Book: До конца времен



До конца времен

Айрис Джоансен

До конца времен

Глава 1

Дэнил Яннот быстро закрыл дверь кафе и повернул в замке ключ.

— Зачем ты пришел? — спросил он, хмуро глядя на Шандора. — Я и сам справился бы со всеми делами. Ведь если до тебя доберутся люди Налдоны, все наши усилия пойдут прахом.

— Преувеличиваешь, Дэнил, — усмехнулся Шандор Карпатан. — Может быть, подпольное движение и заглохнет ненадолго, лишившись лидера, зато потом… Ты ведь знаешь — Налдона не устоит перед искушением выставить мою голову на всеобщее обозрение на главной площади столицы. И, возможно, в роли мученика я окажусь куда полезнее, чем в роли вождя.

— Ты выбрал не слишком удачный повод для шуток! — возмутился Дэнил. — Ты прекрасно знаешь, что такое для подпольщиков лишиться своего лидера — знаменитого Танзара, вдохновителя революции, спасителя Тамровии. Без тебя революция умрет.

— Надеюсь, что это не так. — Шандор устало потер затекшие плечи. — Ведь если ты прав, это означает, что наши погибшие товарищи умерли ни за что, а я потратил напрасно два года жизни. Успех революции не может зависеть от одного человека. Как ты думаешь, зачем я готовлю Джаспера и Конала?

Яннот покачал головой.

— Оба они хорошие ребята, но до Таннзара им далеко. — Дэнил внимательно посмотрел на Шандора. — Я вижу, ты устал с дороги. Кстати, ты ел сегодня?

Шандор не помнил, когда ел последний раз. Позади был длинный тяжелый день — впрочем, в последние два года все его дни были такими.

— Я завтракал, — без особой уверенности сообщил он. — Во всяком случае, мне так кажется.

— Уже почти полночь, — Яннот укоризненно вздохнул. — Садись. Сейчас принесу что-нибудь перекусить. За едой и поговорим. — Он прошел на кухню, находившуюся в задней части небольшого кафе. — Не зажигай свет. Я оставлю дверь открытой, и тебе хватит света, чтобы съесть свой ужин. Патруль проходит по этой улице два-три раза за ночь. Не хватало еще, чтобы они заглянули в окно и увидели Танзара собственной персоной. Налдона приказал развесить твои портреты по всему городу. Можешь не сомневаться — тебя узнает любой житель Белахо, не говоря уже о солдатах.

Яннот исчез в кухне, а Шандор устало опустился на стул и закрыл глаза. Ему и самому не пришло бы в голову включить свет. Полумрак, царивший в комнате, был словно бальзам для его напряженных нервов. Ему так редко выпадала возможность посидеть в тишине.

Танзар! И как это получилось, что он стал народным героем? Шандор никогда не пытался казаться лучше, чем был на самом деле. Никакой он не герой — просто человек, привыкший сражаться за свои убеждения. И, однако же, вся страна считает его символом революции, забыв о заслугах других бойцов, которые сделали ничуть не меньше, чтобы обеспечить победу. Победу, которая кажется теперь такой близкой.

Вспомнив слова Дэнила, Шандор невольно поежился. Он вовсе не супермен. Что, если его и вправду убьют именно сейчас, когда желанная цель так близка? Нельзя допустить, чтобы все рухнуло из-за смерти одного человека!

Открыв глаза, он увидел Яннота, который как раз поставил на стол тарелку и большую кружку.

— Всего-навсего бутерброд, зато с чудесной копченой ветчиной, которую мне удалось укрыть от стервятников Налдоны. Когда вы осадили город, они вычистили кладовые всех кафе и ресторанов Белахо. Заканчивай поскорее эту войну — надоело кормить клиентов черт знает чем.

— Тебя послушать — все так просто, — улыбнулся Шандор. — Как будто стоит мне махнуть рукой, и режим Налдоны падет. Ведь если Налдона сумеет заручиться поддержкой Брюнера, все это затянется еще как минимум на полгода.

Шандор откусил кусок бутерброда — и лишь тогда понял, что и вправду зверски голоден.

— Мы должны помешать этому. Я не хочу, чтобы наши люди гибли из-за того, что Налдона отказывается признать свое поражение! — В голосе Шандора зазвенела ярость. — Уж лучше я убью его собственными руками.

— Неужели ты думаешь, что мы не устранили бы мерзавца, если бы это было возможно? — с упреком спросил Яннот. — Я давно поручил бы это дело одному из своих людей во дворце. Он был бы в восторге от такого задания — его брата замучили в застенках Налдоны. Увы, мы не можем добраться до этого негодяя. Личная охрана диктатора работает безукоризненно.

Да, Янноту и его людям можно доверить любое опасное задание, с благодарностью подумал Шандор. За последние два года отряд сопротивления Белахо проявил небывалое мужество. Если бы Дэнил и его ребята воевали в регулярных войсках, то давно получили бы ордена за храбрость и преданность революции.

— Я знаю, что вы отлично справились бы с устранением Налдоны, — сказал Шандор, поднося кружку к губам. Как приятно глотнуть холодного пива и закусить вкусной едой! Сколько времени он уже давится скудным полевым пайком? — Но в этом не будет необходимости, если нам удастся предотвратить вмешательство Брюнера — хотя бы до тех пор, пока Зак Деймон не переправит нам оружие и боеприпасы для последнего штурма. И мы обязательно остановим Брюнера. Осталось только решить, как это сделать. Изложи мне детали — от твоего агента я знаю все лишь в общих чертах.

Яннот пожал плечами. — Мы и сами знаем не больше. Джеймс Брюнер, американский фабрикант оружия, прибыл во дворец со своей любовницей Алессандрой Баллард. Налдона обхаживает Брюнера, точно курицу, несущую золотые яйца, в надежде убедить его поставить необходимое войскам оружие без предварительной оплаты. Брюнер же явно колеблется, особенно после того, как в Комиссию ООН по правам человека просочилась информация о жестоком обращении с узниками в застенках Тамровии.

Зак и Кира Деймон несколько дней демонстрировали на заседаниях комиссии полученные от Шандора доказательства жестокости режима Налдоны. Надо непременно сообщить им, что усилия их не пропали даром. Кира особенно нуждается в этом. Шандор понимал, как трудно бывшей принцессе Тамровии наблюдать за тем, что творится на ее родине, со стороны, не имея возможности напрямую участвовать в борьбе.

— А что, эта Баллард действительно может оказать давление на Брюнера?

— По крайней мере, так считает Фонтейн. На публике они не выпячивают своих отношений, но, судя по всему, очень близки. Брюнер представляет ее как своего личного секретаря, но нет никаких сомнений в том, что они любовники. Девица постоянно путешествует с ним, а во дворце им отвели смежные покои.

— Но ведь секретарь тоже вполне может жить в соседней с шефом спальне, чтобы все время быть у него под рукой. Не все бывает так просто, как кажется на первый взгляд. Что же вселило в Фонтейна такую уверенность?

— Он сказал, что для этого достаточно разок глянуть на мисс Баллард.

Шандор изогнул бровь.

— Она так хороша собой?

— Если верить Фонтейну — роскошное тело, созданное для любви. И Брюнер был бы полным идиотом, если бы не использовал его по назначению. А уж Брюнер далеко не идиот! Алессандра Баллард работает на него много лет и наверняка имеет влияние на шефа. Налдона решил этим воспользоваться.

— Когда? — Доев сандвич, Шандор откинулся на спинку стула.

— Завтра ночью. Мы не знаем всех подробностей, но Фонтейн сообщил, что женщина будет убита, а вину свалят на тебя.

— Тогда Брюнер разозлится и поможет Налдоне, чтобы отомстить за смерть любовницы. — Шандор тихонько присвистнул. — План, достойный Борджиа! И ведь все могло сработать, если бы не Фонтейн.

— Ты должен вернуться на базу, — твердо сказал Яннот. — Позволь нам самим разобраться с этим делом. Твое место в войсках.

— Мое место там, где я решу, — властно оборвал его Шандор. — Сейчас, Дэнил, я хочу быть здесь.

Пораженный Яннота широко раскрыл глаза. Давно уже Шандор Карпатан не разговаривал таким тоном. Дэнил успел забыть, кто перед ним. Пусть Шандор моложе его внука — он успел стать легендой не только для своей армии, но и для мирных жителей Тамровии.

— Простите, сэр, я не хотел оскорбить вас, — сухо произнес Яннот.

Шандор вполголоса выругался.

— Черт побери! Извини, Дэнил. Просто я немного взвинчен. — Он крепко, до боли стиснул в руке кружку. — Я-то думал, что нам остается только ждать, ведь мы так близки к победе. — Он тяжело вздохнул. — И я не могу допустить крушения наших планов. Надо обеспечить безопасность этой несчастной девушки, которую Налдона решил сделать жертвой своих интриг, — хотя бы до той минуты, когда прибудет оружие.

— Не так-то это просто, Шандор. Пока девушка во дворце, у Налдоны есть множество средств покончить с ней. Нож. Пуля. Яд.

— Значит, надо убрать ее из дворца. Именно поэтому я здесь. Никто из твоих людей не знает дворец, как знаю его я. Я прожил там год до свержения короля Стефана и изучил каждый закоулок. — Он угрюмо поджал губы. — Я решил сделать это, когда начал понимать, что Марк Налдона лишь на словах стремится к установлению демократической республики.

Яннот успел забыть, что Шандор Карпатан был личным советником короля Стефана в смутное время, предшествовавшее перевороту Налдоны. Трудно все время помнить о том, что знаменитый Танзар, душа освободительного движения, на самом деле — его превосходительство Шандор Антоний Карпатан, герцог Лимтана. Впрочем, не будь Шандор аристократом, не обладай он властным характером в сочетании с врожденным обаянием и некоторой долей высокомерия, возможно, он не сумел бы стать лидером повстанцев. Шандор Карпатан был выдающимся человеком и привык справляться с любой задачей, которую ставила перед ним жизнь.

— Налдона обманул всех, кто верил ему, — тихо сказал Дэнил. — Не надо корить за все одного себя.

— Кого еще мне обвинять? Ведь это я помог Налдоне свергнуть монархию. Я слишком поздно осознал, что имею дело с марксистом, жаждущим личной власти и готовым идти к ней по трупам своих соратников. И сколько наших людей погибло из-за того, что я совершил эту ошибку!

Двумя большими глотками Шандор допил пиво и поставил кружку на стол.

— Пора остановить эту череду убийств. Налдона не получит оружие Брюнера!

— Но тебе понадобится наша помощь, чтобы проникнуть во дворец.

— Возможно, я справлюсь с этим и сам. Кто занимает сейчас бывшие покои принцессы Киры?

Яннот удивленно посмотрел на Шандора.

— Кажется, именно там разместили Брюнера и его любовницу — спальня в покоях принцессы смежная с соседними покоями. Наверное, Налдона решил подыграть Брюнеру, который настаивает на том, что девица — его секретарь.

— Значит, нам повезло. — Шандор встал и прошелся по комнате, разминая затекшие ноги. — Но поскольку ты не знаешь, когда намечается убийство, надо кое-что выяснить, прежде чем я смогу составить план. Что там будет во дворце завтра вечером?

— В семь — коктейль-парти, затем обед для избранного круга блюдолизов Налдоны, — Дэнил нахмурился. — Надеюсь, ты не собираешься… Шандор! Это равносильно самоубийству.

Карпатан покачал головой.

— Боюсь, ты прав — мне не стоит там появляться. Видимо, придется использовать Фонтейна. Я решу окончательно, когда разработаю план охраны мисс Баллард. — Он похлопал Яннота по плечу. — Но это завтра, а сегодня, друг мой, я готов продать душу дьяволу за горячий душ и мягкую постель. Не могу даже вспомнить, когда я последний раз спал в нормальной кровати.

— Можешь воспользоваться ванной рядом с моей комнатой. Это в задней части кафе, первая дверь налево. Думаю, у меня найдется одежда твоего размера. Я стараюсь запастись побольше разной одежды. Когда здесь появляются беглецы из застенков Налдоны, их нужно не только лечить, но и одевать.

— Но благодаря тебе и твоим людям мы можем помочь этим людям. Помни об этом. — Шандор улыбнулся, и лицо его мгновенно преобразилось.

Впервые за сегодняшний вечер Яннот узнал в нем Танзара — человека с неотразимым обаянием, который словно магнитом притягивал к себе окружающих. Неудивительно, что он сумел без особых усилий завоевать любовь порабощенного народа Тамровии! К тому же Шандор Карпатан всегда владел искусством дипломатии. Его надо защитить любой ценой — без Танзара революционное движение умрет и не сможет возродиться еще много-много лет.

— Я предложил бы тебе свою постель, — сказал Яннот, — но, боюсь, это небезопасно. В подвале стоит кровать, на которой ты можешь переночевать. Там есть потайная дверь, ведущая в кладовку, из которой можно пройти в соседний магазинчик. Мне будет спокойнее, если ты ляжешь в подвале.

— Как скажешь, — Шандор направился в кухню. — Свяжись с Фонтейном и передай, что я жду его здесь завтра утром. Мне надо задать ему несколько вопросов. — Он остановился на пороге. — Когда я выведу девушку из дворца, ей нельзя будет оставаться в Белахо.

— Я уже думал над тем, как вывести ее из города… Но если с ней будешь ты, придется усилить меры предосторожности. Для любого городского патруля Шандор Карпатан — куда более крупная дичь, чем никому не известная американка.

— Но ведь вчера вечером я беспрепятственно пробрался через заставы!

— Не стоит рисковать лишний раз. Позволь мне позаботиться об этом. — Яннот взял со стола пустую тарелку и кружку. — Занимайся своим делом, а я буду делать свое. Ведь до сих пор всегда было именно так. Отправляйся в постель, Шандор. — Обернувшись в дверях, он добавил с ехидной улыбкой: — Спокойной ночи, ваша светлость.

Шандор насмешливо фыркнул в ответ:

— Ты совсем как этот несносный Поло Дебак. Он тоже, когда ему что-то не нравится, все норовит попрекнуть меня моим происхождением.

— Кстати, как там Поло?

— Он-то никогда не изменится. Это нам всем придется под него подстраиваться.

— Удивляюсь, как это он позволил тебе появиться в Белахо без него.

— Поло на разведке в горах, — Шандор едва подавил зевоту. — Спокойной ночи, Дэнил. И спасибо тебе за помощь.

— Если хочешь меня отблагодарить — просто будь предельно осторожен. Мы не имеем права сейчас потерять тебя.

— Не волнуйся. Я слишком люблю жизнь, чтобы так просто покинуть этот мир. — Шандор устало покачал головой. — Во всяком случае, я твердо намерен дождаться конца этой проклятой войны. Спокойной ночи.

С этими словами он скрылся за дверью.


Склонившись к зеркалу, Алессандра Баллард прошлась по щекам пуховкой, нанося тонкий слой пудры. Скорее всего она старалась зря — все равно через несколько минут нос и щеки снова заблестят. Кожа никак не желает оценить ее усилия.

— Я буду готова через минуту, — не оборачиваясь, сказала Сандра одетому во фрак мужчине, который стоял на пороге ее спальни. — Извини, что заставляю себя ждать. Я не так давно вернулась во дворец.

— Поездка была успешной? — Войдя и комнату, Джеймс Брюнер опустился в кресло. — Надеюсь, что да. — Откинувшись на спинку, он испытывающе глянул на Сандру. — Уже третий день подряд ты предоставляешь мне в одиночку отбиваться от домогательств Налдоны. Я слишком стар для этих перегрузок.

— Так я и поверила! — Сандра улыбнулась его отражению в зеркале. — Мы оба знаем, что тебе доставляет огромное удовольствие водить диктатора на длинном поводке. К тому же я вряд ли смогла бы помочь тебе в этом. Налдона считает, что у женщин вообще не бывает мозгов. — Сандра поморщилась. — И в это не так трудно поверить, глядя на его молоденькую любовницу.

— Возможно, — пожал плечами Джеймс. — Впрочем, Налдона сейчас в отчаянном положении. Судя по всему Карпатан с каждым днем все ближе к победе. Думаю, нам пора покинуть Тамровию.

Сандра кивнула и поднялась с высокого стула перед туалетным столиком.

— Мне нужен еще один день. Я нашла священника, который берется все организовать, но нам надо обсудить детали работы сети распространения.

— Когда ты говоришь о своих проектах, — улыбнулся Джеймс, — это всегда звучит так, будто речь идет о сложной операции на сердце.

Подойдя к Брюнеру, Сандра взяла его под руку.

— Что ж, операция на сердце — не такое уж плохое сравнение.

— Да уж, — Джеймс похлопал девушку по руке. — Все это, дорогая, ты делаешь по зову сердца. Думаю, я смогу усмирить Налдону еще на один день. Но не больше.

— А больше и не потребуется, — заверила Сандра. — Что ж, теперь нам пора отправляться на эту дурацкую вечеринку. Я прилично выгляжу?

— Почти что, — Джеймс неодобрительно нахмурился. — Платье, которое на тебе надето, было в моде лет пять назад. По пути домой надо будет остановиться в Париже и поводить тебя по магазинам.

— Если у нас будет время, — улыбнулась в ответ Алессандра. — Не понимаю, почему тебе так хочется сделать из меня модницу и кокетку. Я думала, ты уже сообразил за эти годы, что за твердый орешек попал в твои руки.

— Не орешек, а алмаз, трудно поддающийся огранке, — поддержал шутку Джеймс.

— Что ж, смирись. Ты потрудился надо мной на славу, но большего блеска уже не добьешься. — Девушка нежно улыбнулась. — Ты ведь наверняка помнишь, из чего пришлось создавать то, что ты видишь сейчас перед собой.

Улыбка на губах Брюнера поблекла, в глазах мелькнула боль.

— Конечно, помню. Я всегда буду помнить об этом, Алессандра.



Девушка тут же пожалела о сказанном. Черт побери, когда она научится выбирать слова? Ведь Джеймс живет, постоянно казнясь чувством вины, — как можно забыть об этом?

— Пожалуй, я разрешу тебе купить мне новое платье, — сказала она вслух. — Не хочу, чтобы ты краснел за меня в Марибе.

— В Марибе? — изумился Брюнер. — Где это — Мариба?

— Это столица островной республики Кастеллано в Карибском море. Я навела справки, и мне кажется, что из Белахо стоит отправиться прямо туда. По жестокости режима Кастеллано вряд ли уступит Тамровии.

Брюнер усмехнулся и медленно покачал головой:

— Вечно ты опережаешь меня на шаг. Как думаешь, мы сумеем заглянуть на пару дней домой, дабы я мог убедиться, что все еще владею своими заводами?

Слава богу, Джеймс снова развеселился!

— Почему бы и нет? — отозвалась Алесандра. — Думаю, наше расписание позволяет это. — В темных глазах ее заплясал вдруг озорной огонек. — Если мы, конечно, не станем бегать по парижским магазинам.

Джеймс от души рассмеялся и словно помолодел лет на десять.

— Пожалуй, мы обсудим это.

— Да, конечно. Я ведь, знаешь ли, женщина здравомыслящая.

— Кроме тех случаев, когда тебе чего-то очень хочется. Тут все доводы рассудка отступают на задний план. — Он посмотрел на часы. — В одном ты права — нам, пора отправляться на коктейль-парти. Уже почти половина восьмого. Не стоит зря сердить Налдону — с ним и так не просто иметь дело.

Они вышли из спальни и, пройдя через гостиную, направились к двери, ведущей в коридор.

— Знаешь, — сказала Сандра, — глаза этого фанатика Налдоны напоминают мне портреты Ленина, развешанные по всему Кремлю.

— Налдона похож на Ленина не только глазами. Его политика наверняка понравилась бы вождю большевиков. — Джеймс нахмурился. — Мне хотелось бы поскорее убраться отсюда. Конечно, Тамровия очаровательна, и все же гражданская война — грязное дело, где бы она ни происходила, на Балканах или в Гватемале. — Он запнулся, на лицо его снова набежала тень, и Джеймс добавил почти шепотом: — Или и Саид-Абабе.

Пальцы Сандры крепко сжали его руку.

— Мы не в Саид-Абабе, Джеймс. Все это в прошлом. — Она стойко выдержала его пронизывающий взгляд. — Сейчас есть только Тамровия и то, что мы можем сделать здесь и сейчас. — Глубоко вздохнув, Сандра разжала пальцы. — И ради этого мы должны ближайшие два часа лучезарно улыбаться этому отвратительному Марку Налдоне.

Словно подавая пример, она ослепительно улыбнулась.

Брюнер нежно погладил по ее щеке.


Сандра бродила среди гостей в бальном зале, и ей казалось, что светская улыбка навеки приклеилась к ее лицу. Она ненавидела душную атмосферу дворцовых приемов, хотя и умела в обществе казаться веселой и непринужденной. На самом деле Сандра задыхалась от дыма сигар и запаха дорогих духов. И все же омерзительней всего было сознавать, что каждое слово, произнесенное на таких вечеринках, имеет двойной смысл. Господи, скорее бы пригласили к ужину! За столом ей по крайней мере, придется быть вежливой только с соседями.

— Мисс Баллард, не могли бы вы уделить мне минутку?

Обернувшись, девушка удивление взглянула на подтянутого молодого человека. Как же его имя? Ах да! Майкл Фонтейн, чиновник канцелярии Налдоны.

— Да, конечно, — извинившись перед прежним собеседником, Сандра вместе Фонтейном отошла к бару у стены.

Взяв с подноса бокал, Фонтейн улыбнулся, и его неприметное лицо стало на редкость обаятельным.

— Я подумал, что вы наверняка страдаете от жажды. Наши гости не дают закрыть рта. Вам не удалось даже пригубить вина из бокала, который вам подали в начале вечера.

Приняв бокал, Сандра внимательно посмотрела на молодого человека.

— Вы, должно быть, весь вечер не сводили с меня глаз, если заметили такую мелочь. Но зачем…

Она осеклась на полуслове, поняв, что в руке ее вместе с бокалом оказался сложенный листок бумаги.

Фонтейн стойко выдержал вопросительный взгляд девушки.

— Прочтите, — тихо сказал он и встал так, чтобы загородить Сандру от остальных гостей. — Быстро.

Сандра внимательно изучала лицо юноши. В нем было не просто напряжение — страх. Фонтейн чем-то напуган. Она поставила бокал на стойку и быстро развернула записку:

«Жду вас на террасе. Если откажетесь прийти, то скорее всего умрете. А если покажете эту записку Налдоне, умрет тот, кто передал ее вам. К.».

Алессандра медленно скомкала листок.

— К.?

Фонтейн нервно облизал губы.

— Есть имена, которые не стоит произносить в этих стенах.

Карпатан? Сандру вдруг охватила паника. Она быстро взглянула на большое во всю стену окно на террасу. Человек, которого ищут по всей стране, находите здесь, всего в нескольких шагах. Практически в лапах Налдоны.

Сандра глянула на коренастого, с шиком одетого мужчину, который беседова с Брюнером. Если она расскажет Налдону о записке, умрет не только Фонтейн. Тому, кто написал ее, тоже несдобровать. Взяв бокал, Сандра отпила большой глоток.

— Знаете, эта записка смахивает на угрозу.

— Это не угроза, а предупреждение.

— Занятно! — пробормотала, девушка снова глянув на террасу. — Этот К., вероятно, очень храбрый человек, если заставил вас рисковать вместо себя. Такому храбрецу, безусловно, можно доверять.

— Он наблюдал за вами весь вечер и уверен, что вы не предадите нас, — просто сказал Фонтейн. — И потом — он ведь Танзар.

Танзар.

— Это означает, что он может ходить по воде?

Фонтейн покачал головой.

— Дословный перевод с нашего языка — «человек, дающий все».

— Понимаю.

На самом деле Сандра ничего не понимала, но была весьма и весьма заинтригованна. Она не занималась политикой и не имела дела с народными героями, но ей вдруг захотелось встретиться с этим Танзаром и выслушать его. Сандра снова отставила бокал и обратилась к Фонтейну:

— Вы прикроете меня, чтобы я могла проскользнуть незаметно?

— Запросто. За последние два года я изрядно поднаторел в таких делах. — Убедившись, что Сандра не собирается выдавать его Налдоне, Фонтейн явно повеселел. — Медленно пройдите к дверям на террасу. Я устроил так, что Налдону вот-вот вызовут в кабинет к телефону. Его не будет минут пятнадцать. Я понаблюдаю за дверью, чтобы никто не мог помешать вашему разговору.

— Так вы распланировали все заранее! Неплохо! — оценила Сандра. — Осталось только сделать так, чтобы Джеймс не заметил моего отсутствия.

— Не волнуйтесь, я позабочусь и об этом, — заверил ее Фонтейн.

И Сандра медленно, как ни в чем не бывало направилась к выходу на террасу.


Шандор не ожидал, что Алессандра Баллард окажется так высока ростом. Описание Яннота скорее вызывало в воображении образ эдакой ласковой кошечки… но женщина, идущая через зал к террасе, напоминала скорее богиню и в то же время казалась весьма и весьма земной. Ее великолепное тело излучало тепло и страсть. Неудивительно, что Фонтейн ни на миг не усомнился в том, что эта женщина — любовница Брюнера! Хотя девушке от силы лет двадцать семь-двадцать восемь, а Джеймсу Брюнеру почти семьдесят, даже сам Мафусаил вряд ли устоял бы перед соблазнительным обаянием Алессандры Баллард.

Во всяком случае, самого Шандора ее появление ошеломило, как удар грома. Давно уже не бывало с ним такого! Едва Шандор увидел мисс Баллард, плоть его занялась жарким, почти мучительным огнем. Черт побери, да что это с ним? Можно подумать, что он год не видел женщины. К тому же Алессандру Баллард трудно назвать красавицей: волосы, скромно стянутые в пучок на затылке, неправильные черты лица — большие, широко расставленные глаза под дугами черных бровей, длинноватый нос и пухлые губы. Зато шея и точеные плечи просто великолепны, а одного взгляда на высокую грудь, заманчиво округлившуюся в низком вырезе белого вечернего платья, хватило, чтобы желание обуяло Шандора с новой силой. Он отступил в тень. Девушка вышла на террасу и тихонько закрыла за собой створки французского окна.

— Карпатан? — едва слышно произнесла она, но в голосе ее не было ни страха, ни дрожи. — Ну же, покажитесь! Вы ведь давно следите за мной. Теперь моя очередь.

Изумление Шандора быстро сменилось любопытством. Он шагнул вперед.

— Мисс Баллард, — он шутливо поклонился. — Поверьте, в мои намерения не входило оскорбить вас. Просто за последние годы я привык прятаться. Мне пройтись, чтобы вы могли разглядеть меня получше?

— В этом нет необходимости. Лунный свет освещает вас достаточно хорошо.

«Пожалуй, даже слишком хорошо», — невольно подумала Сандра. Ею овладело странное, томительное волнение, ничуть не похожее на страх перед неизвестностью. Дрожь пробежала по ее телу, сердце сладко заныло в груди. Сандра видела в газетах фотографии Шандора Карпатана и знала, что он хорош собой, но не ожидала увидеть воплощение мужской красоты. Безукоризненные черты лица, сильное гибкое тело, черные, слегка вьющиеся волосы. И сила. Шандор Карпатан излучал силу, которую Сандра ощущала почти физически. На Шандоре были облегающие брюки, черная рубашка и черная спортивная куртка. Тело его казалось напряженным, словно туго натянутая струна, и отчего-то Сандре передавалось это напряжение. Она остро ощущала собственную слабость — и в то же время силу, издревле присущую женщине. Груди ее вдруг набухли, натянув шелковую ткань, легкий ветерок игриво прижал юбку стройным ногам. Сандра глубоко вздохнула, отгоняя желание самой спрятаться в тень. Должно быть, в ней говорил инстинкт самосохранения. Пускай намерения этого человека могли быть самым дружескими — от него исходила угроза.

— Могу я узнать, чем заслужила таки честь? Почему удостоилась вашего внимания? — Сандре стоило больших усилий произнести это легко и непринужденно. — Получив записку, я не поняла, идет в ней речь об угрозе или же о предупреждении. Фонтейн сказал, что я должна остановиться на последнем.

Карпатан кивнул и шагнул к ней.

— Времени у нас немного, поэтому постараюсь говорить покороче. Налдон замышляет убить вас и свалить вину на меня. Он думает, что жажда мести побудила Брюнера дать добро на поставку оружия, которое так необходимо этому негодяю для борьбы с моими людьми.

Сандра была так потрясена, что не сразу осознала услышанное. Впрочем, сообщение Шандора не особенно удивило ее. С первого взгляда на Налдону она поняла, что представляет собой этот человек.

— Когда?

В глазах Шандора Карпатана мелькнуло восхищение.

— Вы так спокойно восприняли эту новость! Ни удивленного вскрика, ни паники, ни возражений. Вы не боитесь?

Девушка неопределенно отмахнулась:

— Конечно, боюсь. Разве можно не бояться смерти? Только ведь страх не поможет мне остаться в живых, верно? Зато есть шанс, что теперь, все узнав, я сумею уцелеть. Так когда же меня собираются убить?

— Точное время мне неизвестно, но это должно произойти сегодня. Не думаю, что они станут действовать раньше, чем вы удалитесь в свои покои, но наверняка мы не знаем. Фонтейн будет наблюдать за вами во время ужина… а я приду сегодня ночью в ваши покои и помогу вам выбраться из дворца.

Он выдержал паузу и саркастически добавил:

— Как удастся вам уговорить Брюнера обойтись нынче ночью без вашего общества? Мне и так непросто будет вывести вас наружу, и я не хочу, чтобы мне помешала в этом ревность пожилого любовника.

— Об этом можете не беспокоиться. Сандра смотрела на розарий, раскинувшийся за каменной балюстрадой. — Видите ли, ваша помощь мне не нужна. Спасибо, что предупредили меня об опасности, но я в состоянии позаботиться о себе сама.

— Чтоб черт меня побрал, если это так! — Шандор готов был метать громы и молнии. — Речь идет о профессиональных убийцах! Или вы думаете, что Брюнер способен спасти вас от Налдоны?

Девушка гордо вскинула подбородок.

— Да я ни за что на свете его об этом не попрошу! Не стану даже рассказывать об этом. Он решит, что должен меня защитить, — и пострадает сам. Джеймс не умеет противостоять насилию.

— А вы умеете? — Шандор, прищурившись, смотрел на девушку.

— Я ненавижу жестокость, но знаю, как с ней бороться. — Сандра помолчала: — Пожалуй, мне лучше вернуться в зал.

— Подождите минутку!

Руки Шандора сжали ее обнаженные плечи, и девушку окатило горячей волной.

Развернув Сандру к себе, Шандор впился горящими глазами в ее лицо.

— Я не намерен отступать от своих замыслов. Надеюсь, вы не забыли, что Налдона решил и меня запутать в своем злодейском плане? Если вас убьют, война в этой стране продлится еще полгода, так что не надейтесь, что я позволю вам вежливо отослать меня прочь.

— Послезавтра мы с Джеймсом покидаем Тамровию. — Сандра испытала вдруг сильное искушение. — Теперь, когда вы предупредили меня, я смогу противостоять опасности.

— Вы уверены? — Шандор вдруг довольно грубо встряхнул ее, словно желая привести в чувство. — Существуют десятки способов лишить человека жизни. За последние два года я узнал об этом много нового.

От него пахло мылом и сухими осенними листьями. Сандра покачала головой, словно желая избавиться от этого запаха, вызвавшего новый прилив желания.

— Позвольте мне уйти. Речь ведь идет о моей жизни, и никто не может указывать мне, как ею распоряжаться. — Она в упор глянула на Шандора. — Черт возьми, уберите же руки!

Шандор с явной неохотой отпустил ее и, тихо выругавшись, снова отступил в тень.

— Не думайте, что вам удалось меня отговорить. Пока вы с Брюнером не покинули Тамровию, я просто обязан позаботиться о вашей безопасности. Я не позволю Налдоне убить вас только потому, что вы слишком упрямы, чтобы принять мою помощь.

Сандра сердито отвернулась:

— Возвращайтесь на свою войну, Карпатан. Я отказываюсь участвовать в этой грязной игре, в которую играете вы с На-лдоной, не жалея чужих жизней.

— Так вы считаете это игрой? — Сандра слышала за спиной его хриплое дыхание, и ей стало вдруг не по себе — словно она имела глупость повернуться спиной к разъяренному леопарду. — Но война не игра, мисс Баллард.

— Ах вот как? Ну конечно, это не игра для тысяч мирных жителей, ставших заложниками ваших грязных политических интриг. Боюсь, что ваш романтический образ непобедимого Танзара впечатляет меня не больше, чем «народные избранники» Налдоны! И вы по-своему ничем не лучше его.

— Я знаю это, — в словах Шандора звучала едва сдерживаемая ярость. — Однако для меня новость, что вы так хорошо изучили меня.

Наверное, не стоило злить его понапрасну. Обычно Сандра вела себя куда дипломатичней. Это опасная близость Шандора вывела девушку из равновесия. Что ж, поздно сожалеть о том, что уже сказано. Гордо расправив плечи, Сандра взялась за ручку двери.

— Нетрудно догадаться о том, как вы относитесь к своим людям. Вы подвергли Фонтейна опасности, только лишь для того, чтобы он передал мне записку… а ведь, если бы вы ошиблись насчет меня, он был бы уже мертв. Вы знали это, но не изменили своих планов. — Она с вызовом оглянулась через плечо на Шандора. — Интересно, что бы вы сделали, увидев, как я несу вашу записку Налдоне?

— Выстрелил бы в вас, — просто ответил Шандор, твердо выдержав ее взгляд. — Мой пистолет был нацелен вам в грудь с той самой минуты, как Фонтейн передал записку. Вы умерли бы, не успев раскрыть рта.

— И вы смогли бы хладнокровно убить меня? — изумленно прошептала Алессандра.

— Мне очень не хотелось этого. Я выстрелил бы, только если бы не осталось другого выхода, — в голосе его вдруг прозвучала безмерная усталость. — Ведь если бы вы выдали Фонтейна, он бы умер, а Налдона все равно нашел бы способ убрать вас. А если бы вы умерли, не успев ничего сказать, на моей совести была бы одна смерть, а не две. За последние два года мне не раз приходилось выбирать меньшее из двух зол.

Необходимость подобного выбора, отразилась на стоящем перед ней человеке. Он казался циником, лишенным иллюзий, но в глазах его было столько муки. На миг Сандре стало жаль его, но она тут же прогнала прочь это чувство. Черт побери, этот человек только что признался, что готовился выстрелить в нее, а она испытывает к нему жалость!

— Вам не пришлось бы сталкиваться с подобным выбором, если бы вы не решили стать героем революции.

— Вот тут вы не правы. Мне приходится нести свой крест, потому что два года назад я сделал неверный выбор. — Губы его болезненно скривились. — И мне почему-то кажется, что вы, мисс Баллард, — еще одно наказание, которое посылает мне господь!

Не дожидаясь ответа, Шандор повернулся и пошел прочь.

Сандра тяжело вздохнула и на миг прикрыла глаза. Затем она задиристо вскинула подбородок, расправила плечи, заставила себя улыбнуться и быстро подошла к двери. Фонтейн стоял неподалеку. Вежливо кивнув ему, девушка вышла в зал и присоединилась к гостям Налдоны.

Глава 2

Больше всего на свете Алессандра Баллард не любила ждать. Она откинулась на спинку кресла и постаралась расслабиться. Казалось, время остановилось, и она просидит тут до самой старости. Сандра невольно улыбнулась, представив себе лицо убийцы, который, проникнув в ее покои, увидит перед собой дряхлую старуху.



Но улыбка ее тут же померкла, и девушка посмотрела на постель в другом углу комнаты. Пожалуй, надо смять ее посильнее. Чучело, которое она сделала из подушек, выглядит весьма убедительно, но еще одна достоверная деталь не повредит…

И тут она услышала, как открывается дверь.

Ручку повернули так тихо, что Сандре ни за что бы не поняла, что происходит, если бы все ее чувства не были обострены до предела. Все похолодело у нее внутри Сандра тихонько поднялась на ноги, вглядываясь в темноту. Она успела забыть, как зловеще замирает сердце перед тем как решишься на отчаянный поступок Руки ее нервно теребили плетеный шнур, оторванный от портьеры. Быстро и бесшумно Сандра пересекла комнату и встала за дверью, которая все еще медленно открывалась.

Сердце ее билось, как испуганная птица. Только бы убийца не услышал этот звук! Что за странная мысль? Впрочем, eй всегда приходят в голову странные мысли когда…

Он уже в комнате, он движется тихо как тень. Убийца стоит всего в нескольких шагах от нее, не сводя глаз с постели. Слава богу, он один! Налдона явно счел, что одного человека будет достаточно, чтобы покончить с беззащитной спящей женщиной.

Что-то блеснуло в его руке. Нож. Сандра всегда ненавидела ножевые раны. Тонкое холодное лезвие вспарывает теплую живую плоть — что может быть ужаснее? Мужчина колебался. Перед решительным шагом даже профессионального убийцу всегда одолевают сомнения, и негодяй явно не успел побороть их, стоя за дверью. Сандра ждала, пока он примет решение. Тогда действия его будут подчинены одной цели, и внимание отвлечется от всего остального. Убийца шагнул вперед. Пора!

Выскочив из укрытия, Сандра набросила шнур ему на шею и услышала странный хлюпающий звук. Мужчина схватился руками за шнур. О господи! Рука, сжимавшая нож, потянулась к горлу. Один взмах — и он перережет шнур! Уперев колено в спину врага, она дернула шнур на себя. Покончить с этим немедленно! Сжимая шнур одной рукой, девушка схватила вазу, которую заранее поставила на край туалетного столика. Раздался глухой удар, и ваза разлетелась вдребезги. Убийца издал тихий стон, колени его подогнулись, и он потерял сознание. Сандра ослабила шнур, и человек упал на пол.

Она попятилась, тяжело дыша. Все кончено. Сандра облегченно вздохнула и вдруг ощутила предательскую дрожь в коленях. Только сейчас она поняла, что испугана до полусмерти.

— Недурно!

Резко обернувшись, Алессандра увидела мужчину, который наблюдал за ней, прислонившись к дверному косяку.

— Тише, — Карпатан поднял обе руки. — Сейчас я не представляю для вас угрозы. — Зубы его блеснули в улыбке.

Честно говоря, после того, как вы ловко расправились с этим молодчиком, я не уверен, что та же участь не постигнет меня.

— Что вы здесь делаете? — Сандра все еще дрожала, не в силах оправиться от шока, вызванного его появлением, но изо всех сил старалась говорить спокойно. — Вы, похоже, свободно перемещаетесь по дворцу. Неужели Налдона велел сделать для вас дубликаты ключей?

— Знание лучше любого ключа. Разве сами вы не имели случай в этом убедиться? — Он посмотрел на постель. — Надеюсь, что там кукла, а не наш друг Брюнер? Сандра быстро кивнула.

— Вы не стали подвергать его такому риску. Он был очень недоволен тем, что не сможет сегодня разделить с вами постель? — Шандор включил маленький фонарик и, рассеянно улыбнувшись, наклонился к лежащему на полу мужчине. Подняв веко, он посветил фонариком в глаз. — Я бы на его месте не просто возмутился — озверел! Давно у вас был любовник, которому меньше шестидесяти?

Сандра остолбенела, уставясь на него. Злость, звучавшая за внешне легкомысленными словами, не на шутку озадачила ее. Похоже, Шандор Карпатан куда больше занят ее интимными тайнами, чем состоянием обезоруженного убийцы!

— Вас это не касается, — холодно отрезала она.

— К сожалению, — Шандор опусти веко оглушенного. — Вы на редкость решительная женщина, Сандра. Не поручусь, что вы не устранили этого беднягу навеки.

— Я не так хладнокровна, как вы, Я только защищалась. — Она смотрела, как Шандор связывает плетеным шнуром руки незнакомца. — Зато теперь вы, надеюсь, не сомневаетесь в том, что я способна за себя постоять? Можете с чистой совестью предоставить меня самой себе. Послезавтра мы уедем из Тамровии, и вы сможете вернуться к своим иг… — она осеклась, поймав на себе его убийственный взгляд. — К вашей революции.

— Убийцы Налдоны не позволят во второй раз застигнуть себя врасплох. Опасность не стала меньше от того, что вы выиграли первый раунд. — Шандор присел па корточки. — Послушайте, обещайте мне, что покинете эту страну еще до рассвета, и я тут же сойду со сцены. На несколько часов вашу безопасность может обеспечить Фонтейн. Не думаю, что до рассвета на вас совершат еще одно покушение.

Поколебавшись, Сандра медленно покачала головой.

— Я не могу уехать сегодня. У меня в Белахо важное дело, и я должна его закончить.

Шандор испытующе смотрел на девушку.

— Насколько я понял, вы не собираетесь рассказать мне, что это за дело?

Она вновь качнула головой.

— Так я и думал. Вы весьма разносторонняя личность, мисс Баллард, — лукаво блеснув глазами, он беззастенчиво оглядывал грудь девушки, обтянутую тонкой белой тканью. — Хотелось бы мне изучить вас поподробнее… — С этими словам ми он извлек из кармана пистолет. Видит бог, я пытался избежать этого, но вы слишком решительная женщина. Восхищаюсь этим качеством, но сейчас оно мне только мешает. Сандра оцепенела.

— Снова пытаетесь выбрать меньшее из двух зол?

— На этот раз выбор не так труден. Пистолет с глушителем, и мне достаточно лишь легко ранить вас, чтобы склонить к сотрудничеству.

— Сотрудничеству?

Шандор кивнул.

— Сначала вы напишете Брюнеру записку с объяснениями, а потом пойдете со мной. Я выведу вас из дворца и помогу исчезнуть из Белахо. — Он говорил тоном, не терпящим возражений. — Я ведь уже сказал, что не позволю вам поступать в этом деле по-своему. Слишком многое поставлено на карту.

— Но где гарантия, что вы не блефуете?

Шандор насмешливо улыбнулся.

— А вы думаете, что я блефую?

Нет, Сандра так не думала. Карпатан явно был из тех, кто приводит в исполнение свои угрозы.

— У вас ничего не выйдет. Я не собираюсь покорно подчиняться. Я убегу. Это не сойдет вам с рук, Карпатан.

— Что ж, возможно. Вы, мисс Баллард, похоже, крепкий орешек!

— Совершенно верно!

— И все же я выиграю время. — Шандop неопределенно помахал пистолетом. — Мы будем путешествовать по дикой местности. Ваше платье весьма элегантно, но не совсем подходит для наших целей. Советую переодеться.

Глаза девушки широко раскрылись.

— Прямо перед вами? Под дулом пистолета?

— Я не собираюсь поворачиваться к вам спиной, — заверил ее Шандор. — Я только что имел случай убедиться в том, что лучше этого не делать. — Он поднялся и отступил. — Насколько я понимаю, у вас нет опыта общения с мужчинами младше полувека, но, уверяю вас, я не сойду с ума от страсти при виде обнаженной женщины.

Снова он отметил в ее глазах негодование, и это показалось ему немного странным.

— О, я и не думала, что вы способны потерять самообладание, — ледяным тоном произнесла Сандра. — Вряд ли я покажу вам что-то новое. Просто я удивилась, вот и все. — Повернувшись к Шандору спиной, она подошла к резному антикварному шкафу. — Желаю получить удовольствие от зрелища, Карпатан.

— Спасибо, именно это и я намерен сделать. — Он уселся на стул возле кровати. — Я ведь для того и затеял эту революцию, чтобы иметь возможность принуждать юных леди к стриптизу. Не могу даже передать словами, Сандра, в какой восторг приводит меня этот аспект моей «игры».

Слова Сандры, сказанные на террасе, явно задели его за живое. В голосе Шандора слышалась горечь, которую он даже не пытался скрыть. Что ж, хорошо. Если Карпатан найдет ее общество неприятным, возможно, он решит ее отпустить.

Сандра быстро достала из шкафа джинсы и футболку.

— Никакого стриптиза. Я, знаете ли, не из того теста, так что вам недолго придется развлекаться.

Шандор с непроницаемым видом смотрел, как Сандра проворно сняла платье и бросила на кровать. Боже, какая чудесная у нее кожа! Какое роскошное, соблазнительное тело! Ладони его зудели от желания ласкать и мять эти пышные груди. Шандор невольно облизал губы. Затем взгляд его упал на плоский живот девушки, на стройные ноги, на чулки с поясом для подвязок.

— Зачем вы носите это? — неожиданно для самого себя спросил он, кивнув на подвязки. — Вы показались мне рациональной и здравомыслящей женщиной. Я полагал, что вы предпочитаете колготки.

Сандра жарко покраснела и быстро опустила ресницы, чтобы Шандор не разглядел ее глаз.

— Мне нравится свобода, — пробормотала она, — а в колготках чувствуешь себя, как будто связанной. Не думаю, чтобы это…

— Меня касалось? — закончил за нее Шандор. — Похоже, я снова преступил границы дозволенного. Извините. Просто мне стало любопытно. — Еще большее любопытства вызывало у него запылавшее румянцем лицо девушки. На миг самоуверенность Алессандры Баллард куда-то исчезла, и теперь она напоминала испуганную школьницу. В глазах Шандора мелькнул лукавый огонек. — Кстати, чулки с подвязками нравятся мне гораздо больше, чем колготки. Трудно представить что-нибудь более соблазнительное, — прибавил он, скользя взглядом по длинным стройным ногам Сандры.

И, подняв глаза, увидел, что девушка покраснела еще пуще и нахмурилась. Да еще пробормотала себе под нос слова, подозрительно похожие на одно грязное ругательство. Шандор едва сдержал улыбку, и вдруг им овладела пронзительная нежность. Совсем недавно перед ним была разъяренная тигрица, а сейчас уж скорее рассерженная девчонка. Торопливо стянув чулки, Сандра бросила их на кровать рядом с платьем.

Затем проворно натянула джинсы и бежевую блузку. Увидев, как она надевает легкие теннисные туфли на босу ногу, Шандор покачал головой.

— Носки.

— Что? — Девушка подняла на него удивленный взгляд.

— Наденьте теплые мягкие носки. Нам предстоит карабкаться по горам.

— Карабкаться? — Она выпрямилась во весь рост и горделиво расправила плечи. — Не собираюсь я никуда карабкаться, Карпатан! Попробуйте меня заставить. Разве что понесете на руках. — Сандра окинула Шандора презрительным взглядом. — Но учтите, я далеко не перышко.

— Посмотрим, посмотрим, — как ни в чем не бывало произнес Шандор. — Надевайте носки.

Сандра вновь метнула на него свирепый взгляд, но в ответ Карпатан лишь одарил ее самодовольной до отвращения улыбкой. Девушка достала из шкафа пару шерстяных носков.

— Это все?

Шандор покачал головой.

— Возьмите паспорт и смену одежды. — Он подошел к шкафу и взял с полки ночную рубашку. — Заверните свои вещи вот в это. Когда доберемся до кафе, попрошу Яннота дать вам рюкзак.

— Не нужны мне никакие вещи! Я ведь уже сказала, что не позволю собой распоряжаться. Я покину эту страну, только когда захочу сама. Вы должны понимать это, Карпатан. Вам известно, что такое выбор.

— И все же уложите смену одежды, — не переставая улыбаться, Шандор указал пистолетом на кровать. — Просто чтобы сделать мне приятное. — Он молча наблюдал, как Сандра укладывает вещи. — Спасибо. А теперь пишите записку.

Присев на диванчик в углу, Сандра черкнула несколько строк на листке из блокнота и протянула листок Шандору.

— Довольны?

Он быстро пробежал глазами текст.

— Весьма. Вы явно решили не волновать старичка. А теперь, думаю, нам лучше поскорее убраться отсюда. — Он посмотрел на лежавшего без сознания убийцу. Неплохо вы ему задали. До сих пор не пришел в себя.

— С удовольствием покажу вам при случае свой коронный удар. — Сандра направилась к двери. — Ну что, идем?

Шандор удивленно посмотрел на девушку. Оказывается, Алессандра Баллард неплохо владеет психологическими приемами, позволяющими стать лидером в любой ситуации. Теперь ему придется не вести, а догонять ее.

— Следую за вами, моя леди. Надеюсь это доставит вам удовольствие. — Догнав девушку посреди гостиной, Шандор крепко взял ее за руку. — Вот только идете вы не в ту сторону. Нам туда. — Он указал на книжные стеллажи. — Только подождите, пока я подсуну записку под дверь Брюнера.

Это заняло не больше минуты. Сандра озадаченно смотрела, как Шандор подходит к стеллажу и поворачивает стержень висящего рядом канделябра. Целый ряд полок повернулся, открывая узкий проход в стене.

— Подземный ход?!

— Только после вас, — Шандор шутливо поклонился, пропуская Сандру вперед. — Нам всем очень повезло, что вас разместили в бывших покоях Киры. Не хотелось бы мне красться по темным коридорам дворца, рискуя встретиться с На-лдоной.

— Покои Киры? — переспросила девушка. — Так здесь жила принцесса Руби? Но откуда вы тогда знаете о… — Сандра осеклась на полуслове. Она видела в газетах фотографии принцессы Киры Руби, которая была теперь женой миллионера Зака Деймона. Шандор Карпатан необыкновенно привлекательный мужчина. Ничего удивительного, что красивый мужчина и красивая женщина… — Не обращайте внимания. Конечно, меня это касается.

— Вы совершенно правы, хотя все было совсем не так, как вы думаете. Кира — моя родственница и мой хороший друг! Когда вы покинете Тамровию, мне бы не хотелось, чтобы в газеты просочились грязные слухи об этом немного необычном ходе в ее спальню. Я буду недоволен, очень недоволен. И даже захочу в один прекрасный день появиться перед вами, чтобы высказать свои претензии.

— Ах, вот как? — Пожав плечами, Сандра стала спускаться по узкой лестнице. — Не волнуйтесь, Карпатан, я играю по правилам. Я ведь вступила в борьбу с вами, а не со слабой уязвимой женщиной, которую вам удалось когда-то завлечь в свою постель.

Шандор лишь усмехнулся в ответ.

— Зак Деймон от души посмеялся бы, услышав, что вы сказали о его жене. — Он повернул стержень второго канделябра, висевшего со стороны прохода. Стеллаж встал на место, и все кругом погрузилось в темноту. — Киру невозможно никуда завлечь помимо ее воли. Она почти так же решительна, как вы.

Сандра подумала, что Шандор Карпатан смог бы без труда увлечь за собой куда угодно даже самую решительную женщину. Она испытала на себе мощь его мужского обаяния, а ведь они почти незнакомы и общались не слишком дружелюбно. Чаще сейчас, в темноте, Сандра чувствовала жар его горячего сильного тела, ее словно обволакивал исходивший от Шандора запах осеннего леса. Их разделяло несколько шагов, но Сандре чудилось, что Шандор касается ее. Ощущение это было таким сильным и острым, что ее вдруг охватила паника.

— Здесь темно, — дрожащим голосом проговорила она, отчаянно пытаясь взять себя в руки. — Мы что, проведем здесь всю ночь?

— Нет, — хрипло отозвался Шандор. Он зажег фонарик, и свет упал на ее лицо. Сандра отметила, что Шандор не понятно угрюм, а глаза… Она поспешно отвела взгляд, испугавшись того, что говорили ей эти глаза. Очевидно, от Шандора не укрылось ее замешательство. Сандра нервно облизала губы. Шандор взял ее под локоть.

— Ну, вперед! Там еще один пролет лестницы. Потом ход идет мимо бального зала, затем через тюремные подвалы и заканчивается пещерой в лесу недалеко от главных ворот. — Он положил пистолет в карман. — Там нас будут ждать мои люди с машиной, чтобы отвезти в кафе Яннота.

Шандор не впервые упоминал это имя.

— Кто такой Яннот? — спросила Caндра.

— Дэнил Яннот, глава городского подполья. Он хороший человек. — Рука Шандора по-прежнему сжимала ее локоть, и от этого Сандре было не по себе. — Яннот владеет кафе на окраине столицы. Его людям удалось освободить многих узников из застенков Налдоны. — Шандор с иронией посмотрел на девушку. — Он очень хорошо играет в нашу «игру». Если повезет, Яннот сумеет провести нас через городские ворота, не потревожив охрану.

— Послушайте, еще не поздно. Просто отпустите меня — и все. Я ведь не сдамся, не подчинюсь, и ничего хорошего из этого не выйдет.

Ее вдруг снова охватила паника. Она не хотела идти дальше с этим человеком. Впервые за много лет Сандра не владела собой. До сих пор она считала, что сумеет сохранить самообладание в любой ситуации, но Карпатан, не прилагая ни малейшего усилия, сумел вывести ее из равновесия. Конечно, все дело в физическом влечении. Он чертовски привлекателен, этот самый Танзар.

— Еще не поздно, — упрямо повторила она.

Девушка ошибалась. Шандор чувствовал, что все зашло уже слишком далеко. За то короткое время, что он провел в обществе Сандры Баллард, она успела вызвать у него чудовищное раздражение, гнев, почти ярость — и прилив такого острого желания, какого он не испытывал уже давно. И в то же время Шандор coзнавал, что должен защитить Сандру, оградить ее от всех бед, которые встретятся на их пути. Впрочем, он не был уверен что отпустил бы Сандру, даже если бы исчезла угрожавшая ей опасность. Шандор и не заметил, как крепче сжал ее руку. За два года, полные отчаянной борьбы, он заставил себя забыть обо всем, что любил и ценил в прежней жизни. Неужели он не заслужил награду за самоотречение? Неужели не имеет права пожить хоть немного для себя? Заслужил или нет, Шандор знал, что не сумеет удержаться от искушения. Он вдруг понял это с убийственной ясностью.

— Не знаю, о чем это вы, — сказал он, тихонько подталкивая девушку вперед. — Осторожнее. Ступеньки довольно крутые.


— Все в порядке? — озабоченно спросил Дэнил, запирая за ними дверь кафе. Он окинул быстрым взглядом Сандру. — Мисс Баллард! Рад видеть вас в добром здравии. Я не был уверен, что Шандор успеет спасти вас.

— Подожди, — Шандор поднял руку, прерывая Яннота. — Видишь ли, Дэнил, мисс Баллард не считает, что мы спасли ее. Она расценивает все происходящее как наглое покушение на ее свободу. — Он улыбнулся. — Вообще-то, во дворце не произошло ничего особенного, если не считать того, что один из боевиков Налдоны до сих пор лежит без сознания в спальне этой очаровательной особы. К моему приходу она как раз успела с ним расправиться.

— Может, завербовать ее в наши ряды? — с улыбкой предложил Яннот.

Шандор покачал головой.

— Мисс Баллард предпочитает нашим «играм», игры мистера Брюнера. Нам придется изрядно постараться, чтобы она изменила свое мнение.

— Мисс Баллард надоело стоять и слушать, как двое мужчин обсуждают ее, словно ее нет рядом! — возмущенно прервала их разговор Сандра. — Она также не в восторге от того, что ее силой заставили следовать непонятно куда.

Глаза Шандора лукаво сверкнули.

— В странном порядке вы расположили список своих претензий! И какое же из наших преступлений против вашей особы кажется вам особенно тяжким? Мы вовсе не забыли о вашем присутствии — уверяю вас, я постоянно ощущаю вашу близость, причем куда сильней, чем мне хотелось бы.

Яннот усмехнулся, и Сандра снова зашлась постыдным румянцем. Черт побери, опять Шандору удалось вогнать ее в краску!

— Так она не хотела идти с тобой? — Улыбка Яннота поблекла. — Приставить к ней часового? Вам все равно не стоит трогаться в путь глубокой ночью. Самое удачное время — перед рассветом.

— Думаю, в охране нет необходимости. К тому же мне очень не хотелось бы подвергать опасности еще одного человека. — Шандор в упор глянул на Сандру. — Мне почему-то кажется, что я и сам сумею о ней позаботиться.

— Как скажешь, — пожал плечами Яннот. — У вас в запасе часов пять-шесть. Отведи ее в подвал и подождите там.

Шесть часов наедине с этим человеком?

— Нельзя ли мне остаться здесь? — торопливо спросила Сандра. — Довольно я уже провела под землей — сначала в подземном ходе, потом в пещере.

— Это небезопасно, — нахмурю Яннот. — Разумеется, не для вас, а для Шандора. Он и так рискует ради вас.

— Ради меня? — Сандра задохнулась от негодования, но прежде, чем она успела возразить, Шандор властно сказал:

— Яннот прав. Вам будет безопасно внизу. — Он забрал у Сандры узелок с вещами и протянул его Янноту. — Ей понадобится рюкзак и непромокаемый плащ.

— Я позабочусь об этом, — кивнул Яннот. — Постарайтесь поспать. Неизвестно, сколько времени вам придется оставаться в лабоне, если Налдона решит…

— В лабоне? — настороженно переспросила Сандра.

— Это талеровийское слово. Оно означает… — Шандор вдруг умолк, лукаво улыбаясь. — Впрочем, я лучше предоставлю вам узнать это самой. Вы рассердили меня своими дурными манерами. — Он сделал Сандре знак следовать вперед. — Обещаю одно — подвал Яннота вам понравится.

Когда через пять минут Шандор дернул шнур выключателя и в подвале загорелся свет, Сандра вздохнула с облегчением. В тесной комнатке почти не было мебели, если не считать узкой кровати в алькове, зато стены увешаны полками, на которых красовались разнообразные консервы и специи. Перед ней был вовсе не загаженный крысами сырой застенок с паутиной по углам, а безукоризненно чистое помещение, где вкусно пахло пряностями.

— Удивлены? — спросил Шандор.

— Да, и очень рада тому, что вижу, — кивнула Алессандра. — Главное, что здесь нет крыс. Когда мы проходили под тюрьмой, эти отвратительные твари так и шныряли у меня под ногами, — сморщившись, прибавила она.

— Неужели? — Шандор испытующе вгляделся в ее лицо. — Однако вы и звука не проронили.

Сандра пожала плечами.

— Чего же вы от меня ожидали? Что я выдам вас истошным визгом? — В глазах ее сверкнул задорный огонек. — Я слишком большая девочка, чтобы падать в ваши объятия в поисках защиты. Мы оба оказались бы на полу среди крыс.

— И вы решили сделать вид, что их не заметили. — Шандор покачал головой. — Вы на редкость необычная женщина. Дорого я дал бы, чтобы узнать, что именно так закалило ваш характер… но вы ведь вряд ли расскажете мне историю своей жизни?

— Нет, конечно, — Сандра отвела взгляд. — Можете простоять здесь хоть всю ночь, я же собираюсь прилечь. Неизвестно, через какие еще муки мне придется пройти сегодня. — С этими словами она подошла к кровати. — Пожалуй, воспользуюсь этим ложем.

— О, разумеется, — Шандор дружелюбно улыбнулся. — И почему это, мисс Баллард, мне все чудится, что вы пытаетесь командовать мною?

— Я привыкла первенствовать в любой ситуации, — откровенно призналась девушка. — Вы пока еще не поняли этого, но скоро получите такую возможность. — Сандра сняла теннисные туфли и легла, закинув ноги на спинку кровати. — Спокойной ночи, Карпатан.

— Зовите меня Шандор. — Он выключил свет, и подвал погрузился во тьму. — Я обычно прошу женщин, с которыми делю постель, называть меня по имени. Это как-то сближает.

Сандра глубоко вздохнула, затаив дыхание. Нет, только не это! Она нарочно грубила Шандору, чтобы ему не пришла в голову подобная мысль… но тактика эта явно не сработала.

— Вряд ли нам будет удобно в этой кровати. Ни о какой близости, разумеется, не может быть и речи. — Девушка постаралась произнести это как можно тверже, чтобы Карпатан не расслышал дрожи в ее голосе. — Если только дотронетесь до меня, мистер Карпатан, я получу огромное удовольствие, лишив вас предмета мужской гордости.

Шандор весело рассмеялся.

— Черт побери, нисколько не сомневаюсь в этом! — В темноте он осторожно пробирался к кровати. — Если бы я не был так утомлен нашими приключениями, непременно принял бы ваш вызов, блистательная амазонка. — Шандор остановился у изголовья. — Но сейчас я устал, и мне совсем не хочется спать на холодном бетонном полу. Я прошу вас разделить со мной эту кровать, Сандра, а вовсе не ваше прекрасное тело. А теперь подвиньтесь.

— Здесь не хватит места для двоих!

— Ничего, уместимся.

Шандор опустился на кровать, и Сандра волей-неволей прижалась к стенке, повернулась на бок, чтобы он не сел прямо на нее.

— Вот видите? Не так уж много места нужно для двоих взрослых людей, если они хотят лечь рядом. — Он с наслаждением вытянулся на кровати, прижавшись бедром к Сандре. Девушка хотела отодвинуться, но она и без того почти вдавилась в стену. — Ради бога, успокойтесь, я же не насильник!

— Я не хочу лежать тут, с вами! Пустите, я встану!

— Эй, без глупостей! — Шандор приподнялся на локте, чтобы лучше видеть ее лицо. — Я не могу обещать, что не прикоснусь к вам — здесь чересчур тесно, чтобы я мог сдержать подобное обещание. Зато даю вам слово, что ничего не сделаю против вашей воли. Моему слову можно верить.

Девушка долго молчала. Она знала, что слово Карпатана нерушимо. Это было известно каждому, кто слышал о Танзаре, знаменитом не только военной доблестью, но и безукоризненной честностью.

— По-моему, это двусмысленность, — едва слышно пробормотала она. — Разъясните, пожалуйста, что вы имели в виду.

Шандор усмехнулся.

— Вы в безопасности, пока сами этого хотите. Но… разве я могу обещать нечто большее, Сандра? Вы ведь видите, как сильно я хочу вас?

Сандра была потрясена. Она никак не ожидала подобной откровенности.

— Да, — кивнула она.

— Пускай это вас не тревожит. Я ведь чувствую, как вы напряглись всем телом. Наверное, и вы хоть немного желаете меня.

— Я не… — Сандра осеклась на полуслове, ясно сознавая, что Шандор прав. Их так сильно влечет друг к другу, что отрицать это глупо и бесполезно. Что проку изображать разгневанную девственницу?

— Да, я желаю вас, — призналась Сандра, — но не собираюсь поддаваться своим желаниям. — Она помолчала. — И вам этого не позволю, Карпатан!

— Черт побери, я без ума от вашей откровенности! — тихо рассмеялся он. — Ненавижу людей, которые говорят одно, а делают другое. Наступит время, Сандра, когда мы уже не сможем противостоять своим желаниям. Нет, не пугайтесь. Я просто хотел отплатить вам той же монетой. Быть с вами честным.

Этот человек просто невыносим!

— По-вашему, угрожать девушке пистолетом — хороший способ завязать знакомство?

— Я боялся, что вы воспримете это именно так. — Шандор вздохнул. — Ну что ж, раз мы не можем утолить нашу страсть, придется нам иначе проявлять влечение друг к другу…

— Как это — иначе? — насторожилась девушка.

— Ничего неприличного — комплименты, разговоры по душам… — Голос его стал вдруг обволакивающе нежным. — Я не хотел угрожать вам, Сандра. Знаете, вся жизнь моя последние два года состоит из угроз и ультиматумов и вовсе не потому, что мне это нравится.

Сандра подозревала, что эта вкрадчивая нежность в голосе Шандора куда опаснее пистолета, который он наставил на нее несколько часов назад. Тем не менее, на сердце у нее невольно потеплело… и она велела себе не терять бдительности.

— Постараюсь помнить об этом, когда в следующий раз вы захотите принудить меня к чему-то против моей воли, — сердито отозвалась она. — Или вы решили исправиться и отпустить меня?

— Нет, этого я не могу сделать, — с сожалением ответил Шандор. — К тому же это противоречит моим желаниям. Я хочу как следует изучить вас, Алессандра Баллард.

— Изучить? Я что, муха под микроскопом?

— Нет, конечно, не муха, но безусловно новый для меня экземпляр. — Он легонько тронул ладонью ее щеку. — Не вздрагивайте, Сандра. Я не обижу вас. Как только вы велите остановиться, я тут же подчинюсь.

Касание его было легким и нежным, и Сандру вновь охватила сладкая истома. Темнота, тихий голос и легкие прикосновения Шандора — все это словно завораживало ее. Ей хотелось лежать вот так вечно, наслаждаясь его касаниями, полными любви. Любви? И как ей пришло в голову это слово?! Должно быть, она сошла с ума!

— Мне хотелось погладить тебя по щеке с тех пор, как я увидел тебя в бальном зале.

Сандра глубоко вдохнула, упиваясь царившим в подвале ароматом корицы и чистым, лесным запахом лежащего рядом мужчины.

— Это случилось до или после того, как ты решил, что в случае необходимости выстрелишь в меня? — едва слышно прошептала девушка.

— И до, и после, — признался Шандор. — И боюсь, что чувства мои теперь вряд ли изменятся.

Снова голос его исполнен нежности и любви. Любви. Как странно даже думать об этом! Ведь этот мужчина не кто-нибудь, а знаменитый Танзар. Он жесток, он опасен и… кажется, он влюблен в нее.

— О чем это вы?

— О том, что вы весьма странно действуете на меня, мисс Баллард. — Теперь пальцы Шандора гладили ее висок. — Раньше мне никогда не хотелось знать о женщине больше того, что видно на первый взгляд… но с вами все иначе. Я хочу узнать вас, Сандра. Хочу знать, что вы любите и что ненавидите, о чем думаете… и почему, черт побери, решили завести любовника вдвое старше вас! — с яростью прибавил он и тут же почувствовал, как девушка снова напряглась. — Ну, хорошо, считайте, что я этого не говорил, хотя вам еще придется объяснить…

— Не думаю, — с напускной холодностью ответила Сандра. — Кстати, уберите руку.

Шандор тут же отдернул руку.

— Вот видите, какой я послушный, — прошептал он. — Но мне почему-то кажется, что вам вовсе не хотелось говорить это. Может быть, теперь, когда вы убедились в том, что я абсолютно безопасен, вы позволите мне снова коснуться вас?

Она хотела было возразить, но не смогла произнести ни слова.

В конце концов, что в этом ужасного? Ей приятны прикосновения Шандора, и он только что доказал, что готов остановиться при первом ее слове.

Шандор счел молчание знаком согласия, и рука его снова стала гладить ее щеки, волосы, лоб.

— Вот так, дорогая, расслабься, — шептал он. — Тебе не надо ничего делать, не надо даже ничего решать. Я сам позабочусь обо всем.

Как давно не было в ее жизни человека, на которого можно положиться! С закрытыми глазами Сандра покачивалась на волнах блаженства, наслаждаясь ласками Шандора, исходившим от него теплом.

— Только потому, что мне нужно отдохнуть, — сонно пробормотала она. — Не обольщайтесь, Карпатан, я по-прежнему сама отвечаю за себя.

— Да, конечно, — согласился Шандор. — Но, может быть, расскажешь мне немного о себе? В темноте так хорошо вести задушевные беседы. Говоришь — и слова улетают прочь, растворяясь в ночи. Поговори со мной, Алессандра. — Он убрал с виска девушки непослушную прядку. — Ты американка?

— У меня американский паспорт. Это что — допрос третьей степени?

— Возможно. И давно ты с Брюнером?

— С четырнадцати лет.

Рука Шандора на миг замерла.

— Когда-нибудь я расскажу тебе, что думаю о старых грязных развратниках, — с трудом сдерживая бешенство, проговорил он. — Конечно, он выбрал молоденькую девочку, чтобы обучить ее своим любимым трюкам!

Эта грубость мгновенно вывела Сандру из блаженного оцепенения.

— Не смейте так говорить! — воскликнула она. — Джеймс вовсе не грязный старый развратник! Наши отношения вас не касаются! И вообще — пустите меня! Я лучше посплю на полу.

— Нет, — твердо сказал Шандор, и в подвале воцарилась напряженная тишина. — Я не стану больше дурно отзываться о Брюнере. Только останься.

— И больше никаких вопросов?

— Кроме тех, которые захочешь задать ты.

— А зачем? Кто же не знает Шандора Карпатана, знаменитого Танзара? Газеты изображают вас романтическим героем.

— Ах, ты об этом! — почти простонал Шандор. — Все это чушь. Я — солдат революции. Не больше и не меньше.

Ложь, подумала Сандра. Он не только солдат — он мужчина, и с каждой минутой она чувствовала это все сильнее.

— Ну, еще вы — герцог Лимтана, миллионер, известный плейбой, выпускник Оксфорда, троюродный брат свергнутого короля Стефана. Ваша матушка родом из Аргентины, она унаследовала от своих родителей одно из самых огромных ранчо в этой стране, куда вернулась после смерти вашего отца. Вы унаследовали состояние от отца и от деда по материнской линии. Газеты любят подчеркивать, что вы идеалист, оставивший образ жизни аристократа, чтобы слиться со своим народом. — В голосе Сандры прозвучали циничные нотки. — Но, как бы ни сложилась судьба революции, состояние останется при вас, не так ли? Вы можете пускаться в любые приключения, ничего не теряя.

— Но я все же могу потерять одну вещь, которую считаю незаменимой, — тихо сказал Шандор. — Свою жизнь. Не слишком ли высокая цена за опасные приключения скучающего аристократа?

Сандра пожала плечами.

— Многие мужчины любят жить рискуя. До революции вы увлекались альпинизмом и автогонками.

— А вы неплохо знакомы с моей биографией!

— Я хорошенько изучила ее перед приездом в Тамровию. Как вы понимаете, не из личного интереса к вашей персоне, — поспешила добавить Сандра. — Просто я собирала любую информацию, дабы понять, что представляет собой Налдона.

— Интересно, — задумчиво произнес Шандор. — Зачем это любовнице Джеймса Брюнера понадобилось изучать так подробно характеры двух политических противников из страны, где ей предстоит провести всего несколько дней? Сандра молчала.

— Это тоже не мое дело, так? — в голосе его мелькнула обида. — С вами очень трудно иметь дело, мисс Алессандра Бал-лард, — он невесело усмехнулся. — Ну да мне никогда не нравились легкие победы. Давно уже я не взбирался на трудную гору…

— Ну, знаете! Может, я и высокого роста, но сравнивать меня с горой — это уже слишком!

— Вы шутите? Слава богу! А то я уже начал сомневаться, есть ли у вас чувство юмора.

— Разумеется, есть!

И почему она вдруг так разозлилась? Какая разница, что думает о ней человек, которого она впервые увидела лишь несколько часов назад? Глубоко вздохнув, Сандра велела себе не поддаваться эмоциям. Мало того, что все ее тело охвачено желанием — она с ужасом сознавала, что Шандор Карпатан все больше симпатичен ей как человек, как личность. Сандра не ожидала обнаружить в нем чувство юмора, такт и благородство. Этому человеку можно доверять — Сандра давно научилась разбираться в людях. К тому же трудно не заметить, с каким уважением относятся к Шандору его люди. Но она не должна, не имеет права проникаться к нему симпатией!

— Не хочу больше разговаривать, — пробормотала Сандра, закрывая глаза. — Пора спать.

— Кажется, меня уволили, — шутливо посетовал Шандор. — Что ж, спите, я буду охранять ваш покой.

Карпатан будет охранять ее сон. При мысли об этом Сандре стало тепло и спокойно. Вот уже много лет она полагалась только на себя. Шандор Карпатан ее враг, но отчего-то она ему доверяет. И… кажется, впервые за много лет она может заснуть, не думая ни о чем.

— Я не нуждаюсь в вашей охране, Карпатан, — упрямо пробормотала Сандра. — Я могу постоять за себя сама. — И все же после этих слов она невольно крепче прижалась к нему. — Мне вообще не нужна ничья забота…

Миг спустя она уже по-детски посапывала, положив голову на плечо Шандора… но стоило ему шевельнуться, как девушка вновь напряглась. Даже во сне Сандра не могла расслабиться до конца. Шандору доводилось встречать солдат, которые даже во сне не забывали об опасности, но откуда это у избалованной любовницы американского магната? Эта женщина по-прежнему оставалась для него загадкой.

От волос ее исходил легкий цветочный аромат.

Шандор даже не надеялся уснуть, лежа рядом с Сандрой. Он был возбужден до предела, и всякий раз, когда девушка, пошевелившись во сне, крепче прижималась к нему — желание жгло его еще нестерпимей. И все же он не может, не имеет права поддаться страсти. Каким-то чудом Сандра прониклась к нему доверием, и он не в силах обмануть ее. Шандор понимал: эта девушка не из тех, кого легко к себе расположить. Он вдруг крепко прижал ее к груди, но тут же приказал себе образумиться. Стиснув зубы, Шандор вынудил себя разжать объятия.

Так он пролежал всю ночь, глядя в потолок и стараясь думать о чем угодно, кроме роскошного тела Алессандры Баллард, мирно спящей на его плече.

Глава 3

— Так лабона означает «канализация»?! Неудивительно, что вы попросили своего друга приготовить для меня непромокаемый плащ. — Сандра с отвращением смотрела в отверстие канализационного люка. — Там наверняка ужасно сыро!

Шандор кивнул.

— Сожалею, но Белахо — старинный город, и в системе канализации часто бывают протечки. — Он улыбнулся, глянув через плечо на Сандру. — В одном могу вас утешить — в последний раз, когда я пробирался в город этим путем, я видел всего двух крыс.

— Да уж, утешили, — пробормотала Сандра, подходя к люку. Поежившись, она запахнула полы непромокаемого плаща, выданного Яннотом, и постаралась не думать о предстоящем путешествии в лабиринтах канализации.

Она должна бы злиться на Шандора за все эти неудобства, но Сандра все равно испытывала к нему странную, непонятно откуда взявшуюся симпатию. После ночи, проведенной в его объятиях, ей было трудно убедить себя, что этот человек — ее враг. Как жаль, что они оказались по разные стороны баррикад! Сандра была бы рада иметь такого друга.

— На дне тоннеля всегда стоит вода. Когда спуститесь по лестнице, идите на лево. Там есть узкий карниз, который обычно возвышается над водой.

Обычно? Как это — обычно? Сандра с ужасом взглянула вниз. Из недр люка пахнуло на нее спертым зловонным воздухом. Только бы не ступить в эту жуткую воду! Спустившись почти до последней ступеньки, девушка осторожно пошарила ногой в поисках карниза. Нога попала в воду, и Сандра с ужасом отпрянула.

— В чем дело? — спросил Карпатан.

— Вам не приходилось слышать, что в канализации иногда водятся крокодилы?

— Слышал, — с улыбкой ответил Шандор, — только все это ерунда.

Сандра наконец отыскала карниз и встала на него, прижавшись к сырой стене тоннеля.

— Не стану спрашивать, почему вы так уверены в этом, а если вы не правы — предпочитаю об этом не знать. Я уже стою на карнизе.

Девушка осторожно сделала несколько шагов. Карниз оказался чудовищно скользким. Поскорее бы Карпатан включил фонарь! Теперь, когда он закрыл крышку люка, в тоннеле стало совсем темно. Она слышала, как Шандор ступает по скрипучей металлической лестнице, но не различала его фигуры. Наконец Сандра увидела, как его темная тень движется по карнизу в ее сторону. Сандра вздохнула с облегчением. Теперь, зная, что Шандор рядом, она чувствовала себя куда увереннее.

Луч фонарика пронзил темноту. Шандор стоял рядом, внимательно изучая ее лицо.

— Здесь, внизу, нет ничего опасного. Иначе я ни за что не привел бы вас сюда. Сандра верила ему. Она нисколько не сомневалась, что Шандор Карпатан не заставил бы ее спускаться в эту зловонную клоаку, если бы у них был другой выход. Девушка лукаво улыбнулась:

— Надеюсь, это правда. Я не умею сражаться с крокодилами. Вам придется отбиваться от них в одиночку.

— Вот и замечательно, — Шандор взял ее под локоть и легонько подтолкнул вперед. — Я принимаю вызов. Видите ли, нам, современным рыцарям, очень не хватает драконов, с которыми можно сразиться во имя прекрасной дамы. Думаю, крупный аллигатор вполне заменит дракона.

«Сразиться во имя прекрасной дамы». Как приятно слышать такие слова! Сандра твердила себе, что Карпатан не имеет права считать ее — даже в шутку — своей прекрасной дамой, но никак не могла рассердиться на него по-настоящему. Наоборот — сейчас ей казалось, что ей будет недоставать Шандора Карпатана. Господи, да она совсем спятила! Пара комплиментов, нежные прикосновения — и она размякла?

— С удовольствием посмотрю на этот поединок, — бросила она вслух.

— Вот только на чьей стороне будут ваши симпатии? — задумчиво отозвался Шандор.

Девушка отступилась на склизком бетоне, и рука Шандора крепче сжала ее локоть. — Осторожнее. Не хотел бы я вытаскивать вас из этой жижи. Вы разозлитесь на меня еще больше, если будете пахнуть, как…

— Сточные воды, — закончила за него Сандра. — Думаю, я уже и так пропахла ими на всю оставшуюся жизнь. Долго нам еще идти?

— Около полумили. Канализационные воды сбрасывают в реку Гратани, это примерно четверть мили за городской чертой. К сожалению, напротив места сброса находится дорога, которую контролируют солдаты Налдоны. Яннот организовал отвлекающий маневр, и нам придется подождать, пока его ребята сделают свое дело, прежде чем мы сможем покинуть тоннель. Это займет минут сорок.

— Отвлекающий маневр? — переспросила Сандра.

— Нападение партизан.

— И все только для того, чтобы вывести меня из города?

— Игра стоит свеч. Я с каждой минутой все больше убеждаюсь в этом.

Оглянувшись, Сандра увидела на губах его легкую улыбку.

— Осталось только убедить в этом вас, моя прекрасная амазонка.

— Вам никогда не удастся… — Сандра осеклась на полуслове. Что проку спорить по пустякам? Она невольно ускорила шаг. — Давайте выбираться отсюда побыстрее, пока я насквозь не пропиталась этой вонью!

Шандор буркнул в ответ что-то неразборчивое, но Сандра не сомневалась: он от души сочувствует ей. Теперь она точно знала — за жесткостью и непреклонностью Шандора Карпатана прячется нежная, полная сострадания душа.


— Быстрее, черт побери, быстрее! — сейчас в голосе Шандора не было и тени нежности. Он довольно грубо тащил Сандру вверх по скользкому откосу. — Люди Яннота не могут стрелять так долго. Еще минута — и их обнаружат. Мы должны поскорей перебраться через вершину холма.

— Да я и так спешу! — Сандра вырвала у него руку и бросила взгляд на дальний берег реки. Солдаты Налдоны перестреливались с партизанами и не замечали беглецов — пока. — Бегите! Нечего тащить меня за руку, точно куклу! Я и сама поспею за вами.

— Не сомневаюсь, — Шандор быстро отвернулся. В глазах его мелькнуло неподдельное уважение. — Тогда не мешкайте!

И он побежал, стараясь ступать почти бесшумно. Сандра не отставала, не уступая ему в осторожности. Тропинка, по которой они бежали, почти вертикально вела вверх по склону. Добравшись до вершины, Сандра тяжело перевела дух. Господи, она совсем выбилась из сил! Правда, с удовольствием отметила девушка, Шандор тоже явно обессилел.

— Нас заметили? — тревожно спросила она.

— Тогда бы над вашей милой головкой уже свистели пули. Нет, нас не заметили, но все равно нам нельзя мешкать, пока не окажемся среди своих. Вам нужно передохнуть?

Сандра покачала головой. И снова Карпатан посмотрел на нее с нескрываемой гордостью.

— База вон за тем холмом. Пешком туда идти пару часов, но как только мы проберемся за линию обороны, можно будет вздохнуть спокойнее. Мы даже сможем остановиться и перевести дух.

С этими словами Шандор стал быстро спускаться вниз. Он не оглядывался, всем видом говоря, что не сомневается: Сандра не отстанет ни на шаг.

При мысли об этом девушка вдруг воспряла духом. Сейчас она понимала, почему сотни людей готовы идти на смерть ради этого человека. Она и сама сделала бы все что угодно, только бы снова увидеть в его глазах гордость и восхищение.

Сандра совсем обессилела. По спине ее лил пот, каждый вздох отдавался болью в боку. Шандор вдруг остановился, зорко глянул на девушку. Она опустилась на землю под огромным кленом, привалившись спиной к стволу.

— Теперь мы в безопасности, — заверил ее Карпатан.

— А как вы поняли, что мы перешли эту вашу линию обороны? — едва отдышавшись, с любопытством спросила Сандра. — Мы не видели ни одного вашего человека.

— Это потому что часовые знают, кто я. — Шандор опустился рядом с ней. — Постороннего остановили бы за сотню шагов от этого места.

— Хорошо, что у ваших людей такое отличное зрение, — съязвила Сандра. — Они ведь могли пристрелить и меня, если бы я все-таки отстала от вас.

— Ни в коем случае. Они видели вас со мной. — Шандор промолчал, глянул с подозрением на девушку. — И все же не советую даже думать о побеге. Вас не тронули бы мои люди, но я сам настиг бы вас задолго до того, как вы добрались бы до входа в канализацию.

— Что ж, придется придумать, как обвести вас вокруг пальца, — устало ответила Сандра. — Я ведь уже сказала: в Белахо у меня важное дело, и я не могу бросить его на полпути.

— Что, черт побери, так важно для вас, что вы готовы рискнуть ради этого жизнью? — раздраженно спросил Шандор. — Ради бога, скажите!

Сандра открыла рот, но тут же передумала. Ей очень хотелось выполнить просьбу Шандора… но она не могла довериться ему так поспешно. Шандор Карпатан обладает поистине дьявольским обаянием. Что, если она ошиблась в этом человеке? На лице его вдруг отразилась боль, почти отчаяние.

— Хорошо, я подожду… но когда-нибудь вам придется сказать правду.

Сандра твердо выдержала его взгляд, не подав виду, что ее снова охватила паника. Шандор прав. Если она останется с ним, то рано или поздно расскажет обо всем, что он хочет знать. Когда — это лишь вопрос времени. Она и так следует за ним, словно покорная рабыня. Кто бы мог представить такое вчера вечером, когда она впервые увидела его на террасе?

— Нет! — воскликнула Сандра, вскочив на ноги. — Черт побери, Карпатан, я не позволю вам мной командовать! Вы и без того заворожили половину Тамровии, так оставьте же в покое меня!

— Не могу, — честно признался Шандор. — Я старался изо всех сил. Думаю, вы тоже скоро поймете, что сопротивляться бесполезно.

— Черта с два! — резко повернувшись, Сандра бросилась бежать. Тихо выругавшись, Карпатан метнулся за ней. Она не бежала, а словно летела над землей. Ярость придавала ей сил.

— Стойте же, черт побери! — Шандор уже нагонял ее. — Сандра, это ведь не…

Прибавив ходу, она оторвалась от своего преследователя. Неужели ей удастся ускользнуть? Сандра не собиралась убегать, просто поддалась внезапному порыву освободиться от неукротимого влияния Карпатана. Вдруг получится? Она сильна и вынослива. Шандор не станет звать на помощь, чтобы его люди не стали стрелять в бегущую девушку. Ну же, еще несколько шагов, и…

Сильный толчок в спину швырнул ее на землю. Карпатан тут же оказался рядом. Сильная рука его легла на затылок девушки, прижала ее голову к траве. Сандра задыхалась! Она дернулась, но Карпатан держал крепко.

— Уймитесь, — Шандор говорил спокойно, почти равнодушно. — Либо вы пообещаете, что не станете больше убегать, либо мне придется прижимать вас лицом к земле, пока не потеряете сознание.

Ждать оставалось недолго. Сандра уже проваливалась во тьму, которая то приближалась, то отступала прочь.

— Дайте слово! — требовал Карпатан. Черт побери, как она может произнести это самое слово, если ей нечем дышать? Видимо, Шандор понял это, потому что рука его, не ослабляя хватки, повернула голову девушки.

— Даю слово, — задыхаясь, пролепетала Сандра.

Карпатан рывком перевернул ее, и девушка впилась глазами в его лицо. Он был бледен, словно сам только что чуть не задохнулся. Почему, почему он так бледен? Грудь ее тяжело вздымалась, каждый вдох обжигал легкие.

— Вы победили, Карпатан, — пробормотала она. — Пока.

— Боже! — простонал Шандор. — Почему вы принуждаете меня к жестокости?

Он стянул с нее плащ и отбросил прочь. Затем руки его скользнули под грудь девушки. От неожиданности Сандра охнула, но тут же расслабилась — в этом жесте не было ничего интимного. Шандор решил сделать ей массаж, чтобы помочь восстановить дыхание.

— Расскажите мне, что так гонит вас в Белахо, — почти умолял он. — Позвольте помочь вам! Вы же знаете, я не могу вас отпустить.

Левая щека его чуть подергивалась от волнения.

— Что бы вам ни было нужно в Белахо, я прикажу — и это сделают за вас мои люди. Все можно решить. Доверьтесь мне, Сандра.

Какие у него теплые, нежные руки! Какие красивые синие глаза, полные печали и сочувствия. Сандра вдруг совершенно перестала на него сердиться. Шандор сделал лишь то, что считал своим долгом. На его месте она, возможно, поступила бы так же.

— Доверьтесь мне, — снова повторил Шандор. — Вы не пожалеете об этом, Сандра.

Что ж, она от души надеялась, что этот человек не обманет ее. Потому что… потому что просто не может не доверять ему.

Едва Сандра поняла это, с ее души точно камень свалился.

— Есть один священник, — запинаясь, проговорила она. — Отец Джон Дино. Я должна встретиться с ним сегодня, чтобы окончательно… — Девушка запнулась, вновь охваченная сомнениями, и в упор посмотрела на Шандора. — Если вы предадите меня, Карпатан, я найду вас и перережу вам горло!

— Но вы пока еще ничего мне не рассказали, — сухо заметил Шандор. — О чем же вы должны были договориться с этим самым священником?

— Речь идет о детях, — Сандра смотрела куда-то поверх его плеча. — Они больше всего страдают от войны. Вы с Налдо-ной раздираете эту страну на части, борясь за свои принципы. Я уже видела войну. Кто бы ни победил, ваш народ обречен на голод и новые страдания. А дети… Дети выживут. Они всегда выживают. Только кто-то должен помочь им.

— И этим решили заняться вы? — Шандор нежно отвел пальцем прядку с ее виска.

Сандра кивнула, по-прежнему не глядя на него.

— Джеймс дает деньги, а я нахожу того, кто позаботится о детях. Кого-то вроде отца Дино, который не является приверженцем ни одной из сторон. Через таких людей мы переправляем продовольствие и медикаменты. Лучше не прибегать к посредничеству государства, которое обычно оставляет себе львиную долю благотворительных фондов.

— Понимаю.

Он произнес это таким странным голосом, что Сандра тут же взглянула ему в глаза. В них был не только гнев — искренняя, неподдельная боль.

— А меня вы приравниваете к бюрократам, способным ограбить детей? Боже мой, Сандра, каким же чудовищем я кажусь в ваших глазах?

— Но я ведь до вчерашнего вечера совсем не знала вас! Вы с Налдоной имеете большую власть над людьми, а власть портит даже самых сильных.

— И превращает их в негодяев, способных украсть деньги у детей? — Глаза Шандора свирепо сверкали. — Я веду эту войну, в том числе и для детей… — Он с силой стиснул зубы, вздохнул поглубже, чтобы успокоиться. Сандра, сама того не желая, нащупала его слабое место. Кому, как не Шандору Карпатану, знать разрушительную силу власти? Испив это терпкое вино, Налдона превратился из борца за народные права в свирепого диктатора. И можно ли обвинить Алессандру Баллард в том, что она решила, будто Шандор при случае способен поступить так же?

— Что я могу сделать для вас, Сандра? — успокоившись, спросил он.

Теперь во взгляде его сквозила чудовищная усталость… и Сандре вдруг стала невыносима мысль, что она причинила ему боль.

— Я действительно доверяю вам, Карпатан, — прошептала она. — Я знаю, что вы не обидите детей.

— Спасибо, — лицо Шандора озарилось улыбкой. — Думаю, от вас непросто заслужить подобный комплимент. Похоже, вы не из тех, кто легко проникается доверием к людям. Я знаю, что при малейшем подозрении вы снова будете готовы вырвать из груди мое бедное сердце…

Все это время руки Шандора продолжали свои размеренные движения, хотя дыхание Сандры давно уже выровнялось. Она хотела сказать ему об этом, но слишком приятно было прикосновение его сильных и таких нежных рук.

— Теперь давайте подумаем, как нам добиться цели, — сказал Шандор. — Я не могу рисковать безопасностью отца Дино и приводить его в свой лагерь, чтобы он мог встретиться с вами. Лучше пошлем к нему курьера, который передаст ваши указания и принесет вам записку от священника, подтверждающую, что он по-прежнему готов к сотрудничеству. — Шандор пристально глядел в лицо Сандры. — Если вы готовы доверить столь важное послание одному из моих людей.

Девушка медленно кивнула.

— Я думаю, вы неплохо разбираетесь в людях, — она невесело улыбнулась. — К тому же недавно вы весьма убедительно показали мне, что ждет того, кто вздумает вас ослушаться. Думаю, никто из ваших людей не захочет навлечь на себя гнев грозного Танзара.

— Тот, кого я пошлю с вашей запиской, плевать хотел на мой гнев, — улыбнулся Шандор. — И все же — ему можно доверять. — Он вдруг помрачнел. — Я также попрошу его отнести записку Брюнеру — пускай знает, что вы в безопасности. И единственное, чего я попрошу взамен, — позвольте мне спокойно переправить вас в Швейцарию.

— Я вовсе не так уж несговорчива, — вздохнула Сандра. — Если вы поможете мне закончить свои дела с отцом Дино, я рада буду покинуть Тамровию. Не могу сказать, что мое пребывание здесь было приятным.

— Жаль, если это так. На самом деле Тамровия — чудесная страна. Я мог бы показать вам такие места…

— Думаю, поздновато устраивать мне экскурсии по Тамровии. И не кажется ли вам, Карпатан, что мне уже можно встать на ноги?

— Шандор, — сказал тихо он. — Я хочу услышать, как вы произносите мое имя.

— Шандор, — послушно повторила она и осеклась, глянув ему в глаза. Они так пылали желанием, что девушке стало не по себе.

— Еще! — Теперь движения его рук уже были не так невинны. — Мне нравится слышать, как ты зовешь меня по имени… Еще!

Но у Сандры перехватило вдруг дыхание, и она не могла выдавить ни звука. Плоть ее сладко ныла, откликаясь на каждое прикосновение его сильных пальцев.

— Шандор, — прошептала она.

— Какая у тебя чудесная, пышная грудь. — Шандор жадно пожирал глазами проступившие сквозь футболку твердые соски. — Я до сих пор вижу тебя полунагой, в одном белье, как там во дворце, когда ты переодевалась. — Пальцы его нежно гладили ее грудь. — Я мечтаю, чтобы ты склонились надо мной нагая, и я мог бы… — Шандор закрыл глаза. Прошлой ночью, лежа рядом, я думал о том, какое мягкое и нежное у тебя тело. Я почти готов был расстегнуть блузку и коснуться твоей груди — всего лишь коснуться… Но тут же понял, что не смогу на этом остановиться. — Он открыл глаза, потемневшие от страсти. — Я знал, что вслед за тем захочу коснуться тебя губами.

— Прекратите! — Сандра нервно облизала губы. Грудь ее напряглась, изнывая, все тело до самых кончиков пальцев жаждало его прикосновений. — Я ничего не понимаю. Я не хочу… Это слишком быстро.

— Я знаю, знаю, — тихо сказал Шандор. — Но теперь уже ничего не поделаешь.

— Да, — призналась она, не в силах перечить очевидному.

— Хорошо, что ты не споришь хотя бы с этим, — с облегчением вздохнул Шандор. — Приятно знать, что я мучаюсь не один. Что ж, раз у меня есть надежда, не стану тебя торопить. Тебе надо привыкнуть к этой мысли. Впрочем, — тихо добавил он, — не уверен, что был бы так же великодушен, если бы не подозревал, что за нами наблюдают с огневых позиций. Я так хочу тебя, Сандра, — он с явной неохотой отстранился. — Ни одной женщины в мире я не желал так сильно.

— Я… я ничего не могу обещать… — в замешательстве она не находила нужных слов. — Я не знаю…

— Зато знаю я, — уверенно заявил Шандор, вставая и помогая Сандре подняться на ноги. — Ты натура откровенная, Алессандра Баллард. Когда будешь готова, просто подойди и скажи мне об этом. Однако я знаю точно — ты будешь моей.

Наклонившись, Сандра подобрала с земли плащ.

— Вы умеете убеждать, Шандор, но я не люблю связывать себя. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — А мне почему-то кажется, что вы вряд ли станете уважать свободу своей женщины.

— Тут ты права, — Шандор невесело улыбнулся, — но это единственный мой недостаток. Возможно, когда ты узнаешь мои многочисленные достоинства, ты смиришься с одним изъяном.

— Возможно, — Сандра отвела взгляд. — Вам не кажется, что пора отправляться в путь? Нам ведь надо поскорее послать записку отцу Дино. — Она с отвращением посмотрела на перекинутый через руку плащ. — Если от меня пахнет так же ужасно, как от этого плаща, то мне хотелось бы хорошенько помыться. Надеюсь, на вашей базе у меня будет такая возможность?

— Что-нибудь придумаем. — Шандор взял ее за руку. — Положись на меня.

Она уже во многом положилась на этого мужчину, которого не знала до вчерашнего вечера. Странно, но рядом с Шандором Карпатаном Сандра чувствовала себя в полной безопасности.

Глава 4

— Эй, Шандор, я уже хотел отправляться за тобой! Неужели ты так долго искал дорогу? — Сидевший у костра бородатый великан при их появлении поднялся с удивительной для его размеров ловкостью и окинул Сандру оценивающим взглядом. — Впрочем, любой на твоем месте не стал бы торопиться.

— Что касается дороги — не так легко и помнить ее, когда место меняется каждую неделю. Я ведь не цыган, Поло, — на губах Шандора заиграла улыбка. — К тому же кое-что меня действительно задержало. Великан в ответ пожал плечами.

— Что ж, цыганом надо родиться — этому невозможно обучиться в твоем возрасте. Но в тебе тоже есть кое-что… Поэтому я так долго и остаюсь с тобой. Ты устроил для меня самую увлекательную охоту в Тамровии.

— Благодарю за комплимент, — Шандор отвесил ему шутливый поклон. — Изо всех сил старался тебе угодить. Вот и сейчас у меня есть задание, которое должно тебе понравиться. Вернее, не у меня, а у нашей гостьи. Позволь, Сандра, представить вам Поло Дебака. А это — мисс Алессандра Баллард.

— Вот это, я понимаю, настоящая женщина! — огромная ручища Поло сжала ладонь Сандры. — Такая достойна стать подругой Танзара. Рад, что ты проявил наконец здравый смысл. Она родит тебе отличных, сильных сыновей.

— Вы так думаете? — пробормотала Сандра. Ей казалось, что она видит сон наяву. Она никак не ожидала встретить в партизанском лагере такого необычного человека. Вместо камуфляжа, как остальные, он носил грубые полотняные брюки, заправленные в высокие кожаные сапоги, и коричневую рубашку с широкими рукавами. Борода цыгана была присыпана сединой, но глаза, смотревшие на Сандру, были живыми и ясными. Взгляд его словно завораживал. Что он там сказал? Что-то о… Сандра быстро убрала руку.

— Нет. Вы неправильно поняли мистера Карпатана. Я здесь, чтобы…

— Мы с мисс Баллард договорились кое о чем, — перебил ее Шандор, — но, увы, продолжение славного рода Карпатанов не входило в список наших договоренностей. Может быть, потом мы включим это в дополнительное соглашение. Мисс Баллард хочет, чтобы ты доставил записку одному человеку в Белахо.

— С удовольствием, — согласился Поло, — а то у нас тут последнее время скучно. Рад буду хоть какому-то занятию.

— Ни слова от Зака? — нахмурившись, спросил Шандор.

— Вчера пришла радиограмма, — ответил Поло, — но тебе вряд ли понравится ее содержание. Они потеряли время, переправляя оружие через границу. Груз будет на базе только через два дня.

Шандор тихо выругался и рубанул воздух ребром ладони.

— Этого я и боялся!

— Зак делает все возможное. Он знает, что мы вынуждены сидеть сложа руки, пока не получим оружие.

— Я все понимаю… но наверняка ведь существует способ ускорить дело! Попробую пробиться к нему, — Шандор оглянулся на Сандру. — Напишите записку и отдайте Поло. Он обязательно доставит ее по адресу.

С этими словами Шандор направился к большой палатке, разбитой на другой стороне поляны.

Что ж, подумала Сандра, ее поставили на место. Как только возникли проблемы, связанные с борьбой Шандора, он забыл о своем влечении к случайной знакомой.

— Он очень нервничает из-за оружия, — тихо сказал Поло, не сводивший глаз с девушки. — Чем дольше отсрочка, тем больше будет новых жертв. Шандор хочет, чтобы эта война поскорее закончилась.

— Понимаю. Когда в мужчине говорит тщеславие…

Поло покачал головой.

— Так ты считаешь его тщеславным? И что же, по-твоему, может дать ему эта война? Что такое, чего он не имел раньше?

— Власть.

— Ты уверена, что Шандор жаждет власти? — Запрокинув голову, Поло заливисто рассмеялся. — Знаешь, чего он больше всего боится? Что после победы народ будет настаивать, чтобы он стал президентом новой республики. Шандор устал быть Танзаром.

— Но он ведь всегда может отказаться.

— Шандор не из тех, кто бросает начатое на полпути. Он не умеет говорить «нет», когда люди нуждаются в нем. — Поло скривил губы. — Но, как ты понимаешь, кто-нибудь всегда будет нуждаться в помощи Танзара.

Шандор Карпатан станет первым президентом Тамровии. Почему при мысли об этом она вдруг похолодела? Девушка расправила плечи и посмотрела в глаза цыгану.

— Шандор говорит, что вы не принадлежите ни к одной из сторон, но вы находитесь в его лагере и выполняете его поручения.

— Я цыган. Мой народ не вмешивается в войны и в политику.

— Тогда почему же вы здесь, с Шандором?

— Он нравится мне. Он хороший охотник, — глаза цыгана лукаво сверкнули. — Почти такой же хороший, как я. — Поло выдержал паузу. — Так ты побоялась бы доверить свое послание самому Шандору?

— Не знаю, — Сандра беспомощно улыбнулась. — Но вам я почему-то верю, Поло. Как вы думаете, хватит одного дня, чтобы доставить эту записку человеку в Белахо и принести мне ответ?

— Конечно, если только этот человек не сидит в одиночной камере в подвале Налдоны. — Лицо Поло озарилось улыбкой. — Тогда мне потребуется два дня.

Сандра тоже невольно улыбнулась.

— Не беспокойтесь — этот человек на свободе. С ним очень легко связаться. Поэтому я и выбрала его для своих целей.

— Жаль. Я надеялся, что меня ждет более увлекательное приключение. Принести вам ручку и бумагу?

— Да, — кивнула Сандра.

Через полчаса она закончила писать свое послание, передала его Поло и объяснила, где искать отца Дино. Глядя, как цыган уверенно шагает между деревьев прочь от поляны, девушка покачала головой. Великан, не боящийся опасности и не знающий слова «осторожность». Она никогда не выбрала бы такого человека для подпольной работы.

— Почему у тебя такой скептический взгляд? — послышался над ее ухом голос Шандора.

Обернувшись, она взглянула в его хмурое лицо. Очевидно, переговоры с Заком Деймоном прошли совсем не так, как ему хотелось бы.

— Только не говори, что и Поло ты тоже не доверяешь.

Девушка невольно присвистнула. Да, пожалуй, у него очень плохое настроение.

— Я думала вовсе не о его надежности, а о его неординарной внешности. Не опасно ли посылать такого человека в город, кишащий солдатами Налдоны?

Лицо Шандора немного просветлело.

— Поло умеет выходить целым и невредимым из самых невероятных ситуаций.

— Удивительно, — пробормотала Сандра.

— Поло Дебак и сам удивительный человек, — сказал Шандор, беря ее за руку. — А теперь пойдем.

Сандра удивленно посмотрела на него.

— Куда?

— Ты ведь хотела освежиться с дороги, — напомнил он, увлекая девушку за собой. — Сейчас у нас будет такая возможность.

— Здесь? — Сандра удивленно огляделась. Вокруг поляны бродило не меньше двух десятков солдат. — Я предпочитаю более уединенное место.

— Не волнуйся, тебя никто не увидит. Ты, кажется, забыла: я — великий собственник. Я велел никому не приближаться к месту нашего купания ближе чем на пятьдесят шагов. Кто ослушается, будет иметь дело со мной. — Шандор невесело улыбнулся. — А я сейчас в таком настроении, что вряд ли кому-то придет в голову ослушаться.

Глядя на его угрюмое лицо, Сандра в этом не сомневалась.

Шандор привел ее к небольшому лесному озеру примерно в полумиле от лагеря, окруженному густым кустарником.

Шандор вынул из кармана кусок мыла.

— Только не упусти его в воду. Мыло для нас — настоящая роскошь. В лагере кончаются все припасы. Я вернусь на базу — найду чистые полотенца и принесу твой рюкзак. Вернусь через двадцать минут.

Сандра смотрела ему вслед, пока он не скрылся за деревьями. Шандор ни разу не обернулся. Едва она решила, что успела изучить этого человека, он показал ей еще одну сторону своей многогранной натуры. Говорит с ней, словно с деревяшкой, а не живым человеком. Конечно, его огорчила задержка с оружием, но Сандру все равно обожгла обида. Обида? Что за глупости? Разве может она, Сандра Баллард, столько повидавшая за свою жизнь, обижаться по таким пустякам? И все же с первой встречи с Шандором она неудержимо меняется. Впрочем… быть может, он ушел так поспешно просто потому, что хотел обеспечить ей уединение? Оттуда ему знать, что она давно исключила застенчивость и скромность из арсенала своих добродетелей? Ну конечно, Шандор позаботился о том, чтобы она не чувствовала себя неловко! Улыбаясь, девушка принялась расстегивать блузку.

Сандра пела, вернее сказать — тихонько мурлыкала под нос мелодию, изредка вставляя непонятные слова. Шандор остановился за кустами и прислушался. Что может быть чувственней тихого напева женщины, которая не подозревает, что ее слышат? Плоть его тут же отозвалась на эти звуки новой волной возбуждения. Он постоял немного, стараясь овладеть собой, затем все же двинулся к озеру.

Сандра стояла в воде спиной к Шандору. Мокрые волосы словно прильнули к ее спине и нагим плечам. Шандор и не подозревал, что у нее такие длинные волосы… Он знал, что увидит девушку обнаженной, и все же это зрелище поразило его. Он застыл, тяжело и нервно дыша, распаленная кровь гулко стучала в висках. Шандор понимал, что должен бы отвернуться, и все же не мог отвести глаз.

Вода доходила девушке до пояса, но была такой прозрачной, что Шандор прекрасно видел ее белоснежные бедра и длинные стройные ноги. Капельки воды осыпали плечи и спину Сандры. Кожа ее блестела в лучах солнечного света, проникавшего сквозь деревья. Одинокая капелька стекала по ее нагой спине… и Шандор, увидев это, едва не застонал.

Сандра вдруг замолчала и тихо окликнула:

— Шандор?

— Повернись, — хрипло сказал он. — Я хочу на тебя посмотреть.

— Не знаю, надо ли… — Сандра ощутила спиной его взгляд. Жаркая волна желания захлестнула ее. Девушка закрыла глаза. Она хотела возразить, но понимала, что уже не в силах сопротивляться неизбежному. Шандор прав — отступать уже поздно.

— Я тоже хочу, чтобы ты посмотрел на меня, — призналась девушка.

И обернулась к Шандору, горделиво вскинув голову. Полные груди ее напряглись под его жадным взглядом, но она не испытывала смущения.

— Иди сюда, — тихо позвал Шандор, не сводя с нее глаз. — Пожалуйста.

Он положил на землю рюкзак и полотенце. «Чтобы освободить руки», — подумала Сандра, и сердце ее часто, гулко забилось. Ледяная вода омывала ее обнаженное тело, но не могла остудить жар желания. Она вся горела и знала, что Шандор чувствует то же самое. Это ясно читалось это в его глазах. Протянув руку, Шандор вывел Сандру на берег. И тут ее охватила паника. Куда только делась отвага!

— У тебя всегда все выходит так легко? — дрожащим голосом спросила она. — Сказал «пожалуйста» — и получи, что захочешь?

— Я скажу все, что ты пожелаешь, только не запрещай смотреть на тебя, — словно завороженный, проговорил Шандор.

Сандра молчала, не в силах проронить ни слова. Наклонив голову, он слизнул языком капельку, стекавшую по ложбинке между ее грудей. Тело ее тотчас отозвалось на эту ласку — соски отвердели, груди приподнялись, набухли. Уронив мыло, Сандра со стоном запустила пальцы в густые волосы Шандора. Губы его уже ласкали темный упругий сосок, ладони сжимали тяжелую полную грудь, до которой он так мечтал дотронуться. Сандра прижала к себе его голову. Ее била дрожь, и она едва держалась на ногах.

Наконец Шандор поднял голову и посмотрел на нее глазами, затуманенными страстью.

— Ты вся дрожишь, — пробормотал он. — Тебе надо вытереться… замерзла?

— Нет, совсем наоборот.

Шандор медленно протер полотенцем плечи и шею Сандры. Когда он дотронулся до сосков, по телу ее снова пробежала дрожь.

— Как ты прекрасна, дорогая! — с восторгом прошептал Шандор. — Твои груди — словно спелые яблоки. Как же я хочу насладиться их божественным вкусом!..

Он медленно опустился перед ней на колени.

Словно завороженная девушка глядела сверху вниз на Шандора. Пальцы ее все так же перебирали его волосы. Он покрывал страстными, дразнящими поцелуями се нагой живот, бережно проводя полотенцем по бедрам.

— Мне нравится, когда ты гладишь меня по волосам, — едва слышно шептал он. — Как бы я хотел, чтобы ты касалась меня всего, сначала легко и нежно, потом страстно… Я хочу, чтобы ногти твои впивались в мои плечи…

И вдруг он провел полотенцем между ее ног, там, где курчавились мягкие сокровенные волоски. Сандра затрепетала всем телом.

— Шандор! — вскрикнула она. — Остановись, это слишком…

— Слишком прекрасно? — шепотом отозвался он. — Хорошо, я не стану спешить. Вот так лучше, правда? — С этими словами он опустил полотенце и уже губами, языком коснулся влажной потаенной плоти. — Так лучше?

Если только одна пытка бывает лучше другой!

— Нет, о, нет! — воскликнула Сандра. — Я… я хочу…

Шандор резко поднял голову. Глаза его горели безумием.

— Ты хочешь меня? Так? — Он с силой сжал руками ее нежные трепещущие бедра. — Я тоже, тоже, о как сильно я хочу тебя, дорогая!

— Прямо здесь? — В голосе ее не было и тени упрека. Сейчас она ничего не смогла бы запретить ему. Сандре хотелось только одного — чтобы он овладел ею.

Шандор вдруг застыл.

— Ты хотела сказать, что я веду себя, как животное?

— Нет, что ты! — с жаром возразила Сандра.

— Может, я и животное. — Шандор вдруг отпустил ее, резко вскочил на ноги и принялся расстегивать рубашку. — Я часто спрашиваю себя, сумею ли снова стать другим, когда кончится эта ужасная война. — Отбросив рубашку прочь, он продолжал раздеваться. — Я и вправду был готов швырнуть тебя на землю, точно дешевую проститутку… — Шандор стоял перед ней нагой, и теперь Сандра явственно видела, как он возбужден. — И если ты немедленно не уберешься отсюда, я, черт побери, сделаю это, потому что просто не смогу остановиться.

Он стремглав бросился в озеро и поплыл, словно надеясь, что холодная вода сможет облегчить его муку. Затем резко встал на ноги и обернулся к Сандре.

— Что же ты стоишь? Одевайся и возвращайся в лагерь!

Девушка недоуменно глядела на него.

— Что случилось?

Как ей не хватает его прикосновений! Как ей пусто и одиноко! Неужели Шандор передумал? Неужели он больше не хочет ее?

— Что с тобой? Я же сама хотела этого?

— Знаю! — почти прорычал Шандор. — Но сейчас тебе лучше одеться. Холодная вода меня вряд ли отрезвит.

— Ладно, — Сандра принялась одеваться, искоса поглядывая на Шандора. — Но все-таки — почему ты остановился?

— Потому что я не животное! — Шандор словно зачарованный глядел, как она застегивает пуговицы на блузке. — Я не хочу быстро и грубо овладеть тобой. Не хочу, чтобы ты потом с ужасом вспоминала о нашей близости. Когда придет время, пусть наше наслаждение будет взаимным. Я подожду. Я выдержу.

Сандра жалела, что не может сказать то же самое о себе. С ней творилось нечто странное. Никогда не испытывала она такого прилива страсти. В ней словно бушевал лесной пожар, много лет ожидавший искры, которую заронит в ее плоть первое прикосновение Шандора Карпатана. Стоило ей сейчас глянуть на него — и с новой силой охватывала ее сладостная, мучительная истома.

В одежде Шандор казался худощав, но сейчас, нагой, он был воплощением мужской силы и красоты. С неподдельным восторгом Сандра смотрела на его широкие плечи, грудь, покрытую курчавыми черными волосами, и стройные мускулистые бедра. Глаза ее невольно опускались ниже, ниже…

— Алессандра!

Девушка виновато вскинула голову. Шандор смотрел на нее с нежной улыбкой, но во взгляде его сквозило отчаяние.

— Не надо, не надо мучить меня, дорогая. Позволь мне решать, хорошо?

Сандра быстро обулась, провела рукой по мокрым спутанным волосам.

— У тебя нет расчески?

— Она в палатке. Попроси любого, кто встретится на пути, — тебе покажут дорогу.

— Очень хорошо. Я пришлю к тебе кого-нибудь с чистой одеждой. — Сандра подняла с земли мыло и кинула ему. — Лови!

Шандор поймал мыло, не сводя с нее глаз.

— Сердишься?

— Нет, — Сандра повернулась к нему спиной. — Просто я не люблю, когда у меня отнимают право принимать решения. В следующий раз решать буду я. И все закончится совсем иначе.

— От души надеюсь на это, — произнес Шандор с таким жаром, что Сандра невольно улыбнулась. — В этой борьбе мне больше всего хотелось бы проиграть.

— Рада это слышать. — Сандра медленно пошла по тропинке, ведущей в лагерь.

— Алессандра!

Девушка оглянулась на него.

— Я не хочу быть для тебя случайным встречным, любовником на час, — серьезно проговорил он. — Мы желаем друг друга, и это неплохое начало. Когда придет время, ты будешь так же сходить с ума от желания, как схожу сейчас я, — он улыбнулся. — И тогда можно будет сделать следующий шаг.

Следующий шаг? Сандра почему-то боялась спросить, что он имел в виду. Она пошла прочь, но вдруг остановилась и, не глядя на Шандора, сказала:

— Ты — вовсе не животное, Шандор. Не беспокойся об этом. Я знаю настоящих животных, и ты не имеешь с ними ничего общего.

Раздвинув кустарник, она почти побежала к просеке.


Поло Дебак вернулся в лагерь поздно вечером. Он пришел так же тихо и незаметно, как уходил. Только что Сандра сидела одна у костра и глядела в огонь — и вот уже Поло сидит рядом и подает ей записку.

— Дело сделано, — улыбнулся он. — Я вернулся бы еще до заката, но у отца Дино тоже нашлись для меня поручения. Он хотел сразу сообщить тебе, что линия связи налажена, — Поло удивленно изогнул бровь. — Ты, часом, не шпионка?! Если так, я должен научить тебя появляться и исчезать незаметно. Людям нашего роста это нелегко.

— Я не шпионка, — серьезно заверила его Сандра, и глаза ее задиристо сверкнули. — Но если решу сменить профессию, буду знать, у кого мне брать уроки. — Она взяла у Поло записку. — Вы — настоящий волшебник.

— О, да. — Цыган палкой поворошил угли костра. — Без меня Шандор не победил бы в этой войне.

— Вы говорите так, словно победа уже одержана.

— Так оно и есть. Именно поэтому Шандор на пределе. Ему было проще, когда надо было сосредоточить всю свою энергию на борьбе. Шандор не любит ждать, — Поло огляделся. — Кстати, где он?

Сандра сосредоточенно смотрела в огонь.

— Не знаю. Пару часов назад он удалился с несколькими офицерами в штабную палатку. Больше я его не видела.

Поло встал.

— Тогда найду его и расскажу, что с успехом выполнил твое задание. Впрочем, он был заранее уверен в этом. Я всегда отлично справляюсь с его поручениями.

— Не сомневаюсь в этом, — Сандра, улыбнувшись, поглядела на Поло. — Спасибо за то, что вы отлично справились и в этот раз. Это очень важно для меня.

— Не за что. Я сделал бы это, даже если бы ты не была женщиной Танзара.

— Я уже говорила, я вовсе не жен…

Но Поло уже не слушал ее. Он шагал в сторону штабной палатки, и Сандра отметила про себя, что под огромными сапогами цыгана не треснул ни один сучок.

Она прочитала записку. Отец Дино написал обо всем очень подробно, даже перечислил имена и дал краткие характеристики тех, кого выбрал на роли связных.

— Довольна?

Подняв глаза, она увидела стоящего рядом Шандора. Он переоделся в камуфляж и высокие солдатские сапоги. Военная форма подчеркивала исходившие от него силу и мощь.

— Пожалуй, да, — Сандра сложила записку. — Придется послать кого-то в Тамровию, чтобы следить за работой сети, но отец Дино отлично подобрал людей. Так что, думаю, все будет нормально.

— Хорошо, — Шандор присел рядом. — А тебе не приходило в голову попросить меня организовать наблюдение за их работой?

— Я не могу сделать этого, — твердо сказала Сандра.

— Понимаю. — В глазах Шандора отразилась боль. — Ты все-таки не доверяешь мне до конца!

— Ведь речь идет о детях! Я не могу рисковать их благополучием. — Сандра твердо выдержала его взгляд. — Я доверяю тому человеку, которого знаю сегодня… но не знаю, каким ты станешь завтра. Я видела слишком много… — Она пожала плечами. — Впрочем, тебя все равно не убедят мои объяснения.

— Ты права. — Шандор встал и рывком поднял ее на ноги. — Пойдем! Нам надо поспать. На рассвете тронемся в путь.

— Ты идешь со мной?

— До летного поля надо пройти пятнадцать миль по вражеской территории. Неужели ты думаете, что я позволю тебе проделать этот опасный путь без меня? Тем более, — губы его болезненно скривились, — что в ближайшие два дня мне больше нечем заняться. Почему бы не отправиться в поход по живописным местам Тамровии?

— В поход? — устало переспросила Сандра. — Неужели ты хочешь сказать, что нам придется идти пешком?

— А как еще, по-твоему, мы можем добраться до самолета?

— Мне все равно, как. Поездом, машиной, вертолетом, на ослике — выбирай сам, но идти пешком я больше не могу.

— Придется, — угрюмо буркнул Шандор. — Извините, ваше высочество, что не могу обеспечить вас надлежащим транспортом. Уверен, Брюнер купил бы вам пуленепробиваемый «Роллс-Ройс», но я сейчас, увы, не при деньгах. К тому же люди Налдоны отлично вооружены — в том числе и зенитными установками. Единственный безопасный путь — пешком через горы.

— Черта с два! — буркнула Сандра, но тут же прикусила язык. Шандор готов подвергнуть себя опасности, провожая ее по кишащей врагами территории, а она капризничает, точно взбалмошная девчонка. — Хорошо. Я пойду.

— Правда? — Шандора явно удивило ее неожиданное согласие. — Я думал, будет куда труднее уломать тебя. И почему это мне кажется, что на полпути к летному полю меня собьют с ног приемом карате и кинут в придорожной канаве?

— Прием карате не исключается, но я ни за что не брошу тебя одного, — серьезно сказала Сандра.

— Приятно слышать это, — Шандор взял девушку под локоть и легонько подтолкнул к палатке. — Я чувствую себя почти что в безопасности.

Сандра остановилась на пороге, изумленно глядя на единственную койку.

— Так нам снова придется спать вместе? — голос ее помимо воли дрогнул.

— Да, — Шандор нежно провел пальцем по щеке девушки. — Только спать — и больше ничего. Я хочу, чтобы ты не стеснялась кричать и стонать, когда мы впервые займемся любовью. — Он легонько поцеловал ее в кончик носа. — Черт побери, ты сводишь меня с ума! — Отвернувшись, Шандор принялся быстро расстегивать рубашку.

Войдя в палатку, Сандра положила на походный стол фонарик.

— Койка довольно узкая.

— Не уже той, что мы делили вчера ночью.

— Пожалуй, — присев на кровать, Сандра разулась. Глаза привыкли к темноте, и она уже различала в нескольких шагах темную фигуру Шандора. — Мне раздеваться?

Шандор замер на месте.

— Лучше бы ты этого не спрашивала. Я изо всех сил старался овладеть собой, но теперь все мои усилия пошли прахом. — Он подошел к Сандре. — Мне очень хочется ответить «да», но лучше тебе все же остаться одетой.

— Как скажешь.

Шандор положил руку на ее плечо.

— И снова ты дразнишь меня. Когда это ты стала такой покорной?

— А мне хочется покориться тебе, — дрогнувшим голосом призналась Сандра. Никогда еще она не испытывала такого жгучего желания принадлежать мужчине.

Присев на койку рядом с Сандрой, Шандор нежно обнял ее. Девушка невольно вздрогнула, ощутив тепло его тела.

— Что-то не так?

— Да нет, — тихо ответила Сандра. — Просто все это так неожиданно…

— Прости, может быть, зря я привел тебя в свою палатку… но мне так хотелось побыть с тобой рядом эту ночь. — Шандор взял в ладони ее лицо. — Эта чертова война!.. У нас нет времени, понимаешь? Я ведь до сих пор даже не поцеловал тебя. — И губы его слились с губами девушки в поцелуе, полном страсти и невыразимой неги. — Распусти волосы, — попросил он, поднимая голову.

— Что? — недоуменно переспросила Сандра, вглядываясь в темноте в его лицо.

— Я и не догадывался, что у тебя такие длинные волосы, пока не увидел тебя сегодня в озере. Хочу снова погрузить в них пальцы.

Сандра молча выдернула шпильки, и волосы рассыпались по спине. Она рассеянно разжала пальцы. Наверное, завтра она не сможет отыскать шпильки, но сейчас ей было все равно. Шандор перебирал дрожащими пальцами ее волосы, все крепче прижимая девушку к себе. Губы его снова завладели ее губами, и Сандра тихо застонала.

Шандор расстегивал ее блузку.

— Ты ведь, кажется, не велел мне раздеваться, — прошептала она.

— Не стоит обращать внимание на бредни сумасшедшего. Я хочу прижаться к тебе, ощутить жар твоего прекрасного тела, коснуться твоей гладкой кожи.

Он крепче прижал к себе Сандру, и она тихо вскрикнула, затрепетав всем телом.

— Тсс, родная. Все будет хорошо.

— Нет, не хорошо, совсем не хорошо! — простонала она. — Я не выдержу этого!

— А ты попробуй, — Шандор нежно касался губами ее шеи и плеч. — Я хочу, чтобы ты поняла, что принадлежишь мне. Я хочу, чтобы ты заснула в моих объятиях. Я ведь тоже изнемогаю от желания… но не стоит торопить события.

— Это безумие…

Шандор погладил ее по волосам.

— Надо довольствоваться тем, что мы можем себе позволить. Завтра вечером я посажу тебя в самолет и вернусь сюда встречать груз оружия. — Губы его скользили по горячим вискам Сандры. — Но ты права. Я зря затеял все это. Мне не хотелось причинять тебе боль. Давай спать, дорогая.

Сандра чуть не расхохоталась. Неужели он думает, что можно уснуть, когда все твое тело напряжено, словно натянутая струна, и жаждет утоления неутомимой страсти…

— Что ж, попробую. С этими словами девушка закрыла глаза, но долго еще лежала без сна.

Посреди ночи она открыла глаза и увидела склонившегося над ней Шандора.

— Шандор?

Он поднял голову.

— Спи, дорогая, я не хотел тебя разбудить. Все хорошо. Просто я не могу уснуть. Я изучаю тебя, — он поцеловал ее твердый, набухший сосок, — и даю твоему телу возможность привыкнуть к моим ласкам.

Улыбнувшись, Сандра снова закрыла глаза. Тело ее живо откликалось на ласки Шандора. В каждом его прикосновении было нечто большее, чем плотское влечение. Сандра никогда не чувствовала себя такой желанной, такой красивой и женственной.

Она многое узнала о Шандоре Карпатане. О его нежности, его терпении, о его беззащитности перед нею и только перед нею одной.

Проснувшись перед рассветом, Сандра увидела, что Шандор спит, положив голову ей на плечо. Рука его лежала на груди девушки. Глядя на него, спящего, Сандра вдруг ощутила такой прилив нежности, что у нее перехватило дыхание и предательски защипало глаза. Не стоит так распускаться. И как удалось этому мужчине всего за сутки занять такое важное место в ее жизни?

Шандор пошевелился. Сандра невольно вздрогнула и закрыла глаза. Она не любила притворяться, но сейчас просто не готова была оказаться с ним лицом к лицу. До сих пор они двигались навстречу друг другу мелкими осторожными шажками, но то, что она испытывала сейчас, — совсем другое. Непостижимое. Надо поостеречься. Она слишком близко подпустила к себе Шандора Карпатана…

Глава 5

Она не будет, она не должна хромать! Она умеет не поддаваться боли. О, у нее большой опыт! Если дать Шандору понять, как ей тяжело, он тут же остановится. А им нужно торопиться!

— Все в порядке? — Шандор оглянулся и внимательно посмотрел на Сандру.

Черт побери! Неужели он что-то заметил? Девушка быстро облизнула губы.

— Все замечательно. Долго нам еще идти?

— Мили четыре.

— Так далеко? — Девушка попыталась улыбнуться. — А я думала, что мы уже почти пришли.

— В горах двигаться гораздо труднее, поэтому и кажется, что прошел больше, чем на самом деле. Но ты держишься молодцом. Не каждая женщина смогла бы выдержать этот переход. Ты — настоящий солдат. — Глаза его сверкнули. — И ни pазу не пожаловалась — удивительно для леди, которая ненавидит ходить пешком.

— Жалобами ничего не добьешься, — Сандра посмотрела на лежащую перед ней тропинку, которая вилась серпантином от подножия горы и исчезала вверху, среди сосен. — Солнце уже садится. Как ты думаешь, мы успеем добраться до летного поля засветло?

— Не уверен в этом, — Шандор продолжил путь. — Но не бойся — в этом нет ничего страшного. Я знаю эти горы.

— Правда? — надо говорить. Надо все время говорить, тогда он ничего не заметит. — Здесь очень красиво. Обидно думать, что такая красивая страна изуродована войной.

— Здесь не шли бои, — пояснил Шандор. — Налдона всегда держал в этих местах слишком много сил, чтобы мы решились напасть на него. Даже теперь он разместил здесь свои лучшие силы. Сейчас мы могли бы без труда занять эту местность, но это не имеет смысла. В стратегическом отношении она совершенно неинтересна.

— Если так, почему Налдона так старательно удерживает ее?

— Это мой дом, — пояснил Шандор. Он не оглядывался, и Сандра не могла видеть выражения его лица. — Лимтана находится всего в миле к северу отсюда.

— И Налдона захватил эти места в самом начале войны?

Шандор кивнул.

— Ловушка для простака. Я имел глупость рассказать ему, что значат для меня эти края, когда мы еще были товарищами по оружию. Налдона решил, что я полный идиот и попытаюсь вернуться сюда. — Последовала пауза, затем Шандор заговорил очень тихо, почти шепотом: — В проницательности ему не откажешь. Были минуты, когда мне очень хотелось поступить именно так.

— Это так важно для тебя?

— Я люблю эту землю. Ради нее я веду войну. Ты знаешь, что такое ностальгия? Тоска по прошлому. Хочется, чтобы все снова было, как раньше. Память, которая причиняет боль. Для меня ностальгия — память о Лимтане.

Сердце Сандры исполнилось сочувствия. Она даже забыла о собственной боли. Как ужасно, должно быть, так любить свой дом и знать, что он занят врагом!

— Ты скоро сможешь вернуться сюда. Ты ведь сказал, что война почти закончена.

С минуту Шандор молчал. Слова Сандры явно не утешили его.

— Да, война почти закончена, — неохотно кивнул он.

— Лимтана не пострадала?

— Нет. В замке оккупантов не было, и его поддерживают в отличном состоянии. Время от времени Налдона присылает мне фото моего дома, чтобы я видел, как хорошо он о нем заботится, — с горькой иронией прибавил Шандор.

Сандра невольно поежилась, представив себе, как страдает Шандор, глядя на эти фотографии. Черт бы побрал этого мерзавца Налдону! Как ей хотелось бы самой вернуть Шандору его дом!

— Замок снова будет твоим! В один прекрасный день ты опять ступишь под его своды.

— Твоими бы устами да мед пить, — Шандор печально улыбнулся, но улыбка его поблекла, когда он увидел, что лицо девушки исказилось от ярости. — Знаешь, когда это говоришь ты, я почти верю, хотя давно уже… — он замолчал и нахмурился. — Ты что-то бледна, Сандра. Я загнал тебя? Мы идем слишком быстро?

— Нет, все в порядке, — быстро сказала девушка. — Просто уже темнеет. Ты тоже кажешься бледней обычного.

— Что ж, возможно, — кивнул Шандор, но все так же недоверчиво вглядывался в ее лицо. — И все же, я думаю, нам лучше передохнуть. Тут есть неподалеку ручей, мы могли бы там умыться.

Заманчивая перспектива, но Сандра знала наверняка: если они остановятся, она не сможет идти дальше.

— Нет, лучше пойдем, — упрямо сказала она. — Отдохнем, когда доберемся до летного…

Шандор не слушал ее. Он уже прокладывал путь через кусты слева от тропинки. Сандре пришлось волей-неволей последовать за ним.

— Но я в самом деле не устала…

Никакого ответа. Шандор словно не слышал ее.

— Послушай, я…

— Алессандра, — тихо и нежно проговорил Шандор. — Возражать бесполезно. Тебе необходим отдых.

И как она забыла, что с этим упрямым мужчиной совершенно бесполезно спорить?! Угрюмо поджав губы, Сандра продиралась сквозь кусты вслед за Шандором. Почему он не считается с ее мнением? Он глубоко ошибается, если думает, что их отношения будут и дальше строиться подобным образом! Когда она придет в себя, непременно скажет ему пару теплых слов об этой отвратительной привычке брать все на себя!

— Пожалуй, вот здесь, — заявил Шандор, снимая с плеч рюкзак. Они стояли на берегу прозрачного ручья. Кругом царили тишина и покой, даже мерный рокот воды действовал успокаивающе.

— Думаю, нам не стоит пить эту воду, но мы можем помыть ноги, — сказал Шандор, снимая сапоги. — Разувайся скорее и присоединяйся ко мне. Ногам станет гораздо легче.

— Иди один. Я не хочу разуваться — помою только руки и лицо.

Шандор удивленно посмотрел на девушку.

— Не валяй дурака! Тебе нужно охладить уставшие ноги.

Сандра покачала головой.

— В этом нет необходимости. Я не так уж сильно устала. — И почему Шандор всегда спорит с ней? Сандра расстегнула рюкзак и положила его на землю, избегая смотреть в глаза своему спутнику. — Вот так еще лучше.

— Алессандра!

— Нет! — вдруг взорвалась она. — Я ведь уже сказала, что не хочу заходить в ручей. Ради бога, оставь меня в покое!

— Ну уж нет! — Шандор схватил ее за руку и властно приказал. — Посмотри на меня!

Сандра упрямо вскинула подбородок и посмотрела ему в глаза. Шандор внимательно изучал ее лицо. Почему-то она вдруг вспомнила, как он сказал, что выстрелил бы в нее, не сомневаясь ни секунды, если это было необходимо. Сейчас перед ней был совсем не тот Шандор, который сжимал ее в своих объятиях сегодня ночью. Перед ней был грозный Танзар.

— Весьма любопытно было бы узнать, почему ты не хочешь разуваться. По-моему, мне просто необходимо взглянуть на твои ноги. Мне почему-то кажется, что это вполне в твоем духе — прятать от меня кровавые мозоли.

— Нет у меня никаких мозолей. — Сандра поспешно отвела взгляд. — С чего это ты взял? Если бы я натерла ноги, я бы хромала…

— Садись, — велел Шандор. — Я сам разую.

Этот человек непреклонен. Что ж, она тоже умеет быть упрямой!

— Нет! Это просто смешно. У тебя нет никаких оснований считать…

— Успокойся, Сандра. — Он обнял девушку за плечи. — Мы можем стоять здесь и спорить еще хоть полчаса, но потом тебе все равно придется разуться. А если ты попробуешь сопротивляться, то очень быстро окажешься на земле. — Взгляд его похолодел, как лед. — Ты очень сильная женщина, Сандра, но я все равно сильнее. Не заставляй меня снова доказывать это.

Сандра понимала, что Шандор добьется своего. Она уже убедилась в этом на собственном горьком опыте. Ругнувшись шепотом, она села на землю и стала разуваться.

— Я не расслышал, что именно ты сказала, — усмехнулся Шандор, — но, кажется, речь шла о моих родственниках. — Опустившись на землю рядом с Сандрой, он расшнуровал ее левую туфлю. Жесткое выражение на его лице испарилось так же быстро, как и появилось.

— Говорю же, нет у меня никаких мозолей! — возмущалась Сандра. — Почему ты мне не веришь? Я ведь не врала тебе. Ни разу.

— Ты все время твердишь одно и то же. Интересно, почему? — Сняв туфлю, он принялся стаскивать носок. — Ты так уверена, что не хромаешь, что невольно приходит в голову одна мысль. Ты изо всех сил старалась не хромать, вот что. — Он снова заглянул в лицо девушки. — Я ведь прав?

— Нет у меня никаких мозолей, — упрямо гнула свое Сандра.

— Что ж, посмотрим, — отбросив носок, Шандор взглянул на ногу Сандры. — Какие у тебя красивые ступни! Сильные, изящные.

— И огромные!

— Было бы странно, если бы у такой крупной женщины были маленькие ноги. Что ж, на пятках и на пальцах мозолей нет, — с этими словами он поднял ногу, чтобы взглянуть на подошву.

— Нет! — Сандра попыталась выдернуть ногу. — Ты ведь уже убедился…

Поздно — она ясно видела это по окаменевшему лицу Шандора.

— Да, мозолей действительно нет, — хрипло проговорил он. — Господи, почему ты не сказала мне ни слова? Вторая нога выглядит так же?

— Да, — Сандра снова хотела поджать ногу, но Шандор крепко держал ее стопу. — Я хочу обуться.

— Пока не стоит. Тем более что теперь тебе нечего больше скрывать. — В глазах его сверкала ярость. Дрожащими руками Шандор расшнуровал правую туфлю. — Ты прошла не меньше десяти миль, скрывая от меня свое состояние, но теперь я уже все видел. — Он осмотрел вторую ступню и тяжело вздохнул. — Ты снова солгала мне. Эта нога выглядит гораздо хуже.

Сандра пожала плечами.

— Болят они совершенно одинаково, — она печально улыбнулась.

Рука Шандора сжала ее стопу.

— Ничего смешного! Я готов задушить тебя! Почему, почему ты не сказала мне? Почему не спорила, когда я объявил, что придется идти пешком по горам пятнадцать миль? Почему не объяснила, что твои ступни покрыты шрамами и тебе трудно пройти даже одну милю?

— Ты ведь сказал, что безопаснее всего двигаться пешком. Я не могла требовать, чтобы ты рисковал собой из-за моего увечья.

— Я нашел бы способ переправить тебя! Какое ты имела право корчить из себя мученицу! — Он коснулся пальцами ее израненной ноги. — Я чувствую себя одним из палачей Налдоны. Ну почему ты не можешь довериться мне до конца? — В голосе его зазвучала боль. — Как еще я должен доказать тебе, что заслуживаю доверия? Ты не должна переносить все невзгоды одна! Я здесь, и я хочу помочь тебе. Почему ты не позволяешь мне этого? Ты отгородилась от мира стеной молчания и не хочешь пропустить меня к себе. Я не могу больше выносить этого! Я не… — Голос его сорвался, и Сандра увидела, что Шандора бьет крупная дрожь. Он закрыл глаза. — О боже, что это я говорю! — Он зажмурился, глубоко вздохнул и с шумом выдохнул воздух. Когда Шандор открыл глаза, в них больше не пылал гнев. — Извини, я не хотел на тебя кричать. Ты и так достаточно перенесла сегодня.

— Ты вовсе не кричал, — тихо сказала Сандра. Он и вправду ни разу не повысил на нее голос, но в словах его было столько едва сдерживаемой ярости, что ей стало не по себе.

— Нет? — Шандор лукаво улыбнулся. — А мне казалось… — Он опустил ноги Сандры так, что теперь они висели над водой. — Что ж, посмотрим, что можно сделать, чтобы эти кошмарные раны болели не так сильно. — Он присел рядом с Сандрой. — Обидно, когда тебе не доверяют, но готов подождать, пока ты сама захочешь рассказать мне о своем прошлом.

— А другие женщины сразу и во всем доверялись тебе? — Сандра сама не знала, как эти слова сорвались у нее с языка.

— Я, кажется, ясно дал понять, что тебе не стоит сравнивать себя с другими женщинами из моей жизни, — не глядя на Сандру, Шандор закатал ее джинсы до колен. — Я не могу силой добиться твоего доверия. Это должно исходить от тебя. Я не сержусь. Просто мне больно сознавать, что ты не веришь мне до конца. — Он осторожно погрузил ее ноги в холодную воду ручья. — Посиди вот так. Тебе должно стать легче. Ну как? Лучше?

— Намного, — рассеянно прошептала Сандра. Мысли ее были заняты словами Шандора, и она почти не чувствовала, как обмывает распухшие ноги ледяная вода. Она причинила ему боль. При мысли об этом у Сандры защемило сердце. Она же не хотела!.. Шандор прав. Она давно привыкла охранять свой мир от посягательств посторонних и непроизвольно отгораживалась стеной от всякого, кто пытался туда проникнуть. Но Шандор не побоялся дать понять, что Сандра может причинить ему боль. Он доверял Сандре, а она не могла найти к себе силы довериться ему до конца.

— Это случилось в Саид-Абабе, — быстро произнесла девушка.

— Что? — Шандор буквально впился взглядом в ее лицо.

— Я говорю о шрамах, — Сандра смотрела на лоскуток неба, темневший в просвете между кронами сосен. — Это случилось шестнадцать лет назад в Саид-Абабе.

Шандор застыл, словно пораженный громом.

— Но ведь шестнадцать лет назад тебе было не больше двенадцати… а раны, от которых остаются такие шрамы, должны быть очень глубокими. — Он старался говорить ровно, чтобы Сандра не испугалась и снова не замкнулась в себе.

— Они и были глубокими, а потом стали нарывать. Лишь по счастливой случайности удалось избежать гангрены. В лагере почти не было антибиотиков. — Девушка облизнула губу. — Я бы, наверное, умерла, если бы не Дмитрий.

— В лагере?

— Я провела два года в лагере для перемещенных лиц в Саид-Абабе. — После стольких лет забвения слова приходили с трудом. — Это было сразу после революции. Люди, захватившие власть, оказались куда более жестокими, чем свергнутые ими тираны.

— Я слышал об этом. — После революции в Саид-Абабе до Тамровии доходило множество историй о зверствах тамошнего режима. Так, значит, Алессандра попала в самое пекло этого ада!

— Но ты же американка. Почему ты попала в лагерь для перемещенных лиц?

— Я никогда не говорила, что я родом из Штатов. Речь шла лишь об американском паспорте. После революции у меня не было никаких документов. Я ничего не знала о своей национальности. Джеймс решил, что я вполне могу быть американкой, потому что один из лагерных офицеров вроде бы видел, как я бродила по улицам городка, построенного вокруг американского нефтеперерабатывающего комплекса. — Сандра пожала плечами. — Вообще-то сомневаюсь. Нашли меня за много миль от этого городка. Я лежала в лихорадке у обочины дороги. Джеймс говорит, что мои раны вполне могут быть следствием долгих скитаний по пустыне.

— Джеймс говорит, — задумчиво повторил Шандор. — А сама ты разве не знаешь?

— Нет. Я не помню ничего до той минуты, когда очнулась в лагере. Вот почему оказалось так трудно определить мою национальность. Я свободно говорила по-английски, по-немецки и по-французски. А завод и городок, где меня якобы видели, были разрушены бомбами. — Сандра понизила голос. — Говорят, город горел несколько дней, и клубы черного дыма были видны за сотни миль.

Клубы черного дыма. Шандор представил себе эту страшную картину, полную ужаса и отчаяния.

— Американское правительство выразило тогда протест, — вспомнил Шандор. — Но большую часть американских граждан успели вывезти до того, как стало по-настоящему жарко. Неужели о тебе не было никаких запросов?

Сандра покачала головой.

— Никаких запросов и вообще никаких записей о том, кто я такая. Если задуматься, в этом нет ничего необычного. На свете много людей, оторвавшихся от своих корней. Может быть, мои родители тоже были такими.

— Я не знал, что в Саид-Абабе существовал лагерь для перемещенных лиц, — осторожно сказал Шандор. Ему хотелось забросать Сандру вопросами, вытянуть из нее всю правду о ее прошлом… но он понимал, что должен действовать осторожнее. Сандре наверняка нелегко дались ее признания.

— В первые полтора года после революции никакого лагеря не было. Но потом, уступив нажиму международных организаций, его организовали, — Сандра скривила губы. — Дмитрий говорил, что концлагерь в Польше, где он побывал в детстве, и то не был таким адом.

Сандра второй раз упомянула это имя.

— Дмитрий? — переспросил Шандор.

— Дмитрий Сокол, мой друг. Очнувшись, я увидела перед собой его лицо. Он выходил меня. Благодаря ему я снова смогла ходить. Дмитрий отдавал мне половину своей пайки, потому что я была слишком слаба и другие заключенные крали мою еду. Дмитрий защищал меня как мог. Вот только мог он не так много. Дмитрий не хотел понимать, как устроен мир, в котором он живет. Он был профессором Варшавского университета. Казалось бы, изучая историю нашего общества, он должен был понять, что в этом мире надо бороться, чтобы выжить. А святые непременно становятся мучениками.

— Твой Дмитрий был святым?

— Нет, всего-навсего человеком. Добрым и щедрым… — Голос ее дрогнул. — Но я не хочу говорить о Дмитрии.

— Значит, не надо о нем говорить. — Шандор накрыл ладонью ее руку. — Не надо говорить о том, что причиняет тебе боль.

С минуту Сандра молчала. И все же… Дмитрий был частью ее жизни, и она не могла рассказывать о ней, не упоминая его. Усилием воли Сандра заставила себя продолжать.

— Когда я поправилась, Дмитрию не приходилось больше заботиться обо мне. Я взяла все в свои руки. Я была молодой и сильной и знала, как выжить, — в голосе ее звенела ярость. — Никто больше не смел воровать пайку у меня или у Дмитрия, после того как я один раз показала им, что будет с теми, кто осмелится. Это были не люди — животные. Война сделала их такими. Знаешь, как выжить среди животных?

— Нет, — Шандор не был уверен, что Сандра слышит его. Она жила сейчас в другом мире — в мире своего ужасного прошлого.

— Надо дать им понять, что каждое сказанное тобой слово имеет вес. Если ты угрожаешь, они должны знать, что ты исполнишь свою угрозу. Я быстро усвоила эти правила и добавила к ним несколько своих. Дмитрий почти никогда не понимал, что происходит. Думаю, он просто не хотел жить по звериным законам. Мне даже приходилось останавливать его, когда он пытался отдать кому-то с таким трудом отбитую мною пищу. Я следила, чтобы Дмитрий укрывался на ночь, чтобы не оставался голодным, не забывал гулять. А Дмитрий рассказывал мне разные истории, учил меня и даже иногда умел рассмешить. Он помогал мне оставаться человеком. Если бы не Дмитрий, я превратилась бы в такое же животное, как все остальные. Знаешь, он дал мне даже мое имя. Администрации лагеря было все равно. Я была для них просто номер пятьсот тридцать четыре. Дмитрий сказал, что красивые слова радуют сердце, и я должна иметь красивое имя, чтобы всякий раз, когда его произносят, душу наполняла радость. Мы выбирали имя двое суток. Это был один из самых страшных периодов нашей жизни в лагере. Наверное, Дмитрий пытался отвлечь меня таким образом от того, что происходит вокруг. — Голос ее был чуть громче шепота. — Он дал мне намного больше, чем могла дать ему я, и даже не понимал этого.

У Шандора перехватило горло.

— Это ты дала ему куда больше, чем понимала. Ты любила его. И он наверняка знал об этом.

— Да, думаю, он знал, что я люблю его. Мы никогда не говорили об этом. Любовь казалась чем-то чуждым в этом ужасном месте. Но Дмитрий знал, — Сандра закрыла глаза. — Господи, я надеюсь, что он действительно знал это. Я думала, что нам не нужны слова, но, может быть, я ошибалась? Неужели он умер, так и не зная, как сильно я…

— Нет, — твердо сказал Шандор. — Ты все сделала правильно. Иногда слова действительно ни к чему. Дмитрий понимал, что ты чувствуешь. — Значит, Дмитрий умер. Шандор поспешил перевести разговор на другую тему — воспоминания о покойном друге причиняли Сандре слишком сильную боль. — А когда ты встретила Брюнера?

— В тот день, когда умер Дмитрий. Как глупо получилось! Он надеялся отвлечь Сандру от воспоминаний, но было слишком поздно. Она уже погрузилась с головой в ужасы своего прошлого и снова переживала давно испытанные страдания.

— Как я уже сказала, в лагере практически не было антибиотиков. Я делала все, чтобы сохранить ему жизнь, но все же Дмитрий простудился, и у него началась пневмония. Я требовала у охранников достать необходимые ему лекарства. Я кричала на них. Дмитрий умирал, а меня никто не хотел слушать. — Сама того не замечая, Сандра впилась ногтями в руку Шандора. — Все, что я могла, — сидеть рядом и смотреть, как Дмитрий борется за каждый вздох. Это продолжалось пять дней.

— Алессандра…

— Я думала, что сойду с ума. Мне хотелось убить кого-нибудь. Дмитрий был единственным светлым пятном в моей жизни, а они позволили ему умереть. Я кричала как одержимая. Я набросилась на охранника. Мы катались по пыльному двору перед бараком, осыпая друг друга проклятьями, и я запомнила на всю жизнь удивленное лицо охранника. Они позволили Дмитрию умереть, а я должна была смириться с этим. Казалось бы, они должны понимать, что это просто невозможно!

— Конечно, — тихо произнес Шандор. — Конечно, ты не могла с этим смириться.

— Джеймс в тот день осматривал лагерь и увидел, как мы с охранником катаемся по земле. Когда нас наконец разняли, он приказал не трогать меня. — Сандра открыла глаза. — Мы долго беседовали. Не помню, о чем. Джеймс приказал устроить для Дмитрия приличные похороны. Потом он говорил, что сделал это по моей просьбе, но я не помню, как просила его об этом. Я понимала тогда только одно: Дмитрий умер, и я снова одна на этом свете. На следующий день Джеймс вернулся, и мы снова говорили. Так он приходил день за днем, а потом сообщил мне однажды, что договорился, чтобы я переехала к нему в гостиницу. Я буду жить там, пока он не оформит для меня паспорт, чтобы мы могли покинуть Саид-Абабу. Шандор чуть не задохнулся от ярости.

— Так они просто отдали тебя ему? — Он изо всех сил старался не выдать голосом своих истинных чувств. Он не имеет права ревновать. Перед Сандрой стоял нелегкий выбор. Конечно, лучше стать любовницей Брюнера, чем терпеть ужасы лагерной жизни.

Сандра кивнула.

— Джеймс очень интересовал правительство Саид-Абабы. Его компания продавала им оружие, с помощью которого был подавлен мятеж. К тому времени они уже начали поглядывать через границу на Седихан, и теперь им требовалось оружие, чтобы начать вторжение. Джеймс не собирался поставлять его, но тянул время, дожидаясь, пока можно будет вывезти меня из страны. — Сандра замолчала, прислушиваясь к шуму деревьев и стрекоту цикад. — Этого достаточно?

— Достаточно? — удивленно переспросил Шандор.

Впервые с тех пор, как она начала свой рассказ, Сандра посмотрела ему в глаза.

— Я никогда никому не рассказывала о Саид-Абабе. Просто я решила, что только так смогу доказать, что доверяю тебе. Ты хочешь, чтобы я рассказывала дальше?

В груди Шандора потеплело. Так значит, Сандра согласилась вспомнить, снова пережить весь этот ужас, чтобы доказать, что он что-то значит для нее? Он не мог смотреть ей в глаза.

— Ну конечно, достаточно, — хрипло сказал он и, отпустив руку Сандры, по очереди вынул из воды ее ноги. — Ох, они, должно быть, превратились в ледышки.

— Зато теперь они не болят. — Сандра смотрела, как Шандор достает из кармана джинсов платок и вытирает ей ноги, и сердце ее наполнялось нежностью.

— Теперь я смогу дойти до летного поля.

— Сможешь? — рассеянно переспросил Шандор, сжимая в ладонях ее ступню. — Бедная моя русалочка!

— Русалочка?

— Разве ты не знаешь сказку о русалочке? Ведьма прочла над ней заклинание, чтобы она смогла стать обычной девушкой и жить среди смертных… но каждый шаг по суше причинял ей чудовищную боль.

— Ну, я все же не русалочка и прекрасно хожу по суше. Уже почти темно. Не пора ли нам трогаться в путь?

— Ты права, — Шандор погладил ее ногу. — Надевай носки и обувь.

— Но ты ведь тоже хотел помыть ноги?

— Ничего, это может подождать. Нам осталось идти не так уж долго.

— Четыре мили по холмам. Это не близко. Послушай, несколько минут ничего не изменят. Почему бы тебе…

— Пойдем, — Шандор поднял Сандру на ноги и протянул ей ее рюкзак. — В горах не стоит бродить ночью. — Не глядя на Сандру, он вел ее через кусты к тропинке. — Поэтому сейчас мы отправимся в Лимтану.

Глава 6

Они стояли на вершине холма и смотрели на раскинувшуюся внизу долину. Замок из серого камня с его ажурными башенками был величественным — и в то же время казался каким-то заброшенным, одиноким.

— Похоже на замок Спящей красавицы, — прошептала Сандра.

— Мой замок проспал не сто лет, а только два года, — Шандор невесело улыбнулся. — Да, хозяйственные заботы Налдоны явно не распространяются на окрестности. — Он поспешно отвернулся. — Пойдем.

— Нет! — Сандра невольно сжала кулаки. — Ты ведь сам говорил, что этот замок — ловушка, устроенная Налдоной. Выглядит он покинутым, но внутри наверняка кто-то есть. Люди Налдоны, которые докладывают ему обо всех подозрительных вещах.

— Конечно, там стоят его соглядатаи, но они никого не увидят, — Шандор лукаво оглянулся на Сандру. — Как ты, однако, любишь спорить! Неужели все начинается сначала? Я не собираюсь таскать тебя ночью по горам. Мы отправимся в путь на рассвете, после того, как ты хорошенько отдохнешь.

— Но это же глупо! Неужели не понимаешь? Если уж ты настаиваешь на том, чтобы мы прервали наш поход на ночь, давай расположимся в лесу или здесь, на холме. Тебе опасно появляться в замке!

Лицо Шандора вдруг просветлело.

— Знаешь, только что ты впервые дала понять, что тебя… гм… огорчит, если Налдона прикажет перерезать мне горло. Я думал, тебе все равно…

— Разумеется, мне не все равно! — раздраженно перебила его Сандра. — Хотя именно это ты заслужил за свое дурацкое упрямство.

В ответ Шандор лишь усмехнулся.

— Трудно упрекнуть тебя в излишней сентиментальности. Что ж, я влюблен, а влюбленные всегда немного дураки. Так говорят все поэты. — Улыбка его вдруг померкла. — Я хочу, чтобы ты увидела мой дом, Алессандра. Это важно для меня, конечно, это небезопасно, но я не стал бы рисковать, если бы не рассчитывал проникнуть туда незамеченным.

Шандор снова просил довериться ему. На этот раз он не произнес этого вслух, по Сандра понимала его без слов. И, конечно, она сделает так, как он скажет.

— Что ж, ладно, — махнула рукой Сандра. — Надеюсь, мы об этом не пожалеем.

Шандор привел ее к груде огромных камней и, наклонившись, стал шарить руками по траве.

— Вот он, — Шандор потянул невидимый Сандре рычаг. Кусок земли вместе с растущей на нем травой оказался люком, который откинулся, открыв взгляду круглое отверстие около трех футов в диаметре.

— Дверца мышеловки, — угрюмо пробормотала Алессандра. — Только не говори мне, что это еще один подземный ход.

— Тем не менее это так.

— И как только вам в Тамровии вообще пришло в голову строить улицы? По-моему, вам куда больше нравится ползать под землей, чем ходить в полный рост.

— Не надо издеваться, дорогая. В каждом порядочном замке должен быть свой подземный ход. Это неотъемлемая часть местного колорита. — Он пропустил Сандру вперед. — Держись покрепче за перила. Ступеньки могут оказаться скользкими. Видишь, какая у нас тут дикость. Никакой железной лестницы, как в канализации Белахо. Настоящие каменные ступени.

— Впечатляет, — скептически отозвалась Сандра, делая шаг в темноту. — Но еще больше меня бы впечатлило, если бы я услышала, что этот самый кусочек местного колорита, в отличие от Белахо, не кишит грызунами.

— Ну… — Шандор шел прямо за Сандрой, и губы его касались ее уха. — Мне, конечно, хотелось бы тебя приободрить, но в последний раз я был здесь в возрасте примерно десяти лет. — Он зажег фонарик. — Так что за крыс поручиться не могу, зато гарантирую, что в Лимтане не водятся крокодилы.

Глаза его задиристо блестели, и Сандра без труда представила озорного десятилетнего мальчишку, облюбовавшего старинный подземный ход для своих детских игр.

— У тебя счастливое лицо, — сказала Сандра.

— Это потому что я дома. — Шандор легонько подтолкнул ее вперед. — Мальчишкой я часто играл в этих лабиринтах. Существование подземного хода считалось семейной тайной, поэтому я не мог привести с собой детишек наших слуг, с которыми играл во дворе и в коридорах замка. Впрочем, это не имело значения. Здесь я мог представлять себя кем угодно. У меня был ирландский сеттер по имени Борис, так вот он носился по этим коридорам, как…

Всю дорогу Шандор предавался воспоминаниям о детских проделках. Сандре было приятно, что он так охотно делится с ней своим прошлым. Она слушала с улыбкой на губах, ловя себя на том, что испытывает к этому мужчине почти материнскую нежность. Наконец они оказались перед лестницей, ведущей вверх.

— Где заканчивается подземный ход? — поинтересовалась Сандра.

— В детской. Раньше меня это вполне устраивало.

— Не сомневаюсь, — Сандра снова улыбнулась. — Должно быть, у тебя было очень счастливое детство.

Шандор кивнул.

— Мне повезло. У меня были любящие родители, которые к тому же обожали друг друга. Был дом, был огромный двор, по которому можно носиться сломя голову. Мне так нравилось… — он вдруг замолчал, нахмурился. — Извини, я как-то не подумал… Мне не стоило… Теперь ты будешь считать меня бесчувственным негодяем.

— Ты думаешь, что не должен рассказывать мне о своем детстве, потому что у меня его не было? — Сандра покачала головой. — Я ведь не помню, как жила до революции в Саид-Абабе. Может, я тоже была счастливым ребенком.

— Но ты ведь не помнишь, — угрюмо повторил Шандор. — Тебе никогда не хотелось вернуть память о прошлом?

— Нет, — тихо, но твердо сказала Сандра. — Ведь то, что я забыла, может оказаться еще хуже того, что я помню. В моей жизни и так хватало кошмаров. Я такая, какая есть. И, даже обретя семью и родословное древо, я уже не способна измениться.

«Что ж, возможно, она права, — подумал Шандор. — Не всегда стоит пытаться оживить прошлое».

— Знаешь, родословное древо может оказаться для человека тяжелым грузом; — шутливо сказал он вслух, подымаясь по лестнице. — Я, например, обременен таким количеством знатных родственников, что с удовольствием поделился бы с тобой. — Он неожиданно серьезно посмотрел на девушку. — Я готов поделиться с тобой всем, что имею. Воспоминаниями о детстве, о юности, обо всем, что было в моей жизни. Поверь, в моем прошлом нет ничего позорного.

У Сандры защипало в горле. Она отчаянно боролась с подступившими слезами. Неужели перед ней знаменитый Танзар, герой революции, непримиримый борец с тиранией? Откуда в этом человеке столько доброты и нежности, столько сочувствия к ее бедам?

— Это… как это мило с твоей стороны. — Она понимала, что несет чепуху, но ничего не могла с собой поделать. — Я не знаю, что сказать, — честно призналась Сандра, смущенно улыбаясь. — Ни в одной книге не написано, как принимать подобные подарки.

— Просто принимать их, и все, — Шандор нежно поцеловал ее в щеку. — А я просто преподношу тебе этот дар от всей души и с огромной любовью.

Любовь. Сандра замерла, мысленно повторяя это слово. До сих пор Шандор не говорил ничего подобного. Она посмотрела ему в глаза.

— Шандор, я не знаю…

— Тсс. — Он приложил палец к ее губам. — Не сейчас, конечно, не сейчас. Я понимаю — все произошло слишком быстро. Просто подумай об этом, ладно?

— Ладно, — кивнула Сандра. «Подумай об этом». Как будто она могла думать о чем-нибудь другом!

— Вот и хорошо, — Шандор потянул за рычаг на стене, в которую упиралась лестница. Стенная панель отъехала в сторону, и они протиснулись в комнату.

— Что ж, по крайней мере теперь мы знаем, что Налдона не обнаружил этот ход. Я боялся, что нам придется убирать стоящего у двери часового.

Шандор установил панель на место и с улыбкой на губах повернулся к Сандре.

— Наверное, мне следовало, когда я вырос, пользоваться этим ходом почаще. В детстве дверь открывалась куда проще, но за столько лет механизм заржавел. — Луч фонарика осветил пыльную комнату. — Да и детская казалась тогда гораздо больше.

— Или просто ты был поменьше?

— Может быть, может быть. — Луч фонарика осветил какой-то странный предмет у дальней стены. — Правда, кое-что не меняется с годами. Пойдем, представлю тебя Лео.

— Лео?

— Мой игрушечный конь. Он принадлежал еще моему прапрадедушке и передается в семье от отца к сыну. Лео всегда был моей любимой игрушкой.

Большой конь-качалка был темно-серым с черной гривой, под красным седлом с золотистыми кисточками.

— Он — просто чудо! — тихо сказала Сандра. — Выглядит так, будто снова готов пуститься вскачь, навстречу новым приключениям. Но почему ты зовешь его Лео? Так обычно называют игрушечных львят.

Шандор кинул, поглаживая Лео по пыльной гриве.

— Мой отец говорил, что у этого коня сердце льва. Он подарил мне Лео, когда мне исполнилось четыре года, и рассказал его историю и истории всех Карпатанов, которые качались на нем в прошлом. — Шандор провел пальцем по царапине на боку коня. — Это сделал мой отец. Однажды он прокрался в кабинет деда и отстегнул с его сапог шпоры. Решил, что должен непременно выглядеть, как взрослый наездник. — Шандор потянул за одну из кисточек. — Иногда Лео казался мне куда более настоящим, чем живой пони, которого я получил в подарок год спустя.

— От отца к сыну — какая славная традиция. — Шагнув вперед, Сандра осторожно потрогала пальцем нарисованное седло. Глупо, но этот деревянный конь казался ей почти живым. Он видел столько любви от своих маленьких хозяев, слышал столько смеха! Теперь конь стоял в пыльной детской, заброшенный, но не забытый. Он отдыхал, ожидая своего нового хозяина.

— Когда-нибудь и ты передашь его своему сыну, — тихо сказала Сандра.

Шандор ничего не ответил. Подняв голову, она увидела, что лицо его помрачнело. — Что-то не так?

Он снова подергал кисточку и сказал:

— Все в порядке. Позволь показать тебе мой дом. Как твои ноги?

— Болят немного. Но это так — ничего серьезного.

— Я не буду утомлять тебя. — Шандор окинул комнату грустным, полным любви взглядом. — Хочу показать тебе некоторые вещи, которые мне дороги, — он сделал паузу. — И сам хочу посмотреть на них, стоя рядом с тобой. А потом ты сможешь выкупаться и лечь спать.

— Я хочу увидеть здесь все, — быстро сказала Сандра. — Ты обещал поделиться со мной своей прошлой жизнью, и я решила поймать тебя на слове. — Даже если бы она падала с ног от усталости, ответ ее был бы точно таким же. Сандра чувствовала, как важно для Шандора поделиться с ней своим прошлым. — Думаю, нам не стоит зажигать свет.

— Нет, не стоит. Да и главный генератор наверняка выключен. Но в замке всегда хранилось множество свечей. Моя мать любила свечи. Если задернуть шторы, света никто не увидит. — Открыв перед Сандрой дверь, он отвесил шутовской поклон. — Добро пожаловать в мой мир, миледи.

Они бродили по огромным залам с натертыми до блеска полами. Заходили в комнаты, каждая из которых имела свою историю, с каждой были связаны свои воспоминания. Шандор любил свой дом и был счастлив снова оказаться в его стенах.

— Моя мать обожала эту вазу. Отец подарил… — Он осекся, удивленно глядя на Сандру. — Почему ты так смотришь на меня? — Он смущенно улыбнулся. — Наверное, я слишком много болтаю. Девушка энергично помотала головой.

— Мне все здесь нравится. И больше всего ты, Шандор.

Лицо Шандора вдруг залилось лихорадочным румянцем. Боже правый! Ей удалось смутить самого Танзара!

— Именно этого я и добивался. Но ты еще плохо знаешь меня, ты еще ничего не видела.

— Неужели? Но я уже побывала в кладовке, в темнице, в кабинете, в большом танцевальном зале, в передней гостиной, в оранжерее, в…

— И все же ты еще не видела хозяйской спальни.

У Сандры перехватило дыхание.

— Да, спальню я еще не видела, — тихо сказала она.

— Я оставил ее напоследок. — Он посмотрел в глаза девушке. — Мне почему-то кажется, что мы уже не выйдем оттуда сегодня.

— Что ж, пожалуй, — смущенно согласилась Сандра.

Нетрудно было заметить, как повеселел Шандор. Неужели он думал, что Сандра откажет ему? Но теперь это просто невозможно. С первой своей встречи они шли к тому, что должно произойти сегодня ночью, в стенах замка.

Глаза Шандора сияли восторгом, и Сандра невольно вспомнила, что полчаса назад он точно так же смотрел на Лео. Девушка прыснула.

— Над чем это ты смеешься? — поинтересовался Шандор. — Неужели задета моя мужская гордость? Что-то не припомню, чтобы хоть одна женщина, которую я завлекал в постель, в ответ хихикала.

— Я просто подумала о том, как мне повезло — я нравлюсь тебе почти так же сильно, как Лео, — Сандре доставляло удовольствие поддразнивать его. — Может быть, когда-нибудь мне удастся его переплюнуть.

Шандор игриво потрогал пальцем кончик ее носа.

— Считай, что тебе это уже удалось. Я никогда не приглашал Лео к себе в спальню.

— Слава богу!

— Ехидная девчонка, — на этот раз Шандор легонько щелкнул Сандру по носу. — Кстати, я вообще никого и никогда не приглашал в эту спальню. После смерти отца и отъезда матери в Аргентину я так и не перебрался из своей комнаты в хозяйские покои. Но сегодня мне хочется спать на кровати, на которой спали мой отец и дед. И я хочу, чтобы ты разделила со мной ложе. Ты согласна, Алессандра?

Ей было трудно говорить — в горле стоял ком, все тело напряглось, как натянутая струна. Сандра кивнула и тут же отвела взгляд. Шандор в который раз был приятно удивлен ее старомодной застенчивостью.

Когда рука его легла на локоть Сандры, девушка не вздрогнула.

— Я обещал тебе ванну. — Он повел ее к двери в дальней конце холла. — Вот только горячей воды здесь, конечно же, нет.

— Ничего страшного. Сейчас ведь не зима.

Шандор пропустил ее внутрь и окинул придирчивым взглядом будуар.

— Боюсь здесь так же пыльно, как и повсюду. Я сменю постель и попытаюсь прибраться. — Он кивнул на дверь в дальнем конце комнаты. — Там гардеробная и спальня. Я пойду в одну из комнат для гостей, приму душ. — Он передал Сандре канделябр. — Возьми-ка это. Я доберусь до спальни в темноте.

— Спасибо Я постараюсь не задерживаться, — пообедала Сандра.

— Я подожду, — заверил ее Шандор. — Мне некуда торопиться. — Глаза его были полны страсти и нежности. — И учти — сегодня ничто не сможет меня остановить. Даже если ты прицелишься в меня из базуки, я все равно не оставлю тебя в покое!

— Как назло, не захватила с собой базуку, так что сегодня ты в безопасности, — поддержала шутку Сандра. И тут отвернулась, пряча глаза от Шандора, чтобы он не разглядел ее страхов и сомнений. Сандра стояла на пороге чего-то нового и необычного, и ей было страшно. Никогда в жизни она не была так напугана.

— Я скоро вернусь, — вслух сказала она.

— Алессандра!

Она оглянулась на Шандора.

— Что случилось? — хмуро спросил он. — Ты не хочешь меня?

Сандра снова испытала прилив нежности к этому сильному и такому уязвимому мужчине. Одного ее хмурого взгляда достаточно, чтобы причинить ему боль! А она снова отгораживалась от него стеной, потому что боялась, что если расскажет ему о своих страхах, как рассказала о своем прошлом… Сандра резко повернулась лицом к Шандору.

— Я хочу тебя, — она посмотрела прямо ему в глаза, — но… ты должен знать. Я ничего не умею, понимаешь? Совсем ничего. Но если ты готов помочь мне… я быстро учусь и очень скоро буду не хуже любой другой женщины. — Она говорила быстро, запинаясь и краснея. — Я понимаю, в твоей постели побывало много женщин, и, возможно, ты не захочешь… — она осеклась. — Почему ты молчишь?

— Пытаюсь переварить услышанное. А как же Брюнер?

— Ты сказал как-то, что я, возможно, ниспосланное тебе наказание. Ты просто пошутил. Но для Джеймса я действительно что-то вроде этого. — Она печально покачала головой. — Он очень хороший человек. Джеймс унаследовал фабрику от отца. Он никогда не видел, что такое война, пока не оказался в Саид-Абабе. И тогда он понял, сколько горя принесла людям его неразборчивость в выборе клиентов. Думаю, я стала для него символом этого горя. Его покаянием. Он решил, что если сумеет дать мне нормальную жизнь, то избавится от чувства вины за причиненное зло. Когда мне пришла в голову идея помогать детям в охваченных гражданской войной странах, он сразу же ухватился за нее.

— Но почему в твоей жизни не было другого мужчины? Ты ведь красивая, чувственная женщина.

Сандра пожала плечами.

— Сама не знаю. Наверное, ты прав — Я никому не могла поверить настолько, чтоб подпустить к себе так близко. До сих пор не могла.

Сердце Шандора запело от радости, но тут же тоскливо заныло от дурных предчувствий. Что, если он разочарует Сандру?

— Что ж, теперь я знаю, какая ответственность…

— О, нет! — воскликнула Сандра. — Я сказала тебе все это вовсе не для того, чтобы ты согнулся под грузом ответственности. Просто решила, что ты должен знать все.

Я ведь даже не девственница. Когда Джеймс забрал меня из лагеря, ему дали мою медицинскую карту с подробным описанием осмотра при поступлении в лагерь. — Она насупилась и стала похожа на рассерженную маленькую девочку. — Я была, в общем-то, здорова, но не девственница.

Она старалась приободрить его, но Шандор ужаснулся тому, что услышал. Ведь Сандре было всего двенадцать лет, когда ее привезли в лагерь. Господи, не дай ей вспомнить тот ужас, через который пришлось пройти до этого! У него вдруг защипало глаза, и Шандор поспешно отвернулся.

— Давай договоримся сразу, — хрипло произнес он. — Я буду отвечать за тебя, а ты — за меня. Меня не страшит груз ответственности, надеюсь, что и тебе все это со временем придется по вкусу.

Сандра долго смотрела на закрывшуюся за ним дверь. Ответственность. Какое неромантичное слово! И все же в устах Шандора оно звучало лучше любых пылких признаний. Сандре вдруг захотелось петь. Развернувшись, она направилась к двери в гардеробную.


Выйдя из душа, Сандра обнаружила на туалетном столике рядом с канделябром аккуратно сложенный квадрат тончайшего цветного шелка, поверх которого лежала записка:

«Это принадлежит моей матери. Она была бы рада, если бы ты согласилась надеть. Ш.».

Вторая записка, которую она получила от Шандора. Кто бы мог подумать, что спустя каких-то сорок восемь часов после их знакомства она будет читать это почти интимное послание! Сандра быстро вытерлась и отбросила полотенце. Ей не терпелось развернуть то, что оставил для нее Шандор.

Это была шаль. Огромная шаль. Она видела такие в Испании на танцовщицах фламенко. Белый фон за долгие годы приобрел оттенок слоновой кости, яркие когда-то цветы стали теперь бледно-розовыми, бахрома из шелковых нитей поблескивала в свете свечей. Сандра подумала о том, с какой заботой относились в доме Шандора к любимым вещам. В мире, полном легко заменяемых предметов повседневного обихода и ничего не значащих отношений между людьми, было редкой удачей встретить семью, где так бережно обращаются с вещами.

Сандра снова расчесала волосы, ниспадавшие шелковой пеленой на ее обнаженную спину. Затем она накинула шаль и чуть спустила ее с плеч. Шаль оказалась такой огромной, что бахрома доходила ей до колен.

Она чувствовала себя не просто красивой — единственной на свете. Ведь Шандор выбрал именно ее! Сандра нежно погладила бахрому. Она никогда не возводила на пьедестал внешнюю красоту, но сегодня ей хотелось быть самой красивой. Для него — для Шандора.

Зажав одной рукой края шали, она открыла дверь:

— Шандор?

— Я здесь, дорогая.

Она и сама знала, что он здесь, что он ждет ее. Шандор всегда будет рядом, чтобы помочь ей, оградить ее от невзгод. Всегда? Слово это пришло ей в голову само собой, но она тут же мысленно одернула себя. Не стоит загадывать так далеко. Ничто не длится вечно, но иногда для счастья бывает достаточно нескольких коротких мгновений, которые помнишь потом всю жизнь. Сандра взяла с туалетного столика канделябр и вошла в спальню. Шандор уже лежал в постели, опершись на изголовье огромной кровати. Сандра вышла на середину комнаты. Рука, державшая канделябр, едва заметно дрожала.

— Спасибо, что принес мне эту шаль, — тихо сказала она. — Никогда не видела ничего красивее. Странно, что твоя мать не забрала ее с собой.

— Это была одна из ее любимых шалей. У нас в семье свято верят в то, что, когда покидаешь тех, кого любишь, надо оставить им что-то из своих любимых вещей. Это старинная традиция. Такая вещь называется на нашем языке казимар.

— Казимар, — тихо повторила Сандра. — А как зовут твою мать?

— Мариана, — ответил Шандор. — Почему ты спрашиваешь?

— Просто так.

«Спасибо, Мариана», — мысленно поблагодарила она. За шаль, за казимар, и больше всего — за этого чудесного мужчину, который смотрит на нее полными восторга глазами. Она поставила канделябр на тумбочку у кровати.

— Мне задуть свечи?

— Нет. Я хочу видеть тебя. — Шандор усмехнулся. — Я провел две ночи рядом с прекраснейшей из женщин в полной темноте. Думаю, на этот раз все должно быть иначе, не правда ли?

— Если ты так хочешь… — Сандра нервно облизнула губы, поднялась на три ступеньки, ведущие в альков, и встала рядом с кроватью. — А мне нравилось лежать с тобой в темноте. Это было… чудесно.

— Чудесно, — Шандор улыбнулся. — Я тоже так думаю. И еще мне почему-то кажется, что ты немного боишься, милая.

— Совсем чуть-чуть, — призналась Сандра, не глядя ему в глаза. — Я не знаю, чего ты ждешь от меня.

Шандор потянул за один конец шали.

— Посмотри на меня, — потребовал он. — Я хочу насладиться твоим прекрасным телом и доставить удовольствие тебе. — Он помолчал немного, потом сказал: — Мы вместе для того, чтобы нести друг другу радость.

В груди у Сандры потеплело.

— Думаю, я смогу с этим справиться.

— Ты можешь справиться с чем угодно, — глаза Шандора восхищенно сверкнули. — И я разрешаю тебе поупражняться на мне. Я — к твоим услугам. — Он положил ладонь поверх руки Сандры, сжимавшей на груди шаль, и осторожно разжал ее пальцы. — Я сам позабочусь об этом. Хочу, чтобы твои руки были свободны.

Сбросив полотенце, которым были обернуты после душа его бедра, Шандор уселся на краю кровати, и теперь Сандра стояла у него между колен.

Она резко вдохнула, вдруг ощутив себя совершенно беззащитной, полуобнаженной пленницей нагого мужчины. Лихорадочное возбуждение овладело ею. В глазах Шандора были та же страсть и тот же восторг, что испытывала она сама.

Шандор коснулся пальцами шелковой кисточки, щекочущей бедро Сандры.

— Знаешь, как ты прекрасна? — хрипло прошептал он. — Ты похожа на «Одалиску» Делакруа. Когда ты появилась на пороге, меня охватило такое желание, что едва не разорвалось сердце.

— А ты казался таким… — рука его отодвинула шаль и коснулась бедра девушки. У Сандры перехватило дыхание, — таким спокойным.

— Неужели? Я ведь даже не помню, что говорил, потому что не мог думать ни о чем, кроме этих чудесных стройных ног и о том, что ждет меня через несколько минут… — Рука его скользнула между ее бедер. — Какая ты мягкая, — пробормотал он, лаская ее.

— Шандор, — прошептала Сандра, задыхаясь от нахлынувшего желания. При каждом движении его руки все тело ее словно пронзала молния. — Я не могу…

— Тсс. Я знаю. — Шандор разжал ее пальцы, и края шали опустились ниже. Он с вожделением смотрел на упругую грудь и набухшие соски Сандры. — Позволь, позволь мне поцеловать их, — бормотал Шандор. — Доставь мне эту радость. — Губы его уже сжимали сосок, а рука между бедер двигалась все быстрее и быстрее…

Запрокинув голову, Сандра тихо застонала, впиваясь ногтями в его плечи, чтобы не упасть.

— Ты готова? Ты готова принять меня? — тихо спросил Шандор, лаская ее. — О боже, скажи, что это так! Эти ласки чудесны, но если я сейчас не овладею тобой, я просто сойду с ума. Так ты готова?

— Да! — воскликнула Сандра, — О, да!

— Тогда иди ко мне. — Шандор увлек ее на постель рядом с собой, бросил на стул у кровати шаль и впился поцелуем в губы Сандры.

Девушка все крепче сжимала плечи Шандора. Дыхание его было хриплым и прерывистым. Оторвавшись от ее губ, Шандор тихо застонал и рывком вошел в нее. Теперь уже Сандра застонала от наслаждения. Никогда она не испытывала ничего подобного. Ей хотелось большего, хотелось, чтобы наслаждение длилось вечно. Она прильнула к Шандору всем телом, трепеща от удовольствия.

Шандор все быстрее, все глубже и глубже проникал в нее.

Сандра едва дышала, с каждым новым движением Шандора на нее накатывала новая волна удовольствия. Страсть нарастала в ней, бушевала, как лесной пожар. Голод, жгучий, неутолимый голод сжигал ее изнутри.

Она больше не выдержит, не выдержит этого! И тут все ее существо исполнилось безумным восторгом. Волна блаженства накрыла ее с головой.

Глаза Шандора были закрыты, руки все еще крепко сжимали ее бедра. Сандра видела, как неистово бьется на его виске голубая жилка.

— Господи, как это прекрасно!

У Сандры кружилась голова от счастья. Ей хотелось и плакать, и смеяться. Шандор открыл глаза.

— Это ты прекрасна, — тихо сказал он. — Я никогда не смогу насытиться тобой. Иди ко мне, любимая.

Сандра наклонилась к Шандору, и язык его медленно, лениво коснулся ее розового соска. Тут же в ней проснулось прежнее желание, словно внутри ее возникла маленькая жаркая искорка, готовая разжечь неистовое пламя. Но прежде, чем снова отдаться волнам наслаждения, она хотела что-то сказать Шандору, поделиться с ним своими чувствами, поблагодарить за радость, которую он только что подарил ей.

— Шандор, я хотела…

— Потом, потом, дорогая. — Опустив Сандру на постель, Шандор склонился к ней. В глазах его были страсть и невыразимая нежность. — Поговорить мы сможем и потом… а сейчас есть кое-что поважнее.

— Да! О, да!

Закрыв глаза, Сандра отдалась во власть наслаждения. Шандор был прав. Слова могут подождать.


Сандра крепко спала. Шандор осторожно перевернул ее на бок, чтобы высвободить свои руки. Девушка что-то протестующе пробормотала во сне, и он тут же застыл. Мгновение спустя она снова дышала ровно и безмятежно. Шандор укрыл ее до подбородка простыней и легонько поцеловал в лоб. Затем он выскользнул из кровати, проворно оделся и направился к дверям.

Как же не хочется оставлять Алессандру! С минуту Шандор боролся с соблазном немедленно вернуться в постель и снова сжать возлюбленную в своих объятиях. Им ведь так недолго осталось быть вместе! Ничего страшного, если… Нет! Только сейчас Шандор понимал, как опрометчиво поступил, поддавшись искушению показать Сандре свой дом. Он знал, что это опасно, но ему хотелось насладиться ее прекрасным телом именно здесь, в замке, где прошли его самые счастливые годы. Воспоминаний о том, что произошло сегодня ночью, хватит ему до конца жизни… но теперь пора вспомнить об опасности. Шандор нигде не заметил следов присутствия людей Налдоны, но следует убедиться наверняка. Прежде чем вернуться к Сандре, надо снова осмотреть все вокруг.

Открыв дверь, Шандор оглянулся через плечо на девушку. Она свернулась клубочком посреди огромной кровати — беззащитное дитя в большом и опасном мире. Мгновение Шандор любовался ею, а затем медленно прикрыл за собой дверь.


— Проснись, Сандра! Надо убираться отсюда!

Разбуженная так резко и беспощадно, Сандра села на постели, испуганно озираясь.

— Что такое?

Шандор вышел из ванной и бросил на кровать ее одежду. Затем он включил фонарик, и Сандра увидела, что лицо его окаменело.

— Одевайся. Кажется, мы вляпались.

— Что?! — вынырнув из постели, она принялась проворно одеваться. — Часовой?

Шандор угрюмо кивнул.

— И не один, судя по голосам, которые доносились из сада. Я не стал считать, когда услышал, как садится вертолет.

— Подкрепление? Но как они узнали, что мы здесь?

— Понятия не имею. Подумаем об этом, когда выберемся отсюда. Готова?

Сандра кивнула, забросив за спину рюкзак.

— Пошли.

Шандор был уже у самой двери.

— Я хотел, чтобы все случилось совсем иначе, — виновато сказал он. — Эта ночь должна была стать для тебя такой прекрасной…

Господи, неужели он извиняется в такой неподходящий момент?! Впрочем, раздражение Сандры тут же сменилось приливом нежности. Ей еще многому надо научиться. Перед лицом опасности все, что они пережили сегодня ночью, отошло для нее на задний план… а вот Шандор, который не хуже ее понимает, что им грозит, все равно думает о ней, о ее чувствах!

— В том, что тебя будят среди ночи, есть свои преимущества, — с улыбкой заметила Сандра. — Не надо беспокоиться с утра, потерял ли ты уважение ко мне после того, что между нами произошло.

— Я всегда буду уважать тебя. Сегодня, завтра, всю жизнь! — Он быстро поцеловал Сандру в губы. — А теперь давай выбираться отсюда, иначе эта жизнь окажется совсем недолгой.

Они дошли до середины холла, когда услышали снизу громкий голос, слегка искаженный мегафоном.

— Карпатан!

Шандор тихо выругался.

— Голос звучал так близко, — прошептала Сандра. — Они в замке?

— Кажется, внизу, возле главного входа. Во всяком случае, он там.

И снова раздался тот же голос.

— Сойди же вниз, поговори со мной, Карпатан! Пока тебе ничего не угрожает.

Я приготовил для тебя сюрприз. Тебе понравится.

Сандра узнала голос.

— Это Налдона!

Шандор кивнул.

— Он прилетел на вертолете. Не устоял перед искушением лично заглянуть в ловушку, куда ему удалось меня заманить. — Круто развернувшись, Шандор направился к главной лестнице. — Стой здесь!

— Ты идешь вниз? — в панике воскликнула Сандра. — Но они же убьют тебя!

— Нам надо выиграть время. — Он улыбнулся Сандре. — Я не собираюсь спускаться. Буду говорить с ними, стоя на площадке второго этажа. — Он выключил фонарик. — Так они не смогут в меня прицелиться.

— Тогда я иду с тобой!

— Я ожидал этого. Тебя нелегко защищать, моя прекрасная дама. Может, позволишь мне самому сразиться с драконом?

Но Сандра уже шагала рядом с ним.

— Это не дракон, это… крыса. За последние два дня, скитаясь по подземной Тамровии, я привыкла иметь с ними дело. Кто знает, может быть, я смогу помочь тебе.

— Но Налдона…

— Я иду с тобой, — твердо повторила Сандра.

Они были уже у лестницы.

— Я здесь, Налдона, — громко сказал Шандор. — Говори, что тебе нужно. Только прикажи не включать свет.

— Как ты осторожен, Шандор, — почти дружелюбно произнес Налдона. Теперь он говорил без мегафона, но голос его эхом отражался от высоких сводчатых потолков. — Но, как я уже сказал, у меня свои планы. Я хочу видеть твое лицо, когда расскажу тебе о них. Со мной здесь всего несколько человек. Разумеется, знаменитый Танзар просто не может бояться такой мелочи.

— Я уже натворил достаточно глупостей, — сухо сообщил Шандор. — Я не собираюсь легко сдаваться, Марк.

— Но ты уже в наших руках. Все выходы из замка охраняют солдаты, которым приказано не брать тебя живым. — Налдона выдержал паузу. — Ни тебя, ни нашу неподражаемую мисс Баллард. Вы ведь тоже здесь, мисс Баллард?

— Да, я здесь.

— А я-то все гадал, как это слабой женщине удалось справиться с одним из моих лучших людей! Надо было сразу понять, что в этом замешан Карпатан. Как это нехорошо с вашей стороны, мисс Баллард, наплевать на мое гостеприимство и покинуть дворец не попрощавшись! Мне пришлось долго убеждать Брюнера в чистоте моих намерений. И я очень, очень сердит на вас.

Слабой женщине?

— Думаю, подосланный вами убийца объяснит, кто и как справился с ним, — процедила Алессандра сквозь зубы.

— О, он уже принес свои извинения. К сожалению, нам не удалось предотвратить его неожиданной кончины. Но знаете, что? Я уже почти не сержусь. Все складывается так удачно! Любовники разделят судьбу друг друга. Как романтично!

Сандра ощутила, как напрягся Шандор.

— Любовники?

— О, да, я знаю и об этом. Этого следовало ожидать. Неподражаемый, романтичный Танзар и шлюха американского…

— Заткнись, Налдона. — В голосе Шандора было столько ярости, что Сандра невольно содрогнулась. — Оставь ее в покое!

— Как ты галантен, Шандор! Что ж, я ожидал и этого. Но тебе придется извинить старого друга. Я не могу проявить подобную деликатность. Я ведь не дворянин, а всего лишь бедный крестьянин.

— Когда мы вместе начинали нашу борьбу, мы собирались уничтожить разницу между тем и другим, — напомнил Шандор.

— Я был тогда безмозглым идеалистом, — рассмеялся Налдона, — но я быстро пришел в чувство. А ты — ты так и не понял, какая власть оказалась у нас в руках. Ты был и остаешься безмозглым идиотом, Шандор.

— Возможно. — Голос Шандора был холоден, как лед. — И мне хотелось бы подробно обсудить одну из своих глупостей. Я был уверен, что мы проникли в замок незамеченными. Как же твоим людям удалось увидеть нас?

— А вас никто и не видел. Беспечность охраны сильно огорчила меня. Думаю, после многих месяцев ожидания никто из них уже не верил, что ты появишься здесь. — Налдона сделал паузу. — Но я всегда знал, что ты придешь. Я знаю, как тебе дорога эта груда камней. Слава богу, часовые услышали ваши голоса.

— Голоса?

— Я позаботился о том, чтобы коридоры замка оснастили самой современной подслушивающей аппаратурой. Мои ребята с удовольствием слушали, как ты водишь мисс Баллард по фамильным владениям. Они тут же позвонили мне в Белахо и спросили, что делать дальше. Я велел им не прерывать вашей романтической идиллии до моего прибытия. Очень мило с моей стороны, не правда ли?

— Да уж, — буркнул Шандор. — Уверен, что у тебя были на то свои причины.

— Разумеется, — Налдона тихо отдал какой-то приказ, и они услышали за спиной тяжелые шаги. — Не волнуйся, мои люди не станут нападать на вас. Они разошлись по комнатам второго этажа, чтобы выполнить мой приказ. Думаю, ты уже догадался, какой.

— Да. — Голос Шандора звенел от боли и ярости. — Могу себе представить.

— Тебе больно, не правда ли? Я хочу видеть твое лицо. Ты уже чувствуешь запах? Здесь, внизу он хорошо заметен.

— Нет, я не чувствую никакого запаха.

— Скоро почувствуешь. Обещаю тебе.

— Шандор? — Сандра шагнула к нему. — Что происходит?

— Да, объясни же ей, Карпатан, что происходит, — в голосе Налдоны слышалось откровенное злорадство. — Она ведь разделит твой трагический конец, так что пора посвятить ее в детали.

— Ты понимаешь, как трудно будет объяснить Брюнеру ее смерть? Я найду способ свалить вину на тебя. Твоя гибель позволит мне выиграть время, Шандор. Твои последователи будут обескуражены, в их рядах начнется паника. И с помощью оружия Брюнера я сумею выиграть эту войну.

— Это будет не так уж просто. Я подготовил людей, которые заменят меня.

— Но Танзар — живая легенда. А когда легенда умирает… — В холле снова послышались шаги. — Пожалуй, мы готовы. У тебя есть выбор. Если не хочешь сгореть заживо, попробуй выйти — и мои люди разорвут тебя на части.

— У меня всегда есть выбор.

— Ну что ж, хорошо. Я ухожу. — Послышался звук открываемой двери. — Но я буду наблюдать снаружи. Даже если это продлится до утра, я буду смотреть и хочу, чтобы ты знал это.

Шандор ничего не ответил.

— Жаль, что я не вижу твоего лица, — с сожалением произнес Налдона. В дверном проеме мелькнул огонек. Спичка. — Прощай, Шандор. — Огонек метнулся к блестящей лужице на полу, которая взорвалась языками синего пламени. Входная дверь захлопнулась за Налдоной. Языки пламени метались по огромному вестибюлю первого этажа, пожирая все на своем пути и набирая силу.

— Бензин! — ошеломленно выдохнула Сандра. — О боже, он поджег замок!

— Да, — Шандор стоял с окаменевшим лицом, наблюдая за тем, что творилось внизу.

— Мы можем остановить это?

— Нет. Налдона тщательно все подготовил. — Шандор отвернулся. — Знаешь, разговаривать небезопасно. Думаю, Налдона и сейчас слушает нас. Надеется услышать, как мы стонем от ужаса. Но я не доставлю ему этого удовольствия. — Он взял Сандру под локоть и включил фонарик. — Пойдем! — Они кинулись почти бегом к задней лестнице, ведущей в детскую.

— Шандор, не могли бы мы…

Он покачал головой и приложил палец к губам. Только когда за ними захлопнулась дверь детской, он снова заговорил:

— Думаю, здесь мы в безопасности. Налдона сказал, что подслушивающие устройства в коридорах. И он явно не знает, как мы проникли в замок. — Шандор быстро подошел к панели, скрывавшей подземный ход. — После лестницы ход поворачивает в сторону холма. Все силы Налдоны сосредоточены здесь. Думаю, мы без труда выйдем на поверхность незамеченными. Замок будет гореть несколько часов, и мы доберемся до летного поля прежде, чем Налдона сможет осмотреть руины в поисках наших останков.

Руины! Дом Шандора, который он так любил, погибает на его глазах! Сандра смотрела, как он отодвигает панель, и ее охватывала ярость. Они не имеют права так поступать с Шандором! Он с таким удовольствием показывал ей свой замок, свои любимые вещи. Он такой добрый. Он бросил все, чтобы сражаться за свою страну, за счастливое будущее своего народа, а Налдона хочет причинить ему такую чудовищную боль! То же жгучее отчаяние она испытывала когда-то, глядя, как умирает Дмитрий, и понимая, что не в силах ему помочь.

Теперь на ее глазах погибала Лимтана, и снова Сандра ничем не могла помочь Шандору. Но она не будет стоять здесь вот так, сложа руки! Ни за что!

— Черт побери, панель снова заело, — сердито пожаловался Шандор. Действительно, панель подалась лишь на несколько дюймов. — Только бы дым не проник сюда раньше, чем я ее открою. — Оглянувшись, он с изумлением увидел, как Сандра открывает дверь. — Что ты делаешь, черт побери?

— Не отвлекайся. Я сейчас вернусь. — Быстро выбежав из детской, Сандра побежала вниз по лестнице.

Глава 7

Дым уже проникал понемногу на второй этаж. В дальнем конце холла Сандра с ужасом увидела отблески пламени. Девушка похолодела. Тот, другой пожар начинался так же. Сначала он был только светлячком, а затем охватил все вокруг голодными языками пламени, словно алчный зверь, который… Сандра запретила себе думать об этом. Не сейчас. Никогда. Все это в прошлом. Она живет здесь и сейчас.

Спускаться вниз поздно. У нее осталось всего несколько драгоценных минут. Какие вещи Шандор показывал ей с особой нежностью? Вазу на столике в холле. Табакерку с камеей, изображавшей отца Шандора. Триптих, подаренный царем Николаем его прадедушке. Что еще? О, боже! Казимар!

Она опрометью кинулась в спальню. Шелковая шаль лежала на стуле у кровати, там, где оставил ее Шандор. Сандра быстро схватила шаль и выбежала из комнаты. Дым густел, и она едва не закашлялась. Расстелив шаль на столике в холле, Сандра положила на нее вазу, триптих и табакерку и связала концы узлом. Глаза ее слезились, горло щипало, Сандра не могла больше сдерживать кашель. Продев в узелок руку, она побежала обратно к лестнице. Шандор выскочил ей навстречу.

— Что случилось? Куда ты?.. — Он осекся, увидев в руке Сандры узелок. — Так ты вернулась за шалью?

— И не только за ней, — вбежав вслед за Шандором в детскую, она захлопнула за собой дверь. — Вижу, тебе удалось справиться с панелью. — Она критически оглядела отверстие. — Надо расширить его еще на несколько дюймов.

— Этого достаточно, чтобы протиснуться внутрь.

— Но недостаточно для того, чтобы протащить Лео.

Сандра встала на колени перед игрушечной лошадкой и сняла с руки узелок.

— Мы берем его с собой.

— Что? — Шандор смотрел на нее как на умалишенную. — Он сделан из дуба и весит не меньше сорока фунтов. Нам ведь идти не только по подземному ходу, но еще и около трех миль по горам.

— Всего по двадцать фунтов на каждого. Мы оба здоровые, сильные люди. — Она крепко привязала узелок к шее коня. — Я никуда не пойду без Лео.

— Алессандра!

— Нет! — Девушка повернулась к Шандору. Глаза ее метали молнии. — Это очень важно. Я не позволю Налдоне погубить Лео. Давай же, толкай панель.

Шандор сердито нахмурился, но душа его исполнилась благодарности.

— Черт побери! — пробормотал он и снова навалился на панель.

Сандра так и стояла на коленях перед Лео. Его блестящие черные глаза глядели на нее, горя жаждой новых приключений.

— Нам придется найти тебе новый дом, дружок, — прошептала Сандра. — Не волнуйся, с тобой все будет в порядке. Ты ведь привык выживать, так же, как и я.

Наконец панель с протестующим скрипом отъехала в сторону.

— Теперь все в порядке. — Сандра встала. — Можем идти.

— Спасибо тебе, — Шандор старался говорить спокойно, но смотрел на Лео с мукой — и смутной надеждой. — Надо поскорее убираться отсюда. Из-под двери уже сочится дым. Ты понимаешь, что затеяла глупость? И не собираешься отказаться от своей затеи?

— Нет. Что ты предпочитаешь нести — голову или задние ноги?

— Задняя часть тяжелее. Ее потащу я. — Шандор печально улыбнулся и передал Сандре фонарик. — Только полный идиот мог позволить тебе втянуть его в эту дурацкую авантюру. Прицепи фонарик к узелку. Нам нужен хоть какой-то свет, чтобы не полететь вверх тормашками на лестнице. Готова?

Привязав фонарь к концу шали, Сандра кивнула.

— Готова!

Все оказалось именно так, как предсказывал Шандор. Они медленно спустились по крутой лестнице и пошли по узкому коридору, стараясь не касаться раскаленных камней стены, отделявшей ход от замка. Сандра с ужасом представила себе, во что превратил огонь роскошную спальню, в которой она мирно спала всего несколько часов назад. То здесь, то там через щели в камне проникали тоненькие струйки дыма, и они вились вокруг Сандры и Шандора, словно кобры, напоминая о том, что осталось позади.

Когда они спустились на нижний уровень подземного хода, оказалось, что проход полон дыма. Сандра закашлялась так сильно, что у нее закололо в легких. Она сошла с последней ступеньки, шатаясь, словно пьяная, но не выпуская из рук головы Лео.

— Да поставь ты его на землю! — воскликнул Шандор и тоже закашлялся. — Этот конь не дает нам нормально передвигаться. Надо скорее выбраться из этого дыма.

— Но ты же сказал, что, когда ход свернет в сторону, будет намного лучше. Я просто забыла, что здесь так много ступенек.

— Восемьдесят три, — угрюмо сообщил Шандор. — Я сосчитал их как-то раз в детстве. Алессандра…

— Я сейчас не могу говорить. — Это была чистая правда. Невозможно было дышать, не то что говорить. — Давай поторопимся.

Они достигли наконец последней ступеньки и теперь находились напротив темницы. Дым стал гораздо реже.

— Вот видишь! Я же говорила, что мы прорвемся. — Она ускорила шаг и вскоре уже сворачивала за угол. Теперь ход удалялся от замка. О дыме можно забыть. — Мы почти в безопасности.

— Вряд ли, — возразил Шандор. — Не забудь, что нам еще тащить Лео по лестнице, ведущей вверх. Рассказать тебе, сколько ступенек ведет на вершину холма, к выходу?

Сандра покачала головой.

— Предпочитаю оставаться в неведении. — Руки ее болели, мышцы ног чудовищно ныли. Не думать, не думать ни о чем, кроме следующего шага. — Пусть это будет для меня сюрпризом. Я люблю сюрпризы.

— Вот как, дорогая? — рассмеялся Шандор. — Что ж, постараюсь это запомнить. Кстати, если вдруг захочешь избавить себя и меня от этой ноши, только скажи.

— Мы не можем оставить Лео. Мы сумеем донести его!

И они действительно справились с этим, хотя, преодолевая последние ступеньки, Сандра боялась, что вот-вот упадет. Все тело ее ныло, легкие горели от недостатка кислорода. Она открыла плечом люк и вышла из тоннеля, с наслаждением ощутив дыхание прохладного утреннего ветерка.

Шандор выбрался вслед за ней и опустил свою ношу на землю.

— Теперь можешь поставить его.

Руки ее так затекли, что пальцы поначалу никак не хотели разжаться. Поставив Лео на землю, Сандра помассировала пальцы и, опустившись без сил на землю, закрыла глаза.

— Вот теперь можешь сказать мне, сколько ступенек мы преодолели.

— Тысяча триста сорок две, — закрыв люк, Шандор оперся на огромный булыжник, прикрывавший вход. — Если я правильно запомнил.

— О, в твоей точности я не сомневаюсь. — Сандра глубоко вздохнула. Легкие все еще болели, но каждый глоток свежего воздуха омывал их, точно живительный бальзам.

— Нам не обязательно тащить Лео за собой на летное поле, — сказал Шандор. — Можно спрятать его в кустах и вернуться за ним позже.

Не открывая глаз, Сандра покачала головой.

— Это небезопасно. Мало ли что с ним может случиться. Здесь идет война.

— Да, я кое-что слышал об том, — в голосе Шандора звучала боль. Сандра открыла глаза и внимательно посмотрела на него. Лицо его казалось совершенно безжизненным. Оно было таким с той самой минуты, когда Шандор увидел, как пожирают языки пламени его замок. — Пора трогаться. Ты можешь идти?

— Да, — Сандра погасила фонарик, все еще болтавшийся на шали, обвязанной вокруг шеи Лео. — Нам не нужен свет. Так мы можем выдать себя. Мы ведь… — Она осеклась, взглянув поверх каменной гряды вниз, туда, куда смотрел Шандор. — О господи!

Сандра попыталась представить себе, что испытывает сейчас Шандор.

Замок еще не рухнул. Массивные каменные стены стойко сопротивлялись пламени, но двери и окна полыхали вовсю. К тому же огонь перекинулся на сад. Налдона стоял внизу, наблюдая за делом своих рук. Ярость и отчаяние бушевали в душе Сандры. Черт бы побрал этого мерзавца! Она и не заметила, что по щекам ее текут слезы, пока не почувствовала, как ласковые пальцы Шандора осторожно вытирают их.

— Ты плачешь обо мне?

— О тебе. О Лимтане. И немного о себе. — Она опустилась на колени перед деревянным конем. — Мы спасли Лео, мы спасли казимар, но все это ничто по сравнению с тем, что ты потерял Лимтану. Потерял навсегда. Я снова не смогла помочь… Я стояла рядом и позволила им забрать…

— В этом нет твоей вины, — Шандор смотрел на копошащихся внизу людей.

— Я, я виновата во всем, — Сандра обнимала обеими руками шею Лео, пряча лицо в его свалявшейся гриве. — Ты ведь не пошел бы в замок, если бы не я. И ничего этого не было бы.

— Это все равно случилось бы рано или поздно.

— Нет, ты не захотел бы остановиться на ночь, если бы не мои ноги…

Сандре было больно, по-настоящему больно. Она оплакивала его потерю. Шандор знал, что должен стряхнуть равно-пушное оцепенение, в которое заставил себя погрузиться, когда понял, что гибель Лимтаны неизбежна. Он должен помочь Сандре. Но… Шандор не мог, не хотел допустить, чтобы чувства его пробудились. Нет, только не сейчас! Закрыв глаза, Шандор подумал о Сандре. Надо думать о жизни, думать о будущем. Только не о лопнувших окнах, не о жадных языках пламени, которое охватило весь замок.

Открыв глаза, Шандор опустился на колени рядом с девушкой и стал гладить ее по волосам.

— Все в порядке, дорогая. Ты ни в чем не виновата. Если бы это не произошло сегодня ночью, то случилось бы в другой день. Я всегда знал, что гибель Лимтаны лишь вопрос времени. Налдона все равно уничтожил бы мой дом.

— Так ты знал, что Налдона сожжет Лимтану?

Шандор кивнул, нежно гладя ее по волосам.

— Когда Налдона посылал мне фотографии, он всегда давал понять, что, как бы ни закончилась эта война, я никогда больше не буду жить в своем замке. Если Налдона поймет, что проиграл, он сразу же сожжет Лимтану.

Но Шандор ведь мог спасти свой дом! Он говорил, что его войска достаточно сильны, чтобы отбить полоску земли, на которой стоял замок. Шандор мог бы отдать такой приказ, но не стал злоупотреблять властью над людьми.

— Почему? — недоумевала Сандра. — Почему ты не спас свой дом?

— Я не имел права, — просто сказал Шандор. — Я ведь уже говорил, Лимтана не имеет в этой войне ни малейшего стратегического значения.

Но Лимтана имела огромное значение для него, Шандора Карпатана! Сандра вряд ли смогла бы принести такую ужасную жертву, если бы знала, как легко ей спасти от гибели то, что дорого ее сердцу. Острая боль пронзила ее при мысли о том, что пришлось пережить Шандору. Увидев его впервые, она была поражена тем, какую силу и мощь источает этот человек, но лишь сейчас Сандра понимала, какой он сильный на самом деле.

Теперь, когда Шандор больше не сдерживался, она ясно читала боль, написанную на его лице. А ведь он еще пытается утешить ее!

— Мне очень жаль, Шандор. На свете не существует слов, которые могли бы помочь тебе сейчас, но мне вправду очень жаль.

— Я знаю, дорогая, — печально улыбнувшись, Шандор снова посмотрел вниз, на равнину. — Наверное, я должен был пожертвовать этой войне что-то очень дорогое. Ты была права, когда сказала, что я теряю куда меньше, чем мой народ. Как видно, таким образом бог решил восстановить справедливость.

— Нет, нет! — воскликнула Сандра. — Я не должна была говорить так! Я не знала… — Она не знала тогда, какой добрый и глубоко порядочный человек Шандор Карпатан, как сильно переживает он беды и горести Тамровии. Она вообще ничего не знала о нем. — Это несправедливо! Я задушила бы этого мерзавца Налдону голыми руками!

Улыбка снова заиграла на губах Шандора.

— Тебе пришлось бы выстоять длинную очередь. — Он покачал головой. — Его следовало бы удушить за все его зверства, но не за это. Помнить — куда важнее, чем владеть. Налдона не может разрушить память о Лимтане. Именно поэтому я и привел тебя в свой замок. Хотел запомнить тебя в своем доме, который я так любил. Это очень важно для меня.

Слезы снова подступили к глазам, и на этот раз Сандра даже не пыталась сдерживаться. Она не плакала, когда умер Дмитрий. Ярость тогда заглушила горе и не дала пролиться слезам.

— Шандор! — Она бросилась ему в объятия. — Обними меня. — Она не хотела, чтобы он был одинок в своем горе. — Все будет хорошо. Я позабочусь об этом.

Шандор сжал ладонями ее заплаканное лицо и легонько поцеловал в висок.

— Спасибо, спасибо тебе, любимая! Кстати, нам пора трогаться в путь.

— Несколько минут ничего не решают. — Сандра крепко прижимала его к себе, словно мечтая поделиться своей силой, доказать ему свою любовь. Любовь! О да, конечно! Почему она так боялась признаться себе, что любит этого человека? Ей нечего бояться. — Позволь мне помочь тебе. Прими мою…

— Жалость?

— Нет, я не это имела в виду…

— Тсс! Все хорошо, — Шандор тихонько укачивал ее, не разжимая объятий. — Я не так горд, чтобы отказаться от твоей жалости. Это ведь так естественно — желание помочь человеку, который дорог тебе, и сочувствие к его бедам.

— Я действительно очень хочу тебе помочь! — Сандра говорила, уткнувшись в его сильное плечо, и слов ее почти не было слышно. — Скажи, что я могу сделать…

— Ты и так мне очень помогла, — хрипло ответил Шандор. Это была правда. Первая, самая острая боль понемногу стихала. Он крепче сжал Сандру в объятиях. — Ты помогла мне тем, что ты есть в моей жизни.

Больше они не произнесли ни слова. Тишину осеннего леса нарушал лишь легкий ветерок и отдаленное потрескивание горящего внизу замка. Сандра и Шандор опустились на колени и долго стояли, обнявшись, рядом с игрушечной лошадкой, которая глядела вдаль озорными черными глазами.


— Какой маленький! — разочарованно произнесла Сандра, глядя на огороженный колючей проволокой партизанский аэродром. — Я ожидала что-нибудь размером с Ла-Гардиа.

— Здесь достаточно места. Три взлетно-посадочных полосы, — Шандор тихо рассмеялся. — Тамровия вообще маленькая страна, ты не забыла?

— Вот уж нет! Похоже, я прошла за эти дни примерно две трети ее территории.

— Если не три четверти. Ну, теперь ты согласишься наконец поставить Лео на землю? Обещаю тебе, что как только мы пройдем на территорию аэродрома, я пришлю за ним кого-нибудь из охраны.

— Что ж, пожалуй. — Она поставила лошадь-качалку на траву около дорожки и вздохнула с облегчением. — А то мне уже кажется, что я прикована к нему навеки. — Сандра нахмурилась. — Ты уверен, что с ним ничего не случится?

— Конечно, — Шандор ласково улыбнулся. — После всего, что ты пережила ради Лео, я непременно его сберегу. Как твои ноги?

— Болят, — честно призналась Сандра. — Но я потерплю.

— Да, я знаю: ты умеешь терпеть. — Улыбка Шандора померкла. — Я плохо забочусь о тебе. Обещаю исправиться.

Когда все это закончится, обещаю: тебе никогда не придется ходить пешком.

— Пожалуй, поймаю тебя на слове. Только как ты собираешься выполнить свое обещание? Ездить в инвалидном кресле я заранее отказываюсь.

— Я подумываю о чем-то вроде рикши. — Глаза Шандора задиристо сверкнули. — Рикши, везущего портшез с колесами из золота, отделанный нефритом и янтарем. В таком портшезе, Сандра, ты будешь настоящей королевой.

— А возить меня будет мажордом в малиновой ливрее, обшитой золотым галуном?

— Если миледи пожелает… — Шандор шутливо поклонился.

Сандра скорчила недовольную гримаску.

— Сейчас миледи желает только одного — умыться с дороги и оказаться в постели. И, поскольку здесь не видно ни портшеза, ни мажордома, придется снова…

— Поздравляю! Для призраков вы выглядите совсем неплохо.

Сандра так и подпрыгнула, но тут же успокоилась, узнав великана, который вырос рядом с ними словно из-под земли.

— Поло! Что ты здесь делаешь?

— Ищу вас. Рад убедиться в том, что новость, объявленная Налдоной по радио, не соответствует действительности.

— По радио? — нахмурился Шандор. — И что же он передал?

— Объявил о вашей смерти — твоей, Шандор, и «запуганной заложницы» Алессандры Баллард. — Цыган критически оглядел Сандру. — По виду не скажешь, чтобы ты была очень напугана. Разве что устала. — Глаза его лукаво блеснули. — Ну да всем известно, что Шандор — известный мастер изощренных пыток. Он мог мучить тебя день и ночь, не оставляя следов на твоем прекрасном теле.

— Когда передали сообщение? — быстро спросил Шандор.

— Примерно полчаса назад. Конал радировал с базы сюда и попросил меня сходить в Лимтану, подтвердить или опровергнуть слухи. Я как раз собирался это сделать, когда увидел вас. — Зубы Поло сверкнули в улыбке. — Конал с ужасом думал о том, что ему предстоит занять твое место. Теперь он вздохнет с облегчением.

— А что ты делал на аэродроме? — спросил Шандор.

— Ждал вас. Похоже, в присутствии мисс Баллард ты забываешь о делах. Я вышел вчера в полдень и к вечеру был на месте. Очень удивился, не обнаружив вас здесь. А когда Конал услышал сообщение Налдоны…

— Но почему ты ждал меня? И почему пошел за нами?

— Хорошие новости! — улыбнулся Поло. — Мы получили сообщение от Зака. Ему удалось решить проблемы с доставкой. Прошлой ночью оружие прибыло на базу. Конал не хотел рисковать и сообщать тебе об этом по радио, опасаясь перехвата. Ни к чему предупреждать Налдону о нашем скором наступлении. Вот он и послал меня.

— Отличные новости! — улыбнулся Шандор. Усталость его как рукой сняло. Господи, скоро все это закончится! Mне надо связаться с Коналом и… — Махнув рукой, он быстро зашагал к высокому забору, окружавшему летное поле. — Позаботься о мисс Баллард! — обернувшись, крикнул Шандор Поло.

Сандра медленно покачала головой, глядя ему вслед. Хорошо, что он вообще не забыл о ее существовании! В один миг Шандор просто взял и исключил ее из своей жизни.

— Да, позаботься обо мне, Поло, — с горькой иронией сказала Сандра. — И особенно о том, чтобы я не путалась под ногами.

— Война…

Сандра вскинула руку, призывая его к молчанию.

— Знаю. Я не собираюсь укорять вашего Танзара за преданность своему делу. Конечно, революция прежде всего. Просто не люблю, когда меня отодвигают в сторону и просят не мешать. — Они столько пережили за последние несколько часов! Сандра не ожидала, что Шандор с такой легкостью забудет о ней. — Думаю, позже нам с Шандором придется кое-что обсудить. Но это потом. А сейчас — как думаешь, я смогу помыться и поспать несколько часов?

— Помыться проще простого, а вот поспать тут негде. Как только Шандор примется за дело, здесь не останется ни одного спокойного места. — Поло пожал плечами. — Скорее всего, такого места не найдется во всей Тамровии. Ну да я постараюсь что-то придумать. Если кто-то и может с этим справиться…

— То это ты, — подхватила Сандра. — Я давно уверовала, Поло, в твои необыкновенные способности. — Поправив лямки рюкзака, она откинула с виска непослушную прядь волос. — Так что пойдемте.

— Не хочешь взять с собой вашего дружка? — Поло указал на лошадь-качалку, и на губах его заиграла улыбка. — Хотел спросить о нем Шандора, но он убежал. — Цыган понизил голос. — Что это? Новое секретное оружие?

— Его зовут Лео, — вздохнула Сандра. — И я думаю, нам действительно лучше взять его с собой. — В суете, которая вот-вот начнется, вряд ли кто-нибудь из людей Шандора придет за деревянным конем. Она взялась за деревянные ручки и сказала Поло.

— Беритесь за заднюю часть…


Все было готово к решительному бою.

Оружие доставили по местам. Конал и Джаспер были уже в пути. В течение часа войска займут позиции для штурма Бела-хо. Шандору осталось только прилететь на базу и принять на себя командование.

Откинувшись на спинку стула, Шандор посмотрел на только что умолкшую рацию. Еще полчаса назад он чувствовал себя чудовищно усталым, но после слов Поло тут же забыл об этом. Его снова ждет долгий день. После двух лет ожидания все должно наконец решиться сегодня. И тогда он сможет наконец позволить себе забыть о войне.

— Твой вертолет готов, — сообщил Поло, появляясь на пороге. — С чего это ты решил добираться по воздуху? А как же зенитчики Налдоны?

— Их нейтрализуют. Конал уже послал войска. Нападение на Лимтану отвлечет Налдону. Пусть думает, что я приказал отомстить за сожженный замок, а мы тем временем стянем силы для штурма Белахо. Если будем действовать быстро, сумеем застигнуть Налдону врасплох. Он уверен, что весть о моей смерти вызовет панику в наших войсках, — Шандор презрительно скривил губы. — Его люди наверняка еще просеивают пепел в поисках наших останков. Вряд ли Налдона решился бы сделать это заявление, если бы не рассчитывал представить конкретные доказательства.

— Мне жаль твой дом, — помрачнел Поло. — Я знаю, как дорог был тебе этот замок. Никогда не мог понять этой привязанности к одному месту, но я разделяю твое горе. — Он помолчал, улыбнулся. — Что ни делается — все к лучшему. Кто знает: может, когда кончится эта война, ты придешь жить к нам в табор, и я покажу тебе наконец настоящую мужскую жизнь. Ни стен, ни крыши — полная свобода и никакой политики.

— Никакой политики! — Шандор мечтательно возвел глаза к небу. — Ради одного этого я готов согласиться.

— Придется прятать тебя в горах. Если найдут, то обязательно уговорят быть президентом.

— Ну, об этом я буду беспокоиться, когда покончу с Налдоной. — Он отодвинул стул от стола. — Прежде чем улететь, я должен поговорить с Алессандрой. Где она?

— В ремонтном ангаре.

— В ангаре?

— Сандра хотела поспать. Ангар — единственное место, где ее можно было пристроить, чтобы твои люди не спотыкались о нее каждую секунду. Я велел притащить туда койку и дал ей затычки для ушей, чтобы не мешал шум. — Поло был явно доволен собой. — И знаешь, сработало. Когда я проверял полчаса назад, Сандра спала как убитая.

— После того, что мы пережили за последние дни, не удивлюсь, если она проспит целый месяц. Через пятнадцать минут подойди к вертолету, хорошо? Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал.


В ангаре пахло смазочным маслом, пол был заляпан краской. Но Сандра мирно спала, равнодушная ко всему, что творится вокруг.

Шандор опустился на колени рядом с койкой. У него оставалось совсем мало времени, но он хотел провести эти последние минуты рядом с любимой. Он так много должен ей сказать! Они недолго были вместе, не сразу поняли друг друга, но Сандра согласилась разделить с ним не только радость слияния друг с другом, но и самую тяжелую минуту в его жизни. Взгляд Шандора упал на деревянного коня, которого кто-то поставил в углу ангара. Он даже не успел сказать Сандре, как тронула его забота о Лео. Сандра помогла ему сохранить хотя бы маленькую часть Лимтаны, чтобы передать ее своим детям. Он сказал ей так мало ласковых слов! Вряд ли Сандра сможет понять сама, как важно для него то, что происходит между ними. Ничего, Шандор ей объяснит. Когда закончится война, он найдет Сандру и сумеет показать ей, что Шандор Карпатан умеет быть не только грубым солдатом…

Шандор хотел погладить любимую по щеке — но рука застыла в воздухе. Сандра спит беспокойно. Если он дотронется до нее, девушка проснется, а Шандор не хотел этого. Он надеялся, что Сандра проспит все тревожные события этого дня и проснется, когда все уже будет кончено. Она уже пережила одну войну. Нет, Шандор не станет трогать ее. Просто посидит вот так, рядом, пока его люди готовят вертолет. Он будет сидеть и вспоминать вчерашнюю ночь, проведенную в ее объятиях.

Глава 8

Что-то было не так. Сандру разбудила тревога. Вокруг царила темнота. В воздухе висел едкий запах горючего. Сандра вспомнила, что спит в ремонтном ангаре. Поло нашел для нее место, где можно спокойно отдохнуть несколько часов. Но это было утром, а сейчас уже темно. Она резко села на койке и вынула из ушей затычки. Почему никто не разбудил ее?

В углу комнаты что-то зашевелилось. Сандра испуганно взглянула в ту сторону.

— Это всего-навсего я, — послышался голос Поло. — Не бойся. — Вспыхнувшая спичка осветила его бородатое лицо. — Шандор попросил меня позаботиться о тебе. Я рад, что ты проснулась. Мне порядком надоело сидеть тут. — Спичка догорела. В темноте Поло прошел к стене, на которой находился выключатель. — Ты очень долго спала. Шандор сказал, что вы оба очень устали.

От яркого света Сандра растерянно заморгала.

— Который час? — спросила она, спуская ноги на пол.

— Три часа ночи, — ответил Поло. — Может, и больше.

Сколько же она проспала!

— Но почему никто не разбудил меня до сих пор? Где Шандор?

— Вернулся на базу.

— Без меня? Он бросил меня здесь? Поло кивнул, не глядя на девушку.

— Сказал, что здесь ты будешь в безопасности. Он радировал Заку, чтобы тот прислал самолет и вывез тебя в Цюрих. Велел передать, что присоединится к тебе, как только сможет.

Сандра невидяще смотрела перед собой.

— Значит, я должна лететь в Швейцарию, а он присоединится ко мне, когда сочтет это удобным?

Поло снова кивнул.

— Это будет довольно скоро. Шандор уже отдал приказ начинать штурм Белахо. Сейчас бой в самом разгаре.

Бой. Шандор сейчас там, в гуще боя, на волосок от смерти, а она не может быть рядом. Он может умереть, а Сандра даже не узнает об этом. И он хочет, чтобы она летела в Швейцарию?!

— Как мне добраться до Белахо? — спросила она.

Цыган удовлетворенно улыбнулся.

— Это очень опасно, — пробормотал он. — И очень трудно. Шандор очень рассердится.

— Как мне добраться туда?

— Вокруг Лимтаны тоже идет бой, а мы должны пересечь эту территорию, чтобы оказаться в Белахо.

— Как, Поло?

— Мы пойдем пешком.

Сандра поморщилась.

— Именно этого я и боялась.

— Это будет интересное путешествие. Я знаю много способов обогнуть…

— Не сомневаюсь в этом. И ни один из твоих путей наверняка не ведет по прямой. Не удивлюсь, если мы будем добираться в Белахо вдвое дольше, чем шли сюда.

— Вполне возможно. Ты так не любишь ходить пешком?

— Скажем так, это занятие меня в восторг не приводит.

— Ну, можешь остаться здесь или полететь в Цюрих. И здесь, и там ты будешь в безопасности.

— Пойдем, — сказала Сандра, вставая с койки.

Закинув голову, цыган развилисто засмеялся.

— Я так и думал. Потому и не стал спорить с Шандором, когда он приказал мне остаться. Я знал, что с тобой будет интереснее, чем во время штурма Белахо. Для боя не требуется настоящего искусства. Охота куда интереснее — и для охотника, и для добычи.

Сандра невольно улыбнулась. Поло похож на огромного ребенка. Они с Лео чем-то похожи друг на друга. Оба готовы кинуться навстречу приключениям.

— Будем надеяться, что не окажемся на этот раз ничьей добычей, — сказала Сандра, направляясь к двери. — Сейчас я умоюсь, и можем трогаться в путь.


Белахо был охвачен ликованием. Люди пели и танцевали прямо на улицах, в кафе бесплатно угощали вином и пивом. Дважды Поло приходилось вытаскивать Алессандру за руку на тротуар, чтобы веселящаяся толпа не увлекла ее за собой. Напрасно они решили пробираться к замку через центр города.

— Победа сводит людей с ума, — заметил Поло, — но это приятное помешательство. Приятно видеть людей счастливыми. Они столько страдали под гнетом Налдоны. Шандор — их герой.

— Не сомневаюсь в этом.

Co всех сторон то и дело раздавались крики: «Карпатан!», «Танзар!».

— Неужели война закончена?

— Судя по всему, да, — Поло пожал плечами. — Узнаем наверняка, когда поговорим с кем-нибудь из офицеров Шандора. Белахо свободен, да и через Лимтану мы пробрались без особого труда. Наверное, наша армия одержала верх по всей стране.

— Но где сам Шандор? Во дворце?

— Возможно, — Поло вдруг нахмурился. — У тебя усталый вид. Шандор будет недоволен. Почему бы тебе не посидеть в каком-нибудь кафе, пока я найду его и приведу к тебе?

Предложение казалось заманчивым. Целые сутки они добирались пешком до столицы. Сандра готова была выть от боли, но все же упрямо шла вперед на своих израненных ногах. Для Поло их переход через горы казался забавой, Сандра же была вне себя от беспокойства за Шандора. Она не была уверена даже в том, что он жив, пока они не наткнулись на отряд повстанцев и командир не сообщил им о победе Танзара. Теперь оставалось только найти его в этом сумасшедшем городе празднующем победу и освобождение от тирании, и удержаться на ногах, которые болели при каждом шаге, как у русалочки, о которой рассказал ей Шандор.

— Нет, я пойду с тобой, — сказала она Поло. — Кто знает, сколько придется искать Шандора.

— Ты сильная женщина. Уверена, что в тебе нет цыганской крови?

— Я ни в чем не уверена.

— Хо! Конал! — вдруг воскликнул Поло и отпустил ее руку. — Подожди здесь!

И он стал пробивать путь через толпу к крытому брезентом грузовику, который медленно продвигался к центру города.

— Стой, Конал!

Грузовик остановился, и дверца кабины открылась. Человек, выглянувший из машины, показался Сандре смутно знакомым. Наверное, она видела его на базе. Она шагнула ко входу в лавку мясника, чтобы толпа не увлекла ее за собой, и устало оперлась о стену.

Перебросившись парой слов с Коналом, Поло двинулся обратно.

— Ну что? — спросила Сандра.

— Все не так хорошо, как хотелось бы. Мы выиграли войну, но Налдона отказывается сдаваться. Его личная охрана удерживает часть покоев дворца, и у Налдоны ость заложник. — Поло сделал паузу. — Джеймс Брюнер.

— Джеймс! — Сандра выпрямилась. — Нo он не имеет ко всему этому никакого отношения!

— Он американский гражданин. Если с ним что-то случится, американское правительство будет в ярости. Только что родившаяся республика не может позволить себе рассердить сверхдержаву.

— Но с Джеймсом ничего не должно случиться! Он же… — Сандра осеклась. Пока Джеймс в руках Налдоны, можно ожидать всего. — Ты сказал, что Налдона держит его в заложниках. И чего же он требует?

— Вертолет, который доставит его в аэропорт. Самолет, который отвезет его туда, куда он скажет. — Поло вновь помолчал. — И Шандора Карпатана.

Сандра похолодела.

— Шандор не может согласиться на подобные требования. Налдона убьет его! Его люди не должны разрешать ему…

— Он Танзар, — возразил Поло. — Его люди сделают так, как он скажет.

— Нет! — Она порывисто вздохнула. Конечно, Шандор не сделает этого. И зачем только она притащила Джеймса в Там-ровию! Это по ее вине Шандору и Джеймсу угрожает теперь опасность. И значит, она должна им помочь.

— Где же теперь Шандор?

— Во дворце. Его люди устроили штаб возле главного входа. Налдона дал ему шесть часов на размышление, прежде чем он убьет Брюнера.

Шесть часов. Сандра вздохнула с облегчением. У нее есть время что-то придумать.

— Конал ждет, чтобы отвезти нас во дворец, — сказал Поло. — Шандор послал за новыми войсками. Думаю, ты захочешь поехать с Коналом.

— Да, — рассеянно ответила Сандра, прокладывая путь через толпу. — Да, я хочу попасть во дворец. — Подземный ход — вдруг осенило ее! Сандра застыла на месте. Если Шандор не намерен отдать себя в руки Налдоны, значит, он хочет атаковать дворец через подземный ход. И тогда во дворце будет бой. Шандор или Джеймс могут пострадать. Их могут даже… Нет, она не должна думать об этом! Надо срочно решить, что делать. В чем слабое место Налдоны? Должно быть что-то, чем она сможет воспользоваться… Женщины! Его отношение к женщинам всегда было…

— Алессандра? — Поло озадаченно смотрел на застывшую неподвижно девушку.

Она снова двинулась сквозь толпу к грузовику и на ходу бросила ему:

— Мне нужно оружие, Поло. Что-нибудь такое, что легко спрятать.

— Оружие, — медленно повторил цыган. — Позволь поинтересоваться: для чего тебе понадобилось оружие?

— Все это случилось по моей вине. Я и должна это исправить. Шандора могут убить…

— Так ты собираешься сама отправиться за Брюнером! — Поло, прищурившись, испытующе глядел на нее. — Подземный ход?

Сандра удивилась не на шутку.

— Так ты знаешь о его существовании?

Поло кивнул.

— Именно там я впервые встретил Шандора. Интересная была встреча. — Он помолчал немного и решительно заявил: — Я пойду с тобой.

— Нет. Это вызвало бы подозрения Налдоны. Я хочу воспользоваться его пренебрежительным отношением к женщинам. Судя по безмозглой малолетке, которую он взял себе в любовницы, Налдона считает, что женщины существуют на свете для одной цели. — Сандра хитро улыбнулась. — Я должна показаться ему такой же дурочкой, как все остальные. А рядом с таким грозным великаном…

— Кто это грозный — я? — Зубы цыгана сверкнули в улыбке. — Бог с тобой! Я тих и ласков, как домашняя киска.

— Не будем спорить. Мне не нужна домашняя киска. Мне нужно оружие.

— Но ты не можешь пойти туда одна. Ты — женщина Танзара. Налдона сразу поймет, что ты — куда более ценная заложница, чем Джеймс Брюнер.

— И вовсе я не женщина Танзара! — упрямо возразила Сандра. — Я принадлежу себе — и больше никому. Но если Налдона решит, что я очередное увлечение Шандора, что ж, тем лучше. Это ослабит его бдительность.

— Ну, не знаю…

— Это единственный способ избежать жертв, — в голосе Сандры зазвенело отчаяние. — Не спорь со мной, Поло. Помоги мне.

Цыган по-прежнему не сводил с нее глаз.

— Ты ведь все равно пойдешь туда, верно?

Сандра кивнула.

— Тогда придется помочь. Какое оружие я должен принести?

Она вздохнула с облегчением.

— Лучше всего небольшой пистолет. Ненавижу ножи.

— Что ж, поищем в грузовике у Конала. Там столько солдат, что у кого-нибудь наверняка найдется небольшой пистолет для женщины Танзара.

— Я не… — Сандра осеклась, не договорив. Какая разница, как называет ее Поло? Она ведь действительно женщина Шандора. Она любит его так, что уже не сможет принадлежать никому другому. — Шандор ничего не должен знать.

Поло покачал головой.

— Этого я тебе не могу обещать, но у тебя будет фора во времени. Постарайся использовать ее. Конал очень предан Шандору, и мне не удастся надолго обеспечить его молчание.

— Я постараюсь. Спасибо тебе, Поло.

— Не надо благодарить. Я не отпустил бы тебя, если бы не понимал, что это единственный шанс. Я уже говорил — ты сильная женщина. — Он улыбнулся. — Иногда ты напоминаешь мне мою сестру Марну.

— У тебя есть сестра? Здесь, в Тамровии?

— Сейчас ее здесь нет. Все мое племя кочует в Соединенных Штатах. Зак Деймон разрешил им жить на его землях до конца войны.

— Но ты не поехал с ними?

— Здесь лучше охотиться. Но теперь, когда Шандор победил, наверное, и в Тамровии станет скучно. Может быть, и я отправлюсь к своим в Монтану.

— Война еще не закончена! — Как он может говорить так, когда Налдона угрожает Шандору и Джеймсу? Что ж, от нее зависит сделать так, чтобы все закончилось в ближайшее время.

Сандра добралась наконец до кабины грузовика и схватилась за протянутую руку Конала, который втащил ее внутрь.

— Кажется, на базе нас не представили друг другу, — сказала она. — Я — Алессандра Баллард, женщина Танзара, и надеюсь, что вы окажете мне одну услугу.


Сандра повернула стержень канделябра, и стена отъехала в сторону. Она стояла у выхода из тоннеля. Никого. Девушка вздохнула с облегчением. Она так и думала, что Налдона переведет Джеймса в свои покои, вместо того, чтобы охранять его здесь, но только теперь убедилась в этом наверняка. Выйдя из тоннеля, она закрыла вход. Пока все шло неплохо. В покоях вроде бы было пусто. Сандра медленно направилась к спальне. У нее почти не осталось времени, но ей ни за что не убедить Налдону, что она — глупое беззащитное создание, если она при этом будет выглядеть как солдат.

Понадобилось всего пять минут, чтобы переодеться в белую блузку и широкие белые брюки, отлично скрывавшие привязанную к ноге кобуру с револьвером. Сандра успела даже причесаться, а вот для макияжа времени уже не осталось. Что ж, вовсе не обязательно выглядеть красавицей. Туфли. Чтобы подкрепить только что созданный ею образ, они должны быть совершенно непрактичными. Быстро скинув теннисные туфли и носки, Сандра сунула ноги в босоножки на высоких каблуках. Ноги болят чудовищно. Ничего не поделаешь, придется потерпеть. Взглянув в зеркало, Сандра подумала, что она слишком бледна. Ну да сейчас не до этого. Она медленно вышла из спальни и направилась через гостиную к двери, ведущей в дворцовый коридор.

Ей удалось выйти из покоев незамеченной, но когда она была уже в двух шагах от комнат Налдоны, сзади раздался щелчок предохранителя.

— Стоять!

— Стою, — покорно пробормотала девушка, оглянувшись на солдата, который целился в нее. — Не надо пугать меня этой штукой. У меня и так душа ушла в пятки. Где Налдона?

Дверь покоев распахнулась.

— Мисс Баллард? — Марк Налдона стоял перед нею собственной персоной. — Как мило с вашей стороны заглянуть на огонек! Не откажите в любезности объяснить, как вам удалось попасть во дворец. Вы с Карпатаном, похоже, умеете появляться и исчезать не хуже Гудини.

Сандра небрежно махнула рукой.

— Карпатан показал мне дорогу с веранды на заднюю лестницу. Я так боялась, что сама не понимала, куда иду. — Девушка нахмурилась. — Мне не нравится, что вы используете меня как шахматную пешку — и вы, и Шандор. Я — подданная Соединенных Штатов, черт побери!

— Пешка? — Налдона, прищурившись, смотрел на Сандру. Какие у него жестокие, холодные глаза. — Почему это вы говорите, что Карпатан считает вас пешкой? Он грудью встал на вашу защиту в Лимтане.

— Это было до того, как вы сожгли его дурацкий замок. Можно подумать, что эта груда камней — живое существо. Потеряв его, он превратился в настоящего психа.

— Правда? — В глазах Налдоны мелькнула усмешка. — Значит, ему было больно?

Черт бы побрал этого мерзавца! Какой самодовольный у него вид! Сандра поспешно опустила ресницы, чтобы Налдона не прочел в ее глазах истинные чувства.

— Очень, очень больно. Он был вне себя от бессильной ярости. Все время проклинал вас. — Она старалась говорить возмущенно. — Представляете, он даже обвинил во всем меня! А какое я имею к этому отношение? В чем моя вина, если я устала тащиться целый день по горам и сказала, что не могу больше идти? Да и сам он был вовсе не прочь затащить меня в ближайшую спальню. А теперь обращается со мной, точно с прокаженной!

— Как вам не повезло! — иронично заметил Налдона. — Однако это вовсе не объясняет, почему Карпатан решил послать вас в логово льва. — Он презрительно скривил губы. — И почему вы согласились на это.

— Шандор решил задобрить вас, дав вам в руки еще одного заложника. А я только и мечтала о том, чтобы снова оказаться рядом с Джеймсом. Он всегда был так добр ко мне — не то что Карпатан. Когда вы отпустите Брюнера, я уйду с ним. У вас ведь нет больше причин желать мне зла? — Она наивно взмахнула ресницами. — Могу я увидеть Джеймса?

Поколебавшись немного, Налдона пожал плечами и отступил назад.

— Почему бы и нет? Заходите, мисс Баллард. Присоединяйтесь к нашей вечеринке. — Он сделал знак охраннику, и тот опустил пистолет. — Жаль, что мне не удастся использовать вас в игре против Карпатана. Но ничего — я найду способ поправить свое положение. Брюнер очень богатый человек, а мне понадобится много денег, чтобы обеспечить себе сносное существование в эмиграции. Кажется, вы очень дороги ему, мисс Баллард.

— Я знаю, как доставить мужчине удовольствие, — заявила Сандра, входя в комнату. — Мы с Джеймсом отлично понимаем друг друга. — Она беспокойно оглянулась через плечо. — Надеюсь, вы не рассказали ему о том, что произошло между мной и Карпатаном?

Налдона покачал головой.

— Пока что я готов хранить ваш маленький секрет. Возможно, Брюнер вообще ни о чем не узнает, если вы обещаете помочь мне договориться с ним. — Налдона кивнул на дверь в другом конце комнаты. — Брюнер заперт там. Старик будет рад до смерти, что я вернул ему его маленькую подружку. — Он залез в карман, вынул оттуда ключ и протянул Сандре. — Ублажайте его как следует. Если Карпатан не согласится на мои условия, то это последний раз в его жизни.

— Вы не сделаете этого. Мы — американские граждане! — Сандра уверенно направилась к ванной. — Вы с Карпатаном уладите свои проблемы, и мы с Джеймсом уедем отсюда. — Она отперла дверь. — Я сыта по горло этой вашей Тамровией!

Налдона вышел на середину комнаты.

— «Американские граждане»! Вы произносите эти слова как магическое заклинание. А ведь здесь это ничего не значит.

— Еще как значит! — Она тряхнула головой, словно норовистая лошадка. Сейчас впору заржать во весь голос. — Все знают, что не стоит шутить с дядюшкой, Сэмом.

— Алессандра! — При ее появлении Джеймс вскочил с кровати.

— О, дорогой, ты не представляешь, через что мне пришлось пройти! — Подбежав к Брюнеру, Сандра поцеловала его в щеку. — Пожар, эти ужасные, грубые солдаты Карпатана… — Она в упор посмотрела на Джеймса. — Но ты выглядишь таким усталым! С тобой все в порядке? Ложись, не вставай. — Она опрокинула Джеймса на постель и встала перед ним на колени. — Мне не надо было оставлять тебя. Никто не может позаботиться о тебе так, как я. — Сандра лучезарно улыбнулась ничего не понимающему Брюнеру, а рука ее скользнула под брюки и нащупала рукоятку пистолета. — Но теперь я вернулась, и я позабочусь о том… — Быстрым движением она выхватила пистолет и закончила, уже повернувшись к Налдоне: — чтобы мы оба выбрались отсюда.

Довольная улыбка тут же исчезла с лица диктатора.

— Не глупите! Коридор патрулируют три десятка моих солдат. Один выстрел — и они будут здесь.

— Но вам это уже не поможет, — заверила его Сандра. — Я хороший стрелок и не колеблясь нажму на спуск. — Поднявшись на ноги, она стойко выдержала ненавидящий взгляд диктатора. — Вы склонны недооценивать людей, Налдона. Шандора, меня, Джеймса. Не делайте очередной ошибки.

Мгновение Налдона пристально вглядывался в ее лицо, затем покачал головой.

— Вы неплохо блефуете, мисс Баллард, но не думаю, что вы способны исполнить свою угрозу. — Он презрительно скривил губы. — Вы просто не могли научиться этому в хозяйской спальне. Не стоит заниматься не своим делом. Содержанке лучше оставаться содержанкой.

Джеймс вскочил на ноги, сжимая руки в кулаки.

— Налдона, ты — сукин…

— Нет, Джеймс, — быстро сказала Алессандра. — Не связывайся с ним из-за такого пустяка. — Она целилась в грудь Налдоны. — Вам придется прогуляться с нами.

— Думаете, я позволю вам сделать из меня заложника? Никогда! — Глаза его свирепо сверкнули. — Все это блеф, сплошное вранье! Ты ни за что не выстрелишь, шлюха! — Повернувшись к Сандре спиной, Налдона направился к двери. — Пойду позову охрану. Если сдадитесь прямо сейчас, возможно, я оставлю вас в живых.

Сандра никогда еще не оказывалась перед столь трудным выбором. Ей не хотелось, о, как ей не хотелось убивать! Но если она не выстрелит, Налдона позовет своих людей. И тогда ей ни за что не спасти Джеймса. К тому же теперь Налдона будет вдвойне подозрителен, и Шандору не удастся внезапно атаковать его. И Шандор, и Поло, и сотни других людей могут пострадать в этой схватке. С другой стороны, оставшись без своего вождя, люди Налдоны, скорее всего, сдадутся на милость победителей.

— Остановитесь, Налдона, — почти спокойно произнесла Сандра. — Я ведь выстрелю.

Диктатор даже не повернулся.

— У тебя дрожит голос. Не любишь насилия, правда? А мне это доставляет удовольствие. За последние два года я вошел во вкус. Карпатан, возможно, тоже.

— Нет!

Что ж, о себе Налдона безусловно сказал правду. Ему нравилось издеваться над людьми. Он сам пытал своих узников, он сжег Лимтану, чтобы причинить боль Шандору…

— Я не хочу стрелять, но я сделаю это. Не смейте открывать дверь!

— Врешь, шлюха, — процедил сквозь зубы Налдона, берясь за ручку двери. И Сандра нажала на спуск.


— Догадываюсь, за что ты сердишься на меня, — Поло отошел от камня у входа в тоннель, ведущий ко дворцу. Шандор и его люди готовились проникнуть в замок, чтобы отбить Сандру и Брюнера. Поло укоризненно посмотрел на Конала, стоявшего рядом с Танзаром. — Мог бы подождать немного, прежде чем выдавать ее. Она ушла всего пятнадцать минут назад.

— Этого достаточно, чтобы ее успели убить. Если Налдона посмел тронуть ее, я удушу вас обоих. — Шандор быстро обогнул камень и вошел в проход. Он включил фонарик, и Поло увидел, что в лице его нет ни кровинки. — Я ведь просил тебя позаботиться о ней. Я хотел, чтобы она на время исчезла из этой страны.

— Сандра очень решительная женщина. И имеет право сама распоряжаться собой.

Шандор торопливо шел по тоннелю. Поло прибавил шагу, чтобы догнать его.

— Не надо сердиться на Конола, — сказал он. — Парень готов на все, чтобы спасти твою голову. Так же, как и Сандра.

В ответ Шандор лишь ускорил шаг.

Выйдя из подземного хода, они услышали выстрел.

— Сандра! — Шандор кинулся к двери и распахнул ее настежь. — О боже, Сандра!!!

Еще выстрелы, встревоженные голоса.

По коридору бежали люди Налдоны. Дверь в покои диктатора была широко распахнута. И надо всем этим хаосом вдруг прозвучал властный мужской голос:

— Он мертв, черт побери! Вам не за что больше сражаться! Я должен найти для нее врача.

— Для нее!

Шандор бросился вперед. Поло схватил его за руку и втянул обратно.

— Думай, что делаешь. Они сейчас, точно стадо испуганных гусей, мечущихся по птичьему двору. — Взяв ручной пулемет Конала, Поло дал очередь над головами солдат. Кутерьма в коридоре усилилась — никто не мог понять, откуда раздались выстрелы. — Пока достаточно. — Поло бросил пулемет Коналу.

Солдаты Карпатана пошли в атаку, и вскоре люди Налдоны начали поспешно сдаваться. Шандор наконец ворвался в покои диктатора. Он едва взглянул на распростертое на полу тело своего смертельного врага. Все внимание его было приковано к лежащей неподалеку женщине в белых одеждах, над которой склонился Джеймс Брюнер.

— Позовите врача, — приказал Шандор. — Немедленно. — Он быстро пересек комнату. Ему казалось, что все вокруг движется как при замедленной съемке. Собственный голос звучал словно издалека. — Она ранена?

Брюнер расстегнул блузку Сандры и теперь пытался с помощью носового платка остановить кровь из раны — слева от груди.

— Да. — Он поднял голову. — Вы — Карпатан?

Шандор кивнул и опустился рядом с ним на колени. Девушка была мертвенно-бледна.

— Она без сознания. Рана серьезная?

— Не знаю. Я ведь не врач. — Губы Брюнера болезненно скривились. — Вы не должны были отпускать ее.

— Я и не отпускал, — угрюмо буркнул Шандор. Кровь медленно сочилась сквозь носовой платок Брюнера. — Где, черт побери, доктор?

— Она убила Налдону.

— Сандра? — Смерть Налдоны совершенно не волновала его сейчас. Шандор откинул волосы с лица девушки. Неожиданно он поднял голову, и на бледном лице сверкнули неистовой яростью потемневшие глаза. — Кто стрелял в нее?

— Не знаю. Один из солдат, ворвавшихся сюда после выстрела Сандры. Разве это важно?

— Важно, — Шандор готов был задушить собственными руками негодяя, стрелявшего в Алессандру Баллард. Но это потом. Сейчас надо спасать ее, надо сделать все, чтобы ее спасти.

— Снова жестокость, месть, насилие, — устало произнес Брюнер. — Неужели вы так ничего и не поняли? Вы ведь чуть не погубили ее. Алессандра ненавидит войну, ненавидит кровь, а вы заставили ее выстрелить в человека. Если Сандра выживет, как она сможет это перенести?

Если выживет? Она должна выжить!

— Не знаю, — рука Шандора рассеянно гладила девушку по волосам. — Я просто отдам ей все.

Глава 9

Убитый падал медленно-медленно и все никак не мог упасть. Эхо выстрела гремело в ушах Сандры, сердце билось отчаянно и гулко. Пистолет в руке казался чудовищно тяжелым. Сандра не хотела, не хотела его держать. Она никогда больше не прикоснется к оружию!

— Нет, пожалуйста, нет!

— Тсс! Все хорошо. Все будет хорошо. — Голос Шандора. Рука Шандора сжимает ее руку.

— Шандор? — прошептала Сандра, очнувшись от мучительного кошмара. — Ты жив?

Шандор сидел рядом с ней на кровати. Глаза его странно, влажно блестели.

— Да, цел и невредим. — Он откашлялся. — Брюнер тоже в безопасности. Доктор сказал, что рана пустячная. Причина обморока — шок, усиленный нервным истощением.

Шок. Налдона.

— А… Налдона?

— Да, он мертв. — Шандор крепче сжал ее руку.

Снова подступила дурнота.

— Этого я и боялась.

— Не плачь, ради бога не плачь, ты разрываешь мне сердце.

Сандра и не знала, что плачет, но теперь осознала, что слезы текут по щекам.

— Но я никогда никого не убивала!

— Налдона был кровавым тираном! — хрипло проговорил Шандор. — Вся Тамровия готова на тебя молиться.

— Он был человек. Живой человек. — Сандра устало закрыла глаза. — Я не хотела этого, Шандор. Не хотела, чтобы кто-нибудь пострадал.

— Я знаю, знаю. Поспи еще немного, милая. Когда проснешься, тебе станет лучше.

Сандра не верила, что сон может ей помочь… но так сказал Шандор, а Шандор не станет ей лгать. Она должна доверять ему.


— Я не хочу оставаться в постели, — твердо сказала Сандра. — Доктор ведь сказал, что рана несерьезная. Не могу я больше лежать! Я скоро на стену полезу!

— Не можешь больше лежать? — усмехнулся Брюнер. — Да ты ведь только два часа назад пришла в сознание. Да и доктор прописал тебе отдых и покой. — Улыбка его поблекла. — А когда он осмотрел твои ноги, то велел лежать недели две.

— Но это невозможно! — Сандра резко села на кровати, и тут же бок пронзила острая боль. — Я должна увидеть Шандора.

— Сейчас это исключено. Он на заседании кабинета. Мы послали ему записку. Шандор просил сообщить, когда ты проснешься.

— Зачем мне дали спать так долго? Надо же — тридцать шесть часов! — Она покачала головой. — Невероятно!

— Вовсе нет. Если верить Карпатану, ты была измотана до предела событиями последних дней. Ты прошла через настоящий кошмар.

Не все, что случилось в эти дни, было для нее кошмаром. Сандра узнала красоту настоящей любви и жар неистовой страсти. Она пережила минуты, которые будет помнить всю оставшуюся жизнь. Шандор Карпатан навсегда изменил жизнь Сандры.

— Заседание кабинета? Звучит так официально!

— Насколько может быть официальным переходное правительство. Шандор сформировал временный кабинет, чтобы назначить комитеты, которые будут действовать как правительственные органы, пока не напишут проект конституции и не проведут выборы. — Брюнер поморщился. — Удивляюсь, как тебя не разбудили дебаты этого самого кабинета. Первые сутки Шандор отказывался оставлять тебя, и члены кабинета расположились прямо тут, в соседних комнатах. Они решили, что никак не обойдутся без Карпатана. Кажется, так считает вся Тамровия. Без него все в этой стране пойдет прахом.

— Да. — Сандра понимала этих людей. Ее собственный мир наверняка рухнет, если в нем не будет Шандора. И все же он оставался рядом с ней, хотя дело требовало его присутствия совсем в других местах. Сандра вновь испытала знакомое чувство — словно что-то теплое таяло в груди.

— Они все любят его, — тихо проговорила она.

— Похоже, не только они, — Джеймс внимательно вглядывался в ее лицо. — Думаю, и ты поддалась всеобщему увлечению. Надо было мне сразу догадаться. Карпатан был вне себя от беспокойства, пока доктор не убедил его, что через несколько дней ты поправишься. Чувства такой глубины редко остаются без ответа.

— Да, Джеймс, не стану отрицать очевидного: я не просто люблю его — я схожу с ума по Шандору Карпатану.

— Что ж, — улыбнулся Брюнер, — ты никогда ничего не делала наполовину. — Он взял руки Сандры в свои. — Видимо, это означает, что в Марибу я отправлюсь один?

— Мы придумаем что-нибудь. Ничего еще не решено. — Она ведь даже не успела сказать Шандору, что любит его. На миг Сандру охватила неуверенность. Сам Шандор тоже лишь однажды смутно намекнул на возможность каких-то длительных отношений. Но разве нужны им были слова? Они знакомы так недавно, но чувства их сильны и искренни.

— Я должна поговорить с Шандором, — вслух упрямо повторила Сандра.

— Мы ведь уже обсудили это…

— И не намерена оставаться в постели.

— Сандра!

— Не слушается? — спросил Поло, входя в комнату. — Шандор сказал, что она никогда и никого не слушается. И еще Танзар велел держать ее в постели, пока он не решит, что делать с ней дальше. У него есть кое-какие планы.

— У него есть планы! Ну уж нет! Я сама строю планы, когда речь идет о моем будущем! И перестаньте все спорить со мной!

— Шандор говорит, что нужно организовать все лучшим образом. — Пройдя через комнату, Поло остановился у ее постели. — Почему ты не хочешь слушаться? Танзар поручил договориться с тобой мне, а я, ты же знаешь, всегда выполняю его поручения.

— Я буду исключением, которое подтвердит правило. С каких это пор ты стал браться за такие неинтересные задания, Поло?

— Я решил, что не могу отказать Шандору. Я немного виноват перед ним — плохо заботился о его женщине.

— Ты говоришь так, потому что меня подстрелили? Но ведь это моя вина. Моя и больше ничья. Я сама решила идти одна. Ты хотел сопровождать меня.

Поло покачал головой.

— Дело не только в том, что тебя ранили. — Он с упреком посмотрел на девушку. — Ты ничего не сказала мне о своих ногах. Если бы ты хоть раз пожаловалась на боль, я сумел бы облегчить для тебя дорогу. Шандор очень разозлен тем, что я позволил тебе проделать весь путь пешком.

— Позволил?!

Усмехнувшись, Поло отвесил ей шутливый поклон.

— Прими мои извинения. Только что ты снова напомнила мне Марну. Я не такой дурак, чтобы считать женщину ниже мужчины, но каждый имеет право, чтобы о нем позаботились, когда ему — или ей — больно и трудно. — Улыбка вдруг исчезла с его лица. — А теперь давай поговорим серьезно. У Шандора сейчас совсем нет времени. Ты проспала тридцать шесть часов, а он за все это время едва прилег. Целые сутки он разрывался между тобой и своим новым правительством. Если ты настаиваешь на том, что должна встать, мне придется сообщить ему об этом, и Шандор тут же прервет заседание кабинета, чтобы прийти сюда и удержать тебя в постели. Значит, потом ему снова придется вернуться на заседание, вместо того чтобы лечь отдохнуть. Неужели ты хочешь этого?

— Конечно, нет, — Сандра нахмурилась.

— Тогда почему бы тебе не полежать немного, пока Шандор не разберется с делами. Через пару часов я пришлю горничную. Она поможет тебе выкупаться и навести красоту перед встречей с Шандором.

Боже правый, Сандра и не подумала о том, как она выглядит!

— Ох, должно быть, я выгляжу ужасно.

Ни Джеймс, ни Поло ничего не ответили, но молчание их было красноречивее всяких слов.

— Что ж, ваша взяла, — уныло вздохнула Сандра. — И когда же Шандор решит, что делать со мной дальше?

— Сегодня вечером. Он просил передать, что будет очень рад, если ты согласишься отобедать с ним в большом бальном зале.

— В бальном зале? — удивленно переспросила Сандра. — Ты уверен, что правильно понял его слова?

Поло кивнул.

— Он решил устроить прием?

Цыган пожал плечами.

— Об этом Шандор ничего не сказал, но мне почему-то кажется, что он не захочет утомлять тебя официальной церемонией. — Поло повернулся к двери. — Пойду договорюсь с горничной. — Он внимательно посмотрел на Брюнера. — Наверное, сейчас Сандре лучше отдохнуть.

Джеймс поспешно поднялся.

— Да, конечно. Я приду позже, Алессандра. — Он направился вслед за Поло, но на пороге оглянулся и с улыбкой добавил: — Не думаю, что меня пригласят на сегодняшнюю «вечеринку». Наверное, Карпатан хочет побыть с тобой наедине.

И поспешно закрыл за собой дверь.

Сандра тоже надеялась, что они будут ужинать вдвоем. Ей не хотелось видеть никого, кроме Шандора. Но почему в большом бальном зале? Наверное, именно там Шандор захотел отпраздновать свою победу. Сандра медленно опустилась на подушки и постарался успокоиться. Это было непросто. Ей хотелось видеть Шандора, касаться его, говорить с ним… Девушка вдруг ощутила себя чудовищно одинокой. Они так сблизились за эти считанные дни! Сандра не могла даже представить себе, что ей будет так тяжело без Шандора. Ей не хотелось, совсем не хотелось быть одной. Не хотелось снова вспоминать тот миг, когда пришлось нажать на курок. Снова видеть мысленным взором медленно падающего на пол Налдону. То, что произошло, было ужасно, но Сандра должна принять это, научиться с этим жить. Она отняла чужую жизнь… но если бы она не сделала этого, Налдона погубил бы еще множество людей. И все же ей не хотелось, не хотелось его убивать! Сандра закрыла глаза. Может быть, даже лучше, что ей дали побыть одной. Все это время она старалась не думать о том, что произошло, а теперь больше не может откладывать. Надо пережить, смириться с этим. Жизнь ее омрачала не одна темная тень. Надо набраться сил и мужества, чтобы воспоминания о совершенном убийстве не могли на долгие годы отравить ее счастье.


Маленькая смуглая горничная появилась через пару часов. Она помогла Сандре выкупаться. Затем, завернувшись в простыню, Сандра уселась в огромное кресло в спальне, и Бетт — так звали горничную — сделала ей маникюр, завила и причесала волосы. Сандру забавляло, что ее пытаются превратить в холеную красавицу, но все же она была еще слишком слаба и быстро устала от всех этих хлопот.

— Теперь косметика, — заявила Бетт тоном, не терпящим возражений. Накрасив Сандру, она отступила на шаг и критически оглядела свою работу.

— Вот теперь вы — настоящая красавица.

— Разве что ты — волшебница, — довольно сухо ответила Сандра. — Мыло и краска творят чудеса, но сила их небезгранична. Впрочем, уже семь часов. Пора одеваться. Думаю, для сегодняшнего вечера подойдет белое платье.

— Нет, — возразила Бетт. — Танзар пришлет то, в чем хочет вас видеть. А вы садитесь и отдыхайте.

Наряд Сандры принесли через десять минут. Бетт осторожно уложила на кровать платье из бледно-зеленой переливчатой парчи.

— Никогда не видела такой красоты, — прошептала Алессандра.

Платье было длинное, с высоким воротником и пышными рукавами. Надев его, Сандра ощутила себя настоящей принцессой. Она все еще вертелась перед зеркалом, когда в дверь снова постучали.

Обернувшись, она увидела на пороге Поло.

— Я чувствую себя так, словно мне предстоит стать наложницей Кубла-хана, — сообщила Сандра.

— Странно, что тебе пришел в голову именно этот образ, — глаза Поло лукаво сверкнули. — Ты похожа на Марну еще в одном — тебе дано видеть то, что скрыто от других. Однако нам пора идти. — Подойдя к Сандре, Поло быстро подхватил ее на руки. — Не вздумай сопротивляться. Шандор приказал, чтобы я не давал тебе ступать на ноги. — Он кивнул горничной, чтобы она открыла дверь. — Не волнуйся-я донесу тебя только до первого этажа.

Впрочем, слова Поло вовсе не означали, что дальше Сандра пойдет пешком. У подножия лестницы девушка увидела роскошный портшез. Это было нечто потрясающее, под стать присланному Шандором платью. Паланкин был украшен гардениями и туберозами, а колеса с золотыми обводами отделаны нефритом и янтарем. Рядом стоял высокий, плечистый лакей в малиновой ливрее, обшитой золотым галуном.

— Но когда Шандор успел приготовить все это? У него ведь совсем не было времени.

— Все в Тамровии спят и видят, как угодить Танзару. Ему стоит только попросить. — Поло усадил ее на сиденье и кивнул лакею. Затем он ласково коснулся ладонью щеки Сандры. — Радуйся жизни.

Портшез неслышно пересек холл и двинулся дальше, по широким коридорам. Они миновали нескольких часовых на посту, которые изо всех сил старались сдержать улыбку. Сандра не сердилась на них. Шандор устроил ей нечто невообразимое. Она сама не знала, смеяться ей или плакать.

Наконец перед ней распахнули двери бального зала, и у Сандры перехватило дыхание. Кругом были цветы — белые розы, жасмин, сирень. От чудесных запахов кружилась голова. И тут она увидела Шандора. Он стоял среди всего этого великолепия в синей военной форме, украшенной лишь малиновыми лампасами. Никаких медалей, галуна, эполет. Просто Шандор. И Сандра тут же забыла обо всем, кроме него.

Лакей остановился прямо перед Шандором, опустил ручки портшеза и отступил в бок, ожидая дальнейших указаний.

— Ты решил свести меня с ума, Шандор, — пролепетала Сандра дрожащим голосом, но на губах ее играла улыбка. — Все это… — Она махнула рукой, не находя нужных слов. — Мне кажется, что я попала в сказку. Или легенду.

— А ты как раз из тех женщин, о которых в древности слагали легенды. — Шандор легко подхватил Сандру на руки. — Из-за меня ты повидала за последние дни столько ужасов, грубости, жестокости… И мне захотелось для разнообразия подарить тебе нечто по-настоящему прекрасное.

Но ведь он уже подарил ей самое прекрасное воспоминание в ее жизни! И сделал это без нефрита, янтаря и дорогой парчи. Неужели Шандор этого не понимает? Сандра хотела сказать ему об этом, но слова не шли с языка. Она лишь сейчас увидела, как он устал — круги под глазами, глубокие складки вокруг рта.

— Поло сказал, что ты совсем не спал.

— Ничего, еще высплюсь. Сейчас слишком много дел.

— Включая твои планы по поводу меня, — укоризненно заметила Сандра. — Ты ведь совсем не отдыхал в последнее время, и все же…

— Тсс! — Шандор опустил ее на атласные подушки низкого широкого дивана. — Если бы ты знала, какое огромное удовольствие я получил, готовя для тебя все это! — Он легонько тронул губами губы Сандры. — И все же самое большое удовольствие — видеть тебя. Как ты себя чувствуешь, дорогая?

— Отлично. Гораздо лучше, чем ты.

— Упрямая, да? — Шандор присел рядом с ней. — Ладно, я немного устал, но что же теперь делать. — Он вдруг нахмурился, оглядев зал. — Знаю, все это немного помпезно, но я думал, тебе понравится.

Сандра вдруг поняла, как сильно она любит этого человека. Чувства захлестнули ее с головой, она даже на миг лишилась дара речи. Шандор нашел время подумать о том, как порадовать ее, а она даже не сказала, в какой восторг привело ее увиденное.

— Это просто чудесно! — почти прошептала Сандра. — Спасибо, спасибо тебе, Шандор!

— Всегда пожалуйста, — улыбка снова заиграла на его губах. — Я рад, что ты оценила мои старания. Как ты понимаешь, теперь мне придется отчитаться перед новым министерством финансов, доказывая, что я оплатил все это из своих личных капиталов. В новом правительстве не должно быть ни малейшего намека на коррупцию.

— И ты наверняка станешь президентом.

— Придется — хотя бы на один срок. Никто не согласится выставить свою кандидатуру против моей, так что, похоже, у меня просто нет другого выхода.

— Ты будешь прекрасным президентом.

— Правда? — Шандор лукаво улыбнулся. — Не знаю, не знаю. Конечно, мне хорошо известно, как делается политика, но за последние годы я отвык от дипломатии. Наверное, кому-то надо все время быть рядом и следить за мной, не то еще стану, чего доброго, диктатором. Вакансия наблюдателя открыта, Алессандра. Не желаешь выставить свою кандидатуру?

— Тебе требуется наблюдатель? — Девушка покачала головой. — Нет, только не тебе! Ты ни за что на свете не согласишься стать вторым Налдоной… так что я не нужна тебе, Шандор Карпатан.

— Черта с два! — Он опустился перед Сандрой на колени. — Ты всегда будешь нужна мне, Сандра, нужна, как воздух, которым я дышу! Послушай, я понимаю — ты сердишься на меня за то, что тебе пришлось стрелять в Налдону, но…

— Почему я должна сердиться на тебя? — Сандра удивленно смотрела на Шандора. — Я сама приняла решение. Как вы с Поло не понимаете этого? Никто не отвечает за это, кроме меня. — Она печально улыбнулась. — Я помню, что мы договорились отвечать друг за друга, но все равно есть драконы, с которыми каждый из нас должен сражаться в одиночку.

— Я не хотел, чтобы ты прошла через такое, — не унимался Шандор. — Почему, ну почему ты не улетела в Швейцарию?

— Потому что ты был в Белахо. Почему, черт побери, ты не взял меня с собой?

— Я хотел, чтобы ты была в безопасности. Это не твоя война.

— Но ты стал моим мужчиной! — Это вырвалось у нее случайно. Сандра нервно облизала губы. — Разве нет? Меня столько раз называли твоей женщиной, что я почти поверила в это. Но ведь тогда и ты — мой мужчина.

— Да, это так, — Шандор улыбнулся. — Я — твой мужчина. Я стал им в эти нелегкие дни и хочу остаться навсегда.

Сердце ее наполнилось неизъяснимым восторгом.

— Думаю, мне надо привыкнуть к этому, — прошептала Сандра. — Я плохо понимаю, что такое «навсегда».

— Я тоже. Давно уже я не решался заглядывать вперед дальше, чем на пару дней, а вот теперь хочу снова привыкнуть строить планы. И хочу, чтобы мы привыкали к этому вместе. — Он отвел глаза. — Черт, снова я тороплю тебя! Мне вовсе не хочется навязывать тебе… — Шандор вдруг встал. — Скажу, чтобы подавали обед.

— Нет, — Сандра удержала его. — Пока нет. Весь день я дожидалась возможности поговорить с тобой — и не собираюсь обедать, пока не выясню все, что меня интересует.

Шандор нахмурился.

— Я сразу пришел бы к тебе, если бы мне сообщили, что ты проснулась, но…

— Знаю. Поло мне сказал, как сильно ты занят. Я не жалуюсь. На этот раз я должна была прийти к тебе. Мы оба должны приучиться к компромиссам.

— Значит, ты согласна остаться со мной?

— Конечно! Я думала, ты уже это понял. За последние два дня ради тебя я прошла пешком добрых полсотни миль. Вряд ли я сделала бы это для мужчины, с которым собиралась всего-навсего отобедать… — Сандра вновь, оглядела зал. — Хотя, признаюсь, обед в такой обстановке сам по себе — весьма соблазнительная перспектива.

— Но… почему? — дрожащим голосом спросил Шандор. — Почему ты решила остаться со мной? Скажи, Сандра!

— Я люблю тебя. — Улыбка ее померкла. Сандра смотрела на Шандора почти испуганно. — Надеюсь, что и ты полюбишь меня. Знаю, мне не хватает светского шика, но…

Шандор поспешил закрыть ей рот поцелуем.

— И я люблю тебя! Люблю больше жизни! — Глаза его странно, влажно блестели. — Я так боялся, что ты отвернешься от меня после всего… — Он осекся и снова поцеловал ее. — Да и как можно тебя не любить? Какой мужчина захочет связать свою жизнь со светской ломакой, если его любит самая настоящая амазонка?

— Я знаю довольно много таких мужчин, — ответила Сандра. — Да, наверное, я отчасти похожа на амазонку. В моем характере много острых углов, и, возможно, это будет раздражать тебя. Мы очень разные люди с очень разным прошлым, поэтому сразу надо обсудить вопрос о детях. Я очень хочу родить тебе детей. Позволишь ли ты сделать это женщине, которая не знает, кто ее родители?

Шандор поцеловал голубую жилку на ее хрупкой шее.

— Я думал, что мы обо всем договорились. Я поделюсь с тобой своим прошлым. — Он заглянул в ее глаза. — Какое мне дело, кто твои родители? Ты сильная, умная, смелая и честная женщина. — Глаза его озорно сверкнули. — Кстати о детях: я готов приступить немедленно. Обед никуда не убежит.

Сандру вдруг бросило в жар. Как много, слишком много времени прошло с тех пор, как они делили постель! Ей достаточно кивнуть, и…

Но Шандор так устал. Скорее всего он все эти дни не только не спал, но и не ел как следует.

— Чуть позже, — сказала Сандра, уткнувшись ему в плечо. — Я так хочу сделать тебя счастливым, Шандор! Я буду стараться изо всех сил. Только я не могу оставить свою работу. Это слишком важно для меня.

— Я и не собирался просить об этом. Ты можешь делать свое дело здесь, в Тамровии. Я предоставлю тебе для этого неограниченные возможности. А если тебе понадобится посетить другую страну, я организую и это.

— Но это может быть неудобно для президента Тамровии, — Сандра лукаво улыбнулась.

— Напрасно ты дразнишь меня, — усмехнулся в ответ Шандор. — Тебе самой придется столкнуться с теми же трудностями. Ты ведь не будешь больше женщиной Танзара — ты станешь первой леди президента этой страны. — Голос его вдруг посерьезнел. — Ты ведь выйдешь за меня замуж, Сандра? Знаю, ты не хочешь иметь дело с политикой…

— Да, я выйду за тебя замуж, — девушка улыбнулась. — Наверное, для меня наступило время оставить критику и попытаться сделать что-то самой. Но должна предупредить тебя — я ничего не делаю наполовину. Ты еще пожалеешь, что сделал мне предложение.

— Никогда, — Шандор снова поцеловал ее в губы. — Я сделал свой выбор и никогда не пожалею о нем.

Снова выбор. Как часто за последние дни судьба сталкивала их с трудным выбором! Но теперь… теперь совсем не сложно было принять решение. Ведь они выбирали любовь и счастье.

Сандра снова посмотрела на Шандора. Он так устал, но наверняка не согласится отдохнуть. Шандор решил подарить ей этот вечер и не откажется от своих намерений. Что ж, остается только одно…

Сандра притворилась, что борется с зевотой.

— Теперь, когда мы обо всем договорились, можно мне прилечь ненадолго? Что-то я устала…

Шандор озабоченно нахмурился.

— Может быть, тебе не стоило сегодня вставать. Хочешь, я отвезу тебя обратно в твою комнату?

— Нет-нет, все хорошо. Просто мне нужно немного отдохнуть… — Сандра откинулась на шелковые подушки, увлекая за собой Шандора. — Обними меня.

— Ты уверена, что не хочешь пойти к себе? — Шандор заключил ее в объятия и крепко прижал к груди.

— Совершенно уверена, — Сандра положила его голову себе на плечо, погладила его по волосам. — Мне так хорошо с тобою рядом. А тебе?

— Мне тоже. — Глаза Шандора смыкались сами собой. — Так хорошо… Скажи мне, когда пройдет твоя слабость и можно будет подавать обед.

— Обязательно, дорогой.

Через минуту Шандор уже крепко спал, а Сандра все гладила его по волосам, и душу ее наполняла невыразимая нежность. Ей так хотелось защитить его от всех на свете невзгод! Ведь Шандор из тех, кто всю жизнь забывает о собственном благополучии, отдавая всего себя людям. Надо будет как следует следить за ним. И начнет она прямо сейчас.

Надо позаботиться о том, чтобы никто не потревожил их до самого утра. Пусть Шандор выспится. Еда может подождать.

И если члены кабинета решат, что никак не могут обойтись без Карпатана, им тоже придется подождать, подумала Сандра, целуя Шандора в лоб. А если посмеют спорить — узнают не понаслышке, какой бывает женщина Танзара, когда она защищает любимого мужчину. Своего единственного мужчину.


home | my bookshelf | | До конца времен |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 3.7 из 5



Оцените эту книгу