home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Вевельсбург, Вестфалия, 11 мая 1938 года

В огромном зале со средневековым интерьером за длинным столом в массивных креслах сидело четыре человека. Трое из них были одеты в эсэсовскую форму, четвертый был в вечернем костюме, перед каждым стоял бокал с вином.

Во главе стола восседал рейхсфюрер Генрих Гиммлер. По правую его руку сидели обергруппенфюрер СС Вернер Лоренц и группенфюрер СС Рейнгард Гейдрих, по левую — Конрад Генлейн.

— Мы высоко ценим ваши заслуги, герр Генлейн, — говорил Гиммлер, — подождите еще немного, Гитлер уже обещал вам, что вы будете наместником всей Чехословакии. Вы это вполне заслужили. Как только мы присоединим Чехословакию, я даю вам слово, что вы тут же станете членом СС. Можете уже заказывать себе форму. Нам остался небольшой последний рывок. Завтра вы вылетите в Англию. Конечно, вас завтра с утра подробно проинструктирует Риббентроп, а сейчас мы просто поговорим о некоторых деталях. Эти детали сейчас нам опишет обергруппенфюрер Лоренц.

— Вы сами прекрасно знаете обстановку в Чехословакии, — начал, кивнув, Лоренц, — я просто остановлюсь на том, что вам необходимо будет подчеркнуть в Лондоне. Во-первых, ни в коем случае не упоминайте о нашей финансовой помощи вашему движению, во-вторых, делайте главный упор на то, что чехословацкое правительство находится в кризисе и недееспособно. У них не должно возникнуть и мысли о том, чтобы начать переговоры о положении Судет с ними. Расскажите им о тех беспорядках, которые сейчас царят на улицах судетских городов, и о полной беспомощности чешского правительства в этом вопросе. Не скупитесь на черные краски, здесь они будут к месту.

Наши люди устроят вам встречу с корреспондентами из демократических изданий, — продолжал Лоренц, — и хотя это все евреи и к нам относятся очень негативно, вы сможете все-таки через них донести до широкой общественности ужасы той политики славянизации, которую испытываете вы, судетские немцы. Чаще повторяйте им имена ответственных за эту политику. Вспомните «Майн Кампф», где фюрер говорит о правильных методах агитации: чаще повторять, и все беды сводить к одному врагу. Завтра вам люди бригаденфюрера Гейдриха выдадут краткие досье на всех тех, с кем вы, возможно, встретитесь в Лондоне. В этих досье вы найдете как слабые, так и сильные стороны и наших друзей, и наших врагов. Внимательно изучите их в дороге. Не забывайте, именно от вашей миссии во многом зависят оставшиеся до нашего воссоединения сроки.

— У вас есть что к этому добавить, Рейнгард? — обратился Лоренц и к Гейдриху.

— К тому, о чем вы сейчас говорили, пожалуй, нет, — ответил Гейдрих, обведя взглядом собравшихся, — Но я хотел бы напомнить кое о чем, не менее важном. Дело в том, что на обратном пути у вас, Конрад, будет мало времени, и, думаю, нам с вами не удастся обстоятельно побеседовать. А хочу я сказать вот о чем. Сейчас было бы неплохо организовать какую-нибудь акцию, которая взбудоражила бы все население. Если власти решатся ввести в Судетах чрезвычайное положение, да еще привлекут к этому войска, нам это очень поможет. Продумайте это мое предложение. Необходимую помощь мы вам окажем. И еще, как мы уже здесь не раз говорили, час воссоединения близок, поэтому вам надо усилить в Судетах другую работу. Подготовьте к нашему вступлению списки всех наших противников: после объединения их немедленно надо будет изолировать. Второе, о чем бы я хотел сказать, так это о том, что вам нельзя забывать, что нынешнее чешское правительство, даже если мы оккупируем всю Чехословакию, не оставит нас в покое. Пользуясь международным еврейским капиталом, оно будет формировать террористические группы в соседних странах. Подготовьте надежных людей и внедрите их в чешские организации. Особое внимание обратите на союзы и общества, где собираются военные: именно от них будет исходить наибольшая угроза. В ближайшее время после вашего возвращения из Лондона я пришлю к вам моего молодого сотрудника гауптштурмфюрера Шелленберга. Он подробно проинструктирует вас, что надо будет сделать в этой области.

— Вы всегда смотрите на два шага вперед, Рейнгард, — улыбнулся Гиммлер, — Хотя именно этим вы, наверное, и добиваетесь многого. Вы правы, о чешской иммиграции надо думать уже сейчас и обязательно в этом вопросе опередить абвер. Мы вам описали только главные задачи, которые интересуют именно наше ведомство, герр Генлейн. Но завтра при инструктаже в министерстве иностранных дел запоминайте в первую очередь не то, что говорит Риббентроп, он еще только вступил в эту должность, а то, что будет говорить обергруппенфюрер Вайцзеккер. Вайцзеккер лучше представляет всю ситуацию. А теперь пойдемте, я продемонстрирую вам коллекцию оружия викингов, которую собрала наша организация.

Все четверо встали и направились по темным длинным средневековым коридорам в подвал замка. Их сопровождали три эсэсовца с горящими факелами.

Уже когда они выходили из музея, Конрад Генлейн осторожно дотронулся до рукава Гейдриха.

— Извините меня, группенфюрер, мой адъютант, Карл Рихтер, очень хотел бы попасть в одну из ваших спецшкол. Он просил меня походатайствовать за него. Может быть, мы попробуем его использовать в чешских группах?

— Вы слишком приметная фигура, Конрад, как в Чехословакии, так и для тех, кто за ней следит, поэтому ваш адъютант совершенно не подходит для чешских групп. После воссоединения я постараюсь направить его в какую-нибудь из школ, но уже совсем для других задач. Как, вы говорите, его имя?

— Карл Рихтер, группенфюрер.

— Я запомню.


Прага, 7 мая 1938 года | Бумеранг Гейдриха | Берлин, 16 мая 1938 года