведки и контрразведки, чтобы впоследствии при взаимодействии с этими племенами можно было оказывать на них влияние»[68].

Следует упомянуть, что «Особый штаб Ф» в рассматриваемый период на основе указаний ОКВ имел агентурные связи почти во всех странах Ближнего и Среднего Востока. Разведывательные сводки, поступавшие в «штаб Ф», обрабатывались службами под общим руководством полковника фон Нидермайера. При этом генерал Гробба обменивался с ним сведениями о «ценности внедренных агентов и связников», предупреждая «относительно людей, вызывавших сомнения». В конце сентября 1941 года снабжение «Особого штаба Ф» шпионскими сведениями перешло в ведение абвера и Министерства иностранных дел[69].

Одной из немаловажных задач «Особого штаба Ф» была «подготовка арабов, враждебно настроенных по отношению к Англии». Включив этот пункт в инструкции для «Особого штаба Ф», нацисты предусматривали доставку в лагерь на мысе Сунион новых групп подходящих арабов, особенно сторонников Фаузи Каукджи. В пропагандистских целях организовывались передачи на арабском языке через радиостанцию в Афинах, которая была в ведении управления военной радиопропаганды.

При «Особом штабе Ф» находился офицер отдела пропаганды вермахта, отрабатывавший «все вопросы, связанные с пропагандой по Среднему Востоку согласно директивам Верховного главного командования вермахта (отдела пропаганды ОКВ)». По отдельным вопросам арабской пропаганды этот офицер обязан был «держать связь с уполномоченным Министерства иностранных дел в Афинах». В пункте 3 инструкции было сказано: «В вопросах контрразведки, относящихся к Среднему Востоку, управление разведки и контрразведки работает в тесном сотрудничестве с особым штабом и дает ему все полученные разведкой данные… Пожелания в отношении контрразведки высказывает „Особый штаб Ф“… (непосредственно) управлению разведки и контрразведки за рубежом. Служебная инстанция в Афинах подчиняется генералу Фельми»[70].


Корпус особого назначения «Ф» ( в операциях на Кавказе) | Стоять насмерть! | Германская агентура и арабское освободительное движение