Book: Надо убрать труп



Надо убрать труп

Картер Браун

Надо убрать труп

Купить книгу "Надо убрать труп" Браун Картер

Глава 1

— Бойд, — представился я, — Дэнни Бойд. Чей-то темно-голубой глаз с недоверием разглядывал меня через глазок в двери.

— Я из “Сыскного бюро Бойда”, — уточнил я. Звук собственного голоса, раздавшегося в тишине, заставил меня почему-то почувствовать себя странно одиноким. А это было просто невозможно в таком гигантском городе. — Конечно, я понимаю, что мы с вами находимся в Нью-Йорке, где люди всегда настороже. Но в данном случае это просто смешно!

Темно-голубой глаз продолжал изучать меня все с тем же недоверием.

— Если ваше имя Шанни О'Тул, — пояснил я, — тогда, значит, именно вы звонили ко мне в офис полчаса назад и сказали, что срочно нуждаетесь в моих услугах. Вы заявили, что для вас это вопрос жизни и смерти и если я немедленно не приеду, то ваша смерть будет на моей совести.

Темно-голубой глаз моргнул, и я почувствовал себя увереннее. По крайней мере, теперь я уже не опасался, что кто-то прислонил труп к той стороне двери. Вытащив из кармана пиджака удостоверение частного детектива, я поднял его на уровень глазка.

— Вот, взгляните и убедитесь, — со слабой надеждой произнес я. — Здесь даже написано мое имя, видите?

Последний аргумент возымел свое действие: темно-голубой глаз исчез, и раздалось громкое металлическое лязганье замков. Я совершенно справедливо предположил, что хозяйка дома пользовалась доброй дюжиной добротных запоров. В конце концов, к немалому моему облегчению, входная дверь распахнулась и на меня уставилась теперь уже пара темно-голубых глаз.

— Мне необходимо было убедиться, что это в самом деле вы, — все с тем же подозрением заявила она. — Неделю назад одна моя приятельница сваляла настоящего дурака. Она открыла дверь парню, не проверив предварительно, кто же он на самом деле. Парень представился ее отцом, и, надо же быть такому совпадению, именно в это время подруга как раз и ждала отца. Одним словом, дело кончилось тем, что этот парень тут же изнасиловал ее не меньше трех раз прямо на коврике перед входной дверью...

Шанни О'Тул оказалась высокой, хорошо сложенной девицей далеко не хрупкого телосложения. Волосы цвета спелой пшеницы непокорными кудрями спадали ей на плечи, окутывая их подобно плащу, а темно-голубые глаза без стеснения во всех деталях разглядывали меня. Выражение этих глаз показалось мне довольно забавным: несколько неожиданная смесь полнейшей невинности и бесстыдной похотливости. Hoc у девушки был самый обычный, но вот изящный изгиб широкого, чувственного рта и особенно пухлая нижняя губа меня просто заворожили. Весьма благоприятное впечатление производила и восхитительно полная грудь, под натиском которой, казалось, вот-вот лопнет черная шелковая блузка. Скромно опустив глаза ниже, я понял, что то же самое в любой момент может произойти и с белыми брюками, облегавшими ее пышные бедра. Длинные ноги девушки были безупречны: от изящно округленных бедер вплоть до хрупких лодыжек. Конечно, назвать ее миниатюрной было нельзя, но сложена Шанни была на редкость пропорционально. Отвлек меня от столь приятного созерцания достоинств фигуры девушки ее на этот раз приветливый голое.

— В чем дело? — вдруг поинтересовалась она. — Что с вашими волосами?

— А что? — тупо переспросил я.

— Что за дикая идея — постричься почти наголо?!

— Обычная мужская стрижка “под ежик”, — пожал плечами я. — В конце концов, немного терпения — и они снова отрастут.

Я автоматически повернул голову в профиль. Я всегда считал наиболее выигрышным для моего лица именно вид справа. Обычно хватало и одного взгляда с этой стороны, чтобы привести любую представительницу слабого пола в состояние восторженного оцепенения.

— Не мешало бы вам полечиться от косоглазия, — все так же дружелюбно продолжала хозяйка дома. — Если, чтобы взглянуть кому-то прямо в глаза, вам всякий раз приходится так ужасно выворачивать голову, мне вас искренне жаль. Разве можно так мучиться?!

— Так вы сказали, это вопрос жизни и смерти? — пропустив мимо ушей ее слова, неопределенно хмыкнул я.

— Будет лучше, если вы войдете, — оглянувшись, быстро проговорила она. — Не будем рисковать, оставаясь на пороге дома. Нас могут изнасиловать, причем обоих сразу!

Вряд ли стоило придумывать какой-либо остроумный ответ на такое умопомрачительное заявление, и я предпочел войти вслед за хозяйкой в дом. Дверь за моей спиной быстро захлопнулась, и весь сложный ритуал запирания бесчисленных замков был повторен. Шанни провела меня в гостиную. По пути я не мог отвести глаз от двух округлых половинок, которые, подрагивая при каждом шаге, словно зрелый плод, так и просились в руки. Было бы забавно снять с нее все, подумал я игриво, и заставить пробежаться по дюнам.

Гостиная, куда она меня привела, была обставлена в стиле позднего скандинавского модерна, и я едва не столкнулся с мобилем[1]. Однако мне все же удалось не получить удар по физиономии от этой скульптуры, отдаленно напоминавшей гроздь серебряных бананов. За окном простиралось безоблачное небо, а взглянув вниз, можно было увидеть Ист-Ривер.

— Присаживайтесь, мистер Бойд, — радушно пригласила блондинка.

Я уселся на неопределенной формы диван. Хозяйка же предпочла устроиться напротив меня в кресле, на первый взгляд напоминавшем детскую колыбель. В воздухе повисла неловкая пауза. Нахальная блондинка использовала ее, чтобы продолжить бесцеремонное разглядывание моей персоны, причем длилось это довольно долго. Наконец я не выдержал.

— Неужели все так плохо? — спросил я с наигранным сочувствием.

— Как вы сказали? — Блондинка вздрогнула и оторвала от меня взгляд.

— Мое лицо, — ухмыльнулся я. — Наверное, с ним что-то произошло, причем совершенно ужасное, и вы ломаете голову, как мне об этом сообщить поделикатнее.

— А, понятно. — Женщина облегченно вздохнула. — Прошу прощения, просто я пыталась уловить исходящие от вас потоки биочастиц. Ведь биополе каждого человека может рассказать о многом, вы согласны?

— И что же вам удалось уловить? — поинтересовался я.

— Ничего, кроме обычной похоти. — Она изменила позу, и черный шелк на груди туго натянулся. — Еще чувствуются, пожалуй, жалкие остатки чего-то вроде рудиментарного разума. Но они почти полностью сублимированы первобытным сексуальным инстинктом. — Хозяйка дома взглянула на меня с видимым интересом. — Кстати, а вы, ну чисто случайно, не тот ли самый тип, что гнусно обманул мою приятельницу, выдав себя за ее отца?

— Хотите пригласить меня перебраться на коврик у входной двери? — с усмешкой предположил я. — Лично для меня изнасилование теряет всю свою прелесть, если я занимаюсь этим где-нибудь в другом месте.

— По-моему, в первобытном сексуальном инстинкте нет ничего плохого, — нисколько не смутившись, пробормотала она. — Надо только следить, чтобы он не превратился в некую секс-манию. Для этого необходимо время от времени думать и о других вещах. Кстати, вот вы, к примеру, с того самого момента, как вошли в мой дом, не можете уже думать ни о чем, кроме моего тела, ведь правда?

— Вы забыли о коврике у входа, — деликатно кашлянул я.

— Ну вот, я и говорю. А почему бы вам, скажем, для разнообразия не подумать о моем образе мыслей?

— Рад бы, да только не знаю, с чего начать! — ухмыльнулся я.

— Вообще-то я ничего не имею против мужчин с сильным половым влечением, — призналась Шанни. — Но вот как раз сейчас мне очень пригодился бы человек, который умеет еще и думать.

— У меня возникла идея, — объявил я. — Почему бы вам не остаться здесь и не заняться медитацией, а я вернусь к себе в офис. Мы просто сделаем вид, что нашей с вами встречи не было.

— Кажется, я не совсем верно истолковала ваши стремления, — произнесла хозяйка дома голосом кающейся грешницы. — Вернемся к делу.

— К тому самому, которое вы назвали вопросом жизни и смерти? — с интересом пробормотал я.

— Давайте для начала я расскажу вам о себе, — сказала она. — Меня зовут Шанни О'Тул, и я осталась сиротой, когда мне не было и восьми лет. Моим законным опекуном стал мой родной дядя, и с тех пор я жила в его доме. Вообще он был очень добр ко мне. Но к тому времени он уже был слишком стар и, возможно, поэтому имел, скажем так, довольно своеобразный взгляд на жизнь. Дядя сделал все от него зависящее, чтобы полностью изолировать меня от мира. Так продолжалось до тех пор, пока не пришло время отправить меня в колледж. Впрочем, он и там пытался организовать мне такую же жизнь отшельницы. Шесть месяцев назад мой дядя умер. В наследство он оставил мне чертову прорву денег, несколько нефтяных скважин и машиностроительный завод. Сейчас на меня работает целая армия адвокатов, которые денно и нощно следят за тем, чтобы мое состояние все время увеличивалось. Так что волноваться мне, казалось бы, не о чем. Но, к сожалению, я не слишком хорошо разбираюсь в людях. И поэтому приходится разбираться в том, что же на самом деле ими движет.

— А от меня-то вам что нужно? — поинтересовался я.

— Было бы хорошо, если бы вы позаботились о том, чтобы я осталась в живых, — просто ответила она. — Мне всего двадцать четыре года, и очень хочется прожить как можно дольше.

— Кто же хочет убить вас? — удивился я.

— Разве я пригласила бы вас, если бы знала это сама? — недовольно пробурчала она. — А если вы способны хоть пару минут подумать о чем-то, кроме моего тела, то не станете задавать дурацких вопросов.

— Хорошо. Тогда скажите, с чего вы взяли, что кто-то задумал убить вас? — рявкнул я.

— Да ведь уже было две попытки избавиться от меня, — пояснила Шанни. — Уж такое, видно, мое счастье, что я осталась в живых.

— А для чего вообще убивать вас? Женщина нетерпеливо передернула плечами.

— Похоже, вы все-таки не намерены оторвать взгляд от моих ног и груди?!

— Ваша грудь просто восхитительна, да и ноги хоть куда, — недовольно процедил я. — Правда, в эту минуту меня куда больше волнуют ваши уши.

— Мои уши? — Она в изумлении вытаращила глаза.

— Мне почему-то кажется, что они украшают пустую голову, — ухмыльнулся я. — Просто один сплошной вакуум!

— Как вы смеете оскорблять меня! — возмутилась блондинка.

— Из сказанного вами я понял, что кто-то уже сделал две попытки прикончить вас, — подытожил я. — А вы до сих пор так и не поняли, кто это был и зачем ему это надо.

— Совершенно верно, — оживилась моя собеседница. — Вот мне и нужно, чтобы вы докопались до этого. Выяснили, кто он, и остановили его.

— Но куда же вы намереваетесь для этого меня послать? — совсем не обрадовавшись, поинтересовался я.

— В Санта-Байю, — не моргнув глазом объявила она.

— Вы имеете в виду курортный городок на Западном побережье?! — От удивления в горле у меня что-то булькнуло.

— Да, конечно. А вы небось подумали, что речь идет о том старикане, приятеле Дон-Кихота, который вместе с ним крушил ветряные мельницы! — съехидничала Шанни О'Тул.

— Если мне не изменяет разум, вы сейчас находитесь в Манхэттене, — осторожно напомнил я. — И хотите тем не менее отправить меня к черту на кулички, за три тысячи миль отсюда на поиски этого предполагаемого убийцы?!

— Да заткнитесь же вы хотя бы ненадолго и послушайте пару минут меня! — проговорила блондинка елейным голосом. — У меня там загородный дом, и я собираюсь провести в нем недельку, начиная с завтрашнего дня. Мне пришлось как следует поломать голову, прежде чем решить, кого туда пригласить. Но сейчас я совершенно уверена, что будущий убийца — в числе этих гостей. И одним из тех, кто приедет навестить меня, будете вы, мистер Бойд.

— Да что вы?! — Всем своим видом я постарался показать, что приятно удивлен.

— Таким образом, вы окажетесь под одной крышей со всеми гостями, будете неустанно наблюдать за каждым и сможете сделать свои собственные выводы. Выясните, кто же покушается на мою жизнь, — безапелляционно заявила она. — Думаю, недели вам будет вполне достаточно.

— А может, и меньше, — с серьезным видом бросил я. — В конце концов, я могу и сам вас прикончить, закопать где-нибудь в дюнах и потом терпеливо ждать. Предполагаемый убийца обязательно начнет метаться взад-вперед, сходя с ума от беспокойства.

— Мистер Бойд, — заявила она тоном, способным заморозить даже вулкан. — Насколько я понимаю, мое предложение вас ничуть не заинтересовало?

— Совершенно верно, — любезно отозвался я. Хозяйка дома чуть заметно вздохнула и, поднявшись с кресла, медленно направилась к весьма элегантному, обтянутому кожей бюро. Я с интересом наблюдал, как она, взяв в руки какие-то бумаги, небрежно их просмотрела.

— Думаю, билет на самолет я еще успею сдать, — задумчиво пробормотала она. — А вот чек, вероятно, придется просто порвать.

— Ну так порвите, — не задумываясь, буркнул я.

— Я поняла, что такому преуспевающему частному детективу, как вы, — сказала она, — деньги просто не нужны. Они для вас, наверное, ничего не значат?

— Верно, — кивнул я.

— Ну что ж. — Шанни О'Тул пожала плечами. — Бог с ней, с этой тысячей!

— Стоп! — Я взвился в воздух, как ракета. — Вы сказали — тысяча долларов?!

— В качестве аванса, — лукаво усмехнулась она. — Я собиралась заплатить вам пять тысяч в случае, если вы отыщете мерзавца, который собирается меня прикончить. Кто бы это ни был! Впрочем, вижу, что для этого задания мне придется подыскать кого-нибудь более подходящего.

— Я передумал, — поспешно объявил я. — Когда нужно вылететь?

— Я буду на месте завтра утром, — спокойно ответила она. — Чтобы все организовать как следует, мне понадобится целый день. Гости приглашены на послезавтра, на это же число заказала билет и для вас. Считаю, что в аэропорту вам нужно нанять машину и на ней прибыть в мой дом. — Приблизившись ко мне, она вложила мне в руки стопку бумаг. — Все подробности вы найдете здесь.

Я поблагодарил.

— А теперь расскажите мне подробнее обо всех остальных приглашенных, — попросил я.

К моему удивлению, блондинка решительно покачала головой.

— Нет, мистер Бойд. Вам лучше ничего не знать заранее. Только в этом случае вы сможете непредвзято судить о каждом из них. Я познакомлю вас со всеми. А уж дальше вы сами сможете разобраться, кто убийца.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда расскажите мне о прежних попытках убить вас.

— Не сейчас, — отмахнулась блондинка. — Может быть, потом. Мне бы хотелось, чтобы вы приехали в Санта-Байю без всяких предубеждений.

— И сыграл роль одного из гостей? — предположил я.

— Вот именно. — Немного подумав, она решительно повела плечами. — К сожалению, это значит, что мне придется называть вас по имени...

— Дэнни, — подсказал я.

— Когда-то у меня был знакомый бармен, которого тоже звали Дэнни, — задумчиво сказала Шанни О'Тул. — Только он совершенно не умел готовить хороший мартини.

— В отличие от вас, я не знаю никого по имени Шанни, — объявил я. — Впрочем, кроме вас, а я не уверен, что это так уж ужасно...

— Не стоит особенно сокрушаться, что мы не очень-то по вкусу друг другу, — просто сказала блондинка. — Что-нибудь еще, Дэнни?

— Надеюсь, мы неплохо поладим, — предположил я. — В конце концов, вы богаты, а я умею готовить отличный мартини.

— Что-нибудь еще? — повторила она сквозь зубы.

— По-моему, все. — Я с довольным видом покосился на часы. — Сейчас самое время перейти к изнасилованию вашей подруги, и лучше всего именно на коврике в прихожей.

— Думаете, очень смешно? — огрызнулась девушка. — Надеюсь, провожать вас не обязательно?

— Конечно, — с готовностью кивнул я. — У меня на редкость хорошая зрительная память.

Хозяйка дома молча проводила меня почти до самых дверей гостиной. И тут снова заговорила.

— Должна предупредить вас еще кое о чем, — сказала она небрежно.

— А именно? — поинтересовался я.

— Не спускайте глаз с Мартина Шумейкера.

— Мартин Шумейкер? — переспросил я, перебирая в голове все знакомые мне фамилии.

— Это один из приглашенных, — пояснила Шанни. — Совершенный дикарь. Может запросто убить человека и сам не сможет потом объяснить, почему и зачем.

— Я с этим типом не знаком, — твердо заявил я.

— Ну что ж, — она пожала плечами, — значит, познакомитесь. Он не то чтобы сумасшедший, просто не умеет рассчитывать свои силы.

— Что, здоровый парень? — поинтересовался я.

— Самый настоящий великан, — кивнула девушка. — И силен, как бык. Однажды я видела, как он свернул в бараний рог стальной прут, почти что завязал его узлом. Причем в эту минуту он явно думал о чем-то другом. По-моему, он даже не понимал, что делает.

— Да, придется за ним присмотреть, — согласился я. — Клянусь, что немедленно исчезну, как только этот малый войдет в комнату.

— Но в то же время он чудесный парень, — заявила она.

— Просто он не отдает себе отчет в опасности своей силы, — с готовностью подхватил я.

— Вот именно, — кивнула она, озарив меня сияющей улыбкой. — Уверена, вы с ним отлично поладите. А кроме того, думаю, это не он мечтает со мной разделаться.



— Ну конечно, — поддакнул я. — До свидания, мисс О'Тул.

— Шанни, — поправила она.

— Шанни, — послушно повторил я.

— Пока, Дэнни, — весело закивала она. — Мне кажется, разумно заранее всех предупредить, что ты, мол, недавно подцепил какую-то тропическую болезнь. Но сейчас уже почти поправился, и скоро они будут как у всех нормальных людей.

— Что вы имеете в виду? — оторопел я.

— Твои волосы, конечно, — безмятежно заявила она. — Ведь, увидев тебя с такой прической, мои приятели тут же решат, что ты псих, удравший из ближайшей лечебницы!

Глава 2

Я захлопнул за собой дверь и, стоя на ступеньках, немного помедлил, прислушиваясь к лязганью многочисленных засовов за спиной. И вдруг входная дверь квартиры напротив чуть приоткрылась. В образовавшуюся щель выглянула брюнетка. На ее лице отражалось сильнейшее любопытство.

— Наверное, вы и есть тот самый частный детектив, — промурлыкала она низким гортанным голоском.

— А вы, вероятно, та самая доверчивая подружка, которая не удосужилась проверить, действительно ли за дверью стоит ее отец, — в тон ей ответил я. — В результате была изнасилована на коврике перед входом не менее трех раз.

— Так, значит, Шанни вам рассказала обо мне? — Она коротко хмыкнула. — Конечно же я просто пошутила. Но Шанни готова поверить всему, чему угодно, если история пришлась ей по вкусу.

— Представьте, я и сам поверил, — признался я.

— Уже почти пять часов, — улыбнулась брюнетка. — В это время, должно быть, над Эмпайр-Стейт-Билдинг уже развевается флаг с этикеткой мартини. И раз уж мы познакомились, так не лучше ли пройти в дом и приготовить что-нибудь выпить?

— Почему бы и нет? — с энтузиазмом откликнулся я.

Вслед за брюнеткой я вошел в комнату. Ее обстановка отличалась от той, в которой я побывал часом раньше, как если бы я перенесся в другое полушарие. Комната напоминала крошечный уголок Японии. Брюнетка не спеша направилась к решетчатому бару и удобно устроилась перед ним.

— Что будете пить? — спросила она.

— Мартини Я немного льда, — сказал я. — Кстати, позвольте представиться, меня зовут Дэнни Бойд.

— А я Ширли Симпсон, — весело объявила она. — Буду рада называть вас Дэнни, но Боже вас упаси когда-нибудь назвать меня Ширл!

Ее прическа отдаленно напоминала мой “ежик”. Конечно, в той степени, в какой это вообще возможно для женщины, решил я. На душе у меня немного потеплело. Девушка зачесывала их вперед так, что они волнистой челкой прикрывали лоб до самых бровей. Остальная масса волос мелкими кудряшками завивалась на затылке. Игривые локоны пушились над ушами, но были так коротки, что не доходили до шеи. Даже мне было понятно, что над такой прической потрудился настоящий мастер. Одним словом, смотреть на эту головку было приятно. Мне понравились и глаза девушки, умные и выразительные. А вот рот по контрасту с ними выглядел уж слишком невинно, чтобы соответствовать всему облику. Ширли Симпсон была одета в подобие черного шелкового японского кимоно, туго перетянутого поясом на тоненькой талии. Это роскошное одеяние при желании могло доходить ей даже до середины бедер. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что под черным шелком на хозяйке квартиры абсолютно ничего нет. Ее высокая грудь соблазнительно колыхалась, а разглядев, как маленькие соски натягивают тонкую ткань, я почувствовал странную сухость во рту. Если весь дом заселен девушками, подобными Шанни О'Тул и Ширли Симпсон, так ведь это мечта любого насильника!

— Предлагаю вам присесть, Дэнни, — ласково промурлыкала она.

Я осторожно пристроился на кушетке, слишком низкой, чтобы мужчина моего роста мог чувствовать себя достаточно удобно. Она приготовила нам спиртное и, передав мне стакан, устроилась подле меня. Сиденье кушетки, казалось, просто лежало на полу, поэтому коленки моей новой приятельницы, когда она села, приподнялись, полы черного кимоно сползли вниз и приоткрыли ее бедра почти полностью. Покрытые бронзовым загаром ноги Ширли оказались прелестной формы. Я почти автоматически повернулся к ней левым профилем.

— Шанни упоминала, что собирается нанять частного детектива, — заметила девушка. — Так это вы и есть?

— Это я и есть, — скромно потупился я.

— Оказывается, вкус у нее намного лучше, чем я думала, — сладко пропела очаровательная брюнетка. — Так, значит, вы вместе со всеми отправляетесь в Санта-Байю, чтобы выяснить на месте, кто собирается прикончить Шанни?

— Почему бы вам просто не задать мне вопрос? А потом, ради разнообразия, так же просто не подождать, пока я сам отвечу на него? — поинтересовался я. — Вы не обратили внимания, что до сих пор на все свои вопросы отвечаете сами?

— Прошу прощения, — рассмеялась она, продемонстрировав ровные белые зубы. — Просто мне кажется, что вам следует знать еще кое-что о Шанни. Скажем, ради пользы общего дела.

— Вы намекаете, что она немного не в своем уме?

— Скорее, просто притворяется, так сказать, играет под дурочку, — быстро пробормотала соседка. — Шанни славная девушка, а под этой маской скрывается на редкость ранимая и чуткая душа.

— И тем не менее кто-то хочет избавиться от нее? — спросил я.

— Она сама мне это говорила. — В голосе Ширли прозвучало сомнение. — Уже были две попытки покушения на ее жизнь — так сказала Шанни.

— А она, случайно, не рассказывала, как именно ее хотели убить?

Брюнетка покачала головой.

— Я сто раз пыталась уговорить ее это сделать. Но всякий раз она тут же, как устрица створки раковины, захлопывала рот, и я не смогла ничего из нее вытянуть.

— Как мило с вашей стороны было пригласить меня к себе, да еще и угостить. — Я с благодарностью взглянул на девушку. — Объясните, для чего вам это понадобилось?

— Через минуту, — с готовностью откликнулась брюнетка. — Только вначале ответьте, Шанни что-нибудь рассказывала вам о своем детстве?

— Это о том, как она осталась сиротой и попала в дом к богатому дядюшке, а тот недавно умер и оставил ей все деньги? — поинтересовался я.

— И это все, что вам известно?

— Да, конечно, — кивнул я.

— Мы с ней вместе учились в колледже, — объяснила Ширли. — Наверное, я самая старая и самая близкая подруга Шанни. И мне совсем не хочется, чтобы с ней что-нибудь случилось.

— Итак? — напирал я, надеясь, что она продолжит свои откровения.

— Поэтому я считаю что если вся эта история — не плод ее воображения и Шанни действительно нуждается в защите, так пусть это будет самая лучшая защита.

— Поэтому-то она и выбрала меня, — гордо заявил я.

— На нужно еще убедиться в том, что вы лучший, — замявшись, промолвила девушка. — Не возражаете против такой проверки?

— Ничуть, — отозвался я, — тем более, что будь я проклят, если понимаю, о чем это вы.

— Что-то вроде небольших испытаний, — объяснила она, — Просто чтобы знать наверняка, что вы лучше других сможете защитить Шанни.

— Будете упражняться в разгадывании кроссвордов? — ухмыльнулся я.

— Да нет, это что-то вроде обычного теста, — приятно улыбнулась брюнетка. — Просто проверка ваших способностей к быстрой концентрации и логическому мышлению.

— Знаете, что я вам скажу? — не выдержал я. — У меня такое чувство, что доктор вам сейчас еще нужнее, чем вашей подруге.

Она слегка коснулась моей руки.

— Это не отнимет много времени, мистер Бойд, я обещаю. Пару минут, не больше. Сидите как сидели, а все остальное я сделаю сама.

И прежде чем я успел открыть рот, чтобы отказаться, она вскочила на ноги и встала прямо передо мной.

— Постарайтесь сосредоточиться. — Брюнетка опять послала мне ослепительную улыбку. — А потом я задам вам несколько вопросов.

Не успел я и глазом моргнуть, как ее проворные пальчики распустили туго завязанный пояс, и полы кимоно распахнулись, полностью обнажив ее тело. Я с удовлетворением отметил, что угадал: под плотным шелком действительно ничего не было. Девушка чуть повела плечами — и вот она уже совершенно нагая стоит передо мной, а кимоно комочком черного шелка съежилось у ее ног. Пленительное тело было, пожалуй, немного худощавым, но не худым, а скорее хрупким, с прелестными женственными округлостями во всех нужных местах, и покрыто ровным бронзовым загаром. Соски упругой груди упрямо торчали кверху, мягкая линия тела тянулась к животу, и я вдруг почувствовал, что весь напрягся.

— А теперь перейдем к вопросам, мистер Бойд, — все тем же низким, воркующим голосом произнесла брюнетка. — Какую часть моего тела вы находите наиболее привлекательной?

— А если я назову сразу несколько? — прохрипел я не своим голосом.

— Можете даже перечислить письменно и в алфавитном порядке, если хотите, — промурлыкала она, мягко проводя ладонью вдоль изящной выпуклости бедра. — Не торопитесь, времени у нас сколько угодно.

Честно говоря, я в этом сильно сомневался. Это было что-то вроде дурного предчувствия, интуиции, если хотите. В тот момент я не мог дать этому названия. Метнувшись к противоположному краю кушетки, я кубарем скатился на пол и вскочил на ноги. И, как оказалось, вовремя. Массивный кулак со свистом врезался в кушетку как раз в том месте, где я только что сидел. Кушетка с печальным треском развалилась пополам. У меня потемнело в глазах. Кулак, похоже, должен был впечататься как раз мне в шею. И если бы я не успел увернуться, то так и остался бы на кушетке, но развалившись на две половины.

— Похоже, ему неплохо удалось сосредоточиться, — восхищенно присвистнула Ширли Симпсон. — Я сразу об этом догадалась, как только заметила, что у него остекленели глаза. Да и вообще он быстро сообразил, что я не просто так устроила стриптиз. Думаю, этот парень достоин высшей похвалы и способность концентрироваться и умение мыслить логически у него на высоте.

Обладатель чудовищного кулака медленно разогнулся, и я заметил на его лице гримасу разочарования.

— А я-то готов был поклясться, что он просто отключился и глазеет на тебя как кролик на удава, — пробурчал он. — Черт подери, теперь еще и за кушетку придется платить.

Я сам не маленького роста, но этот парень намного меня перерос и был гораздо тяжелее. Сложен он был как греческий бог — не тело, а одни сплошные мускулы. И ни грамма лишнего жира, с невольной завистью вынужден был признать я. Жизнерадостный гигант с гривой непокорных рыжих волос и пиратской шваброй вместо бороды того же цвета. Мне показалось, что парню около тридцати. Ясные светло-голубые глаза смотрели на мир с младенчески-невинным выражением. А глядя на его нос немыслимой формы, я готов был дать голову на отсечение, что в свое время он был сломан в нескольких местах. Его уродовал белый шрам, который тянулся от левой скулы почти вертикально вниз, затем круто изгибался у уголка рта. Вообще мне показалось, что парень смотрелся бы куда уместнее в грязной пиратской одежде, нежели в элегантном современном пиджаке.

— Дэнни Бойд, познакомьтесь с Мартином Шумейкером, — пробормотала брюнетка, представляя нас друг другу.

— Вы чуть не сломали мне шею, — в ярости прорычал я.

Наглый парень добродушно покачал головой.

— Не волнуйтесь, мы все тщательно рассчитали, — заявил он. — Вы пролежали бы без сознания минут десять, не больше. Правда, потом с трудом ворочали бы шеей недельки две. И все. Как видите, ничего страшного.

— С меня довольно! — воскликнул я. — Вы оба — просто парочка буйно помешанных.

Ширли Симпсон подхватила с пола кимоно и изящно завернулась в него. Обмотав вокруг тонкой талии полоску черного шелка, которая служила ей поясом, девушка кокетливо поправила волосы.

— Не стоит так волноваться. Мы ведь просто хотели убедиться, что Шанни находится под надежной защитой, — сказала она. — Вам осталось пройти еще одно, последнее испытание. Мы можем закончить через пару минут, Мартин?

— Ну конечно, — приветливо улыбнулся гигант. — На этот раз я постараюсь ничего не сломать.

— Последнее испытание? — Мне показалось, что я ослышался.

— Если хотите, чтобы мы поверили в вашу способность защитить жизнь Шанни, — решительно произнесла брюнетка с таким видом, будто ничего разумнее и быть не могло, — вы сначала должны доказать, что способны защитить самого себя.

— Шумейкер? — догадался я.

— Шумейкер, — кивнула она.

— Мне хотелось бы внести полную ясность, — вмешался жизнерадостный рыжеволосый великан. — Как вижу, вы из тех, кто ничем не брезгует ради победы, так что сразу предлагаю — к черту любые правила!

— А почему мы не можем решить эту проблему на интеллектуальном уровне? — взмолился я, впрочем без малейшей надежды, что меня хотя бы услышат. — Давайте просто сыграем в шахматы!

— Люблю крутых парней с чувством юмора! — учтиво откликнулся мой противник. — Даже если шутки такие же тупые, как ваша.

Я было прикинул, что ему потребуется время, чтобы обойти сломанную кушетку, но тут же был вынужден изменить свой план: парень просто пинком отшвырнул ее в сторону. Ширли Симпсон стояла за моей спиной, но в сложившейся ситуации мне было не до галантности. Впрочем, сейчас все средства хороши, посчитал я. И, обернувшись, схватил девушку за шею, согнул почти пополам и что было сил шлепнул ее по мягкому месту. От возмущенного крика брюнетки я чуть было сам не оглох. Даже моего рыжеволосого противника, похоже, оглушил этот вопль.

— Что это значит, Бойд? — прорычал он. — Вы, часом, не сексуальный маньяк? Оставьте девочку в покое и сражайтесь как подобает мужчине!

Без слов я дернул Ширли вперед, прикинул на глаз расстояние и дал ей такого пинка, что она полетела вперед не хуже ракеты “воздух — воздух”. Размахивая руками, словно ветряная мельница, девушка со всего маху ткнулась головой Шумейкеру прямо в солнечное сплетение. Впрочем, это скорее было предупреждение Мартину, ведь на самом деле такой толчок вряд ли мог серьезно ему повредить. К сожалению, я не подумал о самой девушке. У нее же было впечатление, что она врезалась в каменную стену. Брюнетка распростерлась на полу почти без сознания, и я услышал жалобный стон.

— Больно, лапочка? — всполошился Шумейкер, опускаясь на колени подле обмякшего тела.

Воспользовавшись минутным замешательством, я подскочил к нему и, опустившись на колено, что было сил обрушил свой кулак на бычью шею.

— Зря ты это затеял, Бойд, — раздраженно отмахнулся Шумейкер. — Неужели не видишь, что сделал больно бедной, маленькой Ширли?

Я снова стукнул его.

— Будь ты проклят! — рявкнул рыжий гигант. — Не видишь, что ли, мне не до тебя!

Я уже было занес кулак, чтобы треснуть его в третий раз, но потом передумал. Что толку? В этом монстре явно не было ничего человеческого. Я понял, что даже если попытаться переехать его грузовиком, то еще неизвестно, что станет с машиной. С большой неохотой я опустил руку и тут с огорчением заметил, что разбил в кровь костяшки. Затем, протянув руку вперед, я ткнул указательным пальцем ему в висок.

— Пиф-паф! — слабым голосом сказал я. — Ты убит!

— Ах, да заткнись ты, Бога ради! — огрызнулся Шумейкер и, осторожно приподняв брюнетку, кое-как посадил ее. — Как ты, милая?

— В порядке, — слабо простонала девушка. — Только голова ужасно болит, вот-вот разлетится на кусочки!

— Потерпи немного, сейчас я ему задам! — пообещал парень. — Как только удостоверюсь, что с тобой ничего не случилось, — добавил он ласково.

— Не волнуйся, через минуту я приду в себя. — Она подняла голову, и, встретившись с ней взглядом, я решил, что у меня непорядок со зрением, — темные глаза смотрели на меня вполне дружелюбно. — Как бы то ни было, — продолжала Ширли, — Бойд с честью выдержал испытание.

— Пока я осматривал твою голову, он пару раз стукнул меня. Это было похоже на укус комара, — недовольно проворчал ее приятель. — Не понимаю, о чем ты говоришь?!

— Пиф-паф! Ты убит! — расхохоталась девушка. — И ты действительно был бы мертв, будь у него пистолет! Ловко придумано! Толкнул меня к тебе, ты на минуту отвлекся, и у Бойда оказалось довольно времени, чтобы вытащить оружие. Если бы, конечно, оно у него было!

— Может, подождем появления малыша в белом одеянии и с сачком для ловли бабочек? — ехидно проговорил я. — Или обитатели этого сумасшедшего дома способны сами приготовить себе выпить?

— Валяйте, готовьте, — бессильно махнула рукой Ширли. — Да не забудьте про меня.

— А вы что скажете? — повернулся я к Шумейкеру.

— Бакарди с ромом, — буркнул он. — Смешайте полный бокал и добавьте листик мяты.

— Льда не надо? — вежливо осведомился я.

— Никакого льда, — поморщился Мартин. — И в высокий бокал.

Я смешивал коктейли, стараясь не прислушиваться к внутреннему голосу, который настойчиво твердил, что весь этот тарарам не к добру. Взяв у меня из рук бокалы, Шумейкер вернулся к дивану, на котором лежала брюнетка. Я остался стоять где стоял, спиной к бару. Так спокойнее, решил я. Не то чтобы совсем безопасно, но все же лучше, чем рядом с этой парочкой.

Первый же глоток вернул Ширли Симпсон к жизни. Она спустила ноги с дивана, поправила растрепавшиеся волосы и, казалось, была готова повторить очаровательный номер со стриптизом.



— Ну а теперь, Дэнни, когда вы с честью выдержали испытание, — объявила она, — самое время рассказать, для чего мы все это затеяли.

— Хорошая мысль, — кивнул я.

— Мы самые близкие и самые старые друзья Шанни. И поэтому решили принять меры, чтобы с ней не случилось ничего плохого, — заявила она как ни в чем не бывало. — Ведь так, Мартин?

— Угу! — равнодушно пробубнил рыжеволосый великан. — Совершенно верно.

— По-моему, минут десять назад вы намекали, что все покушения на жизнь вашей подруги — просто плод ее воображения. — Я возмущенно уставился на брюнетку.

— Я сказала, что надеюсь на это. Но ведь никто же точно ничего не знает, — холодно процедила она. — Дело в том, что ни одна живая душа не знает, что с ней случилось за те три месяца.

— Наверное, вы правы, — сказал я. — Но о каких это трех месяцах вы говорите?

— Я имею в виду три месяца, когда она отсутствовала, — терпеливо пояснила моя темноволосая приятельница. — В один прекрасный день Шанни просто исчезла. Мы с ума сходили от беспокойства. А потом она прислала открытку из Санта-Байи. Написала, что решила устроить себе каникулы, что прекрасно отдыхает и все в порядке.

— Так почему же вы тогда волнуетесь, почему решили, что это не так?

— А потому, что с тех пор она об этом не сказала ни слова! — с торжеством воскликнула Ширли. — Почему она прячется, как рак-отшельник в свою раковину, при любом напоминании об этом? И почему мысль о том, что кто-то преследует ее и хочет убить, появилась у нее как раз после возвращения оттуда?

— Какого черта, мне-то откуда знать, — проворчал я. — А кстати, давно она вернулась из Санта-Байи?

— Уже почти три недели, — откликнулся Шумейкер. — И теперь у нее появилась безумная идея собрать всех своих знакомых в Санта-Байе, потом нанять частного детектива и привезти его, туда. Он должен докопаться, кто же это собирается свести с ней счеты.

— Шанни О'Тул сама сказала вам, что наняла меня для этого? — спросил я брюнетку.

— Ну, не совсем так. — Девушка заметно смутилась. — Как-то раз она попросила меня ненадолго уйти, ей, мол, надо сделать один очень важный звонок. Я ушла.

— Но недалеко? — подсказал я.

— Вот именно. — Брюнетка деликатно кашлянула, прочищая горло. — Я вышла, громко хлопнув дверью, а потом прокралась в гостиную и услышала все до последнего слова.

— И тогда вы с вашим приятелем Шумейкером разработали план, как проверить мои профессиональные качества. Хотели убедиться, что я вполне соответствую вашим требованиям?

— Совершенно верно! — подтвердила девушка.

— А если бы я вас не устроил?

— Тогда бы мы заставили вас позвонить Шанни, вежливо извиниться и сказать, что вы, дескать, передумали браться за эту работу, — вмешался в разговор Шумейкер. — И просто подыскали бы другого человека.

— Лучше меня вы все равно никого бы не нашли, — скромно заметил я.

Мартин равнодушно повел плечом, больше похожим на каменную глыбу, чем на часть человеческого тела.

— Мне кажется, выбор все же есть.

— Вы кого-нибудь подозреваете? Кто может пытаться прикончить Шанни? — потеряв всякую надежду, спросил я.

— Ну конечно, — спокойно проговорила брюнетка. — Каждый, кто знаком с ней больше пяти минут, вполне способен на это. Она обладает удивительной способностью мгновенно вывести из себя любого.

— По-моему, мне уже пора, — осторожно сказал я. — Думаю, еще не все закрыто и я успею найти место, где проверят” все ли у меня в порядке с головой?

— Я рада, что вы отлично сдали наш маленький экзамен, Дэнни. — Ширли Симпсон послала мне сияющую улыбку. — Так, значит, увидимся в Санта-Байе?

— Конечно, если до того я не попаду в Бельвью, — сокрушенно пробормотал я.

— Один совет, если позволите, прежде чем вы уйдете, — добавила она. — Не спускайте глаз с Чака Вилана.

— Чак Вилан? — тупо произнес я. — Это что, еще одно чудовище вроде Шумейкера, только побольше?

— Нет, просто один крошечный человечек, — отмахнулся Шумейкер. — Только очень опасный. Как гремучая змея — сами увидите.

— Как гремучая змея? — задумчиво пробормотал я. — К кому еще я должен присмотреться?

— Джоанна Вейч, — тут же подсказала брюнетка. — Только за ней, правда, вам следить не придется. Она сама вас выследит, и тут уж вам ничто не поможет. Она вцепится в вас мертвой хваткой, как только повернетесь к ней вашим левым профилем. — Мне очень не понравились сладкие нотки, которые вдруг появились в ее голосе. — Мне говорили, что Джоанна очень забавна. То есть если вам, конечно, нравятся сладострастные нимфоманки с садистскими наклонностями.

— Я что, похож на мазохиста?! — огрызнулся я.

— Ничуть не сомневаюсь, Джоанна будет счастлива об этом позаботиться, — промурлыкала Ширли. — Да, кстати, если на улице встретите парочку инвалидов, можете не сомневаться, что это кто-то из бывших дружков Джоанны!

Глава 3

Небольшой курортный городок Санта-Байя не сильно изменился с тех пор, как я был здесь в последний раз месяцев восемь назад. Расположенный на берегу океана, он ничем не выделялся среди сотен таких же, где жизнь бьет ключом только во время летнего сезона. Тогда в маленьких, стилизованных под старину магазинчиках из несчастных туристов вытряхивают последний доллар. Я медленно ехал во взятой напрокат машине по главной улице городка, затем свернул на ту, что тянулась вдоль берега, в точности следуя полученным от Шанни О'Тул письменным инструкциям. Мили через три эта дорога резко сворачивала вправо, делала крюк, и машина выезжала на проселок, который, казалось, вел прямехонько в глубь океана.

Через несколько минут я обнаружил нужный мне дом. К главному входу вела аллея высоких сосен умопомрачительной красоты. Сам же дом показался мне вполне современным, в его архитектуре удачно сочетались дерево и стекло. Расположен он был прямо посреди песчаных дюн. За домом начинался берег, и об него с тихим шорохом бился Тихий океан. Вокруг было не правдоподобно чисто и спокойно; я вышел из машины и сразу почувствовал пьянящую смесь раскаленного хвойного воздуха и свежего морского бриза, мягко коснувшегося моего разгоряченного лица.

Я нажал кнопку звонка. Где-то в глубине дома раздалась мелодичная трель, и дверь тотчас распахнулась. На пороге стояла Шанни О'Тул. Ее кожу уже успело позолотить солнце, но на лице я что-то не заметил приветливой улыбки. На ней не было ничего, кроме крохотного белого бикини, выглядевшего на этой девушке на редкость забавно. Казалось, самому купальнику было неловко от того, что он надет со смехотворной целью хоть как-то прикрыть эту великолепную плоть. Поэтому он нашел простейший выход: затерялся, слившись с роскошными формами хозяйки, дожидаясь, пока бронзовый загар скроет его от нескромных глаз.

— Вы слишком рано, — хмуро заявила она. — Я же вам заказала билет на вечерний рейс.

— Я страдаю странной болезнью под названием агорафобия, — заметил я. — Это боязнь открытого пространства.

— Спасибо, я умею читать, — недовольно пробурчала она.

— Поэтому я ненавижу летать, — продолжал я. — А особенно мне ненавистны вечерние рейсы, потому что на них не добудешь выпивки. Мне удалось заполучить билет на утренний рейс, и я отменил ваш заказ.

— Ну, тогда входите, раз уж вы все равно здесь, — сказала она. — Чемодан несите сами.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, я понял, что на первом этаже, кроме прихожей, расположены еще столовая и огромных размеров гостиная. Из нее можно было пройти на широкую веранду. Второй этаж больше всего напоминал обычный средний отель: восемь однотипных спален и шесть ванных комнат. Предназначенная для меня комната была последней по коридору. Я внес туда свои вещи и вслед за блондинкой спустился в гостиную.

— Моя комната как раз возле вашей, — проинформировала она. — Я решила, что на всякий случай мне лучше быть поближе к вам.

— Самая разумная мысль, которую мне повезло услышать за последнее время, — совершенно искренне произнес я.

Хозяйка круто повернулась на каблуках, в ее темно-голубых глазах сверкнул ледяной огонек.

— Ну конечно, и как же я могла забыть о ваших извращенных сексуальных фантазиях? — Она закатила глаза. — Послушайте, вы, помнится, я наняла вас, чтобы предотвратить покушение на меня? Разве не логично в такой ситуации находиться поближе к человеку, который, по идее, должен тебя защитить? Ведь убийцы порой работают по ночам, или вы об этом не слышали?!

— Да, вы правы, — миролюбиво согласился я. — А кстати, я вам еще не говорил? Меня чуть было не прикончили, как только я покинул вашу квартиру.

— Это что, еще одна глупая шутка? — холодней осведомилась она.

— Можете называть это так, если хотите, — пожал я плечами. — Наверное, вы с вашими преданными друзьями хохотали до колик после моего ухода?

— Не понимаю, о чем это вы? — невинным тоном спросила она.

— Шанни О'Тул, — как можно мягче сказал я. — Вы — мерзкая лгунья. Это ведь вы все подстроили, правда?

— Ну... — Она в смущении прикусила нижнюю губу. — Постарайтесь понять меня правильно. Я просто хотела убедиться, что наняла именно того, кого надо!

— Вы позаботились о том, чтобы я хорошо запомнил ваши слова относительно Шумейкера, — продолжал я. — Парочку подобных предостережений я выслушал перед уходом от ваших приятелей. Это ведь тоже была ваша идея?

— Если, черт побери, вы объясните, о чем толкуете, может статься, я и смогу ответить на ваш вопрос! — взорвалась Шанни.

— Ваши дружки посоветовали мне не выпускать из виду Чака Вилана и Джоанну Вейч, — сообщил я.

— Неужели? — В ее глазах вспыхнул и тотчас же погас злой огонек. — Нет, мне об этом ничего не известно.

— По дороге сюда у меня было время все хорошенько обдумать, — сурово заявил я. — Я всегда размышляю, когда лечу в самолете, чтобы не смотреть в окно. Иначе может кончиться тем, что я буду бегать по проходу, пугая пассажиров истошными воплями. Похоже, вы действительно соблазнительница, мешок с золотом. И, судя по всему, ваши очаровательные приятели — того же поля ягоды. Почем мне знать, может, вы просто-напросто решили, что будет уморительно нанять частного детектива, провести с ним в компании недельку на берегу океана, поразвлечься от души, дурача его выдумками о том, будто кто-то хочет свернуть вам шею?

— Нет! — Вздрогнув, она покачала головой. — Ничего подобного, Дэнни, клянусь вам. Я действительно уверена в том, что за мной охотятся.

— Почему? — спросил я.

— Лучше я расскажу об этом немного позже, — быстро ответила она. — Когда приедут остальные и вы всех увидите. Я же еще в Нью-Йорке предупредила, что не хочу, чтобы у вас заранее сложилось какое-либо мнение.

— Я уже успел познакомиться кое с кем из них, — хмыкнул я. — Это тоже была ваша идея.

— Я доверяю Ширли и Мартину, — твердо сказала она. — Они мои лучшие друзья, к ним это не имеет ни малейшего отношения.

— Но остальным-то, надеюсь, обо мне ничего не известно? — поинтересовался я.

— Именно так, — ответила девушка. — Они знают только, что вы один из приглашенных.

— А что произошло в те три месяца, что вас не было в городе? — резко спросил я.

Ее глаза расширились и потемнели.

— Кто сказал вам, что я уезжала?!

— Ваши лучшие друзья, — констатировал я.

— Ну ладно, это не важно. — Из груди Шанни вырвался глубокий вздох, и я с интересом уставился на узенькую ленточку купальника, гадая, выдержит ли она. — Послушайте, Дэнни, у меня тысяча дел. И надо их переделать до того, как сюда ввалится эта компания. Они приедут часам к шести. Поэтому будьте любезны, не путайтесь у меня под ногами до их появления.

— Хорошо, — недовольно буркнул я. — Подскажите только, не могу ли я чем-нибудь помочь?

— Просто исчезните часа на четыре! — нетерпеливо бросила она.

Я сел в свою машину и снова покатил в город. Еще в прошлый свой приезд я присмотрел неплохой бар под названием “Луана” и сейчас направился прямиком к нему. Такие заведения были мне хорошо знакомы: пока вы избегаете их фирменных коктейлей, где ром смешан черт знает с чем и подается в бокалах, имитирующих половинки кокосовых орехов, все идет отлично и вы чувствуете себя в раю после обжигающего зноя, который подстерегает вас на улице. Я заказал джин с тоником, прикинув, что хорошая порция хинина поможет мне избежать малярии. Облокотившись на стойку бара, я спокойно потягивал ледяной напиток. Было странное ощущение, будто время остановилось и я нахожусь в самом центре временной дыры, ожидая чего-то, что должно непременно произойти. Нужно было придумать, как убить последующие три часа, чтобы не умереть со скуки. Но вся беда была в том, что как раз сейчас мне меньше всего хотелось размышлять об этом. В результате я одним глотком допил свой джин и попросил повторить, а затем, забрав бокал, пересел за ближайший столик. Я всегда ненавидел такое состояние неопределенности — сразу возникает отвратительное ощущение собственной никчемности.

Прошло минут тридцать, и вдруг возле моего столика возникли две знакомые фигуры. Шумейкер красовался в яркой гавайской рубашке с веселеньким рисунком из огненно-красных пальм, дополненной белыми слаксами. Этот попугайский наряд делал его похожим на слона, участвующего в политическом митинге демократов. Ширли Симпсон щеголяла в маленьком черном платьице, которое выгодно подчеркивало хрупкость ее прелестной фигуры и стройность длинных, бронзовых от загара ног.

— Мы позвонили Шанни из аэропорта, — пророкотал Шумейкер. — По-моему, настроение у нее не очень. Сказала, чтобы мы катились к черту и не показывались в доме как минимум до шести.

— Она еще сказала, что вы уже прилетели, но она вышвырнула вас из дому и велела не показываться ей на глаза. Поэтому мы решили, что вы где-нибудь в городе, — добавила брюнетка.

— С первого взгляда мне было ясно, что вы не дурак выпить. Тогда, на квартире у Ширли, вы то и дело смешивали себе стакан за стаканом, — подхватил Шумейкер и радостно захохотал.

— Кстати, мы знали, что здесь, в Санта-Байе, есть только одно место, где приличный человек может получить приличную выпивку, — заявила Ширли, — и это как раз бар “Луана”.

— Прекрасно, — одобрил я. — С удовольствием купил бы вам выпить, ребята, если бы мы были приятелями.

— Ну, ну, не будьте таким злопамятным, Бойд, — промурлыкала брюнетка, скользнув за мой столик с таким видом, будто мы старые друзья или любовники. — Пойди, Мартин, закажи что-нибудь. Мне лучше всего какой-нибудь обалденный коктейль с ромом, знаешь, из их фирменных!

— А вам что-нибудь принести, Бойд? — осведомился рыжеволосый великан.

— Джин с тоником, — отозвался я. — В таких местах и не заметишь, как подхватишь малярию.

— Ух ты! — На его лице заиграла льстивая улыбка. — А я-то думал, что малярия — такая штука, от которой тебя просто трясет с утра до вечера. В жизни бы не догадался, что она бывает в каких-то особенных местах! Может, тогда мне лучше тоже взять себе джин с тоником?

— Юморист! — проворчал я, наблюдая, как парень прокладывает себе дорогу к бару.

— Зря вы придираетесь к нему, — заметила брюнетка. — Чувство юмора у Мартина есть, только довольно своеобразное. Когда он отпускает очередную остроту, кажется, что тебе без анестезии выдирают зуб.

— Этот домик на берегу, — поинтересовался я, — он тоже часть наследства Шанни?

— Наверное, да, — откликнулась девушка. — Шанни богата до безобразия. Да, впрочем, вам это прекрасно известно.

— А вы? — полюбопытствовал я.

— О, — усмехнулась она, — я — человек со средним доходом. Когда-то мой муж так хотел получить развод, чтобы поскорее кинуться в объятия своей европейской шлюхи, что совсем потерял голову. На этом деле я получила квартиру, ну и еще очень неплохие алименты. Впрочем, с такими деньгами у Картье делать нечего.

— Времена порой бывают тяжелые, — кивнул я. — А что ваш рыжеволосый друг? Девушка весело засмеялась.

— Мартин? Много лет назад его папаша копал-копал да и выкопал в Техасе большую дырку, откуда до сих пор хлещет нефть. Поэтому милому мальчику и делать-то ничего не надо, просто держаться подальше от родителей. А уж папочка позаботится, чтобы у сыночка все время звенело в кармане до тех пор, пока он не попадается ему на глаза.

Шумейкер наконец вернулся и устроился напротив нас.

— Вы, надеюсь, сообразили прихватить с собой пистолет, Бойд? — как ни в чем не бывало поинтересовался он.

— Нет! — небрежно бросил я. — Не думаю, что руководству авиакомпании это понравилось бы. Ведь в аэропорту установлены эти дурацкие датчики с пищалками и все такое.

— Черт вас возьми, но ведь без оружия вы просто бесполезны, — недовольно проворчал он. — Вы уже успели в этом убедиться. Помните, тогда, на квартире у Ширли?

— Что-нибудь придумаю, — огрызнулся я. — Может, куплю где-нибудь в городе подержанную рогатку!

— А мы приехали на машине, — похвастался вдруг Мартин.

— Сколько дней добирались?

— А какая разница? — пожал он массивными плечами. — Машину-то мы вели по очереди. Неплохая, знаете, модель — спортивный автомобиль, заграничный и летит как на крыльях. — Парень расплылся в счастливой мальчишеской улыбке. — Послушайте, Бойд, уж так получилось, что я захватил пистолет. Я почему-то так и думал, что вы, скорее всего, приедете без оружия. Так что, если хотите, одолжу вам свой.

— Огромное спасибо, — кисло улыбнулся я. — И что у вас за пистолет? Небольшая базука, которую вы держите в заднем кармане?

— Да нет, что вы, — не понял моей шутки Мартин, — просто мой старый, верный тридцать восьмой. Вам, верно, он хорошо знаком. Когда решаете кого-то пристрелить, достаточно направить в его сторону конец пистолета, где есть дырка.

— Если бы я умел посылать плевок футов на шесть, — мечтательно произнес я, — то мог бы попасть как раз вам в глаз.

— Ладно, хватит, продолжим в машине, — перебила брюнетка, — и без этих ваших шуточек. Поговорим абсолютно серьезно. Если Шанни окончательно не сошла с ума и кто-то действительно хочет убрать ее с дороги, тогда нам лучше быть заодно.

— Три мушкетера? — Я ухмыльнулся. — Жду не дождусь, когда смогу увидеть Шумейкера в плаще и при шпаге. И не забудьте шляпу со страусовым пером, изящно спадающим на плечо.

— Мне не очень нравится ваш тон, — запальчиво произнес Шумейкер. — Уверен, вам не понравится, если я дам вам по носу, да так, что он окажется на затылке?!

— Джентльмены, прошу вас, — вмешалась брюнетка. — Смех смехом, но, если вы покалечите друг друга, подумайте, кто от этого выиграет?

— Бойд, конечно! — нагло ухмыльнулся рыжий гигант. — Ни тебе забот, ни хлопот — лежи-полеживай в ближайшем морге!

— Закрой рот, Мартин! — прикрикнула на него брюнетка, и я почувствовал, как к моей ноге прижалось ее горячее бедро. — Если вы оба будете и дальше искать случай, чтобы вцепиться друг другу в глотку, наша затея полетит ко всем чертям!

— Да ладно тебе! — фыркнул Шумейкер. — Предупреди его, чтобы впредь не вздумал отпускать свои плоские остроты в мой адрес!

— Послушайте, — вернулся я к главной теме, — кто-нибудь из вас имеет представление, кому может быть выгодно избавиться от Шанни?

— Нет, — ответили они в один голос.

— Но вы по-прежнему считаете, что все это связано с ее трехмесячным отсутствием?

На этот раз оба ответили положительно. Из этих друзей мог бы получиться отличный дуэт. А если бы водевиль не остался в прошлом, оба они имели бы грандиозный успех. Однако, к сожалению, я имел веские основания подозревать, что они, как и Шанни О'Тул, попросту морочат мне голову.

— А кто такой Чак Вилан? — прищурившись, спросил я.

— Я же вам говорил! — ухмыльнулся Мартин Шумейкер. — Это грязный маленький подонок, который...

— Я слышал, что вы мне говорили! — рявкнул я. — Чем он занимается? Вот что мне нужно знать! Где и как познакомился с Шанни?

— Чак Вилан — распорядитель наследства, которое досталось ей от дяди, — быстро вставила Ширли. — Он сейчас вроде ее опекуна, понимаете?

— А что, разве ей еще нет двадцати одного года? — Я уставился на них в немом изумлении.

— Я имела в виду, что Вилан один из администраторов наследства ее дяди, — терпеливо пояснила Ширли. — Не забудьте, ведь Шанни исполнится двадцать пять только через полгода!

— Хорошо, не забуду, — кивнул я.

— Вы понимаете теперь, в чем тут все дело? — спокойно спросила Ширли. — У Шанни просто не было выбора. Она не могла не пригласить Чака погостить, иначе у него возникли бы всякие подозрения!

— А почему я не должен забывать, что Шанни исполнится двадцать пять только через полгода? — не выдержал я.

— Дело здесь в условиях завещания ее дядюшки, — вздохнула Ширли. — Шанни вам уже, конечно, рассказывала?

— Нет, — честно ответил я.

— Ox! — воскликнула брюнетка и беспомощно оглянулась на рыжеволосого великана.

— Ее покойный дядюшка был не только ханжой, но при этом еще и полным подонком, — возмущенно заявил Шумейкер. — В конце концов он совсем спятил и стал поклоняться своим деньгам, точно какому-то божеству. При этом он без конца ныл, считал, что мир катится в тартарары, раз уж все бесстыжие девки носят юбки выше колен. А все остальные, куда ни глянь, курят сигареты и пьют пиво. Можете себе представить? Ну вот, он и объявил, что скорее сгорит в аду, чем позволит своей крошке Шанни пойти тем же путем. Поэтому он хоть и завещал ей все состояние, но как бы пока не в полное владение. Шанни получила квартиру на Манхэттене и домик на берегу океана. Плюс конечно же неплохое содержание. Все остальное имущество достанется ей только по достижении двадцати пяти лет.

— И скорее всего, не просто так, — догадался я.

— Совершенно верно, — кивнул Мартин. — Есть одно маленькое условие. Если будет доказано, что до своего двадцатипятилетия Шанни вела аморальный образ жизни или совершала аморальные поступки, она не получит ни гроша!

— И кто же тогда получит все? — поинтересовался я.

— Точно не знаю. — Парень вопросительно взглянул на Ширли.

— Я уверена, что благотворительные организации, — сказала брюнетка, но по голосу девушки было понятно, что точно она не знает. — Во всяком случае, Чак Вилан именно тот человек, который держит Шанни, если можно так выразиться, в ежовых рукавицах.

— И именно он распоряжается ее наследством, — кивнул я. — То есть, выходит, он уже успел хорошенько нагреть руки. Значит, будет выгодно доказать, что Шанни глубоко аморальна, и вообще оставить ее с носом. Может, по этой самой причине ему еще выгоднее прикончить ее?

— Господи, до чего же вы глупы, Бойд! — все таким же сладким голосом пропел Шумейкер. — Ну, пошевелите мозгами хоть немного. Ну не будет Вилан отчитываться перед Шанни, так что с того? Все равно ему придется это сделать — только перед благотворительным комитетом, к которому перейдут дядюшкины деньги! — Он громко хохотнул. — А лично мне кажется, что ребята из этого комитета гораздо круче парнишек из налоговой службы, хотите — верьте, хотите — нет!

— Может, благотворительному комитету он доверяет больше, чем Шанни, — предположил я.

— Не переживайте, не пройдет и нескольких часов, как вы с ним встретитесь и сможете сделать свои собственные выводы, — равнодушно произнесла Ширли.

— А что представляет собой Джоанна Вейч? — полюбопытствовал я.

— Я же вам уже о ней рассказывала, — удивилась Ширли, — кажется, она приятельница Шанни, но, видит Бог, я совсем не понимаю, что Шанни могла найти в этой бесстыжей нимфоманке?!

— Кто еще там будет? — спросил я.

— Не могу сказать, пока сама всех не увижу, — пожала плечами Ширли. — У Шанни всегда был особый талант к непредсказуемым действиям. Понимаете, что я имею в виду?

— Вы хотите сказать, что левая рука Шанни О'Тул не знает, что делает правая?

— Что-то вроде этого. — Брюнетка возмущенно округлила глаза. — Вообще-то мне всегда казалось: она хочет быть уверенной, что некоторые ее друзья никогда не столкнутся в ее доме.

— Похоже, вечеринка, которую она затеяла, станет исключением?

— Думаю, вы правы. — Странное выражение, которое я уже приметил немного раньше, снова появилось в ее глазах. — Только вот на этот раз у нее соберется забавная компания: все — друзья и все — потенциальные убийцы!

Глава 4

В мою дверь вдруг неистово замолотили кулаками, и я поспешно выглянул, желая убедиться, что тяжелое дерево пока не разлетелось в щепки. Затем дверь с шумом распахнулась, и в комнату ворвался жизнерадостный рыжеволосый гигант, пол под его ногами задрожал, и с потолка немедленно посыпалась штукатурка.

— Вот, — радостно объявил он, наставив на меня дуло пистолета.

Я подскочил как ужаленный. “Смит-и-вессон” 38-го калибра с коротким стволом. Ничего себе!

— В нем полная обойма, — продолжал он. — Вам он, конечно, пригодится, Бойд, не беда, если сначала придется подстрелить парочку ни в чем не повинных людей просто так, по ошибке.

— Спасибо, — тупо пробормотал я.

— Гости понемногу съезжаются, — сообщил Мартин. — Появилась и гремучая змея, разгуливает на веранде с бокалом своего любимого лимонада в руке. Джоанна Вейч засела в гостиной в ожидании лиц мужского пола, чтобы сразу выбрать подходящую жертву.

— Вы словно на балу, — усмехнулся я.

— Будьте осторожны, Бойд, — сказал гигант. — Ширли, похоже, положила на вас глаз.

— Это что — предупреждение? — поинтересовался я.

— Я — и Ширли?! — Он оглушительно расхохотался. — Нет, отношения у нас чисто платонические. Во всяком случае, сейчас. Женщины существуют для того, чтобы ими пользоваться. А если одна не согласна, то под рукой еще миллион других, которые только того и ждут, чтобы их поманили.

— На редкость глубокие наблюдения для босоногого парнишки из Техаса, — саркастически хмыкнул я.

— Да, кстати, знаете, что еще характерно для Техаса? — радостно объявил он. — Все мы привыкли мыслить масштабно! Миллион женщин, Бойд, и никак не меньше: высоких и маленьких, толстых и тонких. И все эти милые крошки выстроились в очередь и ждут не дождутся, пока старина Мартин Шумейкер выберет одну из них, чтобы провести веселую ночку!

— Удачи, Казанова, — буркнул я. — Только не забудь сначала хорошенько присмотреться, а то можешь нарваться на парочку гомиков!

Шумейкер покинул мою комнату все с той же торжествующей злобной ухмылкой, которая, казалось, намертво прилипла к его уродливой физиономии. Первым делом я вытащил обойму из пистолета и убедился, что Мартин не соврал. Затем на всякий случай сунул ее в один из ящиков письменного стола. После этого я решил, что пришло время спуститься в гостиную. Она казалась пуста, если не считать тигрицы, застывшей в центре с высоким бокалом в руке.

Женщина была довольно высокого роста, с целой копной рыжевато-каштановых кудрей. Пышными волнами они обрамляли лицо и ниспадали на плечи. В ее глазах, как у дикого зверя, горели хищные зеленые огоньки. И почему-то казалось, что где-то глубоко внутри нее полыхает ярким пламенем неутоленное желание. Полные, чувственные губы кривились в усмешке, словно отдавая должное скабрезной шутке. Пышная грудь смотрелась совсем неплохо, особенно в сочетании с тонкой талией и узкими бедрами. Словом, эта женщина была на редкость привлекательна. Черное вечернее платье с глубоким квадратным вырезом красиво обрисовывало фигуру, а вокруг шеи сверкала изящная серебряная цепочка.

— Привет, — произнесла она глубоким контральто, — кто вы такой?

— Дэнни Бойд, — весело откликнулся я.

— А я — Джоанна Вейч, — представилась она. — И ваш профиль нравится мне так же, как и вам.

— Неужели та самая Джоанна Вейч? — охнул я. — Нимфоманка с садистскими наклонностями?! Только не это!

— Кто-то, похоже, уже поспешил рассказать вам обо мне? — Ее брови взлетели вверх. — Не сомневаюсь, что это кто-нибудь из моих ближайших подруг! Шанни? Или, может быть, милочка Ширли Симпсон?

— Ни та ни другая, — бодро соврал я, не моргнув глазом. — Просто как-то я встретил парнишку лет двадцати двух, но выглядел он, скажу я вам, на все девяносто. Он был на костылях, с забинтованной головой и загипсованную руку держал на перевязи. Парень рассказывал, что несчастье случилось, когда он случайно налетел на вас на платформе подземки, как раз между железнодорожными путями.

— Проголодались, Дэнни? — проигнорировав мою тираду, медленно протянула она.

— Да, как всегда, — кивнул я.

— Какой ужас! — Джоанна завертела головой, изображая отчаяние. — А я-то рассчитывала, что мы с вами пропустим ужин, а вместо него, захватив мой хлыст и сапоги для верховой езды, прямиком отправимся в вашу комнату.

— Легкая пробежка верхом на мне по ковру — и вы вонзаете мне шпоры в разгоряченные и вспотевшие бока? — Я притворился, что размышляю. — Признаться, звучит интригующе. А кто же потом, после нашей безумной скачки, сотрет пятна крови с пола?

Джоанна Вейч в задумчивости поглядела на меня. И вероятно, пришла к мысли, что рассчитывать на меня не приходится. Повернувшись ко мне спиной, девушка медленно направилась к дивану. А я поспешил к бару, смешал себе напиток и, захватив стакан, вышел на веранду.

Солнце садилось. Оно словно тонуло в океанских волнах, и к горизонту тянулась огненно-красная дорожка, напоминавшая свежую кровь. Или меня потянуло на подобные сравнения после знакомства с Джоанной Вейч? К вечеру Шанни О'Тул переоделась в голубую шелковую блузу с высоким воротничком и сильно расклешенные белые брюки. Увидев ее в таком одеянии, любой матрос протер бы от изумления глаза, решив, что его безумная мечта наконец стала явью. Шанни стояла неподалеку от меня, непринужденно болтая о чем-то с низеньким человечком, одетым в щегольской синий морской мундир с серебряными пуговицами и такие же брюки. Я обратил внимание на шикарный шелковый шарф ослепительной белизны, завязанный на его шее изящным узлом.

— А, это ты, Дэнни! — улыбнулась она мне. — Познакомься, это Чак Вилан.

Как только Шанни представила меня, Вилан протянул мне руку и ответил энергичным пожатием. На мой взгляд, росту в этом человеке было не больше пяти футов при довольно хилом телосложении. Так что я бы на его месте при сильном ветре старался уцепиться за что-нибудь, чтобы не унесло. Гладкую как колено лысину в некоторой степени уравновешивали пышные, черные как смоль усы. Упомяну еще его глаза, похожие на косточки оливок, и рот, напоминавший щель в почтовом ящике. Конечно, раньше мне не приходилось слышать о гремучих змеях с такими, как у него, усами. Но все остальное вполне соответствовало.

— Приятно познакомиться, Бойд, — отозвался Вилан неожиданно низким басом. — А вы давно знаете Шанни?

— Мы с ней соседи в Манхэттене, — лаконично сообщил я, особенно не распространяясь, что между нами лежит еще такая малость, как Центральный парк.

Слабо звякнул дверной звонок, и Шанни О'Тул ринулась через весь дом к входной двери. Вилан немного подождал и, убедившись, что она не услышит ни единого слова, обернулся ко мне с заговорщическим видом.

— Со мной вам не стоит притворяться, — заявил он, понизив голос. — Шанни все мне рассказала: и кто вы на самом деле, и для чего вы здесь.

— Да что вы? — рассеянно пробурчал я.

— Она сказала, что кто-то собирается прикончить ее, — недоверчиво продолжал он. — С моей точки зрения, все это не имеет ни малейшего смысла, просто чушь какая-то! Какого дьявола кому-то нужно ее убивать?

— Понятия не имею, — ответил я. — Но ведь, насколько я слышал, она довольно богата?

— Так уж получилось, что меня сделали распорядителем наследства, которое ей оставил дядя, — решительно пояснил Вилан. — По условиям завещания, Шанни не может унаследовать основную его часть до своего двадцатипятилетия. А до этого еще полгода. Но пока она пользуется частью недвижимости, да еще получает весьма приличное содержание. Правда, в случае, если с ней что-нибудь случится, все наследство переходит к благотворительным учреждениям.

— Но я слышал, что было еще что-то вроде условия морального характера. Это правда? — вкрадчиво спросил я.

— Да, ее дядя был большим моралистом. Немного старомодным, если, конечно, судить по сегодняшним меркам. — Чак недовольно передернул плечами. — Старик всегда считал Шанни милой и неискушенной девочкой, и ему хотелось, чтобы она и дальше оставалась такой же.

— Ну и как же это будет выглядеть? — с интересом спросил я. — Я имею в виду, если вам покажется, что она чересчур много пьет или еще что-нибудь в этом духе. Неужели она автоматически потеряет все?

— Вы что, шутите, Бойд? — возмутился Вилан. — У вас, у частных детективов, просто страсть подозревать всех и каждого. Неужели вы думаете, что я буду следить за Шанни или, чего доброго, найму кого-нибудь для этой цели?! Единственное, что может помешать Шанни унаследовать все, — это если появятся документы, свидетельствующие о ее аморальном поведении.

— Аморальность, — задумчиво протянул я. — Серьезное обвинение.

— Сексуальные извращения, наркомания, преступная деятельность, — холодно перечислил он. — Дядюшка позаботился перечислить все это в завещании. Хотел исключить любую возможность не правильного толкования его воли.

— И в этом случае принимать решение придется вам? — спросил я.

— Дядя Шанни назначил меня распорядителем именно для того, чтобы его воля была неукоснительно исполнена, — гордо заявил Вилан. — Надеюсь, вы удовлетворены? К сожалению, у меня нет привычки носить с собой копию завещания!

— Насколько я понимаю, для любого преднамеренного убийства необходим мотив, — сказал я задумчиво. — Самый распространенный — это деньги.

— Надеюсь, этот мотив нам с вами удалось исключить? — Уголок его рта чуть дрогнул, и мне показалось, что это должно означать улыбку. — А вы, Бойд, совсем не так глупы, как кажется на первый взгляд.

— Послушайте, хотите, поделюсь с вами простым правилом, которое я усвоил еще в молодые годы? — предложил я, нависая над ним. — Не стоит оскорблять незнакомого человека, а то ведь так и в зубы недолго схлопотать!

Кадык Вилана испуганно дернулся, из горла вырвался какой-то булькающий звук. Он повернулся ко мне спиной и чуть ли не бегом кинулся к дому. Да уж, если судить по знакомству с рыжеволосой тигрицей или с этой засушенной креветкой Виланом, то нельзя сказать, что я успел обзавестись новыми друзьями.

— Дэнни? — раздался у, меня за спиной голос моей клиентки.

Резко повернувшись, я убедился, что она не одна. Ее сопровождал высокий черноволосый молодой человек с сильно обветренным лицом. По-моему, такое лицо больше подошло бы какому-нибудь морскому капитану.

— Это Хол Дрисколл, — сообщила Шанни. — А это — Дэнни Бойд.

— Никогда в жизни не видел ни одного частного детектива, — объявил Дрисколл с издевкой. — А я-то был уверен, что у них всегда вороватый вид и они предпочитают прятаться по углам. На вас все это не похоже, Бойд.

— А как ваша мелочная торговля, идет помаленьку? — любезно осведомился я.

Глаза Дрисколла потемнели от бешенства, и он яростно стиснул кулаки. Заметив это, Шанни крепко схватила его за руки и что было сил потащила прочь.

— Не глупи, Хол, — дрожащим голосом бормотала она. — Разве не видишь, Дэнни просто пошутил?!

— Терпеть не могу дурацких шуток, — сквозь зубы процедил он. — Предупреди его. Скажи, что у меня на редкость мерзкий характер и если он сию же минуту не извинится, то будет щеголять с фонарем под глазом всю следующую неделю!

— Нет смысла передавать мне всю эту чушь, — ухмыльнулся я. — Я отлично читаю по губам.

— Ну все, с меня хватит, — мрачно объявил Хол Дрисколл.

— Нет, — испуганно взвизгнула Шанни, вцепившись в его руку, словно терьер. — Это же мой вечер, ты что, забыл?!

— Ладно, так и быть, — нетерпеливо кивнул он. — На сей раз пусть остается все, как есть.

— Пойдем поздороваемся с Чаком Виланом. — Шанни силой потащила его прочь.

Так, ну вот и третий, с кем я успел попортить отношения, уныло подумал я. Вернувшись в гостиную, я обнаружил жизнерадостного рыжего гиганта сидящим на диване. Он оживленно беседовал с рыжеволосой тигрицей. Пожав плечами, я направился к бару, чтобы приготовить себе выпить, и в этот момент в комнату вошла Ширли Симпсон. На ней было вечернее платье желтовато-зеленого цвета, облегавшее ее фигуру как перчатка. Увидеть эту девушку, идущую по комнате, да еще с таким вызывающим видом, было вполне достаточно, чтобы глаза мои полезли на лоб. Брюнетка прямехонько направилась к бару, где каким-то образом умудрилась вскарабкаться на высокий стул возле стойки.

— Вы самый лучший бармен, которого я когда-либо встречала, Дэнни, — гортанным голоском проворковала она. — Сделайте мне мартини, только без всяких дурацких добавок.

— Со льдом? — осведомился я.

— Со льдом будет просто замечательно, — кивнула она. — А вы уже успели познакомиться с нашей озабоченной садисткой?

— По-моему, я даже успел ее чем-то обидеть, — отвечал я. — А еще меня представили Чаку Вилану и Холу Дрисколлу. И, сам не знаю как, их я тоже успел чем-то обидеть. Просто кошмар какой-то! Так что будьте осторожны, разговаривая с таким человеком, как я.

Ширли с любопытством покосилась на оживленно болтавшую парочку на диване и вновь взглянула на меня.

— Да, такое мне даже и во сне не могло присниться! — воскликнула она. — Хотелось бы знать, кто из вас первым попадет в больницу!

— Ну что вы! Это же просто босоногий паренек из Техаса, вокруг которого влюбленные красотки вьются роем! — хмыкнул я.

— Пиф-паф, благодарю вас, сэр! — холодно процедила она сквозь зубы. — Послушайте, Дэнни! Знаете, как Мартин представляет себе любовную игру, — послушать его, так достаточно содрать с девушки одежду и она уже дрожит от страсти!

— И тем не менее он уверяет, что между вами ничего нет, — не преминул заметить я.

— Можно сказать и так, — согласилась она. — Он привык всем пользоваться по прямому назначению, в том числе и своими деньгами.

— А как насчет Дрисколла? Что он за человек? — не удержался я.

— Хол? — Девушка пожала плечами. — Хороший вопрос. — Она взяла со стойки высокий бокал с мартини, который я только что приготовил, и сделала маленький глоток. — Хол — одно из калифорнийских завоеваний Шанни. И это все, что я до сих пор о нем слышала. Уж можете мне поверить на слово, Шанни не из болтливых!

— Кто-нибудь еще должен приехать? — переменил я тему разговора.

— Думаю, да. — Брюнетка опять сделала крошечный глоток. — Мартини вам удался, Дэнни.

— Кто еще? — настаивал я.

— Понятия не имею. Почему бы вам не спросить Шанни? — недовольно сказала она.

— Сейчас я спрашиваю вас, — повторил я.

— Мне бы хотелось, чтобы я заинтересовала вас сама по себе, Дэнни, — многозначительно заявила она. — Ведь, в конце концов, мало радости служить лишь источником информации. Поэтому прекратите терзать меня вопросами, Бойд. Поверьте, я не так уж много знаю.

— Ладно. — Я демонстративно поднял руки вверх. — Прошу меня простить.

— Больше всего на свете ненавижу, когда мужчина извиняется, чувствуя, что загнан в ловушку, — ухмыльнулась она. — Валяете дурака, Бойд? Вам никогда не приходило в голову, что это очень заметно?

— Попробую начать сначала, — пообещал я. — Я нахожу вас дьявольски привлекательной, только вас одну в целом свете, Ширл! И я просто схожу с ума при виде вас, особенно в этом ошеломляющем туалете, да еще такого ослепительно-зеленого цвета!

Хорошо, что я вовремя успел увернуться и содержимое ее бокала не попало мне на рубашку. Пробормотав несколько слов, которые я предпочел не расслышать, хотя и догадался, что она обвинила моих родителей в каких-то чудовищных сексуальных извращениях, Ширли сползла с высокого табурета и прошествовала на веранду. Я прикончил свой бокал. Прикинув в уме, что, похоже, оскорбил уже всех, кто находится в этом доме, я решил, что пришло время немного проветриться.

Когда я выбрался на берег, солнце уже село и быстро сгущались сумерки. Я прошел около полумили, остановился, чтобы закурить, и лениво подумал, что могу с таким же успехом повернуть назад, чтобы закончить начатое. Вдалеке, подобно маяку, радующему глаз усталого моряка, приветливо сиял огнями домик Шанни. Но едва я ступил на дорогу между двумя последними дюнами, отделявшими меня от вечеринки, огоньки исчезли из виду и я оказался в непроглядной тьме.

Темнота есть темнота; здесь, в песках, она казалась еще гуще, чем на берегу, и я с удвоенной осторожностью принялся карабкаться по песчаному склону. Вдруг я нечаянно наступил на нечто упругое, оно мгновенно выскользнуло из-под моей ноги, и я услышал сдавленный всхлип. Человеческая тень выступила из темноты, и что-то твердое стукнуло меня в переносицу, как раз между глаз. Ночь, казалось, озарилась искрами, посыпавшимися у меня из глаз, и я рухнул навзничь на теплый песок, успев, однако, заметить, что призрачная фигура готовится нанести еще один удар. Моя реакция была мгновенной — я успел откатиться в сторону, и какой-то тяжелый предмет врезался в песок как раз в том месте, где только что была моя голова.

— Ах ты, грязный шпион! — прошипел чей-то голос. — Я убью тебя!

Выбросив вперед руку, я пошарил по песку и наконец вцепился в чью-то ногу. Резким рывком мне удалось швырнуть неизвестного противника через голову. Раздался звук сильного удара, тяжелое тело грохнулось на землю. Затем я услышал всхлипывающий от сдавленной ярости голос.

— Подонок! — хрипел он. — Ты разрушил мою жизнь! Я быстро вскочил на ноги и с радостью обнаружил, что зрение мое уже полностью восстановилось после удара. Передо мной на песке распростерлась неподвижная фигура опасного злодея. Подойдя поближе, я наклонился, чтобы нащупать его руки и заставить мерзавца встать. Каково же было мое удивление, когда я наткнулся на упругую, словно резиновую, женскую грудь! Совершенно сбитый с толку, я помог ей встать и тут же отступил.

— Надо было треснуть тебя изо всех сил, — с чувством произнесла девушка. — Убить тебя мало!

— Да какого черта! Что я вам сделал, что вы рветесь прикончить меня? — возопил я. — Вы ведь даже меня не знаете!

— Ты ведь наверняка из его дружков! Могу поклясться! — сдавленным от ярости голосом произнесла она. — Небось он догадался, что я уже здесь и глаз с него не спускаю. Вот и послал тебя, разве не так?!

— Какая-то дьявольщина! Абсолютно не понимаю, о чем речь! — искренне возмутился я.

— Теперь уж наверняка стеклышки заляпаны песком и мой бинокль ни к черту не годится! — Она жалобно застонала. — И все из-за тебя, проклятый дурак!

— Бинокль? — поразился я. — Так это биноклем вы меня ударили по голове?

— Да. Только жалко, что мало! — в сердцах воскликнула она.

— Господи, вот ведь как бывает: выйдешь прогуляться по берегу, чтобы немного освежиться, а тут на тебе! — возмущенно сказал я. — Я шел к дому, темно, ни черта не видно, а уж вас и подавно невозможно разглядеть. Можете поверить мне на слово, я ничего не заметил, пока не наступил вам на спину.

— На спину? — Девушка фыркнула. — Судя по тому, что я сейчас чувствую, вряд ли я смогу сидеть раньше, чем через неделю!

— А потом меня ни с того ни с сего бьют биноклем между глаз, да еще грозятся прикончить на месте! — продолжал я. — Надеюсь, вы не сочтете меня назойливым, если я осмелюсь спросить, что все это значит?

— Я уже сказала, — прошипела девушка. — Ты — один из его проклятых дружков.

— Меня зовут Дэнни Бойд, — едва сдерживая ярость, сказал я. — На этой вечеринке я не знаю ни одного человека!

— Тогда почему вы только что чуть было не убили меня?

— Да потому, что вы сами пытались расправиться со мной, — терпеливо объяснил я. — К тому же откуда мне было знать, что вы женщина?

— По тому, как ловко вы подняли меня на ноги, можно было поклясться, что вы знаете! — Она медленно повернула ко мне лицо. — Ладно, если не врете, прошу меня простить. Похоже, я ошиблась. Поэтому давайте просто все забудем. Хорошо?

— Хорошо, — согласился я. — А кто этот парень, за кем вы следите?

— Ни за кем я не слежу, — насупилась она. — Просто наблюдаю за домом. Вы что, разве не заметили, что это бинокль, а не рентгеновский аппарат?

— Так кто же он? — повторил я свой вопрос.

— Я сказала, забудьте о нем! — рассердилась девушка.

— Он не может вас не узнать, если увидит, — заявил я. — Может, хотите, чтобы я проводил вас в дом и вы смогли бы сказать ему “добрый вечер”?

— Я сразу догадалась, что вы просто грязный подонок. Еще когда вы наступили на меня! — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Послушайте, Бойд, ведь там, в доме, что-то вроде вечеринки?

— Совершенно верно, — кивнул я.

— Встретить его в компании незнакомых людей для меня не такое уж большое удовольствие, — заявила девушка. — Пожалуйста, сделайте мне одолжение и просто забудьте, что мы с вами встретились?

— А вам знакома Шанни О'Тул? — поинтересовался я.

— Нет. — Девушка покачала головой.

— Этот дом принадлежит ей, и вечеринку тоже устраивает она, — сообщил я. — Обычная дружеская вечеринка. Пойдемте, а то можете прождать здесь, на берегу, пока не состаритесь.

— Мне сказали, что он обязательно будет здесь, — с сомнением в голосе прошептала девушка. — Я просто хотела в этом убедиться.

— Мартин Шумейкер, Ход Дрисколл и Чак Вилан — все они сейчас в доме, — перечислил я. — Надеюсь, я ответил на ваш вопрос?

— Может быть, — уклончиво ответила она.

— Я частный детектив, — с мужественным видом представился я. — Шанни О'Тул — моя клиентка. Она подозревает, что кто-то намеревается убить ее.

— Неужели это правда? — По голосу мне показалось, что она встревожена.

— Может быть, это как раз ваш приятель, — предположил я. — И именно поэтому он сейчас слишком занят, чтобы бегать по берегу, разыскивая вас.

— Не будьте идиотом! — возмутилась девушка.

— Не пойти ли нам туда вместе? — с надеждой спросил я. — Объединим наши усилия? Вы расскажете мне на ушко о ваших тревогах, а я потом поделюсь с вами своими. Затем мы уединимся в каком-нибудь уютном уголке, чтобы выпить по стаканчику.

— Идет, — немного подумав, согласилась она.

— Как вас зовут, прелестная незнакомка?

— Керри, — ответила она. — Подождите, нужно сначала отыскать мой бинокль.

— Давайте, я вам помогу, — благородно предложил я.

— Нет уж, лучше стойте где стоите, — скомандовала она. — Мне совсем не улыбается, чтобы вы своими ножищами опять наступили мне на какое-нибудь мягкое место!

Встав на четвереньки, девушка принялась ползать по песку. Я зажег спичку и в неверном свете успел разглядеть короткие каштановые волосы и аккуратный, задранный кверху задик, туго обтянутый плотными синими джинсами. А когда спичка погасла, я с неудовольствием обнаружил, что только что весьма эффективно ослепил сам себя.

— Представьте, я его отыскала, — радостно сообщила она. — Вот он.

— Зря я закурил, — раздраженно буркнул я. — Теперь ни черта не вижу.

— Что, совсем ничего? — поднимаясь с колен, спросила она.

— Абсолютно, — кивнул я. — Но ничего страшного, сейчас пройдет.

— Думаю, мне не стоит дожидаться этого, — довольно хмыкнула она.

Что-то тяжелое снова врезалось мне точно между глаз. И я опрокинулся на песок, получив удовольствие повторно увидеть сноп разноцветных огней. Пока я судорожно хватал ртом воздух, моего слуха коснулось злорадное хихиканье. Затем я услышал звук удаляющихся шагов.

Глава 5

Отряхнув прилипший к одежде песок, я придирчиво осмотрел в зеркале свою многострадальную физиономию. На лбу уже вскочила довольно приличная шишка, но если мне повезет и синяка не будет, то есть шанс, что никто ничего не заметит. Выйдя из комнаты, я прикрыл за собой дверь, спустился вниз и присоединился ко всей остальной компании.

— Дэнни! — с упреком воскликнула Шанни, когда я вошел в гостиную. — Какого черта, где ты ходишь? Мы успели пообедать, а Роджер просто потерял всякую надежду познакомиться с тобой.

— Роджер? — переспросил я.

— Роджер Фром, — ответила она. — Это один из моих ближайших друзей. Он говорит, что никогда раньше не встречал ни одного частного детектива.

— Вот как раз об этом я и хотел с тобой поговорить, — рявкнул я. — Какого лешего ты...

— Не сейчас, — нетерпеливо отмахнулась она. — Роджеру не терпится познакомиться с тобой.

Она схватила меня за руку и потянула за собой на веранду. Над спокойной гладью океана бледным шаром повисла почти полная луна. Все вокруг дышало миром и покоем, словно погрузившись в сон. Только я хорошо знал, как все это иллюзорно, — где-то в темных дюнах затаилось сумасшедшее существо женского пола, готовое броситься на любого, кто осмелится приблизиться, и огреть его биноклем по лбу.

На веранде оживленно беседовала троица. Среди них я признал Ширли Симпсон и Чака Вилана, третий был мне неизвестен. На вид ему, по-моему, было лет тридцать. Длинные каштановые волосы были тщательно уложены, ясные карие глаза смотрели внимательно. Костюм этого гостя выглядел так, словно он только что вышел от “Брукс бразерс”.

— Роджер, — громко окликнула его Шанни, ничуть не смущаясь, что прервала их беседу, — познакомься, это Дэнни Бойд.

— Привет, Бойд. — Мужчина энергично тряхнул мою руку, при этом крепко стиснув ее. Он сообщил, что с нетерпением ждал случая познакомиться. — Шанни много о вас рассказывала.

— Бьюсь об заклад, все эти рассказы заняли не более трех секунд, — ослепительно улыбнулась Ширли.

— Для разнообразия сделайте что-нибудь полезное, например принесите мне выпить, — сказал я ей.

— Все, что угодно, лишь бы не видеть, как вы в мгновение ока разгоните всю нашу компанию, — огрызнулась она.

— Я тоже не отказался бы промочить горло, — поспешно заявил Вилан.

Они вдвоем быстро ретировались в гостиную, и Фром с усмешкой взглянул на меня.

— Похоже, вы не пользуетесь особой популярностью, — предположил он.

— Только здесь, в Калифорнии, — невозмутимо отозвался я. — Кстати, я совсем недавно видел одну вашу приятельницу, Керри.

— Керри? Какую Керри? — переспросил он.

— Она не представилась, — пожал я плечами.

— Шанни рассказала мне, почему вы здесь. — Ясные карие глаза смотрели серьезно. — Я просто не могу себе представить, зачем кому-то понадобилось убивать ее.

— Если Шанни говорит, что кто-то вознамерился прикончить ее, будем надеяться, эта женщина понимает, о чем идет речь, — вздохнул я. — Кстати, она почему-то уверена, что потенциальный убийца — один из гостей. Таким образом, Фром, вы тоже в числе подозреваемых.

— Это какая-то дьявольщина. Ну мне-то зачем убивать Шанни? — Его голос звучал по-прежнему вежливо, но я чувствовал, что Роджер вот-вот сорвется.

— Не знаю, — развел я руками.

— Она отказалась стать моей женой, — с грустью сказал он. — По-вашему, это причина?

— Может быть, — неохотно согласился я. — Вдруг вы бедны и вам попросту нужны деньги.

— Как я глупо разоткровенничался с вами, — резко сказал он. — Я же слышал буквально от каждого в этом доме, что вы отвратительный мерзавец. Мне следовало бы поверить им на слово!

— Вам, как я вижу, легко оскорбить человека! — усмехнулся я.

— Я даже не имею ни малейшего представления, насколько велико наследство Шанни, — задыхаясь от обиды, еле выговорил он. — Но если вы думаете, что у меня за душой нет ни гроша, Бойд, советую вам справиться у Вилана.

Фром демонстративно повернулся ко мне спиной и неторопливо направился в гостиную. А я, вздохнув, подумал, уж не подхватил ли я в дюнах какой-нибудь ужасной болячки? Что, если мое лицо сплошь покрывают жуткие багрово-красные пятна? И тут на веранде появилась Ширли Симпсон, держа по бокалу в каждой руке.

— Неужели вы опять взялись за свое?! — охнула она.

— Такие все стали обидчивые, просто жуть берет, — проворчал я.

— Вы и обед пропустили, — заметила она.

— Отправился прогуляться по берегу, подышать свежим воздухом, — ответил я. — А кстати, кто он такой, этот Фром?

— По-моему, неплохой парень, — улыбнулась брюнетка. — Правда, я вижу его сегодня первый раз в жизни. Еще одна из калифорнийских находок Шанни. Похоже, в те три месяца она не теряла времени.

— Шанни отказалась выйти за него, — пробурчал я.

— Что? — Ее глаза округлились, превратившись в две большие плошки. — Хотите сказать, что Фром не знал, что она не может выйти замуж, пока ей не стукнет двадцать пять?!

— Лично я не знаю, о чем он не знает, — осторожно заметил я. — Но вот что я знаю: мне абсолютно непонятно, о чем это вы толкуете.

— Это одно из бесчисленных условий завещания ее милейшего дядюшки, — терпеливо объяснила Ширли. — Мне очень странно, что Шанни ему ничего не сказала.

— Действительно, странно, — согласился я. — А как мисс О'Тул познакомилась с Шумейкером?

— Опять вы за свое, Дэнни. — Ее темные глаза стали холодными. — Как вам не надоело? Если хотите, их познакомила я. И Мартин обратил на нее внимание, потому что она никак не вписывалась в его знаменитую теорию.

— То есть отказалась встать в длинную очередь нетерпеливых красоток, ждущих своего часа?

— Что-то вроде этого. — Ширли слабо улыбнулась. — Только не пытайтесь убедить меня, будто он поклялся ее прикончить за то, что она отказалась прыгнуть к нему в постель!

— Я бы до этого не додумался, так что спасибо за подсказку, — проговорил я.

На веранду вышел Чак Вилан. На его лице отражалось какое-то внутреннее напряжение.

— Прошу меня простить, — заявил он голосом, который вполне соответствовал выражению лица. — Мне очень неловко, но нам с Бойдом нужно кое-что обсудить наедине.

— Конечно. — Нижняя губка Ширли капризно изогнулась. — Тем более, что наш с ним разговор зашел в тупик.

— Шанни просила рассказать вам кое-что, — начал Вилан, убедившись, что брюнетка ничего не услышит. — Не знаю, почему, но она уверена, что вы гораздо охотнее поверите мне, чем ей.

— А я тут только что встретил одну вашу приятельницу, — брякнул я. — Керри.

— Керри? — Чак недоверчиво покачал головой. — У меня нет знакомых девушек с таким именем. Ну да ладно. Дело в том, что Шанни просила рассказать вам все, что мне известно о каждом из мужчин, находящихся сейчас в доме. Постараюсь это сделать как можно короче. Потому что вы, Бойд, относитесь к типу людей, который я органически не перевариваю! С Роджером Фромом я знаком не больше двух лет. Это очень одаренный и весьма привлекательный молодой человек. Если честно, это я познакомил его с Шанни еще при жизни ее дяди. Мне хотелось, вернее, я надеялся, что они понравятся друг другу. А поскольку мне было известно, что она — наследница весьма приличного состояния, я считал этот возможный брак весьма выгодным для обеих сторон.

— А каково состояние самого Фрома? — поинтересовался я.

— По самым скромным подсчетам... — Он немного подумал. — Три, может, четыре, точно не скажу.

— Простите, вы имеете в виду миллионы? — уточнил я.

— Да. К тому же только слепой не заметит, что Роджер по уши влюблен в Шанни. Кстати, его чувство намного сильнее тех, что испытывает к нему она, — добавил Вилан. — Так что я уверен, вы можете смело исключить его из списка подозреваемых, Бойд.

— Премного благодарен, — хмыкнул я.

— С Ходом Дрисколлом я знаком совсем немного. — Чуть заметное отвращение промелькнуло на его лице. — Но дело в том, что Шанни мне не безразлична. Даже если отвлечься от моих обязанностей в качестве распорядителя ее наследства. Поэтому в свое время я навел об этом человеке справки. Довольно ловкий воротила.

Здесь, на Западном побережье, у Дрисколла неважная репутация. Кроме того, известно, что он привык швыряться деньгами. Насколько мне известно, он проживает все, что зарабатывает. Скорее всего, даже намного больше.

— А что вам известно об остальных? — поинтересовался я.

— Эта дамочка Симпсон и Мартин Шумейкер — оба из Нью-Йорка, тамошние приятели Шанни, — холодно пояснил он. — Мне о них ничего не известно.

— А Джоанна Вейч? Тоже подруга Шанни? — спросил я.

— Одному Богу известно, где Шанни удалось ее откопать, — раздраженно буркнул он. — Не иначе как на помойке! — Он пожал плечами. — Ну а теперь, кажется, я выполнил свой долг перед Шанни. Рассказал вам все, что знал.

— Вы забыли только одного, — вежливо напомнил я.

— Кого же? — удивился он.

— Чака Вилана.

Лицо Вилана побагровело.

— Замечательно! Ну, так слушайте. Я член коллегии адвокатов. У меня весьма обширная практика и три младших партнера. Много лет подряд я официально занимался юридической стороной всех дел, которые вел дядя Шанни. Конечно, мое личное состояние гораздо меньше того, что имеет Фром. Но и оно исчисляется шестизначной цифрой. Надеюсь, вы удовлетворены, Бойд?!

— А чем занимался дядюшка Шанни? Как его звали?

— Джошуа Вайатт.

— Тот самый Джошуа Вайатт?! — опешил я. — Тот выживший из ума чопорный сухарь, который в собственном офисе запрещал мужчинам находиться в одном помещении с женщинами, даже во время работы?!

— Этот самый, — кивнул Вилан.

— И как велико его состояние? — осевшим голосом пробормотал я.

— После уплаты налогов? — Вилан подумал. — Полагаю, что-то около двадцати миллионов долларов. — На его лице я заметил некоторое замешательство. — По крайней мере, так было до последней проверки.

Я молча поплелся вслед за Виланом в гостиную. Он подошел к Ширли, оживленно болтавшей с Роджером Фромом. Мартин Шумейкер готовил себе спиртное, поэтому я решил присоединиться к нему.

— Привет, Бойд. — Шумейкер хитро покосился на меня. — С кем это вы прожигали жизнь, в то время как мы ждали вас к обеду?

— С Керри, — равнодушно промолвил я. Он огляделся.

— Что-то я ее не вижу.

— Ей пришлось уйти, — ответил я. — Не той породы девочка, верно?

— Да я и видел-то ее всего один раз, — отмахнулся он. — Чак Вилан привез эту красотку с собой в Манхэттен. Сначала я решил, что она так себе, девчонка на уик-энд. Но потом понял, что ошибся. Это был высший класс! — Рыжий силач с сожалением вздохнул. — Если хотите знать, эта дамочка из тех, кто скажет парню “да!”, только когда на пальчике засверкает колечко. И не исключено, что в последнюю минуту она передумает, дескать, колечко разонравилось!

— Своевольная, — с понимающим видом кивнул я.

— Даже Чака ставила на место, — подчеркнул Мартин. — А это не так-то просто, скажу я вам!

— Она живет в Санта-Байе? — поинтересовался я.

— Почему бы вам не спросить у Видана? — предложил он.

— Дело в том, что мы виделись только раз и я не знаю ее полного имени, — закинул я удочку.

— Керри Хартфорд, — безмятежно ответил Мартин. — Черт возьми, не могу передать, как мне ее не хватает!

К стойке бара подошел Дрисколл. Взглянув на меня, он сморщился и отвел глаза в сторону.

— Слушай, ты не видел Керри? — окликнул его Шумейкер.

— Керри? — На изборожденном морщинами грубоватом лице Хола залегли новые складки. — Нет, не видел.

— Бойд сказал, что она где-то здесь, — продолжал рыжий громила. — Я по ней дьявольски соскучился!

— Ну уж если здесь Вилан, то и Керри где-то поблизости, — заметил Дрисколл. — Она что, тоже в числе подозреваемых, Бойд? — Он со звоном бросил кубик льда в свой бокал. — Об этой девочке, если вам нужно, говорите с Виланом. Это его собственность.

Он забрал свой бокал и направился в уголок, где ждала его Джоанна Вейч с выражением скуки на красивом лице. Шумейкер сделал большой глоток и злобно посмотрел на меня.

— Невидимка она, что ли? — наконец не выдержал он.

— Кто? — с самым невинным видом откликнулся я.

— Сами знаете кто! — рявкнул Мартин. — Как случилось, что она не попалась на глаза ни мне, ни Дрисколлу? И вы оказались единственным, кто ее видел, а, Бойд?

— Просто я с детства такой везунчик, — скромно потупился я.

— Опять вы что-то крутите, приятель, — огрызнулся он. — Ответьте мне на один только вопрос, Бойд. Если даже Чак ничего не выгадает в случае смерти Шанни, что тогда говорить о его личной секретарше?!

— Может быть, она просто ревнует Чака к Шанни? — с непроницаемым лицом предположил я.

— Похоже, вы окончательно спятили! — неприязненно фыркнул Мартин.

В эту минуту в гостиную вошла Шанни, в ее глазах я прочел неприкрытую враждебность.

— Вам звонят, — сообщила она, и от ее голоса на меня повеяло арктическим холодом. — Телефон в столовой.

— Спасибо, — кивнул я.

— Наверное, не мое это дело, — она глубоко вздохнула, — но поскольку уж так вышло и я оплачиваю ваше время, то, надеюсь, вы не будете тратить его на праздную болтовню! — Резко повернувшись ко мне спиной, хозяйка дома зашагала на веранду. Я застыл, зачарованный эхом ее удаляющихся шагов.

— Праздная болтовня, вот это здорово! — хмыкнул Шумейкер. — А как называется, когда кто-то тратит время на даму?

Я отправился в столовую, и остатки обеда, все еще громоздившиеся на столе, заставили мой голодный желудок болезненно сжаться.

— Бойд, — произнес я, сняв трубку.

— Это было не очень разумно с моей стороны, — услышал я в трубке знакомый женский голос. — Я имею в виду, назвать вам свое имя.

— Не берите в голову! Я вспоминаю об этом, только когда смеюсь, — сказал я. — Да и то потому, что в это время у меня зверски болит шишка на лбу.

— Я не хотела сделать вам больно, — промолвила она. — Но вам не следовало настаивать, чтобы я пошла с вами в дом, я тогда безумно испугалась. Впрочем, теперь это не важно. Нисколько не сомневаюсь, что вы уже успели рассказать всем и каждому, что встретили меня на берегу с биноклем, и теперь вам известно, кто я.

— Керри Хартфорд, — сказал я. — Воскресная забава Чака Видана. Правда, я не говорил, что видел вас на берегу с биноклем. Сказал только, что мы встретились случайно.

— По-моему, этого вполне достаточно, — промолвила она уныло. — Никто не стал уточнять, где именно?

— Кое-кто предположил, что вы приходили в дом и уже ушли, а они даже и не заметили, — ответил я. — Ваш босс, кстати, даже не поинтересовался, о какой Керри идет речь.

— Скажите, а вы правда частный детектив, которого наняла Шанни О'Тул?

— Правда, — подтвердил я.

— Наверное, у меня нет выбора, — вздохнула девушка. — Нам нужно поговорить, Бойд, и чем скорее, тем лучше!

— Отлично, — согласился я. — Где и когда?

— Не хотелось бы рисковать, нельзя, чтобы нас видели вместе, — задумчиво произнесла Керри. — Может быть, нам встретиться на берегу? Клянусь, на этот раз я буду без бинокля!

— Идет, — одобрил я. — Прямо сейчас?

— А вам не кажется, что ваше отсутствие может показаться странным? — холодно заявила она. — Вы ведь уже объявили, что видели меня, и вдруг снова исчезнете? Не лучше ли встретиться попозже, когда все уже будут спать?

— Хорошо, когда вам угодно.

— В час?

— Отлично, — согласился я. — И не забудьте захватить аспирин на случай, если у меня опять разболится голова!

Девушка рассмеялась и повесила трубку. Я чуть было не последовал ее примеру, но почему-то передумал и прислушался. Прошло несколько секунд, и вдруг в трубке раздался слабый щелчок. Сколько же в этом доме параллельных аппаратов, уныло подумал я. При моем обычном везении, не менее дюжины.

Глава 6

Гости начали расходиться около полуночи. Первым на покой отправился Вилан, потом его примеру один за другим последовали остальные. Я умышленно тянул время, смешивая себе напитки, пока наконец Дрисколл, не выдержав, не убрался в спальню. Покидая гостиную, он вежливо кивнул мне на прощанье, а я столь же вежливо проигнорировал его. На моих часах было уже половина первого. Я прикинул, что оставшихся тридцать минут мне вполне хватит, чтобы спокойно допить свой бокал. И тут внезапно в дверях, ведущих на веранду, возникла моя клиентка.

— Вы бы могли и мне предложить выпить, — заявила она.

— Конечно, — слегка растерявшись, пробормотал я.

— Скотч со льдом. — Шанни обхватила себя руками и с мрачным видом уставилась на меня. Она глядела на меня, словно я был крысой или тараканом, которого следовало бы уничтожить.

Я налил хозяйке дома виски и подтолкнул стакан в ее сторону. Взяв его в руки, она глубоко вздохнула, отчего ее роскошное тело буквально заходило ходуном.

— Я вот все думаю, удалось ли вам добиться чего-либо существенного за это время, — проворчала она. — Пока что единственное, чего вы добились, — это оскорбили всех моих гостей без исключения, после чего исчезли почти на весь вечер. А ведь совсем не просто устроить вечеринку для такого количества людей. Да и прислугу я нашла только на один день.

— Кое-что прояснилось, — заявил я.

— Странно, я что-то не заметила, — огрызнулась она. — А если подсчитать, что я оплачиваю ваше время из расчета шестьдесят центов за минуту, то не кажется ли вам, Бойд, что пора бы чего-то добиться?

— Если бы с самого начала вы были откровенны со мной, — уныло сказал я, — у меня бы не было нужны оскорблять людей, пытаясь докопаться до истины.

— О чем это вы? — не поняла Шанни.

— Об условии в завещании дядюшки, касающемся вашего морального облика. И о значении этого пункта, — пояснил я. — Это я так, к примеру. Или другой пример: вы на три месяца уезжаете из Манхэттена, и никто не знает, где вы. Вы даже не потрудились дать о себе знать. Если, конечно, не считать этой несчастной открытки из Санта-Байи. И наконец, я понимаю, почему вы отказались выйти замуж за Фрома, поскольку знаю, что вы не можете сделать этого до двадцати пяти лет. Но вот какого черта вы не объяснили этого Фрому, я понять никак не могу.

Она уже было открыла рот, чтобы ответить, но потом передумала и молча захлопнула его.

— Да и эта вечеринка, — продолжал я. — Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы иногда пошуметь. Но мне невдомек, что вам за дело до всех этих людей?

Послышалось какое-то невнятное бульканье.

— Вы о ком?

— Ну, хотя бы о Джоанне Вейч, — привел я пример. — А еще эти ваши Дрисколл и Фром. О Шумейкере мне даже вспоминать не хочется, сразу начинает болеть живот.

— Послушайте! — Шанни буквально взвилась от ярости. — Какого черта я должна оправдываться перед вами?! Тем более, когда речь идет о моих друзьях!

— А было бы неплохо, — мечтательно вздохнул я. — Особенно если учесть, что один из них задумал вас прикончить.

По ее лицу было видно, чего ей стоило сдержаться и не разнести все вдребезги.

— Я хотела, чтобы вы составили свое мнение о каждом из них, и, похоже, вы так и сделали!

— Да. Кстати, вы говорили, что здесь я буду просто одним из ваших приятелей. Так какого же дьявола вы растрезвонили всем и каждому, кто я такой и почему вы меня наняли?!

— Я передумала, — с вызовом ответила она. — Мне показалось, что я буду в большей безопасности, если все узнают, кто вы и почему здесь. И если кто-то действительно задумал убийство, может быть, это его остановит.

— Помнится, вы говорили, что дважды уже покушались на вашу жизнь? Где это было?

— Здесь, — тоненьким голосом пролепетала она.

— То есть когда вы на три месяца исчезли из Манхэттена?

Шанни утвердительно кивнула.

— Все это время вы были здесь? — уточнил я. Она кашлянула.

— Наверное, я должна была сразу рассказать вам обо всем, Дэнни. -Но тогда я еще не знала, пройдете ли вы наше небольшое испытание. И кроме того, с тех пор, как я приехала, у меня не было ни секунды свободного времени. Нужно было подготовиться, все устроить, сами понимаете. — Она слабо улыбнулась. — Отложим наш разговор до завтра?

— Попробуем, — с сомнением откликнулся я.

— Спасибо, Дэнни. — Странно, но в эту минуту девушка показалась мне хрупкой, хотя при ее телосложении это было физически невозможно. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Шанни, — откланялся я.

Я проводил ее взглядом. Девушка плелась к двери, ссутулившись и волоча ноги, словно на них висели чугунные гири. Я смотрел ей вслед и мог бы поклясться, что последние пять лет она провела в соляных копях.

Я медленно потягивал виски, пока не пришло время отправляться на встречу с Керри. И тогда, выключив в гостиной лампу, я осторожно выскользнул на веранду. Высоко в небе висела огромная луна, заливая берег мерцающим, призрачным светом. Перегнувшись через перила, я обнаружил, что песчаный пляж лежит прямо подо мной и до него не более пяти футов. Поэтому я просто спрыгнул вниз.

Я не спеша побрел вдоль берега под мягкий шорох набегающих волн. На душе у меня было неспокойно. Я чувствовал себя почему-то особенно одиноким и беззащитным. К тому же пистолет, который одолжил мне Шумейкер, остался в моей комнате. Какого черта, подумал я, она ведь всего лишь миниатюрная девушка. К тому же пообещала прийти без бинокля, а это значит, что на этот раз я смогу защитить себя. Я вскарабкался по склону песчаной дюны, потом спустился с противоположной стороны и в промежутке между двумя дюнами стал ждать. Здесь, в низине, было гораздо темнее, чем на берегу, но мне все равно было видно, что, кроме меня, здесь никого нет.

Похоже, Керри просто опаздывает, решил я. Через некоторое время я подумал, что в последнюю минуту могло произойти что-то неожиданное и задержать ее. Еще через пару минут я уже был уверен, что все было подстроено заранее. Похоже, кто-то решил избавиться от тебя, Бойд, сказал я себе, и выбрал для этого тихое место вдали от дома, где никто не сможет ему помешать. Вытащив сигарету, я зажал ее губами и уже было нагнулся, чтобы прикурить, как вдруг сообразил, какую прекрасную мишень я буду представлять. Эта мысль заставила меня похолодеть. Я сунул сигарету обратно и попытался подумать о Чем-нибудь приятном.

Прождав на берегу, как мне показалось, целую вечность, на самом же деле не больше получаса, я наконец сдался и послал все к черту. Очевидно, Керри Хартфорд просто передумала и решила не приходить. Следовательно, и мне не было нужды торчать до рассвета на берегу, проклиная все на свете и чувствуя, как по спине то и дело пробегает ледяная дрожь. Медленно преодолев крутой склон песчаного холма, я добрался до вершины. Здесь я едва не поддался искушению встать на четвереньки и проделать таким образом остальной путь на случай, если какой-нибудь затаившийся в песках снайпер только и ждет появления моей головы на фоне неба, дабы разнести ее вдребезги. Подгоняемый этими мыслями, я галопом домчался до веранды, подпрыгнув, схватился за перила и вскарабкался наверх. И, как выяснилось, вовремя. Как только мои ноги коснулись пола, в гостиной ярко вспыхнул свет.

Медленно сосчитав до десяти, я перевел дыхание и направился через веранду к дому. Осторожно приоткрыв дверь, я увидел моего рыжеволосого приятеля в чем-то вроде римской тоги из махрового полотенца. Он стоял возле бара и торопливо наливал себе что-то в стакан. Меня поразило его явно измученное лицо. Окинув меня равнодушным взглядом, Шумейкер продолжал готовить себе спиртное. Похоже, Мартин был озабочен своими проблемами, так что до меня ему не было никакого дела.

— Если хотите выпить, Бойд, — мрачно пробурчал он, — наливайте себе сами. У меня на это нет сил.

— Что, тяжелая ночка? — сочувственно хмыкнул я.

Приблизившись к нему, я с удивлением заметил, что глаза его опухли и налились кровью.

— Это не женщина, — потрясение бормотал он, — это какой-то робот или вечный двигатель. Мне казалось, этому просто не будет конца! — И он медленно потряс головой. — Знаете, если бы устраивались олимпиады среди любителей сексуальных игр, эта женщина выиграла бы золото в каждом виде соревнований, будь я проклят! Не успеешь кончить, как она заявляет, что все было так здорово, что нужно повторить! И я еще дух не успеваю перевести, как она уже берется за свое!

— А скрыться в своей комнате вам не приходило в голову? — поинтересовался я.

— О Господи, а где же, по-вашему, мы были?! — простонал он. — Единственное, что пришло мне в голову, — это заявить, что мне нужно срочно принять душ. И то потом пришлось отбиваться, потому что она намеревалась отправиться вместе со мной!

Я сделал себе бурбон со льдом и с бокалом в руке удобно устроился напротив него.

— Вижу, у вас серьезная проблема, — дружелюбно заметил я.

— Кажется, мне лучше потихоньку исчезнуть из дома и провести остаток ночи в гостинице, — угрюмо проворчал Мартин. — Но не могу же я выйти из дома в таком виде?! — Он ткнул пальцем в свое одеяние. — А если вернусь за одеждой, мне конец. Живым я оттуда не выйду, это точно!

— Ну, так скажите ей, что вы устали, — вежливо посоветовал я.

— Я уже пытался. — На его лице появилось затравленное выражение. — Она посоветовала мне расслабиться и ни о чем не волноваться, пока она не поднимет мой боевой дух! И у этой суки все получилось, можете себе представить! Но ведь так не может продолжаться до бесконечности! В конце концов, я же человек, Бойд!

— Да что вы?! — Я сделал удивленный вид.

— Прекратите издеваться! Пользуетесь тем, что у меня не осталось сил даже на то, чтобы встать, — прохрипел Шумейкер. — А кстати, сами-то вы что здесь делаете?

— Так, не спится что-то, — уклончиво ответил я. — Решил выйти на веранду, чтобы слиться с окружающим миром, пообщаться, так сказать, со звездами и все такое.

— Пообщаться со звездами?! — слабым голосом прошептал он. — А что, у вас тоже проблемы?

— Да, до сих пор не могу понять, кому же это надо расправиться с Шанни, — покачал я головой.

— Вам просто нужно об этом спросить у нее! — Он раздраженно передернул мускулистыми плечами.

— Я спрашивал, — пробурчал я. — Но пока она так занята, черт возьми, что не нашла и пары минут, чтобы ответить на такой пустяковый вопрос!

— Да уж, Шанни крепкий орешек, — протяжно вздохнул он. — Джоанна Вейч будет еще покрепче, хотя и несколько в ином роде. Мне казалось, что Ширли другая, но сейчас я уже в этом сомневаюсь. Беда с этими женщинами, иногда кажется, что они сплошь помешались на чем-то!

— Ценное наблюдение! Вы мне очень помогли! — воскликнул я.

— Впрочем, это ваша проблема, Бойд, а не моя, — равнодушно пробормотал он.. — Ведь если мне память не изменяет, вам платят именно за то, чтобы вы все это выяснили. Ведь правда?

— Вот именно. А теперь почему бы вам не вернуться к себе и не принять свою судьбу как подобает настоящему мужчине? — ехидно огрызнулся я.

— Не сейчас, — хрипло пробормотал он. — Кстати, а Керри Хартфорд не вернулась?

— Не вернулась? — Мой голос стал таким же хриплым.

— Ну, видите ли, — пояснил Мартин, — в начале вечера, говорят, она была здесь, но так быстро ушла, что я даже не успел повидать ее. Вот я и подумал, может быть, она пришла, а я ее опять упустил.

— Нет, — коротко сказал я. — Она не вернулась.

— Вот хитрюга, — заметил Шумейкер. — Она у меня в списке, Бейд. Крохотная, но как великолепно сложена, вы согласны? Фигурка что надо! Беда в том, что оторвать ее от Вилана не легче, чем очистить виноградину.

— Вы уверены, что между ними что-то есть? — спросил я.

— Нет, — уверенно сказал Мартин. — Она ведь была личной секретаршей старика. А уж потом, после его смерти, Вилан оставил ее за собой. Мне всегда казалось, он это сделал потому, что уверен — Керри известно гораздо больше, чем ему самому.

— Вы хотите сказать, что она работала на Джошуа Вайатта?

— А кто же еще? — ухмыльнулся он. — Я-то видел старика всего один раз. Грязный ублюдок в инвалидном кресле на колесиках имел такой вид, будто, прожив на этом свете не один десяток лет, не насладился ни одной минутой!

— А как они между собой ладили, я имею в виду Шанни и Керри?

— Когда старик был жив? — Мартин покрутил головой. — Ей-богу, не знаю. А с чего бы им не ладить? — Он одним махом осушил то, что еще оставалось в его стакане, и затравленное выражение вновь появилось на его лице. — Ну что ж, пора мне возвращаться. Или еще немного, и она сама явится сюда. — Его просто передернуло от одной этой мысли. — Послушайте, Бойд! — с деланным дружелюбием воскликнул он. — У меня возникла великолепная идея! Чертовски эгоистично с моей стороны приберегать все радости жизни для себя одного! Я хочу сказать, сейчас она в моей комнате и сгорает от нетерпения — а в постели она хоть куда! — а я вот сижу здесь и ни на что больше уже не гожусь. Так почему бы вам...

— Ни за что, — перебил его я.

— Вы сказали — нет? — удивился рыжий Мартин.

— Нет! — твердо повторил я.

— Ах вот как! — Его плечи уныло поникли. — Ну ладно, я ведь только предложил.

— Это ваши проблемы, — отрезал я. — В такие игры не играю. Спокойной ночи, Шумейкер.

— Трусливый ублюдок! — процедил он сквозь зубы. — Нисколько не удивлюсь, если выяснится, что вы просто-напросто паршивый гомик!

— А вот я ничуть не удивлюсь, если к утру вы превратитесь в полного импотента, — с радостной улыбкой предрек я.

Оставив его размышлять над моим последним предположением, я вышел из гостиной и направился к себе. Ступеньки лестницы скрипели на разные голоса. Однако мне все же удалось без особого шума преодолеть больше половины коридора, как вдруг сзади у меня распахнулась какая-то дверь. Кто-то схватил меня за руку и втащил внутрь. Я все еще не мог понять, кому я мог понадобиться, как дверь за моей спиной захлопнулась и к ней, тяжело дыша, привалилась Джоанна Вейч.

— Я было уже потеряла всякую надежду, — как ни в чем не бывало заявила она. — Кто вы, сова или какая-нибудь другая ночная пташка?

Густые волны пышных, рыжевато-каштановых волос блестящим плащом окутывали ее плечи. Джоанна казалась совсем обнаженной. Что-то вроде ночной сорочки из прозрачного белого шелка словно тончайшая паутинка едва прикрывало ее тело почти до стройных лодыжек. Даже если не считать весьма откровенного декольте, это одеяние не скрывало от моих глаз ни единого укромного уголка или соблазнительной выпуклости. Огромные зеленые глаза уже не просто искрились — нет, сейчас в них полыхал настоящий огонь.

— Да? — вкрадчиво промурлыкал я.

— А я все жду и жду, — проворковала она, и мягкие нотки ее глубокого, чувственного голоса едва не лишили меня остатков самообладания. — Мне было так одиноко, что я чуть было не отправилась спать!

— А что же Шумейкер? — надтреснутым голосом просипел я.

— Шумейкер? — Ее лицо сделалось непроницаемым. — Этот идиот?! Какое мне до него дело?

— Он внизу, — пояснил я, — накачивается виски, чтобы выдержать второй раунд. Вернется с минуты на минуту.

— Вы уверены, что мы с вами говорим не о разных вещах? — осведомилась она.

— Шумейкер, — терпеливо повторил я, — знаете, такой здоровенный, рыжий парень?

— Я с ним знакома, — нетерпеливо перебила девушка. — Если он вздумает появиться на пороге моей спальни, я сломаю стул о его наглую рожу!

— Похоже, он вам разонравился! — с невинным видом заметил я.

— Ничего подобного! — вспыхнула Джоанна. — Мне он сразу, с первой встречи показался полным придурком!

— Вы хотите сказать, — я глубоко вздохнул, — то есть вы с ним не... Короче говоря, он имел в виду другую женщину?

— Понятия не имею, что имел в виду этот слабоумный, — холодно процедила она. — И будь я проклята, если имею хоть малейшее представление о том, что вы несете!

— Похоже, я ошибся, — скромно промямлил я.

— Да и я, вероятно, тоже. — Джоанна окинула меня оценивающим взглядом. — Нет, не могла же я до такой степени ошибаться. Вы ведь не гомик, правда?

— Нет, — свирепо огрызнулся я, — так уж получилось, что я полоумная трансвеститка. Вот и бегаю по всему дому, переодевшись мужчиной.

— Это уже лучше. — Она неуверенно улыбнулась. — Ответьте мне еще на один вопрос, Бойд. Где вы пропадали последнее время? Мне бы не хотелось оказаться второй в вашем списке побед за нынешнюю ночь.

— Мне не спалось, поэтому я отправился на веранду, просто подышать свежим воздухом, — ответил я.

— Лжец! — Она кивнула в сторону бутылки с шампанским, стоящей на бюро в ведерке со льдом. — Полчаса назад я спустилась вниз, чтобы отыскать вас. С собой я прихватила это шампанское. Вас не было на веранде, я специально заглянула туда.

— Я немного прогулялся по берегу, — сознался я.

— Частный сыск? Понятно! — Джоанна непристойно осклабилась. — Превосходное объяснение на случай, если вас застукают подглядывающим в окно за полуголой девушкой!

— Если мне не изменяет память, окна всех спален расположены на высоте по крайней мере двенадцати футов над землей, — отрезал я. — Наверное, поэтому-то я так и вымотался: ведь это страшно утомительно — все время подпрыгивать, чтобы заглянуть в окошко!

Она снова хмыкнула.

— Ладно, Бойд, верю вам на слово! Так не хотите ли выпить?

Возле ведерка со льдом я заметил два пустых бокала. И, осторожно открыв бутылку, чтобы обойтись без лишнего шума, наполнил их шампанским.

— Благодарю. — Джоанна взяла протянутый ей бокал, и я чуть поежился, чувствуя, как под немигающим взглядом ее изумрудных глаз у меня поползли мурашки по спине. — А вам, Бойд, похоже, не в новинку любовные утехи! Впрочем, я караулила вас у дверей не только поэтому.

— А стойка на ушах мне тоже не в новинку, как по-вашему? — поинтересовался я.

— Думаю, в таком положении ваш знаменитый профиль многое потеряет, — задумчиво проговорила она. — Скажите, ведь Шанни наняла вас, потому что боится покушения на свою жизнь?

— Совершенно верно, — подтвердил я.

— И у вас есть какие-нибудь подозрения? Я отрицательно покачал головой.

— Ничего, кроме ее слов? — уточнила она.

— Похоже, пока да, — подтвердил я. Девушка медленно поднесла к губам бокал и отпила глоток.

— Шанни весь вечер трещала, как сорока, о том, что ее хотят прикончить. И о том, что наняла вас и вы должны найти и остановить убийцу. Да, и о том, кстати, что подозревает одного из нас. — Джоанна сделала еще глоток. — А я терпеть не могу, когда меня дурачат, Бойд. Даже если это Шанни О'Тул.

— Кажется, у вас есть всему этому объяснение, — усмехнулся я.

— Я просто подумала, может, вам будет интересно, — равнодушно процедила Джоанна Вейч. — Вы ведь уже все знаете о наследстве Шанни и об условии, при котором она получит все.

— Да, помню. Высокоморальный образ жизни.

— Никому не выгодно убивать ее из-за этих денег, ведь тогда все достанется благотворительным организациям, — продолжала она. — Но вполне возможны два других варианта. Первый — доказать аморальность Шанни и представить доказательства Вилану, лишив ее таким образом наследства, или...

— Или можно использовать эти сведения, чтобы шантажировать Шанни? — догадался я.

— Правильно. — Джоанна радостно кивнула. — И у Шанни просто не будет выбора. Даже часть наследства ее дядюшки гораздо лучше, чем ничего! — Она сделала длинную паузу. — Кроме того, она сама могла подумать о том, как избавиться от шантажиста раз и навсегда!

— Прикончить его, кто бы он ни был? — предположил я.

— А если Шанни обладает изобретательным умом, то можно представить дело так, словно она сама опасается за свою жизнь, и нанять частного детектива. А потом заманить шантажиста в такое место, где никто не сможет помешать, например ночью на берег океана возле собственного дома в Санта-Байе. Пригласить в дом компанию друзей, кое-кто из них, вероятно, не откажется свидетельствовать в ее пользу. Завести в нужное время подходящий разговор, а потом избавиться от шантажиста, и все они будут готовы поклясться на Библии, что он или она пытались прикончить Шанни, а она, бедняжка, попросту защищала свою жизнь. — Джоанна с досадой передернула плечами. — Или, если она достаточно умна, то можно повернуть все так, что именно частный детектив сам прикончит шантажиста, искренне полагая, что оберегает жизнь своей клиентки!

— Да, в этом явно что-то есть, — задумчиво протянул я.

— Мне тоже так показалось, — облегченно вздохнув, проговорила она.

— А доказательства у вас есть?

— Ни малейших, — откровенно призналась Джоанна. — Только мои домыслы. Но даже под этой непроницаемой маской, Бойд, вы мне кажетесь неплохим парнем. И мне очень бы не хотелось, чтобы вас попросту использовали. Да и, сказать по правде, ваш знаменитый профиль тоже не оставил меня равнодушной.

— Благодарю, — рассеянно пробормотал я. Где-то в глубине моей души закопошилось неясное подозрение, что все это может быть правдой. — Ваша теория довольно увлекательна.

— Ну и замечательно, — просияла Джоанна. — А теперь, когда вы обо всем позаботитесь, мы можем неплохо позабавиться в постели!

— Поверьте, я весьма польщен, — пробормотал я, — но лучше как-нибудь в другой раз.

— Смотрите не прогадайте, — промурлыкала она. Ее пальчики легко скользнули к плечам и распустили ленты белой шелковой сорочки; еще миг — и девушка предстала предо мной обнаженной до талии. Дюйм за дюймом, мне казалось мучительно долго, воздушное одеяние сползало вниз, и наконец сорочка с легким шорохом упала на пол. Вытаращив глаза, я следил, как она медленно завела руки за голову и застыла передо мной в классической позе античной статуи. Мягкий свет стоявшей на столе лампы обрисовал ее прелестное тело, все его волнующие выпуклости и затененные ложбинки, подчеркнув молочную белизну полной груди и бросив таинственную тень на треугольник рыжевато-каштановых волос внизу живота.

— Я даю вам последний шанс, Дэнни, — прошептала она. — Вы еще можете передумать.

Однако я не мог. Слишком хорошо я помнил неясный щелчок в телефонной трубке, когда кто-то подслушивал мой разговор с Керри Хартфорд.

— Предлагаю все же оставить это до другого раза, Джоанна, — промямлил я, — но не думайте, что мне это так легко!

Я поспешно направился к двери, успев заметить, как разочарование в ее глазах быстро сменила бешеная злоба. Ударившись плечом о косяк, я выскочил наружу, порадовавшись в душе, что успел захлопнуть за собой дверь прежде, чем эта фурия нашла подходящий нож. Беспрепятственно добравшись до своей спальни, я отыскал пистолет, который накануне одолжил мне Шумейкер. Все это время я задавался мыслью, уж не рехнулся ли я в самом деле на старости лет. Проверить это можно было только одним способом. Но, к сожалению, перспектива снова оказаться ночью на пустынном пляже отнюдь не вдохновила меня. К тому же за дверью комнаты меня могла подстерегать пылающая жаждой мести Джоанна с обнаженным кинжалом в руке. Шумейкер, весьма возможно, по-прежнему пьет в гостиной, в тщетной надежде обрести мужество, чтобы вернуться к себе. Обдумав все хорошенько, я тихо открыл окно и выглянул наружу. Похоже, я не ошибся и до земли действительно было не меньше двенадцати футов. Перебравшись через подоконник, я сполз по карнизу, повис на руках, затем разжал пальцы. К сожалению, песок под окном оказался чертовски жестким, и я с грохотом обрушился вниз, успев только подумать, что моя многострадальная спина уж теперь-то наверняка сломана.

К этому времени огромная луна, словно яркий фонарь, висела уже прямо над головой. Было очень светло, еще светлее, чем во время моего недавнего путешествия на берег. Пока крался по узкой кромке берега, я чувствовал себя будто голый на виду у неизвестных зрителей. Вскарабкавшись по склону первой дюны, я инстинктивно опустил руку в карман и почувствовал в ладони успокаивающую тяжесть пистолета. Добравшись до развилки, я остановился, чтобы перевести дух, и вдруг оцепенел от удивления: в расщелине между дюнами темнела на песке распростертая неподвижная фигура. — Керри? — тихо позвал я. — Керри Хартфорд?

Никто не ответил, и я поймал себя на мысли, что почему-то совсем не удивлен. Скатившись по песчаному склону вниз и на бегу сунув в карман бесполезный пистолет, я опустился на колени возле тела. Мне бросилась в глаза странная поза лежавшей передо мной девушки, особенно неестественный поворот ее головы. Я осторожно отодвинул короткую каштановую прядь, и прямо на меня глянул широко раскрытый карий глаз. На шее и горле девушки были явственно видны темные пятна — свидетельство того, что ее задушили. Я прикоснулся к ней — она все еще была теплой. По-видимому, трагедия разыгралась сравнительно недавно. Все говорило за то, что убита она была здесь же, на берегу, а не доставлена сюда и брошена на песок уже мертвой. Скорее всего, Керри все-таки пришла в первый раз на свидание со мной, но позже, когда мне уже надоело ждать и я решил, что ее задержали непредвиденные обстоятельства.

Взобравшись на вершину, я внимательно огляделся по сторонам. Вокруг был только песок, искрившийся в мертвенном свете луны. Со своего наблюдательного пункта я отчетливо видел три цепочки следов, ведущих к дому. Все мои, мрачно подумал я. И вдруг обнаружил еще следы, поменьше. Они тянулись к другой дюне и, скорее всего, начинались у дороги. Должно быть, их оставила сама Керри Хартфорд. Значит, если в ее смерти повинен не Бэтмен, низвергнувшийся с полуночного неба, чтобы бросить на прибрежный песок ее бесчувственное тело, следовательно, это был кто-то другой. Он принес ее сюда и затем тщательно уничтожил свои следы. Идея с Бэтменом показалась мне на редкость заманчивой. Но все же, хоть и неохотно, я был вынужден признать, что вторая версия гораздо более вероятна.

Таким образом, выходило, что меня просто подставили.

Перед моим мысленным взором мгновенно возникло лицо лейтенанта Шелла, моего старого знакомого из полицейского участка в Санта-Байе. В прежние времена нам уже приходилось время от времени сталкиваться, и я с огорчением припомнил: лейтенант придерживается твердого убеждения, что трупы начинают сыпаться ему на голову как из рога изобилия, лишь только я появляюсь в Санта-Байе. Из чего он сделал неожиданный вывод, будто это целиком и полностью моя вина. В данном же случае, с горечью подумал я, все яснее ясного — труп на песке и две цепочки отчетливых следов. Одна принадлежит задушенной девушке, другая — вашему покорному слуге. Любой из находящихся в доме не преминет вспомнить, как я громогласно упоминал о том, что накануне вечером видел Керри Хартфорд. Шумейкер, несомненно, расскажет, что я появился с балкона как раз в момент, когда он зашел в гостиную приготовить себе выпить. Да и Джоанна не забыла мой рассказ о том, как я отправился на берег подышать воздухом где-то после полуночи. Я даже видел недоверчивый взгляд лейтенанта в ответ на мои уверения, что я не встретил на берегу Керри, а потом, вернувшись, обнаружил в дюнах ее бездыханное тело. Итак, нужно убрать труп.

Обдумав все детально, я вернулся назад, поднял тело девушки на руки и осторожно перекинул через плечо. Оно показалось мне на удивление легким. Мысленно извинившись перед мертвой за то, в чем не был виноват, я начал взбираться вверх по песчаному склону. Конечно, лучше всего было бы навсегда избавиться от этого тела, просто бросив его в воду, отправив девушку в бесконечное плавание. Но я не смог решиться на это. Когда-то давно я уже видел утопленницу, которую носило по волнам не менее шести недель. И почему-то мне показалось, что Керри Хартфорд, будь она жива, поняла бы необходимость моих действий — убрать ее тело куда-нибудь подальше. Но она никогда бы не простила мне, если бы я просто сбросил ее в океан.

Минут через пять я осторожно опустил ее на песок и внимательно оглядел дом. Со стороны океана не светилось ни одно окно, все было тихо. Такое же спокойствие царило и с другой стороны. Я обошел вокруг. Перед подъездом стояло несколько машин, в том числе и моя собственная. Я осторожно подергал дверцы и с облегчением обнаружил, что третья по счету машина, большой черный “линкольн”, не заперта. Совсем немного времени мне потребовалось, чтобы втащить тело Керри внутрь и аккуратно уложить его на пол вдоль заднего сиденья. Затем я осторожно закрыл дверцу машины и сразу почувствовал себя значительно лучше. Скоро наступит рассвет, и тот, кто вознамерится обвинить меня в убийстве, только попусту потратит время.

Разумно рассудив, что попасть в свою спальню, подпрыгнув вверх на двенадцать футов, я, конечно, не смогу, я вновь вскарабкался на веранду. Тем более, что соответствующий опыт проникновения в дом у меня уже имелся. Затем я на цыпочках прокрался в свою комнату.

Глава 7

Жизнь в доме уже вовсю кипела, когда на следующее утро около десяти я спустился в столовую. Проглотив завтрак, достойный Гаргантюа, чтобы компенсировать потерю вчерашнего обеда, я принялся за третью чашку кофе. И тут в комнату неверной походкой вошел Шумейкер. С видом мученика он отказался от еды и дрожащей рукой плеснул себе в чашку кофе.

— Вижу, вам все-таки это удалось, — с пониманием пробормотал я.

— Угу, — кивнул Мартин, — а теперь я собираюсь спуститься на пляж и до обеда поваляться на песке. Только бы нашелся кто-нибудь, чтобы отнести меня туда!

В комнату с сияющей улыбкой вошла Ширли Симпсон в черном бикини. Усевшись подле меня, она тоже налила себе кофе.

— Что-то вы оба припозднились сегодня, — проворковала она. — Я уже успела позавтракать.

— С чем тебя и поздравляю, — буркнул Шумейкер.

— Никак головка болит? Говорила я тебе, милый мой Мартин, ты слишком много пьешь на ночь, — участливо попеняла она ему.

Шумейкер залпом допил кофе, с трудом оторвал тяжелое тело от стула и, шаркая ногами, поплелся к двери.

— Я что-нибудь не так сказала? — пожала плечами Ширли. — А как вы себя чувствуете, Дэнни, в такое прекрасное утро?

— Прелестно, — беззаботно ответил я.

— Ну как, удалось что-либо разузнать о подонке, что охотится за Шанни?

— А как же, — отозвался я. — Кое-что выяснил. Этот “кто-то” щеголяет огромным шрамом на левой ягодице и татуировкой в виде сердца со стрелой на правой. Хотите сейчас же доказать, что это не вы, или предпочитаете сделать это попозже?

— Фи, у вас вульгарное чувство юмора, Бойд! — Темные глаза брюнетки сверкнули негодованием. — Просто все это мне кажется чертовски увлекательным!

— А где остальные? — осведомился я.

— Шанни загорает на берегу в обществе Роджера Фрома, — охотно пояснила она. — Хол Дрисколл собирается прогуляться по берегу, а Чак Вилан отправился в город. Джоанну я пока еще не видела, впрочем, это небольшая потеря для общества.

— А вы чем собираетесь заняться? — полюбопытствовал я.

— Ну... — Она попыталась сосредоточиться. — Можно, например, дать вам шанс проверить мою невиновность — я имею в виду, убедиться в отсутствии всяких шрамов и татуировок. Но по-моему, еще рановато для таких занятий. А как по-вашему? Стоит, наверное, присоединиться к остальной компании на берегу. Плавание — чрезвычайно полезное занятие, вы согласны? Наверняка слышали об этом? — Ширли вдруг хитро захихикала, совсем как озорная девчонка. — Бедный Мартин! Он выглядит замученным до смерти! А мне казалось, что именно вы попали в ее охотничьи силки. Но, видно, я ошиблась.

— Кого это ее? — переспросил я.

— Красотки Джоанны, разумеется, — промурлыкала брюнетка, словно кошка, выпускающая свои коготки. — Стоит взглянуть на Мартина, и все становится ясно. Считайте, что вам крупно повезло, Дэнни. Если бы вместо него она выбрала вас, сейчас вы не могли бы оторвать голову от подушки!

— Может, он считает, что дело того стоило, — лениво предположил я.

— Так я и поверила! — фыркнула Ширли. — Ну да ладно. А вы-то сами чем собираетесь заняться?

— Терпеть не могу валяться на песке, — заметил я. — Вечно умудряюсь свалиться на что-то, чего не было здесь накануне.

— Например, споткнуться о собственные ноги, — предположила она, вставая из-за стола. — Ну а я хочу как следует позагорать. Увидимся позже.

И с этими словами брюнетка выплыла из комнаты. Я спокойно допил кофе и неторопливо направился к выходу. На стоянке перед домом я не обнаружил черного “линкольна”, стоявшего там накануне. Чак Вилан, как сказала только что Ширли, отправился в город. Следовательно, черный “линкольн” принадлежал именно ему. Заметил ли он тело Керри на коврике за спиной, подумал вдруг я.

Обогнув дом, я по тропинке спустился к пляжу. Невдалеке от берега в волнах мелькала чья-то черноволосая голова — Ширли сдержала свое слово поупражняться в плавании. Рядышком на берегу спиной ко мне сидели Шанни и Фром. Я подошел поближе, и тут мной опять стало овладевать нехорошее чувство, которое я испытывал, когда ночью уносил с берега мертвое тело Керри.

— Скройтесь с глаз моих, Фром, — пробурчал я. — Мне надо побеседовать с моей клиенткой.

Оба разом обернулись, и я заметил, что обоих душит одинаковая ярость.

— Черт возьми, Бойд, думайте, с кем говорите! — возмутился Фром.

— Я бы сказал с кем, но не хочу вдаваться в детали, — отмахнулся я. — А теперь исчезните!

Он нехотя поднялся на ноги. В глазах Роджера я прочел, что он бы с радостью разорвал меня на куски, если бы мог. Может, он вообразил, что я один из прямых потомков маркиза Куинсберри? Поэтому я просто ждал, пока он, сжав кулаки и приняв боксерскую стойку, двинется ко мне. Прямым и сильным ударом правой руки мне удалось остановить его на полпути. Мой кулак погрузился в его солнечное сплетение как раз в момент, когда он еще не успел распрямиться. Фром не удержался на ногах. Со сдавленным криком он сделал несколько неуверенных шагов назад и рухнул на песок.

— Вы убили его! — взвизгнула Шанни.

— Просто выпустил из него лишний воздух, — небрежно бросил я.

— Вы уволены, слышите! — нервно выкрикнула она. — И если через пять минут не уберетесь вон из моего дома, Бойд, я вызову полицию!

— Ах, да замолчите. Бога ради! — сморщился я. — Пришло время серьезно поговорить.

Я заметил, что Ширли плыла уже близко от берега, и притом довольно быстро.

— Не убивайте его без меня, — закричала она. — Я хочу видеть это зрелище!

— Нам с вами необходимо срочно уединиться, — настойчиво предложил я Шанни.

Схватив ее за руку, я потянул девушку к дому, не обращая внимания на ее сопротивление. Упираясь изо всех сил, она выкрикивала в мой адрес такие ругательства, что покойный Джошуа Вайатт, услышав ее, не раз перевернулся бы в гробу. Нисколько не обижаясь, я доволок ее до дома, затем до ее спальни, открыл дверь и втолкнул ее внутрь. Убедившись, что Шанни плюхнулась на постель, я закрыл за собой дверь.

— Вот теперь мы спокойно поговорим, — облегченно вздохнул я. — Обычная деловая беседа между сыщиком и его клиентом без свидетелей.

— Бывшим клиентом! Вы проклятый, грязный бабуин! — крикнула она. Шанни сидела на краю постели и буквально прожигала меня пылавшими от гнева глазами. Пышные пшеничные волосы, как хвост кометы, рассыпались по плечам. Глаза потемнели от звериного бешенства. Шанни показалась мне прекрасной. Рот кривила та же презрительная гримаска, что и всегда, однако пухлая нижняя губка вытянулась еще сильнее вперед и дрожала от ярости. На ней было то же белоснежное бикини, что и накануне, но при виде высоко вздымавшейся от бурного дыхания полной груди я с тоской подумал, что долго этой полоске ткани не продержаться.

— Ах ты маленькая богачка! — взяв себя в руки, фыркнул я. — Не пройдет и шести месяцев, как ты будешь купаться в золоте. Если, конечно, доживешь до этого времени и успеешь получить свое наследство. Но уже сегодня ты ведешь себя так, словно это богатство у тебя в кармане. Думаешь, за деньги можно купить все на свете, даже человека? А ведь с виду и не скажешь, что ты такая тупица. Хотя, будь я проклят, ведешь ты себя совсем глупо!

Она слетела с постели, будто разъяренная фурия, и набросилась на меня; ее кулаки мелькали с быстротой цепов на молотьбе. Для споров времени уже не оставалось. Я прикинул на глаз расстояние и применил свой коронный прием: ловко отпрыгнул в сторону, увернулся, а потом с силой ударил противника прямо в солнечное сплетение. Однако я постарался смягчить свой удар, насколько это было возможно. И все равно Шанни словно с размаху налетела на стену, из ее груди вырвалось сдавленное шипение, а руки бессильно повисли вдоль тела. На лице застыло мученическое выражение, и ясно было, что главным для нее в эту минуту было просто сделать обычный вдох. Все же остальное было на время забыто. Я видел, как она старалась это сделать, но я постарался еще лучше, и ей никак не удавалось глотнуть воздуха. Тогда я взял Шанни за плечи, повернул ее к кровати и легко подтолкнул вперед. Крупное тело девушки беспомощно распростерлось на постели, и я видел, как она по-прежнему ловит ртом воздух.

Мизансцена немного напоминала больницу в сериалах на медицинскую тему, которые в последнее время снимаются в таком количестве. Здесь был бы очень уместен хирург, громко требующий подать одновременно три разных скальпеля. Что же касается меня, то мой рецепт прост — небольшой шок, чтобы заставить крошку Шанни прийти в себя. К тому же мне чем-то нравилась ее нынешняя поза на постели: лицом вниз, при этом белые трусики-бикини на пышных ягодицах натянуты так, что страшно смотреть. Я заметил также, что съехавшая ткань обнажила таинственную ложбинку, и две восхитительные сферы предстали моему взору во всей своей первозданной красе; вдоволь налюбовавшись очаровательной картинкой, я звонко шлепнул по каждой из ягодиц по очереди. Лечение доктора Бойда оказалось единственно верным, так как уже в следующую секунду Шанни издала яростный вопль.

— Вот видите? — назидательно произнес я. — Теперь вы снова нормально дышите!

Девушка полежала еще немного, глубоко втягивая в себя воздух и время от времени слабо постанывая. Наконец собравшись с силами, Шанни с трудом села, и я видел, как сильная дрожь пробежала по всему ее телу. Яркие багровые пятна медленно исчезли с ее щек, и я с радостью обнаружил, что девушка уже может смотреть мне в глаза.

— Я убью вас, Бойд, — устало пробормотала она. — Только не сейчас. В другой раз, когда вы будете смотреть в сторону. А потом вырву вашу печень и скормлю ее собакам!

— А у вас нет собак! — поддразнил я.

— Одолжу парочку! — рявкнула она. — Дьявол вас побери, что за балаган вы устроили?!

— Я безумно устал от всех ваших выкрутасов и выдумок, — вздохнув, сказал я. — Вы не удосужились ввести меня в курс дела. Там, в Нью-Йорке, были слишком утомлены; вчера вечером тоже не нашли в себе сил сделать это. А сегодня утром вы валяетесь на берегу и, видите ли, принимаете солнечные ванны! Для человека, который боится за свою жизнь, вы что-то слишком уж беспечны!

— Признаюсь, вы правы, — печально согласилась она. — И я готова простить вас за то, что вы набросились на меня. Так что вы хотите узнать?

— Расскажите о предыдущих покушениях на вашу жизнь.

— Я все выдумала. — Глубокие темно-голубые глаза расширились и виновато глядели на меня. — Этого никогда не было.

Некоторое время я боролся с собой, пытаясь подавить острое желание схватить девчонку обеими руками за горло и задушить прямо сейчас.

— Зачем вам все это? — выдавил я наконец.

— Если бы я просто рассказала о своих подозрениях, будто меня хотят убить, мне бы никто не поверил. — Она беспомощно пожала плечами. — Вы бы подумали, что перед вами очередная вздорная бабенка с большими деньгами и слабыми нервами.

— А с чего вы взяли, что я сейчас так не думаю?

— Хотите, чтобы я объяснила? — холодно спросила она. — Или предпочитаете сразу взять билет на самолет до Нью-Йорка?

— В конце концов, какая разница? — пожал я плечами. — Чем я рискую, кроме того, что могу окончательно рехнуться?

— Все началось примерно полгода назад, после смерти дяди Джоша, — произнесла она почему-то тоненьким голоском. — У, меня появилось какое-то странное и очень неприятное чувство, усиливавшееся с каждым днем. Понимаете, вначале это очень забавно: видеть вокруг улыбающиеся лица и думать, как это здорово, что у тебя столько друзей. А когда вспоминаешь, что через несколько месяцев получишь в подарок миллионов двадцать, так поневоле начинаешь подозревать то того, то другого.

— Конечно, — кивнул я. — Понимаю. В общем, это нормально. Но отчего-то мне кажется, что это не все.

— Мне всегда нравился этот дом, — задумчиво продолжала Шанни. — С самого раннего детства дядя Джош обычно привозил меня сюда на все лето. Как же здесь было здорово, особенно после нашего огромного дома в Нью-Хэмпшире, где целые толпы слуг путались под ногами. Потому-то я и сбежала тогда сюда и прожила три месяца на берегу океана.

— Одна? — уточнил я.

Девушка неохотно качнула головой.

— Вначале. А потом приехал Чак Вилан и привез свою секретаршу.

— Керри Хартфорд?

— Да. Пока был жив дядя Джош, она была его секретаршей. А потом Чак предложил ей работать у себя. Надеюсь, он знал, что делает. Мне всегда казалось, что этой девице известно о делишках дядюшки Джоша гораздо больше, чем самому Чаку.

— И думаете, что на вашу жизнь покушается кто-то из этих двоих?

— Но должна же быть какая-то причина! — вздохнула она — Ведь если меня хотят убить, значит, не просто так! В случае моей смерти все пойдет на нужды благотворительности. Значит, деньги не достанутся ни Чаку, ни Керри. Они же не полные идиоты, чтобы убивать в благотворительных целях!

— Кто еще приезжал сюда во время вашего пребывания в этом доме?

— Роджер Фром. Он страшно нравится Чаку, поэтому он сам привез его сюда и познакомил нас. Пару раз мы встречались.

— И он так быстро предложил вам выйти за него замуж? — прямо спросил я.

— Беда в том, что я не поняла, что ему нужно: я или мои двадцать миллионов. Так до сих пор и не знаю.

— А Хол Дрисколл?

— А, это приятель Керри Хартфорд, секретарши Вилана. У Хола скверная привычка приезжать сюда всякий раз, когда сама Керри вместе с Чаком возвращалась в Нью-Йорк.

— А где она сейчас? — осторожно поинтересовался я.

— Керри? Где-нибудь отдыхает. Наверное, в Майами.

— А что вы знаете о Джоанне Вейч? — последовал мой новый вопрос.

— Это моя старая приятельница. Когда-то мы вместе учились в колледже, — просто ответила Шанни.

— И Ширли?

Шанни утвердительно кивнула.

— Все трое закончили колледж? — полюбопытствовал я.

— Нет, Джоанна ушла в первый же год. Мужчины ее всегда интересовали гораздо больше всего остального. Она сама говорила, что гораздо полезнее оттачивать свое мастерство в постели, а мозги могут и подождать.

— Но потом она снова отыскала вас? — уточнил я.

— Да, когда я еще жила в Манхэттене, — кивнула Шанни, — но уже собиралась переезжать в этот дом. Она позвонила, и я пригласила ее приехать.

— И она была не против? — подсказал я.

— Да. Джоанна прогостила здесь пару недель.

— Хорошо, теперь вернемся к Ширли. Это ваша давнишняя подруга, живет в соседней квартире, и именно она познакомила вас с Мартином Шумейкером?

— Так и есть, — ответила хозяйка дома. — С интеллектом у него не так чтобы очень, но иногда он может быть довольно забавным.

— Итак, шесть человек, вернее, семь, если считать и Керри Хартфорд. И вы уверены, что среди них ваш потенциальный убийца. Но кто он, вы по-прежнему не знаете?

— Один из них, — настаивала Шанни. — Кроме этих людей, я почти никого не знаю. Ведь я жила с дядей Джошем, а это было равносильно пребыванию на необитаемом острове без всякой надежды уплыть оттуда.

— Вы видели завещание вашего дяди?

— Да, конечно. Чак сам мне его показал.

— Как я понимаю, в финансовом отношении от вашей смерти никто не выигрывает?

— Вы правы, — подтвердила Шанни.

— А вы, случайно, не увели Роджера Фрома у какой-нибудь девушки? — улыбнувшись, спросил я.

— Вы что, смеетесь?! — рассердилась она.

— Ну тогда, может быть, у кого-нибудь из этой компании есть причины вас ненавидеть? Может, когда-то вы сыграли с одним из них злую шутку?

Она безнадежно покачала головой.

— Ничего подобного не припоминаю.

— Так какого же дьявола кому-то надо вас убить?!

— Понятия не имею. — Шанни, прикрыв ладонью рот, застыла в немом отчаянии. — Я знаю, что все это смахивает на безумие! Я всегда это понимала. Поэтому и старалась увильнуть от этого разговора! Но теперь вы все знаете, Дэнни. Поймите, я кожей чувствую опасность. Может быть, меня пугает что-то в их интонациях или в глазах, когда они думают, что я на них не обращаю внимания. Все они ждут, когда это случится! Меня просто кидает в дрожь от их взглядов: мне кажется, им даже известно, когда это случится!

— Дорогая моя, — деликатно прервал я. — А может, вам нужен психоаналитик, а вовсе не частный детектив?

— Я знала, что вы это скажете! — с горечью воскликнула девушка. — А впрочем, может, именно этого они и добиваются? Проще всего объявить меня невменяемой?!

— Когда Керри работала у вашего дядюшки, в каких вы были с ней отношениях?

— Странно, что вам не пришло в голову прежде всего спросить, что, помимо секретарства, связывало эту девицу с моим дядей? — сказала она с горечью.

— С Джошуа Вайаттом? — поразился я. — Простите, вы имеете в виду того самого человека, который вошел в историю благодаря своему категорическому утверждению, что секс греховен даже в браке, если от него получаешь удовольствие?!

— Так он и сказал, старый подонок, — процедила она сквозь зубы. — Но ведь свои похождения он не потрудился даже держать в тайне! Я как-то наткнулась на них обоих, случайно конечно. Как раз в этом самом доме. В то время мне было лет восемнадцать и я была невинна в полном смысле этого слова. Тогда соседи устроили пикник и в доме меня раньше вечера никто не ждал. Но так случилось, что я здорово поругалась с одной девчонкой и пораньше ушла домой. Войдя в дом, я подумала, что дядя Джош, как обычно, отдыхает после обеда. Поэтому отправилась разыскивать Керри. Мне хотелось немного поболтать, я вошла в ее комнату и там застала их обоих. — Шанни возбужденно округлила глаза. — Не то чтобы посреди комнаты, но в такой позиции, какую и представить себе трудно!

— И что же дальше? — полюбопытствовал я.

— Я опрометью выбежала из комнаты и помчалась на берег. Керри вышла вслед, догнала меня и долго беседовала со мной. Она говорила, что мой дядя — бесконечно одинокий человек и я должна понять его. А он сам никогда не упоминал об этом случае, будто ничего и не было. Только перестал разговаривать со мной. Так продолжалось до самой его смерти.

— Старик что-нибудь оставил Керри? — спросил я.

— Нет. Может, раньше он и хотел, но с того дня, как я их застукала, он жил в вечном страхе. Боялся, что я проболтаюсь и тогда камня на камне не останется от его репутации святого! — Шанни с досадой пожала плечами. — Мне всегда, казалось, что он должен был завешать ей что-нибудь.

— Как вы чувствовали, после того случая он вас возненавидел?

— Вполне возможно. Дядя Джош это очень хорошо умел. Он ненавидел почти все, что доставляет нормальному человеку хоть маленькую радость!

— Поэтому старик и сделал оговорку в своем завещании относительно пресловутого “морального облика”? — предположил я.

— Не знаю, — пробормотала она, — возможно. Я задумался.

— Посмотрю, пожалуй, что можно сделать, — пообещал я. — Однако ждать помощи от вас пока не приходится.

— Спасибо, Дэнни. — Шанни с трудом поднялась на ноги и украдкой взглянула в зеркало. — Ну и пугало! Надо привести себя в порядок! Господи, я совсем забыла! — вдруг воскликнула она. — Ведь бедный Роджер, может, до сих пор лежит на берегу!

— Надеюсь, Ширли догадалась окружить его вниманием и заботой, — беспечно проговорил я и перехватил ее сердитый взгляд.

Шанни отправилась в свою комнату, а я решил вернуться на пляж. Там на песке я увидел одинокую женскую фигурку, обладательница которой, облаченная в черное бикини, явно стремилась приобрести еще один слой загара.

— Если это труп, — нарочито громко проворчал я, — то что он делает на солнышке?

Ширли лениво приоткрыла глаза.

— Так куда вы подевали тело, Бойд? — хрипло спросила она.

— Чье? — тупо спросил я.

— Разумеется, я имею в виду Шанни. Я же видела все, неужели не помните? И ваше дикарское нападение на бедняжку Роджера, и как потом вы уволокли ее в дом. Так что если это и не убийство, то наверняка изнасилование. Ну и как вы нашли Шанни в роли невинной девственницы?

— Я оставил ее, когда она в слезах умоляла меня о продолжении. — Я уселся на песок рядом с Ширли. — А куда испарился Фром?

— Вернулся в дом. Сказал, что хотел бы ненадолго прилечь, — улыбнулась брюнетка. — Мне кажется, Роджер не привык к грубому насилию. Перед тем как уйти, он все волновался. Не мог решить, вызвать ли ему полицию или обратиться к своим адвокатам и подать на вас в суд за оскорбление действием. Потом махнул рукой и пообещал остановиться на одном из этих вариантов после того, как немного отдохнет.

— Мне известно, что вы все знаете друг друга еще со времен колледжа, — начал я. — Я имею в виду вас, Ширли, Джоанну и Шанни.

— Джоанна мало проучилась, — хмыкнула она.

— Но вы не теряли друг друга из виду?

— Только мы с Шанни, — поправила брюнетка. — Джоанна исчезла, чтобы появиться, как чертик из табакерки, только пару месяцев назад. Это, очевидно, и есть то недостающее звено, которое вы искали, Бойд? — Ее темные глаза откровенно смеялись. — Вот на кого никогда бы не подумала. Ведь у Джоанны просто нет времени думать о чем-нибудь, кроме секса!

Я лениво огляделся по сторонам и тут заметил темную фигуру, направлявшуюся в нашу сторону.

— Так, так, к нам гости, — присвистнул я.

— Как жаль! — Она нехотя перевернулась на бок и, опершись о локоть, попыталась разглядеть незнакомца. — Теперь я так и не узнаю, почему вы заподозрили нашу крошку Джоанну. — Ширли ладонью прикрыла глаза от солнца. — Разрази меня гром, если это не таинственный Хол Дрисколл. К тому же он бежит сломя голову! Никогда бы не подумала, что он способен на такое!

Между тем Дрисколл приближался. Он совсем задохнулся, и пот ручейками струился по его лицу. В глазах Хола застыл леденящий кровь ужас. Когда он поравнялся с нами, я вскочил на ноги как ужаленный.

— Что это с тобой? — удивленно спросила его Ширли.

Хол резко остановился, но никак не мог перевести дыхание.

— Я прогуливался по берегу, — пропыхтел он наконец. — А когда возвращался, решил пройти между дюн. Господи, это какой-то ужас!

— В чем дело? — резко спросил я, чувствуя, как мучительная судорога сводит мне желудок.

— Она лежала там, мертвая, — еле слышно пробормотал он. — Задушена. Вся шея в синяках и ссадинах. Может быть, шея даже сломана, я не знаю. Под каким углом повернута ее голова, уму непостижимо!

— Какого дьявола, о ком ты говоришь? — испуганно воскликнула Ширли, и голос ее сорвался.

— Керри Хартфорд, — устало пробормотал Дрисколл. — Разве я не сказал?

Глава 8

Было уже часа три пополудни, когда лейтенант Шелл добрался наконец до меня. Я появился на пороге гостиной в момент, когда оттуда выходила Джоанна Вейч. Поравнявшись со мной, красотка скорчила презрительную гримаску. Я не обратил на это внимания и только поплотнее закрыл за собой дверь.

Лейтенант нисколько не изменился. Те же глубоко посаженные серые глаза, коротко стриженные седые волосы, тот же неприязненный взгляд.

— А я-то надеялся, — хитро хмыкнул он, — что мне хоть немного повезет и вас кто-нибудь прикончит. Уверен, с вашим приездом количество преступников сильно сократилось. Особенно в Манхэттене. С другой стороны, не успели вы появиться, как не меньше сотни людей готовы уже разорвать вас на куски. Возьмите хотя бы меня. Я вас недолюбливаю, а мы виделись всего-то пару раз в Санта-Байе. А сколько таких в Манхэттене?!

Я уселся за обеденный стол напротив него и попытался обезоружить лейтенанта сияющей доброжелательной улыбкой.

— Благодарю за комплименты, лейтенант, надеюсь, у вас тоже все хорошо?

— Мерзавец, — проворчал он. — Один взгляд на твою физиономию — и я чувствую, как у меня разливается желчь. Эта Шанни, о Господи, Шанни О'Тул, она что, не в своем уме? Похоже, так оно и есть! Иначе не наняла бы тебя. Плетет несусветное, сделала, мол, это потому, что кто-то хочет ее убить. Слышали вы что-нибудь подобное?!

— И считает, что это один из присутствующих здесь шестерых. Кроме них, она не знает никого в нашем огромном мире, — подхватил я. — Седьмого подозреваемого можно уже не считать. Она сама сейчас стала жертвой.

— Не сейчас, — буркнул лейтенант. — Коронер говорит, ее задушили между полуночью и тремя ночи. И случилось это не здесь, не в дюнах перед домом. Ее тело просто откуда-то принесли и оставили здесь.

— А следы? — с самым невинным видом спросил я.

— И что такого чертовски привлекательного в этом проклятом пляже, что прошлой ночью здесь шлялись все кому не лень?! — рявкнул полицейский. — На песке масса отпечатков, можно подумать, здесь прошла целая армия! — Свирепо закусив тонкую черную сигару, он закурил и выпустил облачко дыма. — Ладно, Бойд, давайте начнем с самого начала. Вы взялись за дело потому, что сочли хозяйку дома слишком доверчивой, правда?

— Не совсем так, лейтенант. — Я покачал головой. — В Манхэттене она клялась и божилась, что попытки покончить с ней были и раньше. Только вчера вечером мне удалось заставить ее признаться, что все это — плод ее богатого воображения.

— А дама, которую убили, — продолжал лейтенант, — Керри Хартфорд, кажется? Личная секретарша преуспевающего юриста с сомнительной репутацией. Я в жизни не видел, чтобы так убивались, как он. Он говорит о ней так, словно эта девушка просто святая. И убить ее мог лишь сексуальный маньяк. Никто в здравом уме, тем более если хорошо знал Керри Хартфорд, не мог относиться к ней иначе, как с любовью и уважением. Вот так!

— Вы тоже думаете, что это убийство на сексуальной почве? — поинтересовался я.

Он вынул изо рта изжеванную сигару и посмотрел на нее с таким отвращением, словно считал персонально ответственной за всю ту мерзость, что творится в нашем мире.

— Нет, не похоже. Конечно, она могла нарваться на какого-нибудь ненормального, получающего сексуальное удовлетворение, удушая свою жертву. Обычного кровожадного маньяка, рыскавшего среди дюн в поисках новой жертвы. Но нет, я что-то в это не верю. Что же касается ее босса, Вилана, так он клянется, что даже не подозревал, что она здесь, в Санта-Байе. Юрист думал, что она мотается по магазинам где-нибудь в Нью-Хэмпшире. Так какого черта ей здесь понадобилось, а, Бойд?

— Хороший вопрос, — заметил я.

Он бросил на меня проницательный взгляд, и мне показалось, что его глаза еще больше ушли в глазницы, если только это вообще возможно.

— А я-то надеялся, что вы мне поможете, — разочарованно сказал он. — Хотя бы потому, что последним видели ее живой.

— Никогда не встречал эту девушку, — отрезал я.

— Но ведь накануне вечером вы видели ее в этом доме, — настаивал лейтенант. — А потом еще расспрашивали всех, куда она подевалась. Говорили, что она появилась и сразу же ушла, но она, значит, была здесь, иначе какого черта вы допытывались, куда она подевалась?!

— Это была просто уловка, — махнул я рукой. — Я слышал, как упомянули это имя. Вот мне и захотелось узнать, кто же она такая. Поэтому я притворился, что только что видел эту девушку, и поинтересовался, куда она исчезла. Понимаете, я добывал информацию.

— Уловка? — недоверчиво протянул лейтенант. — Это грязная попытка выкрутиться, Бойд. Но со мной такие вещи не проходят!

— Вы ошибаетесь, — сухо сказал я, пожимая плечами.

— Вчера вечером вы не пришли обедать, — продолжал лейтенант Шелл все тем же равнодушным тоном. — Где вы были?

— Отправился прогуляться по берегу.

— Чтобы с кем-то встретиться? — прищурился он.

— Просто подышать воздухом, — заявил я. — Мне надо было проветриться.

— Все разошлись по своим спальням около полуночи, — заметил он. — Шумейкеру не спалось, и он отправился в гостиную чего-нибудь выпить. И там увидел, как вы вошли в комнату с балкона.

— Дышал свежим воздухом, прежде чем отправиться в постель, — невозмутимо повторил я.

— Или пытались незаметно вернуться в дом, убрав тело девушки, которую задушили вечером, — холодно процедил он сквозь зубы. — Вы влезли на балкон и тут нарвались на Шумейкера, который был в гостиной.

— Ну хорошо, — ответил я. — Допустим, все было так. Тогда почему, по-вашему, я не переждал на балконе, пока он уйдет?

— Похоже, именно вы и убили Керри Хартфорд, — задумчиво заключил он. — Хотите узнать мои соображения? Уж слишком быстро, черт вас возьми, вы согласились с моим предположением, что эта девица О'Тул не в своем уме. Думается, дело вовсе не в том, что она боится за свою жизнь. Просто наняла вас для того, чтобы вы прикончили эту девушку. И вы так и сделали. Осталось только выяснить, зачем понадобилось ее убивать. По-моему, это как-то связано с наследством. От Вилана я знаю об условиях завещания. Двадцать миллионов зеленых, неплохо, правда? Да с такой кучей деньжищ можно заказывать убийства оптом и в розницу! И как только я выясню, кому помешала эта Хартфорд, вам обоим придет конец. Слышите, Бойд? Девица О'Тул с ее фантазиями просто прикрытие. А всю грязную работу вы взяли на себя. — Он мрачно ухмыльнулся. — И не пытайтесь смотаться из города. Вам не добраться даже до проселочной дороги, не то что до аэропорта.

— Вы совершенно спятили, лейтенант, — устало пробормотал я. — Впрочем, ничего другого я и не предполагал. Только теперь все точки над “i” поставлены.

— Главное теперь — выяснить, зачем Шанни О'Тул понадобилась смерть Керри Хартфорд, — рассуждал лейтенант Шелл. — И я буду копать, пока не докопаюсь до истины.

— Вы закончили? — прервал его я.

— Пока да, — огрызнулся он. Я встал со стула и, не говоря ни слова, направился к двери. Не успел я взяться за ручку, как он окликнул меня.

— Я кое-что забыл, Бойд, — твердо сказал он. — На вашем месте я бы позаботился, чтобы с девицей О'Тул, не дай Бог, не приключилось беды. Вы же понимаете, если с ней что-то случится, у меня не будет сомнений в том, кто ее убрал!

Мне страшно хотелось выпить и немного подумать. И я решил, что лучше сначала выпить, а потом и думать будет легче. Отправившись в гостиную, я обнаружил там целую компанию гостей, которые еще до меня пришли к такому же выводу. Роль бармена играл Шумейкер, а Ширли, сидя на высоком табурете, не сводила с него глаз. Я вскарабкался на другой табурет, и тут Шумейкер почему-то взглянул на меня с неожиданной симпатией.

— Этот лейтенант, — сказал он, — упрям просто как осел! Не иначе, папаша его приехал сюда из Техаса! Что вам налить, Бойд?

— Водки со льдом, — буркнул я.

— До сих пор не могу поверить, — сдавленно пробормотала Ширли, — кому понадобилось убивать Керри Хартфорд?

Шумейкер пододвинул мне бокал.

— Это все какой-то абсурд! Подумать только, Шанни наняла вас, чтобы обезопасить свою жизнь, а убили Керри Хартфорд!

— Чак очень переживает, — сочувственно заметила Ширли. — Только лейтенант оставил его в покое, он сразу же отправился к себе и до сих пор не появлялся.

— Пришлось рассказать лейтенанту, как вчера ночью вы вошли через балкон, — виновато произнес Мартин. — Мне показалось, что все это ерунда. Ведь ни один нормальный человек не поверит, что частный детектив, нанятый в качестве телохранителя, может сам совершить убийство?! Вы согласны?

— А с чего вы взяли, что лейтенант нормальный человек? — с горечью пробормотал я.

— Ну, тогда, — тихо добавил он, — простите меня. Я просто вспомнил об этом, ну и сказал.

— У меня есть предложение, — выпалил я вдруг. Мартин вышел из-за стойки бара и чуть ли не бегом устремился к двери. Если бы мне хоть немного везло, он бы споткнулся о коврик и сломал себе ногу. Но с моим нынешним везением надеяться на это не приходилось...

— Я вот о чем думаю, — продолжала Ширли Симпсон, — а какого дьявола Керри делала в Санта-Байе?

— Вот и Шелл меня об этом же спросил, — подхватил я.

— Как вы думаете, может, ей удалось что-то узнать? Ну, например, вдруг секретарша Вилана догадалась, кто планирует убийство Шанни, и приехала, чтобы помешать этому?! Но кто бы это ни был, он успел убить ее раньше.

— Может быть, вы и правы, — вздохнул я. — Расскажите-ка мне немного о личной жизни Шанни.

— Черт вас побери, зачем это вам?! — воскликнула брюнетка.

— Ответьте мне прямо на один вопрос, — настаивал я. — Она девственница, нимфоманка или...

— Не имею ни малейшего понятия, — сказала Ширли равнодушно. — Насколько мне известно, во время учебы в колледже она была девственницей. А чего же вы ожидали при ее-то жизни с таким дядюшкой?! Может, она и сейчас еще девственница. Впрочем, не знаю. — Темные глаза Ширли с неприязнью глядели на меня. — Это действительно важно, Бойд, или вам просто любопытно?

— А что вам известно о Керри Хартфорд?

— Для чего вам все это? Собираетесь написать что-нибудь новенькое о сексе?

— Пожалуйста, ответьте мне, Ширли, — попросил я. Она поджала губы.

— Не знаю, что и сказать вам. Ведь мы не были близко знакомы, — после некоторой паузы нерешительно пробормотала она. — Керри была на редкость привлекательна. Эта девушка могла бы заполучить кого угодно. С этим не было бы проблем. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Ну а Джоанна Вейч? Она действительно нимфоманка? — не унимался я.

— Ну разве этого не видно с первого взгляда?! — воскликнула она. — Достаточно было только посмотреть, что она сделала прошлой ночью с Мартином!

— Вы хотите сказать, что он был с ней? — переспросил я.

— Ах, да бросьте вы! Я не первый день знаю Мартина. Так что сразу же догадалась. Да и все признаки налицо! Вспомните! Полное изнеможение, налитые кровью глаза, нервный тик. А ведь для него секс — это что-то вроде физзарядки.

— Так вы уверены, что с ним была именно Джоанна? — повторил я.

— А кто же еще, Господи ты Боже мой?! Уж не думаете ли вы, что это была я? — Девушка прищурилась. — Или вы думаете, что он был с Шанни? Тогда вы точно спятили, Бойд.

— Это могла быть любая из вас, — дружелюбно подытожил я.

— Я же только что сказала, что это была не я! — рассердилась брюнетка.

— Но вы ведь врете так же легко, как дышите, Ширли, — вздохнул я. — Я все помню.

— Знаете, — резко сказала она, — я искренне надеюсь, что следующей жертвой станете вы, Бойд!

Соскользнув с табурета, девушка быстро направилась к дверям. Бойд, как всегда, неотразим, кисло подумал я. Бывают времена, когда от моего замечательного профиля просто нет никакого толку. Допив все, что оставалось в моем бокале, я вышел из гостиной и поднялся по лестнице на второй этаж. Там находились спальни. Я коротко постучал в дверь комнаты Джоанны Вейч.

Услышав ее голос, разрешавший мне войти, я немедленно так и сделал. Девушка стояла ко мне спиной и пристально вглядывалась во что-то за окном. Каштаново-рыжие волосы пышной гривой окутывали ее плечи, и, кроме коротеньких ослепительно-белых штанишек, на ней не было больше ничего.

— И что теперь? — не поворачиваясь, равнодушно спросила она.

— Должно быть, вчера ночью я был не в себе, — сказал, извиняясь, я. — Не начать ли нам снова?

Она резко повернулась ко мне и застыла, скрестив руки под упругой грудью. По-видимому, ее совершенно не волновала собственная нагота.

— Это вы? — В ее голосе я не уловил даже намека на радость. — Что вам здесь надо, черт возьми?!

— Меня очень заинтриговала ваша теория, — заявил я. — Вы высказали предположение, что кто-то может шантажировать Шанни с целью получения части ее наследства. Задумав убить его или их, она для начала наняла меня охранять собственную жизнь. Помните?

— Нет, — коротко буркнула Джоанна.

— Этой ночью Керри Хартфорд была найдена задушенной, — невозмутимо продолжал я. — Пока как будто ваша теория подтверждается.

— Убирайтесь вон, Бойд, — сказала она, — меня тошнит от вас.

— Вы все трое учились в колледже, — излагал я свои мысли. — Потом вы почему-то бросили все и ушли. Я хочу знать, почему.

— Мой отец скоропостижно умер от сердечного приступа, — прошептала она. — Прямо за столом, во время обеда. Страховки у него не было. И денег ни гроша.

— И что же вы делали дальше?

— Я отправилась в Манхэттен искать счастья, — горько улыбнулась девушка. — По-моему, я была одной из немногих, кто еще верил в американскую мечту. Впрочем, какое это имеет значение?

— Вам удалось чего-то добиться? — не унимался я.

— Я пыталась... — Она махнула рукой. — Нашла способ зарабатывать на жизнь не слишком изнурительным трудом. Работа была не всегда, но меня это вполне устраивало.

— Девочкой по вызову? — уточнил я. Она пожала плечами.

— Называйте, как хотите.

— А потом, пару месяцев назад, вы отыскали Шанни? — подсказал я.

— Шанни сама нашла меня. Мой телефон есть в справочнике. При моей профессии это необходимо. — Уголки ее губ поползли вниз. — Как все просто, не правда ли?

— И что же ей было нужно?

— Просто повидаться со старой приятельницей, сообщить, что она в Манхэттене, и предложить зайти к ней выпить и поболтать о прежних временах.

— И пригласить вас провести пару недель в этом доме, верно? — вновь подсказал я.

— Это было позже, — возразила она.

— Сколько Шанни вам заплатила? — спросил я прямо в лоб.

— За что? — не поняла она.

— За то, что вы жили здесь в полном одиночестве. Что прикрывали ее, отвечали на телефонные звонки, вынимали почту, отделывались от неожиданных посетителей. Сколько, Джоанна? — настаивал я.

— Это она вам рассказала?

— Нет, — отрезал я. — Сам догадался. Слишком уж уверенно вы излагали вчера эту вашу теорию. Следовательно, что-то вам было известно, что-то навело вас на мысль о шантаже. Что-то, что знали только вы.

Она подошла к шкафу, вытащила короткий черный халатик и не спеша накинула его.

— Хотите выпить, Бойд? Шампанское все еще здесь. Может быть, немного теплое, но это лучше, чем ничего.

— Нет уж, спасибо, — решительно отказался я.

— Шанни попросила меня приехать прямо сюда, — медленно начала она рассказывать. — Сама позвонила мне в Манхэттен. Мне показалось, что она чем-то взволнована. Я попыталась объяснить, что не могу бросить работу на целых две недели. И тогда она пообещала заплатить мне столько, что я ничего не потеряю. Подумав, я решила, что это неплохая мысль. Провести две недели нежась на солнышке, просто отдохнуть: У вас не найдется сигареты, Бойд?

— Конечно. — Я протянул ей сигареты и поднес зажигалку. — Таким образом, вы появились в этом доме, а она тут же уехала?

— Именно так. — Джоанна присела на краешек кровати и сделала глубокую затяжку. — Шанни вернулась только через десять дней.

— Вы знаете, с кем она была?

— Нет. — Джоанна задумчиво покачала головой. — Она уехала в собственной машине одна. Так же и вернулась. Сама Шанни ни словом не обмолвилась, с кем провела все это время, а я и не спрашивала. Это не мое дело.

— А что случилось в то время, пока ее не было?

— Мы договорились, что каждое утро около десяти Шанни будет звонить мне, чтобы узнать, все ли в порядке. Прошло после ее отъезда, по-моему, дней десять, и вдруг ни с того ни с сего на пороге появляется эта дама. Как с неба свалилась! Ни письма, ни открытки, вообще никакого предупреждения, что собирается приехать. Я открыла дверь, а она тут как тут!

— Кто, Керри Хартфорд? — уточнил я.

— Она самая! По-моему, увидев меня, она страшно удивилась. Пришлось объяснить, что я — приятельница Шанни и сейчас живу у нее. Она, в свою очередь, сказала, что работает у Чака Вилана и привезла кое-какие бумаги Шанни на подпись. Вот идиотизм! Я была просто в панике, не знала, что делать! Что-то плела, Шанни, дескать, уехала на весь день и вернется только поздно вечером, да и то не точно. Незваная гостья мило улыбнулась и пообещала прийти завтра. Хорошо, что Шанни оставила номер телефона, по которому я могла позвонить, если стрясется что-то неожиданное. Это был как раз тот случай. Поэтому я набрала номер и услышала мужской голос. Я попросила позвать Шанни, и она почти сразу взяла трубку. Пришлось объяснить, в чем дело, и Шанни сказала, что немедленно выезжает.

— Мужской голос был вам знаком?

— Нет, голос как голос. Шанни примчалась домой после обеда. Представьте, и Керри Хартфорд не утерпела и вернулась тем же вечером, вскоре после Шанни. Вот сука! Не знаю, о чем они говорили, — взволнованно продолжала Джоанна, — но, когда Керри наконец уехала, Шанни чуть не плакала. Она тряслась как в лихорадке, и мне пришлось влить в нее почти полбутылки бренди, прежде чем она немного пришла в себя.

— А потом Шанни опять уехала к тому парню? — спросил я.

— Нет, она осталась здесь. Шанни сказала, что не доверяет Керри и боится, что та снова вернется. Поэтому мы провели вдвоем два довольно-таки тоскливых дня, а потом я вернулась к себе.

— Вскоре она позвонила еще раз и снова попросила вас приехать на несколько дней, — подсказал я.

— На тех же условиях, — кивнула Джоанна. — Шанни обещала возместить мне все материальные потери. Но будьте уверены, она ни словечка не сказала, для чего я ей опять понадобилась!

— Поэтому вы и решили, что Керри Хартфорд ее шантажирует? — подытожил я.

— И тот парень, — добавила девушка. — Должно быть, они сговорились. Шанни конечно же рассказывала мне о завещании. Если кто-нибудь сможет представить Чаку Вилану документы, порочащие Шанни, она не получит ни гроша.

— Да, — подтвердил я. — Только никак не возьму в толк, что это за сексуальные извращения, о которых вы говорите И какими документами можно это доказать?

— Вам же хорошо известно, в какой строгости воспитывал Шанни этот старый ублюдок, ее дядюшка! — воскликнула Джоанна. — Сплошное издевательство, другого слова и не подберешь! В результате, если хотите знать, достаточно было свести ее с парнем, в которого она бы по-настоящему влюбилась, и тогда можно втянуть ее во что угодно. В том числе заставить делать то, что любой законник назовет сексуальным извращением. Можно ведь и сфотографировать все это!

— Предположим, вы правы, — задумчиво сказал я. — Мужчины, которых она в то время хорошо знала, — это Дрисколл и Фром. Как думаете, который из них?

— Дрисколл, — не задумываясь, выпалила Джоанна. — На Фрома все это как-то не похоже. Да и потом, он ведь и сам богат.

— Слышал такие разговоры, — протянул я. — В таком случае остается предположить, что секретаршу Вилана, Керри, тоже убрал Дрисколл. Но почему?

— Или Шанни, — вдруг подсказала Джоанна. — Только не спрашивайте почему. — И она хитро улыбнулась. — Детектив-то ведь вы!

Глава 9

"Проводить расследование, порхая от спальни к спальне, — занятие довольно забавное”, — мрачно подумал я, собираясь постучать в дверь комнаты Чака Вилана. Юрист отозвался на стук очень тихо, но мне показалось, что меня пригласили войти. Плотные шторы на окнах были задернуты, и в комнате царил прохладный полумрак. Когда мои глаза понемногу привыкли к темноте, я разглядел щупленькую фигурку, скорчившуюся в кресле возле окна.

— Что вам нужно? — едва слышно спросил он.

— Мне очень жаль, что так вышло с Керри Хартфорд, — с искренним сочувствием проговорил я. — Должно быть, это огромная потеря для вас.

— Это была на редкость славная девочка, — пробормотал он. — И умница к тому же. Я до сих пор не могу поверить, что ее больше нет.

— Скверное для вас время, тем более что приходится отвечать на вопросы, — понимающе заметил я. — Но что делать. Постарайтесь меня понять. Я должен узнать кое-что, и как можно скорее.

— Если это может помочь вам найти ее убийцу, тогда задавайте любые вопросы, Бойд, — с готовностью откликнулся Вилан, — я буду только рад вам помочь!

— До перехода к вам она работала на Джошуа Вайатта?

— Именно так, — кивнул он. — Керри была с ним три года. После того как старика не стало, я предложил ей работать у меня. Ну, во-первых, она превосходно разбиралась во всех его делах, а это могло мне очень помочь в работе. Но главное — ей не было равных в качестве личного секретаря. Для нее не существовало таких понятий, как пустяк или мелочь. Работать Керри могла сколько угодно и никогда не ворчала, если приходилось задержаться. — Чак тяжело вздохнул. — Она была на редкость трудолюбива.

— Насколько я слышал, — осторожно промолвил я, — для Джошуа Вайатта Керри была гораздо больше чем обычная секретарша.

— Какого дьявола?! Что вы имеете в виду? — недовольно спросил он.

— Кое-кто утверждает, что она была его любовницей, — прямо заявил я.

— Грязная ложь! — рявкнул Вилан. — Какой мерзавец распускает про девушку такие пакости?!

— Это не так важно, — отмахнулся я.

— Послушайте, Керри работала с ним три года, вплоть до его смерти. Он умер в семьдесят два года! А ей не было и двадцати восьми, когда она погибла! Это же смешно, в конце концов!

— Ну, так забудьте об этом, — миролюбиво предложил я. — А вам известно, что Керри делала в Санта-Байе?

— Бог свидетель, я сам ломал над этим голову! — раздраженно буркнул он. — Я-то думал, что она присматривает за моими делами в Нью-Хэмпшире!

— Давайте пофантазируем. Предположим, кто-то принес вам документы, порочащие Шанни. В них говорится, что она увлекается наркотиками, или сексуальная извращенка, или замешана в каких-нибудь темных махинациях, а вы вдруг решили закрыть на это глаза?

— Вы хотите знать последствия? — Он рассмеялся коротким, лающим смехом. — Не забывайте, Бойд, я всего лишь распорядитель наследства. Моя прямая обязанность — следить, чтобы выполнялись все условия завещания покойного Вайатта. И если я этого не буду делать, на меня можно в официальном порядке подать жалобу, обвинив в пренебрежении служебным долгом. И я вас уверяю, если это будет доказано, мне грозит не только потеря должности, но и позорное исключение из адвокатской коллегии. Вам понятно?

— Давайте тогда рассмотрим другую версию, — предложил я. — Предположим, документы, порочащие Шанни, находятся у кого-то на руках и, вместо того чтобы принести их вам, он начинает ее шантажировать. Что тогда?

— Вы имеете в виду, что этим могла заниматься Керри? — спросил он ледяным тоном.

— Совсем не обязательно, — уклончиво ответил я. — Предположим, Шанни согласилась уплатить шантажисту после того, как обретет наследство? А потом, получив деньги, вдруг передумала. Может ли шантажист в этом случае навредить ей?

— Это вопрос времени, — задумался преуспевающий юрист. — Если шантажист обладает доказательствами, что она нарушила условия завещания до достижения двадцати пяти лет, то есть до получения наследства, она дело проиграет и суд оставит ее без гроша.

— Таким образом, шантажист может держать ее за горло чуть ли не до самой смерти?

— Да, — твердо ответил юрист. — Послушайте, Бойд, я не совсем понимаю, чего вы хотите, но если думаете, что Керри могла...

— Послушайте, не стоит торопиться с выводами, — перебил я его. — Если все было так, как я предполагаю, то шантажист кровно заинтересован, чтобы Шанни прожила чертовски длинную жизнь!

— При таких обстоятельствах — несомненно! — поддержал он.

— Тогда кто же пытается избавиться от Шанни? В полутемной комнате воцарилось долгое молчание.

— Неужели вы хотите сказать, что все эти россказни о том, что от нее хотят избавиться, не более чем прикрытие для чего-то другого? — наконец не выдержал он.

— Не знаю, — честно признался я. — Хотя это вполне возможно. Предположим, Керри Хартфорд догадалась обо всем и тайно приехала сюда, чтобы помешать. Такое возможно?

— И девушку задушили, в благодарность за все ее хлопоты, — горько усмехнулся он. — Нет, мне трудно в это поверить. Со своими подозрениями она, вне всякого сомнения, прежде всего пришла бы ко мне. — И тем самым оставила бы Шанни без денег? — недоверчиво спросил я.

— Вы правы, — кивнул он. — Керри была очень привязана к Шанни и всегда старалась защищать ее. Она вечно твердила, что девочка при дяде жила в совершенно ненормальной обстановке. Поэтому, если бы речь шла только о шантаже, Керри сообразила бы, что посвящать во все это меня не надо.

— А вы-то сами что думаете о Шанни? — поинтересовался я.

— Я тоже очень привязан к ней, — натянуто сказал Вилан. — Впрочем, вы поставили меня в весьма неудобное положение, Бойд. Как официальное лицо, которому доверено распоряжаться наследством ее дяди, я должен считать Шанни вне подозрений. Сейчас, во всяком случае, этот разговор можно считать законченным. Вам понятно, Бойд?

— Всего один вопрос, — не унимался я. — Вы говорили мне о финансовом положении Роджера Фрома — все это правда? Я имею в виду, вы знаете это точно?

— Я хороший юрист, Бойд, — холодно процедил он, — и не привык пользоваться сплетнями. То, что я сказал о его состоянии, абсолютно точно. Я мог ошибиться на пятьдесят тысяч долларов в ту или другую сторону. Не больше.

— Спасибо, мистер Вилан, — поблагодарил я.

— А теперь убирайтесь отсюда, Бойд, — потребовал распорядитель наследства Шанни.

Я вышел в коридор и, следуя избранной тактике, постучал в дверь комнаты Дрисколла. Ответа не последовало, поэтому я решил спуститься вниз. Гостиная была пуста, и я отправился на веранду. Там я обнаружил Шанни. Невидящим взором девушка смотрела в синюю даль океана. На этот раз на ней была просторная бесформенная хламида, отливавшая всеми спектрами коричневых оттенков. Каким-то образом Шанни умудрилась выглядеть в подобном одеянии достаточно хрупкой. Заслышав мои шаги, она медленно обернулась, и я увидел, что вокруг ее глаз залегли широкие темные круги.

— Привет, Дэнни, — безжизненным голосом произнесла она. — Поганый сегодня денек, ничего не скажешь. Но, как ни странно, я рада, что ты пришел.

— Тебе она нравилась? — сразу же спросил я.

— Кто, Керри? — Девушка поспешно кивнула. — Только теперь поздно уже жалеть. Слишком поздно я поняла, что она всегда была мне настоящим другом.

— Наверное, вы подолгу бывали вместе во время твоих каникул?

— В этом огромном доме мы всегда были только втроем, — сказала она. — И если бы не Керри, я просто сошла бы с ума.

— Особенно когда твой дядюшка перестал с тобой разговаривать? — многозначительно улыбнулся я. — После того, как ты застала их вдвоем в самой немыслимой позе?

— Ты просто хладнокровный ублюдок, понимаешь, Бойд! — процедила она. — Я же сказала, что Керри потом мне все объяснила, убедила, что этого старого и очень одинокого человека я должна постараться понять. Все это даже как-то сблизило нас, мы стали почти подругами.

— А от чего умер дядя Джош? — поинтересовался я.

— Сердечный приступ, — ответила Шанни. — Однажды вечером, как обычно, он гулял здесь, на веранде. Дядя любил наблюдать, как солнце медленно опускается за горизонт. Это было чем-то вроде ежевечернего ритуала. Впрочем, я никогда не понимала, почему это ему так нравится. — Ее голос вдруг сорвался. — Все, что произошло дальше, было ужасно! Я находилась в гостиной, когда вдруг услышала какой-то странный хрип, как будто он пытался закричать, но не смог и стал задыхаться. Я выбежала на веранду, но было уже слишком поздно! Дядя склонился над перилами и уже сползал вниз. Я бросилась к нему, попыталась схватить за ногу, но не успела. — При этом воспоминании лицо девушки исказило страдание. — В то время у нас была маленькая прогулочная яхта, — овладев собой, продолжала она. — Скорее даже шлюпка. Она всегда была пришвартована на берегу, прямо под балконом. Дядя упал как раз на нее и разбил себе голову о сиденье. — Шанни передернула плечами. — Это было ужасно!

— Но ведь он умер раньше, до падения, от сердечного приступа? — напомнил я.

— Да, конечно. — Она поспешно кивнула. — Но мне от этого не легче.

— А с кем ты провела три месяца, когда все были уверены, что ты пребываешь здесь в полном одиночестве? — небрежно спросил я, словно мы просто дружески болтаем. — В то самое время, когда ты уговорила Джоанну Вейч прикрыть тебя на время отъезда?

Она испуганно глянула на меня.

— Не понимаю, о чем это ты?

— Все считали, что ты уехала из города на две недели, — объяснил я. — Но через десять дней на пороге этого дома, словно чертик из коробочки, появилась Керри Хартфорд. Она якобы привезла документы, которые тебе нужно было подписать. Поэтому Джоанна была вынуждена позвонить по тому номеру, который ты ей оставила на крайний случай. И ты немедленно вернулась.

— Это Джоанна тебе рассказала? — дрогнувшим голосом спросила Шанни.

— Ну а кто же еще? — отозвался я.

— Вот сука! — Шанни вся дрожала. — Проклятая ревнивая дрянь!

— Ревнивая? — переспросил я.

Девушка зажала ладонью рот и резко повернулась ко мне спиной. Мне показалось, что ее плечи вздрагивали от рыданий.

— Видно, пора рассказать тебе обо всем, — превозмогая себя, с трудом произнесла она. — Но не пытайся использовать эти сведения против меня, Бойд. Можешь не сомневаться, я буду все отрицать. Скажу, что все это плод твоего собственного похотливого воображения, понял?

— Конечно, — кивнул я.

— Дядюшка Джошуа свято верил, что под его опекой я вырасту самой чистой и целомудренной девушкой на всем белом свете! Когда он отправил меня в колледж, я была чертовски непорочна. Девчонки просто не могли в это поверить! В конце концов они все-таки поверили, но это не слишком-то им понравилось. Слухи о моей невинности доползли и до парней. Так что если бы у меня и возникло желание с кем-то встречаться, то никому из них это и в голову бы не пришло! Поэтому можешь себе представить, в каком я была шоке, когда наткнулась на дядю с секретаршей. И только потом, после разговора с Керри, я понемногу начала понимать, что произошло. Но ведь это было так чертовски несправедливо! Дядя Джош считал, что радости жизни существуют только для него, а мне не позволял даже просто дружить с моими сверстниками, не то что пойти на свидание! А потом Керри рассказала мне о его завещании — она сама печатала его пару месяцев назад. И о том, как мне надлежит вести себя до двадцати пяти лет. — Она умолкла, и воцарилось напряженное молчание. — Но потом Керри намекнула, что у меня есть выход, — осевшим голосом продолжала она. — И вполне безопасный. Я смогу дать волю своим чувствам и удовлетворить чувственный голод, и никто — в том числе и дядя Джош — ничего не узнает.

— Керри была бисексуалкой, — закончил я за нее. — И предложила вступить с ней в связь? Шанни коротко кивнула.

— Как это случается? Как можно узнать, что у человека на уме? Когда однажды Джоанна вдруг позвонила мне, я подумала: вот было бы забавно встретиться после такого перерыва, и пригласила ее приехать. И однажды вечером она действительно появилась. Джоанна выглядела просто потрясающе, ну, ты понимаешь? Я чуть не умерла от изумления, когда она призналась, что работает вроде как девушкой по вызову. Она оживленно болтала о всех тех мужчинах, с которыми спала. И я спросила, не вызывает ли у нее отвращение сам секс. Она рассмеялась и, покачав головой, сообщила, что получает удовольствие с девушками, а мужчины — это так, ради денег. И потом вдруг коснулась меня, и я... — Она закусила губу. — Впрочем, ты можешь догадаться и сам, что было дальше!

— И ты пригласила ее пожить здесь, в этом доме, — подвел я итог.

— Совершенно верно, — просто сказала она. — И все было замечательно, пока нам на голову неожиданно не свалилась Керри. Если ты никогда не видел, как два бульдога вцепляются друг другу в горло, Бойд, советую посмотреть! Они чуть было не повыдирали друг другу волосы, орали как сумасшедшие, осыпая оскорблениями одна другую! Керри уехала на следующий день, ей нужно было вернуться в контору к Вилану. Джоанна осталась еще ровно на столько, чтобы избить меня до полусмерти, и в конце концов тоже умчалась. — Шанни снова повернулась ко мне лицом, слезы ручейками стекали по ее бледному лицу. — Не знаю, понимаешь ли ты, чего мне стоит рассказывать тебе все это!

— А почему же ты снова пригласила Джоанну приехать? — осторожно спросил я.

— Потому, что к этому времени я окончательно убедилась, что кто-то хочет избавиться от меня. И подумала, что это вполне может быть Джоанна. И единственное, чем я могла удержать ее, — это попросить приехать и поклясться, что Керри здесь никогда не будет. Я торжественно пообещала, что не скажу Керри ни слова и это будет как бы наше примирение после той ссоры.

— Все так и было? — с безразличным видом спросил я.

— Я так и знала, что ты не удержишься от этого вопроса, — горько вздохнула она. — Нет, этого не произошло. И никогда не будет!

— Ты думаешь, Джоанна выдумала эту историю о мужчине, с которым ты проводила время, лишь бы насолить тебе?

— Для чего же еще? — Она равнодушно повела плечом. — Ты просто не представляешь, на что способна эта подлая сука!

— А где была Керри, когда с дядюшкой Джошем случился сердечный приступ?

— Что? — Шанни растерянно заморгала. — Не знаю. Где-то на кухне, наверное. Мы обычно по очереди готовили обед. У меня в этот момент произошел провал в памяти. Наверное, из-за шока, когда я увидела, как он перевалился через перила. Думаю, я закричала, потому что Керри тут же выскочила на балкон.

— Как думаешь, зачем было Керри приезжать сюда тайно?

— Честное слово, не знаю. — Глаза девушки потемнели. — Может быть, заподозрила, что Джоанна здесь, и решила убедиться в этом.

— Должно быть, кто-то все-таки знал, что она приехала, — уверенно сказал я.

— Потому что ее убили, — кивнула Шанни, и лицо ее помертвело.

— Что с тобой? — испуганно воскликнул я.

— Я просто вдруг вспомнила — нет! Это просто глупо! — Она затрясла головой. — Никакая женщина не смогла бы так поступить с Керри! Наверняка ее убил мужчина.

— Не обязательно, — тяжело вздохнул я. — Любая женщина в критический момент может обладать сверхчеловеческой силой. Особенно в состоянии эмоционального потрясения.

Ее глаза изумленно расширились.

— Вчера, во время обеда, зазвонил телефон. Когда раздался звонок, я была занята, поэтому крикнула, чтобы кто-нибудь взял трубку. Просили Джоанну. Она подошла в гостиную и говорила там.

— И кто же по твоей просьбе взял трубку? — спросил я.

— По-моему, Хол. — Шанни на минуту задумалась. — Нет, я ошиблась. Это был Мартин.

— Шумейкер? — угрюмо переспросил я. — Да ведь сейчас он даже и не вспомнит, мужской был голос или женский.

— Что рассуждать без толку? — свистящим шепотом произнесла она. — Обе девушки в ту ночь были на берегу в дюнах. Обе невероятно привлекательны. И одна из них задушила другую!

Глава 10

Снова поднявшись к себе в комнату, я растянулся на кровати, пытаясь переварить услышанное. Проснулся, когда перевалило за семь. Чертыхнувшись, я наскоро принял душ и уже собирался спуститься в гостиную, когда дверь моя настежь распахнулась и в комнату ворвался Фром.

— Подите вы к дьяволу, Бойд! — заорал он. — Я весь вечер думал об этом. — Его карие глаза горели яростью. — Вы же чуть не прикончили меня сегодня на берегу утром. И только одному Богу известно за что!

— Вы абсолютно правы, — миролюбиво сказал я, — и поэтому примите мои глубочайшие извинения!

— В этот раз все будет по-другому, — осклабился он. — Теперь вам не удастся застать меня врасплох! И я... — Он вдруг осекся и испуганно заморгал. — Что вы сказали?!

— Я сказал, что вы абсолютно правы и я прошу прощения, — терпеливо повторил я. — Но если вам полегчает, когда вы меня стукнете, то вперед!

— Может, и полегчало бы. — Роджер растерянно потер правый кулак.

— Беда в том, — я обезоруживающе улыбнулся, — что при моем отвратительном характере я просто не смогу удержаться и дам вам сдачи.

— Вы что, серьезно, Бойд? — Он разжал кулак и осторожно погладил себя по животу. — В таком случае лучше я приму ваши извинения.

Я снова улыбнулся, и он, немного поколебавшись, криво усмехнулся в ответ.

— Ладно, — махнув рукой, сказал Фром. — Я пришел не за тем, чтобы доставить вам удовольствие выбить из меня душу. Просто мне казалось, что я не должен оставлять обиду без ответа.

— Я вас вполне понимаю, — кивнул я. — Думаю, во всем виноват проклятый мистраль, или это просто время года такое?

— Да и место неподходящее, — проворчал он. — В любом случае после всего, что здесь случилось, наша ссора выглядит сущим пустяком.

— Вы ее знали? — прямо спросил я.

— Пару раз видел, когда она приезжала сюда вместе с Виланом. Мне она показалась славной девушкой. Очень хладнокровная и компетентная, но в то же время очень женственная.

— Ей бы понравилось ваше особое внимание, как вы думаете? Скажем, если бы вы стали ухаживать за ней?

— Я? — Он испуганно заморгал. — Но эта девушка меня совершенно не интересовала! Поверьте мне, Бойд.

— А если бы за ней приударил другой мужчина?

— Трудно сказать. — Роджер на минуту задумался. — Полагаю, она просто не обратила бы внимания, понимаете? Обычно все девушки реагируют на присутствие мужчин, каждая по-своему. Керри была совсем другая: похоже, ей было на них наплевать.

— Вот странно, — присвистнул я.

— Ну... — Он был слегка ошарашен моей реакцией. — Надеюсь, это все?

— Вы не будете возражать, если я задам вам еще пару вопросов? — спросил я и тут же открыл рот, чтобы не дать ему возможность улизнуть. — Вы действительно делали предложение Шанни?

— Да.

— И она вам отказала? Он утвердительно кивнул.

— Почему? — напирал я.

— Бог его знает. Обычный довод: мол, не чувствует ко мне ничего похожего на любовь.

— А она не упоминала об условиях завещания ее дядюшки?

— Насколько я помню, нет. А при чем тут проклятое завещание? Как оно может повлиять на наши взаимоотношения?! — недоумевал Роджер.

— Шанни просто не имеет права выходить замуж до двадцати пяти лет, — пояснил я. — А если нарушит это условие завещания и выйдет, потеряет все деньги.

— О Господи! — Он передернул плечами. — Даже представить себе не мог. Но ее деньги для меня ничего не значат! Кроме шуток, Бойд. Я ведь сам достаточно богат. И если бы она в самом деле хотела выйти за меня, то наняла бы адвокатов, чтобы оспорить завещание!

Я бросил на него испытующий взгляд. Глаза Фрома гневно сверкали, лицо побагровело от бешенства.

— А вы знаете, что наследство ее дядюшки составляет больше двадцати миллионов долларов? — спросил я.

— Дьявольщина! — Челюсть его отвисла. — Так много? Теперь понятно, почему она просто рассмеялась мне в лицо. Очевидно, решила, что я охочусь за наследством ее дядюшки!

Лицо его потемнело, он резко повернулся и почти бегом кинулся из комнаты. На игру не похоже, решил я. Фром отреагировал так, как на его месте сделал бы любой нормальный человек, будь я проклят! Итак, допустим, Шанни солгала мне и, как утверждает Джоанна, действительно провела десять дней с неизвестным мужчиной. Тогда это мог быть кто угодно, но только не Роджер Фром. Я подождал подольше, дал Роджеру время спуститься, куда он там собирался, потом вытащил пистолет из ящика письменного стола. Затем тихо вышел из комнаты и направился прямиком к Джоанне. На этот раз я не стал стучать. Просто распахнул дверь и вошел.

Первое, что мне пришло в голову при виде этой девушки, — это что она просто сильно экономит на одежде. Видимо, она только что вышла из душа. Потому была совершенно голая — и, стоя перед огромным зеркалом, большой пуховкой "покрывала все тело тонким слоем пудры. При этом она то поворачивалась, то замирала в чувственном самолюбовании. Я отметил, что, когда за мной с громким стуком захлопнулась дверь, рука ее даже не дрогнула.

— Меня обычно не волнуют любители подглядывать, — небрежно бросила она через плечо. — Но боюсь, для вас придется сделать исключение, дорогой Бойд!

— Я говорил с Шанни, — перебил я.

— Ну, уж в этом можно было не сомневаться! — Она послала восхищенную улыбку своему отражению в зеркале. — Догадываюсь: она в слезах бросилась перед вами на колени и поведала чудовищную правду о нас?

— О ваших интимных отношениях? — усмехнулся я. — Конечно.

— И о дорогой душечке Керри тоже? — добавила она.

— И о Керри, — кивнул я.

Джоанна медленно обернулась и небрежно протянула мне пуховку.

— Будьте столь любезны, попудрите мне спину, — попросила она. — Кстати, я безумно боюсь щекотки, так что не удивляйтесь, если начну хихикать. Да и вообще, мало ли что!

— Нет уж, увольте, — решительно отказался я. Красотка саркастически хмыкнула.

— Ничто так не отпугивает мужчину, как сознание того, что девушка предпочла бы ему любую женщину, — сказала она. — Достаточно даже намека на нечто подобное, чтобы вы мгновенно обмякли, словно проколотый воздушный шарик. Вот забавно!

— Кто вам звонил вчера вечером? — строго спросил я.

— Никто, — коротко ответила она.

— А Шанни утверждает совсем другое, — жестко сказал я.

— Шанни патологическая лгунья! — поспешно воскликнула она.

— И вы тоже, милочка! — кивнул я. — Шанни утверждает, что никогда не была в связи ни с одним мужчиной. Говорит, что вы прекрасно проводили время вдвоем, когда неожиданно появилась Керри. Как изящно выразилась Шанни в разговоре со мной: если вы не видели, как два бульдога вцепились друг другу в глотку, советую посмотреть! Керри убралась из дому на следующее же утро, а вы уехали только через пару дней, предварительно разукрасив Шанни синяками с головы до ног!

— Ну хорошо. — Джоанна небрежно швырнула пуховку в верхний ящик бюро. Затем, продолжая любоваться собой в зеркале, обхватила ладонями роскошную грудь и чуть приподняла ее. — Я солгала вам, Бойд, но только немножко. Мне просто не хотелось вспоминать, что эта сучка предпочла мне какого-то мужчину! Керри, конечно, свалилась нам как снег на голову. Но мне показалось, что Шанни восприняла это довольно спокойно. А на следующее утро, сообщив, что собирается походить по магазинам, Керри пригласила Шанни с собой. Меня она не звала, так что я осталась дома. Часов около шести вечера вдруг зазвонил телефон. Говорил мужчина. Он сказал, что я могу немедленно отправляться в Нью-Йорк или куда мне будет угодно. Шанни же сейчас с ним и решила остаться там на неопределенное время. Дальше потоком полились оскорбления. Он кричал мне, кто я такая и что если у меня осталась хоть крупица совести, то я должна руки на себя наложить за то, что сделала с Шанни. Вы не поверите, Бойд, но, когда он бросил трубку, я едва держалась на ногах, так была потрясена. Конечно, я сразу же вернулась в Нью-Йорк, и все вошло в свою обычную колею. И вдруг снова позвонила Шанни и попросила меня приехать, для того чтобы — как она сказала? — помириться.

— А Шанни платила вам, чтобы компенсировать материальные потери, которые вы несете, уезжая из Манхэттена? — поинтересовался я.

Она весело расхохоталась, и ее смех был совершенно искренним.

— Вы шутите? Мне бы и в голову не пришло согласиться, если бы я не захотела. Но теперь вы знаете правду, а все остальное не имеет значения.

— Если это и есть правда, — осторожно заметил я.

— Вы все и так уже поняли, — просто сказала Джоанна. — Вы ведь только с виду тупой!

Вытащив из шкафа пару коротких черных трусиков, она перебросила их мне. Я машинально подхватил их. Губы девушки изогнулись в хищной, чувственной улыбке.

— Вот умница! — презрительно пробормотала она. — Вы уж подержите их, Бойд, а я просто суну в них ноги!

Резким движением я отбросил трусики, словно они обожгли мне руки, и быстренько ретировался из комнаты. Даже захлопнув за собой дверь, я все еще слышал ее презрительный смех.

Спустившись вниз, я застал Ширли на ее обычном месте — высоком табурете перед баром. Она снова была в черном мини, а ее стройные ноги, на мой взгляд, со вчерашнего вечера стали еще длиннее.

— У меня проблема, — сообщила она, наблюдая, как я готовлю себе спиртное. — Впрочем, каждому свое.

Думаю, никому из нас не придет в голову облачиться в траур. Но и надевать что-то уж слишком фривольное лично я не могу. Как вы считаете?

— Это не последняя наша проблема, — успокоил я ее.

— Девушка не должна зарывать в землю свои сокровища, — капризно заявила брюнетка. — Кстати, я получила послание от высокочтимой хозяйки этого дома. Она страдает от сильной головной боли и к обеду не спустится. Как бы то ни было, холодные закуски в гостиной, и она смеет надеяться, что мы как-нибудь управимся своими силами.

— Отлично, — кивнул я.

— Не могу не думать о Керри, — пожаловалась Ширли. — Мне страшно, кажется, чьи-то холодные пальцы притрагиваются к моей спине. Поэтому я и решила сегодня допиться до чертиков. Составите мне компанию, Бойд?

— Не уверен, — пробормотал я. — А где остальная компания?

— А! — Брюнетка ткнула пальцем чуть ли не мне в лицо. — Продолжаете играть в частного сыщика, верно? Все должны быть у вас на глазах, так спокойнее.

— Я задал вопрос, — повторил я терпеливо. — Будьте паинькой, Ширл, скажите мне.

— Господи, как я ненавижу, когда меня называют “Ширл”! Знаете что, Бойд? Я просто схожу с ума от бешенства, когда слышу это дурацкое имя! Но так и быть. Я отвечу вам. Сегодня я чувствую себя особенно одинокой, и даже с вами мне не так тоскливо. Так слушайте. Чака вы не увидите. Он в своей комнате оплакивает Керри. Фром был здесь минут десять назад. Потом, чертыхнувшись, сказал, что этот проклятый дом действует ему на нервы, так что, пожалуй, он пойдет прогуляться по берегу. Где Шанни, я вам уже сказала. Паучиху я еще не видела, но считаю, что это небольшая потеря. Что касается Мартина, он все еще без сил. Сказал только, что послал к дьяволу проклятый обед и лучше поднимется к себе и хорошенько выспится. — Ширли лениво улыбнулась. — Ну как? Удовлетворены?

— Вы забыли Дрисколла, — напомнил я.

— Вот уж о ком легко забыть, — хмыкнула брюнетка. — Сказал, что голоден как волк. По-моему, он в столовой и уже приступил к обеду.

— Да неужто? — удивился я, отставив в сторону свой стакан.

— Разве я неточно выразилась? — пожала плечами она.

— Сейчас вернусь, — выходя из комнаты, бросил я. Когда я переступил порог столовой, Дрисколл вяло ковырялся вилкой в тарелке, содержимое которой сильно напоминало салат из морских водорослей. Я осторожно прикрыл за собой дверь и двинулся вперед, пока не оказался прямо перед ним. Дрисколл неважно выглядел. Его изборожденное морщинами лицо было мертвенно-бледным, а в серых глазах затаился страх.

— Должно быть, это было ужасно, — сочувственно пробормотал я, — обнаружить ее тело. Вы сказали, ее задушили?

— Угу. — По его глазам было видно, насколько ему неприятен весь этот разговор.

— И еще этот лейтенант Шелл, который не позволил нам покинуть этот дом, — весело продолжал я. — У меня такое чувство, что все мы здесь попали в ловушку.

— В ловушку? — пискнул Дрисколл. — О чем вы, дьявол вас забери, говорите? Что это еще за ловушка?!

— Я хочу сказать, что никто из нас не сможет уехать, пока лейтенант не найдет убийцу Керри Хартфорд. — Я пожал плечами.

— Наверное, вы правы. — Он отодвинул тарелку в сторону. — Мне казалось, что я проголодался, а сейчас просто кусок не лезет в горло. Пойду приму пару таблеток нембутала, может, хоть поспать удастся.

— Вы уверены, что это разумно? — очень тихо спросил я.

— Разумно? — Хол задохнулся. — Разрази вас гром, Бойд, о чем это вы?

— Я имею в виду ваше намерение ложиться спать, — пояснил я. — Ведь во сне мы совершенно беззащитны.

Вы можете заснуть, чтобы никогда не проснуться, Дрисколл!

— Да вы что, окончательно спятили? — Я увидел, как в его холодных глазах разгорается огонек бешеной злобы.

— Ваше дело решать, — приветливо улыбнулся я. — Но мне почему-то кажется, что после гибели вашей партнерши вы следующий на очереди.

— Партнерши?! — процедил он едва слышно сквозь стиснутые зубы.

— Вы с Керри были партнерами, — повторил я. — Она уговорила Шанни поехать с ней, и так они появились в вашем доме. Шанни осталась у вас на несколько дней. Думаю, вы не оставили ей иного выбора и позволили уехать только после того, как в ваших руках оказались документы, свидетельствующие о ее, скажем так, аморальном поведении. Я угадал?

— Черт возьми, я не понимаю вас! — еле ворочая языком, пробормотал он.

— Вы запугали ее или чем-то опоили. После этого она ничего не соображала, — продолжал я. — Думаю, из Керри получился неплохой фотограф, ведь когда-то она занималась этим профессионально. И вот у вас в руках достаточно компрометирующих ее материалов. Достаточно, чтобы смешать Шанни с грязью!

— Вы с ума сошли, Бойд! — Его глаза метали громы и молнии. — Это заговор! Она наняла вас, чтобы избавиться от нас обоих!

— А может, вы сами решили, что больше не нуждаетесь в помощнике, — предположил я. — Поэтому позвонили Керри и рассказали о вечеринке, на которую ее не пригласили. А потом предложили ей приехать. Вам удалось убедить ее, что разумнее вам встретиться втайне от всех остальных. Скажем, поздно ночью где-нибудь на берегу. А потом подкрались и просто убили ее. — Я усмехнулся ему прямо в лицо. — А утром случайно обнаружили ее тело!

— Я не убивал секретаршу Вилана, — прохрипел он. — Клянусь вам, Бойд! Ах ты, подонок! Ты просто поймал меня на удочку!

— Если девушку задушил кто-то другой, то скоро, Дрисколл, вы станете следующей жертвой, — заявил я. — Где хранились фотографии, компрометирующие Шанни? Если они были у Керри, тогда перед вами стоит еще одна серьезная проблема.

В воцарившейся тишине мне казалось, будто я слышу, как колокол тревоги гудит у него в голове. Хол пристально глядел мне прямо в глаза, потом медленно покачал головой.

— Вы просто сумасшедший, — потрясение пробормотал он. — Я больше ни минуты не собираюсь слушать этот бред!

Повернувшись ко мне спиной, Дрисколл двинулся к двери. Ноги его не слушались, и он двигался автоматически, словно робот.

— Вы должны все хорошенько обдумать и многое решить для себя, Дрисколл, — бросил я ему вслед. — Повторяю, вашу партнершу убили и следующим на очереди будете именно вы.

Он вышел из столовой и с грохотом захлопнул за собой дверь. Я немного помедлил, разглядывая холодные закуски на столе, и наконец решил, что не очень хочу есть. К тому же мне пришла мысль, что провоцировать не всегда безопасно. Ведь никогда не знаешь заранее, куда прыгнет кошка.

Внизу, в гостиной, Ширли Симпсон колдовала у стойки бара. Она встретила меня очаровательной улыбкой.

— А я уже было начала чувствовать себя неуютно. Сижу тут одна-одинешенька, — проворковала она. — Вы заметили, как действует на нервы этот проклятый дом? Атмосфера здесь, что ли, такая?

— Заметил, — кивнул я, пробираясь к бару. — Есть одна вещь, которая меня раздражает.

— Догадываюсь. Вероятно, это ваш знаменитый профиль, — подсказала брюнетка. — Вы в него влюблены, а он не отвечает взаимностью. Угадала?

— Хотите, открою страшную тайну? — пообещал я, смешивая себе напиток. — Джоанна Вейч — лесбиянка.

— Вы шутите! — Ее темные глаза расширились. — Это невозможно!

— Причем убежденная, — невозмутимо продолжал я. — Мы с ней только что долго беседовали по душам. Она работает вроде девочкой по вызову. Но мужчины у нее — это ради денег, а женщины — для души.

— Вы меня разыгрываете, Бойд?!

— Клянусь! — Я усмехнулся. — Это наводит на интересные размышления о том, кто же довел вчера вечером Шумейкера до такого плачевного состояния?

— Но он же был с... — Ее глаза буквально полезли на лоб. — Понятно. Если он был не с Джоанной, тогда кто же, черт возьми, вчера высосал из него всю кровь? — Она энергично помотала головой. — Только не я, честное слово!

— Шанни? — предположил я. Ширли задумчиво покачала головой.

— Что-то не верится. Помнится, когда Мартин увидел ее в первый раз, так просто чуть с ума не сошел. Всеми силами пытался затащить ее в постель. Но по всему было видно, что Шанни на него плевать.

— Но почему-то же вчера он был похож на покойника, которого только что откопали из могилы? — напомнил я.

— Снова занимаетесь любимым делом? — подозрительно спросила она.

— Рыжий парнишка из Техаса, сын богатого папочки. В один прекрасный день, натолкнувшись на нефтяную скважину, папаша разбогател, — размышлял я. — Он засыпает сыночка деньгами, лишь бы тот держался подальше от дома и не совал нос в дела родителя. Все это вы мне рассказали. А вам-то это откуда известно?

— Мартин сам рассказывал. — Брюнетка не отвела взгляда. — Вы что, хотите сказать, что по-настоящему нам о нем ничего не известно?

— Ничего, кроме того, что этот рыжий парень довольно упорно увивался вокруг Шанни, — согласился я. — Вы же сами только что это подтвердили. Сказали, что он только что на ушах не стоял, чтобы заполучить Шанни и в придачу двадцать миллионов долларов.

— Вы полагаете, что Мартин замешан во всю эту чертовщину, причастен к событиям в доме?!

Я тут же пересказал Ширли — правда, не все, а с небольшими купюрами — услышанное от Джоанны Вейч. А на десерт угостил версией Шанни. Брюнетка слушала затаив дыхание. Когда я закончил свою речь, ее била нервная дрожь.

— Бедная Шанни! — прошептала она.

— Я встретил Керри Хартфорд на берегу еще до того, как ее убили, — сообщил я. Затем, сделав большой глоток, рассказал Ширли все до конца.

— А что она там делала с этим биноклем? — нетерпеливо спросила девушка, когда я остановился.

— Очевидно, хотела убедиться, что Дрисколл действительно в доме, — сказал я. — По-моему, Шанни никогда не была настоящей лесбиянкой, это произошло совершенно случайно. Она отчаянно нуждалась в близком человеке, просто для душевного равновесия. И случилось так, что именно тогда вы и познакомили ее с Шумейкером. Наверное, Шанни поведала ему свою грустную историю рассказала о дядюшкином завещании. Мартин стал строить планы, как одним махом разделаться с шантажистами и разом заполучить и Шанни, и ее миллионы. Но ему была нужна ее помощь.

— А зачем тогда она выдумала, что ее хотят убрать, если этого не было?

— Ей нужен был предлог, чтобы собрать всех вас вместе. Следующим пунктом плана было нанять меня, а логическим завершением — устроить вечеринку и собрать всех, кого она подозревала, под одной крышей. Керри не пригласили намеренно. Думаю, Шумейкер позвонил ей, назвавшись Дрисколлом, и приказал все бросить и мчаться сюда. Но сначала ей нужно было убедиться, что он действительно в доме.

Я рассказал брюнетке, как Керри Хартфорд решилась позвонить мне, после того как мы с ней встретились в дюнах. Сказала, что ей необходимо кое-что объяснить мне. Мы договорились увидеться в час ночи на берегу. Сообщил я и о том, что услышал в трубке щелчок, подтверждавший, что кто-то позаботился подслушать наш разговор.

— И вы пошли на встречу с ней, Дэнни? — воскликнула Ширли.

— Конечно. Но ее там не было, — пробормотал я. — Я все ждал и ждал, потом побрел по берегу и натолкнулся на ее тело. Я сразу понял, что тот, кто избавился от нее, позаботился, чтобы подозрение пало именно на меня. Для чего это было ему нужно? Может, чтобы я был повязан по рукам и ногам объяснениями с полицией и уже не думал ни о чем, кроме того как вытащить собственную шею из петли. Поэтому я сделал все, чтобы отвести от себя подозрения: принес тело сюда и запихнул его в машину Вилана. Но за мной, скорее всего, следили, поэтому тело снова вытащили и подбросили в дюны.

— Вы собираетесь связаться с полицией? — поинтересовалась Ширли. Я покачал головой.

— У меня нет ни единого доказательства, одни догадки. Лейтенант Шелл будет просто рад, что я наконец влип. А кроме этого, ведь дело еще не закончено. Им непременно нужно позаботиться о Дрисколле.

— Вы думаете, что он — следующая жертва? — спросила брюнетка.

— Таков был их план, — предположил я. — Все должно было выглядеть так, словно Дрисколл задушил Керри Хартфорд и намеревался разделаться с Шанни. На месте рыжего гиганта я поступил бы именно так. Шанни расскажет душераздирающую историю, как убийца-маньяк ворвался к ней в комнату, заявил, что он убил Керри и теперь пришла ее очередь. Затем Мартин Шумейкер, как настоящий рыцарь, примчится на выручку, и никому и в голову не придет упрекать его в том, что он прикончил маньяка, спасая жизнь Шанни.

— Ну а полиция? Вы уверены, что она поверит в то, что Дрисколл вдруг превратился в маньяка?

— Это все-таки лучше, чем ничего, — пожал я плечами. — Не исключено, что Шанни даже устроит истерику и поведает, как Дрисколл когда-то похитил ее из этого дома, напоил и заставил позировать для своих ужасных фотографий. А потом объявил, что с их помощью будет держать ее на крючке до конца жизни, заставляя платить вновь и вновь, чтобы не потерять наследство.

— Но ведь трудно кого-либо убедить, что Дрисколл так глуп, чтобы желать прирезать курицу, которая еще даже не успела снести пресловутое золотое яйцо? — с сомнением заявила Ширли.

— Возможно, главная роль тут отводилась Керри, — предположил я. — Она узнала всю правду от Шанни и решила во что бы то ни стало помочь ей. Каким-то образом перехитрила Дрисколла и завладела фотографиями, а потом уничтожила их. Поэтому в отместку он задушил ее, а затем пришел, чтобы покончить с Шанни.

— И вы думаете, полиция в это поверит? — с не меньшим сомнением спросила Ширли.

— Конечно, это не слишком им понравится, — заявил я, — но в конце концов они будут вынуждены поверить.

— А что вы теперь собираетесь делать? — поинтересовалась она.

— Хороший вопрос, — кивнул я. — Думаю не спускать глаз с Дрисколла.

— Не уверена, что это так уж необходимо, — вкрадчиво промурлыкала она. — Теперь, думаю, мы и сами справимся.

— Мы? — переспросил я.

— Вы действительно хорошо поработали, Дэнни, — продолжала Ширли, глядя на меня сияющими от возбуждения глазами. — Высший класс! Я восхищена! Но вы совершили одну маленькую ошибку. Шанни и Мартин никогда не были сообщниками. Шанни допустила оплошность, когда однажды вечером разоткровенничалась со мной. А потом я уже места себе не находила, думая о том, как бы управиться с этим делом и прибрать к рукам все ее славненькое наследство.

— Шумейкер и вы? — Я выпучил глаза от изумления.

— Мы не доверяли вам, — продолжала брюнетка. — Поэтому Мартин остался в доме следить, чтобы все было в порядке, а я вышла на берег. Я видела, как вы принесли тело Керри и положили его в машину Видана. Мартин тут же отнес его на прежнее место. Поэтому-то он и выглядел таким усталым, когда вернулся в дом. Но именно я довела его до состояния полного изнеможения. Да, это со мной Мартин провел прошлую ночь.

— Так где же он сейчас? — воскликнул я.

— А я уж было думала, вы никогда не спросите. — Брюнетка театрально вздохнула. — Мартин!

С веранды в гостиную вошел рыжеволосый жизнерадостный великан, на лице его играла веселая улыбка.

— Держи. — И он поставил перед ней на стойку бара пустой стакан. — Последние десять минут, пока ждал, думал, умру от жажды!

С быстротой молнии моя рука скользнула в карман и вытащила тридцать восьмой.

— Отлично, Шумейкер, — спокойно сказал я. — Оставайтесь на месте!

— Вы ничего не упустили, Бойд? — Его ухмылка стала еще шире. — Неужели не помните, от кого получили этот пистолет?

— Я проверил, — кивнул я, — тут полная обойма.

— Так стреляй же! — хмыкнул он и шагнул ко мне. Направив дуло пистолета ему в грудь, я спустил курок. Раздался негромкий щелчок, и легкое облачко дыма поднялось вверх. Гигант был невредим.

— Люблю таких, — радостно прокудахтал Шумейкер. — Крепкие ребята. Обыгрывать их — одно удовольствие!

Глава 11

Я положил пистоле г на стойку бара и поднес к губам стакан. Ширли была занята по горло — готовила Шумейкеру выпить. Он же с удовольствием наблюдал, как она суетится. Это была такая мирная картина, что я подумал, уж не приснилось ли мне все это.

— Мы запугали Шанни до смерти. Убедили ее, что кому-то выгодно разделаться с ней, — хвастал Шумейкер. — Тревожные звонки по телефону среди ночи, неизвестные голоса, сообщающие об угрожающей ей опасности. Вскоре она уже ничего не соображала от страха и решила довериться Ширли. Тогда, угадайте, что мы придумали?

— В голову Ширли пришла замечательная идея. Она посоветовала Шанни нанять частного детектива и устроить здесь вечеринку, — мрачно предположил я.

— Вот именно, — кивнул он.

— Еще одна ваша идея — устроить мне это дурацкое испытание. Оно должно было убедить Шанни в том, что вы настоящие ее друзья и заботитесь только о ее безопасности, — добавил я.

— Снова угадали, — радостно подтвердил Мартин. — Правда, нам пришлось здорово потрудиться. Нужно было убедить вас, что вы самостоятельно выдержали это проклятое испытание. Без нашей помощи. Но в конце концов это сработало.

— Премного благодарен, — зло буркнул я.

— Вы были нужны нам, Бойд, — заявил Шумейкер. — И сейчас еще нужны.

— Чтобы сыграть роль благородного героя? — задумчиво спросил я.

— А вы сообразительны. Надо же, догадался обо всем сам. Лишь с небольшой помощью Шанни! Вам удалось вывести из игры Дрисколла, обвинив его в попытке шантажа. А что, неплохая идея! Героическая Керри Хартфорд — ах, как мне это нравится, просто гениально! — выкрала у него фотографии, чтобы уничтожить улики. И он в порыве мести задушил ее, а потом схватился за пистолет и выстрелил в вас. Но вы, отважный герой под стать Керри, тоже схватились за пистолет и убили его на месте. Когда мы обнаружили ваше тело, вы истекали кровью, но еще дышали. И мы внимательно выслушали каждое слово, которое срывалось с ваших холодеющих уст!

— Шелл никогда не поверит этому, даже если проживет миллион лет, — уверенно сказал я.

— Думаю, поверит, — рассеянно произнесла Ширли. — Мы столько потратили сил, чтобы отыскать подходящего частного сыщика. Поначалу мы решили пригласить кого-то из местных и навели справки в Санта-Байе. Потом кто-то упомянул об одном парне из Нью-Йорка, который расследовал несколько преступлений в этом городке и бывал тут прежде. И мы услышали волнующую историю об одиноком волке, который не боится шагать среди трупов. Узнали мы и о том, что местная полиция, и в особенности лейтенант Шелл, готова сожрать его с потрохами! Поэтому-то наш выбор и пал на вас, крошка Дэнни!

— Почему-то мне кажется, будто лейтенант совершенно уверен, что с таким парнем, как вы, подобное должно было случиться, — сказал Шумейкер, — так что он, безусловно, будет рад такому исходу событий!

— А что же остальная компания, собравшаяся в доме? — поинтересовался я. — Неужели они так и будут сидеть и палец о палец не ударят, услышав выстрелы?

— Я дала кое-что Шанни, чтобы избавить ее от мигрени, — промурлыкала Ширли. — Она теперь будет спать аж до второго пришествия и не проснется, даже если ангелы затрубят!

— Но остаются еще Вилан и Джоанна Вейч, — напомнил я.

— Ширли сумеет их задержать, пока я буду ловить каждое слово, слетающее с ваших холодеющих уст, — усмехнулся Шумейкер. — Выскочив с криками в коридор, она будет ловить их за руки, умоляя не входить, иначе их тоже убьют. В конце концов, мне и нужно-то всего пару минут.

— А что же Дрисколл? — спросил я. — Думаете, он встанет к стенке, сложит ручки, как пай-мальчик, и будет ждать, пока его пристрелят?

— Ширли догадалась, что вы будете запугивать его, когда увидела, что вы направляетесь в гостиную, — ответил Мартин. — Поэтому она помчалась наверх и предупредила меня. Я стал поджидать его в спальне. Он поднялся в свою комнату за пистолетом, который лежал в ящике письменного стола. Я оглушил его, связал и засунул в рот кляп. Поэтому можно сказать, что он уже готовенький ждет нас, когда бы мы ни пришли.

— К чему заставлять всех так долго ждать, Мартин? — проворковала Ширли, и я заметил, как сверкают ее глаза.

— Может, он уже очнулся, — задумчиво сказал рыжий гигант. — Нужно вначале выяснить, куда он дел эти чертовы фотографии.

— Так давай поднимемся к нему, — предложила брюнетка.

— Напрасно тратите время, — зевнул я. — Нет у Хода никаких фотографий.

— Что вы болтаете, черт вас возьми? — огрызнулась Ширли.

— Они были у Керри, — пожал я плечами. — Я высказал это в виде предположения и по тому, как блеснули его глаза, догадался, что не ошибся.

— Это все ваши домыслы, Бойд, — рявкнул Шумейкер.

— Паршиво вы все устроили, — ухмыльнулся я. — Дрисколл скажет, что они у нее, а у вас нет ни малейшей возможности убедиться, что он не врет. Чем больше вы будете на него давить, тем яростнее он будет клясться и божиться, что их у него никогда и не было.

— Он должен знать, куда она их спрятала, — быстро сказала Ширли.

— Не обязательно, — возразил я. — Бьюсь об заклад, что Керри припрятала их где-нибудь в офисе Вилана. Может, сунула в старую папку с документами, которая вряд ли понадобится в ближайшие десять лет. Да и потом, Керри была абсолютно уверена, что уж если кому-то и придется копаться в старых папках, то, скорее всего, именно ей.

Лицо Шумейкера побагровело. И вдруг он развернулся и огромной ладонью что было силы хлестнул Ширли по лицу.

— Дура набитая, — прорычал он. — Почему не подумала об этом?

Брюнетка схватилась рукой за щеку, из груди девушки вырвалось слабое рыдание.

— Я была уверена, что фотографии у него. Ведь он мужчина, я была совершенно уверена, что он забрал их!

— Мужчина-то он, конечно, мужчина, — хмыкнул я. — Но мозговым центром была Керри Хартфорд — наша милая девочка.

— К дьяволу все это! — яростно взревел Шумейкер. — Пойду хорошенько потрясу Дрисколла. В конце концов, Бойд может и ошибаться.

— А что делать с Бойдом, пока ты будешь наверху? — спросила Ширли.

— Он пойдет со мной, — заявил Шумейкер. — А ты пока побудь здесь. Если появится эта дамочка Вейч, постарайся чем-нибудь отвлечь ее.

— Отвлечь? — Ширли бросила на него изумленный взгляд. — О чем это ты, Бога ради?

— Ты слышала, что я сказал, — грубо рявкнул он. — Потом, если услышишь выстрелы, поймешь, что все идет как надо. Не забудь, ты должна непременно успеть подняться по лестнице и задержать их хоть ненадолго.

— А если не получится? — засомневалась она.

— Ты должна, — оборвал он. — Если Бойд прав и фотографии действительно были у этой суки Хартфорд, мы и позже сможем порыться в конторе у Видана. Но сейчас уже поздно менять планы. — Он вытащил из кармана пистолет и направил его на меня. — А вот в этом полная обойма, — предупредил он. — Вы понимаете, что сейчас мне очень не хочется стрелять в вас, Бойд. Но если вы заставите меня это сделать, Я выстрелю. И поверьте мне, вам будет очень больно.

— Охотно верю, — искренне отозвался я.

— Вставайте!

Я направился к двери. Шумейкер шел за мной по пятам. Лестница показалась мне до ужаса короткой, мы быстро миновали коридор и подошли к двери комнаты, за которой находился Дрисколл.

— Вы первый, — подтолкнул меня рыжий верзила. Я открыл дверь и вошел. Стоявшая у постели лампа с затемненным абажуром отбрасывала немного света. Но его оказалось достаточно, чтобы я смог разглядеть на кровати контуры тела. Быстрыми шагами я пересек комнату и остановился у изголовья. Бедняге затолкали в рот огромный кляп, и сейчас он глядел на меня вытаращенными от ужаса глазами. Поскольку Шумейкер держался позади меня, я сумел незаметно для него приложить два пальца к глазам Дрисколла. Тот машинально тут же прикрыл их, и я готов был поклясться, что пройдет еще немало времени, прежде чем он решится их открыть.

— Дилетанты, — пренебрежительно бросил я. — Проклятые неумехи!

— Что еще? — не выдержал Шумейкер.

— Похоже, у вас появилась еще одна проблема. — Я равнодушно пожал плечами. — Ведь вам не пришло в голову проверить, может ли он дышать носом.

— Какого черта, о чем это вы? — рявкнул Шумейкер.

— Есть категория людей, — с бесконечным терпением объяснил я, — которые могут дышать только ртом. И когда им, например, заталкивают в рот огромный кляп, они просто перестают дышать вообще!

— Вы спятили! — заорал Мартин.

— Ладно. — Я с досадой передернул плечами. — Пусть я спятил. Тогда почему он мертв?!

Как раненый слон, Шумейкер рванулся вперед. Он отшвырнул меня в сторону с такой силой, что я кубарем откатился к стене и с грохотом врезался в письменный стол. Дрисколл не мог не слышать нашего разговора. И я очень надеялся, что у него хватит сообразительности и дальше притворяться мертвым. Конечно, я понимал, что наш рыжий приятель в конце концов догадается, в чем дело, и тогда наступит развязка. Я с содроганием вспомнил, как в квартире у Ширли швырял в него всем, что попадалось под руку, а он даже и не поморщился. Пошарив за спиной, я нащупал на письменном столе тяжелый стеклянный графин и, быстро схватив его за горлышко, ринулся к постели. Шумейкер стоял спиной ко мне, вглядываясь в лицо Дрисколла и прислушиваясь к его дыханию. Собрав все силы, я ударил его графином по голове и с удовлетворением услышал, как треснула какая-то кость. Шумейкер, шатаясь, сделал несколько неуверенных шагов и выронил пистолет. Схватив оружие, я еще раз ударил парня рукояткой прямо над левым ухом. Но пистолет отскочил как мячик, ударившись о толстую кость черепа. Физическая сила этого рыжего гиганта всегда приводила меня в изумление. Я не мог рисковать и поэтому ударил его рукояткой пистолета еще раз. Шумейкер рухнул на колени, но у него еще хватило сил, чтобы взглянуть на меня. Но тут его глаза закатились, и он с грохотом распростерся на полу во весь свой гигантский рост.

В комнате воцарилась мертвая тишина, от которой у меня зазвенело в ушах. И вдруг со стороны постели послышалось утробное мычание. Я оглянулся — Дрисколл пытался привлечь мое внимание, его глаза горели сумасшедшим огнем.

— Не волнуйтесь, старина, — прохрипел я. — Полежите еще немного и успокойтесь. Самое страшное позади. А я уже было опасался, что они вот-вот упрячут нас в один аккуратный деревянный ящичек!

Его глаза почти вылезли из орбит, и я даже пожалел, что времени в обрез и не смогу понаблюдать, как они выпадут окончательно и покатятся на пол. Зрелище обещало быть весьма интересным. Только вдруг где-то в подсознании у меня забрезжила на редкость гениальная мысль, которая заставила меня забыть о Дрисколле. Следовало позаботиться о самом Бойде, и сделать это надо было незамедлительно. Достаточно того, что с самого начала я сделал непростительную ошибку, решив, что весь план задуман Шумейкером и Шанни, тогда как все это время сообщницей Мартина была Ширли. А ведь я настолько забылся, что выложил ей весь ход своих гениальных умозаключений от начала и до конца. А она слушала меня с непроницаемым лицом, отлично зная, что на веранде притаился Шумейкер и прислушивается к каждому слову. Так что Я решил, что кое-что должен очаровательной Ширли, хотя бы из уважения к самому себе. А также и к моему знаменитому профилю.

Осторожно подкравшись к двери, я тихонько приоткрыл ее и, выпустив в потолок две пули, так же бесшумно прикрыл ее за собой. Затем как можно медленнее сосчитал до тридцати и вышел в коридор.

Наша прекрасная троица была уже там. Джоанна Вейч и Вилан стояли бок о бок с бледными, перекошенными лицами, а Ширли, спиной ко мне, что-то горячо им доказывала. Я прислонился к стене и постарался не упустить ни единого слова.

— Мартин обо всем позаботится, — взволнованно твердила Ширли. — Не надо входить, пока мы не узнаем, что случилось, нас ведь всех могут перебить! Я слышала, как Дэнни Бойд сказал, что теперь знает, кто прикончил Керри Хартфорд и почему, и добавил, что будь он проклят, если не разделается с ним. Бойд не сказал ни слова Мартину, который хотел ему помочь!

— Убирайтесь с дороги! — приказал Вилан. — Мы должны узнать, что произошло!

— Умоляю вас! — завопила Ширли. — Подождите еще немного! Мы узнаем, что там случилось, как только они выйдут из комнаты. Если мы сейчас войдем...

— Привет, Ширл! — окликнул я ее. — Раз уж здесь Чак, почему бы вам заодно не поинтересоваться у него, в какую из папок в его офисе Керри спрятала фотографии?

Воцарилось мертвое молчание. Плечи брюнетки дрогнули, и она медленно обернулась. На помертвевшем, без единой кровинки лице оставались огромные, как черные дыры, глаза, кожа лица стала похожа на старый, высушенный временем пергамент. Губы Ширли слабо шевелились, но она не смогла выдавить из себя ни звука.

— В чем дело, Ширли? — сочувственно поинтересовался я. — Язык проглотила?

И вдруг она широко раскрыла рот и пронзительно завопила. Я поморщился — высокий, резкий звук ее голоса, казалось, вот-вот разорвет мои барабанные перепонки. Но Джоанна Вейч позаботилась обо всем: подняв руку, она отвесила Ширли звонкую пощечину, и та, отлетев к стене, моментально замолчала. Наступила тишина. И вдруг на меня посыпался град вопросов.

* * *

А я-то думал, что лейтенант Шелл должен быть счастлив. Я не добавил ему ни одного трупа. Все остались живы. Ширли Симпсон и Хол Дрисколл чувствовали себя прекрасно. Рыжему Шумейкеру было несладко, но, когда пройдет шок, он станет как новенький или почти как новенький. В конце концов, за копов я не отвечаю. Странно, но мне показалось, что лейтенант Шелл чем-то недоволен. Поэтому я провел два самых отвратительных в моей жизни дня в его участке в Санта-Байе, переругиваясь с ним. А в это время наш общий приятель Мартин Шумейкер отдыхал в больнице, делая вид, что пытается оправиться от шока. С Дрисколлом и Ширли все оказалось гораздо проще — они говорили не умолкая.

* * *

Я — одинокий страж на башне. Выглянув из окна своей квартиры на пятнадцатом этаже небоскреба возле самого Центрального парка, я лениво подумал: а не привиделось ли мне все это? Вот уже пара недель, как я вернулся домой из Санта-Байи, и все это время бездельничаю. Нигде ничего не происходит. Не было ни новых клиентов, ни забавных происшествий. Ничего, что хоть немного могло бы скрасить мое унылое существование. Это несправедливо, обиженно подумал я. Похоже, меня зачислили в ряды монахов-отшельников, причем даже не спросив моего мнения.

Мои размышления прервали пронзительные трели звонка. Я мрачно решил, что это кто-нибудь просто ошибся дверью. Открывать не торопился, подумав, что, кто бы это ни был, он догадается о своей ошибке раньше, чем я доберусь до дверей. Звонок зазвонил снова. На этот раз гораздо настойчивее: последовала целая серия коротких, требовательных трелей. Наверное, человек за дверью настолько непроходимо туп, что даже не в состоянии сообразить, что попал не туда, угрюмо подумал я и нехотя поплелся к двери.

Я широко распахнул ее, и в мою холостяцкую квартиру впорхнула очаровательная блондинка. Она, как видение, проскользнула мимо меня, пока я глупо таращился ей вслед. Не иначе как решила, что я живу в лифте, подумал я, закрывая дверь и устремляясь за ней в погоню. Нагнал девицу уже в гостиной. Она была одета так же, как в тот самый первый день, когда я увидел ее. Черная шелковая блузка туго обтягивала пышную, упругую грудь, которая сейчас опять привела меня в трепет, а брюки из белой шерстяной ткани красиво облегали изящные бедра и подчеркивали длину стройных ножек.

— Шанни О'Тул! — присвистнул я. — Глазам своих не верю! Неужели двадцать миллионов “зеленых” не побрезговали навестить меня, убогого?!

— К тому времени, как закончился этот кошмар в Санта-Байе, — прошептала она, — и этот безмозглый лейтенант прекратил читать мне нотации, а Чак Вилан перестал наконец бубнить, что мое безрассудное поведение вынудило его чистую, наивную Керри позволить втянуть себя в эту авантюру... — Шанни с трудом перевела дыхание. — Знаете, что тогда случилось, Бойд? Я решила, что пора мне покончить с этой мерзкой шайкой!

— Неужели? — недоверчиво спросил я. Очаровательная нижняя губка строптиво надулась.

— Вот я и вернулась в Манхэттен и заперлась в квартире, чтобы спокойно все обдумать. Этот грязный лицемер, мерзкий подонок, пародия на любящего родственника, я имею в виду своего дядюшку, — холодно процедила она. — В, первую очередь он виноват, что все так случилось. Во вторую очередь — вина Керри, Джоанны Вейч — в-третьих, потом — Дрисколла и этой мерзкой парочки — Ширли и Шумейкера. Моей вины тут нет!

— Ну и слава Богу! — кивнул я.

— Ну... — Она еще больше надула губки. — Может быть, и есть, но совсем чуть-чуть! Не столько вина, сколько просто-напросто глупость! Что бы там ни было, теперь я скоро унаследую эти двадцать миллионов и будь я проклята, если не заслужила их! — Она с вызовом взглянула мне в лицо. — У меня до сих пор была собачья жизнь. И я заслужила каждый проклятый цент этого проклятого наследства!

— Все правильно, — согласился я. — Двадцать миллионов “зеленых” — прекрасное успокоительное!

— Я избавилась от Чака, — с довольным видом сообщила Шанни. — Похоже, он собирался и в будущем распоряжаться моим состоянием. Поэтому я и отправила его в Европу разобраться на месте, как обстоят дела с инвестициями в промышленные предприятия. Вернется же он не раньше того дня, как все перейдет в мои руки. Это либо избавит его от больших неприятностей, либо, наоборот, причинит новые. Во всяком случае, от меня он больше ничего не дождется!

— Не прикажете ли приготовить выпить? — раболепно промямлил я. — Я принесу кубки из чистого золота!

— Я кое-что должна вам, — продолжала девушка, не обратив внимания на мое кривляние. — Только представьте, мне казалось, что вокруг меня настоящие друзья, а все они оказались бандой воров и убийц! А вы были мне неприятны, раздражали меня, и что же?! Вы были единственным, кто смог уберечь меня от участи худшей, чем смерть!

— Можете прислать мне чек по почте, — сухо сказал я. — Меня это вполне устроит.

— Скоро пришлю, — перебила она. — Чек на десять тысяч долларов. Конечно, это просто малая толика той огромной благодарности, что я испытываю к вам. Но мне показалось, что это вполне приличная сумма. — Она фыркнула. — Весьма приличная, как я думаю.

— А вы не думайте об этом, — посоветовал я. — Будет ужасно, если вы вдруг передумаете.

— Да, вот еще что, — спохватилась она. — Я вовсе не лесбиянка!

— Охотно верю, — сразу согласился я.

— Не притворяйтесь, Бойд. — Блондинка бросила на меня подозрительный взгляд. — Вы просто боитесь, что я порву чек. Думаю, вам нужно убедиться, что я не лгу!

— Вот это верно, — с энтузиазмом подхватил я.

— Для этого я и пришла сюда, — просто сказала она. — Чтобы доказать вам это. Завтра вы можете мчаться в свой мужской клуб, но сегодня вы мой!

— Мужской что? — переспросил я, не веря своим ушам. — Это что, изящное название какой-нибудь тусовки исключительно для “голубых”?

Шанни знакомым волнующим жестом обхватила себя под грудью, и я разинул рот от удивления, увидев, как блузка черным шелковым лепестком пролетела по воздуху и упала на ковер.

— Вы пуговицы не расстегиваете принципиально? — в растерянности просипел я.

— Просто мне казалось, что этот прием любого мужчину валит с ног, — пропела она.

И я потерял голос окончательно, когда заметил, что под блузкой ничего нет.

Она с сомнением взглянула на окно.

— Нас никто не увидит?

— Бэтмен, — каркнул я. — Вампиры. В любом случае из-за них не стоит волноваться. Они славные ребята.

— Отлично. — Шанни сделала незаметное движение, и белые брюки соскользнули до щиколоток; мне срочно пришлось прикрыть глаза, чтобы они не выскочили на ковер. — Предлагаю вам отправиться в спальню, Бойд, и раздеться. Ждите меня в постели. Я мигом.

— Шанни О'Тул, — из последних сил прохрипел я. — Позвольте дать вам совет. Не стоит бросаться из одной крайности в другую.

Белые брюки птицей пролетели над моей головой; девушка, выпрямившись, глядела мне прямо в лицо.

На ней не осталось ничего, кроме узеньких голубых трусиков.

— Быстро в спальню, Бойд! — крикнула она. Ну что ж, срабатывало раньше, надо надеяться, получится и теперь. Обхватив ее одной рукой, я бросил девушку лицом на диван. Глядя на великолепное тело, распростертое перед моими глазами, я невольно подавил ностальгический вздох. Запустив два пальца под голубенькие трусики, я дернул их вниз и спустил до щиколоток. И вот наконец передо мной эти восхитительные, похожие на две аппетитные булочки, округлости. Бело-розовые, пышные и обольстительные! Полюбовавшись ими, я с силой хлопнул ладонью сначала одну из них, потом — другую. И повторял эту операцию до тех пор, пока у меня не заболела ладонь.

Вначале ее молчание я мог бы объяснить шоком от неожиданного нападения. Потом — яростью и негодованием, которые душили ее, и она даже не могла выдавить из себя ни звука. Но девушка по-прежнему молчала. К тому времени, как я устал, ее попка стала ярко-розовой, даже красной, а меня начало глодать чувство вины. Вдруг Шанни повернула голову и посмотрела на меня. Я чуть не упал от удивления: на ее лице не было и тени гнева, темно-голубые глаза сияли мягким добрым светом.

— Дэнни, — прошептала она, — ты ведь хотел мне что-то сказать. Верно?

— Верно, — кивнул я.

— Оставить все на твое усмотрение?

— Вот именно!

Она прикрыла глаза и мечтательно улыбнулась.

— Поверь мне, — продолжала она шептать, — я с радостью сделаю, как ты хочешь!

Примечания

1

Мобиль — подвижная абстрактная скульптура из проволоки и железа, обычно подвесная.


Купить книгу "Надо убрать труп" Браун Картер

home | my bookshelf | | Надо убрать труп |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 5
Средний рейтинг 3.8 из 5



Оцените эту книгу