home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Мыло выскользнуло из ее пальцев, глаза расширились, когда Рафаэль оказался около нее.

– Ты дома, – сказала Микейла прерывающимся голосом и задержала дыхание, когда он взял ее лицо в ладони и накрыл ей рот поцелуем.

Его руки скользили по ее плечам, затем вниз по спине. Он прижал ее к себе, и она прильнула к нему, ликуя оттого, что почувствовала его возбуждение. Все ее тело отвечало на его прикосновения.

Она провела руками по его плечам, лаская напряженные мускулы, затем скользнула к его бедрам.

Одним движением он поднял ее и прижал к себе, замер на миг, немного отодвинулся, дал ей почувствовать свой ритм, и она ответила ему.

– Вот и хорошо, – пробормотал Рафаэль, и его губы начали ласкать ее тело. – Это можно понимать как «Добро пожаловать домой».


Их ласки были упоительно медленными, их руки мягко скользили, губы соприкасались, тела покачивались, будто они танцевали под не слышную музыку.

Прошло много времени, прежде чем они вышли из душа, чтобы вытереться насухо и натянуть одежду.

– Ты голоден?

Рафаэль бросил на нее недоумевающий взгляд.

– Ты говоришь о еде?

И восхитился мягким розовым цветом, который окрасил ей щеки.

– Конечно. – Она попыталась восстановить самообладание. – Я поставила цыпленка в микроволновку. Не потребуется много времени, чтобы нагреть хлеб и приготовить салат.

Они кормили друг друга и превратили ужин в чувственный праздник, когда каждый кусочек, положенный в рот, стал обещанием вечной любви.

– Я думаю, что должен уезжать почаще, – медленно и задумчиво произнес Рафаэль.

Микейла встала и начала собирать тарелки.

– Оставь их, – велел он хриплым голосом, посадил ее на колени и поцеловал в шею. – Я скучал без тебя.

Его слова звучали как признание, и она поверила ему. Ей тоже было плохо без него. Огромный дом казался неуютным. Но, что еще хуже, ей не хватало его мужской теплоты, в которую можно окунуться, и его рук, которые ласкали ее, пока тело не охватывал чувственный огонь.

Микейла не могла говорить, поскольку боялась, что он сможет понять ее чувства. Вместо слов она положила ладони на его щеки и начала его целовать, пока он не встал, не поднял ее на руки и не направился к спальне.

Их ласки длились всю ночь. Они появились внизу лишь в полдень.

Тогда ей захотелось спросить его о поездке.

– Все прошло хорошо. Хотя мне, вероятно, скоро придется улететь еще на несколько дней. – Он улыбнулся мимолетному разочарованию, промелькнувшему у нее на лице.

– Пока тебя не было, я пригласила Сэмми на обед, – честно поведала она.

– Могу вообразить, какое впечатление произвело на него твое приглашение.

Мимолетная улыбка подняла уголки ее губ.

– Да. Я также пригласила Мэйзи, и она оставалась на ночь. Я надеюсь, ты не будешь сердиться.

– Почему я должен сердиться?

Зазвонил телефон. Рафаэль проглотил проклятие, готовое сорваться с его губ, и подошел к аппарату.

Микейла смешала яйца, чтобы сделать омлет, положила хлеб в тостер и приготовила кофе.

Он закончил разговор, прежде чем она накрыла на стол.

– Я должен несколько часов поработать, – объявил он, когда сел на свое место за столом.

– Хорошо. Мне надо проверить сочинения и подготовиться к урокам.

Они не выходили из дома всю оставшуюся часть уикенда, и ей было бесконечно приятно так проводить время. В понедельник возобновились и привычная работа, и светская жизнь.

В течение недели они побывали на премьере фильма, на вернисаже в художественной галерее, на коктейле в честь приехавшего в город высокопоставленного лица. Саша нигде не появилась.

На коктейле Микейла узнала некоторых из гостей и оказалась вовлеченной в беседу о достоинствах современной системы образования. У Микейлы на этот счет сформировались давно выстраданные взгляды, и она увлеклась обсуждением деталей до такой степени, что до окончания разговора не смогла заметить появления Саши.

– Рафаэль.

Микейла задержала дыхание при виде того совершенства, которое являла собой Саша Деспойа в великолепном платье, облегавшем ее стройную фигуру. Она выглядела еще более ошеломляюще, чем обычно.

– Я полагаю, поездка прошла хорошо, дорогой? – спросила Саша с приторной улыбкой. – Надеюсь, Микейла не очень тосковала без тебя. Энрико и я застали ее, когда она наслаждалась тайным обедом с очень красивым молодым человеком. – Она подняла пристальный взгляд на Микейлу, и в ее глазах отражалось море ледяного яда. Саша теперь ждала, что ответит Рафаэль. Микейла поймала его выражение, увидела темную неподвижность в его глазах, слегка поднятую бровь, когда он внимательно смотрел на нее.

– Сэмми Д'Алвекчио, – спокойно объяснила Микейла, – мой шестнадцатилетний ученик, который по итогам предварительных экзаменов стал лучшим из всех. Наградой ему был обед в ресторане.

– Он выглядел, по крайней мере, двадцатилетним, дорогая, – возразила Саша и притворилась обиженной.

– Так выглядят многие шестнадцатилетние ученики, когда не носят школьную форму, – объяснила Микейла.

– Я думаю, что ты изворачиваешься, – заявила Саша, прижимаясь плечом к руке Энрико.

– Пойдем, Саша. – Энрико увел ее.

– Сэмми, очевидно, хорошо выглядел, – медленнее, чем обычно, проговорил Рафаэль через несколько секунд.

– Я его едва узнала, – согласилась Микейла.

– Саша должна бы уже все понять.

– Она не хочет с тобой расставаться, – неприязненно объявила Микейла. – Энрико – просто приманка, а меня она даже не берет в расчет.

Рафаэль улыбнулся с чувственной теплотой.

– Что ты скажешь о том, чтобы пораньше вернуться домой?

От его мягкого смеха ей стало необыкновенно тепло. Он взял ее под руку.

– Давай пройдемся?

Почти в одиннадцать часов они поблагодарили хозяина и хозяйку и ускользнули с вечеринки.

Оказавшись дома, Рафаэль поднял ее на плечо, и она игриво ткнула его кулачком под ребра.

– Тактика пещерного человека, да?

В спальне он поставил ее на ноги и поцеловал с такой страстью, что ее захлестнула теплая волна.

Их страсть не знала границ. Пропало чувство времени и места, и остались только мужчина и женщина, подхваченные волнами первобытного желания.

Рафаэль коснулся ее виска губами.

Сейчас ей так легко сказать «Я люблю тебя». Но вместе с радостью узнавания любви пришло понимание, что это чувство никогда не будет взаимным, поскольку она, Микейла, просто отдана ему в уплату долга.

Микейла долго лежала с открытыми глазами и, когда дыхание Рафаэля стало медленным и ровным, выскользнула из кровати, подхватила одежду и спокойно спустилась вниз.

Лунный свет струился в комнату через большие окна, выходящие на террасу, и она долго смотрела на темную землю, погрузившись в глубокое раздумье.

Каждый день ей становилось все труднее заниматься любовью с мужчиной, который не любил ее.

Как стать безразличной? Как провести еще двенадцать месяцев с человеком, которого она любит всем сердцем, и затем уйти навсегда?

– Не спится?

Голос Рафаэля заставил ее вздрогнуть. Рафаэль обнял ее за талию и притянул к себе.

Ей отчаянно захотелось склонить голову ему на плечо и обрести часть его силы.

– Микейла.

Он медленно повернул ее, чтобы видеть ее глаза.

Она раскинула руки.

– Все это… ты, я, мы, – прокричала она несчастным голосом. – Когда все закончится, я перееду обратно в свою квартиру и буду жить, как жила до того, как встретила тебя.

Его глаза сузились.

– Ты думаешь, что все обязательно должно закончиться?

Черт возьми, он хотел, чтобы она навсегда осталась в его доме, в его постели. Осталась с ним.

Он всматривался в ее бледное лицо и видел, какими большими и темными стали ее прекрасные изумрудные глаза.

– Как же иначе?

Каждая ночь – яркое напоминание о том, как трудно ей будет уехать. Не было такой минуты, чтобы ее не мучила мысль, что с каждой прошедшей ночью уменьшается количество ночей, которые им осталось провести вместе.

Он стал для нее всем. Ее сердцем, ее душой. Никто никогда уже не будет ей так близок.

– Что, если я попрошу тебя остаться?

Остаться в роли любовницы? Зная, что другая женщина может в любой момент соблазнить его? Ожидать, всегда ожидать, что он велит ей уехать?

Микейла знала, что она не перенесет такого положения. Грустный смех возник и пропал у нее в груди. Господи, даже мысль о разлуке пронизывала болью ее сердце.

– На какой срок, Рафаэль? – храбро спросила она. – Пока не пресытишься мной и не отправишь меня прочь?

Он протянул руку и прижал ладонь к ее щеке.

– Возвращайся в постель.

– Секс ничего не решает.

– Давай спать, дорогая.

Он взял ее на руки и направился в спальню. Сейчас не время сообщать ей, что он должен улететь после полудня на несколько дней, чтобы провести еще четыре встречи в разных городах.

Утро наступит слишком скоро.


ГЛАВА ДЕВЯТАЯ | Ты - вся моя жизнь | ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ