home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Микейла пробудилась внезапно. Спросонья она не сразу осознала, где находится.

Ей хватило одного быстрого взгляда, чтобы убедиться: она находится одна в большой кровати. Взглянув на часы, Микейла вскочила, схватила косметичку и бегом кинулась в ванную, чтобы одеться и нанести на лицо минимум косметики с максимальной скоростью.

Она молниеносно сложила бумаги в сумку и ринулась вниз по лестнице, но резко остановилась, увидев в холле Рафаэля.

– Давай вместе позавтракаем на террасе.

Девушка бросила на него быстрый взгляд.

– Я не успею позавтракать.

Он направился к ней.

– Успеешь.

– Нет.

Рафаэль криво улыбнулся.

– Ты всегда начинаешь утро со спора? – Он снял у нее с плеча сумку и положил на пол.

Потом запустил пальцы в шелковистые волосы, приподнял ее лицо за подбородок и поцеловал.

О, небеса!

Ее губы ответили ему, но секунду спустя она отстранилась. Конечно, только потому, что он позволил ей отстраниться.

– Я опоздаю.

Черт возьми, ее тело еще помнило, его ласки. Рафаэль улыбнулся.

– Тебе понадобится всего несколько минут, чтобы поесть хлопьев и выпить кофе.

– Вы всегда по утрам такой диктатор?

– Привыкай.

Ей предстояло еще ко многому привыкнуть! И прежде всего к нему. Одна только мысль о вчерашнем вечере приводила ее чувства в состояние хаоса. Придется опять с ним согласиться, да и, честно говоря, Микейле хотелось есть.

Как замечательно было бы вот так сидеть здесь, никуда не торопясь, и просто наслаждаться природой, думала она, разрезав банан на ломтики.

– Как твоя рука?

Такого вопроса она не ожидала.

– Хорошо. – Если не делать много движений, то рука ее не беспокоила. – Завтра еду в больницу, чтобы снять швы.

– Я распоряжусь, чтобы тебя принял мой врач.

– В этом нет необходимости.

Рафаэль откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на нее.

– Но тебе не придется ждать в очереди несколько часов.

Девушка доела хлопья, отказалась от кофе и поднялась на ноги.

– Я должна ехать.

Через несколько минут Микейла уже сидела за рулем своей машины. Выехав за ворота, повернула направо и двинулась по направлению к школе.

На первом уроке ученики вели себя беспокойно, а к третьему уроку ей стало ясно: в школе назревает драка.

Когда прозвенел звонок на завтрак, Микейла отвела Сэмми в сторону под предлогом того, что она принесла ему небольшой томик Шекспира.

– Спасибо, я буду беречь его.

Классная комната была уже пуста, дверь закрыта.

– Ты мне ничего не хочешь сказать?

Он мог бы многое объяснить, если бы захотел.

– Нет…

– Я сегодня дежурю по школе. Где мне не следует появляться?

Сэмми не отвечал, и она внимательно смотрела на него.

– Так и будем играть в загадки? Может быть, запереть тебя в учительской?

Она увидела в его взгляде мгновенный проблеск облегчения, сменившийся покорностью судьбе.

– Я должен быть там.

– Ты можешь не ходить.

Его глаза стали тусклыми и неподвижными.

– Да, конечно.

– Не сегодня, так завтра, но они все равно достанут его.

– Но должен идти.

Сэмми пошел к двери, открыл ее и спокойно закрыл за собой.

Микейла довольно хорошо представляла себе, где и как все произойдет. Приняв решение, она подхватила сумку и пошла по коридору к комнате, где завтракали преподаватели. Сказав несколько слов коллеге, она обрела помощника. Вместе они начали обход школьного двора.

Столкновения группировок проходили настолько часто, что школа платила охранникам за патрулирование территории, однако перехитрить подростков было не так-то просто. Микейла увидела драку возле кабинета рисования.

Ребячья возня для отвода глаз, настоящая разборка происходит где-то в другом месте. Микейла догадалась, в каком, и оказалась права.

Она побледнела, когда увидела, как бьют Сэмми. Сейчас не время выяснять, из-за чего возникла драка – сорвалась ли сделка с наркотиками или две банды делили территорию. Требовалось немедленно остановить избиение, и Микейле с коллегой удалось прекратить драку. Охранники подбежали и помогли им, но Микейла все же получила чувствительный удар локтем под ребро. Сэмми оказали первую помощь, а затем отправили в больницу, чтобы наложить швы. С его матерью связаться не удалось, а отца в городе не было. Микейла решила сопровождать Сэмми и уехала с ним в санитарной машине.

Ему сделали рентген, наложили швы и оставили в больнице.

Было почти шесть часов, когда она смогла, наконец уйти. Она нашла телефон-автомат и позвонила на мобильник Рафаэля. Он ответил почти сразу.

– Велес-Агильера.

– Это Микейла. Я в больнице. Сэмми избили. Смогу только через тридцать минут добраться… – никогда в жизни она не сможет сказать «домой», – туда.

– Какая больница?

Она ответила, добавила:

– Я возьму такси.

– Жди там. – Он отключил телефон и пошел к своей машине.

Через пятнадцать минут Рафаэль уже стоял у главного входа. Она ожидала его снаружи, приложив руку к ушибленному ребру. Волосы растрепались, и он увидел выражение крайней усталости на ее лице.

– Прежде чем мы уедем, скажи мне… ты не ранена? У тебя нет ушибов?

Ее взгляд сказал ему все.

– Вы думаете, что я вмешалась в драку и остановила побоище?

Рафаэль двинул свой «мерседес» вперед, выехал с территории больницы, затем направился в сторону дома.

– Ты не ответила на мой вопрос.

Она слегка пожала плечами.

– Я преподаю там. Я исполняла свои служебные обязанности. Охранники сделали то, за что им платят деньги.

– А как Сэмми?

– У него четыре сломанных ребра, сломанная рука и сотрясение мозга, – бесцветным голосом ответила Микейла и напомнила: – Мы должны проехать мимо школы, чтобы я могла забрать машину.

Она хотела вымыться, поесть и хорошо выспаться. Именно в таком порядке.

Через двадцать минут она уже принимала душ, вымыла волосы, высушила их полотенцем, натянула джинсы и хлопковый топ и отправилась на кухню, где и нашла Рафаэль, который стоял у плиты и жарил бифштексы.

– Чем я могу помочь? – спросила девушка.

– Можешь приготовить салат. Все необходимое лежит в холодильнике.

Она приготовила фруктовый салат, добавила авокадо, помидоры и сельдерей, согрела хлеб в духовке и подала на стол в тот момент, когда Рафаэль положил бифштексы на тарелки.

Микейла никогда не ела таких сочных и вкусных бифштексов.

– Ты не успела пообедать, – сухо отметил Рафаэль, наполняя два бокала превосходным вином.

Девушка кивнула.

– Как вы вкусно готовите.

– Спасибо.

– Завтра вечером готовить буду я.

– Завтра вечером мы обедаем в городе, – заявил он.

Ее рука замерла на полпути от тарелки ко рту.

– Вдвоем или в компании?

– Благотворительный бал, который состоится в большом танцевальном зале одного из отелей.

– Вы сразу бросаете меня в водоворот светской жизни.

В течение семи месяцев она жила, чтобы работать. У нее не оставалось времени на балы, приемы и вечеринки.

– А днем отправимся по магазинам.

Микейле потребовалось время, чтобы ответить:

– У меня есть, что надеть.

– Конечно, есть, – мягко согласился Рафаэль.

– Но мне следует выглядеть великолепно, – догадалась она. – Очевидно, я должна быть поражена той суммой денег, которую вы хотите на меня потратить?

Казалось, он забавляется, глядя на нее.

– А тебя так легко поразить суммой денег?

– Полагаю, все зависит от обстоятельств.

– От каких?

Она выдержала его пристальный взгляд.

– Входят ли ваши траты в счет предоставляемых мною услуг или добавляются к существующему долгу.

– Может быть, мы пока не будем решать?

– Пока не будем, – уступила Микейла.

Рафаэль закончил есть и откинулся на спинку стула.

– Объясни мне, почему ты решила стать учительницей?

Он нагнулся вперед, взял свой стакан и отпил вина.

– Хотела улучшить мир, – ответила девушка.

– И решила, что сможешь?

– Надеялась, что смогу.

Он некоторое время рассматривал на свет вино в своем бокале, затем сделал небольшой глоток.

– Ты выбрала школу или школа выбрала тебя?

– Им требовался преподаватель английского языка и литературы. – Микейла пожала плечами. – Я подала документы, и мне повезло.

– И много было желающих?

– Не очень.

Мало кто хотел работать в школе, пользующейся такой дурной славой.

– Тебе нравится преподавать ученикам с плохим поведением?

– Ваш разговор имеет цель или вы ведете, праздную беседу? – спросила она.

– Возможно, и то, и другое. – Рафаэль допил вино и свернул салфетку, а Микейла неотрывно смотрела на его руки, вспоминая, как нежно они ласкали ее, как находили самые чувствительные места и пробуждали бурю доселе неизведанных ощущений.

Девушка замерла в предвкушении того, что принесет ей сегодняшний вечер.

– Я уберу со стола и вымою посуду, – наконец сказала она и немедленно приступила к действию, заволновавшись, когда он последовал за ней.

Ей потребовалось только несколько минут, чтобы вычистить гриль, ополоснуть тарелки, ножи, вилки и ложки и уложить их в посудомоечную машину.

– Тебе надо ознакомиться с домом, – предложил Рафаэль, уводя Микейлу в холл. – Зал для приемов, столовая, гостиная, кухня, прачечная находятся по эту сторону холла. Напротив расположены библиотека, она же мой рабочий кабинет, компьютерная комната и комната для игр.

Ей понравились большие комнаты, обставленные красивой мебелью, живописное сочетание мраморных плит пола и больших восточных ковров. Приглушенные цвета, приятные для глаз, и яркие пятна эстампов и картин на стенах радовали глаз.

– Внизу находятся спортивный зал и кладовые, – продолжал он.

Наверху оказалось не пять, как она думала, а шесть спален, и в каждой – своя ванная комната. Кроме того, была еще одна гостиная.

Для одного человека дом великоват.

– Я нанимаю людей, которые убирают дом и следят за парком.

Она решила пошутить.

– Конечно, трудно вообразить, что вы тратите субботу и воскресенье на чистку, мытье, подметание, подстригание лужаек и поливку цветов.

– Именно так.

Девушка сделала паузу, пока они спускались по лестнице.

– Конечно, многое в вашем характере скрыто от глаз, – задумчиво признала Микейла, следуя за ним.

– Чужая душа – потемки, – подтвердил Рафаэль.

Он очень осторожен и никому не покажет больше, чем хочет показать. Она почувствовала, что у него мало друзей, хорошо знающих его.

Что-то первобытное скрывалось под его внешним лоском. Мощь. Властность. Микейлу тревожило, что она чувствовала в нем еще и скрытую жестокость. Рафаэль же сам предупредил ее, что он безжалостный противник. Слабая дрожь пробежала по телу. Интуиция подсказывала, что он говорил не ради красного словца. Он может быть хорошим другом для одних и страшным врагом для других.

– Завтра к девяти тридцати ты пойдешь на прием к врачу для удаления швов, – сообщил ей Рафаэль, когда они шли через холл к гостиной.

Там он включил телевизор и указал Микейле на полку с видеодисками.

– Выбирай все, что тебе захочется посмотреть.

Она подошла к полке и стала изучать названия.

– Я легко могу пойти и в больницу.

– Мы уже говорили об этом. Микейла повернулась к нему.

– Можно и еще раз поговорить.

– В больнице ты будешь ждать не меньше двух часов, а в частной клинике не больше пяти минут.

Смешно возражать против таких аргументов. Кроме того, ей еще нужно повидать отца, а потом и Сэмми. А Рафаэль упомянул к тому же посещение магазинов.

Она выбрала диск и протянула Рафаэлю.

– Хорошо.

Он взял диск, поглядел на него, затем вставил в видеопроигрыватель.

– Сдаешься?

– Да.

Девушка погрузилась в удобное кресло, сняла домашние тапочки и изящно подтянула под себя ноги.

На экране появились титры, затем начался фильм.

Актеры играли великолепно. Микейла сидела как зачарованная уже больше часа, когда глаза у нее начали слипаться. Она некоторое время еще боролась со сном, но усталость, умственная и физическая, заставила ее откинуть голову на спинку кресла. Девушка расслабилась и заснула.

Рафаэль отвлекся от экрана и засмотрелся на стройную фигурку. Она выглядела очень хрупкой, но он знал, как обманчиво это впечатление. Вчера вечером…

Его тело напряглось, когда в памяти возникли картины того, как он обнимал и ласкал Микейлу, какое потрясение испытал, причинив ей боль, и как они вдвоем прошли с ней через эту боль к таким высотам наслаждения, каких он не достигал никогда и ни с кем.

Рафаэль выключил телевизор, подошел к Микейле, поднял ее на руки и отнес в спальню.

Откинув одеяло, он положил ее на постель. Она так крепко спала, что даже не пошевелилась, когда он осторожно расстегнул молнию ее джинсов и аккуратно снял их, а затем и трусики. Через голову он снял топ и расстегнул лифчик.

Его глазам предстал огромный посиневший кровоподтек, охватывающий три ребра с левой стороны. Неужели он вчера… Нет, он был чрезвычайно осторожен.

Так, значит, все произошло сегодня, подумал он мрачно. Никаких сомнений нет в том, как, когда и где это случилось.

Рафаэль накрыл ее одеялом, уменьшил свет лампы, затем перешел к своей стороне кровати, разделся и лег рядом с Микейлой.

Он взял книгу и начал читать. Через некоторое время Микейла пошевелилась, и он услышал стон, сорвавшийся с ее губ. Почему она стонет? Дурной сон? Или подсознание во сне заставило ее вновь пережить события дня?

Он почувствовал ее тревогу, отложил книгу, выключил свет и обнял девушку, притянув к себе. Не просыпаясь, Микейла прильнула к нему, успокоенная теплом его тела и бережным объятием его рук.

Лунный свет проникал через прикрытые ставни и лежал светлыми полосами на полу.

Рафаэль осторожно убрал пряди волос с ее лица, наклонился над ней и тихонько поцеловал ее в висок.

Микейла проснулась незадолго до рассвета, пошевелилась и поняла, что она не одна. Несколько секунд девушка лежала совершенно неподвижно, затем медленно повернула голову и увидела Рафаэля.

У нее появилось странное желание протянуть руку и провести кончиками пальцев по его щеке, почувствовать шероховатость небритого лица, проследовать вдоль его губ.

Что сделал бы он, если бы она поддалась искушению?

Какая-то часть ее снова хотела ощутить, как его губы прижимаются к ее губам, снова хотела испытать ту нежность, которую он проявил после того, как овладел ею. Его руки скользили по ее коже, двигались по ее телу, возбуждали в ней неведомое ощущение счастья.

– Доброе утро.

Ее ресницы приподнялись при звуке его немного хриплого голоса.

– А я думала, вы спите.

Разве он не успел ей сказать, что спит как кот, слыша самые тихие звуки, чувствуя самое слабое движение? Даже теперь, спустя годы, отказаться от старой привычки он уже не в силах.

По меньшей мере, пять минут он ощущал, что она смотрит на него.

– Ты хорошо отдохнула?

– Я заснула, когда смотрела фильм. – А значит, он принес ее в кровать и раздел. – Полагаю, теперь уже поздно…

– … смущаться, – закончил он за нее, увидев мимолетное выражение ее лица, и его губы изогнулись в улыбке. – Конечно, поздно.

– Я должна встать.

– Нет, – мягко возразил Рафаэль, – не должна.

Он увидел, как глаза у нее расширились, и их изумрудная глубина стала темнеть. Ее губы дрогнули, когда он поднял руку и заправил ей за ухо прядь волос, упавшую на щеку.

Рафаэль наклонился к ней и прижался губами к ее шее. Он почувствовал, как ее тело отвечает ему. Одна его рука легла девушке на бедро и двинулась вверх, лаская изгибы ее тела, пока не достигла груди.

Он поцеловал ее грудь, и она выгнулась навстречу его губам. Его поцелуи дразнили, разжигая в ней пожар, охвативший ее всю, и желание обнять его и почувствовать тепло его сильного и нежного тела родилось внезапно и бесповоротно.

Она погладила его грудь, перебирая пальцами курчавые темные волоски, затем ее рука опустилась на его талию, затем на бедро. Внезапно ей захотелось ощутить рукой ту мощь, которая принесла ей неземное блаженство. Он угадал ее желание, накрыл рукой ее руку, переместил ее немного и услышал, как она вздохнула. Ее прикосновение было легким, как крылышко бабочки, и он проглотил стон наслаждения, готовый сорваться с его губ. Никогда в жизни не испытывал он ничего подобного.

Как и почему Микейла обрела такую власть над его чувствами. Почему он попал в такую зависимость от нее? Почему из всех женщин мира ему нужна только она одна?

Одеяло стало мешать, и он сбросил его на пол. Его руки начали ласкать ее, и она потеряла себя в волнах его горячих прикосновений…

Казалось, прошли века, прежде чем Микейла снова начала воспринимать окружающее. Она чувствовала себя утомленной и опустошенной. Девушка, должно быть, соскользнула в легкую дремоту, поскольку, когда снова посмотрела вокруг, то обнаружила, что осталась одна в огромной кровати, а из-за двери ванной слышится звук бегущей воды. Она взглянула на часы, встала, взяла свежее белье и отправилась в свою ванную.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ | Ты - вся моя жизнь | ГЛАВА ПЯТАЯ