home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ПЕРВАЯ

Сегодняшний день начался как обычно. Рафаэль просматривал заголовки, деловую информацию, затем перешел к светской хронике и стал рассматривать фотографии. Он уже хотел перевернуть страницу, когда в правом нижнем углу увидел себя, стоящего под руку с молодой женщиной.

Ммм, Саша выглядела потрясающе, особенно в профиль, улыбка тщательно выверена, и держалась она так, чтобы все видели, как она красива.

Он слегка прищурился, когда его взгляд скользнул к заголовку.

Вчера мультимиллионер Рафаэль Велес-Агильера и Саша Деспойа устроили небольшую вечеринку для своих друзей.

На лице Рафаэля появилась довольная улыбка.

Да, он богат и удачлив в делах. Он живет в красивом доме на берегу океана в самом дорогом районе Сиднея. Он всегда очень удачно вкладывает деньги, его фирма процветает, и он владеет недвижимостью в столицах нескольких государств. Людям кажется, что у него есть все, о чем можно мечтать.

Но его прошлое до сих пор скрыто от посторонних глаз. Даже журналисты не знают, в каких страшных местах он вырос – там даже у сильного и жестокого мало шансов остаться в живых, а уж у слабого их не было вовсе.

Сколько Рафаэль себя помнил, он желал большего. С ранних лет он хотел подняться над серым миром, где единственная цель для всех – выживание. Он понимал, что должен получить образование, – не для славы, не для того, чтобы порадовать родителей. Для себя. И он учился так усердно, что всегда получал стипендию, и, наконец, получил диплом с отличием.

Он преуспел в жизни. Сейчас, в тридцать шесть, он стал таким, каким и хотел быть.

Многие женщины не прочь связать с ним свою судьбу, и у него всегда есть возможность выбора. Его последняя подруга недавно намекнула на то, что хочет постоянных отношений, но он, хоть и наслаждался ее телом, заводить длительную связь не собирался.

Но существует ли на свете его женщина? Одна-единственная? А если и существует, как ее найти?

Раздался пронзительный сигнал сотового телефона.

– Велес-Агильера, – кратко ответил Рафаэль.

– Добрый день, дорогой, – зазвучал в трубке страстный, чуть хрипловатый женский голос, который мог бы заставить его сердце забиться быстрее, а тело – пожалеть о том, от чего он отказался вчера вечером, но…

– Добрый день, Саша, – ответил он.

– Я не помешала, дорогой?

– Нет, – честно ответил он.

– Я подумала, что мы с тобой могли бы пообедать сегодня вечером.

Желание в голосе женщины ему явно польстило, но своим временем он всегда предпочитал распоряжаться сам.

– Мне жаль, но как раз сегодня вечером я занят.

– Тогда как-нибудь в другой раз?

– Возможно, – ответил он и закончил разговор.

Взгляд его медленно скользнул по безупречному газону, по синей воде плавательного бассейна, по клумбам окруженным подстриженными кустами шиповника, задержался на теннисном корте, затем вернулся к газете.

Налив еще одну чашку кофе, Рафаэль посмотрел на часы и намазал джемом последний тост. Через пять минут он уже шел одеваться.

Он выбрал костюм-тройку от Армани, шелковый галстук, итальянские ботинки ручной работы, проверил содержимое бумажника и дипломата, взял ноутбук и спустился на первый этаж.

Включив сигнализацию, Рафаэль пошел в гараж, сел за руль сверкающего серебристого «мерседеса», изготовленного по специальному заказу, выехал за ворота и направился по шоссе в город.

Примерно на середине пути, воспользовавшись остановкой у светофора, он открыл ноутбук, проверил намеченные на сегодня встречи, затем записал распоряжение секретарю сделать еще два звонка по телефону.

Офис Рафаэля располагался на верхнем этаже небоскреба – архитектурного творения из стекла и бетона, расположенного так удачно, что из окон открывался замечательный вид на гавань.

Заняв в подземном гараже свое обычное место, Рафаэль уверенными движениями выключил двигатель, подхватил компьютер и дипломат и открыл дверцу.

– Рафаэль Велес-Агильера? – услышал он красивый женский голос.

Рафаэль медленно повернулся.

Блондинка. Молодая, миниатюрная, стройная, зеленоглазая. Очень привлекательная.

Черт возьми, гараж, да и все здание патрулируется службой безопасности! Как же ей удалось проникнуть сюда?

– Да, – ответил он на вопрос блондинки.

– Мне необходимо поговорить с вами.

Он поднял бровь и внимательно наблюдал за девушкой, пытаясь предугадать, что она собирается сделать.

– Я очень занят. – Он демонстративно оттянул рукав и посмотрел на часы.

– Пять минут.

Она долго готовилась к разговору с ним, рассчитала необходимое время и, если бы пришлось, смогла бы изложить все даже быстрее.

– Запишитесь у моего секретаря. – В его голосе ясно прозвучал отказ.

– Я пыталась. – Блондинка покачала головой, пристально глядя ему в глаза. Никакие газетные фотографии не могли точно отразить обаяние этого человека, передать неотразимую ауру его власти. – Ничего не вышло. – У нее на губах появилась напряженная улыбка. – Вас так тщательно оберегают.

– Но сюда-то вы смогли проникнуть.

Он позаботится, чтобы тот, кто пропустил ее, понес наказание.

– Смогла.

Она обратилась к охраннику с отчаянной просьбой, рассказав ему правду. Теперь ей оставалось только надеяться, что его доброта не будет стоить ему работы.

Рафаэль почувствовал, что у девушки твердый характер.

– И как вам это удалось?

– Если я вам расскажу, потребуется больше пяти минут.

Ему стало интересно.

– Две минуты, – предупредил он. – Как вас зовут?

– Микейла. – Она сделала паузу, зная, что следующие три слова вызовут его гнев. – Дочь Джошуа Петерсена.

Лицо Рафаэля окаменело, губы сжались. Он произнес единственное слово:

– Нет.

Все произошло точно так, как Микейла и ожидала, но она не могла отступить. Она должна сказать ему все.

– Вы дали мне две минуты.

– Могу дать вам в десять раз больше, но все равно отвечу «нет».

– Мой отец умирает, – сообщила она.

– Вы хотите, чтобы я проявил сочувствие?

– Снисхождение.

– Вы смеете просить меня о снисхождении к человеку, который украл у меня несколько сотен тысяч долларов?

Она подавила приступ отчаяния.

– У моего отца опухоль мозга. Он сейчас в больнице и спасти его нельзя. – Микейла подождала ответа, но не дождалась. – Если вы подадите на него в суд, он проведет оставшиеся ему дни в тюрьме.

– Нет. – Он включил сигнализацию, положил в карман ключи от машины и направился к лифту.

– Я готова на все, что вам будет угодно.

Рафаэль остановился, повернулся к девушке и оскорбительно оценивающе осмотрел ее с головы до ног.

– Потребуется гораздо больше… – он задумался. – Гораздо больше, чем вы можете мне дать.

– Вы не можете знать этого.

Направляясь к лифту, он уверенно произнес:

– Знаю.

Если он войдет в лифт, она потеряет его.

– Пожалуйста!

Рафаэль слышал дрожь в ее голосе, но продолжал идти. Вызвав лифт, он повернулся к ней.

– Даю вам одну минуту, чтобы вы убрались отсюда, или вы будете арестованы за нарушение границ частного владения.

Он ожидал, что она возмутится, начнет кричать, даже попытается напасть. Или расплачется.

Однако он увидел, что ее подбородок гордо приподнялся и губы задрожали. Одна единственная слезинка медленно покатилась у нее по щеке.

Звуковой сигнал объявил о прибытии лифта. Он воспользовался личным ключом, чтобы открыть двери, и ступил в кабину.

Выражение его лица не изменилось.

Он нажал кнопку, двери закрылись, и лифт помчал его на верхний этаж.

Оказавшись в кабинете, Рафаэль щелкнул переключателем внутреннего телефона, уточнил у секретаря расписание и начал работать.

За свою жизнь Рафаэль успел повидать многое и думал, что ничто уже не сможет его взволновать. Однако образ зеленоглазой блондинки против его воли вторгался в мысли, и ему снова и снова вспоминалась одинокая слезинка на ее щеке…

Через два часа он не выдержал, сохранил файл, над которым работал, и вызвал файл Петерсена.

Джошуа Петерсен, вдовец, одна дочь, Микейла, незамужняя, двадцать пять лет, учительница средней школы. Адрес, номер телефона, номер и адрес школы, где она преподает. Хобби. Его бровь поднялась. Дзюдо? Когда-то сам Петерсен объяснил свои систематические финансовые аферы тем, что у него возникли долги из-за пристрастия к азартным играм. В то время Рафаэль не захотел выяснять подробности.

Он просмотрел файл до конца, распечатал его, сложил лист бумаги вчетверо и сунул во внутренний карман пиджака. Затем позвонил по телефону:

– Найдите мне все про Джошуа Петерсена. Как медицинскую, так и личную информацию.

Через час он уже знал, что все, сказанное дочерью Джошуа Петерсена, было правдой.

Оказалось, что Петерсен тратил все деньги на оплату счетов частной клиники, где с помощью новейших приборов в течение нескольких месяцев поддерживали жизнь его жены, пострадавшей в автомобильной аварии и находившейся в коме. К несчастью, все усилия врачей оказались напрасны.

Рафаэль взглянул на дату… значит, со дня аварии прошло уже шесть месяцев.

Петерсен почти ничего не вернул. Правда, проверка выявила нерегулярные платежи, которые он делал… Может, это попытки вернуть долг? И в азартных играх он участвовал всего несколько раз. Почему? Последняя попытка возвратить деньги?

Рафаэль откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы на затылке, прикрыл глаза и задумался.

Что же делать?

О господи! Что за мысли лезут в голову? Почему преуспевающий бизнесмен Рафаэль Велес-Агильера не может забыть дочь вора?

После обеда он понял, что именно заинтриговало его. Человеческие отношения, верность семье. Как далеко могла бы пойти Микейла, защищая отца?

Он снова вспомнил ее гордо поднятый подбородок, единственную слезу, стекавшую по щеке, и понял, что забыть о Микейле уже никогда не сможет.

– Если Микейла Петерсен позвонит, соедините немедленно, – велел он секретарю.

Микейла позвонила ровно через двадцать четыре часа, и он почувствовал удовлетворение оттого, что правильно предугадал ее поведение.

Разговор был краток.

– В семь тридцать. – Он назвал ресторан. – Ждите меня. Выпьем кофе и поговорим.

Микейла ожидала снова услышать отказ и несколько мгновений не могла справиться с разрывавшими ее надеждой и отчаянием.

– Я не смогу.

– Почему же?

Она услышала высокомерие в его голосе.

– Вечером я работаю.

– Скажитесь больной. – Его голос был мягок, как шелк, но она почувствовала опасность.

О боже! Она не могла позволить себе потерять работу.

– Я заканчиваю в одиннадцать, – упрямо повторила Микейла.

– Неужели учителя работают так долго?

– Так долго работают официантки.

Он помолчал.

– Где?

– Вы к такому заведению и близко не подойдете.

– Где?

Он бывал в таких жутких местах, какие ей не привиделись бы и в страшном сне. Ей пришлось ответить.

– Я буду там, – пообещал Рафаэль.

Он пришел за тридцать минут до закрытия. Сел за столик, заказал кофе и стал смотреть по сторонам, разглядывая посетителей и наблюдая, как Микейла обслуживает их.

Девушка занервничала, но он того и хотел.

Он видел, что она пытается не замечать его, и испытывал странное удовольствие, мгновенно сменившееся раздражением, когда какой-то подвыпивший посетитель провел рукой по ее спине.

Рафаэль не слышал, что ответила ему Микейла, все было ясно и так. В глазах ее мелькнула опасная искра, щеки приобрели розовый оттенок.

Смелая и гордая девушка. Он и сам был таким, поэтому знал цену этим качествам. Не потому ли он оказался здесь сегодня вечером?

В одиннадцать Микейла унесла груду тарелок на кухню, пробормотала краткое извинение, что не может остаться сверхурочно, развязала и повесила фартук, быстро восстановила макияж и пригладила рукой волосы, перед тем как вернуться в зал.

Она понимала, что Рафаэль Велес-Агильера не тот человек, которого можно заставить ждать. Он уже стоял возле двери, дожидаясь ее.

Когда она усаживалась на переднее сиденье, обтянутое натуральной кожей, автомобиль Рафаэля показался ей огромным и роскошным.

Рафаэль включил двигатель и направился к центру города.

Микейла не произнесла ни слова. «Выпьем кофе и поговорим», – сказал он по телефону. Едва ли он остановится в этой части города. Конечно, не здесь.

Молчание Рафаэля действовало Микейле на нервы. Но судьба дала ей шанс, и она не должна его упустить.

Вскоре они оставили центральную часть города и оказались в престижном районе. Здесь попадалось много открытых кафе, в которых изысканно одетые люди наслаждались чашечкой кофе, обсуждая прошлые, настоящие и будущие события светской жизни или перемывая косточки друзьям и знакомым.

Рафаэль выключил двигатель, и Микейла почувствовала, как напряжены у нее нервы.

Сколько времени он будет говорить с ней? Ведь ей еще предстоит проверять тетради к завтрашнему дню.

Сегодняшний день прошел как обычно. Из школы она поехала сначала в больницу к отцу, затем домой, чтобы перекусить и переодеться, а потом – в ресторанчик, где работала официанткой. Боже, как у нее теперь болят ноги! Хозяин требовал, чтобы официантки носили туфли на шпильках, черные колготки, очень короткую красную юбку и топ, обтягивающий грудь. Она ненавидела свою рабочую одежду почти так же сильно, как и саму работу.

Микейла выбралась из машины, превозмогая боль в лодыжках. Она с трудом заставляла себя не хромать, пока Рафаэль вел ее к фешенебельному кафе.

Он выбрал столик под открытым небом, и, едва они сели, рядом оказался официант.

Она заказала кофе без кофеина – иначе ей не заснуть – и почувствовала, как засосало под ложечкой, когда специально для нее Рафаэль заказал бутерброды, названные в меню «сэндвичи для гурманов».

– Ешьте, – скомандовал Рафаэль, когда официант принес заказ. Рафаэль хорошо знал, как питаются такие девушки, как Микейла. Перекусывают на ходу, если удается. А если нет, остаются голодными.

Рафаэль молча ждал, пока Микейла съест бутерброды. Когда она выпила половину чашки кофе, он перешел к делу:

– Теперь изложите ваши предложения.

Ее рука на миг замерла, затем она поставила чашку на стол и положила руки на колени, сцепив пальцы.

Сейчас она почти так же сильно презирала себя за те слова, которые собиралась сказать, как ненавидела Рафаэля Велес-Агильеру.

Наконец она решилась.

– Я работаю в двух местах, в одном из них семь вечеров в неделю. Я также работаю по выходным в магазине моей подруги. С учетом тех денег, что я плачу за квартиру, машину, еду и одежду, мне потребуется целая жизнь, чтобы возместить то, что мой отец задолжал вам. – О боже, неужели у нее хватит смелости сказать ему… Но выбора у нее уже не осталось, и она пересилила свой стыд. – Чтобы выплатить долг отца, я могу предложить только себя. – Ей было крайне тяжело произнести подобные слова, и, пока силы совсем не оставили ее, она поспешила пояснить: – В качестве вашей любовницы. На один год.

– Вы предлагаете мне сделку?

Его голос стал опасно тих, и ей с трудом удалось подавить дрожь. Согласится ли он? О боже, что ей делать, если он откажется?

– Я готова вести переговоры.

Она едва не расплакалась под его оценивающим взглядом, когда он спросил:

– На каких условиях?

– Я подпишу добрачное соглашение, где будет указано, что я не имею никаких притязаний на любую вашу собственность в течение нашей связи и после ее завершения. Вы же откажетесь от всех обвинений против моего отца.

Он подумал, прежде чем цинично произнес:

– Просто замечательно, что вы так заботитесь об отце. Но готовы ли вы к тому, что ждет вас?

Она почувствовала, как внутри у нее все оборвалось, но вынудила себя смотреть, ему прямо в лицо.

Очень высокий, под два метра ростом. Темные, почти черные волосы. Правильные черты лица, широкие скулы, упрямый подбородок, высокий лоб. Проницательные темные глаза и чувственные губы.

Но что-то в выражении его лица беспокоило ее. Какая-то жестокость, которая имела мало общего с деловой хваткой, нечто более глубокое, не связанное ни с дорогой одеждой, ни с другими видимыми признаками успеха. Интуиция подсказала ей, что этот человек много чего испытал в жизни, а повидал еще больше.

Его жизненные испытания не упоминались в его официальной биографии и не отражались на фотографиях, появлявшихся в газетах.

– Вдруг окажется, что я ненасытный любовник?

Он увидел, как изменилось у нее лицо, но она быстро справилась со своими чувствами.

– А вдруг окажется, что вы ни на что не способны?

Он улыбнулся одним уголком губ, отдавая должное ее смелости.

Конечно, он – умелый любовник, почувствовала она. В его взгляде проскальзывала самоуверенность мужчины, довольного собой и сознающего себя способным удовлетворить женщину.

Сможет ли она пройти через предстоящие испытания? В ней проснулся здравый смысл. Шансов, что он согласится на ее предложение, почти не оставалось. Микейлу охватило отчаяние.

Если бы у нее был другой выход! Она уже продала квартиру и мебель, сняла самую дешевую меблированную комнату, обменяла свой автомобиль на маленькую развалюху и опустошила свой счет банке, чтобы собрать деньги для отца. Но ее старания не покрыли и малой толики суммы, которую он задолжал.

– Вы очень высоко цените свои услуги. Он не прекращал разглядывать ее, задаваясь вопросом, знала ли она, как легко ему читать ее мысли.

В предложении использовать женское тело в качестве платы нет ничего нового, размышлял Рафаэль. На протяжении столетий суть всегда одна и та же, менялись лишь названия.

Если бы такую форму оплаты предложил ей он, это назвали бы принуждением. Но предложение исходило от нее, что меняло дело, и, с точки зрения закона, ситуация становилась вполне допустимой.

Все могло оказаться просто интересным приключением без недоразумений, без ложных обещаний.

Удовлетворение мужского тщеславия. Ничего необычного. Но ему вдруг неудержимо захотелось лежать рядом с ней, ласками доводя ее до самого края безумия, чтобы она умоляла его дать ей высшее наслаждение. Снова и снова.

Рафаэль смотрел, как девушка допивала кофе. Ее щеки слегка порозовели, и выглядела она так, будто только что завершила тяжелое и неприятное дело.

– Еще кофе?

Микейла прижала к губам бумажную салфетку. Она очень устала и больше всего хотела оказаться дома.

– Нет, спасибо, – вежливо произнесла она и тихо попросила: – Пожалуйста, дайте мне ответ.

В ожидании его слов сердце у нее начало биться все быстрее. Воспринял ли он ее предложение серьезно или просто хочет жестоко поиграть с ней? Понимает ли он, что, после того как она узнала о долгах отца, она целый месяц жила в ожидании катастрофы?

– Я отвезу вас домой.

Его слова прозвучали как вежливый отказ.

– Я могу взять такси, – ответила Микейла натянуто, подсчитывая в уме, хватит ли ей денег.

– Я отвезу вас домой, – повторил Рафаэль спокойным голосом, но девушка почувствовала предупреждение, что перечить ему не следует.

Слова благодарности показались ей излишними, и потому она просто склонила голову. Он подозвал официанта, оплатил счет, и они в полном молчании поехали по пустым ночным улицам.

– Где ваш автомобиль? – спросил Рафаэль, когда они приблизились к ресторанчику, где она работала по вечерам.

– Следующая улица налево, с правой стороны.

Микейла взялась за ручку дверцы своей старенькой машины.

– Как я понимаю, мое предложение вас не интересует? – обратилась она к Рафаэлю.

Он не мог принять решение без совета своего адвоката. Да и ей ожидание не повредит.

– Я позвоню вам через несколько дней.

Лучше, чем категорический отказ, подумала Микейла и произнесла вслух:

– Спасибо.

Лишь когда она завела мотор и сдвинулась с места, он сел в свой «мерседес» и последовал за ней до главной дороги. На перекрестке они повернули в противоположные стороны.


Хелен Бьянчин Ты – вся моя жизнь | Ты - вся моя жизнь | ГЛАВА ВТОРАЯ