Книга: Ядерный круговорот: что было, что будет



Ядерный круговорот: что было, что будет
Ядерный круговорот: что было, что будет

Серия «Досье»

Николай Червов

ЯДЕРНЫЙ КРУГОВОРОТ:


что было, что будет

Москва

«ОЛМА-ПРЕСС»

2001

ББК 63.3 (2) 4 454

Исключительное право публикации книги Николая Червова «Ядерный круговорот: что было, что будет» принадлежит издательству «ОЛМА-ПРЕСС». Выпуск произведения или его части без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону.

Нервов Н. Ф.

Ч 454 Ядерный круговорот: что было, что будет. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. — 382 с.: ил. — (Досье).

ISBN 5-224-01633-9

Издание предназначено для широкого круга читателей: политиков, ученых, специалистов государственных структур, работников вузов, военных и гражданских лиц, которые интересуются проблемами ядерного разоружения и безопасности.

В подготовке главы 3 участвовал А. И. Шеринкин; главы 3, раздел «СОИ: что за ней скрывается?» — Г. К. Хромов; главы 2, раздел «Тернистый путь д ипломатии разоружения» — В. С. Колтунов.

ББК 63.3(2)

ISBN 5-224-01633-9

© Издательство «ОЛМА-ПРЕСС», 2001

Сторож! Сколько ночи? Сторож! Сколько ночи? Сторож отвечает: Приближается утро, но еще ночь.

Исаия, пророк XXI, 11—12

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ


2000 год — рубеж веков и тысячелетий. Рубеж раздумий. Оценок прошлого и настоящего. Надежд на будущее.

Что было в прошедшем, XX веке? Две мировые войны, сотни локальных конфликтов, «холодная война», революции и перевороты, ядерное оружие — гениальное творение человеческого ума и в то же время «Ящик Пандоры». И, наконец, трагедия великой державы— распад Советского Союза. Жестокий, кровавый век! Осмыслить уроки его — сложнейшая задача.

Россия была в центре почти всех событий XX века, можно сказать, одним из главных участников пережитого. Поэтому россияне, оглядываясь назад, пытаются понять, в чем причины неудач и лихолетья сегодняшнего дня? Почему Россия, разгромив огромную фашистскую силу в Великой Отечественной войне, не сумела по-умному распорядиться своей победой и создать благоустроенное общество? Почему она потеряла Державное Величие и сегодня оказалась слабой, униженной страной, во многом зависимой от Запада, це способной обеспечить безопасность своих граждан? Где ошибки, упущенные возможности?

По-разному отвечают люди на эти вопросы. Кто-то ищет причины в неправомерности социалистического Пути. Кто-то видит их в никчемности и преступных действиях овоих вождей. Кто-то ссылается на особую судьбу России, которую «умом не понять».

Однако идея книги родилась не только в связи о этими вопросами, но и под воздействием многочисленных событий, которые происходят на наших глазах и являются поворотными в истории Российского государства.

Сегодня мы видим, что обстановка в мире после распада Советского Союза кардинально изменилась и продолжает меняться. Разрушена основа миропорядка — равновесие Восток-Запад. Кончилась относительная стабильность. Международные отношения развиваются непредсказуемо: начались кровопролитные конфликты, войны, распад государств, появились миллионы беженцев, растет обнищание масс населения. Резко начался процесс передела мира, особенно европейского, процесс закрепления огнем и мечом единоличного американского господства на земном шаре.

Налицо — усиление агрессивности политического мышления Запада и воинственности блока НАТО, стремление США подчинить себе развивающиеся страны, советское «наследство», продвинуть НАТО как можно дальше на Восток, взять под контроль ООН и ее структуры, легализовать жандармские функции Америки.

Поправ Устав ООН, международные правила и законы, США присвоили себе «право» на агрессию. Совместно с другими странами НАТО они за 78 суток растерзали маленькую Югославию. Растерзали жестоко, проявляя презрение и ненависть к людям славянской нации. Военная авантюра на Балканах, развязанная американцами и натовцами, не остановится на Югославии. Кровавая рана в центре Европы будет долго кровоточить и может повториться в другом месте.

Президент Б. Клинтон цинично заявил о том, что все сделанное в Югославии — это хорошо, правильно; при необходимости США повторят такое в любом месте и в любое время. По его мнению, и сегодня, и в будущем все будет определять сила и только сила. Такова официальная стратегия США на XXI век. Нравится кому-то это или нет, но с такой философией надо считаться.

Где кроются корни воинственной американской стратегии? Ответ на этот вопрос мы пытаемся найти, проанализировав изложенные в книге события ядерного века.

Еще одним обстоятельством, подтолкнувшим к написанию книги, являются внутренние дела России.

Многочисленные ее правители, развалив и уничтожив советский государственный и общественный строй, вот уже в течение многих лет ничего не могут «родить» взамен. Под видом обманных «реформ» они пытаются протащить на православную российскую почву чужой строй жизни, чужие формы бытия, американский образ Мышления, навязать нам чужой язык! Все это грозит утратой самостоятельности страны, но такой эксперимент будет отторгнут российской действительностью и обречен на провал.

Беда, однако, в том, что правление президента Б. Ельцина сопровождалось восьмилетним уничтожением государственности, разрушением духовности общества, разграблением богатства страны, кровопролитными конфликтами и терактами, резким ослаблением обороноспособности. Как снежный ком стала расти угроза сепаратизма — самое гибельное для России обстоятельство. Кто ответит за все наши беды и ответит ли?

Накануне 2000 года завершилось президентство Б. Ельцина. Ушел в политическое небытие руководитель, который довел режим личной власти до абсурда. Место этого деятеля в истории определит по его «заслугам» Сама История. В памяти нашего поколения Борис Николаевич оставил много бед и несчастий. Он не оправдал надежды людей, которые поверили ему и пошли за ним. Оказался не созидателем, а разрушителем великого государства (главным «зубром» Беловежской Пущи), носителем беззакония и беспредела В стране. Фактом стыдливого патриотизма.

Позором ельцинского режима останется попытка фальсифицировать историю Государства Российского, Вычеркнуть из нашей жизни советскую эпоху, пересмотреть оценки Великой Отечественной войны в угоду недругам русского народа, осквернить память целого поколения людей, которые еще существуют, и тех, которые лежат в братских могилах. Режим уйдет. Исчезнет политическое шаманство. А правда истории советского народа, Российского государства, Великой Отечественной войны навечно останется такой, какая она есть.

Проблемы настоящего времени неотделимы от нашего прошлого: своими корнями они уходят в эпоху

многолетнего противоборства двух сверхдержав, двух систем, двух блоков. Здесь кроются причины и следствия происходящего сегодня на международной арене и внутри России. В этом можно убедиться, прочитав книгу.

В ней анализируются наиболее критические события первой половины ядерного века: ядерная монополия США— чем она обернулась для человечества; «холодная война» — кто и почему ее начал, закончилась ли она; безумная гонка вооружений; кризисы и конфликты на краю ядерной пропасти.

Значительная часть книги посвящена переговорному процессу по ограничению и сокращению ядерных вооружений — как он возник, как развивался, каковы перспективы его развития в настоящее время с учетом заявленной политики России и возможных ответных действий США на этот счет. Прогнозы относительно полной ликвидации ядерного оружия, европейской и российской безопасности после 2000 года.

По всем вопросам, освещаемым в книге, особенно в части, касающейся диалога с прошлым, авторы пытались найти ответы, необходимые людям в настоящем мире. В частности, помочь разобраться: почему в годы «холодной войны» СССР и США, начиная с середины 80-х годов, стремились решить проблему ликвидации ядерного оружия к 2000 году, а теперь, когда исчезли социальные противоречия сторон, она стала нежелательной и даже недостижимой в обозримом будущем? Причем переговорный процесс по этой теме может оказаться нарушенным. Почему в течение почти 50 лет блокового противостояния, то есть в неестественной ситуации, обстановка в Европе была стабильной, а теперь, после развала ОВД и СССР, при естественной вроде бы ситуации возникают военные конфликты и остро стоит проблема обеспечения стабильности? По каким причинам на пороге XXI века резко усилилась агрессивность «нового мышления»? Какие опасности в наши дни угрожают государственной державности России, можно ли ее уберечь и возродить? Интерес к этим вопросам очевиден.

Книга не претендует на исчерпывающее изложение событий. В ней приведены не опубликованные ранее факты в области переговоров по сокращению ядерных

вооружений, но не ради опровержения других мнений, а для возможного дополнения опубликованной информации.

Фактический материал излагается таким, каким он был в рассматриваемый период. Однако оценки И взгляды авторов в большинстве своем претерпели изменения. Это естественно. Все течет, все изменяется. То, что было верно вчера, сегодня требует поправки, а завтра может оказаться и вовсе неприемлемым. В книге использованы официальные документы компетентных органов, соответствующие договоры и соглашения, но в основном личные записи и воспоминания участников переговоров.

Определенную помощь в работе над книгой оказали работы: В. Анфилова, Ап. Громыко, Р. Богданова, Т, Белащенко, А. Кокошина, А. Подберезкина, Ю. Мельникова, И. Усачева, В. Фалина, Н. Яковлева, С. Сафрончука, Н. Шахмагонова.

Считаем своим долгом выразить признательность В. А. Куклеву, В. С. Колтунову и В. И. Барановскому, которые принимали участие в обсуждении рукописи и подготовке книги к изданию.

Учитывая своеобразие и сложность тематики, авторы стремились к тому, чтобы ее содержание было понятно и доступно широкому кругу читателей.

Глава 1

ЯДЕРНАЯ МОНОПОЛИЯ США — ЧЕМ ОНА ОБЕРНУЛАСЬ ДЛЯ МИРА? ВЧЕРА И СЕГОДНЯ


«В пламени бушующего огня человечество вступило в ядерный век»

В. С. Емельянов (АН СССР)

Американские правители высоких и самых высоких рангов нередко любят вспоминать «добрые старые времена». Расслабляясь до откровенности, они делают при этом весьма примечательные признания. Например, заявляют о том, что будто бы США после 2-й мировой войны, не понеся сколько-нибудь значительных потерь и обладая ядерной монополией, использовали эти обстоятельства исключительно в мирных, можно сказать, в «благотворительных» целях. А могли, дескать, сделать иначе, но вот не сделали. Так ли это? Нет, не так. Все эти рассуждения не выдерживают критики. Конечно, каждый волен по-своему истолковывать прошлые события. Но есть реальные факты в истории, которые убеждают больше, чем фразы и воспоминания. И не надо грешить против истины, выдавая ядерную монополию за «благотворительность». Неужто люди забыли начало ядерного века? Забыли Хиросиму и Нагасаки, «холодную войну», «атомную дипломатию», балансирование на грани ядерной войны, безумие гонки ядерных вооружений? Пережившим все это забыть невозможно. Полезно знать об этом и молодому поколению, и тем, кто знаком с событиями прошлого понаслышке. Знать для того, чтобы лучше понять настоящее— почему жестоко, на глазах у всего мира разбомбили суверенную Югославию; почему ежедневно бомбят Ирак, нарушают международные договоры и соглашения, действуют по принципу «кого хочу — помилую, кого хочу — казню».

Все эти «почему» вызывают глубокую озабоченность у людей разных возрастов, убеждений, занятий. У них все чаще зреет понимание нависшей над всеми не надуманной, а действительной опасности американской и натовской «немилости». Они начинают размышлять об истоках агрессивной политики Вашингтона, пытаются понять ее последствия для международной безопасности, найти пути выхода из вкладывающейся ситуации. Помочь в этом во многом может история — наставница человеческой жизни.

Обращая взгляд в прошлое, мы не намерены показывать Америку ни лучше, ни хуже, чем она есть. Нет намерений кого-то порицать или что-то исправлять. Боже упаси! Задача перед нами другая— на основе реальных фактов, подлинных документов, свидетельств участников событий разобраться в истинной «благотворительности» ядерной монополии США, принесшей миру такие беды, которые сказываются и теперь. Как говорят в народе, попытаться понять, Откуда начала веревочка виться.

Начнем с того, как человечество катапультировалось в ядерный век и что оно там увидело.

ТРАГЕДИЯ ХИРОСИМЫ И НАГАСАКИ

Началом ядерного века можно считать испытание американской атомной бомбы в пустыне Аламагордо (штат Нью-Мексико) 16 июля 1945 года. Спустя 20 суток ядерный огонь ворвался в человеческую жизнь.

В самые последние дни 2-й мировой войны, когда уже была разгромлена фашистская Германия, а милитаристская Япония находилась на грани капитуляции, по приказу президента Г. Трумэна совершилось чудовищное злодеяние. 6 и 9 августа 1945 года на японские города Хиросиму и Нагасаки были сброшены ядерные бомбы. В ядерном огне погибли, получили страшные увечья, различные, в том числе смертельные, дозы ядерной радиации около 500 тысяч жителей этих городов.

Для устрашающей демонстрации боевой мощи ЯДерного оружия руководители Вашингтона выбрали не крупные военные цели (базы, сосредоточения войск или сил флота), а мирные японские города: Хиросиму, Кокуру, Нагасаки и древнюю столицу Японии Киото. Определяя объекты уничтожения, они исходили не из интересов ведения военных действий, а прежде всего стремились обеспечить наилучшие условия для задуманной проверки поражающего действия ядерной бомбы. По принципу: «Чем больше убитых, тем больше эффект».

Если на испытаниях в Аламагордо проверялась только правильность научных и технических решений по конструированию ядерной бомбы, то в Хиросиме и Нагасаки на сотнях тысяч японцев были проверены ее боевые возможности как оружия массового уничтожения. Хиросима и Нагасаки были выбраны объектами удара потому, что их территории по своим размерам почти соответствовали зоне поражения ядерной бомбы, испытанной в Аламагордо, а погодные условия в районе этих городов оказались наиболее благоприятными для прицельного бомбометания. Так во имя ядерного шантажа президентом Трумэном был подписан смертный приговор мирному населению Хиросимы и Нагасаки.

Генерал Гровс, один из руководителей «Манхэттенского проекта», заявил, что в канун испытания ядерной бомбы первая мысль Трумэна была о русских, а не о японцах. «Если взрыв удастся,— сказал президент— я получу хорошую дубинку для этих парней». А госсекретарь США Д. Бирнс уточнил при этом, что атомная бомба необходима, чтобы «сделать Россию послушной».

Ядерные взрывы над японскими городами показали всему миру, что в руках у американцев появилось новое, небывалое по своей разрушительной силе оружие, которое они могут пустить в ход в целях завоевания мирового господства.

Как готовилась ядерная бомбардировка Японии?

По данным зарубежной печати, в частности книги У. Лоуренса 1 «Люди и атомы», известно следующее. После испытаний в Аламагордо были подготовлены два боевых образца ядерной бомбы. Первая бомба, сброшенная на Хиросиму, с кодовым названием «Литтл Бой» («Малыш») представляла собой крупногабаритную авиабомбу с ядерным зарядом из сильно обогащенного урана-235. Вес ее — 4,1 тонны, длина — около 3 метров, диаметр— 70 сантиметров, мощность — 12,5 килотонн. Вторая ядерная бомба с зарядом из плутония-239, сброшенная на Нагасаки, получившая кодовое название «Фэт Мэн» («Толстяк»), имела вес 4,5 тонны, длину 3,2 метра, диаметр— 1,5 метра, мощность — 22 килотонны.

Для доставки ядерных бомб к целям в составе ВВС США было сформировано специальное подразделение из 15 боевых и 15 учебных стратегических бомбардировщиков «Боинг» Б-29 («сверхкрепосгь») во главе с полковником П. Тиббетсом. Отобранный летный состав проходил специальную подготовку в сложных метеорологических условиях в районе Тихого океана и Карибского моря.

С боевых бомбардировщиков были сняты часть вооружения и броневая защита. Это позволило поднять высоту их полета до 12 км, что было выше Потолка досягаемости японских средств ПВО.

В декабре 1944 года спецподразделение получило наименование «509-я сводная авиагруппа ВВС США». В конце июня 1945 года она была перебазирована из США на остров Тиниан (Марианские острова, Тихий океан). Туда же были доставлены составные компоненты двух авиабомб и специалисты Лос-Аламосской лаборатории. Остров Тиниан был превращен в авиационную базу. Здесь находилось около 2000 самолетов и 150 тысяч американских солдат и офицеров.



Действительное назначение 509-й авиагруппы тщательно скрывалось. Даже экипажи «сверхкрепостей» ничего не знали до последних дней об истинных задачах их особого подразделения.

Над японскими городами, выбранными для атомной бомбардировки, почти ежедневно стали появляться на большой высоте три разведывательных самолета. И постепенно для населения обреченных городов это явление стало привычным.

Наступил роковой день 6 августа (понедельник) 1945 года. Все было готово к вылету. Бомба подвешена к бомбоотсеку самолета «Б-29», специально подготовленного для данного случая. Командир самолета полковник Тиббетс назвал его «Эиола Гей»— в честь своей матери. На бомбе было сделано много надписей, шутливых и торжественных 2.

Основной целью первой атомной бомбардировки была выбрана Хиросима, запасными — Кокура и Нагасаки. Погода должна была определить, какой из этих городов станет объектом для бомбардировки. По сообщению высланных заранее трех самолетов метеоразведки было установлено, что погода над Хиросимой является наиболее благоприятной, и это предопределило ее трагическую участь.

Капеллан 509-й авиагруппы благословил экипажи самолетов, один за другим выруливающих на взлетную полосу. Для получения наиболее полных результатов атомного удара по Хиросиме бомбардировщики заняли необычный боевой порядок. Они стартовали в 2 часа 35 минут (время местное — марианское) 6 августа. Впереди с ядерной бомбой на борту шел самолет полковника Тиббетса «Энола Гей». За ним в нескольких километрах двигался другой бомбардировщик, который по команде ведущего должен был сбросить в районе бомбардировки регистрирующие приборы для измерения основных параметров ядерного взрыва. На удалении примерно в 70 км от первого самолета летел третий бомбардировщик, на котором были установлены специальные фото- и кинокамеры для фотографирования картины взрыва.

Время полета до цели заняло около 6 часов. В Хиросиме заметили приближение трех самолетов, но ввиду их малочисленности японские истребители ПВО не были подняты в воздух. В 8 часов 14 минут по местному времени, когда в прицеле бомбометания появились знакомые очертания города, самолет «Энола Г ей» лег на боевой курс. Полковник Тиббетс отдал команду на сбрасывание бомбы, а еще через 43 секунды последовала радиокоманда на взрыв бомбы. Время бомбардировки было выбрано таким образом, чтобы жители

Хиросимы успели занять свои рабочие места в центральной части города, увеличив тем самым потери от ядерного взрыва.

■ Документальный рассказ о ядерной бомбардировке Хиросимы, записанный со слов членов экипажа «Эно-лы Гей», а также очевидцев — японцев, свидетельствует о следующем. Как только бомба отделилась от самолета, он развернулся на 160 градусов и резко пошел на снижение, чтобы скорее набрать скорость и побыстрее уйти от места ожидаемого взрыва. Взрыв произошел в 8 часов 15 минут на высоте около 600 метров.

В момент взрыва вся долина осветилась желтозеленым светом, похожим на грандиозную магниевую вспышку. Вслед за вспышкой раздался взрыв, который был слышен за сотни километров. Через мгновение после взрыва возник огненный шар диаметром около 2 км. Образовалось грибовидное, быстро поднимающееся вверх пепельно-серое облако с красной сердцевиной. Видно было, что там внутри все горит. Гриб достиг высоты 13—15 км. Крутящаяся, кипящая мгла, похожая на вулканическую лаву, закрыла город и растеклась в сторону к подножию гор, окружавших город. Вместе с дымом вверх летели какие-то черные обломки. Один из членов экипажа цинично заявил: «Это души японцев возносятся на небо». В городе пылало все, что могло гореть. Фактически за одну секунду в радиусе 6 км 90% строений города было разрушено. Возник ураганный ветер, который разнес пламя пожаров по всему городу. Было такое впечатление, что весь город стерт в порошок, превратился в гигантский костер, огненный ад, дышащий смертью 3.

Позднее стало известно, что среди уцелевших жителей было большое число обожженных, искалеченных, пораженных неведомой дотоле лучевой болезнью и обреченных на медленное мучительное умирание. Город Хиросима практически перестал существовать и представлял собой лишь название на географической карте.

Общее количество пострадавших в результате ядерной бомбардировки в Хиросиме, по сведениям, опубликованным в Токио в 1953 году, достигло 365 213 человек (население Хиросимы составляло 400 тысяч). Еще много лет спустя, в том числе и сегодня, от лучевой болезни продолжают умирать жители Хиросимы, пережившие страшную трагедию.

Так наступил атомный век. 6 августа 1945 года весь мир был потрясен сообщением о ядерном взрыве над Японией. Человечество своими глазами увидело кромешный ад и осознало, что сохранению жизни на Земле угрожает большая опасность. Оно осознало также, что Хиросима — это последняя граница, которую никогда впредь нельзя переходить.

Однако так не думали в Вашингтоне. Американскому руководству показалось мало одного уничтоженного города. Ему не терпелось пустить в ход вторую подготовленную плутониевую бомбу. 9 августа (четверг) в 3 часа 50 минут с аэродрома Тиниан стартовал самолет «Б-29» (номер77) с ядерной бомбой на борту. Его пилотировал майор Суини. За ним следовали два бомбардировщика с регистрирующей аппаратурой. Поскольку основная-цель —город Кокура оказался закрытым облаками, Суини вынужден был изменить курс и продолжать полет на запасную цель — Нагасаки.

При приближении самолетов в городе была объявлена тревога. Несмотря на это, большинство жителей Нагасаки оставались на своих рабочих местах, много народу было на улицах. В 12 часов 59 секунд ядерная бомба была сброшена на город. Взрыв произошел в 12 часов 02 минуты на высоте около 500 метров. Эпицентр взрыва оказался примерно на 2 км севернее точки прицеливания. Хотя промах ввиду не совсем благоприятной видимости был довольно значительным, это для ядерного удара по большому городу не имело решающего значения. Общее число погибших и пострадавших составило 150 тысяч человек.

Так Хиросима и Нагасаки вошли в историю. Точнее, взорвались в истории. «Благотворительность» ядерной монополии США сделала их всемирно известными.

В Хиросиме и Нагасаки можно и сегодня увидеть следы начала ядерного века. И задуматься: не скрыто ли в них наше будущее?

В связи с трагедией Хиросимы и Нагасаки заслуживают внимания высказывания об отношении к содеянному президента Трумэна и командиров самолетов-носителей ядерных бомб. Что касается Трумэна, то он никогда не раскаивался в совершенном им злодеянии. Он впоследствии признался: «Окончательное решение о том, где и как следует применить атомную бомбу, было возложено на меня. Пусть не будет никаких ошибок в этом вопросе. Я считал атомную бомбу военным оружием и никогда не имел сомнений в том, что она должна быть применена».

Полковник Тиббетс через 30 лет после ядерной бомбардировки Хиросимы признал, что он никогда не испытывал никаких угрызений совести: «Я не провел ни одной ночи без сна из-за того, что сбросил атомную бомбу на Хиросиму. Поседел я лишь теперь, занимаясь бизнесом». Командир второй «сверхкрепости», сбросивший ядерную бомбу на Нагасаки, майор Суини, ставший впоследствии генералом, сказал: «Я ни о чем не жалею. Если бы мне пришлось повторить этот полет, я бы повторил его».

Эти высказывания подтверждают тот факт, что какое бы варварское оружие массового уничтожения ни изобрели в США, в американской армии всегда найдется достаточное число профессиональных убийц, которые не задумываясь нажмут на кнопку и пошлют на смерть сотни тысяч и миллионы людей. При этом они, как и Суини, «ни о чем не будут жалеть». Такова философия американской цивилизации XX века, которая много раз повторялась в других военных конфликтах, включая Югославию в центре Европы.

США — единственная в мире страна, которая применила ядерное оружие. И это никогда не изгладится из памяти народов.

Атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки американскими летчиками в августе 1945 года не была вызвана военной необходимостью. Прошло уже три месяца с момента капитуляции Германии. Япония оставалась в единственном числе против мощной победоносной коалиции. Она была обречена и готова капитулировать. Вступление СССР в войну 9 августа окончательно убедило Японию в неизбежности ее полного разгрома4. Президент Эйзенхауэр в своей книге «Годы пребывания в Белом доме» писал: «Японцы были готовы к сдаче, и не было никакой необходимости бить по ним этой ужасной штукой». Комитет начальников штабов США также считал, что Япония была готова прекратить сопротивление без атомной бомбы.

Президент Трумэн об этом, естественно, знал. Но он все-таки принял роковое решение. Что двигало Трумэном? Конечно же, не Япония. С ней вопрос был решен. Главной целью Трумэна было стремление запугать Россию, сделать ее послушной («Я устал нянчиться с Советами»). С помощью ядерной бомбы США рассчитывали стать «мировым лидером», перестроить мир по своему образу и подобию, навязать ему так называемый «Pax Americana» («Мир по-американски»). Это неизбежно вело к конфронтации, «холодной войне», к попыткам навязать силой Советскому Союзу американские условия.

В ЭПИЦЕНТРЕ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»

После разгрома фашистских агрессоров во 2-й мировой войне имелись уникальные условия создания прочного, безопасного мира для многих поколений. Эго— союз государств-победителей; юридически — правовая основа — Тегеран, Ялта, Потсдам; конкретные механизмы и инструменты поддержания мира. В 1945 году была создана Организация Объединенных Наций (ООН) с ее многочисленными структурами и учреждениями с целью поддержания и упрочения международного мира и безопасности 5.

Президент США Ф. Рузвельт, выступая в Конгрессе 1 марта 1945 г., предсказывал народам планеты путь в безопасное будущее. Он говорил: «Мир, который мы строим, не может стать американским или британским миром, русским, французским или китайским миром. Он не может быть миром больших или миром малых стран. Он должен быть миром, базирующимся па совместных усилиях всех стран... Должен прийти конец системам односторонних действий, замкнутых блоков, сфер влияния, баланса сил и всех этих и подобных методбв, которые использовались веками И всегда безуспешно». Мудрые слова великого президента Америки!

К сожалению, предсказания Рузвельта не сбылись. Возможности построения безопасного мира не были использованы. Исторический шанс был упущен. Вместо политики мира администрация преемника Рузвельта— президента Трумэна выбрала политику «холодной войны», рассчитывая любой ценой добиться руководства миром, то есть заменить только что разгромленных претендентов на мировое господство.

В 1997 году в издательстве Колумбийского университета были опубликованы рассекреченные документы американской внешней политики и стратегии 1945— 1950 гг.* В них раскрываются замыслы Вашингтона после 2-й мировой войны. Кратко суть этих замыслов состоит в достижении следующих целей:

— превратить Великобританию в вассальное государство под лозунгом «специальных (особых) отношений»;

— подчинить Германию и Японию путем оккупации;

— взять под свое влияние страны Восточной Европы;

— главная цель — разрушить Советский Союз силой. Если не получится — взорвать его изнутри. В первую очередь оторвать балтийские республики и Украину. Затем свергнуть советскую власть в России и расчленить ее;

— на останках бывшего Советского Союза установить правительства, которые полностью признали бы авторитет Вашингтона и беспрекословно ему подчинялись. Бывшие советские республики, включая Россию, никогда не должны в будущем быть способными обрести экономическую независимость (самостоятельность)^^

* ЭтцолдТ. и ГаддисДж. Сдерживание. Документы американской внешней политики и стратегии 1945—1950 гг. — Советская Россия, 17 мая 1997 г.

— Россия при любом правительстве должна иметь ограниченный военный потенциал и пребывать в состоянии полной экономической зависимости от Соединенных Штатов.

По директиве СНБ США 20/1 от 18.8.1948 г. Россия к 2000 году должна быть превращена в несколько десятков небольших протекторатов, а население ее не должно превышать 30—50 млн человек.

Указанные планы и замыслы Вашингтона стали программой действий Америки на многие десятилетия вплоть до сегодняшнего дня. Рассмотрим все по порядку.

Как развивались события, связанные с «холодной войной»? С чего все началось? Кто первый сказал «а» и почему сразу же был ответ «б»? В чем причины развязывания «холодной войны»?

Вопросы эти непростые. Но самое главное— они слишком запутаны. Многие политологи и так называемые «историки», а также СМИ плетут вокруг них такие кружева, что не сразу разберешься. А разбираться надо, и всерьез.

Вначале о сути «холодной войны». Термин этот обозначает враждебную политику западных государств по отношению к Советскому Союзу. «Холодная война» — это острое политическое противоборство на мировой арене, жесткая конфронтация между государствами и системами во всех областях: политической, экономической, идеологической («психологическая война»), военной и т. д., балансирование на грани войны «горячей».

Говоря о причинах развязывания «холодной войны», на Западе, да и некоторые лжеисгорики в России, до сих пор пытаются все грехи в развязывании ее свалить на Сталина. Сталинизм, который якобы стремился захватить всю Европу и тем самым вызвал ответную реакцию. Нет ничего более далекого от истины, чем подобные утверждения.

Не правы также те деятели, которые считают, что «холодная война» обрушилась на человечество внезапно после разгрома фашистских агрессоров. В действительности она зародилась намного раньше.

Первые шаги к «холодной войне» против Советского Союза были предприняты США' и Англией еще в ходе 2-й мировой войны и оказали на ее ход заметное влияние. Почему наши союзники три с половиной года не открывали второго фронта в Европе? Советский парод истекал кровью в борьбе один на один с гитлеровской Германией. Он каждый день ждал второго фронта как манны небесной. Союзники, однако, не спешили с его открытием. В 1941 году Гитлер у Москвы— они наблюдают, выжидают; в 1942— восхищаются разгромом врага под Сталинградом; в 1943 — страшно удивлены крахом Германии под Курском. По с открытием второго фронта продолжают тянуть вплоть до 6 июня 1944 года, когда разгром Гитлера был уже предрешен. Разве Сталин виноват в такой нссоюзнической политике союзников?

На заключительном этапе Великой Отечественной войны (март — апрель 1945 г.) обнаружилось так называемое «Дело Вольфа — Даллеса»: о сговоре за спиной России резидента стратегической разведки США Алена Даллеса с нацистским представителем, обергруппен-фюрером СС Вольфом. Речь шла о капитуляции гитлеровцев в Италии, Австрии и об открытии англо-американским войскам всего западного фронта, а также усилении сопротивления наступлению Красной Армии. Ведь это фактически была диверсия против курса президента Фр. Рузвельта и Ялтинских соглашений, первая операция «холодной войны». Можно ли винить в этом Сталина?

В самом конце Великой Отечественной войны, 23 апреля 1945 года, на совещании в Белом доме Трумэн заявил: «Советско-американское сотрудничество нужно ломать сейчас или никогда. Русские только мешают США». Было решено: советско-американское сотрудничество прекратить после разгрома Японии. Перез два дня (25 апреля) военный министр Стимсон доложил Трумэну, что США завершают работу над атомной бомбой, которая позволит монопольно вершить мировые дела. Все это было известно Сталину, В и Потсдаме 24 июля 1945 года открыто говорилось ему в глаза... Сталин имел хорошую память.

В августе 1945 года были Хиросима и Нагасаки — что прямая атомная угроза Советскому Союзу, вторая операция «холодной войны».

Третьей операцией «холодной войны» явилась известная речь У. Черчилля в Фултоне (5 марта 1946 г.),

в которой он призвал создать англо-американский военный союз для борьбы с «восточным коммунизмом».

Перед фултонской речью американские лидеры объявили об угрозе Западу со стороны России и мирового коммунизма. Был подготовлен специальный документ, который в настоящее время рассекречен и опубликован. Речь идет о документе КНШ вооруженных сил США от 19.9.1945 г. за № 1496/2. В нем КНШ заявлял о так называемой советской военной угрозе, о том, что СССР к 1 января 1948 года захватит всю Европу, Турцию, Иран и Китай. В документе указываются также слабости Советского Союза:

— огромные потери в людях и промышленности в ходе прошедшей войны, которые отбросили СССР на 15 лет назад;

— нет стратегических ВВС и ВМФ, на их создание потребуется 15—20 лет;



— нет атомного оружия, появление его возможно через 5—10 лет;

— плохое состояние железнодорожного транспорта;

— уязвимость нефтяных источников и жизненно важных промышленных центров;

— численная слабость и недостаточная боеготовность Вооруженных Сил на Дальнем Востоке, особенно военно-морского флота.

Спрашивается, о какой советской военной угрозе может идти речь при таких слабостях? Не вяжутся концы с концами у военно-политических деятелей США того времени. Они были правы только в одном. Советская страна действительно после войны. была в разрухе. Гитлеровцы нанесли России колоссальный материальный ущерб, намного больший, чем всем остальным государствам Европы вместе взятым. Людские потери— более 27 млн. человек. Уничтожено и разрушено 1710 городов, свыше 70 000 населенных пунктов, 31850 промышленных предприятий, 65 000 километров железных дорог, 91 000 шоссейных дорог, 1135 угольных шахт, 3 000 нефтяных скважин и т. д. Всего в годы войны СССР потерял 30% национального богатства.

Тяжело было восстанавливать разрушенное. Помощи ждать не от кого. Союзники стали врагами. Они

пытались организовать экономическую блокаду, вещали миру, что для ликвидации последствий войны Советскому Союзу понадобится минимум 25—30 лет, и то и . столетие. И здесь была доля правды. Любое другое, даже самое крупное и богатое капиталистическое государство, понеся такие колоссальные потери, неизбежно было бы отброшено на многие десятилетия назад. Но западные «прорицания» не оправдались. Советский народ в короткие сроки восстановил разрушенное хозяйство в районах, пострадавших от немецко-фашистской оккупации. При этом он не ходил по миру с протянутой рукой, прося помощи, а сделал все «а счет внутренних ресурсов государства, несмотря на «тоталитарные» условия, которые, по оценке нынешних экономистов, якобы ограничивали развитие экономики. Так было.

Зачем понадобилось изобретать миф о советской военной угрозе, объявлять Советский Союз зачинщиком «холодной войны»? Чтобы сделать его своим противником, врагом, пугалом всего мира. Чтобы, развязав гонку вооружений, не дать ему возможности восстановить разрушенное народное хозяйство, сделать Россию слабой, зависимой, второразрядной страной. Фактически Советскому Союзу был предъявлен ультиматум — либо добровольно сдавайся на милость Западу, либо становись на колени под давлением силы. *)то был вызов на открытую конфронтацию.

Советский Союз принял вызов. Правильно ли это было сделано в условиях разрухи? По мнению Сталина, у него другого пути не было. Разгромив фашистскую Германию и освободив полмира, СССР не мог встать на колени перед Америкой. Не имея ядерного оружия, он начал усиливать группировку своих сухопутных войск в Европе. Одновременно форсировал работы по созданию собственного ядерного оружия. Вскоре оказалось — США угрожали нам ядерным оружием, а СССР создал угрозу для Европы сухопутными войсками.

США создавали военные блоки, союзы, военные базы. На все это СССР реагировал быстро и решительно. В 1949 году у него появилось ядерное оружие. Проводилась жесткая военная политика. Была мобилизована вся экономика — за 4 года было восстановлено разрушенное войной народное хозяйство. Была образована Организация Варшавского Договора (14 мая 1955 г.). Создавалось и наращивалось вооружение.

Можно ли было изначально избежать противоборства сторон? Теоретически можно. Но практически маловероятно. «Холодная война» — результат борьбы двух противоположных систем (капиталистической и социалистической). В этом вся причина.

США вышли из 2-й мировой войны крупнейшей державой мира во всех отношениях, особенно в экономике и военной области. Потери были небольшие (405 тыс. чел.). Появилось атомное оружие. Мощный военно-морской флот. Армада стратегической авиации. Налицо — реальные возможности управлять всем миром.

У Советского Союза — огромные людские потери, колоссальный ущерб в экономике. По мощная военная машина. Первоклассные Вооруженные Силы. Держава— победитель фашизма. Высочайший патриотизм народа. Невозможно было даже представить себе, чтобы кто-нибудь мог диктовать СССР какие-либо условия.

США в то время боялись Советского Союза, боялись Сталина. Они считали, что если Россия окрепнет экономически, то она будет лидером мира. Экономическое соревнование мирным путем было невыгодно для Америки. Ее правители были уверены, что Сталин победит в этом соревновании. Но война с Россией тоже не сулила им успеха. В ней могли погибнуть все. Поэтому США решили измотать Советский Союз в «холодной войне» (особенно путем гонки вооружений), взорвать его изнутри.

Боязнь западных лидеров мирного соревнования с Советским Союзом, их заявления об «угрозе» мирового коммунизма представлялись им реальностью. Основанием для такого видения были следующие факты:

— победа Советского Союза в Великой Отечественной войне создала благоприятные условия для свержения капиталистического строя и утверждения власти народной демократии в ряде стран Восточной Европы— в Польше, Чехословакии, Румынии, Венгрии, Болгарии, Югославии, Албании. В 1949 г. в их число вошла ГДР;

— в Азии народная власть утвердилась в Северной Корее (КНДР) и Северном Вьетнаме (ДРВ). В 1949 г. была провозглашена Китайская Народная Республика (КНР);

— в 1945—1949 гг. начался распад колониальной системы. Независимость приобрели: Индонезия, Филиппины, Индия, Бирма, Цейлон, Сирия, Ливан, Иордания. Развернулась национально-освободительная борьба за независимость народов Азии, Африки, Латинской Америки.

В апреле 1945 г. Сталин в беседе с И. Броз-Тито заявил о необходимости объединения славян: «Если славяне будут объединены и солидарны — никто в будущем пальцем не шевельнет...». Тито поддержал идею объединения славян. Был подписан Договор о дружбе, взаимопомощи и сотрудничестве между СССР и Югославией.

Все это вызвало страх у правителей США, Англии и других западных стран. Страх перед будущим: многочисленные «вечные» колонии стали независимыми государствами. Запылали Африка и Латинская Америка. Власть капитала над миром сжималась, как бальзаковская шагреневая кожа. Во всем и везде руководители США и Англии видели «руку Москвы». На их глазах Советский Союз быстро превращался во вторую сверхдержаву мира с огромным экономическим и военным потенциалом, а идеи коммунизма стремительно распространялись по всей планете. Влияние СССР с каждым днем усиливалось. Возможности Запада сокращались. По мнению американских и английских руководителей, нависла реальная угроза их национальным интересам, которая могла привести к исторической гибели капитализма.

Поэтому, когда СССР вел дело к объединению славян, к созданию новых международных отношений со странами народной демократии и социалистической ориентации, правящие круги Запада видели в этом формирование Мирового коммунистического сверхобщества. Тревога превращалась в истерику. Развернулась оголтелая антисоветская кампания. Особенно активно вели ее разведывательные органы США. Будущий шеф ЦРУ А. Даллес в 1945 г. докладывал американскому конгрессу конкретные предложения но развалу Советского Союза («О путях разрушения СССР»). Эти предложения публикуются в нашей прессе, начиная с 1990 г. Мы их цитируем также в своей книге, потому, что они являются копией картины ельцинского режима в России:

«Посеяв в России хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих помощников-союзников в самой России.

Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства, например, мы постепенно вытравим их социальную сущность. Отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием тех процессов, которые происходят в глубине народных масс. Литература, театры, кино — все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства.

Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых творцов, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства— словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос, неразбериху. Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу, — все это мы будем ловко и незаметно культивировать. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратив в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества».

Конгресс США, одобрив предложения А. Даллеса, фактически сделал их официальной политической док-

г риной Америки по ликвидации Советского Союза, разложению советского общества, одурманиванию советских людей. Духовная агрессия США была направлена на то, чтобы русский народ уничтожить его собственными руками, чтобы он сам разорил свою страну и принял чужеземное господство. Программа Даллеса продолжает работать в России и теперь.

В годы «холодной войны» она была основой «психологической войны» против СССР, которая велась с особой яростью и злобой путем антисоветской пропаганды, дезинформации, диверсионных акций, подрывных и разведывательных действий, шантажа, подкупа, угроз. 24 часа в сутки американские и западные средства массовой информации вопили: «...советская военная угроза..., крестовый поход..., война России..., СССР — враг» и т. д. Тратили миллиарды долларов на ю, чтобы каждый квадратный метр на планете заразить идеями антикоммунизма.

В сложившейся обстановке советское предложение о мирном сосуществовании систем осталось невостребованным. Взамен Запад навязал России противоборство по всем азимутам за «выживание свободного мира». Для дезинформации общественного мнения была выдвинута теория, что зачинщиком «холодной войны» является Советский Союз, который будто бы создавая Мировое коммунистическое сообщество, спровоцировал ответные действия Запада к интеграции мирового капиталистического сообщества. Это, будто бы, и привело к резкому ухудшению международных отношений. Такой версии за рубежом придерживаются до сих пор.

Если стоять на американской позиции и придерживаться указанной версии, то резонно спросить: «Как объяснить умышленное затягивание западными союзниками открытия второго фронта в Европе, а также их попытки сговора с нацистами за спиной СССР? Как понимать отказ со стороны США в праве народов колониальных стран в их борьбе за свою независимость? Почему США, обладая ядерной монополией, о I казались от принципа мирного сосуществования и встали на путь применения или угрозы применения военной силы?»

Ответы на эти вопросы упираются в стремление С 'ША к мировой гегемонии. А ядерное оружие давало

бы правящей верхушке Америки возможность сразу после 2-й мировой войны убрать с дороги Советский Союз и стать властелином мира.

Но об этом американская сторона старается умалчивать. Между тем, суть вопроса— кто и почему развязал холодную войну? — кроется именно в этом. Если его рассматривать с позиции ядерной монополии США и конкретных событий прошлого, то видишь только одну истину— «холодную войну» развязали правители Америки. Развязали потому, что их не устраивало существование Советского Союза само по себе. Они не могли терпеть «русский дух» и вообще все, что делала Россия на международной арене. Президент Трумэн в 1945 году каждодневно твердил о том, что «русские только мешают США..., которые стоят перед постоянной и жгучей необходимостью руководства миром».

В «холодной войне» против СССР использовались все средства давления, и особенно угроза применения силы. Именно тогда, как грибы-поганки после дождя, появились на свет различные концепции применения ядерного оружия, была создана система военных блоков во главе с США *, раскинулась сеть американских военных баз по всему миру, была навязана человечеству безудержная гонка вооружений.

В годы ядерной монополии американцы настолько уверовали в силу и мощь ядерного оружия, что возвели его в ранг государственной политики. Изменилось представление правящих кругов Вашингтона о характере международных отношений. Они считали, что с помощью ядерного оружия можно диктовать России и всему миру свои условия.

В секретных кабинетах Вашингтона разрабатываются одна за другой военно-стратегические концепции: «массированного ядерного возмездия», «гибкого реагирования», «реалистического устрашения», «ограниченной ядерной войны», «выборочных ядерных ударов», «контрсилы» и т. д. Все они (под любой вывеской) являются ядерными, нацеленными на утверждение американского мирового господства.

♦Пакт Рио-де-Жанейро (1947г.), НАТО (1949г.), АНЗЮС (1951г.), СЕАТО (1954 г.), Багдадский пакт (1954 г., преобразован в СЕНТОв 1959 г.).

Главным и неизменным содержанием их было стремление в подходящий момент использовать свои стратегические ядерные силы для нанесения первого ядерного удара по Советскому Союзу. Соответственно разрабатывались планы войны.

Атомное нападение готовилось на СССР еще в 1945 году (директива № 432/Д) с применением 196 атомных бомб по 20 советским городам. В последующем атомная война предусматривалась: в 1948 году (план «Ча-риотир») с применением более 200 атомных бомб по 70 советским городам; в 1949 году (план «Дропшот») с применением 300 атомных и 250 000 тонн обычных бомб; в 1950 году (план «Троян») — свыше 300 бомб по 100 советским городам. На случай изменения обстановки были подготовлены другие планы под различными названиями — «Пинчер» (1946 г.), «Бройлер» (1947 г.), «Грайбер», «Хафмун», «Даблстар» (все 1948 г.), «Оффтэкл» (1949 г.).

Президент Трумэн в 1952 году дважды рассматривал возможность применения атомного оружия против СССР. В меморандуме от 27 января 1952 года он иисал: «Мы сотрем с лица земли любые порты или города, которые необходимо будет уничтожить для достижения наших (т. е. США. — Прим, авт.) целей».

Были еще различные варианты планов. Несмотря па их разнообразные вывески, они имели одну бредовую идею— внезапным ударом застигнуть Россию врасплох и нанести ей невосполнимый ущерб (уничтожить 30—40 % населения и 85% экономики и энергетики). После ядерного нападения предусматривалась оккупация советской территории. Для этой цели выделялись 22 дивизии и 22 авиагруппы, а также специальные части по борьбе с партизанскими и подпольными формированиями. Все эти дикие планы строились в момент» когда США были абсолютными монополистами в атомной области, когда им ничто не угрожало и аме-

Йиканская территория была практически неуязвимой.

!огда мир был нужен советскому народу, как воздух И даже больше, чем воздух. Когда все внимание и всю энергию советского народа поглощало залечивание ран войны. Пе наша вина, а реальная угроза извне вынуждала Советский Союз принимать необходимые меры для своей безопасности.

В августе 1949 года СССР взорвал свою атомную бомбу и положил конец американской ядерной монополии. Однако ядерные амбиции Вашингтона не уменьшились. Они по-прежнему базировались на предположении о подавляющем превосходстве США над Советским Союзом в ядерном оружии, его носителях, экономическом и научно-техническом потенциалах. Однако в конце 60-х годов СССР вышел на стратегический паритет, вынудив США воздержаться от непоправимых шагов. Паритет заставил США сесть за стол переговоров.

Таким образом, правители Вашингтона не преуспели тогда в главном — они не смогли ни уничтожить СССР, ни продиктовать ему свои условия. И это было результатом не их желания, а следствием того, что даже в тех условиях у них все же не нашлось достаточно сил. И не помогла им ядерная монополия. Но то, что замыслы такого рода были, свидетельствует историческая летопись «холодной войны», реальные дела ее зачинщиков из Вашингтона, их планы и концепции ядерной войны. К счастью для всех, в том числе и для самих американцев, слишком краткой была ядерная монополия Америки. Но то, что США успели сделать в тот период, и то, что они делают по отношению к России после развала Советского Союза, оставляет вопрос открытым — на что же они способны теперь? Закончилась или продолжается «холодная война»?

По этим вопросам имеются разные мнения. Большинство публикаций и заявлений политических деятелей исходят из того, что «холодная война»— это уже история, возврата к ней нет, она ушла в Лету. Хотя бы потому, говорят «глубокомысленные» аналитики, что у России нет ресурсов для противоборства, для гонки вооружений, нет идеологической основы для конфронтации с Западом. По их мнению, скорее возможен «холодный мир», но «холодной войны» не видно.

У меня на этот счет другое мнение. «Холодная война» и «холодный мир» — это игра словами. Это когда «хрен редьки не слаще». При «холодном мире» в условиях нынешнего положения России ей можно навязать такой путь развития, который приведет ее к гибели, к уничтожению нашей державы. Поэтому не будем заниматься словоблудием, а рассмотрим вопрос по существу.

Действительно, у России нет ресурсов для гонки вооружений. Не стало после развала Советского Союза открытого противоборства, «балансирования» на краю пропасти; нам не угрожают «ядериой дубинкой», экономической блокадой и т. д. То есть жесткие способы и приемы прежней «холодной войны» исчезли. Однако само противоборство отнюдь не исчезло. Оно сохранилось. Его лишь замаскировали такими понятиями, как «партнерство», «согласие», «дружба» и прочие благолепия.

И самое главное— не исчезли замыслы и цели «холодной войны», они тоже сохранились, их никто не отменил. Речь идет не только о развале Советского Союза, но и о расчленении России» 6, разрушении Российского государства. Известный русофоб-политолог Збигнев Бжезинский открыто и нагло предупреждает нас о том, что Россия сегодня является «главной разменной картой американской геополитики... Новый мировой порядок при гегемонии США создается против России, за счет России и на обломках России». Ему вторит бывший госсекретарь США Генри Киссинджер: «Я предпочту в России хаос и гражданскую войну тенденции к соединению ее в единое целое, крепкое централизованное государство». Указанные деятели, которые мне хорошо известны по их прошлым «литературным» трудам, великолепно знают ситуацию в мире, и особенно в нашей стране. Поэтому их заявления— не пустые слова. Не выдумки. И не иллюзии. Они близки к реальности.

Это подтверждается соответствующими действиями. Конечно, борьба теперь существенно изменилась, она приняла иной характер. Но ведь «холодная война» — это не только военное насилие, когда «стенка на стенку».

Это еще и борьба мирная, настойчивая, многолетняя. Ведется она, по сравнению с прошлым, умнее, хитрее, изощреннее, коварнее. Что мы имеем в виду под этой борьбой, которая идет каждодневно, без перерыва? Назовем некоторые ее направления.

Первое. Насильственный уход из жизни миллионов российских граждан. Экономический развал страны и обнищание населения ведет к вымиранию великого русского народа. Русский вопрос (82% населения страны) остро стоит на повестке дня. По статистике, начиная с 1992 года, смертность в России впервые за послевоенные годы превысила рождаемость на 300 тыс. чел. Ежегодно уходят из жизни около 1,5 млн человек. Речь, таким образом, идет о самосохранении, физическом выживании большинства населения, о необходимости борьбы с недоеданием, болезнями, наркоманией, проституцией, беспризорностью, преступностью и т. д. Основная причина — насильственная «запад-низация» общества, разрушение устоев российского образа жизни.

Второе. Превращение России в страну, зависящую от Запада. Разгромлена мощная социалистическая экономика: машиностроение, металлургия, энергетика, оборонная промышленность, сельское хозяйство, т. е. все базовые отрасли экономики, которые обеспечивают самостоятельность государства. Социальная сфера общества находится Bi зависимости от западной помощи, которую в любое время могут перекрыть.

Путем изощренных финансовых и банковских технологий (махинаций), под видом так называемой политики «помощи» США откачивают из России сотни миллиардов долларов. В этом им активно помогают российские олигархи, «семья», преступники и «воры в законе». 1,5 млрд долларов в месяц (18—20 млрд долларов в год) уплывают за «бугор» из России (ТВ. 5.09.99 г.).

Третье. Обманное заманивание российского народа в «мировую цивилизацию». Оно началось еще в период горбачевской перестройки и особенно активизировалось при ельцинском режиме. Денно и нощно народу твердят наши идеологи и армия западных советников, что будто бы за годы советской власти мы «выпали» на обочину .«цивилизованного мира». Все страны, дескать, идут по проторенной дороге рынка, а вот только россияне в стороне от него. Надо, мол, исправить историческую ошибку и идти в «мировую цивилизацию», где для нас приготовлены «молочные реки и кисельные берега».

На деле ничего подобного нет. Все это ложь и обман. В мире есть богатые страны— 15—20 государств (20 % населения земли) и бедные страны— более 150 государств. Богатые страны грабят свои бывшие колонии и другие бедные государства и за счет грабежа создают свою «цивилизацию».

Новым капиталистам России грабить некого, кроме собственного народа и богатейшего наследства Советского Союза, которое они в одночасье растащили. Нужна ли народу «западная цивилизация»? Нет, не нужна, поскольку там будет двойной грабеж: собственного капитала и иностранного. Кому нужна «мировая цивилизация»? Новым российским капиталистам, которые готовы прислуживать Западу, лишь бы нахапать валюту. О народе никто и не думает. Да и не допустят русский народ ни при каких обстоятельствах в западный «калашный ряд».

Четвертое. Официальное заявление бывшего президента Б. Ельцина о предоставлении суверенитета субъектам Российской Федерации («берите суверенитета, сколько проглотите») пока никто не отменял. Это. главная причина будущего самораспада России на удельные княжества, регионы, республики. Признаки дробления налицо — рвутся связи Центра с регионами; падает доверие и уважение к государственной власти; откалываются окраины России; усиливается сепаратизм.

Пятое. Изолирование России на международной арене. У нас нет больше друзей и союзников. Многих мы предали, иные отвернулись от нас. Болгары, сербы, чехи, словаки, поляки, немцы, румыны, венгры — все они на другой стороне. Нет теперь у России настоящих друзей, которые бы пришли на помощь в критическую минуту. Многие бывшие друзья ушли в НАТО. Туда же смотрят прибалтийские государства, Украина, Грузия, Азербайджан и др.

При отсутствии верных друзей продвижение НАТО на Восток принципиально меняет в худшую сторону стратегическое положение России. Ее берут в клещи, окружают, создают реальную угрозу. Только политическая и военная близорукость может не видеть той опасности, которую несет в себе размещение непосредственно у российских границ (сухопутных, морских, воздушных) современных средств нападения НАТО. Чтобы не повторить трагедии 1941 г., не повторить югославской трагедии 1999 г., необходимы такие контрмеры, которые исключали бы возможность прицельного бомбометания или нанесения точечных ударов по России. Не сделаем этого— трагедия неотвратима. Запад уже давно не считает Россию равноправным партнером.

Шестое. Внутреннее духовное обнищание российского общества. Резкое расслоение народа на богатых и бедных. Индивидуализм. Озлобление людей друг против друга. Натравливание наций и народов друг на друга: русских на евреев, чеченцев на русских, ингушей на осетин, черкесов на карачаевцев и т. д. Стремление разделить их и окончательно ограбить. Национальная и социальная рознь может взорвать Россию. Руководство этим процессом осуществляется внешними силами с одобрения и при поддержке определенных сил внутри страны.

Перечень подобных направлений можно продолжить. Это— миллионы беженцев (униженных и оскорбленных); сознательные препоны широкой интеграции России с Беларусью и другими странами СНГ; ослабление российских вооруженных сил; рабский труд рабочего люда (многие месяцы без зарплаты); обман властей во всем и везде с одновременным запугиванием общества применением оружия (ОМОНы, Спецназы, СОБРы, МВД, внутренние войска, армия); кровопролитные ежегодные кавказские войны и конфликты; коррупция и воровство в высших эшелонах власти и еще многое.

Обдумайте спокойно, уважаемый читатель, приведенные положения и ответьте сами себе на вопрос: Закончилась ли «холодная война» или она продолжается?

У авторов книги на этот счет нет сомнений — «холодная война» продолжается другими, более коварными способами. У всех патриотов России щемящей болью пронизано сердце за тот кошмар, который творится в стране. За незримое иностранное нашествие на нашу Родину, за утерянные великие победы и завоевания. Складывается впечатление, что ельцинскому режиму не нужны были ни великая Россия в союзе с Бё-

ларусью и Украиной, ни великий русский народ. Ему по сердцу только власть, царствование, личный покой и благополучие.

Если российский народ не одумается и не проснется от спячки, не осознает свои национальные интересы, то финал «холодного мира» может быть еще более печальным, чем в прошлом. Известный ученый А. Зиновьев в интервью газете «Мир за неделю» № 1(1) 1999 г. на вопрос, способны ли силы противодействия остановить гибельный процесс России, ответил так: «...Происходит убийство страны, народа. И в целом народ не сопротивляется, он поддался наваждению, сознательно навязанному.

Когда говорят: Россия не такое видела, отвечаю — не было ничего подобного в ее истории никогда».

Сказано круто, но в принципе близко к истине. К этому надо готовиться. Сегодня Россия находится на переломе, в критической точке своего развития!

Тем, кто не согласен с нами, напоминаем еще раз: США не отказались от своего замысла расчленить Россию и осуществляют его в нынешних условиях другими, «мирными» путями.

Вот что говорил на этот счет президент Клинтон на совещании Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ) США 24 октября 1995 года:

— «Расшатав» идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из борьбы за мировое господство государство, составляющее основную конкуренцию Америке. Мы добились того, что собирался сделать Трумэн посредством атомной бомбы, правда, с одним существенным отличием. Мы получили в Сырьевой придаток не разрушенное атомом государство;

— ...В ближайшее десятилетие (т. е. до 2005 г.— Я. Ч.) предстоит решить следующие проблемы:

1. Расчленение России на мелкие государства путем межрегиональных войн, подобно тем, что были организованы нами в Югославии.

2. Окончательный развал военно-промышленного комплекса России и армии.

3. Установление режима в оторвавшихся от России республиках, нужных нам» 7.

Сказанное Б. Клинтоном в кругу высшего генералитета является не просто -намерением, а официальной доктриной нынешней Америки по отношению к России. Такова реальность. Ее нельзя недооценивать. США хорошо знают, как достигать своих целей. Если потребуется для их национальных интересов, они не задумываясь прибегнут к силе, имея в этом деле огромный опыт и в прошлом, и в настоящем. Они все умеют, в том числе оказывать военную помощь с «доставкой на дом».

Во время последнего визита американского президента в Москву (июнь 2000 г. — Н. Ч.) Б. Клинтону корреспондентами был задай вопрос по поводу его выступления на совещании ОКНШ. На поставленный вопрос Клинтон ответил, что «надо посмотреть тексторигинал, которого не помню. Может быть, такое заявление имело место в прошлом, в годы «холодной войны». Сейчас США подобных заявлений не делают» 8.

Но тут же вспоминается открытая писанина 36. Бжезинского о России, как о главной разменной карте американской геополитики, заявления Г. Киссинджера против сильного, единого русского государст-. ва. А разве план продвижения НАТО к границам России забыли? Или объявление США сферой своих национальных интересов Кавказа и Прибалтики, — неужто это риторика? Сами США так не думают.

ВОЕННАЯ ПОМОЩЬ С «ДОСТАВКОЙ НА ДОМ»

Военная политика всегда была и является теперь неотъемлемой и наиболее важной составной частью государственной политики США. А из многочисленных средств (политических, экономических, идеологических, военно-технических и др.), которые американское государство использует для достижения своих целей, военной силе придается первостепенное значение.

По данным института Брукингса, США после 2-й мировой войны в 215 случаях прибегали к использованию вооруженных сил для поддержания своих внешнеполитических целей— в виде демонстрации военной силы или ее использования. В 33 ситуациях они угрожали применением ядерного оружия, в том числе трижды против Советского Союза— во время Берлинского кризиса (1961 г.), в Карибском конфликте (1962 г.), в связи с четвертой арабо-израильской войной на Ближнем Востоке (1973 г.). «Мы создали общество, — заявлял известный деятель-сенатор У. Фулб-райт, — главным занятием которого является насилие. Самую серьезную угрозу нашему государству представляет вовсе не какая-то внешняя сила, а наш внутренний милитаризм. Создается удручающее впечатление, что мы в Америке явно привыкли к войнам. На протяжении вот уже многих лет мы или воюем, или немедленно готовы начать войну в любом районе мира. Война и военные силы стали неотъемлемой частью нашего быта, а насилие — самым важным продуктом в пашей стране». Такова правда— ни убавить, ни прибавить.

Начиная с 1945 г. США были инициаторами или участниками большинства военных конфликтов или преднамеренно начинали боевые действия в различных районах мира — в Европе, Африке, на Ближнем Востоке, в Азии, Латинской Америке и др. Ниже приводится далеко не полный перечень из хроники военных действий американской армии— «военной помощи с доставкой на дом», как цинично шутят в Пентагоне.

1945— 1949 гг. — интервенция США в Китае с целью поддержать режим Чан Кашли, не допустить победы народной революции и сохранить свое присутствие в этой стране. Участвовали 113 000 американских военнослужащих, до 600 самолетов, более 150 кораблей.

1946— 1949 гг. — группировка морской пехоты США и Англии численностью более 5000 человек при поддержке военно-морских сил и авиации (свыше 200 самолетов) высадилась в Греции. Интервенты участвовали в подавлении демократической революции и установлении монархических порядков в стране.

1947 г. — американская морская пехота брошена в Парагвай для подавления восставшего народа и установления «демократических порядков». С помощью американских штыков была установлена в стране военная диктатура.

1953 г. — свержение в Иране правительства Мосад-дыка, которое отстаивало национальные интересы страны, готовило национализацию нефтяных богатств и ликвидацию англо-американской нефтяной компании. Переворот осуществили агенты ЦРУ США в сотрудничестве с подкупленными иранскими специалистами. Операция проводилась с ведома президента Эйзенхауэра и премьер-министра Черчилля. Результат: в Иране была установлена монархия шаха Р. Пехлеви. США получили нефть и выгодное стратегическое положение на границе с СССР.

1948—1953 гг. — крупные группировки ВМС, авиации и морской пехоты США (90 000 человек) переброшены на Филиппины. Цель интервенции — подавление национально-освободительного движения.

1950—1953 гг. — агрессивная война в Корее. В боевых действиях участвовало около 350 000 человек, 1 000 танков, 1600 самолетов и свыше 300 кораблей. Действия американских войск отличались особой жестокостью: применялись тактика «выжженной земли», напалм, бактериологическое и химическое оружие. Потери США — 157 500 чел., более 20 000 сдались в плен. Погибло 1 900 000 корейцев.

1954 г. — вооруженное вторжение подготовленных ЦРУ наемников при поддержке американской авиации в Гватемалу. В результате было свергнуто демократическое правительство Арбенса и установлен режим военной диктатуры.

1958 г. — при поддержке 6-го флота морская пехота и сухопутные войска США (14 000 человек) высадились в Ливане. Участвовали в подавлении массовых выступлений ливанского народа.

1961 г. — вооруженное вторжение американских наемников на Кубу в районе Плайя-Хирон с целью свержения ее революционного правительства. В агрессии участвовало свыше 1 500 обученных и вооруженных в США наемников, 80 самолетов и 35 боевых кораблей. Операция потерпела крах. Все наемники были разгромлены.

1960—1967 гг. — США и другие страны НАТО осуществили военную акцию в Конго с целью свержения прогрессивного правительства и подавления национально-освободительного движения народа. В интервенции участвовало до 10 000 человек, 60 самолетов.

1964 г.— кровавая расправа американских войск С мирным населением зоны Панамского канала, требовавшим ликвидации американских военных баз на территории Панамы, вывода войск и восстановления суверенитета. «Мы не должны отдавать панамцам Панамский канал. В конце концов, мы украли его честно и справедливо» (С. Хаякава, США) 9.

1964—1973 гг. — агрессия США против Лаоса с целью поддержки реакционного правительства в борьбе против освободительного фронта Патет-Лао. Участвовало свыше 50 000 человек, 1500 самолетов, 40 кораблей.

'1964—1968, 1972—1973 гг. — агрессия США против Демократической республики Вьетнам. Преступление трех президентов — Эйзенхауэра, Кеннеди, Джонсона. Применялись массированные удары стратегической авиации и обстрелы с кораблей мирных объектов. Война на истребление велась с использованием химического оружия, напалма и других видов современного оружия. Стране нанесен большой урон— ее населению, экономике, природной среде, сельскому хозяйству. В 1968 году численность войск США во Вьетнаме составляла более 55 тыс. чел. Всего за годы войны во Вьетнаме побывало 2,5 млн солдат и офицеров. Потери Америки— около 60 000 человек убитых, свыше 300 000 раненых, уничтожено более 8500 самолетов, десятки тысяч единиц боевой техники 10.

1965 г. — вооруженная интервенция против Доминиканской Республики. Под предлогом «защиты американских граждан» вторглась 40-тысячная американская оккупационная армия, которую поддерживали 275 самолетов и 50 боевых кораблей. Выступление народных масс было потоплено в крови.

1970—1975 гг. — подавление борьбы народов Камбоджи против реакционного марионеточного режима. Участвовало более 70 000 человек войск США, 500 самолетов, 40 кораблей флота США.

1971 г. — повторное вторжение в Лаос с целью уничтожения НОА Лаоса и подавления освободительного движения. Участвовало 18 000 человек войск США, 870 самолетов, 40 кораблей флота США.

1971—1973 гг.— при участии ЦРУ США совершены контрреволюционные перевороты в Боливии, Чили и Сальвадоре, свергнуты демократические правительства и приведены к власти фашиствующие режимы.

1982 г. — под предлогом «установления мира на Ближнем Востоке» в Ливане высадились 800 морских пехотинцев США. Группировка американских войск была доведена до 2000 человек. К побережью Ливана стянуто более 30 кораблей США. Национально-патриотические силы и население Ливана подвергаются обстрелу с американских кораблей и ударам авиации. Цель США — закрепиться в Ливане.

1983 г.— неспровоцированная вооруженная интервенция против Гренады, свержение демократического правительства и создание марионеточного режима, угодного Вашингтону.

1970—1980 гг. — вооруженные силы США помогли антинародной хунте Пиночета совершить переворот и захватить власть в Чили (1973 г.); оказывали прямую военную помощь антинародным режимам, в захвате власти в Таиланде, Гаити и ряде других стран.

Перечисленные военные акции США после 2-й мировой войны достаточно подробно описаны в печати России и за рубежом. Сделаны оценки и выводы. Предельно четко их высказал В. Головачев: «Вернись домой, Америка! Весь мир исходили, истоптали, испакостили, наследили, натравили друг на друга, насадили культы нажив и вечной войны «за процветание», отравили души... Только и осталось, что Россию вовлечь в этот помойный водоворот...» 11

Наши размышления на этот счет ограничиваются лишь одним моментом, а именно — морально-нравственным поведением американских войск в военных действиях на чужой земле. Думается, что это важно и необходимо знать молодому поколению людей.

Известно, что вооруженные силы США родились в борьбе за свободу и независимость своей страны от британской короны. Однако, родившись в справедливой войне под знаменем Свободы, они в последующем не стали армией Свободы, а оказались ее врагами. Такой парадокс истории обусловлен, по крайней мере, двумя обстоятельствами.

Во-первых, тем, что за весь период своего существования американские вооруженные силы воевали, как всегда, только на чужой территории, за исключением гражданской войны между Севером и Югом в 1861—1865 гг.

Все военные походы, конфликты, интервенции и агрессии, будучи спровоцированными или под видом военной помощи с «доставкой на дом», имели в основном карательную цель — подавить национально-освободительное движение народов в той или иной стране, свергнуть неугодное Вашингтону правительство путем грубого вмешательства в дела суверенных государств, установить господство своих интересов. После развала Советского Союза (не без помощи стран Запада) эта цель претерпела изменения. На повестку дня сегодня в практическом плане поставлена задача распространить так называемые национальные интересы Америки на весь мир. То есть речь идет об утверждении не на словах, а на деле мировой гегемонии США.

Средства достижения цели остались прежними: вмешательство во внутренние дела других государств, экономическое проникновение, блокады, давление, подкуп, запугивание, угрозы, применение военной силы. Знамя Свободы выброшено за борт и забыто.

Второе обстоятельство связано с особым географическим положением этого могущественного в экономическом и военном отношении государства. Фактически после своей гражданской войны и до насто-ищего времени на территорию Америки не падал ни один вражеский снаряд, ни одна бомба. Американское население практически не знает, что такое война. Не знает ее жестокостей, оно не может или как будто нс хочет понять чужого горя. Не видит и не слышит, что творят простые американские парни в военной форме в чужой стране.

О Хиросиме и Нагасаки уже рассказано в начале книги. Обратимся к другому факту — к войне в Индокитае, самой продолжительной по времени, поистине страшной и бесчеловечной авантюре.

Не хватает слов рассказать о зверствах и жестокости американских солдат и офицеров во Вьетнаме. Они истребляли без разбора все на своем пути. Не щадили ни старых, ни малых. Хладнокровно расстреливали десятками и сотнями мирных жителей. Уничтожали города, деревни, посевы, урожай на полях. Сжигали напалмом и белым фосфором леса, джунгли. Отравляли ядохимикатами реки и озера. Бомбили мосты, плотины, дамбы, другие гидросооружения. Бомбили днем и ночью. 4000 самолето-вылетов в месяц. Море огня обрушилось на Вьетнам. Казалось, что уничтожено все живое и неживое. Целые районы страны превращались в зоны пустыни. Рассматривался вопрос о применении ядерного оружия с целью ликвидации «тропы Хо Ши Мина».

По данным американской печати, только за период активных боевых действий в Индокитае, в основном во Вьетнаме, было сброшено авиабомб общим тоннажем около 4 млн тонн. Эго в 3 раза больше, чем сбросили ВВС США на всех фронтах за годы 2-й мировой войны.

На вьетнамской земле Пентагон устроил своего рода испытательный полигон. Здесь использовались новые образцы оружия и техники: самолеты, вертолеты, авиабомбы, снаряды, мины, танки-амфибии и т. д. Широко применялись химические средства, напалм, белый фосфор, новейшие бомбы: термитные, шариковые, кассетные, «апельсиновые», «ананасовые» и др 12.

Подобно Хиросиме и Нагасаки, навсегда вошли в историю трагедии городов Сонг ми, Бенге, Хыоэ (древняя столица Вьетнама). Они были полностью разрушены, стерты с лица земли. Уничтожено все население. Преступления в этих городах совершены не психопатами и не наркоманами. Пет. Безумную жестокость совершили обыкновенные американские парни в военной форме.

Жестокость американских войск во Вьетнаме потрясла весь мир. Страх охватил даже американских конгрессменов — они потребовали (август 1972 г.) прекратить разбой и преступления и вывести все американские войска из Индокитая.

Чего достигли США своей жестокостью во Вьетнаме? Позор и унижение. Сокрушительный удар по престижу Вашингтона и американской армии, по так называемой «демократии» Америки. Напалм и белый фосфор во Вьетнаме, равно как и ядерные бомбардировки в Японии, не принесли США ни славы, ни успеха. Военная сила обернулась бессилием. Эти роковые уроки войны в Индокитае вчерашний Вашингтон забыл сегодня и повторил их вновь в Югославии.

ДВАЖДЫ НА КРАЮ ЯДЕРНОЙ ПРОПАСТИ

В перечне американских военных акций не указаны два острейших кризиса— Берлинский и Карибский, которые требуют самостоятельного рассмотрения. Они произошли при наличии ядерного оружия в США и СССР и оставили заметный след в советско-американских отношениях, оказав сильное влияние на дальнейшее развитие международных событий.

В обоих случаях дело не дошло до войны. Вполне возможно, что в то время ни одна из сторон не имела намерений применения ядерного оружия, если бы даже война началась. Однако кто может поручиться, оценивая события и тогда, и теперь, что этого не произошло бы? Говорят, будто бы маловероятно, чтобы при наличии достоверной информации, высокой ответственности политических и военных руководителей было принято решение о нанесении первыми ядерного удара. Но именно в момент острых кризисов и крайней напряженности, как правило, бывают все беды — и недостоверная информация, и ошибочные оценки, и эмоции, и безответственные руководители. Под влиянием этих факторов возрастает опасность принятия роковых решений. Их было предостаточно и в Берлинском, и особенно в Карибском кризисах.

БЕРЛИНСКИЙ КРИЗИС (август 1961 г.)

Кто виноват в развязывании Берлинского кризиса? Советы обвиняют американцев. США все грехи валят на Россию. Обе стороны считают, что Берлинский кризис возник в связи с вторжением на Кубу 17 апреля 1961 г. американских наемников в Заливе Свиней (Плайя Хирон), подготовленных ЦРУ США. Вторжение, как известно, окончилось полным разгромом наемников.

Правительство Дж. Кеннеди было крайне обеспокоено провалом. Чтобы компенсировать кубинскую неудачу, оно решилось на ответную меру в Европе: усилить подрывную работу против ГДР, сломать силой берлинскую стену. Заодно ослабить активность советской дипломатии и выдающийся успех полета Ю. Гагарина в космос (12 апреля 1961 г.). Такова советская версия.

По мнению бывшего в то время министром обороны США Р. Макнамары, Берлинский кризис является ответной мерой Советов, которые видели ошибки Кеннеди в руководстве вторжением на Кубу, считали его неопытным и мягкотелым политиком. Этим решили воспользоваться. На встрече Кеннеди с Хрущевым в Вене (3—5 июня 1961 г.) последний пытался вырвать Западный Берлин из-под контроля Запада.

После встречи восточная сторона провела ряд мероприятий, препятствующих снабжению города по воздушным и наземным коридорам:

— Советы разбрасывали диполи в воздушных коридорах, ведущих к Западному Берлину, препятствуя снабжению города по воздуху.

НАТО ответило увеличением конвоев по наземным коридорам, проходящим по территории ГДР.

— Восточные немцы останавливали конвои на границе между обеими Германиями.

— НАТО усилило конвои военным эскортом, который при необходимости мог силой пробиваться через пограничную охрану.

Короче, на русское «а» американцы отвечали «б» и т. д. Конфликт в центре Европы расширялся. США призвали резервистов, перебросили дополнительные войска в Европу и дали понять, что намерены твердо защищать Западный Берлин. Если будет необходимо, так считал Кеннеди, США готовы пойти на риск ядерной войны. Различные варианты на этот счет были спланированы. Такова точка зрения Макнамары.

В американской версии упущен один принципиальный факт. 17 августа 1961 г. США направили правительству СССР ноту, в которой заявлено о непризнании Восточной части Берлина столицей ГДР, незаконности с ее стороны защитных мер контроля и охраны на границе с Западным Берлином 13 и готовности пробить силой берлинскую стену. Этой нотой Вашингтон фактически инициировал Берлинский кризис.

США и Англия ускоренно перебрасывали в Западный Берлин дополнительные контингенты своих войск. При этом военные грузовики с американскими и английскими солдатами двигались к городу по автостраде на территории ГДР. В Западный Берлин прибыл специальный посланник Кеннеди, вице-президент США Л. Джонсон. Западные державы открыто вели военные приготовления и даже объявили о военной мобилизации. Зашевелились турецкие войска на кавказском направлении, где также были обнаружены военные приготовления.

Советский Союз решительно встал на защиту ГДР и принял соответствующие ответные военные меры, в том числе возобновил испытания ядерного оружия. Главнокомандующим ГСВГ был назначен и прибыл в Восточный Берлин маршал И. С. Конев. Командующим войсками Закавказского военного округа стал маршал К. К. Рокоссовский. В воздухе запахло войной.

Когда ранним августовским утром американские танки подошли к границам Восточного Берлина (в т. ч. к Бранденбургским воротам), они увидели по другую сторону советские танки. Реабилитация за поражение на Кубе не состоялась. Коса нашла на камень. 200 метров разделяли танки сторон друг от друга. Что делать? Ломать берлинскую стену? «Такое предложение было, — вспоминает Р. Макнамара. — Но президент Дж. Кеннеди его отверг. По «горячей линии» он обратился к Н. Хрущеву с просьбой сделать шаг доброй воли первым, а мы (т. е. США. — Авт.) ответим тем же. Просьба была услышана. Советские танки подвинулись назад на 10 метров. Американские танки сделали то же самое. Выход был найден. Угроза пойны была снята».

Если бы стороны своевременно не образумились и не дали команду «стоп» танкам, а расценили действия друг друга как неотвратимое полномасштабное нападение, что тогда? Один Бог знает, чем могло бы все это закончиться.

КАРИБСКИЙ КРИЗИС (14—27 октября 1962 г.)

Самый опасный по своей остроте кризис в ядерный век. Продолжался 13 дней и ночей. Он поставил мир на грань ядерной пропасти. Никогда прежде после 2-й мировой войны и до настоящего времени не была такой близкой угроза ядерной катастрофы. Содрогнувшись от страха, стоящие у власти руководители нашли в себе мужество вовремя остановиться и повернуть вспять. Человечество было спасено.

Что было причиной Карибского кризиса? Ответы сторон, как всегда, противоположные. По мнению правительства США — это советские ракеты на Кубе и агрессивность коммунизма. Точка зрения Советского Союза — это открытая подготовка вторжения американских войск на Кубу с целью свержения коммунистического режима Фиделя Кастро, укрепление глобализма Америки.

Для понимания сути вопроса и позиций сторон обратимся к ходу событий того времени. О тех 13 критических днях советско-американской конфронтации опубликовано много материалов и в России, и за рубежом. Все они, очевидно, имеют право на существование. Свое мнение на этот счет я излагаю в данной книге на основе беседы с Р. Макнамарой и с учетом очень сложной и противоречивой обстановки осенью 1962 года. Наиболее полно, правдиво и достоверно рассказал о Карибском кризисе в своей книге непосредственный участник событий— советский генерал армии А. И. Грибков 14. Его книга на данную тему, на мой взгляд, является лучшей среди известных мне изданий. Чтобы не компилировать то, что уже написано о кризисе, я пошел иным путем.

В беседе с Р. Макнамарой, бывшим министром обороны США, во время Пагуошской встречи ученых в Женеве в 1987 году я узнал от него многие интересные подробности, касающиеся Карибского кризиса. Учитывая исключительную важность темы, ее актуальность, я решил изложить материал в основном как бы с американской позиции, считая обоих авторов компетентными и порядочными людьми.

Мне трудно возразить против различного рода фактов и других расхождений авторов. Поэтому благодарю и А. Грибкова, и Р. Макнамару за отдельные использованные фрагменты их выступлений. В целом Же, по рассказу Р. Макнамары, события развивались следующим образом:

— 14 октября 1962 г. американский разведывательный самолет У-2, совершая полет над Кубой, получил фотодоказательства того, что на острове размещены советские баллистические ракеты с ядерными боеголовками. Двое суток в Пентагоне изучали фотоснимки «молча», не докладывая президенту. Установили, что дальность действия ракет позволила бы им поражать наиболее густонаселенные районы восточного побережья Америки.

Стратегические ядерные силы США в то время имели 5000 боеголовок, Советы— 300. Макнамара считает, что при соотношении 17:1 Советы испытывали чувство страха и, вероятно, хотели нарастить мощь своих сил ответного удара за счет переброски ракет среднего радиуса действия с территории СССР на Кубу, увеличивая тем самым число средств, угрожающих США. В Пентагоне приняли предварительное решение: действовать жестко, добиваясь удаления советских ракет с Кубы всеми доступными средствами.

— 16 октября доложили президенту Кеннеди о советских ракетах на Кубе. Состоялись две встречи в Белом доме узкой группы лиц (16 человек) 15.

Выявились три позиции по решению проблемы. Большинство присутствующих (представители Пентагона и многие советники президента) предложили Дж. Кеннеди уничтожить ракеты с помощью воздушной атаки с одновременным наземным вторжением на Кубу с целью свержения режима Кастро. При этом потери американских войск, по оценке военных, могли составить 40—50 тысяч человек. Учитывались ответные военные действия СССР против НАТО в Западной Европе.

Меньшинство предлагало нанести воздушные удары с целью уничтожения советских ракет и на этом остановиться.

Некоторые советники президента, в том числе его брат Р. Кеннеди, считали прямую агрессию против Кубы, которая может привести к ядерной войне, огромным риском для США. Они предлагали морскую блокаду с целью помешать дополнительным поставкам советских ракет на Кубу. Срок блокады — до тех пор, пока не будут удалены ракеты с острова.

К мысли о блокаде склонялся и Дж. Кеннеди. Но перед объявлением своего решения президент в коротком разговоре тет-а-тет с Макнамарой сказал ему, что будет опрашивать каждого присутствующего, какую позицию тот поддерживает, и попросил Макнамару высказаться за «карантин». Что и было сделано. После опроса Кеннеди объявил «карантин»!

— 24 октября с 14.00 президентом Дж. Кеннеди официально был введен «карантин» Кубе. Пентагону были даны указания по исполнению директивы президента. Была установлена конечная линия «карантина», преодоление которой запрещалось советским судам вплоть до их потопления.

В бассейне Карибского моря продолжали сосредотачиваться крупные соединения американских ВМС (более 180 кораблей), морская пехота, ВВС, воздушнодесантные войска. В воздух были подняты сотни стратегических бомбардировщиков. Подводные лодки с ядерными ракетами «Поларис» заняли оперативные позиции. В полную . боевую готовность приведены 6-й и 7-й флот США (Средиземное море и Тихий океан), а также американские войска в Западной Европе. Советский Союз также привел в боевую готовность стратегические ракеты, ВВС и ВМФ.

Кризис вступил в самую острую фазу. Критическая ситуация могла выёти из-под контроля стоящих у власти и столкнуть мир в ядерную пропасть.

— 25 октября советский танкер с ракетами подошел к объявленной конечной линии «карантина» и отказался остановиться. Что делать? Как реагировать? После бушующих споров за закрытыми дверями Белого дома советскому танкеру «разрешили» пройти сквозь конечную линию «карантина».

— 26 октября Белый дом получил послание Н. Хрущева («пространное и бессвязное», по выражению Макнамары). Хрущев писал Кеннеди: «Мы оба заняты перетягиванием каната, каждый из нас, уцепившись за свой конец, тем самым затягивает узел, который, раз завязав, никто никогда не сможет развязать... Если события будут развиваться в таком направлении и дальше, это неизбежно приведет к войне... Если война разразится, не в наших силах будет ее остановить— войны кончаются после того, как они проносятся по городам и селам, сея везде смерть и разрушения».

— 27 октября (суббота) поступило новое послание Хрущева. По оценке Макнамары, оно было жестче, было откровенно угрожающим и отражало коллективное решение, а не мнение одного человека.

Напряженность нарастала. Американские войска во Флориде готовились к вторжению на Кубу. Еще один советский танкер приближался к конечной линии «карантина». В этом же районе всплыли 4 советские подводные лодки. Одновременно стало известно, что один американский самолет У-2 был сбит над Кубой советской ракетой «земля-воздух». Пилот погиб. Еще один самолет У-2, следовавший от Аляски на Северный Полюс, вторгся в районе Чукотки на территорию СССР и был отконвоирован советскими истребителями на свой прежний курс. «В этот момент, — вспоминает Макнамара,— я испытывал страх, что могу не дожить до следующего субботнего вечера».

— 27 октября вечером Кеннеди ответил на первое послание Хрущева. Он писал, что у США нет намерений вторгаться на Кубу, если советские ракеты будут удалены с территории Западного полушария.

По данным прессы, Н. С. Хрущев с пониманием отнесся к посланию Дж. Кеннеди и принял решение дать позитивный ответ. Как свидетельствует А. Грибков, ответ советского правительства был передан срочно по Московскому центральному радио открытым текстом.

Н. С. Хрущев обращался к Дж. Кеннеди: «Я думаю, что можно было бы быстро завершить конфликт и нормализовать положение и тогда люди вздохнули бы полной грудью, считая, что государственные деятели, которые облечены ответственностью, обладают трезвым умом и сознанием своей ответственности, умением решать сложные вопросы и не доводить дело до военной катастрофы.

Поэтому я вношу предложение: мы согласны вывести те средства с Кубы, которые Вы считаете наступательными средствами. Согласны это осуществить и заявить в ООН об этом обязательстве. Ваши представители сделают заявление о том, что США со своей стороны, учитывая беспокойство и озабоченность Советского государства, выведут свои аналогичные средства из Турции...» 16.

— 28 октября (воскресенье) Хрущев проинформировал Кеннеди о том, что он принял во внимание его заявление и отдал распоряжение демонтировать ракетные пусковые установки и вывести ракеты и бомбардировщики с Кубы.

В ответном послании президент США выразил заверение в отказе от вторжения на Кубу и в отмене «карантина» с 20 ноября 1962 года. Карибский кризис пошел на спад.

Президент США не замедлил с ответом: «Уважаемый господин Председатель! — сообщалось в послании Дж. Кеннеди, опубликованном в Белом доме в тот же день. — Я сразу же отвечаю на Ваше послание от 28 октября, переданное по радио, хотя я еще не получил оригинального текста, так как придаю огромное значение тому, чтобы действовать быстро в целях разрешения Карибского кризиса. .

Я думаю, что Вы и я при той огромной ответственности, которую мы несем за поддержание мира, сознавала, что события приближались к такому положению, когда они могли бы выйти из-под контроля.

Поэтому я приветствую Ваше послание и считаю его важным вкладом в дело обеспечения мира» 17.

Активную роль в урегулировании кризиса сыграли СССР, ООН, Куба. Об этом свидетельствует перечень мероприятий, проведенных с их стороны.

— 11 сентября советское правительство призывает администрацию США прекратить психическую антикубинскую пропаганду, не проводить крупные военные маневры в Карибском бассейне, установить нормальные дипломатические отношения с Кубой. Призыв остался без ответа.

— 18 октября состоялась встреча министра иностранных дел А. Громыко с президентом Кеннеди, на которой советский представитель пытался выяснить ((Претензии» США к Кубе и СССР, чтобы разрешить их мирным путем. Громыко передал Кеннеди предложение советского руководства о целесообразности встречи на высшем уровне. Кеннеди положительно реагировал на предложение. Однако он обвинил СССР в поставках оружия на Кубу и дал понять, что этот факт со стороны его правительства не останется без ответа.

— 23 октября была проведена беседа советского прела А. Добрынина с Р. Кеннеди, после которой была установлена прямая связь советского посла с Белым домом.

— 23 октября было опубликовано Заявление Советского правительства об опасных последствиях морской блокады Кубы и военном приготовлении США в Карибском бассейне, а также о возможном ответном ударе СССР, «если агрессоры развяжут войну».

— 23, 24 и 25 октября состоялись три заседания Совета Безопасности ООН, на которых развернулась горячая дискуссия о положении в Карибском бассейне. Представители ряда стран призывали США, Кубу и СССР к мирному урегулированию конфликта. Генеральный секретарь ООН У. Тан обратился к руководству СССР и США с просьбой не допустить столкновения советских и американских кораблей.

— 27 октября Ф. Кастро в письме У. Тану заявил о готовности Кубы разрешить все разногласия с США мирными средствами, не нарушая своего суверенитета.

— 26 и 27 октября СССР выступил с компромиссными предложениями: вывести с Кубы ракеты при условии, если США гарантируют неприкосновенность границ Кубы и возьмут обязательство не осуществлять против нее агрессии. Советские предложения были приняты Вашингтоном. Обстановка стала сравнительно быстро нормализовываться.

— 30 октября Белый дом официально отказался от планов агрессии против Кубы.

— 20 ноября отменяется и «карантин». Вооруженные силы переводятся в нормальное состояние. В это же время Ракетные войска и ВВС СССР тоже перешли к нормальной боевой подготовке. Советские ракеты были вывезены с Кубы.

США выполнили требование СССР: в апреле 1963 года вывезли свои ракеты («Тор» и «Юпитер») из Турции и Италии. 5 августа 1963 года в Москве был подписан Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой. 18

Минуло почти сорок лет с момента самой опасной военной конфронтации. Но объективного ответа на вопрос, что было причиной Карибского кризиса, пока нет. На Западе по-прежнему продолжают утверждать, что советские ракеты на Кубе заставили Кеннеди пойти на крайнее обострение. То есть действия СССР — причина кризиса. В советских (российских) публикациях высказывается противоположная точка зрения, а именно: корни кризиса уходят в американскую почву, в их авантюристическую политику вооруженного насилия над другими народами.

Чтобы объективно оценить, кто же создал взрывоопасную обстановку в Карибском бассейне, надо учитывать крайне сложную международную обстановку в целом, которая способствовала появлению причин кризиса и его усугублению. При этом имеется в виду военное вторжение США в Южный Вьетнам; спланированные провокации против Кубы; ядерные испытания в атмосфере зарядов мегатонной мощности; раскручивание крутой спирали гонки вооружений; сохранение напряженности в Европе; требования Пентагона о легализации разведки на территории СССР; безрезультатность переговоров по разоружению и по германской проблеме. А главное— недоверие сторон, бряцанье оружием, военные угрозы и обвинения друг друга в агрессивности.

В этой атмосфере психоза «холодной войны» создавался Карибский кризис. Стороны действовали бескомпромиссно. Всего на Кубу морским путем с 13 июня по 27 октября 1962 года секретно было доставлено около 2 000 советских военнослужащих, 42 ракеты Р-12 (36 боевых и 6 учебных), 36 ядерных боеголовок, 9 500 тонн стройматериалов и оборудования.

В книге А. И. Грибкова даются другие, более точные цифры. В частности, боевой состав войск на Кубе включал значительно большую группировку (дается выборочно):

Ракеты средней дальности:

— три полка по 8 ПУ ракет Р-12, всего 24 ПУ (36 боевых и 6 учебных ракет), а также 36 специальных головных частей мощностью 2,3 мегатонны каждая. Дальность пуска — 2000 км;

— два полка по 8 ПУ ракет Р-14, всего 16 ПУ (24 боевые и 4 учебные ракеты), а также 24 специальные головные части мощностью 2,3 мегатонны каждая. Дальность пуска — 4500 км;

Ракеты тактического назначения: «Луна», 6 ПУ, 24 ракеты в фугасном снаряжении и 12 ракет со специальными головными частями мощностью 2 килотонны каждая. Дальность пуска — 50 км;

Войска ПВО: две дивизии ПВО. Всего 144 ПУ ЗРК С-75, способных уничтожать воздушные цели на высотах до 22 км;

ВВС:

— 2 полка фронтовых крылатых ракет (ФКР) по 8 ПУ в каждом, всего 16 ПУ и 2 учебные ПУ;

— 80 КР со специальной головной частью мощностью 2—12 килотонны. Дальность пуска — 80 км;

— 6 самолетов Ил-28 с атомными бомбами;

— 40 самолетов-перехватчиков МиГ-21;

— 33 вертолета Ми-4.

Военно-морской флот:

— эскадра дизельных подводных лодок— 7 единиц;

— бригада атомных подводных лодок — 4 единицы;

— береговой ракетный полк «Сопка», 8 ПУ, дальность пуска — 80 км.

Общая численность группы войск 42 000 человек. По оценке США— 12—15 тысяч человек.

Как теперь стало известно, о некоторых частях советских сил (в том числе ядерных тактических) ЦРУ США не знало, что могло привести к просчетам. Видимо, поэтому Вашингтон решил любыми средствами удалить советские ракеты с Кубы, наказать режим Кастро, жестко противостоять «вызовам» Советского Союза вплоть до применения силы, в том числе ядерного оружия. Москва и Гавана также жестко решили, что американской агрессии в отношении Кубы надо дать решительный отпор, а в случае развязывания войны нанести «самый мощный ответный удар», в том числе в Европе. Так стенка пошла на стенку. Если бы ядерный апокалипсис состоялся, то, очевидно, некому было бы искать причины кризиса и доказывать, кто виноват. Виноваты были бы те политики, которые толкнули мир в пропасть ядерной войны.

К счастью для всего человечества, в октябре 1962 года благоразумие восторжествовало, победив безумие. Заслуга руководителей СССР и США того времени состоит в том, что они сумели удержать под контролем ситуацию конфликта и вовремя остановиться, отказавшись от ультиматумов. Они проявили не только жесткость, но и гибкость. Тем самым они, безусловно, продемонстрировали государственную мудрость.

Однако не все точки над «i» расставлены, не все вопросы закрыты. А все-таки есть однозначный ответ или нет— кто подталкивал мир к ядерной войне? На этот счет Р. Макнамара, например, отвечает следующим образом: «...действия Советского Союза, Кубы и Соединенных Штатов в октябре 1962 г. привели эти Три страны на грань войны. Тогда не было известно, насколько близко мир подошел к началу ядерного бедствия. Это неизвестно многим и сейчас. Всего лишь год назад Библиотекой Кеннеди был предоставлен доступ к ранее засекреченным материалам, которые дают новое видение изнутри этой едва не случившейся катастрофы. Ни Советский Союз, ни Куба, ни США не имели намерения создавать такую опасность своими действиями.

Началом этого кризиса явилась доставка Советским Союзом на Кубу (тайно и с явным намерением ввести в заблуждение) летом и в начале осени 1962 г. ракет с ядерными боеголовками и бомбардировщиков. Они были нацелены на города вдоль восточного побережья США, создавая опасность для 90 млн. человек. Фотографии этих ракет и бомбардировщиков, сделанные разведывательным самолетом U-2 в воскресенье 14 октября 1962 г., были показаны президенту Кеннеди. Он, как и его военные и гражданские советники, полагал, что действия Советов представляют угрозу для Запада. Поэтому Кеннеди санкционировал установление с 24 октября 1962 г. военно-морской блокады Кубы. Была начата также подготовка к нанесению воздушных ударов и высадке морского десанта. В первый день боевых действий предусматривалась массированная воздушная атака из 1080 самолето-вылетов. Силы вторжения численностью 180 000 человек были сосредоточены в портах юго-восточной части США. Кризис достиг наибольшей напряженности в субботу 27 октября и в воскресенье 28 октября 1962 г. Если бы Никита Хрущев в воскресенье публично не заявил, что СССР выводит свои ракеты, то я полагаю, что в понедельник большинство советников Кеннеди рекомендовали бы ему начать боевые действия» 19.

Я считаю, что пока у общественности нет полных рассекреченных документов, способных доказать, допускало ли американское или советское политическое руководство применение ядерного оружия, до тех пор у нас не будет однозначного ответа на вопрос: кто подвел мир к ядерной катастрофе?

Уверен в одном, что военные представители обеих сторон выполнили бы любое решение своего политического руководства. С этой точки зрения, Карибский кризис навсегда сохранится в памяти человеческой как напоминание, о ком звонил Колокол.

Оценивая острую ситуацию и соотношение военных сил сторон того времени, позволю себе высказать личное мнение по следующим вопросам:

— полностью согласен с А. Грибковым и Р. Макнамарой в том, что риск возникновения ядерной войны в ходе Карибского кризиса достиг своего апогея. В последующем, вплоть до сегодняшнего дня никогда ничего подобного не было;

— особую опасность представляли американские военные силы. США не устраивал режим Кастро, и они готовы были повторить агрессию апреля 1961 года («залив Свиней»). Однако сдерживало главное: несмотря на многократное превосходство США по МБР и ТБ, «под боком» находились русские ракеты и другие силы, способные в считанные минуты уничтожить восточные районы Америки. Американцы понимали, что имеют дело с СССР — великой державой, которая не останется равнодушным зрителем, когда возникнет авантюра в связи с вопросом о Кубе;

— в советских публикациях по-прежнему говорится, что президент Дж. Кеннеди оказался пленником ядерного кризиса, который якобы создал собственными руками. Не могу с этим согласиться. В частности, не стоит забывать, что военная истерика кризиса началась именно с появления советских ракет на Кубе. До этого обстановка была относительно спокойной, и мировой катастрофой не пахло. Значит, кризиса можно было избежать и без ракет или только с помощью ракет? Здесь надо искать ответ на вопрос. Я не склонен считать, что появление советских ракет на Кубу было крайне необходимым. Кризис можно было решить дипломатическими, военными, политическими и др. путями;

— решение президента США Дж. Кеннеди «принять карантин» вместо массированных ударов является более мудрым, чем предложения многочисленных охотников (политических и военных), которые требовали снять угрозу «любой ценой». Такими же мудрыми были объявленные Дж. Кеннеди гарантии от агрессии против Кубы.

В связи с этим событием вспоминается один из эпизодов. Его рассказал Федоренко Николай Трофимович, работавший в период Карибского кризиса и ООН. В то время постоянным представителем СССР при ООН и в Совете Безопасности ООН был Зорин [Валериан Александрович. Представителем США » ООН — Эдлай Стивенсон. Между представителями СССР и СП1А шла острая, нелицеприятная и не всегда корректная дискуссия. Американец оправдывал «карантин» (морскую блокаду) и резко обвинял Зорина в том, что он отрицает наличие советских ракет на Кубе. В ответ на обвинения советский представитель заявлял, что американец фальшивит, вводит ООН в заблуждение, манипулирует ложными сведениями.

Особенно драматичной была перепалка между ними на одном из последних заседаний СБ ООН перед окончанием Карибского кризиса. Американский представитель с присущей ему самоуверенностью обращается к дипломатам и публике примерно с такими слонами:

— Господа, советский представитель вот уже несколько дней подряд отрицает наличие советских ракет па Кубе. Он обвиняет меня во лжи и манипуляции разведданными. Но все, что он говорил здесь— это неправда. Вот у меня в руках фотосхемы советских ракет на Кубе. Я хочу передать их Советам и спросить еще раз их представителя: так есть ли советские ракеты па Кубе или нет?

Зал затих. Напряжение людей на пределе. Чем закончится поединок? Советский представитель, сдерживая нервы, чувствуя огромную ответственность момента, заявил о том, что выступление Стивенсона— это очередная попытка оправдать морскую блокаду Кубы вооруженными силами США, оправдать американские односторонние агрессивные акции в Карибском бассейне, которые противоречат международным нормам. Что касается советских ракет на Кубе, то и слова американца, и его фотосхемы — все это ложь!

Американский представитель как будто только этого и ждал. Он мгновенно соскочил с места, выскочил к трибуне и в нервном экстазе закричал: «Вы слышали, господа, что он сказал «ложь»! Вы все это слышали? Тогда я хочу спросить господина Зорина: а вот это — тоже ложь?»

Он артистически повернулся к В. Зорину и ловко развернул перед его лицом газету «Правда», где было опубликовано заявление Советского правительства о выводе советских ракет с Кубы. Затем стал показывать газету всей аудитории.

Зорину стало дурно. Его срочно отправили в представительство. Здесь через несколько минут он получил срочную телеграмму из Москвы, в которой сообщалось о решении Советского правительства. Таков финал Карибского кризиса на заседании ООН, о котором поведал мне в Женеве участник Пагуошской встречи Николай Трофимович Федоренко.

В ПОГОНЕ ЗА ПАРИТЕТОМ

Без преувеличения можно считать, что центральное место в системе мероприятий «холодной войны» занимает гонка вооружений. То есть процесс ускоренного накопления оружия и военной техники, их усовершенствование на базе милитаризации экономики и широкого использования достижений научно-технического прогресса.

Гонка вооружений началась сразу после 2-й мировой войны и длилась более 40 лет. В нее были вовлечены, прежде всего, США и СССР, а также другие страны мира. Она приняла международный характер.

В условиях «холодной войны» и открытого противоборства сторон гонка вооружений объективно предполагала либо - «превосходство», либо «отставание» одной из сторон. Это создавало военную угрозу и вызывало тревогу, поскольку все время шла погоня или за паритетом, или за превосходством. Фактически Советский Союз постоянно стремился «догнать Америку». Но США всегда вырывались вперед. СССР ускорял бег и приближался к паритету... США вновь убегали, и процесс повторялся. «Дуэльный» характер ядерного противостояния подстегивал гонку вооружений. При этом она сосредоточилась на узком гребне противостояния— гонке стратегических наступательных вооружений— и в этом состояла ее главная опасность.

Казалось бы, соревнование «наперегонки» можно было остановить. Например, путем замораживания ядерных сил в количественном и качественном отношениях при соответствующем контроле. Такое обращение советское правительство сделало (1982 г.) всем державам, обладающим ядерным оружием. Но оно осталось без ответа. Не раз обращались к руководству США — «давайте торговать, соревноваться в экономике, улучшать отношения, чтобы отойти от ядерной пропасти». Однако правители США не реагировали на призывы. У них были другие цели — с помощью гонки вооружений взорвать советскую экономику, загнать наше государство в угол.

«Ядерный турнир» привел к тому, что к началу 80-х годов мир оказался на горах вооружений. Горы оружия вели к усилению военных приготовлений, непредсказуемости событий, увеличению опасности возникновения обычной и ядерной войны.

Что привело мир к этой опасной грани? Кто раскручивал все новые и новые витки гонки вооружений?

Администрация Вашингтона на эти вопросы отвечала однозначно: во всем виноваты Советы. Они ведут гонку вооружений, наращивают свои ядерные силы, тайно разрабатывают новые ядерные технологии, развертывают систему ПРО вокруг Москвы, не желают вести конструктивные переговоры по сокращению вооружений.

Советская сторона во всех грехах обвиняла Соединенные Штаты. Доказывала, что угроза миру исходит от американской военной машины, от эскалации Гонки вооружений, которую ведут США, от их попыток вершить международные дела с позиции военной силы.

Чтобы найти истину в любом деле, не мешает вспомнить мудрые слова старшего поколения людей: «Не смотри, как рот дерет, а смотри, как дело ведет». С позиции этих мудрых слов обратимся к конкретным цифрам и фактам, которые на поставленные выше вопросы дают истинную картину (таблицы 12). В интересах объективности цифры взяты в основном из американских источников и частично из официальных российских.

Гоша технологий

(Р. Макнамара. «Пробираясь ощупью к катастрофе: первый век ядерной эры»).

Таблица 1
Видвооружений Год испытания иля развертывания
США СССР
Атомная бомба 1945 1949
Межконтинентальныйбомбардировщик 1948 1955
Реактивныйбомбардировщик 1951 1954
Водородная бомба 1954 1953
МБР 1958 1957
Фоторазведывательныйспутник 1960 1962
Ракеты, запускаемые с ПЛ 1960 1964
Твердотопливная МБР 1962 1966
Противоракеты 1974 1966
Противоспутниковоеоружие 1963 1968
РГЧИН 1970 1975
Дополнительные данные из советских источников
Атомные подводные лодки середина 50-х конец 50-х
Атомные авианосцы начало 60-х нет
Нейтронные боеприпасы конец 70-х нет
Крылатые ракеты большой дальности середина 70-х середина 80-х
Бинарное химическое оружие конец 70-х нет
Космические вооружения (отдельные компоненты) начало 80-х нет
Инициатива в создании атомных ракетных подводных лодок (ПЛАРБ), баллистических ракет и ядерных зарядов на них *.
Год Количество
США СССР
ПЛАРБ БРПЛ Зарядов ПЛАРБ БРПЛ Зарядов
1960 3 48 48 нет нет нет
1967 41 656 1552 2 32 32
1970 41 656 2048 20 316 316
1975 41 656 4536 55 724 724
1981 40 648 5280 62 950 2000
1984 39 656 ок. 6000 62 940 ок. 2500
1986 38 672 ок. 7000 61 922 ок. 3000

Приведенные в таблицах 1 и 2 сведения показывают, что инициатором гонки вооружений, начиная с 1945 и по 1990 гг., выступали Соединенные Штаты, и только они. Советский Союз никогда не был ответствен за ее все новые и новые витки. Различные измышления на этот счет в адрес советской стороны служат лишь прикрытием агрессивности Вашингтона. Правдиво лишь то, что неопровержимо.

Ядерная монополия США в 40-х годах принесла миру страх и горе. В Вашингтоне это понимали, но категорически отказались от запрещения использования ядерной энергии в военных целях. Ставка была сделана на силу. Уже в июне 1947 г. США разместили н Англии 90 бомбардировщиков Б-29 с ядерными бомбами на борту, нацеленными на Россию. У СССР еще не было ядерного оружия.

В 50-х годах Америка создает целую армаду (около 500 ед.) стратегических бомбардировщиков, способных поражать объекты в любом районе мира ядерными И обычными бомбами. У Советского Союза было несколько десятков бомбардировщиков.

В 1954 г. в Англии находилось уже около 200 американских бомбардировщиков Б-47 с ядерным оружием, предназначенных для ударов по России. 20

В марте 1957 г. США размещают в Европе ядерные ракеты среднего радиуса действия: в Англии 60 ракет «Тор», в Италии и Турции 45 ракет «Юпитер». (По заявлению Эйзенхауэра, «...это для первого ядерного удара по России».)

В 60-х годах США под предлогом «ракетного отставания» приступили к массовому развертыванию МБР. Поставив на дежурство в шахтах около 1000 МБР «Минитмен», Пентагон признал, что никакого отставания не было. «Дело с ракетами» было преднамеренной манипуляцией. «Советская ракетная угроза» была преувеличена в 15—20 раз.

В начале 60-х годов у США появились атомные подводные лодки с баллистическими ракетами. В этот период таких подводных лодок ни у кого в мире не было. Кто был зачинщиком в гонке морских стратегических вооружений (ПЛАРБ и БРПЛ), видно из таблицы 2 без комментариев.

В 70-х годах США первыми начали оснащать свои баллистические ракеты (МБР и БРПЛ) разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧ ИН). Это был крупнейший виток гонки ядерных вооружений. Если в 1970 году стратегические наступательные силы США имели чуть более 5000 ядерных зарядов, то через 5 лет они могли доставить к целям 8500, к 1980 г. — 10000, а в 1987 г. — более 14000 зарядов. Советский Союз в 1970 г. имел для своих СНВ 1800 ядерных зарядов.

В Соединенных Штатах заявляют (в т. ч. и сегодня), что в 70-х годах они, будто бы, занимали позицию «сдерживания» и, дескать, «заморозили» свои СНВ. Однако на деле «заморозка» означала новый крупный виток гонки вооружений. Стратегический потенциал США в тот период, несмотря на то, что он превосходил СССР по ядерным зарядам почти в 3 раза, фактически удвоился (с 5000 до 10000). То есть американские стратегические носители наращивали свою ядерную мощь по 3 новых ядерных заряда ежедневно.

В это же время были введены в боевой состав БРПЛ «Посейдон С-3» с 10—14 боеголовками каждая. Ядерная мощь 31 ПЛАРБ увеличилась в 5 раз. В ВМС стали поступать новейшие ПЛАРБ с ракетами «Трайдент». Стратегические бомбардировщики Б-52 были оснащены для 20 новых ядерных ракет «СРЭМ» на каждом (вместо двух старых ракет «Хаунд Дог»). Началось производство и развертывание многих тысяч Крылатых ракет большой дальности воздушного, морского и наземного базирования.

В 80-х годах, с приходом к власти правительства Р. Рейгана, США раскручивают гонку по всем направлениям. Военный бюджет с 1980 по 1987 гг. увеличился более чем в 2 раза (с 140,7 до 292 млрд, долларов). Вся стратегическая «триада» (МБР, ПЛАРБ, тяжелые бомбардировщики) принимает качественно новое вооружение. Началось производство нейтронных ядерных боеприпасов, оснащение вооруженных сил новым бинарным химическим оружием. Запущены в производство программы БРПЛ «Трайдент-2», ТБ Б-1Б и Б-2 с технологией «Стелт», МБР «Миджитмен», новые крылатые ракеты, ракеты «Першинг-2» и т. д.

Таким образом, раскручивая гонку вооружений под надуманными предлогами («отставание в стратегических бомбардировщиках», «ракетная угроза», «окно уязвимости» и др.), США постоянно пытались вырваться вперед, получить превосходство. Но каждый раз они быстро лишались своего лидерства. «Ядерный турнир» зашел в тупик. Образно говоря, горы вооружений достигли Монблана (приложение 1). Надо было останавливать безумие.

Декабрь 1987 г. — на вашингтонской встрече в верхах подписан советско-американский Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. СССР сократил и два с лишним раза больше ракет и боеголовок К ним. Он пошел на асимметричное сокращение, потому что кому-то надо было сделать первый шаг к реальному разоружению. Его сделал Советский Союз.

Июль 1991 г. — США и СССР заключают Договор о СНВ-1 (сокращение каждой стороной своих стратегических вооружений до уровня 1600 носителей и 6000 боезарядов на них). Однако реально после сокращения у США будет не 6000, а около 8500 ядерных зарядов, из-за советских уступок.

Таков финал «ядерного турнира». В безумной гонке нооружений никто не выиграл, все проиграли и многого лишились. Затрачены колоссальные экономические и интеллектуальные ресурсы. Можно лишь догадываться, какова итоговая астрономическая цифра военных расходов, выброшенных на ветер. По данным ООН, только за один 1987 год мировые военные расходы составили более 1 трлн, долларов, в том числе США —свыше 300, СССР —около 200 млрд, долларов.

А чего достигли? Создали 50 тысяч ядерных зарядов. Фактически подвели мир к грани самоуничтожения. Мировое сообщество загнали в тупик и поставили перед дилеммой: либо жить мирно в этом мире, либо продолжать гонку вооружений, распространить ее на космос, не ведая, а что же дальше? Как выпутаться из этого замкнутого порочного круга?

Ясно было одно — надо круто повернуть от сверхвооруженности в другом направлении, к реальному сокращению вооружений. Но понимание необходимости такого разумного поворота пришло не сразу.

Оценивая «ядерный турнир» с позиции сегодняшнего дня, я думаю, что в этом безумии американская сторона «играла» целенаправленнее и умнее, чем советская. Особенно в 80-х годах, с приходом к власти администрации Р. Рейгана. В чем это проявилось? Не только в огромном размахе гонки вооружений. Прежде всего — в плановом характере и жесткости ее ведения, навязывании своей воли, в организации хорошо продуманной дезинформации.

Существенное влияние в этой деятельности, среди многих других факторов, имело наличие у администрации Рейгана так называемой единой стратегической «концепции соперничества» в отношении России и ее настойчивое претворение в жизнь. Концепция была разработана и представлена в конгресс специально созданной правительственной комиссией. 21

Для практической реализации концепции в Пентагоне был создан Совет по политике «соперничества». Главная задача Совета— определять, чтобы каждое предложение на разработку нового образца вооружения содержало обоснование его целесообразности с позиций «соперничества».

Сама концепция базировалась на двух требованиях: первое— активно развивать диалог с Москвой по

«опросам разоружения; второе — продолжать эконо-. мическое изматывание Советов в гонке вооружений.

Второе требование концепции предусматривало три круга глубокого изматывания советской экономики: геостратегический, оперативно-тактический, организационно-технический.

Геостратегическое изматывание предполагает, что В складывающейся в 70—80-е годы ситуации Советский Союз будет участвовать в военном противостоянии одновременно со многими государствами мира как вблизи, так и в удалении от советских границ на Чападе, Юге и Востоке. При этом он вынужден будет полагаться преимущественно на собственные ресурсы. Нго стремление иметь на всех направлениях военное равновесие объективно подорвет советскую экономику, приведет ее к глубокому кризису.

Оперативно-стратегическое изматывание основано на уверенности в том, что СССР во что бы то ни стало будет стремиться к поддержанию паритета в стратегических наступательных вооружениях. Учитывая принятие адекватных мер советской стороной, необходимо Соединенным Штатам разрабатывать такие системы СНВ, на реализацию противостояния которым потребовалось бы в несколько раз больше затрачиваемых США средств.

В конечном итоге это должно было привести, по замыслу Пентагона, к снижению возможностей Москвы гибко и своевременно принимать адекватные меры но обеспечению своей безопасности и к достижению военного превосходства США. Так, например, по американской оценке, чрезвычайно эффективным, с этой точки зрения, является принятие на вооружение стратегического бомбардировщика Б-1Б, поскольку Советам для организации противодействия этому самолету придется модернизировать свою систему ПВО, что потребует в шесть раз больше средств, чем затрачено на разработку этого бомбардировщика. Еще больший эффект ожидается от принятия на вооружение перспективного бомбардировщика Б-2, выполненного по технологии «Стелт».

Концепция «соперничества» требует реализации достигнутых Вашингтоном технологических преимуществ и использования сохраняющихся слабых мест в этой области у Москвы. С этой точки зрения наиболее перспективными признаны следующие программы разработки новых систем вооружений и военной техники:

— стратегический бомбардировщик Б-2 и тактический истребитель Ф-117, выполненные по технологии «Сгелт»;

— планирующие ракеты, крылатые ракеты воздушного базирования дальнего действия и повышенной точности стрельбы;

— беспилотные летательные аппараты в ударном и разведывательном вариантах;

— отдельные варианты системы СОИ в зависимос-. ти от конкретных условий возможности и целесообразности развертывания;

— коренная модернизация ПВО североамериканского континента;

— системы обычного высокоточного оружия, в комплексе со средствами разведки и автоматизированного управления войсками и оружием;

— проникающие боеголовки для поражения КП и заглубленных объектов;

— сенсоры, микроэлектроника, интеграция средств разведки, связи, систем управления.

В документе о стратегической концепции «соперничества», кроме главной задачи — жестко проводить политику глубокого экономического изматывания советской экономики, — сформулированы дополнительно следующие требования к руководству США:

— вести постоянный поиск критически слабых мест в советском оборонном строительстве:

— воздействовать с позиции технологического превосходства на советское стратегическое мышление, военное планирование, структуру сил и закупки вооружений;

— вызывать у советского руководства с помощью СОИ и технологии «Стелт» чувство неуверенности и необходимости крупных финансовых вложений в средства ПВО и космоса;

— использовать указанные меры в совокупности для давления на советскую сторону во время переговоров по ядерным и обычным вооружениям.

Советские руководители, конечно же, знали об американской концепции «соперничества». Вся информация о ней, как говорится, лежала у них перед глазами. Но они имели на этот счет свою точку зрения.

В Частности, считали, что мы не соперничаем, а имеем дело с военной угрозой. Когда она есть, надо быть готовым к тому, чтобы отвести эту угрозу. Поэтому, не желая того, мы вынуждены выделять значительные средства и совершенствовать свою военную технологию. Советский Союз— говорили наши руководители — может это делать, так как имеет большой экономический, политический и моральный потенциал.

На всем протяжении первой половины ядерного пека СССР принимал такие ответные меры, которые позволяли во что бы то ни стало выйти на паритет, то есть примерное военное равновесие, особенно по СНВ, И не допустить превосходства над собой другой стороны. Равновесие обеспечивало стабильный и безопасный мир. В этом суть официальной советской позиции. С ней, очевидно, трудно не согласиться.

Однако метод достижения, а затем и поддержания паритета военных сил был избран, по моему мнению, неэффективный. Он в основном механически копировал то, что делали Соединенные Штаты. Действовал по принципу: око за око, зуб за зуб, ракета за ракету и т. д. В борьбе за паритет, за равенство и одинаковую безопасность, за недопущение военного превосходства над собой советские руководители допустили непоправимую историческую ошибку— они втянули страну в невиданную по размаху и продолжительности гонку вооружений. По их вине Советский Союз внес в, гонку вооружений свою большую лепту, затратив колоссальные средства и подорвав экономику государства. Это крайне ущербно сказалось на уровне благосостояния нашего общества.

Американские и советские политические и военные деятели того времени в своих действиях не всегда были на высоте. На словах они говорили одно, а в практических делах явно недооценивали того, что продолжающаяся гонка вооружений может привести к такой ситуации, когда даже превосходство или паритет перестанут играть роль сдерживающего фактора. Забыли известную заповедь: «Во всех делах твоих помни о конце».

Политические деятели Кремля не в полной мере учитывали фундаментальные изменения, происходившие в мире. В их отдельных шагах не хватало политической смелости и гибкости. Добиваясь паритета, они ПС всегда использовали в каждом конкретном случае возможности для снижения военной напряженности и достижения лучшего взаимопонимания в советскоамериканских отношениях (например, проблема евроракет, СОИ и др.). Ошибочным, по моей оценке, было стремление к военному равновесию на всех направлениях: на западе, юге и востоке. Такая стратегия в той обстановке работала по принципу: на всякий случай, лишь бы не было войны. Работали по шаблонной схеме: на всякое действие в области вооружений тут же следовало противодействие.

В период гонки вооружений нередко имелись реальные возможности ограничить ее размах, замедлить (притормозить) темпы, не обострять отношения сторон, по крайней мере, не доводить до кризисной ситуации. Примеров на этот счет много. Приведем некоторые из них.

Так, серьезным тормозом в гонке ядерных вооружений мог бы явиться в 1970 году запрет на создание разделяющихся головных частей с боеголовками индивидуального наведения (РГЧ ИН). В то время СНВ США, по нашей оценке, имели тройное превосходство по ядерным зарядам над нашими СНВ. Поэтому советская сторона настоятельно уговаривала госсекретаря Г. Киссинджера не принимать на вооружение РГЧ ИН и не увеличивать так резко число ядерных зарядов. Бесполезно. Киссинджер как будто ничего не видел и не слышал. Он цинично заявил о том, что Советы в этой области безнадежно отстали, им понадобятся десятки лет, чтобы «догнать Америку». А когда через 5 лет СССР принял на вооружение РГЧ ИН и Киссинджеру все-таки пришлось раскрыть глаза и протереть уши, было уже поздно— шанс упущен. Гонка вооружений круто пошла вверх. Счет ядерных зарядов обеих сторон увеличился на многие тысячи.

Примером упущенных возможностей замедления гонки вооружений и недопущения обострения советско-американских отношений является проблема евроракет, то есть «ядерное довооружение» НАТО в ответ на развертывание советских ракет СС-20 («Пионер»). Сегодня мне представляется, что в решении проблемы евроракет советская сторона показала себя не лучшим образом. Вместо мудрого подхода и гибкости она проявила упрямство.

Как известно, развертывание советских ракет СС-20 (с тремя боеголовками каждая) вызывалось необходимостью замены устаревших жидкостных ракет СС-4 и СС-5. Такое решение было справедливо и вначале не вызвало негативной реакции на Западе. Однако в дальнейшем масштабы и темпы развертывания СС-20 повлекли за собой серьезные последствия. США, ФРГ и другие западные страны потребовали остановить развертывание СС-20. В противном случае неизбежно последует «ядерное довооружение» НАТО новейшими американскими ракетами «Перншнг-2» и крылатыми ракетами большой дальности наземного базирования.

Известные мне факты говорят о том, что США и НАТО через бывшего канцлера ФРГ Г. Шмидта дважды официально пытались уговорить советскую сторону не развертывать СС-20 больше (в пересчете на боеголовки), чем было на ракетах СС-4 и СС-5.

Первый раз Шмидт об этом сказал А. Н. Косыгину в Москве летом 1979 г. 22 Предложение не было принято.

Второй раз Шмидт поставил этот вопрос перед Л. И. Брежневым в Бонне 24 ноября 1981 г. Я присутствовал на этой встрече и помню ее до мелочей. Разговор начал Г. Шмидт. Он предложил Брежневу следующее: СССР прекращает дальнейшее развертывание своих ракет средней дальности СС-20 (к этому времени было развернуто около 100 ракет по 3 боеголовки на каждой) и сокращает примерно столько же боеголовок других РСД (СС-4, СС-5). Страны НАТО со своей стороны отказываются от развертывания в Европе американских РСД (Першинг-2 и КРНБ — всего 572 ракеты). «Остановитесь, Леонид Ильич, — говорил канцлер, — и я вам обещаю, что американских ракет в Европе не будет». Л. Брежнев молчал, вместо него ответил А. Громыко: «Что Вы нам диктуете, как нам поступать? Мы не нарушаем военное равновесие и будем выполнять свои программы». Шмидт пытался убедить Брежнева и Громыко в большой значимости своего предложения, но безуспешно — оно не было принято.

В заключение беседы по ракетам Шмидт передал Брежневу свое предложение, оформленное в виде схемы-графика (приложение 2). На ней показано,, сколько можно было развертывать СС-20 (остальные сократить), чтобы ядерного довооружения НАТО не состоялось. Канцлер просил советских руководителей еще раз подумать над его предложением дома в Москве. Через несколько дней он отправился на совещание в Гонолулу, где должно было приниматься решение о размещении РСД в Европе, и специально остановился в Москве, чтобы узнать окончательный ответ советской стороны на свое предложение. Просил Громыко встретиться с ним- в аэропорту. Насколько потом мне стало известно, Громыко не ездил в аэропорт. Встречался со Шмидтом его первый заместитель Г.М. Корниенко, полномочия которого были ограничены тем, что говорилось в Бонне 24 ноября 1981 года.

Так, на мой взгляд, была упущена серьезная возможность не допустить ракетного кризиса в Европе. Последствия этого кризиса известны.

В ноябре 1983 г. в Западной Европе начали развертываться американские «Першинги» и крылатые ракеты. Ситуация резко обострилась. Советская сторона прервала переговоры по ограничению и сокращению стратегических вооружений, а также ядерных вооружений средней дальности в Европе. Прервала, «пока не будет отменено решение НАТО», затем— «пока не будет приостановлено его осуществление». Это «пока» растянулось на полтора года (до 12 марта 1985 г.). «Першинги» и крылатые ракеты к 1988 году были развернуты полностью (572 ед.).

Все это, мягко говоря, свидетельствует о недостаточно продуманной политике советского руководства. Видимо, признаком настоящей политической мудрости в той конкретной обстановке было бы умение остановиться в своих замыслах и своевременно отказаться от недостижимого.

Я не исключаю, что одной из причин упущенной возможности была старческая немощь Л. Брежнева. Будучи в составе делегации и сидя за столом переговоров, я видел, как тяжело ему было выдержать нагрузку диалога по широкому кругу важнейших проблем, в том числе по главной из них — ракетной. В период ельцинского правления, когда я видел по телевизору еще более немощного Б. Ельцина, мне на память всегда приходил этот эпизод в Бонне. Все-таки как важно, чтобы государство Российское представлял везде и всегда достойный руководитель — и по уму, и по здоровью.

Что касается драматических событий ракетного Кризиса — их возникновения и разрастания, — то они описаны во многих изданиях, и нет нужды их повторять. Считаю важным отметить лишь два обстоятельства. Первое — своего пика события достигли с началом размещения в Европе американских «Першингов» И КРНБ, осуществления советских ответных мер на их размещение, а также в момент прекращения 23 ноября 1983 года советско-американских переговоров без назначения даты их возобновления. Вспоминая те дни, м вижу бушующие толпы народа, многотысячные митинги, демонстрации, дискуссии, сотни корреспондентов и журналистов. На мой взгляд, именно в этот период население большинства городов подало свой голос против войны, в защиту своей жизни. В этой связи было бы несправедливо не сказать хотя бы коротко о втором обстоятельстве — о выступлении народных масс в защиту мира.

Пока шли переговоры и переговорщики ругались и кабинетах, на встречах, «лесных прогулках», люди на улицах не испытывали страха даже на различные сло-неСные угрозы. Но по мере приближения срыва диалоги, краха переговоров стала усиленно нарастать волна гик называемой народной дипломатии и антиракетного движения в борьбе за предотвращение ядерной войны, против гонки вооружений, за ослабление военной напряженности. Заметную роль в этом плане играли: международное движение врачей и ученых-медиков; Цагуошские встречи ученых мира; встречи руководителей государств и парламентариев; контакты делегаций по военной линии. Самые разные слои населения поднялись на борьбу за мир и самовыживание.

Все организации и движения народной дипломатии доставляли немало хлопот правительствам, особенно ншадноевропейским, требуя прекращения бесплодной гонки вооружений, ведения честных равноправных переговоров без каких-либо предварительных условий И без диктата. Не будет преувеличением сказать, что народная дипломатия в те тяжелые годы сыграла положительную роль на всех направлениях и заслуживает высокой оценки.

Глава 2

НА ОЩУПЬ В ПОИСКАХ ПУТЕЙ СОКРАЩЕНИЯ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ


Переговорыинструмент политики. Без политики нет переговоров. Переговоры действуют в рамках политики.

КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ? ПЕРВЫЕ УСПЕХИ И НАДЕЖДЫ

Переговоры между бывшим СССР и США по ограничению и сокращению ядерных вооружений имеют длительную историю. Они прошли много этапов. Были сложными, болезненными. Сталкивались с большими трудностями политического и технического порядка.

Первые обнадеживающие результаты переговоры начали приносить в 60-х годах. Хотя казалось, что обстановка того времени не способствовала реальному разоружению. Тем не менее, разоруженческий процесс постепенно начал пробивать себе дорогу. Почему? Причин тому много, но, пожалуй, главные из них следующие.

В 60-х годах резко ухудшились советско-американские отношения. Берлинский и Карибский кризисы показали не только опасность «балансирования на грани войны», но и реальную возможность применения ядерного оружия с катастрофическими последствиями. Обстановка обострялась военным вмешательством США в Доминиканской Республике, на Кубе, в Конго, Панаме, Лаосе, началом войны во Вьетнаме, созданием «атомного минного пояса» на границе с ГДР и ЧССР, в связи с арабо-израильской войной.

Возросло возмущение народов мира интенсивно проводимыми в то время ядерными испытаниями без каких-либо ограничений. Ядерные взрывы мегатонной мощности в атмосфере привели к опасным последствиям радиоактивного заражения среды обитания человека— природы и самих людей. Научные измерения показали, что в 60-х годах произошло заметное повышение радиоактивной зараженности всей планеты. Такие чрезвычайно опасные и долго живущие радиоактивные продукты, как стронций-90, цезий-17, углерод-14 и др., были обнаружены повсюду. Угрожающе возрастала загрязненность поверхности земли, воздушных и водных пространств.

Крайне опасный характер в 60-х годах приобрела гонка вооружений. На базе научно-технического прогресса быстрыми темпами наращивались и совершенствовались ракетно-ядерное оружие, другие виды оружия массового уничтожения, производство и модернизация обычных вооружений— танков, самолетов, артиллерии и т. д. Оружия становилось все больше и больше. Все больше увеличивалась опасность возникновения мировой войны.

В этой сложной тупиковой обстановке руководители СССР и США того времени нашли в себе мужество правильно оценить критическую ситуацию и начать поиск взаимоприемлемых возможностей выхода из нее. В марте 1961 года была достигнута договоренность о проведении двустороннего советско-американского обмена мнениями по проблеме разоружения. Такой обмен состоялся в июне, июле и сентябре 1961 г. в Вашингтоне, Москве и Нью-Йорке. В результате удалось выработать «Заявление о принципах» для переговоров по всеобщему и полному разоружению. I) нем предусматривались: роспуск вооруженных сил; ликвидация военных баз; прекращение производства вооружений; ликвидация всех запасов ядерного, химического, биологического оружия и всех средств доставки этого оружия к цели.

Благие намерения! Но они остались только на бумаге. 11е было создано ни органов, ни механизма переговоров. Тем не менее, начало было положено. Преодолевая препятствия, пробираясь на ощупь, стороны постепенно, шаг за шагом отползали от ядерной пропасти.

В середине 60-х годов они пришли к заключению ряда международных соглашений, которые в практическом плане решали некоторые проблемы ограничения гонки ядерных вооружений. К ним относятся (приложение 3): Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой (1963 г.); Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, запретивший выводить на околоземные и космические орбиты и размещать на небесных телах ядерное оружие и другие виды оружия массового уничтожения (1967 г.); Договор о нераспространении ядерного оружия (1968 г.).

В интересах уменьшения опасности возникновеним ядерного конфликта были установлены межправительственные линии прямой связи между Москвой и Вашингтоном (1963 г.), Москвой и Парижем (1966 г.), Москвой и Лондоном (1967 г.). Решением ГА ООП в 1961 г. был расширен состав Комитета по разоружению с 10 до 18 представителей государств, который стал называться «Комитетом 18-ти по разоружению».

Крупным достижением конца 60-х годов явилось начало процесса ограничения стратегических ядерных вооружений СССР и США. Это были только первые шаги на пути их сдерживания, своего рода выработка «правил игры» на наиболее опасцом направлении гонки вооружений. Впереди предстояли сложные переговоры, в ходе которых менялись позиции сторон, их предложения по конкретным аспектам проблемы.

* * *

Первые официальные советско-американские контакты состоялись по инициативе американцев в декабре 1966 г. в отношении обмена мнениями об отказе от развертывания массовой противоракетной обороны (ПРО). Советская сторона положительно отреагировала на это, но предложила рассматривать проблему ПРО одновременно с проблемой стратегических наступательных вооружений (СНВ). 31 июля 1968 г. было опубликовано сообщение, в котором говорилось: «Между правительствами СССР и США достигнута договоренность вступить в ближайшее время в переговоры относительно комплексного ограничения и сокращения как систем доставки наступательного ртра тегического ядерного оружия, так и систем обороны против баллистических ракет».

Это было первое официальное упоминание о взаимосвязи стратегических наступательных и оборонительных вооружений. Переговоры должны были проводиться попеременно в Хельсинки и Вене. Однако и Связи с событиями в Чехословакии (август 1968 г.) переговоры начались только через полтора года.

Первая советско-американская встреча состоялась 17 ноября 1969 года в Хельсинки. В состав советской делегации входили: Семенов В. С. (глава), Огарков Н. В., Щукин А. Н., Плешаков П. С., Алексеев Н. Н., Корниенко Г. М.

Делегация США: Джерард Смит (глава), Фарли, Д. Нитце, Г. Браун, Л. Томпсон, Р. Аллисон.

В ходе встречи были выявлены общие намерения сторон относительно предмета переговоров.

Вторая советско-американская встреча проходила о Вене (16.4—14.8.1970 г.).

Советская делегация предложила «Основные положения по ограничению стратегических вооружений (ОСВ)». Главное содержание позиции:

— состав— все средства доставки ядерного оружия, способные достигать территории другой стороны (МБР, БРПЛ, ТБ, ядерные средства передового базирования (ЯСПБ) на военных базах и авианосцах);

— уровни — суммарный для ПУ МБР, ПУ БРПЛ и ТБ; ядерные средства передовою базирования отвесен за пределы досягаемости или уничтожить. Военные базы ликвидировать;

— РГЧ— запретить производство и оснащение. Не передавать СНВ третьим странам;

— ПРО — ограничить прикрытием столиц;

-г- контроль — национальные технические средства (НТСК).

США изложили свой подход к так называемому «Всеобщему соглашению». Основное содержание их позиции:

— состав — МБР, БРПЛ, ТБ, КРПЛ, ракеты средней (РСД) и промежуточной (РПД) дальности;

— уровни — 1710 ПУ МБР и БРПЛ, 250 тяжелых МБР. ТБ (США-500, СССР-250), КРПЛ— равные, РСД и РПД — существующее количество;

— РГЧ— испытание и развертывание запретить, что имеется, оставить без изменений (сохранить);

— ПРО — ограничить защитой столиц.

Получив резкий отказ, США внесли альтернативное предложение. Его содержание:

— состав — тот же, но без РСД и РПД;

— уровни — 1900 ПУ МБР, ПУ БРПЛ, ТБ. В том числе 1710 ПУ МБР и ПУ БРПЛ, из них 250 тяжелых МБР;

— мобильные МБР — запретить;

-- РГЧ — позиция прежняя;

— ЯСПБ — полный отказ от ограничений;

— ПРО— два варианта: первый— ПРО столиц (100 ПУ и 100 противоракет; второй — полный отказ от ПРО).

Позиции сторон были несовместимы. Принципиальные разногласия— ядерные средства передового базирования (СССР — учитывать, США — не учитывать); мобильные МБР (СССР — не запрещать, США— запрещать); ограничения на модернизацию МБР (СССР — не ограничивать, США — ограничить).

Казалось, что все рушится, переговоры безрезультатны и бесполезны. Однако желание и настойчивость сторон победили. Выход был найден. Стороны договорились о том, чтобы сосредоточить усилия на подготовке соглашения по ПРО и одновременно обсудить некоторые вопросы СНВ.

В результате напряженных переговоров 26 мая 1972 г. в Москве был подписан бессрочный «Договор между СССР и США об ограничении систем противоракетной обороны» (Договор по ПРО) и «Временное соглашение о некоторых мерах в области ограничения стратегических наступательных вооружений». Оба документа вступили в силу 3 октября 1972 года сроком на 5 лет. Вместе с Соглашением о мерах по уменьшению опасности возникновения ядерной войны, заключенным СССР и США в сентябре 1971 г., эти документы стали называться Соглашением ОСВ-1.

Фактически это были первые договоренности, которые зафиксировали примерное равновесие стратегических сил сторон, создали определенные преграды на пути гонки вооружений, несколько ослабили напряженность ядерного противостояния.

Что конкретно предусматривалось по Временному соглашению?

— ограничивались: стационарные ПУ МБР с дальностью свыше 5500 км количеством по состоянию на 1 июля 1972 года и ПУ БРПЛ (для СССР— 62 ПЛ с 950 ПУ, для США — 44 ПЛ с 710 ПУ);

— запрещалось: переоборудовать ПУ легких МБР и ПУ МБР старых типов (развернутых до 1964 г.) в ПУ тяжелых МБР; применять маскировку, затрудняющую контроль НТСК;

— разрешалось: достижение установленных уровней ПУ БРПЛ за счет замены равного числа ПУ МБР старых типов или ПУ БРПЛ старых подводных лодок;

— демонтировались: около 600 ПУ МБР и БРПЛ (СССР—447, США—152).

Таким образом, Временное соглашение устанавливало количественные и качественные ограничения на МБР и БРПЛ. Оно не касалось тяжелых бомбардировщиков и многого другого. Успехи небольшие, но все-таки успехи. Появились надежды на будущее. В дальнейшем ожидались ОСВ-2, ОСВ-3 и т. д.

Крупным достижением переговоров по ОСВ-1, безусловно, является Договор по ПРО. Это, можно сказать, уникальный документ не только для того времени, но и навсегда, пока существует процесс разоружения.

Учитывая, что Договор по ПРО бессрочный, а США постоянно пытаются любыми путями обойти его, нарушить, внести поправки, выйти из него, мы предлагаем читателю подробно ознакомиться с его содержанием. Почему он сегодня не нравится Вашингтону, который вчера был инициатором его разработки?

Дело в том, что все основные положения Договора по ПРО имеют одну главную цель— запретить создание эффективной обороны против баллистических ракет, что объективно сдерживает рост стратегических наступательных вооружений (СНВ) и побуждает к договоренности об их сокращении. То есть только при взаимной сдержанности в области ПРО можно сокращать СНВ. В этом суть взаимосвязи между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями. В этом главное предназначение Догово-pa — уменьшить опасность возникновения войны с применением ядерного оружия. Договор по ПРО является основой всего процесса контроля над вооружениями.

Обязательства сторон по Договору:

— не развертывать системы ПРО территории своей страны и не создавать основу для такой обороны (статья I);

— иметь (с учетом протокола) по одному району ПРО радиусом 150 км либо вокруг столицы, либо в районе размещения МБР (статья III). Такой район ПРО СССР имеет с центром в столице Москва, США — с центром на базе МБР Гранд Фокс (в каждом районе не более 100 пусковых установок и противоракет, а также ограниченное число РЛС ПРО);

— не создавать, не испытывать и не развертывать системы или компоненты ПРО морского, воздушного, космического или мобильно-наземного базирования (статья V), то есть система ПРО должна размещаться на земле и быть стационарной;

— разработки и испытания систем ПРО или их компонентов проводить только в пределах согласованных испытательных полигонов (статья IV);

— не развертывать радиолокационные станции (РЛС) предупреждения о нападении стратегических баллистических ракет, кроме как на позициях по периферии своей национальной территории с ориентацией вовне (статья VI).

В ходе переговоров американская сторона предложила включить в Договор но ПРО положение, запрещающее развертывание систем и компонентов ПРО, «основанных на иных физических принципах».

Вначале советская сторона возражала против этого. Глава делегации Семенов В. С. аргументировал 20.12.71 г. наше возражение следующим образом:

«Включение в Договор положения о каких-то «иных системах» ПРО, помимо тех, которые известны и которые используют противоракеты, пусковые установки противоракет и РЛС ПРО, создало бы поле для бесконечных недоразумений, споров и подозрений с вытекающими отсюда нежелательными последствиями для отношений между странами. Наша цель состоит в достижении ограничения известных систем

ПРО... Можем ли мы включить неизвестные системы и договор по ограничению ПРО, не впадая в опасность придания этому договору неопределенного и аморфного характера?»

Американская сторона продолжала настаивать на гноем предложении. Член делегации США Г. Браун .’.0.12.71 г. заявил: «Какие есть гарантии, что такие •'Истемы, даже и когда они будут разработаны, не Иудут развернуты, вводя тем самым в заблуждение другую сторону, и по существу не приведут к обходу цели соглашения и его подрыву? Есть у советской стороны какое-либо альтернативное предложение и том, как можно решить проблему будущих систем

ПРО?»

В ходе дальнейших переговоров советская сторона согласилась с американцами и изменила свою позицию. В качестве компромисса было принято так называемое согласованное заявление «Д», разрешающее создание и испытания систем или компонентов ПРО, основанных на иных физических принципах и способных заменять «традиционные» компоненты ПРО, цишь применительно к наземному стационарному виду базирования.

Согласованное заявление «Д»:

«В целях обеспечения выполнения обязательства не развертывать системы и их компоненты? кроме как предусмотрено в статье III Договора, стороны согласны в том, что в случае создания в будущем систем ПРО, основанных на иных физических принципах и содержащих компоненты, способные заменять противоракеты, пусковые установки противоракет или РЛС ПРО, конкретные ограничения таких систем и их компонентов подлежали бы обсуждению в соответствии со статьей XIII и согласованию в соответствии со статьей XIV Договора».

Прямо скажем, члены американской делегации оказались дальновидными, заставив советскую сторону подписать документ, который связал «по рукам и но-i им» сегодняшних правителей Вашингтона.

Администрация США, начиная с Рейгана, часто ссылается на согласованное заявление «Д», якобы поз-иоляющее считать, что испытания в космосе разрешаются, если только компоненты ПРО основаны на новых физических принципах. Но эти ссылки несостоятельны. Все положения Договора по ПРО составляют единое целое и ориентированы на обеспечение выполнения главного обязательства по статье I — не развертывать системы ПРО территории своей страны и не создавать основу для такой обороны.

Согласованное заявление «Д» является неотъемлемой частью Договора по ПРО и не может противопоставляться другим положениям Договора, в частности, его статье V, запрещающей создавать, испытывать и развертывать системы и компоненты ПРО космического базирования. Заявлением «Д» допускается возможность создания (включая и испытания) компонентов ПРО, основанных на иных физических принципах, чем те, которые существовали на момент подписания Договора, однако применительно только к разрешенным для каждой стороны статьей III Договора ограниченным районам ПРО (радиус 150 км) и лишь к размещению там стационарных наземных систем ПРО или их компонентов. Следует учитывать и статью IX, которая запрещает размещать системы ПРО или их компоненты вне своей национальной территории, а космос не является национальной принадлежностью ни одного государства,, в том числе и США.

Имеются ли «дыры» в Договоре по ПРО? Да, имеются. В нем ничего не говорится о случае создания тактических ПРО на ТВД («нестратегических систем ПРО»). Продолжается спор относительно «узкого» и «широкого» толкования договора.

По первой «дыре необходимы соответствующие российско-американские переговоры. Что касается второй «дыры», то такое утверждение противоречит прежней позиции США. При ратификации Договора по ПРО в конгрессе США Дж. Смит заявил: «...Запреты на создание, содержащиеся в Договоре по ПРО, вступили бы в силу в процессе разработки тогда, когда начались бы полигонные испытания прототипа или экспериментального образца. Обеими сторонами было достигнуто понимание того, что запрет на создание распространяется на деятельность, проводимую после того, как компонент переходит от этапа лабораторных разработок и испытаний к этапу полигонных испытаний независимо от того, где они проводятся». Администрация Клинтона подтвердила сохранение Договора по ПРО. А как поведет себя на этот счет следующая администрация?

УПУЩЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ. КУДА НИ КИНЬ, ВСЕ КЛИН

Достигнутые результаты по ОСВ-1 открыли возможности в направлении дальнейшего ограничения стратегических вооружений, перехода к реальному разоружению. Требовалось лишь одно — политическая воля руководителей государств. Как показали последующие события (1977 г.), дефицит такой воли оказался решающим.

Как складывалась ситуация? 21 июня 1973 года в Вашингтоне Л. Брежнев и Р. Никсон подписали «Ос-иовные принципы переговоров о дальнейшем ограничении СНВ». Разумность принципов обнадеживала.

23—24 ноября 1974 года во Владивостоке состоялась встреча на высшем уровне (Брежнев-Форд). Договорились о заключении нового соглашения по ОСВ, которое будет действовать с октября 1977 г. по 31 декабря 1985 г. Оно должно было включать:

— соответствующие положения Временного соглашения;

— следующие уровни для каждой стороны: суммарный (МБР, БРПЛ и ТБ)— 2400, из них МБР и БРПЛ с РГЧ ИН — 1320;

— состав СНВ стороны свободны определять сами (при условии не строить новых стационарных пусковых установок МБР);

— каждая ракета «воздух-земля» с дальностью 600 км рассматривается как единица в общем суммарном уровне;

— допускаются модернизация и замена СНВ;

— предусматриваются ограничения на развертывание новых типов ракет.

Фактически для нового будущего соглашения все было готово — очерчены границы и содержание, уровни, подуровни и другие атрибуты. Остальное, как говорится, дело техники. При желании США переговоры могли завершиться еще при президенте Форде. Однако но тут-то было.

Американские переговорщики обычно ведут дело так: как только все проработано и согласовано, вопросы решены и виден «свет в конце туннеля», они подбрасывают новые предложения, которые иногда рубят под корень сделанное и вынуждают вернуться на исходные позиции. Подобные драматические осложнения произошли с Владивостокской договоренностью, в результате чего потребовалось еще четыре с половиной года, чтобы добраться до финиша (подписания ОСВ-2).

В марте 1977 года, то есть спустя два с половиной года после встречи в верхах, госсекретарь США С. Вэнс привез в Москву новые предложения, которые отбросили переговоры назад еще на два года. Суть предложений Вэнса:

— сократить уровни до 1800—2000, в том числе с РГЧ ИН — до 1100—1200, из них МБР с РГЧ-550;

— сократить тяжелые МБР СССР до 150 ед.;

— ограничить летные испытания МБР и БРПЛ — шестью пусками в год;

— запретить новые типы МБР.

В предложениях Вэнса четко просматривался односторонний подход, направленный на создание преимуществ для США в ущерб безопасности СССР. В то время, когда они имели 8560, а мы 2500 ядерных зарядов, США хотели закрепить это превосходство: не трогать свои программы «Трайдент», Б-1, крылатые ракеты и др., а СССР заставить отказаться от прекращения перевооружения на новые МБР, урезать другие его программы.

Советская сторона отвергла предложения Вэнса и призвала США вернуться к Владивостокской договоренности, предлагая в противном случае вновь поставить вопрос об американских ядерных средствах передового базирования (ЯСПБ).

Госсекретарь Вэнс на встрече с А. Громыко (май 1977 г. в Женеве) согласился с тем, чтобы готовить договор на основе Владивостокской договоренности. Это был сдвиг в нужном направлении. Разработке ОСВ-2 был дан «зеленый свет».

В июне 1979 г. в Вене состоялась советско-американская встреча на высшем уровне (Брежнев— Картер), в ходе которой 18 июня 1979 г. в советском посольстве были подписаны «Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки об ограничении стратегических наступательных вооружений», Протокол к нему И другие сопутствующие документы. В комплексе они получили название Договор ОСВ-2 {таблица 3).

Таблица 3Количественные ограничения по ОСВ-2
Тни носителей Исходные данные на 18.6.1979 г. По ОСВ-2
СССР США СССР США
Всего СНВ (МБР, БРПЛ, ТБ), 2504 2283 2400* 2400*
В том числе СНВ с РГЧ ИН
я КР 752 1049 не более 1320
ПУМБР, 1398 1054
в том числе ПУ МБР
с РГЧ ИН 608 550 не более 820
ПУ БРПЛ, 950 656
в том числе ПУ БРПЛ
С РГЧ ИН 144 496
ПУМБР и БРПЛ с РГЧ ИН 752 1046 не более 1200
Тяжелые бомбардировщики 156 573
ЭДвсКР 0 3
* С 1 января 1981 г. суммарное количество СНВ у каждой стороны должно было быть не более 2250 ед.

Договор ОСВ-2 предусматривал большое число мер по количественному и качественному ограничению всех компонентов стратегических сил обеих сторон. Основанный на принципах равенства и одинаковой безопасности, ОСВ-2 учитывал национальные интересы обоих государств, открывал дорогу существенному сокращению СНВ, ставил заслон гонке вооружений.

Договор вызвал положительную реакцию во всем мире. Администрация Картера на всех уровнях убедительно доказывала сбалансированность договора, его выгоду для США и требовала ратификации.

Однако новая администрация Рейгана, придя к власти, отмела все доводы и категорически выступила против принятия ОСВ-2, так как он закреплял равенство сторон и ставил барьер новым американским военным программам: БРПЛ «Трайдент», ТБ Б-1,

КРВБ и КРМБ большой дальности. Предлог был выбран другой— ввод советских войск в Афганистан. Используя этот «подарок», новое правительство необоснованно обрушилось на договор с критикой, пытаясь убедить американцев в его ущербности интересам США. Финал всего фарса известен— администрация Рейгана отказалась от Договора ОСВ-2 и приступила к резкому наращиванию всех компонен тов своей стратегической «триады».

Так многолетний труд по обузданию гонки воору жений был прерван Вашингтоном на многие годы Упущен был еще один исторический шанс нормализации советско-американских отношений, укрепления безопасного мира.

Впереди маячила «заморозка», конфронтация, мистические переговоры по ОССВ.

Что такое ОССВ? Это советско-американские переговоры об ограничении и сокращении стратегических вооружений, которые велись с июля 1982 г. по август 1983 г., то есть в первый период правления администрации Рейгана. Интересные были переговоры — словно разговор глухого с немым. Абсолютное «непонимание» друг друга. Совершенно разные, противоположные подходы.

Советская сторона исходила из примерного равновесия стратегических сил сторон, сохранения всего того позитивного, что было достигнуто по ОСВ-1 и ОСВ-2. Добивалась снижения уровня ядерного противостояния по всем компонентам СНВ сторон (МБР, БРПЛ, ТБ) в их совокупности.

Мы предложили: сократить поэтапно к концу 1990 г. суммарное число стратегических носителей (МБР, БРПЛ, ТБ) до уровня 1800 ед.; снизить до равных уровней общее число ядерных зарядов на них; установить равное, но ниже, чем в ОСВ-2, число носителей с РГЧ ИН; заморозить на период переговоров СНВ в количественном и качественном отношениях. Изложили комплекс мер по недопущению внезапного нападения и укреплению взаимного доверия.

Это были серьезные предложения по прекращению гонки стратегических вооружений, снижению угрозы ядерного противостояния, укреплению стабильности.

Пели бы американцы имели Желание вести переговоры на равноправной основе и выйти на договоренности, го положительные результаты были бы достигнуты и короткий срок.

Однако американская сторона исходила из другого. Она отвергла принцип равенства и одинаковой безопасности, выбросила за борт все положительное, достигнутое ранее, и объявила, что все начинает с чистого листа.

Конечно, нелогично начинать переговоры с самого начала каждый раз, когда в США меняются президен-I и. Нужна преемственность в этом деле. Но президент 1'сйган логики не придерживался. В его лексиконе появились такие высказывания: «Мы должны строить мир горько на основе силы... Мир будет прочным, если мы будем сильными... С помощью силы мы заставим себя упажать». Вновь замелькали определения типа: «крестовый поход», «империя зла» и т. д.

Это были не пустые слова. Они подкреплялись делами. Форсированно началось «перевооружение Америки». Создаются МБР MX, «Минитмен», новые ПЛАРБ типа «Огайо», новые ТБ Б-1Б с технологией «Стелт», космическая система «Шаттл», крылатые ра-Юты большой дальности воздушного, морского и надомного базирования. Идет модернизация ядерных средств передового базирования. Готовятся к развертыванию в Европе новые ракеты средней дальности. < 'валилась с «небес» СОИ. (Подробнее о программе (!0И см. в разделе «СОИ: что за ней скрывается».)

Руководители США не скрывали, что они, по существу, вогали на путь милитаризации всей страны. Р. Рейган й интервью «Вашингтон пост» 16 января 1984 г. заявил: «V нас существует теперь такой потенциал сдерживания, которого у нас не было три года назад... Мы его Пудсм наращивать». Добавим от себя: с целью изменить й пользу США соотношение сил на мировой арене. Подчинить своей воле ход мировых событий.

Что предложили США на переговорах ОССВ? Об н ом также заявил сам Р. Рейган 9 мая 1982 года: «добиться подлинного и длительного ограничения советских военных программ» и односторонних преимуществ для США; добиться ликвидации наиболее соименных советских СНВ и сохранить полную свободу действий в развертывании американских СНВ; заставить Советы отказаться от комплексного подхода к сокращению в пользу выборочного подхода, выгодного для Америки.

Конкретно суть американской позиции состояла в следующем:

— сократить МБР и БРПЛ СССР и США до уровня 850 ед. у каждой стороны;

— установить уровень на число боеголовок ракет до 5000 ед., в том числе на МБР — не более 2500 ед.;

— иметь тяжелых МБР не более 110 ед. с последующим их полным уничтожением;

— ограничить забрасываемый вес всех ракет, сде

лать его главным критерием для сравнения стратегических потенциалов сторон. .

Все красиво, гладко и, на первый взгляд, привлекательно — у всех всего поровну. Но все это было рассчитано на простаков.

Во-первых, сокращению подлежали только МБР и БРПЛ. На них должно было остаться по 5000 боеголовок. Не подлежали сокращению 400 американских стратегических бомбардировщиков, каждый из которых мог нести на своем борту более 20 ядерных КРВБ с дальностью 2600 км. То есть свыше 8000 ядерных зарядов оставались неучтенными.

Во-вторых,— и это самое главное— в случае реализации американской позиции почти полностью ликвидировались все наши МБР, разрушалась структура стратегических ядерных сил. Нам потребовалось бы перестраивать заново все свои СНВ по американскому стандарту.

Разве можно было пойти на то, чтобы в угоду США современные МБР ликвидировать, а строить новые подводные лодки с баллистическими ракетами и тяжелые бомбардировщики? Абсурд какой-то! Цель этого предложения была ясна. К сожалению, этот абсурд, отвергнутый нами в прошлом, был навязан Вашингтоном президенту России Б. Ельцину в июне 1992 г. и составил основу российско-американского Договора СНВ-2. Уроки прошлого не пошли впрок.

Конечный результат американского предложения (сокращение ракет до уровня 850 ед.) показан в нижеследующей таблице 4.

Таблица 4Соотношение стратегических сил СССР и США по американскому предложению (сокращение ракет до уровня 850 ед.)
Носители СССР США
Всего МБР и БРПЛ 850 850
Тяжелые бомбардировщики 150 570
Итого носителей 1000 1420
Соотношение 1:1,4
ЯДерные заряды на МБР 2400 2430
Ядерные заряды на БРПЛ 2390 2560
Всего на МБР и БРПЛ 4790 4990
На тяжелых бомбардировщиках 150 10000*
Итого ядерных зарядов 4940 ок. 15000
Соотношение 1:3
* В том числе 8000 ядерных зарядов на 400 ТБ (по 20 КР на каждом).

Из таблицы видно, что предложение США не было рассчитано на взаимоприемлемую договоренность, так как оно вело только к односторонней выгоде. С ним невозможно было согласиться, и оно было отвергнуто.

Американцам вежливо растолковали, что нельзя вести переговоры с позиции силы, путем давления и выдвижения заведомо неприемлемых предложений, направленных на одностороннее разоружение СССР.

Растолковали также, что в основу оценки мощи стратегических потенциалов нельзя брать забрасываемый вес ракет. Это их предложение было направлено на односторонний подрыв советских стратегических ндерных сил. Забрасываемый вес ракеты во многом зависит от веса боеголовок. В свою очередь вес боеголовки зависит от ее конструкции и имеет три составляющие: нес заряда, вес системы управления и вес корпуса боеголовки. Эти составляющие у СССР й США разные. Забрасываемый вес ракет, таким образом, не единственный и не главный критерий. Более важным критерием эффективности является точность боеголовки. I (овышение точности в 2 раза увеличивает эффективность боеголовки в 8 раз. Поэтому забрасываемый вес не может служить основой для оценки боевой мощи стратегического потенциала страны.

Советская делегация видела, что сами представители США хорошо понимали абсурдность своих предложений и были уверены, что мы их не примем. Понимали, но делали, поскольку это служило для Рейгана основанием для дальнейшей гонки вооружений. Такое, по существу, бесперспективное положение сложилось на переговорах по ОССВ. Его создала американская сторона, делая ставку на силу. Но сила не сработала.

На переговорах по ограничению ядерных вооружений в Европе (ОЯВЕ), проводившихся в это же время в Женеве (октябрь 1980— ноябрь 1983 гг.), сложилась аналогичная ситуация.

Советская позиция предусматривала:

— предметом переговоров считать ядерные средства средней дальности (ЯССД): советские— ракеты СС-20, СС-4, СС-5 (373 ед.), средние бомбардировщики (479 ед.). Всего носителей 852 ед., зарядов около 2000 ед.; американские (натовские): ракеты наземного и морского базирования— 462 ед., средние бомбардировщики — 624 ед. Всего носителей — 1086 ед., зарядов — свыше 3000 ед. (таблица 5);

— полностью освободить Европу от ядерного оружия средней дальности и тактического к 1990 году. На первом этапе сократить ЯССД (ракеты и авиацию) СССР и НАТО до равных уровней по 300 ед. Установить отдельный подуровень по ракетам;

— установить равенство потенциалов по ЯССД в Европе (по носителям и зарядам) с учетом Англии и Франции;

— ограничить советские РСД СС-20 в Европе уровнем 140 ПУ (с учетом равенства по боеголовкам с Англией и Францией), остальные ликвидировать. США свои РСД не размещают в Европе.

Американская сторона категорически не согласилась учитывать ЯССД Англии и Франции, а также самолеты-носители. Она заявила о том, что переговоры идут между СССР и США, их предметом должны быть советские и американские ЯССД— «ракеты на ракеты». И ничего более. На возражение о том, что американских РСД еще нет в Европе, нам отвечали — это не имеет значения. Они будут.

Соотношение ядерных средств средней дальности СССР и НАТО в Европе

Таблица 5
СССР НАТО (США, Англия, Франция)
РАКЕТЫ НАЗЕМНОГО И МОРСКОГО БАЗИРОВАНИЯ
СС-20, СС-4, СС-Н-5 243+112+18 373 108 «Першинг-2» США
176 КР «ГЛСМ»
«Поларис А-ЗТ» Англия
64 «Поларис А-ЗТК»
18 S-3
16 М-4 Франция
80 М-20
ВСЕГО ракет 373 462 ВСЕГО ракет
САМОЛЕТЫ-НОСИТЕЛИ
Средниебомбардировщики 479 64 FB-111
172 F-111 США
120 F-4
240 А-6Е, А-7Е, F/A-18
28 <<N$T Франция
ВСЕГО самолетов 479 624 ВСЕГО самолетов
ИТОГО СРЕДСТВ СРЕДНЕЙ ДАЛЬНОСТИ
НОСИТЕЛЕЙ 852 1086 НОСИТЕЛЕЙ
БОЕЗАРЯДОВ ОКОЛО2000 свыше3000 БОЕЗАРЯДОВ

Американская делегация официально предложила «нулевой вариант» — ликвидацию советских РСД на исей территории СССР за отказ США от развертывания своих РСД «Першинг-2» и КРНБ в Европе. В последующем это предложение варьировалось (например, так называемая «лесная прогулка» Ю. Квицинско-10 — П. Нитце), уточнялось по срокам и соотношению между «першингами» и КРНБ. Но суть не менялась — ииквидация всех советских РСД взамен на неразмеще-пие в Европе американских РСД.

Жесткая позиция американцев блокировала переговоры. Это повлияло в определенной степени на мышление наших переговорщиков здесь, в Москве. Мы, так сказать, на самом «низком уровне», чтобы найти выход из тупика, разработали свое предложение «ракеты на ракеты». Я, как начальник управления, попытался доложить его руководству. Однако наши соображения были встречены негативно. Их перечеркнули «крест-накрест». Мне сказали все это подальше спрятать и никому не показывать.

Тем временем в Женеве коса нашла на камень. Переговоры закончились неудачей, потому что американская позиция исключала договоренность. Вашингтон не хотел искать решения проблемы. Ни капитального — полное освобождение Европы от ядерного оружия средней дальности и тактического, ни частичного — резкое понижение уровней противостояния, как предлагал СССР. США нужен был предлог для реализации «двойного решения» НАТО. И они своего добились — переговоры не состоялись. Да их и не могло быть, когда один говорит про Ерему, другой про Фому.

В ноябре 1983 года США начали размещать в Европе свои новые ракеты средней дальности. В этих условиях вести переговоры не имело смысла.

8 декабря 1983 г. переговоры ОССВ и ОЯВЕ были прерваны советской стороной. Что делать дальше? Где выход? Как найти развязку острых проблем на переговорах? Разговор об этом в следующем разделе.

ТЯЖЕЛЫЙ ГОД НЕОЖИДАННОСТЕЙ

1984 год был тяжелым годом и для Советского Союза, и для Запада.

На обстановке в нашей стране негативно сказывались: ошибочный ввод войск в Афганистан; уход из жизни Ю. В. Андропова и неуверенность в тяжело больном руководителе государства К. У. Черненко, которому пост генсека был явно не по плечу; прискорбный инцидент с южно-корейским самолетом, сбитым советским летчиком над Сахалином; «ракет ный кризис» в Европе и связанные с ним советские ответные меры, которые вели к обострению обета новки.

Страны Запада беспокоили: воинственный курс президента Рейгана на безудержную гонку вооружений и мировую гегемонию, на силу как главное средство достижения своих целей; начало размещения американских ракет средней дальности в ФРГ, Великобритании, Италии (в последующем в Бельгии, Голландии); объявленная Рейганом в марте 1983 г. программа «звездных войн»; постоянные шумные запугивания □резидента США: «Пусть каждую ночь наш противник засыпает в страхе, опасаясь, что мы (т. е. США.— Авт.) применим ядерное оружие».

Откровенно говоря, в сложившейся в то время обстановке мало кто ожидал серьезных прорывов во Внешнеполитических делах, в том числе в области разоружения. Заканчивался четвертый год правления Рейгана, а Вашингтон не заключил и не ратифицировал ни одного соглашения по вопросам ограничения ядерных вооружений. Более того, он вел дело к тому, чтобы дезорганизовать весь разоруженческий процесс (в Женеве, Вене, Стокгольме). А сам Рейган постоянно лелеял мечту с помощью СОИ забраться «на небеса» и оттуда управлять миром. Психологическая война США и разгул антисоветизма, подобно периоду Трумэна, достигли крайних пределов.

Тем не менее, советская сторона все-таки сумела предпринять первые шаги к тому, чтобы в конце ноября 1984 года встретиться с американскими представителями и предложить им возобновить прерванные в 1983 году переговоры по вопросам ограничения и сокращения ядерных вооружений. На удивление многих, встреча оказалась позитивной. Стороны пришли к согласию вступить в новые переговоры с целью достижения взаимоприемлемых договоренностей по всему комплексу вопросов, касающихся ядерных и космических вооружений. Было условлено, что для выработки совместного понимания предмета и целей таких переговоров состоится встреча на уровне министров иностранных дел в Женеве 7—8 января 1985 года.

Встреча министров состоялась в установленные сроки. Стороны договорились начать советско-американские переговоры по ядерным и космическим вооружениям (ЯКВ). В совместном советско-американском заявлении о целях и характере переговоров было сказано: «Стороны согласны в том, что предметом переговоров будет комплекс вопросов, касающихся космических и ядерных вооружений — стратегических и средней дальности, — причем все эти вопросы будут рассматриваться и решаться во взаимосвязи.

Целью переговоров будет выработка эффективных договоренностей, направленных на предотвращение гонки вооружений в космосе и ее прекращение на земле, на ограничение и сокращение ядерных вооружений, на укрепление стратегической стабильности...

В конечном итоге, по мнению сторон, предстоящие переговоры, как и вообще усилия в области ограничений и сокращения вооружений, должны привести к ликвидации ядерного оружия полностью и повсюду».

Если вспомнить браваду Рейгана в 1981—82 гг.— Америка не нуждается в переговорах, она добьется своего без переговоров, — то резонно возникают вопросы: что заставило Вашингтон возобновить переговоры? С чего бы это Белый дом впервые за всю историю ядерного века зафиксировал в советско-американском заявлении задачу полной ликвидации ядерного оружия? Сплошные загадки. Возможно, сказалось переизбрание Рейгана на второй срок президентства, и это подвигло его на поступок в соответствии со здравым смыслом. Может быть, он, одумавшись от воинственного угара, решил выйти из тени Трумэна и войти в историю «миротворцем». Трудно сказать, что было на уме Рейгана. Но факт остается фактом— США согласились на переговоры и впервые высказали готовность к полной ликвидации ядерного оружия.

Все это озадачивало и настораживало. Ясно было только одно— впереди предстояли долгие и крайне трудные переговоры. Особенно беспокоили заявления правительства США по космическим вооружениям, что вызвало необходимость с нашей стороны поиска неординарных решений.

При подготовке к переговорам советская делегация активно искала решение наиболее трудных вопросов: как добиться реального прекращения гонки вооружений, которая тяжелым бременем ложилась на экономику страны; как увязать рейгановскую программу СОИ с сокращением СНВ; как разрешить созданную нами ранее проблему с американскими ядерными средствами передового базирования, а также со стратегическими средствами Англии и Франции. Мы были уверены, что все эти вопросы явятся тормозом к возможной договоренности, и стремились найти по ним приемлемый выход.

Новые переговоры (ЯКВ) начались в Женеве 12 марта 1985 года. Каждую сторону представляла одна делегация, разделенная на три группы (космических вооружений, СНВ, ракет средней дальности). У нас для ведения переговоров была подобрана высококвалифицированная команда профессионалов (таблица 6).

С какими исходными позициями стороны вступили в переговоры?

СОВЕТСКАЯ СТОРОНА представила следующие предложения по космическим вооружениям:

— запретить создание (включая НИР), испытания и развертывание ударных космических вооружений (УКВ) — средств ПРО космического базирования; средства космического базирования для поражения из космоса объектов в земной атмосфере и на поверхности Земли; противоспутниковых средств всех видов базирования;

— заключить отдельное соглашение о запрещении создания, испытаний и развертывания противоспутниковых систем с уничтожением уже имеющихся у сторон таких средств. Соглашение действовало бы в сочетании с ограничениями, предусмотренными Договором по ПРО (1972 г.) и Договором по космосу (1967 г.);

— объявить мораторий, то есть приостановить все работы по созданию, испытанию и развертыванию ударных космических вооружений.

Наша делегация пояснила, что без взаимоприемлемого урегулирования вопроса о предотвращении гонки вооружений в космосе сокращение ядерных вооружений, прежде всего СНВ, объективно невозможно.

По стратегическим наступательным вооружениям (СНВ) предлагалось:

— при запрете УКВ радикально сократить СНВ (носители и ядерные боезаряды на них) больше чем на 25 процентов, как предлагалось раньше (по ОССВ);

— отказаться на основе взаимности от такого опасного нового вида СНВ, как ядерные крылатые ракеты большой дальности всех видов базирования;

Таблица б
КАРПОВ В. П. руководитель делегации и одновременно руководитель группы по стратегическим вооружениям, посол по особым поручениям, МИД СССР
КВИЦИНСКИЙ Ю. А. руководитель группы по космическим вооружениям, посол по особым поручениям, МИД СССР
ОБУХОВ А. А. руководитель группы по ядерным вооружениям средней дальности, посол, МИД СССР
Члены делегации
ДЕТИНОВ Н. Н. генерал-лейтенант, МО СССР
ЗАЙЦЕВ Г. А. МИД СССР
ИВАНОВ Б. С. МИД СССР
КУЗНЕЦОВ Ю. И. МИД СССР
КУРЛАНОВ А. Д. генерал-майор, МО СССР
ЛУГАЧЕВ А. Т. полковник, МО СССР
МАСТЕРКОВ Л. А. МИД СССР
МЕДВЕДЕВ В. И. полковник, МО СССР
СТАРОДУБОВ В. П. генерал-лейтенант, МО СССР
СТРЕЛЬЦОВ М.Н. МИД СССР
ХРОМОВ Г. К. аппарат СМ СССР
Советники и эксперты
АБДУЛЛАЕВ П.Х. МИД СССР
БЕКЕТОВ Ю.Ф. капитан 1 ранга, МО СССР
ВОРОНКОВ О. К. МИД СССР
ГОРЯЙНОВ М. М. МИД СССР
ГРИНИН в. м. МИД СССР
ИВЛЕВ А. И. полковник, МО СССР
КАРДАШЕВ А. А. МИД СССР
КЛАПОВСКИЙ А. А. МО СССР
КОВАЛЬСКИЙ А. Н. МИД СССР
КОЛТУНОВ В. С. полковник, МО СССР
КОНДРАТЬЕВ Л. С. аппарат СМ СССР
КОРТУНОВ С. в. МИД СССР
КРЮЧКОВ с. в. МИД СССР
ЛАПИН Г. Э. МИД СССР
МОНАХОВ А. Ф. МИД СССР
ПАВЛИЧЕНКО В. П. АН СССР
ПАВЛЮК Б. И. полковник, МО СССР
ТЕРЕХОВ А. Д. МИД СССР
ХОДАКОВ А. Г. МИД СССР
ЧУРИЛИН А. А. МИД СССР
ШЕМЯКИН С. Л. полковник, МО СССР
ЯЦЫНА Л. Л. МИД СССР

— прекратить создание, испытания и развертывание новых видов и типов ядерных вооружений; заморозить существующие ядерные вооружения на нынешних количественных уровнях с максимальным ограничением их модернизации.

По ядерным вооружениям средней дальности предлагалось:

— немедленно прекратить развертывание новых американских ракет средней дальности («Першинг-2» и КРНБ) в Западной Европе при одновременном прекращении наращивания советских средств средней дальности до согласованного радикально пониженного уровня;

— в случае вывода из Западной Европы размещавшихся там американских РСД советская сторона готова довести общее число ядерных боеголовок на своих РСД в Европе до числа боеголовок на ракетах Англии И Франции;

— установить равные пониженные уровни для НАТО и СССР по самолетам-носителям среднего радиуса действия;

— полностью освободить Европу от ядерного оружия как средней дальности, так и тактического.

При достижении соглашения об ограничении ядерных средств средней дальности в Европе и вступлении его в силу, СССР приостановит развертывание ракет СС-20 («Пионер») на востоке страны, если в азиатском регионе не произойдет существенных изменений в стратегической ситуации.

В целом советская изначальная позиция на переговорах по ЯКВ находилась в соответствии с дого воренностью от 8 января 1985 г.: рассматривать но взаимосвязи предотвращение гонки вооружений в космосе и сокращение ядерных вооружений. По всем направлениям переговоров СССР занимал в ос новном конструктивную позицию, шел на некоторые компромиссы с целью достижения соглашений и был готов противостояние между СССР и США по ядер ным РСД в Европе свести к самому низкому урон ню— нулевому, полностью освободив Европу oi ядерного оружия средней дальности и тактическою ядерного оружия.

ПЕРВОНАЧАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ США по всем трем направлениям переговоров не способствовала до стижению договоренности.

По космическим вооружениям американцы факти чески не имели конкретной позиции, нацеленной пн реализацию договоренности от 8 января 1985 г. О i казались от установления моратория на УКВ, от за прещения этих средств, от уничтожения всего того, чт о имелось у сторон в этом классе вооружений, то ecu. противоспутниковых средств.

По стратегическим наступательным вооружениям американские предложения почти не отличались oi тех, которые были внесены ранее на переговорах ОССВ. Как и прежде, США предлагали ограничить число ядерных боезарядов только на баллистических ракетах (МБР и БРПЛ). При этом вели в основном речь о сокращениях, главным образом, применительно к советским МБР, составляющим костяк нашего стра тегического потенциала. Они выступили против запрс щения крылатых ракет большой дальности, выразим в общей форме готовность несколько ограничить лишь КРВБ.

По средствам средней дальности США по-преж нему продолжали настаивать на «нулевом» решении (ликвидация советских РСД на всей территории СССР) или на принятии «промежуточного варианта» (США развертывают в Европе столько ракет, сколь ко их останется после сокращения на всей террито рии СССР) без учета ядерных сил Англии и Фраи ции и самолетов-носителей среднего радиуса действия.

Таким образом, в самом начале переговоров вы-•гоились следующие основные разногласия: США кате-(прически против запрещения УКВ и увязки вопроса сокращений СНВ с запретом УКВ. Оставляют вне ограничений значительную часть ядерных вооружений огратегического назначения. Предлагают жесткие ограничения на советские МБР. Настаивают на глобальном подходе к сокращению РСД. Отказываются учитывать американские самолеты-носители средней дальности, ядерные вооружения Англии и Франции.

Чтобы сблизить позиции, нужны были инициативные шаги навстречу друг другу. Такие шаги первой сделала советская сторона:

— в начале апреля 1985 г. СССР принял решение прекратить развертывание ракет СС-20, снять с боевого дежурства 27 СС-20 (всего осталось 243 ракеты, то нить столько, сколько их было до июля 1984 г.);

— был объявлен односторонний мораторий на подземные испытания ядерного оружия с 6 августа 1985г, («День Хиросимы») до 31 декабря 1985 г. Заявлено о готовности соблюдать мораторий и дальше, соли к нему присоединятся США;

— во время визита во Францию (2—5 октября 1985 г.) М. Горбачев предложил: заключить отдельное соглашение по РСД вне связи с проблемой УКВ и СНВ; сократить на 50% ядерные вооружения СССР К США, достигающие территории друг друга, при условии запрета на УКВ. При этом число ядерных нарядов на них у каждой из сторон ограничить по-юлком в 6000 единиц.

О каких вооружениях идет речь? Со стороны I :ССР — все стратегические наступательные вооружения (СНВ) — межконтинентальные баллистические ракеты, баллистические ракеты подводных лодок и тяжелые бомбардировщики — всего 2504 единицы. Других ядерных средств, достигающих территории США, у Советского Союза нет.

Со стороны США — СНВ (2215 ед.), ракеты сред-, Мей дальности и самолеты передового базирования, .гиособные достигать территории СССР, включая так-I и ческу ю и авианосную авиацию — всего 1149 единиц. Общее количество средств, подлежащих сокращению го стороны США — 3364 единицы (таблица 7).

Таблица 7Первоначальная позиция СССР на встрече в верхах в Женеве о количестве и видах вооружений, подлежащих сокращению
СССР США
СНВ (МБР, БРПЛ, ТБ) 2 504 2 215 209240356344 СНВ (МБР, БРПЛ, ТБ) РСД в Европе («Першит 2» и КР наземного базирования) Самолеты-носители авианосной авиации (А-б, А-7) в Европе (б авианосцев) Самолеты-носители среднего радиуса в Европе (F-4, F-lll, FB-111) Самолеты-носители авианосной авиации среднего радиуса в Азии (8 авианосцев) и самолеты США в Южной Корее
Всего 2 504 3 364 Всего
После сокращения 1 252 1 682 После сокращения

Сокращение на 50% возможно при условии полного запрета кос мических вооружений.

Для остающегося после сокращения количества носителей должны быть установлены пониженные равные для обеих сторон суммарные уровни ядерных зарядов — по 6 000 ед.

Американские РСД («Першинг-2» и КР наземного базирования) должны быть выведены из Западной Европы. При этом СССР довел количество своих РСД в Европе до равенства (по боеголовкам) с ракета ми Англии и Франции.

По самолетам среднего радиуса действия — установить равенство в Европе между СССР и НАТО (по 300—400 ед.).

После договоренности о 50-процентном сокращении у СССР оставалось 1252 единицы носителей ядерного оружия, у США —1682. У обеих сторон было одинаковое количество ядерных боезарядов — по 6000 единиц.

В Европе между СССР и НАТО (США, Англия и Франция) налицо было примерное равенство по ракетам и боеголовкам на них, а с учетом авиации соот ношение было даже в пользу НАТО как по числу носителей (1015:850), так и по ядерным зарядам на них (примерно 3000:2000).

Что касается Азии, то СССР имел там примерно равную американской группировку ядерных вооружений средней дальности. СССР заявил, что он не буде i

дополнительно развертывать ракеты СС-20 на Востоке» если стратегическая ситуация в азиатском регионе сохранится неизменной, если там не будут, дополнительно развертываться американские ядерные средства, достигающие территории Советского Союза.

Новые советские предложения открывали возможность достижения договоренности. Однако США упорно стояли на своих старых позициях. Переговоры по ЯКВ застопорились и ничего другого, кроме нового провала, не сулили. Для преодоления тупика надо было в первую очередь нормализовать советско-американские отношения.

Обстановка требовала встречи высших руководителей СССР и США.

СОВЕЩАНИЕ У ПРЕЗИДЕНТА М. С. ГОРБАЧЕВА ПЕРЕД ЖЕНЕВОЙ.

О ЧЕМ ПЕРЕЖИВАЛ МАРШАЛ С. Ф. АХРОМЕЕВ

Перед поездкой в Женеву в Кремле состоялось совещание. Присутствовали Горбачев М. С., Громы-йо А. А., Шеварднадзе Э. А., Корниенко Г. М., Адами-ишн А. Л., Червов Н. Ф. (Минобороны). Вопрос один: с чем ехать на встречу с Р. Рейганом?

Первым выступил Горбачевы. С. Говорил много и складно. В основном его речь сводилась к следующему. Предложить Рейгану программу сокращения ндерных и обычных вооружений; а также меры по прекращению гонки вооружений на Земле и в космосе н полному запрещению испытаний ядерного оружия; добиться согласия на отказ от. применения ядерного оружия первыми, определить обязательства сторон по Асдопущению ядерной войны; принять меры по улучшению советско-американских отношений; решить региональные проблемы (Афганистан) и др.

Во время короткой паузы в монолог Генерального Секретаря вклинился А. Громыко, заявив, что вопросов накопилось много и все важные. Но на первой встрече но надо строить иллюзий и чем-то удивлять Рейгана. Истреча должна решить главный вопрос— о недопущении ядерной или обычной войны между СССР

и США. Нели такое соглашение будет достигнуто этоужеуа 1сх,втомчиследляпродвижениянапереговорах

Э. Шеварднадзе заметил, что он согласен е М. С. Горбачевым— надо ставить перед встречей достижение более широких целей и задач, иначе зачем ехать?

А. Громыко отреагировал на это довольно резко:

— Неискушенному дипломату все кажется прос то. На деле бывает наоборот. Сейчас важно для ми ра добиться главного в советско-американских отно шениях— не допустить ядерной войны. Здесь следу ет искать политическое решение. Надо быть реалис том в политике, а не строить ее на иллюзорной на дежде.

— Ну зачем Вы так, Андрей Андреевич, — вме шалея Г. М. Корниенко. —- Давайте спокойно обгово рим все вопросы.

Однако разговор не получился. Я чувствовал и видел, что патриарх дипломатии чем-то недоволен, и ожидал его дальнейшего монолога. Но он, как бы нехотя, закончил: «Много наговорено, но мало сказано. Ну мне, пожалуй, надо идти. Работы накопилось много»

Будучи в составе делегации М. Горбачева, я своими глазами увидел, что результаты встречи в Женеве бы ли примерно такими, как и предсказывал А. Громыко Однако значение ее все-таки не следует принижать Встреча приоткрыла возможности нормализации со ветско-американских отношений.

В совместном заявлении были зафиксированы обязательства о том, что ядерная война не должна быть развязана и что в ней не может быть победителя, что ни одна из сторон не будет стремиться к достижению военного превосходства. Руководители СССР и США договорились о продолжении встреч в верхах, актива зации диалога на других уровнях. Было подписано соглашение о контактах и обменах в области науки, образования и культуры, решены некоторые другие вопросы двусторонних отношений.

На встрече не удалось найти решения важнейших вопросов, связанных с задачей прекращения гонки воо ружений и укрепления мира. Между Советским Со юзом и США продолжали оставаться крупные разно гласил по принципиальным проблемам. Но ее итоги создали возможность для перехода от состояния опасной конфронтации к конструктивным поискам путей нормализации советско-американских отношений, оздоровления международной обстановки в целом. Этому должны были способствовать договоренности об ускорении работы на Женевских переговорах по ЯКВ, ti придании новых импульсов усилиям на других направлениях ограничения и сокращения вооружений.

Однако, как показали события, Женевская встреча нс привела к каким-либо существенным сдвигам на переговорах по ЯКВ. Проходил раунд за раундом, а дело не двигалось. Переговоры топтались на месте. Куда ни кинь — все клин. Советское руководство поня-ио,. что для преодоления тупика и выхода на договоренности требуется большее, чем речи и заявления. Требуются радикальные меры.

Анализ происходившего в Женеве показал, что главными разногласиями сторон были такие фундаментальные проблемы, решение которых затрагивало интересы безопасности государства. В числе таких шовных проблем были:

— Увязка сокращений СНВ с соблюдением Дого-пора по ПРО 1972 г. Мы стояли на том, что глубокие сокращения СНВ возможны и допустимы только при ныполнении сторонами Договора по ПРО в том понимании, как он был подписан в 1972 г. США, исходя из I ПК называемого «широкого» толкования Договора по ПРО, добивались себе права испытаний УКВ (по про-I рамме СОИ) и создания ПРО территории страны.

— Расхождения по составу ядерных средств. Мы Настаивали на том, чтобы под сокращения СНВ подпадали американские ядерные средства передового ба-шрования (ЯСПБ), достигающие советской территории. Американцы даже слышать не хотели о ЯСПБ и не считали их предметом переговоров.

— Разногласия по ядерным стратегическим средствам Англии и Франции. Мы исходили из необходимости учета этих средств на стороне США. Американцы не соглашались и отсылали нас к переговорам с М. Тэтчер и Ф. Миттераном.

— Не было согласия по вопросу о полном прекращении ядерных испытаний. Мы предлагали немедленно начать переговоры на этот счет. Американцы под различными предлогами уклонялись от перего воров.

Оставались и другие разногласия, например, о тяжелых МБР, об уровнях и подуровнях, о крылатых ракетах и т. д. Но они не делали «погоду» и были разрешимы. А вот соблюдение Договора по ПРО, ядерные средства Англии и Франции, американские ЯСПБ, полное прекращение ядерных испытаний здесь разные подходы являлись принципиальными, фундаментальными. Тут надо было делать выбор в каком направлении идти: или соглашаться с амери канцами и принять их позицию, получив взамен неран ноправное соглашение, ущербное для безопасности страны; или «упереться», стать на путь конфронтации и вести дело к военному противоборству; или продол жать искать компромиссы, идти на взаимные уступки, не ущемляя интересов сторон.

Мы предлагаем читателям самим определиться, в каком направлении можно было бы двигаться, не забывая при этом, что у вас за спиной стоит не только великая держава, но и ее ответственность за сохранение человеческой цивилизации.

Советское руководство выбрало третий путь компромиссы, взаимные уступки, «развязки» острых проблем, диалог на всех уровнях. Мы и теперь уверены в правильности избранного пути.

Решение советского руководства не заставило дол го себя ждать. Оно зримо начало реализовываться в Заявлении Генерального секретаря от 15 января 1986 г., в ходе встреч М. Горбачева с М. Тетчер и Ф. Миттераном, при подготовке к Рейкьявику. Советский Союз упорно шел по избранному пути в направлении прекращения гонки вооружений, особенно ядерных, устранения угрозы ядерной войны, достижения договоренностей на переговорах по ЯКВ.

Обычно интересуются, как технически происходило решение указанных выше фундаментальных проблем (разногласий): где рождались идеи, кто вносил пред ложения, как принималось решение? Вся эта «кухня» мне знакома, поэтому попытаюсь кратко ее изложить.

Проблемы американских ЯСПБ, ядерных средств Англии и Франции впервые были подняты в Заявлении

Генерального секретаря 15 января 1986 г. В этом Заявлении, в соответствии с Программой полной ликвидации ядерного оружия, было впервые высказано намерение вывести ядерные стратегические средства Англии и Франции за скобки советско-американских переговоров, то есть не засчитывать их на стороне США, но при условии, что «США должны взять обязательство не поставлять свои стратегические ракеты и ракеты средней дальности другим странам, а Англия к Франция— не наращивать свои соответствующие ндерные вооружения».

Сохранения указанной обусловленности настойчипо требовали представители Минобороны. Им были известны программы Англии и Франции о наращиваний ядерных вооружений почти в 2 раза в ближайшие 10—12 лет. Не учитывать это было бы ошибкой. Руко-нодство страны до поры до времени считалось с мнением Минобороны. Но, возможно, под впечатлением трагедии на Чернобыльской АЭС, форсированного размещения американских РСД в Европе, а также под влиянием бесед с М. Тэтчер и Ф. Миттераном Горбачев изменил свои взгляды на этот счет.

Во всяком случае в августе 1986 года, как мне г гало известно от маршала С. Ф. Ахромеева, М. С. Горбачев, возвратившись из отпуска, не советуясь с Минобороны, лично принял решение вывести ш скобки переговоров без каких-либо условий вопрос о Ядерных средствах Англии и Франции, а также аме-

?иканских ЯСПБ. Это была кардинальная подвижка нашей стороны.

Я видел переживания и возмущение руководства Минобороны в связи с единоличным решением Генерального секретаря о ядерных средствах Англии и Франции. Маршал С. Ахромеев в беседе со мной с горечью говорил: «Нет никакого желания предлагать 'iYo-то новое руководству. Все почему-то стало делаться там, наверху, без учета нашего мнения. Не помню фамилии автора, но он справедливо сказал: «Зачем человеку даны два уха? А для того, чтобы одним слушать присутствующих, а другим— что говорят «поверху». Сейчас получается так, что будто бы я остался с одним ухом, которое слушает только указания 1'ИОрХу. Тяжело работать, когда с тобой не считаются».

Я разделял высказывания начальника Генштаба и считал ошибочным решение Генсека. Такой оценки я придерживаюсь и теперь, особенно после натовской агрессии в Югославии. Хотя понимаю, что в то время без решения вопроса о ядерных средствах Англии и Франции выйти на договоренности с США было невозможно. Но все-таки надо было поторговаться с американцами. М. С. Горбачев накануне Рейкьявика решил по-своему разрубить гордиев узел.

РЕЙКЬЯВИК — ЧТО ТАМ ПРОИЗОШЛО? ПОЧЕМУ ПОЯВИЛСЯ московский «ПАКЕТ»?

Главной и, пожалуй, единственной причиной, по которой СССР пошел на встречу в Рейкьявике, явилось ухудшение обстановки в мире, прежде всего, на глан ных направлениях мировой политики — прекращении гонки вооружений и ядерном разоружении. Перего воры по ядерным и космическим вооружениям прак тически зашли в тупик. Гонка ядерных вооружений не остановлена. Ядерная угроза не уменьшалась, раз вернутая шумиха вокруг американской программы СОИ осложняла советско-американские отношения. Надежды на прошлые договоренности в Женеве не оправдались.

В этих условиях советское руководство пришло к выводу, что необходим новый импульс, чтобы повернуть ход событий в позитивном направлении. Таким импульсом должна была стать промежуточная встреч ;i руководителей СССР и США. Мир бурлит и именно о i них требует политической воли, решимости. США со гласились с этим. Пошли на промежуточную встречу. Однако, как оказалось, в Вашингтоне исходили из ложного представления о мотивах нашего согласия нм встречу. Они предполагали, что Советский Союз в ко нечном счете не выдержит гонки вооружений эконом и чески, сломается и придет к Западу на поклон; стоим только поднажать на него.

Советская сторона стремилась к тому, чтобы нм встрече в Рейкьявике во главу угла поставить главные вопросы ядерного разоружения. Так, собственно, оно и произошло. Однако задуманного поворота не получилось. Переговоры двух лидеров приобрели драматический характер и заслуживают внимания, чтобы рассказать о них подробнее.

Что имело место в Рейкьявике (11—12 октября 1986 г.)?

Для объективной оценки и ответа на этот вопрос мы предлагаем читателю две точки зрения— американскую и советскую (т. е. мнение авторов книги). Судите, читатель, о них и делайте выводы сами.

Американская оценка переговоров двух лидеров и Рейкьявике довольно точно была изложена помощ-пдком президента США по национальной безопасности Пойндекстером 13 октября 1986 г. на брифинге для журналистов в Белом доме. Предлагаем читателю и сокращенном виде стенограмму брифинга.

«ПОЙНДЕКСТЕР: Мы (т. е. США. — Авт.) пред-ножили советской стороне договоренность, касающуюся стратегической обороны (СОИ), которая откры-нала перспективу гораздо более прочной безопасности и стабильности в мире. В мире, не обремененном наступательными баллистическими ракетами, в котором оборона защитила бы нас и их (т. е. СССР. — Лет.) от третьих стран, которые могли бы приобрести тги ракеты, и она служила бы для свободного мира гарантией от советского обмана.

В ответ на озабоченность русских мы предложили отсрочить развертывание СОИ на 10 лет, до тех пор, пока не будут ликвидированы все баллистические ракеты. В течение этих 10 лет, пока будет осуществляться процесс разоружения, мы будем соблюдать условия Договора об ограничении системы ПРО.

Но г-н Горбачев потребовал, чтобы мы согласи-иись немедленно ограничить исследования в области СОИ. Это выходило далеко за рамки ограничений, установленных договором по ПРО. Это требование не могло иметь никакой иной цели, кроме как вынудить США отказаться от всякой надежды на успешную разработку СОИ, которую мы бы приобрели, чтобы гарантировать, что процесс разоружения не сделает нас безнадежно уязвимыми в случае советского обмана, когда последняя из наших баллистических ракет будет демонтирована. И это потребовало бы, чтобы мы сейчас же отказались от важных исследований в области СОИ.

...Мы отправились в Исландию хорошо подготоп ленными... Прекрасно знали, в чем состоят пози ции русских и какие у нас есть возможности дли маневрирования.

Но поскольку мы не были уверены в готовности русских, мы считали, что максимум, на что мы можем надеяться в Исландии, это подготовить повестку дня к вашингтонской встрече в верхах. Но мы были удив лены. Приятно удивлены, что русские были готовы подробно обсудить некоторые препятствия на пути прогресса переговоров в Женеве.

Поэтому благодаря встречам между главами госу дарств и встречам на рабочем уровне мы смогли принять некоторые важные решения по поводу многих препятствий на пути прогресса.

В области ССВ мы договорились с Советским Со юзом, что обе стороны в рамках соглашения ССИ в какой-то момент в будущем сократят число стратегических ядерных систем каждой из сторон до 1 600, число ядерных боеголовок каждой из сторон до 6 000

Мы хотели провести и провели с ними обсуждение некоторых подлимитов, которые, по нашему мнению, должны существовать в соглашении ССВ. Но они не хотели, по крайней мере в Исландии, договариваться об этих подлимитах, так что эти подлимиты остаются предметом переговоров в Женеве.

Русские сказали, что они готовы провести значительное сокращение тяжелых МБР, что для нас являет ся первоочередной задачей. Но нам не удалось добиться от них указания на то, что конкретно они имеки в виду под «значительным» сокращением.

ВОПРОС: К чему относились 50 процентов?

ОТВЕТ: 50 процентов по существу— это 6 000 ядерных боеголовок — это около 50 процентов того, что у нас имеется сегодня.

ВОПРОС: В отношении подлимитов никаких процентов указано не было?

ОТВЕТ: Русские не хотели согласовывать струк туру подлимитов. Они сказали: почему бы не договориться о 6 000, а затем обе стороны могут иметь любое сочетание, какое они хотят, в пределах этих 6 000. Мы не. готовы пойти на это, поскольку хо'гим быть уверенными в том, что мы проведем пропорциональные сокращения самых важных скоростных систем доставки, таких, как МБР.

ВОПРОС: Вы действительно считаете, что согласо-ианные моменты остаются в силе, несмотря на то, что нс удалось достичь общей договоренности?

ОТВЕТ: Как говорят на переговорах, мы собираемся «присвоить» все эти моменты, по которым они ныразили согласие договориться. Мы попытаемся поймать их на слове в какой-то момент в будущем.

ВОПРОС: Разве Горбачев не сказал, что все эти предложения остаются в силе?

ОТВЕТ: Это как раз то, что я хотел добавить. На пресс-конференции, которую он провел в Рейкьявике, он оставил в силе все эти вещи, по которым они готовы договориться. Поэтому мы намерены поймать их на слове...

В отношении ядерных сил промежуточной дальности (т. е. РСД. — Авт.)\ наша позиция состояла н том, что необходимо рассмотреть вопрос о советских ракетах СС-20 в Азии и что их надо сократить на какое-то количество, приблизительно соразмерно сокращениям в Европе.

Позиция Советского Союза— «нулевой вариант» и Европе для обеих сторон. В Азии русские хотели №морозить системы, с тем чтобы США имели право развернуть на своей территории число ракет, равное тому числу, которое у них будет в Азии. Это для нас неприемлемо, поскольку мы не хотели переносить центр тяжести проблемы из Европы в Азию. Кроме 1'ОГО, ввиду мобильности ракет СС-20 их можно было бы перебрасывать через Урал туда и обратно, и ввиду сого, что из западных районов Азии ракеты СС-20 все же могут достичь определенных районов Европы, мы должны побудить их согласиться на какое-то сокращение в Азии.

Горбачев согласился на определенные сокращения И Азии. Он согласился на сокращение числа боего-иовок во всем мире до 100 для каждой из сторон (до 100 Для русских в Азии и до 100 для США в Соединенных Штатах).

Мы на это согласились. Это означало бы сокращение на 100% в Европе и на 80% в Азии, или, иными словами, число советских боеголовок, составляющее сегодня 1 323, сократилось бы до 100.

...Русские согласились заморозить свои ядерные силы пониженной промежуточной дальности (т. е. ОТР и ТР. — Авт.) и начать переговоры о них после того, как будет подписано соглашение о ядерных силах повышенной промежуточной дальности (т. е. РСД. -Авт.).

В отношении проверки мы хотим получить согласие на три важных элемента: во-первых, на обмен данными как до, так и после сокращений; во-вторых, чтобы осуществлялось наблюдение на месте за уничто жением оружия; в-третьих, договориться об эффектов ном наблюдении после уничтожения оружия при условии инспекции на месте.

Русские указали, что для них нет никаких проблем в связи с этими положениями.

В целом мы довольны договоренностью о ядерных силах промежуточной дальности: существенное сокращение в Азии отвечает тому, чего мы добивались, а «нулевой вариант» в Европе, безусловно, нам желателен.

О ядерных испытаниях... мы начнем переговоры, на которых первым пунктом будет улучшение процедур проверки. Не будем идти дальше этого первого пункта повестки дня до тех пор, пока он не будет согласован. Затем перейдем к обсуждению дальнейших ограничений ядерных испытаний с конечной целью введения запрета на все испытания, когда мы достигнем такого момента, когда нам уже не придется опираться на стратегические ядерные вооружения в целях сдерживания нападения.

У нас возникли разногласия с русскими в том, как характеризовать эти переговоры. Они хотят называть их переговорами о полном запрещении ядерных испытаний, а мы хотим называть их переговорами о дальнейшем ограничении ядерных испытаний.

Они хотят, чтобы мы в самом скором времени согласились на полное запрещение испытаний. Мы указали, что в будущем мы согласимся на полное запрещение испытаний, но наряду с программой сокрашения наступательных сил и тогда, когда мы до-недем число стратегических ядерных вооружений до нуля. В этот момент мы будем готовы согласиться на запрещение испытаний.

Но я думаю, что с течением времени мы сможем согласовать это с русскими и начать переговоры в области ядерных испытаний, которые приведут к улучшению процедур проверки. И тогда мы можем добиться, чтобы оба договора были полностью ратифицированы, а затем перейти к обсуждению дальнейших ограничений.

Но все эти вещи, по которым была достигнута договоренность, Генеральный секретарь поставил в за-нисимость от нашего согласия на то, чего они хотят в> отношении Договора об ограничении систем ПРО. Их позиция состояла в том, что США должны согласиться не отказываться от соблюдения Договора пр ПРО еще 10 лет и должны согласиться внести изменение й Договор по ПРО, чтобы сделать его более ограничительным, чем сейчас, даже по нашему узкому толкованию Договора по ПРО.

ВОПРОС: Это была их изначальная позиция в субботу утром?

ОТВЕТ: Совершенно верно. По существу, это не новая позиция с их стороны. Они долгое время заявляли в Женеве, что хотят, чтобы мы согласились на ужесточение, на более ограничительный характер Договора по ПРО, на то, что они называют упрочением этого договора.

ВОПРОС: Десятилетний срок— это новое предложение?

ОТВЕТ: Десятилетний срок был новым предложением, внесенным в Исландии, до этого они говорили о периоде продолжительностью до 15 лет...

ВОПРОС: Что сказал президент о Договоре по ПРО?

ОТВЕТ: Президент внес следующее предложение: Соединенные Штаты готовы не отказываться от соблюдения Договора по ПРО в течение пяти лет, за которые обе стороны проведут сокращение на 50 процентов, о котором они договорились в рамках ССВ. США будут продолжать исследования, разработки и испытания, разрешенные Договором по ПРО. В конце этого пятилетнего периода, если сокращения будут проведены и если русские будут готовы продолжат ь сокращать наступательные баллистические ракеты в последующие пять лет, чтобы к 1996 году обе сторо ны ликвидировали все наступательные баллистические ракеты, на этих условиях "Соединенные Штаты буду i готовы не выходить из Договора по ПРО в течение второго пятилетнего периода, то есть в общей сложно сти в течение 10 лет.

В конце десятилетнего периода обе стороны вправе развернуть систему стратегической обороны, если бы они так решили, при условии, что они не достигли бы другой договоренности.

Как только это предложение было внесено, Гор бачев сразу заявил, что они не согласны, и выдвинул другое предложение, отличавшееся от нашего. В coo i ветствии с ним, русские хотели, чтобы мы согласились на запрещение всех исследований, разработок и ис пытаний систем СОИ, за исключением тех, которые осуществляются в лабораториях.

ВОПРОС: Было ли это увязано с сокращением?

ОТВЕТ: Совершенно верно. Это было увязано с со кращениями...

Финал такой: мы настаивали на возможности про водить исследования, разработки и испытания, что разрешено Договором о ПРО, на протяжении всею десятилетнего периода. После этого стороны вправе развернуть СОИ. Они не согласились.

ВОПРОС: Как заседание закончилось?

ОТВЕТ: Президент сказал, что после того, как они довольно долго это обсуждали, он понял, что они ни к чему не придут. И тогда президент собрал свои бумаги и встал. Горбачев тоже встал, и они оба вышли.

ВОПРОС: Можете ли вы разъяснить, насколько серьезный ущерб нанесли бы нам советские ограничс ния на испытания?

ОТВЕТ: Мы считаем, что они, по существу, поло жили бы конец программе СОИ...

ВОПРОС: Сказал ли что-нибудь президент, когда собрал свои бумаги? Был ли в этот момент какой то обмен замечаниями?

ОТВЕТ: Уверен, что да, но дословно не помню.. Президент, безусловно, сознавал, что он выдвигал ис торическое предложение. Оно привело бы к тому, что через десять лет обе стороны ликвидировали бы все баллистические ракеты. Мир стал бы гораздо более безопасным. Но проблема состоит в том — и мы не Ставим под сомнение искренность нынешних советских руководителей или то, что они не заслуживают доверия, — но история отношений такова, что в прошлом они не соблюдали договоры. А когда национальная безопасность страны зависит от соблюдения русскими такого договора, как этот, и когда от этого зависит безопасность значительной части свободного мира, то абсолютно необходимо — и это единственное, что было бы благоразумно— иметь какую-то гарантию на тот случай, если сокращения не будут проведены или иелный запрет не будет соблюдаться в будущем.

Другая проблема — это проблема ядерного оружия у третьих стран — если в какой-то момент в будущем процесс нераспространения ядерного оружия сорвется, если ядерное оружие будет распространяться — н имею в виду, что сегодня есть такие третьи страны, располагающие ядерным оружием, у которых мы бы предпочли, чтобы его не было,— и поэтому благоразумно и логично, чтобы не только Соединенные Штаты, но и Советский Союз реально захотел иметь какую-то оборонительную систему, чтобы подстраховаться на случай несоблюдения договора или приобретеНия оружия какой-то третьей страной.

ВОПРОС: Почему вас удивило, что русские хотели Ограничить СОИ лабораторными исследованиями It Так твердо придерживаются этой точки зрения?

ОТВЕТ: Очевидно, одна из причин их озабоченности заключается в том, что они нам не доверяют и свисают, что мы работаем над системой, которая, после юго как мы ее создадим, обеспечит нам средства первого удара... ”

* Мы считаем, что именно СОИ побудила русских вернуться за стол переговоров. По нашему мнению, СОИ гарантирует, что русские все-таки осуществят те сокращения, на которые они согласились, и в конечном счете это станет политикой, страхующей от несоблюдения договорных обязательств.

ВОПРОС: Что осталось бы от стратегических бомбардировщиков, крылатых ракет и других видов небаллистического оружия— от тактического ядерного оружия, если бы по истечении 10 лет, на которые рассчитан план, договоренность между нашими странами была претворена в жизнь?

ОТВЕТ: Мы не предлагали идти на сокращения небаллистического ракетного стратегического оружии. Мы предлагали сокращать только наступательные баллистические ракеты.

ВОПРОС: И что бы тогда осталось от арсеналом обеих стран?

ОТВЕТ: Остались бы крылатые ракеты и тяжелые бомбардировщики.

ВОПРОС: Судя по тому, о чем вы сказали, русские пошли на целую серию уступок: по сокращению стра тегических вооружений, в некоторых вопросах испыта ний, по ядерным силам промежуточной дальности. Не пришел ли кто-нибудь в администрации к выводу или хотя бы к мысли, что это, возможно, было ловушкой, которую Горбачев устроил Рейгану?

ОТВЕТ: Я не думаю, что это было ловушкой. По-моему, мы всегда знали, что они увязывают прогресс в области сокращения стратегических вооруже ний с договоренностью по Договору об ограничении Систем ПРО и с принятием их позиций по вопросам СОИ. Поэтому нас это не удивило. Но, откровенно говоря, мы увидели возможность для того, чтобы сделать исторический шаг вперед здесь, и вот почему президент был готов предпринять шаги, чтобы соблю дать Договор по ПРО в течение десятилетнего периода, который вдвое длиннее периода, о котором мы до этого говорили.

ВОПРОС: Вы здесь все время подчеркивали, что именно СОИ побудила русских сесть за стол перегово ров. Какой же смысл вести переговоры, если СОИ мешает вам достичь любой договоренности?

ОТВЕТ: СОИ— это не просто механизм, позво ливший заставить их сесть за стол переговоров. Мы рассматриваем СОИ как средство ликвидации балли стических ракет. Мы все время считали, что СОИ в конечном счете превратит баллистические ракеп.1 в устаревший хлам, потому что они были бы уязвимы перед такой системой. Поэтому не имеет смысла нс пользовать СОИ, только чтобы заставить русских сесть за стол переговоров, если дальше мы не идем. Именно это, по нашему мнению, движет всем процессом.

ВОПРОС: Состоялось ли на встрече обсуждение вопросов передачи технологии?

ОТВЕТ: Да, президент подтвердил свое предложение поделиться технологией с Советским Союзом и дал понять, что он готов уже сейчас подписать договор, который начнет действовать на каком-то этане в будущем, когда мы решим начать полномасштабное изготовление и производство такой системы.

ВОПРОС: А что русские ответили?

ОТВЕТ: Русские на это ответили: они не верят, что мы действительно поделимся с ними этой технологией.

ВОПРОС: Складывается впечатление, что СОИ для каждой стороны — это в некотором роде совершенно исключительный вопрос, стоящий особняком. Как вы преодолеете то препятствие, о котором вы сказали раньше,— вероятное недоверие русских к нам и их опасения, что мы воспользуемся СОИ для наступательных целей? Как вы собираетесь это преодолеть?

ОТВЕТ: На одном этапе мы действительно думали, что русские озабочены СОИ. В частности, они боялись, что мы каким-то образом создадим наступательную систему, способную поражать цели на земле. Мы потратили много времени и пришли к выводу, что СОИ для русских не является реальной угрозой, мы поговорили в неофициальном порядке с советскими учеными и выяснили, что они это понимают. Русские поднимают этот вопрос, откровенно говоря, ради пропагандистских целей, а на самом деле их это не треножит.

ВОПРОС: Можете ли вы получить пригодную к развертыванию систему СОИ через 10 лет, не выходя in рамки действующего Договора по ПРО? Мне каза-НоСь, что действующий Договор ограничивает некоторые вещи, которые необходимы для изготовления полномасштабной системы СОИ...

ОТВЕТ: Да, вы правы. Если осуществляешь эти •работы в соответствии с Договором, то тогда ты г галкиваешься с проблемами, когда начинаешь объединять компоненты в единую систему. Если ограничить научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а также испытания стенами лабораторий, то нам потребуется точно подсчитать, насколько это затянет процесс разработки. Эта отсрочка будет значительной, и мы не думаем, что это является тем внушающим доверие стимулом, который следует сохранять наряду с сокращениями. Кроме того, в этом случае у нас возникли бы проблемы с конгрессом относительно его готовности и дальше субсидировать эту программу.

ВОПРОС: В Исландии состоялось крупное совещание на высшем уровне. Так ли это?

ОТВЕТ: Я так не думаю. Я бы не стал называть это совещанием на высшем уровне. Потому что времени было недостаточно и по завершении не было сделано никакого совместного заявления. Даже если бы мы достигли всех этих договоренностей, нам, вероятно, пришлось бы гораздо больше помалкивать на данном этапе, и мы бы распространили очень краткое сообщение о состоявшейся встрече и обсуждавшихся вопросах.

ВОПРОС: Не жалеет ли президент, что он съездил в Рейкьявик?

ОТВЕТ: Никоим образом. Мы знаем, что мы сделали... Знаем, какие решения возможны в тех областях, где в прошлом наши позиции не совпадали. И если мы найдем способ убедить русских в правоте нашей позиции по вопросам СОИ, тогда, с моей точки зрения, перед нами открываются многообещающие возможности.

ВОПРОС: Меня удивляет, что вы сейчас говорите о выделении проблемы ядерных сил промежуточной дальности в самостоятельную. Неужели никто в нашей делегации не попытался выделить вопрос о ядерных силах промежуточной дальности, когда по нему была достигнута договоренность, и сказать русским: послушайте, если мы пока не можем договориться по всему комплексу крупных вопросов, не могли бы вы хотя бы согласиться отделить вопрос о ядерных силах промежуточной дальности, а вопросами сокращения стратегических вооружений и СОИ займемся позже?

ОТВЕТ: Мы попытались это сделать.

ВОПРОС: А они сразу же увязали вопрос о ядерных силах промежуточной дальности Q СОИ?

ОТВЕТ: Да. Хотя в высказываниях г-на Горбачева этб проступало не столь явственно. Но теперь, когда анализируешь его слова, становится совершенно ясно, что он увязывал прогресс во всех этих областях с договоренностью по ПРО и по СОИ.

ВОПРОС: Вы сказали, что Горбачев вышел за рамки ограничений по ПРО в своем предложении. Но разве не идут споры в вашей администрации и в нашей стране, в том числе между некоторыми авторами Договора по ПРО, относительно точного содержания этих ограничений?

ОТВЕТ: Вы правы. Мы в настоящее время следуем так называемому ограничительному, «узкому» толкованию Договора по ПРО. Мы считаем и более широкое его толкование законным. Такой вывод сделан на основе анализа юристами этого договора и переговоров, предшествовавших его заключению.

...Но хочу подчеркнуть следующее: Горбачев ведет разговоры не о разнице между «узким» и «широким» толкованием этого Договора. Он говорит об изменении этого Договора, с тем чтобы сделать его еще более .ограничительным, чем мыслила его себе каждая из сторон с самого начала.

ВОПРОС: В Рейкьявике администрация предлагала пяти- и десятилетнюю отсрочку на основе «широкого» или «узкого» толкования Договора по ПРО?

ОТВЕТ: Наша позиция по этому Договору состоит п том, что мы по-прежнему оставляем за собой право перейти к более широкому толкованию этого Договора на каком-то этапе в будущем. Но в настоящий момент наша программа спланирована таким обра-чом, чтобы она соответствовала ограничительному «толкованию. Именно этого подхода мы по-прежнему придерживаемся.

ВОПРОС: На самом деле речь идет о широком толковании. Значит Горбачев вправе сказать: вот что они задумали.

ОТВЕТ: Это правильно.

ВОПРОС: Шульц дал очень мрачную оценку итогов истречи на высшем уровне в Рейкьявике. Он не только сказал, что вы уехали ни с чем. Но и дал понять, что он иообще больше не ждет никакой встречи в верхах, н том числе в 1987 году.

ОТВЕТ: Я думаю, вчера вечером все очень устали.

ВОПРОС: Вы не согласны с оценкой Шульца?

ОТВЕТ: Мы признаем, что существовала возмож ность достижения в Рейкьявике исторического согла шения. А когда нам это не удалось, то все были несколько разочарованы. Но я думаю, что, поразмыс лив, мы поняли, что достигли значительного прогрсс са, появилась возможность договориться по многим вопросам, за исключением СОИ и ПРО,— это очень важная возможность.

ВОПРОС: Чья же теперь очередь делать следую щий ход?

ОТВЕТ: Я не думаю, что надо характеризован, сложившуюся ситуацию именно таким образом. Мы попытаемся найти какой-то способ учета проблем, бес покоящих русских. Выяснить, действительно ли они вели здесь переговоры честно и добросовестно. Дейс i вительно ли мы сумеем найти какое-то средство убс дить их в том, что переход к СОИ отвечает интересам обеих стран.»

Теперь предлагаем читателю мнение авторов khhi и о рейкьявикской встрече.

С каким замыслом мы шли в Рейкьявик? Добиться реального сокращения ядерного оружия. Если бы США отвергли наши предложения, создалась бы сит у ация, которая разоблачала бы администрацию США и их милитаристскую политику. Поэтому у нас были серьезные предложения, чтобы в случае отказа от них США виден был бы весь драматизм ситуации.

Советская делегация подготовила следующие пред ложения:

— По стратегическим наступательным вооружени ям: основная позиция (личное предложение М. Гор бачева)— сократить обеими сторонами каждый вид СНВ (МБР, БРПЛ, ТБ) на 50% от существовавшею тогда уровня каждой из них. В этом случае не надо устанавливать никаких уровней и подуровней. Запас ная позиция — сократить СНВ сторон до уровня 1600 стратегических носителей и 6000 боезарядов (амери канский вариант). Предусматривались уступки: умень шить число тяжелых МБР наполовину; засчитывать ТБ с ракетами «Срэм» и авиабомбами как «один носи тель — один заряд».

— По ракетам средней дальности— «ноль» в Европе и по 100 боеголовок в Азии и на территории illlA. Уступки: ракеты Англии и Франции, а также нмериканские ЯСПБ не учитываются.

— По Договору ПРО взять обязательство о невыходе из него в течение 10 лет при соблюдении всех его положений в том виде, как он был подписан в 1972 г. Исследования и испытания в области СОИ ограничить рМиками лабораторий.

— По ядерным испытаниям начать переговоры об их полном и всеобщем запрещении. Подготовить к ратификации пороговые Договоры 1974 и 1976 гг. Определить ежегодную квоту ядерных взрывов и мощности зарядов (1, 5, 10, 20, 30 кт).

Все эти предложения были завязаны в «пакет», представляли собой единое целое. Каждое предложение было сформулировано в виде проектов совместных советско-американских документов. Предполагалось вручить их Р. Рейгану после разъяснения их сути в ходе беседы.

Первая беседа М. С. Горбачева с Р. Рейганом нача-нясь в 10.00 11 октября 1986 года. После того как Михаил Сергеевич четко изложил в «пакете» наши предложения — буквально спрессованные на двух страницах, -р- американцы были ошарашены. Ничего ниязного с их стороны не последовало. Рейган путано начал было повторять предложения США, которые мы I одами слышали на переговорах по ЯКВ. Тогда Горбачев сказал: «Г-н президент, я внес совершенно новые предложения. Вы мне излагаете то, что завело переговоры по ЯКВ в тупик. Давайте сделаем перерыв. Вы обдумаете все, и потом вновь встретимся». Так и сделали, Пришел Рейган после перерыва с бумагой. Но псе там было старое. Ничего не получилось опять. Тогда руководитель СССР начал его подтягивать к нашим предложениям.

Президенту Рейгану было сообщено, что по СНВ мы согласны с американским предложением (наша шпасная позиция) — пойти на 50-процентное сокращение, чтобы по истечении 5 лет у СССР и США осталось но 1600 носителей и по 6000 боеголовок на них. В последующие пять лет (до конца 1996 года) будут лик-нидированы полностью все без исключения СНВ.

При этом мы идем на большие уступки: не засчиты ваем в стратегическое уравнение американские РСД и ЯСПБ, достигающие советской территории; готовы уменьшить количество советских тяжелых МБР на 50%; согласны засчитывать ТБ с ядерными бомбами и ракетами «Срэм» в уровни носителей и зарядов но аналогии с моноблочными ракетами (один носитель одна единица).

По ракетам средней дальности принимаем амери канский «нулевой вариант» для Европы, оставляя в стороне ядерные вооружения Англии и Франции. Идем на сокращение своих РСД в Азии — до уровня 100 боеголовок. США в этом случае получили бы право иметь на своей территории (кроме Аляски) такое же количество боеголовок на своих ракетах. Готовы заморозить и незамедлительно вступить в переговоры по ракетам с дальностью менее 1000 км.

В ответ-Р. Рейган сказал:

«Я хочу спросить, имеем ли мы в видуа я dv маю, что это было бы очень хорошо,— что к исходу двух пятилетних периодов будут ликвидированы вес ядерные взрывные устройства, включая бомбы, сред ства поля боя, крылатые ракеты, вооружения подвод ных лодок, средства промежуточной дальности и т. д ? Если мы согласны, что к концу 10-летнего периода ликвидируются все ядерные вооружения, мы можем передать эту договоренность нашим делегациям в Женеве, с тем чтобы они подготовили договор, который Вы сможете подписать во время Вашего визита в США».

Таким образом, фактически была достигнута в принципе договоренность и по СНВ, и по РСД Появилась реальная перспектива глубоких сокращений ядерного оружия. Оставалось, естественно, еще mhoi о разногласий по этим проблемам. Но они были вполне преодолимы.

В этой новой ситуации ключевым вопросом стала гарантия строгого соблюдения Договора по ПРО, чтобы не допустить военного превосходства США над Советским Союзом через создание и развертывание СОИ. Советская сторона настаивала на необходимости укрепления режима Договора по ПРО, отказа ot использования права выхода из этого договора в тече ime lO лет при запрещении испытаний компонентов ПРО космического базирования в космосе.

США категорически отказались от этого. Они зая-нили, что будут проводить все свои работы по СОИ, иключая испытания компонентов ПРО в космосе. Они грсбовали нашего согласия на развертывание СОИ, иеЛй дело к ревизии Договора по ПРО. Президент (ША предложил одновременно с сокращением СНВ Подписать новый договор, который заменял бы существующий бессрочный Договор по ПРО. С этим СССР «огласиться не мог.

По вопросу ядерных испытаний наша делегация Выступила за полный и окончательный их запрет; Предложила начать переговоры о прекращении ядер-ПЫД взрывов, с тем чтобы выработать соглашение о полном запрещении испытаний ядерного оружия. ((ри этом советская сторона не требовала от американцев моратория: как начнутся переговоры, пусть они сами решают— продолжать ли взрывы или присоединиться к советскому мораторию.

Американская сторона не захотела всерьез обсуждать эту тему. Она вела дело к тому, чтобы иметь «переговоры по ядерным испытаниям», которые были йы бесконечными, чтобы отложить решение проблемы цщрета ядерных испытаний на многие годы. Возникал иоЛрос, как можно договариваться о ликвидации ядер-jihix вооружений, если США будут продолжать их совершенствовать?

В заключение двухдневной напряженной беседы руководители СССР и США обменялись, на наш взгляд, Примечательными словами. Горбачев сказал:

«Г-н президент, три шага Вас отделяют от того, чтобы Вы вошли в историю Америки, и не только Америки, а всего человечества как великий президент, проявивший мудрость и политическую волю». Тут Рейган говорит: «Ну, пойдите мне навстречу. Вы же таете, что я не могу отступиться от СОИ, уступите, В Вы увидите, как Америка повернется к Советскому Союзу. Ну сделайте мне уступку». Однако уступки по СОИ не последовало. СОИ заблокировала все достигнутое в Рейкьявике.

На исходе встречи советская делегация сделала еще одну попытку подвести положительный итог. Она предложила следующий текст в качестве основы пред стоящих действий сторон:

«СССР и США обязались бы в течение 10 лет не пользоваться имеющимся у них правом выхода ю бессрочного Договора по ПРО и в течение этого пе риода строго соблюдать его положения. Запрещаются испытания всех космических элементов ПРО в космосе, кроме исследований и испытаний, проводимых в лабо раториях.

В ходе первых 5 лет этого 10-летия (до 1991 е. включительно) будут сокращены на 50% СНВ сторон. В течение следующих 5 лет этого периода будут со кращены оставшиеся 50% СНВ сторон. Таким обра зом, к исходу 1996 г. у СССР и США стратегические наступательные вооружения будут ликвидированы пол ностью».

Американская сторона не приняла текст. Она не пошла на ограничение СОИ рамками лабораторий. Находясь буквально на пороге решений, которые moi ли бы стать историческими для всей ядерной эпохи, США остались на старых позициях, не смогли перс шагнуть через свои амбициозные планы достижении военного превосходства через космос. Уникальный шанс был упущен.

В связи с драматическим завершением встречи в Рейкьявике считаем целесообразным поделиться с читателем некоторыми ее итогами, разъяснить oi дельные моменты советской позиции, а также реакцию общественности после встречи.

В Рейкьявике обсуждались две позиции. Советская позиция— это «пакет» новых крупных предложений, позволяющих радикально сократить, а затем и полное тью ликвидировать ядерные вооружения, не допустит1. развертывания ударных космических вооружений (УКВ). Позиция США — это старые предложения, вы двинутые на переговорах в Женеве, которые были направлены на создание, испытание и развертывание УКВ. США не внесли ни одного нового предложения. Тем не менее, благодаря настойчивости и гибкое! и ведения переговоров советской стороне удалось впло i ную подвести американскую делегацию к договорен ности по сокращению СНВ и ликвидации РСД в Европе Оформить эти договоренности не удалось только пот о му, что на пути к этому оказалось единственное препятствие — американская программа «звездных войн».

Резонно спросить: нужна ли была встреча в Рейкьявике, если она не дала конкретных договоренностей?

Конечно, нужна. Мы — реалисты и осознаем даже с позиции сегодняшнего дня, что вопросы, которые на протяжении десятилетий не находили решения, вряд ли могли быть разрешены в один присест.

Поэтому наша инициатива о промежуточной встрече явилась дальновидным шагом. Он оправдан тем, Что после встречи каждая сторона реально увидела планы и намерения друг друга.

— Во-первых, американская сторона более точно И. полно представила себе намерения Советского Союза, возможности и пределы подвижек в советской Ибзиции (президент США из первых рук получил пояснения о наших конструктивных шагах во имя стабилизации и оздоровления международной обстановки).

— Во-вторых, советская сторона продемонстриро-нала свою искреннюю убежденность в необходимости новых усилий для построения нормальных межгосударственных отношений в ядерную эпоху.

— В-третьих, после встречи в Рейкьявике стало еще более очевидно, что пресловутая СОИ является символом обструкции делу мира, концентрированным ныражением милитаристских замыслов США, их нежеланием снять ядерную угрозу, нависшую над миром.

В целом встреча явилась большим событием, в результате которого создалась качественно новая опунция в отношениях СССР и США. Никто уже не мог действовать только по своему собственному усмотрению. Ее полезность состояла в том, что она подготовила возможный шаг вперед к реальным положительным изменениям. Рейкьявик— это «психологический прорыв».

Почему советская делегация в Рейкьявике внесла гнои предложения в «пакете»? Целостный пакетный характер советских предложений был обусловлен, по крайней мере, двумя обстоятельствами.

Первое обстоятельство. Достигнутые в Рейкьявике крупные договоренности по СНВ и РСД выводили ((и СССР и США на практический этап глубокого сокращения, а затем и ликвидации их ядерных по тенциалов в короткие сроки. В обстановке реального разоружения архиважно было исключить любую вот можность, которую могла бы использовать советский или американская сторона для получения одностороп него военного превосходства. Поэтому было бы оши бочно разрывать целостный «пакет» советских пред ложений.

Из советского «пакета» нельзя было исключить пи одну меру без нанесения ущерба своей безопасное! и Например, радикальное сокращение, а тем более лик видация только СНВ СССР и США, привело бы к крупным односторонним преимуществам для США за счет многих тысяч американских ядерных среде i и средней дальности и передового базирования, доетш и ющих территории СССР. Ликвидация только conn ских и американских ракет средней дальности опии, давала преимущества США, так как при этом сохрани лись американские ядерные средства передового баш рования вокруг Советского Союза, ядерные вооруже ния Англии и Франции.

Прежняя советская позиция действительно предус матривала отдельное решение по РСД (Заявление от I' января 1986 г.). Но речь тогда шла о ликвидации сова ских и американских РСД только в Европе и при условии неваращивания ядерных вооружений Англии и Франции. Теперь советская позиция шла дальше вопрос об английских и французских ядерных вооруже ниях с повестки дня снимался; в Европе советские1 и американские РСД должны были ликвидироваться до нуля, договоренность в целом по этой проблеме осуществлялась на глобальной основе. Ясно, что таким договоренность объективно становилась элементом стратегического уравнения, связанного с остальными его частями.

Что касается взаимосвязи между сокращением стратегических наступательных и ограничением стрп тегических оборонительных вооружений, то она бы нм закреплена в Договоре по ПРО. Разрыв этой взаимо связи с помощью СОИ привел бы к гонке и космичео ких, и стратегических вооружений.

Нельзя было не учитывать в той ситуации взаимо связи СОИ с проблемой РСД. Ведь не является секре том все более расширяющееся участие западноевропейских стран и Японии в реализации программы СОИ. Сегодня снова все возвращается на круги своя. ')то говорит о том, что проблему РСД надо было решать во взаимосвязи с СОИ. Невозможно было отстаивать одновременно взаимоисключающие установки— участвовать в программе СОИ и требовать ликвидации советских РСД вне связи с ней.

Второе обстоятельство. Все советские предложения и области ядерных вооружений отвечали взаимным интересам. При этом мы пошли на крупные уступки по СНВ (сокращение на 50% тяжелых МБР, снятие вопроса о ядерных средствах передового базирования, фТласие на отдельный подуровень крылатых ракет морского базирования и др.), а также по РСД (приняли американский «нулевой вариант», оставили в стороне мдерное оружие Англии и Франции).

Советская сторона шла на уступки и компромиссы, потому что ясно видела перед собой цель — реальное чдерное разоружение, основанное на объявленной 15 января 1986 года программе ликвидации ядерного оружия к 2000 году. Достижение этой цели гораздо легче поддается решению, если рассматривать вопросы СНВ, РСД, космоса и ядерных испытаний во взаимосвязи, в «пакете». Только в этом случае было возможно вполне обоснованно идти на уступки в частном, обеспечивая продвижение в главном и в целом.

Выдвигая кардинальные предложения в «пакете» К идя на крупные уступки, советская сторона, разумеется, рассчитывала на взаимность. Однако взаимности не было. Где, в каких вопросах американская администрация пошла на уступки? Их нет, если не считать снятие требования об уровнях и подуровнях Н области СНВ. Но «пакет», — это баланс интересов, уступок, баланс снятия озабоченностей, взаимозависимость интересов безопасности. Здесь все как бы на одних весах, поэтому надо было уравновесить обе чащи.

США ничего не предприняли для восстановления баланса компромиссов. Они не захотели отказываться рт СОИ, не захотели сокращать ядерные вооружения, ае захотели прекращать ядерных взрывов. Чего же добивался в Рейкьявике Белый дом? Заставить СССР пойти на односторонние уступки. Но для того времени это была нереальная политика. Заявленные в Рейкьи вике советской делегацией уступки— это часть «на кета». Не будет «пакета» — не будет и уступок. Такома была советская позиция, сформулированная в Рейкьи вике, логичная и серьезная, отвечающая интересам безопасности СССР, США, Западной Европы и всех стран мира.

Что касается обещаний президента Рейгана поде литься с СССР технологией и результатами работ по СОИ, то в ответ на это М. С. Горбачевым было сказа но: «Вы сейчас не хотите делиться с нами даже неф тяным оборудованием или оборудованием для молокою водов и при этом рассчитываете, что мы поверим в обещание поделиться с нами разработками по СОИ.. Давайте будем реалистами и прагматиками. Так пи дежнее». Кстати, представители Пентагона даже мыс ли не допускали о каком-то дележе технологией с СССР. Например, заместитель министра обороны США Р. Перл на этот счет прямо заявил: «Если кто либо предложил бы нам в 1941, 1942 или 1943 году поделиться информацией о военной технологии с гитлс ровской Германией, то это предложение назвали бы возмутительным. Столь же возмутительно предполи гать, что Советский Союз, учитывая состояние наши \ отношений, может получить военную технологию от США».

Представляет интерес общественная реакция па рейкьявикскую встречу. Было много оценок и выводов о ее итогах. Например, газета «Нью-Йорк Таймс» по поводу Рейкьявика 28 октября писала: «Рейган по вернулся спиной к величайшей возможности, какую когда-либо имел американский президент— обратны, вспять гонку ядерных вооружений и достичь согла шения в области крупного взаимного сокращении ядерных вооружений».

Однако в большинстве своем в Америке считали и считают до сих пор, что Горбачев хотел якобы заманить Рейгана в ловушку ядерного разоружения и, дескать, заслуга президента состоит в том, что он выскользнул из этой ловушки. Такая примитивна и оценка не выдерживает критики. Ведь администрации США на словах сама годами выступала за резкие сокращения стратегических наступательных вооружений (на встрече в Женеве договорились о 50-процентном сокращении), предлагала нам «нулевой вариант» но ракетам средней дальности. В Рейкьявике мы дали согласие и на 50-процентное сокращение СНВ, и на «нулевой вариант» по РСД.

Другие деятели заявляли, что советское предложение по СОИ было заведомо неприемлемо для Рейгана П здесь для него была расставлена ловушка. Это тоже Леправда. Президент США не раз заявлял, Что программа СОИ носит сугубо исследовательский характер. Поэтому советская сторона не требовала отказа (!ША от нее, а хотела лишь, чтобы был зафиксирован именно такой характер программы СОИ и чтобы (ША подтвердили свое обязательство не выходить за рамки положений Договора по ПРО, ограничиваться п течение 10 лет лабораторными исследованиями и испытаниями. Советская делегация никак не могла пред-пидеть, что Рейган откажется от договоренности на такой основе. Ведь это, по существу, был отказ от собственной заявленной позиции. Получился парадокс н позиции США — они настаивали на праве создавать оборону против ракет, которых, в случае договоренности, к 1996 г. просто не будет.

Но, пожалуй, еще больший парадокс состоял в по-иедении администрации США по другим вопросам. Нсрнувшись в Вашингтон, американская команда раздернула кампанию дезинформации о встрече в Рейкьявике. Вначале она пыталась присвоить советские предложения себе, заявляя о том, что, мол, русские блокировали договоренности! Но затем, испугавшись радикального характера советских предложений, стала открещиваться от них, извращать суть выявившихся договоренностей. В частности, утверждалось, будто президент Рейган не давал согласия, а лишь принял * сведению позицию СССР о том, что к концу 10-летнего периода должны быть ликвидированы все СНВ. Но в Рейкьявике Рейган заявил буквально следующее: «Если мы согласны, что к концу 10-летнего периода ликвидируются все ядерные вооружения, мы Иожем передать эту договоренность нашим делегаци-нм в Женеве, с тем чтобы они подготовили договор, который вы сможете подписать во время вашего визита в США». Несмотря на такое ясное заявление, неко торые представители Вашингтона говорили о том, мш президента не так поняли, что'он имел в виду уничто жение во втором пятилетии только баллистически* ракет. В чем хитрость? Оставить вне ликвидации тяже лые бомбардировщики с тысячами крылатых раке i и другим ядерным оружием на борту и за счет этою получить военное превосходство.

Много словопрений было связано с СОИ, с тем чтобы попытаться поднять ее сомнительный авторм тег. На всех уровнях подчеркивали ее оборонную сущ ность, заявляли даже, что у США нет намерений при давать оружию СОИ наступательных способностей, что США обладали в свое время ядерной монополией, но не использовали ее против СССР и что это в равной мере относится и к СОИ.

Нет ничего далее от истины, чем подобные утверж дения. Газета «Нью-Йорк Таймс» 30 мая 1982 г. опуЬ ликовала документ — 5-летний план в области оборо ны США. В этом документе черным по белому было написано: «Соединенные Штаты должны разработать такое оружие, которому Советам было бы трудно противостоять, заставить их пойти на чрезмерные расходы, направить военное соперничество в новые oh ласти и тем самым сделать бессмысленными все пре дыдущие расходы СССР». .

На встрече в Рейкьявике США раскрыли еще один свой замысел: декларируя приверженность режиму До говора по ПРО, они добивались нашего согласия ми проведение испытаний космических компонентов ПРО в космосе и одновременного сокращения на 50 процем тов баллистических ракет сторон. Какая цель преследовалась?

СП1А хотели бы в течение определенного согласи ванного срока (10 лет), формально сохраняя Договор по ПРО, разрабатывать и испытывать все необходи мое для развертывания территориальной системы ПРО с элементами космического базирования. Когда эти работы были бы завершены и выявилась возмож ность их реализации, они приступили бы к развертыви ник» широкомасштабной системы ПРО, а Договор по ПРО был бы отброшен. Но за этот срок, по замыслу Вашингтона, стороны должны будут произвести глу

w

йокие сокращения своих баллистических ракет, а это облегчало строительство территориальной ПРО, создавало уверенность в ее надежности.

Что касается мировой общественности, она увиде-?10»в рейкьявикской встрече перелом к лучшему. Она правомерно считала, что в борьбе за мир на основе Снесенных в Рейкьявике советских предложений создалась новая ситуация, совершился переход на новую Сачественную ступень.

По оценке советского руководства, от достигнутого В Рейкьявике уже нельзя было уйти, работа могла продолжаться. Реализация наших предложений поз-нолила бы сделать крупный шаг вперед на переговорах в Женеве. К сожалению, такого желания со стороны Вашингтона не последовало. Скорее, наоборот. Американская администрация стремилась дискуссию по вопросам разоружения повернуть в прежнее, дорейкьявикское русло. На переговорах в Женеве по-прежнему оставались в стороне вопросы космоса, ицовь появились в позиции США уровни и подуровни в области СНВ, а СОИ рассматривалась как «страховой полис».

СОИ: ЧТО ЗА НЕЙ СКРЫВАЕТСЯ?

23 марта 1983 года самый почтенный по возрасту п истории США президент, да еще, по данным врачей, С развивающейся болезнью Альцгеймера, в телевизионном обращении к нации выдвинул концепцию «смелой обороны». Р. Рейган предложил «начать программу противодействия ужасающей советской угрозе цугом принятия мер оборонительного характера». «В то ко время, пока мы движемся к этой цели, — подчеркнул он, — следует сохранять способность США к ядер-пому сдерживанию и гибкому реагированию, ведя переговоры с позиции силы, которая может быть обеспечена только путем модернизации наших стратегических сил».

В дальнейшем эта инициатива получила название >атегической Оборонной Инициативы — сокращенно (!0ИУ а сама программа, с легкой руки сенатора Э. Кеннеди,— «программа звездных войн», в связи с тем,

что эта программа делала акцент, во всяком случае ни начальном этапе своего развития, на войне в космосе.

Идея СОИ появилась хотя и неожиданно, но не ни пустом месте. Она созрела на почве страха америкаи цев перед ядерным Армагеддоном. К этому времени администрация США столкнулась с антиядерным дни жением невиданного доселе размаха. Католические епископы, объявившие ядерное оружие аморальным, начали подготовку массовых выступлений за его замо раживание. Сильное беспокойство у американцев ны зывали и воинствующие заявления самого Р. Рейгана об «империи зла», призывы к «крестовому походу» против коммунизма. В этих условиях трудно были рассчитывать на беспрепятственную реализацию про грамм новых наступательных и прежде всего ядерных вооружений.

Нужен был выход из этой ситуации. И он бы и найден!

С самого начала СОИ использовалась как мораль ное оправдание нового витка гонки вооружений. Вся чески подчеркивался ее «оборонительный» характер, находились все новые выгодные сравнения: с непропи цаемым щитом, страховым полисом, противогазом.., Многих людей, далеких от техники и не вникающих в нюансы политики, все это вводило и продолжаю вводить в заблуждение.

«Но никогда за всю нашу историю к обману т ак часто не прибегали и не выдвигали столь настойчивых предупреждений о неминуемой опасности, как за нос ледние семь лет пребывания у власти администрации Рейгана»,— отмечает американский публицист Том Джервази. Заявление администрации о советском воем ном превосходстве было единственным оправданием развертывания программы «перевооружения Амери ки».

В поисках поддержки своих военных программ и в доказательство советского военного превосходю ва, якобы имевшего место, администрация разверну нм широкую пропагандистскую кампанию. При Рейгане было изобретено новое средство пропаганды— еже годная публикация книги под названием «Советская военная мощь», в которой избирательно освещались военные проблемы таким образом, чтобы сосредо ш чить внимание исключительно на советской угрозе Западу, а в отношения постоянно растущей угрозы с Запада в адрес Советского Союза изложение материалов ограничивалось малозначительными сведениями. Это издание получило настолько широкое распространение, что к нему стали относиться как к официальному документу администрации. Тем не менее, на сегодня однозначно установлено, что многие утверждения администрации США относительно советской военной мощи вводили в заблуждение и не соответствовали истине. Большое место в этих изданиях отводилось и «страшилкам» в связи с проблемами противоракетной обороны.

Достижение одностороннего превосходства над Сойотским Союзом— вот та цель, которая скрывалась чи всеми рассуждениями об оборонительном характере СОИ. «Если мы сумеем создать такую систему, которая окажется эффективной и сделает советские вооружения недейственными, мы сможем вернуться к такому положению, как тогда, когда мы были единственной страной, обладающей ядерным оружием»,— откровенно признавал министр обороны США К. Уайн-fieprep.

Революционные технические решения, заложенные я СОИ, вызвали яростную полемику не только в части технической реализуемости этих решений, но и в части Международного права, а именно: соответствия СОИ положениям действующего Договора но ПРО 1972 года.

ДОГОВОР по ПРО и СОИ

Считается, что работы но системам ПРО в США Ныли начаты в 50-х годах. Результатами этих работ шали проекты «Бэмби», «Найк-Зевс», «Найк-Икс», «Сейфгард» и др. Работы по ПРО велись и в Советском Союзе.

По прошествии времени стороны осознали опасность, таящуюся в системах ПРО при их бесконтрольном создании и развертывании, способную нарушить •рупкое стратегическое равновесие. Более того, они пришли к выводу, что попытки защитить свою страну с помощью ПРО разорительны, стимулируют гонку не только оборонительных, но и наступательных воору жений и в целом бесперспективны. Это было офици альное мнение обеих стран.

В результате сложных и длительных переговорим, как уже подробно излагалось выше, 26 мая 19721 И Москве был подписан Договор между СССР и США об ограничении систем противоракетной обороны Договор по ПРО.

Программа СОИ была несовместима с ключевыми положениями Договора по ПРО, и американская мд министрация начала искать лазейки для его обходи Наиболее известной попыткой в этом направлении было так называемое «широкое толкование» Догони ра, в соответствии с которым предусмотренное стам i.cll V Договора запрещение создавать, испытывать и рам вертывать системы и компоненты ПРО космически! о базирования якобы относились только к тем видим компонентов ПРО, которые существовали в момет заключения Договора. Исходя из этого администрации США утверждала, что Договор будто бы разрешай i испытания космических систем ПРО на новых физича ких принципах.

Тем не менее, «широкое толкование», ввиду cut явного несоответствия истинному положению ден, долго не продержалось, и администрация Б. Клинтопи была вынуждена подтвердить традиционное, или ум кое, толкование Договора по ПРО, согласно которому запрет налагается на создание, испытания и размер тывание систем и компонентов стратегической ПРО морского, воздушного, космического и мобильно-пи земного базирования, независимо от используемы»! в них технологий.

США вновь подтвердили объективную взаимосшщ. сокращения наступательных ядерных вооружений и oi раничения противоракетных систем, зафиксированную в преамбуле самого Договора по ПРО. Создание од ной державой широкомасштабной противоракетной системы, тем более с элементами космического ба ш рования, не могло восприниматься другой стороной иначе, как угроза ее способности ответного удара основе потенциала сдерживания ядерной агрессии Именно такое понимание обеими державами реально! тей стратегического равновесия легло в основу До

говора по ПРО. В то же время Договор ограничивал не только фактическое развертывание противоракетных систем, но и, что не менее важно, их разработку и испытания. Разработка и испытания широкомасштабной системы ПРО стали бы явным сигналом подготовки к отходу от Договора, что вынуждало бы другую сторону использовать возможность заблаговременного принятия соответствующих контрмер.

ТЕХНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОГРАММЫ СОИ

С самого начала реализации СОИ ставилась цель провести широкую программу научных и технических исследований, которая могла бы обеспечить основу для принятия решения относительно выполнения задами отражения ударов ядерных баллистических ракет всех дальностей действия и увеличение значимости оборонительных систем США и их союзников.

Критерии эффективности после 2—3 лет работ по Программе СОИ официально формулировались следующим образом:

— оборона против баллистических ракет должна быть способна уничтожить достаточную часть наступательных сил агрессора, с тем чтобы лишить его упсренности в достижении своих целей;

— оборонительные системы должны выполнять свою задачу в достаточной степени даже в условиях нанесения по ним ряда серьезных ударов, то есть обкидать достаточной живучестью;

■— оборонительные системы должны подорвать веру у вероятного противника в возможность их преодо-копия за счет наращивания дополнительных наступа-юльных вооружений. Речь идет практически о том, чтобы оборонительные системы выполняли свои функций при меньших затратах, чем необходимо вероятному противнику для принятия контрмер.

Стратегия программы СОИ предусматривала капиталовложения в технологическую базу, которая могла пы обеспечить принятие решения о вступлении в фазу нлпномасштабной разработки СОИ первого этапа и подготовить основу для вступления в фазу концепту-ипьной разработки последующего этапа системы. Такое распределение по этапам, выкристаллизовавшееся только через несколько лет после обнародования про граммы, имело целью создать основу для наращива ния первичных оборонительных возможностей с внсд рением в дальнейшем перспективных технологий, та ких, как оружие направленной энергии, хот первоначально авторы проекта считали возможным с самого начала реализовывать самые экзотические проекты.

Тем не менее, во второй половине 80-х годов в каче стве элементов системы первой очереди рассматрина лись такие, как:

— космическая система обнаружения и сопровож дения баллистических ракет на активном участке тра ектории их полета;

— космическая система обнаружения и сопровож дения головных частей, боеголовок и ложных целей;

— наземная система обнаружения и сопровождс ния;

— перехватчики космического базирования, обсс печивающие поражение ракет, головных частей и их боеголовок;

— противоракеты заатмосферного перехвата баи диетических целей (ЭРИС);

— система боевого управления и связи.

В качестве основных элементов системы на после дующих этапах рассматривались следующие:

— пучковое оружие космического базирования, ос нованное на использовании нейтральных частиц;

— противоракеты для перехвата целей в верхних слоях атмосферы (ХЕДИ);

— бортовая оптическая система, обеспечивающей обнаружение и сопровождение целей на среднем и ко нечном участках траекторий их полета;

— наземная РЛС (GBR), рассматриваемая в км честве дополнительного средства для обнаружении и сопровождения целей на конечном участке траск тории их полета;

— лазерная установка космического базирования, предназначенная для выведения из строя баллистичсс ких ракет и противоспутниковых систем;

— пушка наземного базирования с разгоном енм ряда до гиперзвуковых скоростей (HVG);

•— наземная лазерная установка для поражения баллистических ракет.

Те, кто планировал структуру СОИ, мыслили систему как многоярусную, способную обеспечить перехват ракет в ходе трех этапов полета баллистических ракет: на этапе ускорения (активный участок траектории полета), средней части траектории полета, на которую и основном приходится полет в космосе после того, как боеголовки и ложные цели отделились от ракет, и на 1аключительном этапе, когда боеголовки устремляются к своим целям на нисходящем участке траектории. Самым важным из этих этапов считался этап ускорения, на протяжении которого боеголовки многозаряд-цых МБР еще не отделились от ракеты, и их можно было вывести из строя одним выстрелом. Руководитель управления СОИ генерал Абрахамсон заявил, что и этом и заключается главный смысл «звездных войн».

Из-за того, что конгресс США, исходя из реальных оценок состояния работ, систематически урезал (сокращения до 40—50% ежегодно) запросы администрации на реализацию проектов, авторы программы переводили отдельные ее элементы из первого этапа н последующие, работы по некоторым элементам сокращались, а некоторые исчезали вовсе.

Тем не менее, наиболее проработанными среди других проектов программы СОИ были неядерные проти-норакеты наземного и космического базирования, что позволяет рассматривать их в качестве кандидатов для иервой очереди ныне создаваемой противоракетной «бороны территории страны. Среди этих проектов фигурируют, в том числе противоракета ЭРИС для поражения целей на заатмосферном участке, противоракета ХЕДИ для ближнего перехвата, а также наземная РЛС (GBR), которая должна обеспечить задачу наблюдения и сопровождения на конечном участке траектории.

Наименее продвинутыми оказались проекты по оружию направленной энергии, которые объединяют исследования по четырем базовым концепциям, рассматриваемым в качестве перспективных для много-ииелонной обороны, включая лазеры наземного и космического базирования, ускорительное (пучковое) оружие. космического базирования, ядерное оружие направленной энергии.

К работам, находящимся практически на началь ном этапе, могут быть отнесены проекты, связанные-с комплексным решением задачи.

По целому ряду проектов выявлены только проблс мы, которые предстоит решить. Сюда относятся про екты по созданию ядерных энергетических установок, базирующихся в космосе и обладающих мощностью в 100 квт с пролонгацией по мощности до нескольких мегаватт, новые непилотируемые носители большой грузоподъемности (не менее 100 тонн) и многое другое-

КРИТИКА ТЕХНИЧЕСКИХ АСПЕКТОВ СИСТЕМЫ СОИ

Через 5 лет после презентации программы Федерл ция Американских Ученых (ФАУ) в своем заявлении отмечала: «Самым большим достижением программы СОИ за истекшие 5 лет явилось то, что мы убедились в ее несостоятельности».

Большинство американских специалистов сходяi см на том, что любая система ПРО будет далека oi стопроцентной защиты территории СЕЛА и никоим образом не сведет к нулю страх американцев перед ядерным оружием, что обещал президент США. Доктор Саган из Корнельского университета обращает внимание* на то, что дырявый щит хуже, чем ничего, поскольку он может внушить ложное чувство безопасности. Даже-если можно было бы осуществить мечту президент о совершенной защите от вражеских МБР, отмечаю i критики СОИ, она не в состоянии обеспечивать перехил i других видов наступательного оружия, таких, как бом бардировщики и низко летящие крылатые ракеты.

О технической несостоятельности работ по исполь зованию технологий направленной энергии свидетель ствуют решения конгресса США при утверждении ежегодных бюджетных ассигнований: начиная с конца 80-х годов, на эти работы выделялось уже значительно меньше средств, чем до 1983 г., то есть до начали программы СОИ.

В конце концов авторы программы отказались hoi обеспечения первоначально принимаемых значений живучести системы.

Как уже отмечалось, наиболее важным этапом перехвата баллистической ракеты является участок ее ускорения. Но вот именно здесь и возникают максимальные трудности. Дело в том, что вся система слежения за участком ускорения должна базироваться на использовании инфракрасных датчиков наблюдения ta территорией противника. Поскольку такие датчики нс способны видеть дальше горизонта, всю систему даттаков надо заблаговременно располагать в космосе, где она будет исключительно уязвимой. Бывший мийистр обороны США Г. Браун именно в отношении '(того элемента системы СОИ отмечал: «Легче уничтожить космические компоненты системы стратегический обороны, чем уничтожить сами баллистические ракеты».

Кроме того, у защищающейся стороны будет немного времени для обнаружения и уничтожения ракеты на этом начальном этапе полета. По оценкам экспертов, в настоящее время этот этап полета стратегических БР длится до 5 минут, а в перспективе может быть доведен до 100 секунд и даже до меньшей величины.

Ракеты, которые не будут поражены на этапе ускорения, создают новую колоссальную проблему на средней части траектории полета. Дело в том, что |дссь боеголовки летят в окружении большого количества ложных целей, й проблема заключается в том, • чтобы выявить среди них боеголовки и ликвидировать последние. Инфракрасные датчики на этом этапе бессильны. Планировалось облучать все летящие элементы потоком незаряженных атомных частиц, которые заставят «светиться» (выделять гамма-излучение) только ядерные боеголовки. В то же время инструмен-I арий, требуемый для облучения целей потоком неза-рнженных частиц, настолько громоздок (вес одной ус-кГцовки для такой селекции оценивается в 20 тонн), что его вряд ли возможно вывести на орбиту в качестве боевой машины.

Для поражения боеголовок мыслилось использовать лазерное оружие. Наиболее «продвинутыми» яв-■Шются химические лазеры, но они считаются слишком фомоздкими для развертывания в космосе. В то же й|)емя, обладая большой длиной волны, они не годятся для наземного базирования. В этом отношении бола* подходящим является лазер на свободных электронах, в котором лазерное излучение генерируется в резуль тате взаимодействия между электромагнитными поля ми электронов. Но здесь при создании лазерного ору жия наземного базирования придется позаботиться о том, чтобы их лучи отражались специальными зср калами, которые из космоса будут отклонять их в нуж ную сторону. Создание же таких зеркал и способом управления ими— это колоссальная научно-техничсс кая задача.

Если же говорить о рентгеновских лазерах, то здесь следует отметить не только неготовность этих элемеи тов системы даже на теоретическом уровне, но и у по мянуть бессмысленность этих работ с точки зрения поставленной перед СОИ задачи— ликвидирован, ядерное оружие, потому что сам по себе рентгеновский лазер предусматривает использование энергии ядерно го взрыва.

На заключительном этапе полета неприятельских боеголовок задача наблюдения представляется сран нительно простой, так как здесь за ними можно на блюдать с помощью «обычных» РЛС, но при этом не следует забывать, что на решение всей задачи обнару жения, сопровождения и перехвата остается исключи тельно мало времени — порядка двух минут. Прочим ник же обладает возможностью полностью заблокиро вать работу всех РЛС путем «встречного» подрынн (подрыва ядерного заряда по сигналу угрозы со сторо ны ударных средств СОИ) одной из ядерных боек» ловок! В этом случае будут «ослеплены» средства на блюдения и сопровождения системы СОИ.

Это только отдельные проблемы, которые, по мне нию критиков программы, находятся на начальном этапе их решения.

Но есть и комплексная задача. Вся информация, необходимая для осуществления управления боевыми действиями системы, включая данные по обнаружг нию и слежению за вражескими МБР, должна будп передаваться от одной группы спутниковых и назем ных средств к другой по мере прохождения баллис i и ческой ракетой различных этапов своей траектории Компьютерная программа, необходимая для управ иг ния такой оборонительной системой, намного сложнее, чем все имеющиеся в практике на сегодняшний день. Кроме того, необходимо иметь в виду, что такая программа не может быть отработана и проверена Л натурных условиях (не начинать же ядерную войну для отработки программы), что делает весьма сомнительной возможность решения этой задачи вообще.

Речь пока не шла о контрмерах, предпринимаемых другой стороной, которые могут существенно услож-Пить все то, о чем говорилось выше, и не исключено, что тогда можно будет, перефразируя выражение I*. Рейгана, сказать: принимаемые контрмеры сделают «Систему СОИ бессильной и устаревшей еще до того, KfiK она будет полностью развернута.

К ОЦЕНКЕ НЕКОТОРЫХ ИСХОДНЫХ ДАННЫХ, ЗАКЛАДЫВАЕМЫХ В СИСТЕМУ СОИ

Продолжая тему авантюризма авторов программы СОИ (по-другому это назвать нельзя), следовало бы остановиться на исходных данных по советскому потенциалу, которые принимались при формировании требований к СОИ и которые позволяли получать «удобные» выводы.

Авторы программы утверждали, что Советский Союз в качестве критерия выведения США из игры стан ил для своих стратегических сил задачу уничтожения 70% промышленности и до 50% населения страны. U этом случае считалось, что если решение этой задачи будет сорвано, то цель создания СОИ будет выполнена. А где же решение задачи, декларированной президентом, о создании непроницаемого купола над США (не говоря уже о таком куполе над территорией союзников)?!

Интересные характеристики по надежности советских ракет принимались идеологами СОИ. В частности, надежность советских МБР принималась равной 40%, а БРПЛ— 70—75%. По оценкам американских специалистов, сделанным уже в 90-х годах, значения ■той надежности гораздо выше.

По заявлению руководителя Управления СОИ генерала Абрахамсона, сделанному в мае 1986 г., поэтапное развитие СОИ будет производиться таким образом, чтобы быть всегда «на шаг впереди потенциального противника» и демонстрировать столь эффекта» ную технику,-чтобы противник со временем отказался от мысли преодолеть создаваемую систему ПРО.

Насколько неблагодарны прогнозы вообще, и осо бенно в отношении нашей страны, видно из следую щих примеров:

— в свое время США прогнозировали появление ядерного оружия в СССР гораздо позже, чем оно появилось в действительности (1949 г.);

— в 1975 году, когда американскому президенту на саммите во Владивостоке советской стороной было предложено договориться о введении запрета на рал вертывание ракет с РГЧ индивидуального наведения. Соединенные Штаты отказались обсуждать это пред ложение, имея в виду, что они значительно опережаю i нашу страну в этой области. На самом же деле Со ветский Союз не только догнал американцев в этой части, но и сумел их опередить в связи с тем, что его ракеты, как более мощные, были способны нест большее количество боеголовок, и уже США были вынуждены в рамках переговоров по Договору СНВ-2 вносить предложения о введении запрета на МЫ* с РГЧ;

— идеологи СОИ обращали внимание в начале 80-х годов на то, что СССР не имеет мощных твер дотопливных ракет, которые обладают тем принцип и альным отличием от жидкостных ракет, что их «этап ускорения» (активный участок) существенно меньше и может быть при необходимости еще больше сокра щен. По мнению американских прогнозистов, такие ракеты в нашей стране могли появиться, только очень не скоро. Жизнь и здесь посрамила авторов прогнозов. Уже в конце 80-х годов на вооружении появились твердотопливные МБР (СС-24) и БРПЛ (СС-Н-20) бо лее мощные, чем американские «МХ» и «Трайдент-2»;

— казалось, справедливой была оценка америкап цев, что им в реализации программы СОИ значитель но «поможет» отставание нашей страны в вычисли тельной технике. Но и здесь все далеко не так прост Характерен, например, такой факт. В начале 90-х годов американские ученью побывали в российском ядерно м центре в Сарове (как известно вычислительные задачи, связанные с ядерным взрывом, сегодня являются одними из самых сложных в современной практике). И .самое яркое впечатление американских ученых от посещения этого центра заключалось в том, что там с Помощью более «отсталой техники», по их мнению, решаются более сложные задачи, чем в США (за счет умелого программирования и комплектования вычислительных средств).

И этот перечень можно продолжать и продолжать.

СОИ — ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СТОРОНА ВОПРОСА

Еще задолго до провозглашения СОИ правительство США тратило на военно-космические научные разработки много больше, чем на исследования по мирному использованию космоса. В 1970—1984 гг. на военно-космические НИОКР, по официальным данным, было израсходовано 291 млрд долларов, а на исследования в области гражданского космоса— 139 млрд, долларов.

Начиная с 1984 финансового года, программа СОИ занимает отдельную строку в военном бюджете. При этом особое раздражение в конгрессе вызывало при рассмотрении программы то, что Пентагон, требуя выделения средств в бюджете на текущий год, не называл стоимость программы в целом. Появившиеся в печати оценки полной стоимости программы колебались в широком диапазоне и доходили до 1,5 и даже до 3 триллионов долларов.

Максимальный уровень ежегодных запросов Пентагона в период правления Р. Рейгана доходил до 6,9 млрд долларов (по 1989 фин. г.), не говоря о том, что некоторая часть дополнительных расходов на эту программу проходила по бюджету НАСА и Министерства энергетики (прежде всего, на ядерные испытания в целях создания рентгеновского лазера с ядерной накачкой). Около 40% бюджета СОИ тратилось на разработку новых видов оружия: оружия направленной энергии — лазерного и пучкового, снарядов-перехватчиков, электромагнитных пушек, то есть именно тех элементов, где технический задел был абсолютно недостаточен.

Р. Рейган, стремясь придать СОИ по возможности большую силу инерции, постоянно боролся за увеличенные объемы финансирования и большие контракты. Первоначально считалось, что для того, чтобы программа «звездных войн» не была сдана в архив, объем реализованных работ должен быть по крайней мере нс меньше 20—25 млрд долларов. По оценкам Федерации американских ученых, к началу лета 1987 г. было заключено контрактов на 11 млрд, долларов (конгресс ежегодно урезал запросы администрации).

Проповедники космической ПРО обходят молчанием вопрос принципиальной важности: откуда США с их тогдашним двухтриллионным государственным долгом собирались взять деньги на реализацию программы СОИ? Оттягивая на себя свободный капитал, государство в лице Пентагона лишало гражданскую промышленность дополнительных инвестиций.

Экономическая эффективность создания системы, подобной СОИ, определяется отношением ее стоимости к стоимости возможных контрмер противной стороны. По сути дела, это вариант извечной проблемы соотношения между наступательными и оборонительными средствами, которая еще ни разу, по большому счету, не решалась в пользу оборонительных средств.

Пытаясь свести дебет с кредитом в политических расчетах за создание оружия «звездных войн», сторонники СОИ утверждают, что она-де является ускорителем научно-технического прогресса не только в военных, но и в гражданских целях, позволяет на многие годы загрузить промышленность и создать новые рабочие места.

На самом деле все обстоит совершенно иначе: военный путь достижения гражданских целей примерно в 10 раз дороже мирного. Жизненная практика подкрепляет этот вывод. Согласно рассекреченным данным, например, из 7988 изобретений, запатентованных подрядчиками Пентагона в 1949—1959 гг. только 7% удалось использовать для гражданских целей. То же самое можно сказать по поводу якобы благоприятного воздействия наращивания военных расходов на занятость. Как подсчитала газета «Пиплз дейли уорлд», на 1 млрд долларов можно создать в системе образования более 187 тысяч рабочих мест, в здравоохранении — около 139 тысяч, в строительстве — 100 тысяч, на транспорте— 92 тысячи, а в военном секторе—' всего 75,7 тысячи, не говоря уже о том, что с ростом военных расходов всегда растет инфляция.

Короче говоря, те стратегические преимущества, которые США намеревались получить с помощью программы милитаризации космоса, не будут адекватны тем бешеным экономическим издержкам, которые они понесут.

В период правления администрации Б. Клинтона акценты в финансировании научно-исследовательских программ по противоракетной обороне были смещены: сокращены расходы на стратегическую противоракетную оборону от баллистических ракет и увеличены расходы на оборону от баллистических ракет театра военных действий, хотя при этом всегда заявлялось, что такое смещение акцентов совсем не означает отказа от системы национальной противоракетной обороны.

РАЗОРВАННЫЙ «ПАКЕТ» ИЗ МОСКВЫ

Одним из главных направлений антирейкьявикской деятельности США стала попытка любыми средствами расчленить «пакет» советских предложений, то есть взять из него все уступки и не дать ничего взамен. Конкретно речь повели об отделении решения вопроса о невыходе из Договора по ПРО от проблемы ограничения и сокращения ядерных вооружений— как СНВ, так и РСД.

Поэтому состояние дел на переговорах по ЯКВ продолжало быть неудовлетворительным. Более того, Э действиях американской стороны начали брать верх отрицательные тенденции, стремление трубить отбой тому, что было достигнуто в Исландии.

Как развивались переговоры по ЯКВ после встречи К Рейкьявике?

7 ноября 1986 года советская делегация официально внесла «пакет» предложений (по вопросам СНВ, РСД и укреплению режима ПРО), выдвинутый советским руководством в Рейкьявике. В этих предложениях содержались дополнительно новые подвижки.

По стратегическим наступательным вооружениям— советская сторона заявила о своей готовности как на 50-процентное сокращение СНВ (МБР, БРПЛ, ТБ) сторон в течение 5 лет, так и на их полную ликвидацию в два этапа в течение 10 лет, в комплексе с решением вопроса об укреплении режима Договора по ПРО.

При этом особенно подчеркивались уступки: не засчитывать в состав СНВ другие ядерные вооружения США, достигающие территории СССР; сократить на 50 процентов наши тяжелые МБР; ограничить КР большой дальности морского базирования согласованным уровнем вне общих предельных уровней для носителей и ядерных зарядов СНВ; тяжелые бомбардировщики с ядерными бомбами и ракетами «Срэм» засчитывать но аналогии с моноблочными ракетами (один носитель — один заряд).

По ракетам средней дальности (РСД) — наша делегация выделила проблему РСД из блока вопросов ядерного разоружения, выразив готовность заключить по ней отдельное соглашение. Предложила в течение 5 лет ликвидировать в Европе советские и американ ские РСД при сохранении лишь по 100 боеголовок на таких ракетах в азиатской части СССР и на территории США, вне пределов досягаемости нашей страны.

Была учтена проблема оперативно-тактических ра кет (ОТР)— делегация предложила выработать договоренность по РСД и договориться об установлении равных уровней по ОТР между СССР и США на глобальной основе, причем ни одна из сторон не имела бы таких ракет в Европе.

Здесь мы также подтвердили уступки: не засчитывать ядерные вооружения Англии и Франции; сократить советские РСД в Азии; отложить решение вопроса по авиационным средствам среднего радиуса действия; ликвидировать советские ОТР в Европе.

Укрепление режима Договора по ПРО, — согласно советской позиции, стороны обязались не пользоваться правом выхода из Договора по ПРО в течение 10 лет, строго соблюдая все его положения, включая запрет на испытания компонентов ПРО в космосе. В этих целях следовало согласовать перечень устройств, которые разрешались бы или запрещались к выводу в космос -и договориться об ограничении научно-исследовательских работ в области космической ПРО рамками лабораторий, то есть на Земле — в Институтах, на полигонах, на заводах.

Вопрос о том, как стороны будут поступать по истечении 10-летнего периода, должен был стать предметом переговоров, которые начались бы за 2—3 года до окончания этого фока.

Соединенные Штаты выступили против «пакета» — зд самостоятельное решение каждой проблемы.

Они подтвердили 50-процентное сокращение СНВ, но без увязки с проблемой ПРО и космоса и увеличение срока первого этапа сокращения до 7 лет. Выступили против ликвидации всех СНВ на втором этапе, и были готовы ликвидировать лишь баллистические ракеты. Настаивали на введении подуровней на боеголовки баллистических ракет (4800 ед. на МБР и БРПЛ, в том числе: 3300 ед. на МБР и не более 1650 ед. для тяжелых МБР и МБР с более чем 6 боеголовками); на запрете мобильных МБР; на сокращении вдвое забрасываемого веса советских баллистических ракет. Уходили от решения вопроса об ограничении КР большой дальности морского базирования.

Американские предложения об установлении подуровней на БР и сокращении забрасываемого веса советских МБР для нас были явно неприемлемы, так как они вели к ломке структуры советских СЯС и получению США односторонних преимуществ.

США согласились с «нулевым вариантом» РСД для Европы и по 100 боеголовок на них в азиатской части СССР и национальной территории США. Однако в американскую позицию по РСД были введены осложняющие элементы, для нас неприемлемые: концепции переоборудования РСД (вместо их ликвидации) — Шерпшнг-2» в ОТР, крылатых ракет— в неядерные или перебазирование их на корабли; американской стороной был предложен такой график ликвидации РСД в Европе, по которому на первом этапе сокращались бы только советские ракеты, а США могли бы в это время «посвистывать» или даже наращивать свою группировку; США настаивали на размещении своих РСД на Аляске; по ОТР планировали равные глобальные уровни для обеих сторон, обеспечивавшие право США дополнительно развернуть в Европе ракеты класса «Першинг-1В».

По укреплению режима ПРО США отошли от договоренности, согласованной в Рейкьявике. Они предложили сейчас не пользоваться правом выхода из Договора по ПРО уже в течение не 10 лет, а 7 лет (по 1994 г. включительно) с целью развертывания систем ПРО. При этом разрешались бы испытания компонентов ПРО в космосе. В этот период стороны осуществляли бы взаимный контроль и обмен данными в области обороны. По истечении 7 лет разрешалось развернуть системы ПРО.

Позиция США не содержала каких-либо ограничений в области работ по СОИ, поскольку в течение 7-летнего периода США могли бы беспрепятственно вести подготовку к развертыванию системы или компонентов ПРО территории страны. США сохраняли за собой право выйти из Договора по ПРО в течение 7-летнего периода по причинам, затрагивающим «выс шие интересы» страны, и приступить к развертыванию системы ПРО.

В целом позиция США на переговорах ЯК В не была направлена на достижение взаимоприемлемых соглашений и представляла собой отход от положс ний, согласованных в Рейкьявике. Особенно настойчиво США требовали отделить решение вопроса о космосе (об укреплении режима Договора по ПРО) от проблемы сокращения стратегических вооружений.

Таким образом, отношение к Рейкьявику и позиции сторон на переговорах в Женеве после встречи в верхах вновь наглядно выявили наличие двух тенденций, двух линий в мировой политике — политики СССР, напран-ленной на обуздание гонки вооружений, на предотвращение военной угрозы, с одной стороны, и линии тех сил США и НАТО, которые по-прежнему делали ставку на силу в международных делах, на достижение военного превосходства, которое они рассматривали в качестве непременной предпосылки для осуществления своих неоглобалистских планов.

В этой обстановке при явной недооценке значимое ти Рейкьявика, необходимо было сделать конкретный щаг на пути к реальному ядерному разоружению. Такой шаг был сделан советской стороной.

27 февраля 1987 г. в заявлении М. С. Горбачева была выдвинута новая инициатива. Было предложено заключить отдельное соглашение о полной ликвидации ракет средней дальности в Европе при сокращении Их до 100 боеголовок у СССР в азиатской части и праве США иметь такое же количество на своей национальной территории (кроме Аляски). Была выражена также готовность приступить к переговорам по ОТР с целью полной ликвидации этого класса оружия. В июле 1987 г. в интервью Генсека индонезийской газете «Мердека» было заявлено о готовности Советского Союза ликвидировать все свои РСД и РМД не только в Европе, но и в Азии, при условии, что США поступили бы так же. Советская сторона предложила исходить из «глобального двойного нуля» по этим ракетам.

В соответствии с указанными инициативами, наша делегация на переговорах летом 1987 г. внесла новый вариант Договора по РСД и РМД, проект Соглашения о некоторых мерах по укреплению режима Договора по ПРО и предотвращению гонки вооружений в космическом пространстве и проект Договора о 50-процентном сокращении и ограничении СНВ.

Выделяя проблему РСД в Европе из «пакета» проблем ЯКВ, Советское правительство по-прежнему считало весьма важным делом достижение соглашения по существенному ограничению, а затем и ликвидации стратегических вооружений. Разумеется, заключение такого соглашения, как неоднократно подчеркивалось, было обусловлено соблюдением Договора по ПРО вТом виде, как он был подписан в 1972 году.

Таким образом, в советско-американских отношениях благодаря нашим инициативам происходила «дальнейшая активизация разоруженческого диалога. В 1987 году провели ряд встреч министры иностранных дел СССР и США с участием экспертов по вопросам разоружения: в апреле— в Москве, 15—17 сентября — в Вашингтоне, 22—23 октября — в Москве, 30 октября — в Вашингтоне, 23—24 ноября — в Женеве. В ходе этих встреч удалось завершить согласование положений советско-американского Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД), начать работу над советско-американским договором о сокращении на 50% стратегических наступательных вооружений СССР и США в условиях соблюдения Договора по ПРО 1972 г., достичь договоренности о начале полномасштабных поэтапных переговоров по ядерным испытаниям.

Намечался реальный прорыв! Его создал М. С. Горбачев, который разорвал московский «пакет» и выбросил из него РСМД на рынок торговли. Сговор состоялся!

УРОЖАЙ БЫВАЕТ НЕ СТОЛЬКО ОТ РОСЫ, СКОЛЬКО ОТ ПОТА

При подписании Договора по РСМД я слышал, как президент Рейган произнес русскую пословицу: «Уро жай бывает не столько от росы, сколько от пота» Этой мудрой пословицей он как бы подвел итоги почти семилетних трудов и споров. Несбыточная меч та превратилась в реальность. Акт доброй воли вошел в историю.

Договор о ликвидации советских и американских ракет средней и меньшей дальности (РСМД) был подписан 8 декабря 1987 года на встрече в верхах в Вашингтоне и вступил в силу 1 июня 1988 года. Бессрочный.

Договором предусматривалась ликвидация всех ра кет средней и меньшей дальности в диапазоне 500 5500 км. Для РСД диапазон дальности 1000—5500 км, РМД— 500—1000 км.

Более конкретные данные об уничтожаемых вооружениях приведены в Меморандуме о договоренности и отражают положение дел на дату вступления в силу Договора (таблица 8).

Таким образом, в результате реализации Договора ракеты средней и меньшей дальности вычеркивались из военного лексикона. Их больше не существует Должно остаться только 15 ракет и 15 пусковых ус тановок в качестве музейных экспонатов. Разумеется, они должны быть приведены в небоеспособное состояние.

Сроки ликвидации: РСД— 3 года в два этапа

Советские КРНБ (С-Х-Ч)— 80 ед. испытаны, но развернуты не были 23.

К концу первого этапа (29 месяцев) у сторон остается такое количество развернутых ракет, которое способно нести 180 боеголовок, а общее количество развернутых И неразвернутых ракет — 200 боеголовок.

Срок ликвидации РМД —1,5 года. Все развернутые и неразвернутые ПУ и развернутые ракеты перемещаются

в места ликвидации не позднее, чем через 90 дней, а все неразвернутые ракеты — не позднее, чем через 12 месяцев после вступления Договора в силу.

Способы уничтожения ракет: путем подрыва или сжигания ступеней ракеты. Головные части без ядерных зарядов сминаются или сплющиваются. Разрешена также ликвидация до 100 РСД методом пуска в первые 6 месяцев после вступления Договора в силу.

Контроль за соблюдением Договора осуществляется инспекциями на местах как на территориях СССР и США, так и на территориях стран размещения. Определены следующие виды инспекций:

— инспекции для подтверждения исходных данных, указанных в Меморандуме, — проводятся с 30-го по 90-й день после вступления Договора в силу;

— инспекции по подтверждению факта ликвидации ракетных операционных баз и объектов (в течение 3-х лет), за исключением объектов по производству ракет;

— инспекции на основе ежегодных квот (в течение 13 лет: первые 3 года по вступлении Договора в силу — 20 инспекций в год, в последующие 5 лет-— по 15 инспекций в год и в течение остающихся 5 лет — по 10 инспекций в год);

— постоянные инспекции за непроизводством ракет на выходе с завода-изготовителя (в течение 13 лет): для СССР — Боткинский машиностроительный завод, Удмуртия; для США — завод № 1 «Геркулес» (г. Магна, штат Юта);

— постоянные инспекции за процессом ликвидации (в течение 3-х лет).

Инспекции подлежат: у СССР— 117 объектов, у США — 32 объекта. Всего инспекций за 3 года ликвидации: на территории СССР и его союзников (ГДР и ЧССР)— до 300, за 13 лет— около 420; на территории США и их союзников— около 100 и 250, соответственно.

Неотъемлемыми частями Договора являются следующие документы:

— Меморандум о договоренности об установлении исходных данных, где отражены количества, места размещения и характеристики средств, подпадающих под действие Договора;

— Протокол о процедурах, регулирующих ликвидацию ракетных средств, подпадающих под действие Договора, где определены подлежащие ликвидации элементы средств, общие правила и конкретные процедуры их ликвидации;

— Протокол об инспекциях, в котором отражены общие правила и конкретные процедуры инспекционной деятельности в связи с Договором о РСМД.

В целях решения вопросов, связанных с выполнением Договора, предусматривалось создание Специальной контрольной комиссии. В целях обмена уведомлениями, предусмотренными Договором, стороны Используют Центры по уменьшению ядерной опасностей, которые созданы в соответствии с Соглашением Йежду СССР и США, подписанным в сентябре 1987 Года.

Договор предусматривает обязательства СССР и США по соблюдению его положений— стороны должны выполнять настоящий Договор, не принимать никаких международных обязательств и не предпринимать акций, которые противоречили бы его положениям.

Договор является бессрочным, однако каждая сторона имеет право выйти из него, если решит, что связанные с его содержанием исключительные обстоятельства поставили под угрозу ее высшие интересы.

* * *

Как встретила общественность Договор РСМД? В большинстве своем положительно. Договор расценивался как «качественный скачок» в сторону понижения уровня военного противостояния и укрепления всеобщей безопасности. Он, безусловно, дал новый импульс процессу разоружения и разрядки в отношениях Восток-Запад, «приоткрыл дверь» и если не останавливаться, а стремиться идти дальше, он может стать «началом конца гонки ядерных вооружений». Преобладавшие еще недавно рассуждения о том, что реальное значение самого Договора не так уж и велико, поскольку он затрагивает лишь 3—4 процента ядерных арсеналов СССР и США, все больше уступают место пониманию, что ликвидация ракет средней и меньшей дальности на деле означает резкое понижение европейского ядерного противостояния.

Много говорили и даже говорят теперь о наших уступках. Такие уступки были.

Верно, мы ликвидируем больше ракет и боеголовок. Но дело здесь не в арифметике, а в балансе интересов. Он соблюден полностью. Были и встречные уступки со стороны США. Каждая сторона прошла свою часть пути, в результате получился Договор. Ведь мы всегда говорили об опасности размещения вблизи границ СССР американских ядерных средств передового базирования (ЯСПБ), особенно РСД— «Першингов» и КРНБ. Например, ракеты «Першинг-2» могли через 10—12 минут после пуска поразить не только Кремль, но и каждое здание в Кремле. Эти средства кое у кого порождали ложную надежду на возможность победы в «ограниченной» ядерной войне, ими пытались шантажировать нас, добиться военного превосходства. Но превосходства не получилось.

Так что дело не в арифметическом балансе, а в главном — обороноспособность нашей страны ни в коей мере не уменьшилась. Для надежной обороны государства и своих союзников у нас были другие средства.

Значение Договора по РСМД состоит в том, что был сделан первый шаг в направлении ликвидации ЯСПБ США в Европе. История решила так, что ликвидация этих средств начиналась с РСД. Впервые после 2-й мировой войны целые классы вооружений были уничтожены не потому, что они потеряли необходимые качества, устарели, и не потому, что исчезла военная опасность. Оружие уничтожено потому, что оно было новейшим и его дальнейшее присутствие стало одним из факторов, увеличивавших военную опасность. В этом плане Договор означал преодоление психологического барьера в отношениях между двумя ядерными державами. Это победа всех тех, кто не хотел согласиться с фатальной неизбежностью гонки ядерных вооружений.

Но Договор по РСМД — лишь первый шаг, и его значение во многом зависело от того, последуют ли за ним второй, третий и другие шаги, а также какими они будут. Каковы перспективы после РСМД: будет ли снижение, ослабление конфронтации или наступит пауза в процессе сокращения вооружений, или даже начнется обратное движение, когда прекращение гонки вооружений на одних направлениях будет «компенсироваться» ее усилением на других?

Ответить на эти вопросы непросто. Все ждали — когда будет и будет ли СНВ-1?

ПРОРЫВ ЧЕРЕЗ МИННОЕ ПОЛЕ ПРОБЛЕМ. ПОЧЕМУ Р. РЕЙГАН ЗАЧИСЛИЛ СЕБЯ В ДРУЗЬЯ ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ?

Во время вашингтонской встречи состоялось подписание Договора между СССР и США о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Как указано в Совместном советско-американском заявлении, этот Договор является историческим как по своей цели — полному уничтожению целого класса ядерных вооружений СССР и США, — так и по новизне и масштабу предусмотренных в нем мер контроля. Это совместное достижение является жизненно важным вкладом в укрепление стабильности.

В ходе переговоров между М. Горбачевым и Р. Рейганом удалось добиться значительного продвижения но проблеме радикального сокращения СНВ сторон. Руководители договорились поручить своим представителям на переговорах в Женеве стремиться к завершению выработки договора о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений и всех связанных с ним документов в возможно кратчайшие сроки.

При этом участникам переговоров в Женеве рекомендовалось основываться на договоренностях о 50-процентных сокращениях, достигнутых в Рейкьявике, которые в дальнейшем получили свое развитие и теперь отражены в согласованном тексте совместного проекта договора, над которым идет работа в Женеве, включая предельные уровни, не превышающие 1 600 единиц для средств доставки СНВ, 6 000 для боезарядов, 1 540 боеголовок на 154 тяжелых ракетах; правило засчета тяжёлых бомбардировщиков и их ядерных вооружений;

договоренность о том, что в результате таких сокращений суммарный забрасываемый вес МБР и БРПЛ в СССР сократится до уровня, составляющего примерно 50% от его существующего уровня, и этот уровень не будет превышаться ни одной из сторон.

В качестве первоочередных задач они должны были сосредоточить внимание на следующих вопросах:

— дополнительные шаги, необходимые для обеспечения того, чтобы сокращения привели к укреплению стратегической стабильности. Это будет включать установление предельного уровня в 4 900 единиц на суммарное количество боеголовок МБР и БРПЛ в рамках совокупного уровня в 6 000 боезарядов;

— правила засчета, определяющие количество ядерных крылатых ракет воздушного базирования (КРВБ) большой дальности, которое будет засчитываться за тяжелыми бомбардировщиками каждого типа;

— принятие взаимоприемлемого решения по вопросу об ограничении развертывания КРМБ большой дальности, оснащенных ядерными боезарядами. Такие ограничения не будут связаны с засчетом КРМБ большой дальности, оснащенных ядерными боезарядами, в рамках предела в 6 000 единиц на число боезарядом и предела в 1 600 единиц на средства доставки СНВ. Стороны обязались установить предельные количества таких ракет и вести поиск взаимоприемлемых и эффективных методов контроля за осуществлением таких ограничений, что могло бы включать использование национальных технических средств, мер на основе сотрудничества и инспекции на местах;

— правила засчета для существующих баллистических ракет. При этом стороны исходят из того, что существующие у сторон типы баллистических раке! развернуты со следующим числом боеголовок:

Для США— «МХ»— 10, «Минитмен III»— 3, «Минитмен П» — 1, «Трайдент 1» — 8, «Трайдент II» — 8 и «Посейдон» — 10;

Для СССР — PC-10 (СС-11)— 1, РС-12 (СС-13Ь 1, PC-16 (СС-17) — 4, PC-20 (СС-18)— 10, PC-18 (СС 19)— 6, PC-22 (СС-24) — 10, РС-12М (СС-25)— 1, РСМ-25 (СС-Н-6)— 1, РСМ-40 (СС-Н-8)— 1, РСМ-50 (СС-Н-18)— 3, РСМ-52 (СС-Н-20) — 10, РСМ-54 (СС Н-23) — 4.

Должны быть выработаны процедуры, которые позволят осуществлять проверку числа боеголовок на развернутых баллистических ракетах каждого конкретного тина. В случае, если одна из сторон изменяет количество боеголовок, заявленное для развернутых ракет того или иного типа, стороны заблаговременно уведомляют друг друга. Надо было согласовать, как засчитывать боеголовки на будущих типах баллистических ракет, охватываемых договором.

• Руководители государств договорились об обмене данными, включая объявление каждой стороной числа и-местонахождения средств, ограничиваемых договором, и объектов, на которых размещены такие средства, а также соответствующие уведомления. Упомянутое объекты будут включать места и объекты для производства и окончательной сборки, хранения, испытания и развертывания средств, охватываемых этим договором. Стороны обменяются такими объявлениями до подписания договора и будут периодически их обновлять после вступления договора в силу.

Были согласованы принципиальные вопросы инспекции, порядка наблюдения на месте за ликвидацией СНВ, за периметром и проходными пунктами важнейших производственных и вспомогательных объектов с целью подтверждения объема производства на этих объектах.

Важным моментом вашингтонской встречи явилось то обстоятельство, что руководители двух стран поручили своим делегациям в Женеве выработать договоренность, которая обязала бы стороны соблюдать Договор по ПРО в том виде, как он был подписан в 1972 году, в процессе осуществления исследований, разработок и при необходимости испытаний, которые разрешаются по Договору по ПРО, и не выходить иЗ Договора по ПРО в течение согласованного срока. Интенсивные обсуждения стратегической стабильности начнутся не позднее, чем за три года до окончания согласованного срока невыхода, причем после этого Периода, если только стороны не договорятся об ином, каждая из сторон будет иметь право сама определить £ВОЙ образ действий. Такая договоренность должна была иметь такой же юридический статус, как договор по СНВ, Договор по ПРО и другие столь же юридически обязывающие соглашения. Эта договорен ность должна быть зафиксирована в форме, взаимо приемлемой для сторон. Поэтому они дают указании своим делегациям рассмотреть эти вопросы в первую очередь.

В целом встреча в Вашингтоне была более резуль тативной, чем в Женеве и Рейкьявике. Конструктив ным был диалог. Явно ощущалось, что перемены в со ветско-американских отношениях происходят, но о ко ренном переломе говорить было пока рано. Тем более, что определенные круги в США и в других западных странах мобилизовались, чтобы предотвратить изме нения к лучшему, призывая руководство США не захо дить далеко и требуя срочно принять меры по «ком пенсации» ликвидации РСД и РМД путем наращивл ния в Европе новых ядерных сил, модернизации остающихся там ядерных и других вооружений. Они пытались утверждать, будто переговоры в Вашингтоне сняли разногласия по такому вопросу, как СОИ. И под этим предлогом призывали к форсированию этой про граммы. Такие действия могли привести к откату oi достигнутых успехов по проблеме СНВ. Однако отка i а не произошло. Переговоры набирали силу.

В дальнейшем крупные шаги в интересах вырабо i ки Договора по СНВ были предприняты в ходе встреч на высшем уровне в Москве (1988 г.), на Малые (1989 г.), в Вашингтоне (1990 г.), а также встреч ми нистров иностранных дел СССР и США в Вайомише (1989 г.), в Москве, Вашингтоне, Нью-Йорке, Хьюсто не — 1990 г:, в Берлине, Вашингтоне, Лондоне (1991 г.) В результате был дан «зеленый свет» Договору по СНВ.

Анализ переговоров в ходе указанных выше встреч позволяет судить о том, что в целом они велись с уче том обеспечения равной безопасности. На них обсуж далось большое количество проблем, для решения ко торых требовались взаимные уступки, компромиссы Заинтересованность сторон в достижении целей пере говоров вынуждала искать и находить такие взаимо выгодные варианты. Вместе с тем нельзя не отметич что главные усилия США были направлены на ю, чтобы разрушить сложившуюся у нас структуру СПИ путем максимальных ограничений советской групп и ровки МБР — мобильных и тяжелых ракет и оставить Практически без изменения свою «триаду» СНВ. Большие трудности потребовалось преодолеть в решении вопроса о КРВБ и КРМБ, разгадывая американские фокусы с подсчетом этих вооружений.

Небезынтересно отметить еще одно обстоятельство, которое не могло пройти незамеченным и в Америке и в Советском Союзе.

На наших глазах от встречи к встрече менялось поведение президента Р. Рейгана. Его крайне правые реакционные взгляды были поколеблены. Его призывы К «крестовому походу», изречения типа «СССР — империя зла» и др. постепенно уходили из лексикона. СССР в глазах Запада стал восприниматься обновлен-ЙЫм обществом, менялось отношение к советским людям. Конечно, далеко не все так думали. «Правые» в Америке по-прежнему враждебно относились к нашей стране, резко критиковали президента за его малейшее отступление от прежнего курса. Запомнился тдкой случай.

5 декабря 1987 г. (перед встречей в верхах) состоялось телеинтервью с Р. Рейганом. Президент изложил свре мнение о предстоящей встрече и заявил о том, что Советско-американские отношения меняются к лучше-(й{у, у него складывается дружба с советским руководством и он полон надежд на успешное решение на взаимоприемлемой основе всех проблем, которые выносятся на встречу.

Журналист, бравший интервью у президента энергично поворачивается к телезрителям и произносит буквально следующее: «Никак не могу понять нашего Президента. Вы послушайте его: вчера он шумел о«крестовом походе», об «империи зла», а сегодня — чтр плетет? И это называется президент Америки? Неполноценный идиот, которого умело использует Москва в своей пропаганде». На следующий день (6tl2.87) газета «Вашингтон Таймс» вынесла последние слова журналиста в заголовок статьи. .

В Москве Рейган заявил, что он больше не считает СССР «империей зла». Это слышала вся Америка. Этот факт для многих американцев явился своего рода «Психологическим прорывом» в восприятии Советского Союза. В устах любого американского деятеля это прозвучало бы неубедительно. Но это сказал сам Рейган, которому многие американцы верили.

Правда, насчет того, что он зачислил себя в друзья Генсека, многие американцы сомневаются, говоря! , что здесь он переборщил. Вообще за Рейганом, как говорят «правые», нужен глаз да глаз. Перед поездкой в Москву советники инструктировали его не соглашаться с Горбачевым сразу. Выслушай и скажи: рассмотрим, ответ дадим позже. Поэтому они особо опасались, когда Рейган был один на один с советским руководителем.

Как бы то ни было, но взаимоотношения Запада с Советским Союзом все больше начали развиваться на основе сотрудничества. Появлялись ростки доверия. Намечался прорыв в области сокращения стратегических ядерных сил сторон. Проблем на пути к СНВ оставалось еще много. Но постепенно на встречах президентов в Москве и Вашингтоне удалось сблизить позиции, решить самые трудные проблемы контроля, вопросы КРВБ и КРМБ большой дальности и многие другие. Проделанная президентами и делегациями сторон работа позволила, в конце концов, преодолеть минное поле проблем и на 22-ом году переговоров по СНВ выйти на реальное соглашение — Договор СНВ-1 (приложение 4).

Договор между СССР и США о сокращении и oi -раничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-1) был подписан М. Горбачевым и Дж. Бушем 31 июля 1991 года в Москве.

Ратифицирован в декабре 1994 года, срок действия— 15 лет (до 2009 года), возможно продление срока действия.

Заключение Договора СНВ-1 стало возможным в результате длительной (начиная с 1985 г.), сложной и кропотливой работы руководителей государств и огромного числа специалистов в этой области. Благодаря им были найдены взаимоприемлемые решения наиболее важных проблем, служивших предметом разногласий между сторонами, и, таким образом, согласованы ключевые элементы договора, определяющие его .содержание. Можно привести большое количество примеров компромиссных решений для соблюдения позиций сторон. Так, советская сторона согласилась:

— сократить наполовину (на 50 процентов) свои тяжелые МБР;

— сократить примерно в 2 раза (почти на 50 процентов) суммарный забрасываемый вес своих МБР Ц БРПЛ;

— пойти на подписание и ратификацию Договора по СНВ и в том случае, если к завершению его выработки не будет достигнута договоренность по проблеме ПРО (но стороны продолжали бы соблюдать Договор но ПРО 1972 года);

. — пойти на то, чтобы предел на ядерные КРМБ большой дальности не фиксировался в тексте Договора по СНВ, а устанавливался путем политически обязывающих взаимных обязательств (односторонние заявления о планах развертывания таких КРМБ, примем их количество в любой момент не должно превышать 880 ед.);

, — засчитывать тяжелые бомбардировщики с ядерными вооружениями малой дальности и ядерными ромбами как «один носитель — один заряд»;

— учитывать ядерные КРВБ на ТБ по американской методике. Мы отказались от зачета боезарядов на тяжелых бомбардировщиках, оснащенных для ядерных КРВБ большой дальности, по максимальному количеству, для которого реально оснащен тяжелый бомбардировщик соответствующего типа.

Американская сторона, в свою очередь, согласилась: сократить СНВ на 50 процентов; снять свое предложение о запрете на мобильные МБР; установить предельные количества для КРМБ большой дальности; установить дальность 600 км в качестве границы Деления КРВБ и КРМБ на ракеты большой и малой дальности; не базировать СНВ за пределами национальных территорий; снять свое требование о запрещении производства и модернизации тяжелых МБР.

Являются ли разумными и обоснованными указанные выше компромиссные решения? На наш взгляд, являются и разумными, и обоснованными по следующим соображениям.

Прежде всего о соблюдении сторонами Договора по ПРО 1972 г. Этот вопрос принципиальный, о чем было уже сказано. Но упорно стоять на своей прежней позиции означало бы срыв подписания Договора. Поэтому мы выступили с односторонним заявлением о том, что если бы одна из сторон нарушила Договор по ПРО 1972 года или вышла из него, то другая сторона считала бы поставленными под угрозу свои высшие интересы и могла бы использовать свое право выхода из Договора по СНВ.

Об ограничении КРВБ. Важным для нас (с точки зрения построения нашей системы ПВО) является уста новление рубежа дальности полета, начиная с которого эти ракеты относились бы к ракетам большой даль ности и подлежали засчету в уровень боезарядов по правилу «каждая ядерная КРВБ большой дальности -один боезаряд». Такой рубеж установлен— 600 км Этот рубеж был ранее согласован на советско-амери канской встрече на высшем уровне во Владивостоке в 1974 г. и подтвержден при выработке Договори ОСВ-2. Если бы мы приняли предложение американцем об установлении рубежа дальности в 800 км или даже более, то это заставило бы нас перестраивать свою ПВО и позволило бы США вывести из-под зачета значительное количество ракет, для которых при этом действовало бы правило зачета всего боекомплект ядерных зарядов, находящихся на тяжелом бомбар дировщике, за один боезаряд. Кроме того, США имели бы возможность оснащать ударные самолеты такги ческой авиации подобными ракетами, что придало бы способность этим самолетам наносить удары, не захо дя в зону нашей ПВО.

О зачете КРМБ. Американская сторона имели в этом виде вооружений преимущество. Она вела дело к тому, чтобы вывести КРМБ большой дальносш из-под ограничений Договора по СНВ. Борьба с ти кими КРМБ (дальность 2600 км, высота полет 50 м) — задача сложная. Корабли, оснащенные KPMI. большой дальности, представляют серьезную утром у Стороны согласились решить вопрос о таких ракет л х вне рамок Договора по СНВ на основе политически обязывающих заявлений, действующих в течение bcci о срока действия Договора. При этом важным для шк являлся также рубеж дальности для таких ракет 600 км и установление предела на их количество. Амс риканцы согласились с нашим предложением об усы новлении рубежа дальности в 600 км и ограничении и ч предела в 880 ед. На этот счет были оформлены соответствующие Заявления СССР и США.

О советских тяжелых МБР. США настаивали на запрете производства, проведения любых пусков и модернизации тяжелых МБР, что означало бы их «отмирание» и снижение возможностей наших СНВ оперативно создавать противодействие в случае развертывания США широкомасштабной ПРО. Было достигнуто согласие сократить тяжелые МБР на 50 процентов и запретить создание, испытание и развёртывание новых типов таких ракет при сохранении права на их модернизацию.

О мобильных МБР. Американцы, понимая значимость высокой живучести нашей мобильной группировки, пытались вначале вообще ее запретить, затем любыми путями ее ограничить. Они предлагали жесткие условия, связанные с выходом грунтовых мобильных пусковых установок МБР на боевое патрулирование, ограничение размеров районов базирования, предоставление уведомлений о выходе пусковых установок таких ракет из пунктов постоянной дислокации. Однако все-таки удалось согласовать такие положения, которые отвечают задаче сохранения живучести нашей мобильной группировки МБР.

Благодаря взаимоприемлемым компромиссным решениям удалось выйти на финиш — подписать и ратифицировать Договор.

Что составляет основное содержание Договора СНВ-1?

Первое— в состав договора входят следующие документы:

— сам Договор, состоящий из преамбулы, 19 статей и приложения «Согласованные заявления»;

— Меморандум о договоренности об установлении исходных данных;

— Протокол об инспекциях и деятельности по непрерывному наблюдению с приложениями к нему;

— Протокол о процедурах, регулирующих переоборудование или ликвидацию средств, подпадающих иод действие Договора;

— Протокол об уведомлениях;

— Протокол о забрасываемом весе баллистических ракет;

— Протокол о телеметрической информации;

— Приложение к Договору «Термины и их определения».

Объем всех этих документов — около 700 страниц. Меморандум и Протоколы являются неотъемлемой частью Договора и подлежат ратификации одноврс менно с ним.

Второе— уровни сокращений СНВ (статья II). Со кращению и ограничению подлежат МБР, ПУ МБР, БРПЛ, ПУ БРПЛ, тяжелые бомбардировщики, боеза ряды МБР и БРПЛ и ядерные вооружения тяжелых бомбардировщиков (ядерные КРВБ большой дально сти, другие ядерные вооружения).

Сокращения указанных выше СНВ осуществляются в течение 7 лет после вступления в силу Договора. В целях контроля за сокращениями установлены этапы сокращений (продолжительностью три, два и два года) с промежуточными уровнями для развернутых МБР и БРПЛ и связанных с ними пусковых установок, а также для развернутых тяжелых бомбардировщиком и боезарядов, которые за ними числятся. К концу каждого этапа любая из сторон не должна превышат1. эти установленные уровни сокращений. К концу трс тьего этапа, то есть через 7 лет после вступления в силу Договора, и в дальнейшем у каждой из сторон должно остаться суммарно не более:

— 1600 единиц для развернутых МБР и связанны х с ними ПУ, развернутых БРПЛ и связанных с ними ПУ, а также развернутых ТБ, в том числе 154 единицы для развернутых тяжелых МБР и связанных с ними ПУ;

— 6000 единиц для боезарядов, которые числятся за развернутыми МБР, развернутыми БРПЛ и развср нутыми тяжелыми бомбардировщиками, в том числе 4900 единиц для боезарядов, которые числятся за раз вернутыми МБР и развернутыми БРПЛ, 1100 единиц боезарядов, которые числятся за развернутыми МБР на мобильных пусковых установках МБР, и 1540 еди ниц для боезарядов, которые числятся за разверну тыми тяжелыми МБР.

К концу сокращений стороны должны ограничим, суммарный забрасываемый вес развернутых МБР и развернутых БРПЛ таким образом, чтобы он п<-превышал 3600 тонн, или примерно 50 процентов от уровня суммарного забрасываемого веса развернутых МБР и развернутых БРПЛ СССР по состоянию на 1 сентября 1990 года.

Примерное количество сокращаемых вооружений показано в таблице 9:

Таблица 9

Россия (СССР) США
Исходныеданные Примерное количество сокращаемых СНВ (1600 носителей и 6000 боезарядов) Исходныеданные
МБР 1398 ок. 400 (30%) 250(25%) 1000 МБР
£РПЛ 940 ок. 500 (50%) ок. 240 (36%) 672 БРПЛ
“Тб 162 ок. 200 (35%) 574 ТБ
Всего 2 500 900(36%) 690(30,7%) 2 246 Всего
БЗ 10 271 4271 (41,6%) 4 563 (43,2%) 10 563 БЗ

Таким образом, согласно приведенным данным, Россия при реализации Договора должна сократить 900 ед. (36%) своих стратегических носителей и 4271 ед. (41,6%) боезарядов; США должны сократить 690 ед. (29%) носителей и 4563 ед. (43,2%) боезарядов.

Важным условием понижения числа боезарядов на МБР и БРПЛ является обязательная замена платформ, на которых размещаются боеголовки, с последующей ликвидацией этих платформ. В результате чего затрудняется возврат к прежнему числу боеголовок (восстановление «возвратного ядерного потенциала») в случае нарушения Договора или выхода из него.

Количество боезарядов по видам стратегических носителей распределяется примерно следующим образом (таблица 10).

Таблица 10

Видывооружении Количество боезарядов
Россия(СССР) спи
На МБР и БРПЛ 4900 4500
На ТБ 1100 1500
Итого 6000 6000

Однако из-за драматизма переговоров по КРВЬ и КРМБ реальное число боезарядов отличается oi положенных по Договору. Каждая сторона фактически может иметь (без нарушения Договора) большее коли чество боезарядов, особенно США (таблица 11).

Таблица 11
Виды вооружений СССР(Россия) США
Разрешается иметь по Договору боезарядов на: МБР, БРПЛ и ТБ 6000 6000
Дополнительно можно иметь боезарядов на:ТБ 700 1500
КРМБ 880 880
ИТОГО 7580 8380

Почему так получается? Потому что вследствие принятых правил зачета за тяжелыми бомбардиром щиками, оснащенными для ядерных вооружений, нс являющихся ядерными КРВБ большой дальнос i и (ядерные бомбы и ядерные ракеты класса «воздух земля» с дальностью до 600 км), засчитывается один боезаряд. За тяжелыми бомбардировщиками США, оснащенными для ядерных КРВБ большой дельности, засчитывается 10 боезарядов (реально они могут ос нащаться до 20 таких КРВБ). За советскими тяжелыми бомбардировщиками, оснащенными для ядерных КРВБ большой дальности, засчитывается 8 боезарядом (реально могут оснащаться до 16 таких КРВБ). США могут иметь в пределах суммарного уровня 1600 носи телей не более 150 ТБ, оснащенных для ядерных КРВЬ большой дальности, за которыми числится по 10 боезарядов. СССР может иметь ТБ, оснащенных для ядерных КРВБ большой дальности, за которыми числится по 8 боезарядов, не более 180. В случае, если стороны превышают эти уровни, то за каждым допол нительным ТБ, оснащенным для ядерных КРВБ боль шой дальности, будет числиться то количество ядер ных КРВБ, для которого он реально оснащен.

Кроме установленных количественных ограничении йа развернутые средства СНВ в Договоре определен и предельные уровни и для некоторых категорий нера i

вернутых СНВ (средства СНВ, которые предназначены ддя замены, для испытаний, для обучения, бывшие Тяжелые бомбардировщики). Стороны обязались иметь таких средств не более (статья IV):

— 250 неразвернутых МБР для мобильных ПУ МБР, в том числе 125 ракет для железнодорожных мобильных ПУ МБР;

— 110 неразвернутых мобильных ПУ МБР, в том числе 18 железнодорожных мобильных ПУ МБР;

— 75 ТБ, предназначенных для обучения, бывших тяжелых бомбардировщиков и тяжелых бомбардировщиков, оснащенных для неядерных вооружений;

— 45 ПУ МБР и БРПЛ, предназначенных для ис-«ытаний, в течение семилетнего срока сокращений и 40 ИЙких ПУ после сокращений;

— 60 ПУ МБР и БРПЛ, предназначенных для обучения;

— 20 ПУ МБР и БРПЛ для целей запуска космических объектов; .

— 20 ТБ, предназначенных для испытаний.

Количественные ограничения СНВ будут достигаться путем их переоборудования или ликвидации в соответствии с положениями Протокола о процедурах, регулирующих переоборудование или ликвидацию средств, подпадающих под действие Договора. По процедурам, указанным в этом Протоколе, должны ликвидироваться МБР для мобильных пусковых установок МБР, шахтные пусковые установки, мобильные пусковые установки и их стационарные сооружения, пусковые установки БРПЛ, тяжелые бомбардировщики и бывшие тяжелые бомбардировщики. МБР для шахтных пусковых установок МБР, а также БРПЛ ликвидируются по процедурам по усмотрению стороны, которой принадлежат эти ракеты.

Ликвидация МБР для мобильных пусковых установок МБР осуществляется путем подрыва, сжигания или удаления твердого топлива из ступени. Головная ча$ть этих ракет сминается, сплющивается, разрезается на две приблизительно равные части или уничтожается с помощью взрыва. Шахтная пусковая установка ликвидируется путем разрушения шахты с помощью взрыва. Мобильные грунтовые пусковые установки МБР ликвидируются путем приведения их в состояние, непригодное для использования в качестве боевой техники. Оставшиеся шасси бывших грунтовых мобильных пусковых установок разрешается использовать в народнохозяйственных целях. Железнодорожные мобильные пусковые установки МБР ликвидируются путем удаления аппаратуры ракетного комплекса и разрезания железнодорожного вагона. Ликвидация пусковых установок БРПЛ осуществляется путем удаления ракетного отсека с подводной лодки или удаления ракетных пусковых шахт. По завершению про цедур ликвидации ПУ БРПЛ подводная лодка може i быть использована в целях, не противоречащих по ложениям Договора. Ликвидация тяжелых бомбарди ровщиков или бывших тяжелых бомбардировщиков проводится путем разрезания его планера в заявлен ных местах.

Ликвидация ракетных средств и тяжелых бомбар дировщиков осуществляется в специально оговорен ных местах.

Договор предусматривает ряд качественных огра ничений СНВ — конкретные запреты на определенные категории СНВ, виды базирования и виды деятельное ти. В частности, договором запрещены:

— новые типы тяжелых МБР, мобильные пусковые установки тяжелых МБР, тяжелые БРПЛ и пусковые установки тяжелых БРПЛ;

— размещение развернутых шахтных пусковых ус тановок МБР вне баз МБР для таких пусковых ус тановок;

— новые типы МБР и БРПЛ с количеством боего ловок, превышающим 10 ед.;

— скоростное перезаряжение пусковых установок МБР;

— создание баллистических ракет класса «воздух поверхность» с дальностью, превышающей 600 км;

— ядерные КРВБ большой дальности, снаряжен ные двумя или более ядерными боезарядами;

— оснащение существующих и будущих тяжелых бомбардировщиков более чем для 20 ядерных KPHI. большой дальности для США и более чем для 16 для СССР.

Предусматривается также запрет на осуществление какой-либо деятельности, включая применение шиф рования и глушения, которая препятствует полному доступу к телеметрической информации, передаваемой б эфир в ходе каждого летного испытания МБР или ЁРПЛ, а также на новые виды СНВ, если вопрос не будет заранее согласован.

Вводятся ограничения на размещение и передвижение как развернутых, так и неразвернутых средств СНВ. Так, развернутые мобильные грунтовые пусковые установки МБР базируются только в ограниченных районах (местах размещения), а свою повседневную деятельность могут осуществлять в пределах района развертывания (размер такого района не более 125 000 квадратных километров).

Все развернутые ракеты должны находиться только в определенных и указанных в Меморандуме о договоренности местах: в местах складского хранения, на ракетных базах, в местах ремонта, испытательных полигонах, местах ликвидации, объектах по производству или в пути следования. Нахождение в пути следования ограничивается сроком, не превышающим 30 дней (статья IV). Запрещается размещать ядерные КРВБ большой дальности на авиационных базах ТБ, оснащенных для ядерных вооружений, не являющихся ядерными КРВБ большой дальности; авиационных базах ТБ, оснащенных для неядерных вооружений; авиационных базах бывших ТБ и в местах обучения эксплуатации ТБ. Устанавливаются определенные ограничения на места расположения объектов (не ближе 100 км), где находятся на хранении неразвернутые МБР, по отношению к тем объектам, где они развернуты или находятся мобильные пусковые установки МБР такого же типа (статья IV).

Контроль за сокращением и ограничением СНВ осуществляется на равноправной основе. Главное назначение его состоит в том, чтобы стороны имели полную уверенность в соблюдении всех положений Договора в течение срока его действия. Режим контроля включает в себя использование национальных технических средств контроля (НТСК), инспекции на местах, обмен данными и систему уведомлений, неПрепятствование доступу к телеметрической информации, передаваемой с борта МБР и БРПЛ при их пусках.

Инспекции предусматривают: проверку исходных данных, предоставленных при первоначальном обмене данными при вступлении Договора в силу, и обновленных данных, предоставляемых в ходе реализации Договора; проверку количества боеголовок на развернутых МБР и БРПЛ; показы СНВ с целью подтверждения технических характеристик этих средств; проверку объектов «по подозрению»; проверку с целью подтвер ждения ликвидации средств и объектов.

Устанавливается непрерывное наблюдение за объ ектами по производству: для СССР— объекты по окончательной сборке МБР для мобильных пусковых установок МБР РС-12М и РС-22; для США— объек! по производству первой ступени МБР «МХ» и при начале производства МБР «Минитмен» (если она бу дет производиться в мобильном варианте) — объект, связанный с ее производством.

Предусматривается ряд мер, направленных на обеспечение эффективного контроля с помощью национальных технических средств контроля (НТСК). Эт меры осуществляются на основе сотрудничества и ка саются контроля за мобильными пусковыми установками МБР и тяжелыми бомбардировщиками (стать» XII). При этом для беспрепятственного обзора бсч применения мер маскировки должны выставляться на 6 часов под открытым небом мобильные пусковые установки МБР, находящиеся в местах их размещении, и все тяжелые бомбардировщики и бывшие тяжелые бомбардировщики, находящиеся в пределах одной авиационной базы. Такое выставление проводится не более семи раз ежегодно в течение всего срока дейст вия Договора. Указанные меры на основе сотрудничес тва могут проводиться одновременно только в одном из мест размещения мобильных пусковых установок МБР и одной из авиационных баз тяжелых бомбар дировщиков.

Протоколом об уведомлениях и Протоколом об инспекциях определены порядок, сроки предоставле ния и содержание уведомлений. В Протоколе об уве домлениях предусматривается обмен уведомлениями по следующим вопросам:

— об изменениях в данных, содержащихся в Меморандуме о договоренности, в том числе о планн руемых изменениях в количестве развернутых СНВ на конец года;

— о передвижении средств СНВ (о посадках тяжелых бомбардировщиков в местах, на которых они не базируются, о выходе и возвращении развернутых мобильных пусковых установок МБР из мест размещения, передвижении неразвернутых средств и т. д.);

— о переоборудовании или ликвидации СНВ;

— о мерах на основе сотрудничества, направленных на повышение эффективности НТСК;

— о летных испытаниях баллистических ракет;

— о создании СНВ новых типов и новых видов;

— данные о забрасываемом весе баллистических рдкет в связи с Протоколом о забрасываемом весе.

В Протоколе об инспекциях предусмотрен обмен уведомлениями о прибытии инспекционных групп для проведения различного вида инспекций, об установлении системы непрерывного наблюдения за объектами по производству, о доставке оборудования для такой системы и другие. Для обмена уведомлениями стороны будут использовать Национальные центры по уменьшению ядерной опасности, которые созданы is соответствии с Соглашением между СССР и США В сентябре 1987 года. _

Для содействия осуществлению целей и положений Договора Стороны создают Совместную комиссию пО соблюдению и инспекциям (статья XV). Комиссия, в. соответствии с достигнутой договоренностью, начинает свою работу сразу же после подписания До-гбвора.

Договор остается в силе в течение 15 лет, если только он не будет заменен ранее этого срока последующим соглашением о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (статья XVII). При согласии сторон этот Договор может быть продлен на очередной пятилетний срок. Каждая из сторон имеет право выйти из него, если она решит, что связанные с содержанием Договора исключительные обстоятельства поставили под угрозу ее высшие интересы. Она уведомляет другую Сторону о принятом ею решении за 6 месяцев до выхода из Договора. К Договору можно предлагать поправки.

Значение Договора о сокращении и ограничении СНВ очень велико. Налицо крупный успех в разоруженческом процессе. Более чем на одну треть сокращаются арсеналы стратегических ядерных вооружений двух держав. Вводятся правовые рамки, регламентирующие сложнейшие системы стратегического ядерного оружия. Учитываются и балансируются чрезвычайно разные по составу и структуре практически все виды СНВ (шахтные и мобильные МБР, БРПЛ, ТБ и их вооружения). Ставятся контролируемые ограничители на пути гонки стратегических ядерных вооружений.

Впервые в истории будут значительно сокращены (а не ограничены, как в предыдущих соглашениях) ядерные силы, являющиеся основой военного могу щества СССР и CDIA. Между ними установлен новый стратегический баланс, который будет примерно ни 35—40 процентов ниже прежних уровней.

С чисто военной точки зрения, Договор не устрани ет ядерную опасность, так как у сторон все еще остае i ся слишком много ядерных зарядов. Но дело нс в этом. Соглашение по СНВ далеко выходит за рамки разоруженческого процесса. Оно создает (вместе с до говорами по ракетам средней и меньшей дальноа и и сокращению обычных вооруженных сил в Европе) фундамент укрепления безопасности и предсказуемое ти в военно-стратегической области. У мирового сооб щества создается больше веры и надежды на то, чю США и СССР прекратят наращивание своих стратеги веских вооружений, приступят к дальнейшему равно нравному сокращению СНВ.

Надежды мирового сообщества подкреплялись тем, что в ходе встречи на высшем уровне 1 июни 1990 г. руководители США и СССР приняли «Совмес! ное заявление относительно будущих переговоров но ядерным и космическим вооружениям и дальнейшему укреплению стратегической стабильности: цель nepei о воров «будет состоять в том, чтобы еще более умеш. шить опасность возникновения войны, особенно ядер ной войны, обеспечить стратегическую стабильное и., транспарентность и предсказуемость посредством дальнейших стабилизирующих сокращений страта п веских арсеналов обеих стран. Это будет достигну!о

путем поиска договоренностей, повышающих выживаемость, устраняющих стимулы для нанесения первого удара и воплощающих соответствующую взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными средствами». Стороны согласились делать упор в ходе новых переговоров на уменьшение концентрации боезарядов на стратегических носителях и на оказании предпочтения средствам, обладающим повышенной выживаемостью.

Таким образом, идеи и контуры нового равноправного Договора СНВ-2 закладывались уже в ходе переговоров по СНВ-1. И они, безусловно, были бы во-цлощены в жизнь. Такая уверенность базировалась на Стремлении сторон к продолжению переговорного процесса; наличии политической воли руководителей государств; на приобретенном опыте профессионалов — переговорщиков, которые имели соответствующие принципы (концепции) ведения переговоров, опираясь на отлаженные механизмы подготовки к ним.

УКАЗАНИЯ «СВЕРХУ»:

БЫЛЬ И НЕБЫЛЬ

В российской печати иногда встречаются высказывания о том, что якобы советская сторона вела переговоры по разоружению сумбурно, не имея концепции, методики, конкретных принципов, руководствуясь лишь указаниями «сверху». Поэтому якобы она всегда шла на уступки. Что можно сказать по поводу такой Критики? Все это неправда. Так могут говорить люди, абсолютно не сведущие в этой области. Они напоминают мне того петуха, который знай себе кукарекает, а там хоть не рассветай.

Советская (российская) сторона имеет большой опыт переговоров по разоружению. За многие годы была выработана и проверена на практике конкретная концепция их ведения. Она исходила не из абстрактного мышления, а из реальностей ядерного мира, в частности, из того, что в мире накоплены горы ядерного оружия. В условиях многолетнего противостояния военных блоков огромные ядерные потенциалы сторон представляли реальную угрозу. Достаточно сказать, что в минутной готовности к пуску на боевом дежурстве, например, в середине 80-х годов находились тысячи стратегических носителей и десятки тысяч ядерных боеприпасом. Ядерная опасность достигла предела. Сокращение ядерного оружия стало необходимостью.

Концепция учитывала также, что ядерное оружие США развернуто практически повсеместно, подкреп лено соответствующими планами и стратегиями его применения. Необходимые меры принимались и сове i ской стороной. Поэтому сохранялось примерное рам новесие между стратегическими ядерными силами сто рон, хотя их структуры существенно различались.

Исходя из этих обстоятельств советская концепции переговоров основывалась на следующих принципах.

Прежде всего, мы считали, что переговоры — дело тонкое, сложное. На переговорах по сокращению лю бых вооружений, особенно ядерных, каждый добивае i ся для себя выгодных условий, не подрывающих интересов безопасности его страны. Если при этом перего воры ведутся сторонами примерно равными по силам, а главное— по вопросам, составляющим коренные интересы государств, то необходимо вести их с учетом интересов друг друга.

Вся история переговоров по вопросам разоружения свидетельствует в пользу этого важнейшего принципа Например, по сокращению ядерных вооружений мм имели дело на переговорах с несколькими америкап скими администрациями (Никсон, Форд, Картер, Рей ган, Буш). Все они, разумеется, защищали интересы США. Делали это настойчиво и достаточно умело. Но все они прислушивались к мнению партнера и учи тывали его, хотя опять-таки с позиций интересом США. Мы видели смысл и цель переговоров, заин тересованность сторон в достижении положительных результатов.

В первый срок президентства Р. Рейгана америкап цы не были заинтересованы в достижении положи тельных результатов на переговорах. Они выдвигали заведомо неприемлемые предложения, направленные на одностороннее разоружение Советского Союза. Да же сами представители США на переговорах были уверены, что их предложения мы не примем. Они этого и добивались, так как это послужило бы ос нованием для дальнейшей гонки вооружений. Поэтому четыре года прошли впустую, и настоящие переговоры начались только во второй срок правления администрации Рейгана.

Появившиеся в 80-х годах со стороны советского руководства заявления о так называемых общечеловеческих ценностях, об «общеевропейском доме», о «всемирном правительстве», других вселенских проблемах, Которые делались на всех уровнях, также мешали переговорам по разоружению, поскольку отодвигали в тень национальные интересы страны. Более того, эта Оторванная от жизни иллюзия мечтателей внедрялась в сознание людей вопреки известной истине о том, что Государство лишь тогда чего-нибудь стоит, когда оно способно обеспечить безопасность своих граждан, своих границ, обеспечить в первую очередь свои жизненные интересы.

Ельцинское руководство в своей деятельности, судя по содержанию подписанного Договора СНВ-2, предало забвению истину о защите национальных интересов страны, что вызывает озабоченность у большинства россиян.

Другим важнейшим принципом нашей концепции переговоров являлся принцип равенства и одинаковой безопасности. Он был заложен в основу переговоров С самого начала их возникновения.

Собственно говоря, сами переговоры по ограничению стратегических ядерных вооружений (ОСВ) между СССР и США стали возможными и начали вестись активно с начала 70-х годов— лишь тогда, когда СССР добился примерного равенства с США в стратегических ядерных силах. Именно в условиях баланса сил они стали объективной необходимостью.

Как этот принцип реализовывался, например, во Временном соглашении ОСВ-1 (1972 год), когда США имели МБР и БРПЛ с РГЧ, а СССР не имел их и, следовательно, намного уступал СП1А в количестве боеголовок? США тогда согласились, чтобы Советский Союз имел больше носителей— как МБР (СССР — 1526, США— 1054), так и БРПЛ (СССР— 62 подводные лодки с 950 пусковыми установками, США — 44 подводные лодки с 710 пусковыми установками).

Большее количество боеголовок у США компенсировалось большим количеством ПУ МБР и подводных лодок у Советского Союза. -

Модернизация и замена стратегических ракет и пусковых установок по Временному Соглашению ОСВ-1 разрешались, в том числе и моноблочных на ракеты с РГЧ. С началом развертывания в Советском Союзе ракет с РГЧ Временное Соглашение перестало устра ивать США. Поэтому уже в ноябре 1974 года во Вла дивостоке Л. И. Брежнев и Д. Форд договорились, что в основу будущего Договора ОСВ-2 будут положены:

— равенство у сторон суммарных уровней страте гических носителей (по 2400 МБР, БРПЛ, ТБ);

— равенство у сторон суммарного уровня носи телей с РГЧ (1320 МБР, БРПЛ, ТБ, в том числе МЫ* и БРПЛ-1200, из них 820 МБР).

Особую значимость на переговорах имела взаим ная договоренность о том, что стороны будут рассма i ривать стратегические ядерные силы (МБР, БРПЛ и ТБ) как единое целое и не будут пытаться на перего ворах разрушать исторически сложившиеся их струк туры, их боевые возможности.

Сохранение структуры СЯС— этот принципиаль ный подход всегда составлял основу основ перегово ров и в то же время главную трудность их ведения. Почему? Потому что СНВ сторон по своей структуре асимметричны: у СССР (России) главную роль в «три аде» играют МБР с РГЧ ИН наземного базирования (56% носителей и 70% боеголовок на них), а у США БРПЛ и ТБ (55% носителей и 76% боезарядов на них), то есть морские и воздушные компоненты «три ады». ,

Вокруг этого принципиального подхода было мно го споров и жесткой борьбы. Например, админ и с i рация Рейгана в первый период правления вообще отказалась от этого подхода, даже слышать не хотела о нем. США заявили, что те средства, которые на и более развиты у СССР и составляют основу его боевой мощи— МБР— являются «дестабилизирующими» и подлежат ликвидации, а те, в которых сильны США (например, ТБ с 20—28 КРВБ на каждом) объявляю ie я «безобидными» средствами и остаются в неприкосио венности. В угоду США мы должны были современные МБР.ликвидировать и строить новые подводные лод ки и тяжелые бомбардировщики. Налицо было заведомо неприемлемые предложения, направленные на одностороннее разоружение Советского Союза.

Американской администрации было заявлено, что «дестабилизирующие качества МБР» — это открытие Р,. Рейгана. Можно подумать, что другие руководители США (Р. Никсон, Д. Форд, Д. Картер, Г. Киссинджер, С. Вэнс, Г. Браун) опасности МБР и их мощи не понимали. Если американцы чувствуют особую угрозу наших МБР, то мы ощущаем еще большую угрозу БРПЛ США, так как они менее уязвимы, все оснащены РГЧ, очень точны. Опасны также ТБ с КРВБ. Суть предложений администрации Рейгана нам была ясна. Под прикрытием рассуждений о «дестабилизирующих» качествах МБР Вашингтон задался целью подорвать наши СЯС, разрушить РВСН — основу нашей боевой мощи, и получить крупные односторонние преимущества. При таком подходе никаких переговоров не могло получиться. Их фактически и не было: стороны выска-вывали свои противоположные мнения, не двигаясь с места. В конце 1983 г. переговоры (по ОСВ и ОЯВЕ) были прерваны без каких-либо результатов.

Они возобновились лишь 12 марта 1985 г. Асимметрия СНВ сторон по-прежнему существовала, но администрация США уже изменила свой подход к этой ироблеме. На встрече с Горбачевым госсекретарь США Дж. Шульц заявил следующее: «Мы исходим из идеи равных уровней и в то же время из признания того, что у вас одна сложившаяся структура сил, а у нас другая. И поэтому неправильно было бы заставлять вас или нас копировать структуру сил друг друга. Надо сокращать силы посредством процесса, обеспечивающего стабильность и основанного на признании различий и структуре сил...» 24

Жаль, что ельцинское руководство, не разобравшись в сути проблемы, под давлением США согласилось на разрушение структуры наших СНВ, их боевых возможностей и на копирование американской «триады». Будут затрачены огромные средства и своими руками резко ослаблены РВСН— главное средство обороны страны. Копии американской «триады» у нас никогда не получится («кишка тонка»). Будет, как по той поговорке— «труба пониже, да дым пожиже». Но главное даже не в этом. Нам, в силу геостратегического положения России, невыгодна структура СЯС, аналогичная американской.

Одним из главных принципов концепции является сохранение объективно существующей взаимосвязи между сокращениями СНВ и соблюдением Договора по ПРО в том виде, как он был подписан в 1972 году. Эта принципиальная формула отражена прежде всего в самом Договоре по ПРО: «...эффективные меры по ограничению систем противоракетной обороны явились бы существенным фактором в деле сдерживания гонки стратегических наступательных вооружений и привели бы к уменьшению опасности возникновения войны с применениями ядерного оружия».

Взаимосвязь СНВ и ПРО подтверждена в совместном советско-американском заявлении на высшем уровне от 10 декабря 1987 г.: «С учетом подготовки Договора по СНВ руководители двух стран поручили также своим делегациям в Женеве выработать договоренность, которая обязала бы стороны соблюдать Договор по ПРО в том виде, как он был подписан в 1972 году, в процессе осуществления исследований, разработок и при необходимости испытания, которые разрешаются по Договору по ПРО, и не выходить из Договора по ПРО в течение согласованного срока».

Договор по ПРО и сохранение взаимосвязи СНВ — ПРО являются фундаментальным разногласием между СССР (Россией) и США. Американская сторона любыми путями пытается разорвать эту взаимосвязь, угрожая ликвидировать бессрочный Договор по ПРО, выйти из него в одностороннем порядке или заключить приемлемое для нее новое соглашение. Однако благодаря жесткой советской (российской) позиции Договор по ПРО пока продолжает действовать. Взаимосвязь СНВ — ПРО действует.

Таким образом, основополагающими принципами на которых строилась советская концепция, являются учет интересов сторон; соблюдение принципа равенсз ва и одинаковой безопасности; рассмотрение СЯС как единого целого, без разрушения их структуры; сохра-

Нение Договора по ПРО 1972 г. и объективно существующей взаимосвязи СНВ и ПРО.

Несмотря на драматические ситуации и споры на переговорах, американская сторона (надо отдать ей должное) все же находила возможности придерживаться указанных выше принципов. В частности, при подготовке Договора СНВ-1 стороны нашли общий знаменатель и для структурных асимметрий СНВ, и по Договору ПРО, что легло в основу Договора по СНВ. Нашли, потому что они учитывали интересы друг друга, пытались придерживаться принципа равенства и одинаковой безопасности, рассматривали СНВ сторон как единое целое, подтвердили приверженность соблюдению Договора но ПРО. Благодаря этому вышли в основном на равноправные договоренности без ущерба национальным интересам и безопасности сторон.

Договор СНВ-1 — это последнее равноправное соглашение с Америкой по сокращению ядерных вооружений. Больше подобных соглашений не будет. Не только в ближайшей, но и в отдаленной перспективе. У России нет возможностей противостоять давлению США. Не понадобятся для применения и основополагающие принципы ведения переговоров ни сегодня, ИЙ завтра. В настоящее время США ничем не связаны, и вправе мерить все на свой аршин. Близится час истины, когда России придется делать выбор между неравноправным соглашением и существованием без соглашения. Уже сегодня из-за океана слышится команда: равняйтесь все на Вашингтон, на его интересы, политику, идеологию — и получится чудесное равенство.

КАК РАБОТАЛА «КУХНЯ» ПЕРЕГОВОРОВ

Однажды в беседе со мной П. Нитце в кратком виде рассказал о том, как готовится американская позиция К переговорам. Оказалось, что в принципе их «кухня» мало чем отличается от нашей.

Вспоминая об этом разговоре сейчас и сравнивая нынешнее положение дел, еще раз убеждаешься в преимуществе и отлаженное™ прошлой методики (системы). К ней мы пришли не сразу. '

В 70-х годах политика в области сокращения ядерных вооружений формировалась в основном созданной Комиссией Политбюро. Ее состав — Д. Устинов (председатель), А. Громыко, А. Гречко, Ю. Андропов, Л. Смирнов, Л. Келдыш. Комиссия определяла позиции советской делегации на переговорах и осущест вляла контроль над ними. Соответствующие матери алы для Комиссии готовила постоянно действующая рабочая группа ответственных работников представленных в Комиссии ведомств.

Основную тяжесть в подготовке переговоров прак тически несли три ведомства— МИД, Минобороны и КГБ в лице их первых заместителей (Г. Корниенко, Н. Огаркова, Б. Иванова). Они разрабатывали позиции и проекты директив, готовили другие документы, он ределяли состав делегаций, повседневно следили за ходом переговоров. Привлекались к этой работе и представители других ведомств.

В целом такая система в то время себя оправды вала. Хотя была слишком зацентрализована, недоста точно гибка, оперативна, требовала больших затра| людских ресурсов многих структурных подразделений МИДа и Минобороны. С нарастанием темпов и про блем переговорного процесса она начала пробуксовы вать, особенно в те моменты, когда большое число специалистов находилось на переговорах за рубежом.

В 80-х годах ситуация в этом деле меняется. К это му времени в МИДе и Минобороны формируются специальные управления. Сохраняется созданная ранее группа заместителей руководителей ведомств. Но главная тяжесть в подготовке материалов переносится в рабочую группу при Генеральном штабе, состоящую из представителей всех ведомств— так называемая «пятерка» (МИД, Минобороны, КГБ, ВПК, ЦК КПСС, руководитель— первый заместитель начал ь ника Генштаба).

По-новому начала работать межведомственная ко миссия Политбюро под руководством Л.Н. Зайкоиа, в которой участвовали министры иностранных дсп и обороны, Председатель КГБ, руководители ВПК, Международного отдела ЦК КПСС и др.

Ее заседания проводились регулярно на плановой основе. Нередко ее председатель в ходе заседания вы

ходил напрямую на Генсека и обговаривал с ним те или иные вопросы. Этим еще раз подчеркивалось, что руководство государства непосредственно участвовало & формировании политики в области разоружения. Комиссия тесно взаимодействовала с «пятеркой», которая фактически была ее рабочим органом.

Все указанные органы при выработке позиций и директив на переговоры исходили из общей линии политического руководства страны в области обороны. Первоначальные наброски предложений (намерений) зарождались в недрах управлений МИДа и Минобороны. Нередко такие предложения оформлялись в управлениях по указанию первого заместителя министра иностранных дел или начальника Генерального штаба. В обоих случаях, получив от них согласие, проекты предложений выносились на обсуждение «пятерки».

Следует, однако, оговориться, что Генеральный штаб проекты документов предварительно согласовывал с видами Вооруженных Сил. Делать это было, непросто. Запросы и требования главнокомандующих видами Вооруженных сил на оборону не всегда сочетались с переговорами. Чтобы умело соразмерить обеспечение надежной безопасности и внешнеполитические интересы государства, Генеральному штабу требовалось прилагать большие усилия в поисках взаимоприемлемых решений. Согласованная с главкомами видов Вооруженных Сил позиция докладывалась министру обороны, после чего она выносилась на рабочую группу.

Работа на «пятерке» была исключительно творческой и квалифицированной со стороны представителей каждого ведомства. А главное — ответственной за оборону и безопасность страны, а также за необходимость достижения договоренностей по ограничению и сокращению вооружений. Решения по обсуждаемым вопросам принимались на основе консенсуса, при согласии всех ведомств, входящих в «пятерку». Естественно, на заседаниях «пятерки» бывали разногласия, споры, эмоциональные дискуссии. Но все обычно заканчивалось миром и принятием согласованного решения.

К работе «пятерки» привлекались при необходимости ответственные руководители любых министерств и ведомств, представители видов Вооруженных Сил (РВСН — постоянно), НИИ, конструкторских бюро, промышленности и т. д. Это во многом способствовало качественной и всесторонней проработке проблемы, а также уверенности и прохождению документов на всех уровнях, в том числе на Межведомственной комиссии и при утверждении их Генеральным секретарем.

«Пятерка» всегда работала оперативно и с точки зрения технического обеспечения: печатания материала, его размножения, согласования (при необходимости) с другими ведомствами, рассылки документов.

Заслуга «пятерки» состояла и в том, что она одновременно была школой подготовки кадров— переговорщиков, квалифицированных специалистов для работы на местах и на переговорах за рубежом. Она способствовала созданию дружного общего межведомственного коллектива, представители которого понимали друг друга с «полуслова». Они могли за считанные минуты собраться в любое время дня и ночи для работы или оказания взаимопомощи в решении вопроса.

Подготовленные «пятеркой» проекты документов отличались глубокой и качественной проработкой вопросов, высокой культурой оформления, глубокой продуманностью нашей позиции на переговорах, включая встречи на высшем уровне (в части, касающейся разоруженческой тематики).

По моему мнению, созданный в 80-х годах механизм для определения наших принципиальных позиций и подготовки директив к переговорам оправдал себя практикой того времени. Он работал четко, уверенно, грамотно. Соответствовал той обстановке в советско-американских отношениях и в основном устраивал руководителей МИДа, Минобороны, КГБ и высшее политическое руководство страны.

Деятельность переговорного процесса в Центре и за рубежом обеспечивалась благодаря подбору квалифицированных кадров. Особенно специалистов переговорщиков. Со многими из них мне приходилось долгое время работать вместе. Среди большинства профессионалов по ядерной тематике в моей памяти навсегда останутся всесторонне образованные, опьп-ные, уважаемые в коллективе работники: в совет ском МИДе — Г. М. Корниенко, В. Г. Комплектов, Ю. А. Квицинский, В. П. Карпов, А. А. Обухов; в Минобороны — Н. В, Огарков, С. Ф. Ахромеев, В. П. Стародубов, Ю. В. Лебедев, В. И. Медведев, В. С. Колтунов, В. А. Куклев, С. Л. Шемякин, Ю. Ф. Бекетов; в других ведомствах— Н. Н. Детинов, Г. К. Хромов, Н. С. Леонов, В. Л. Катаев.

Коллектив переговорщиков как единая команда родился не сразу. Он складывался годами, заботливо выращивался, проверялся на практике в умении защищать государственные интересы и отстаивать позиции В одной из сложнейших областей ядерного разоружения. Несмотря на тяжелый, порой изнурительный И нервный труд, команда знатоков-переговорщиков выдержала многолетние испытания и имела соответствующие результаты, показав себя с положительной стороны.

Иногда отдельные «заумные» критики бросают упреки в адрес советской делегации относительно усту-док с ее стороны. Мол, это «продали», другое «отдали», натворили еще что-то нехорошее. Подобные заявления делаются, видимо, от незнания проблемы. Хотелось бы поделиться своим мнением на этот счет. Во-первых-, я всегда считал и считаю, что без разумных взаимных уступок и компромиссов сторон (примерно равных по силе) фактически не может быть конструктивных переговоров. Даже во времена «психической» атаки Рейгана, когда были «империя зла», открытые угрозы, кризис «евроракет», но не было желания Вашингтона идти на договоренности, с нашей стороны идея ведения сбалансированных переговоров постоянно сохранялась. Однажды по этой болезненной теме С. Ф. Ахромеев сказал мне:

— Опять Вы принесли какие-то таблицы. Посмотри на работу американского генерала Рауни. Он стоит как «бульдозер», его не сдвинешь с позиции. Приведи мне хотя бы один случай, где бы он уступил и пошел нам навстречу?

, — Насчет «бульдозера» Вы сказали правду, — согласился я. — Но что толку от того, если и мы станем «бульдозерами»? Ведь никаких переговоров не будет. Рауни — это как та птица, когда токует, то ничего не слышит и не видит. Такие «птицы» по указанию Рейгана на годы застопорили переговоры ОССВ и ОЯВЕ. Что-то же надо делать!

— Подождать надо. Не горячись. Все образуется, — С. Ахромеев сердито посмотрел на меня, однако сдержался и замолчал. Он лучше меня понимал, что за приливом неизбежно будет отлив, что сила и угрозы Вашингтона не дают ответа ни на один вопрос, что только равные условия, компромиссы, взаимные уступки откроют двери конструктивным переговорам.

В последующем так и было. Но— и это самое важное— делегация шла на компромиссу не самостоятельно, не по своему желанию, а в пределах утвержденных директив. Основная задача делегации-умело отстоять свои позиции, защитить и доказан, их преимущество для обеих договаривающихся сторон.

В этом плане мои коллеги обладали великолепными качествами переговорщиков. Они не шли на договоренности любой ценой, не делали некомпенсированных уступок, а всегда строго выдерживали общий баланс сил и интересов сторон.

Главы американских делегаций П. Нитце, М. Кам-пельман и другие, как говорится, на своей шкуре испытали искусство ведения переговоров таких профессионалов, как, например, Ю. А. Квицинский и В, П. Карпов, которые не раз загоняли в угол американских партнеров, заставляя их всерьез попотеть, чтобы сохранить лицо. Давление и диктат Вашингтона нс работали. Договоренности достигались в основном на равной основе.

Что касается проявления инициативы в части односторонних уступок, то сюда не надо впутывать делегацию. У нее были узкие полномочия, установленные директивами Политбюро. За пределы директивы нс выйдешь, иначе «кузькину мать» не избежать, будь у тебя хоть семь пядей во лбу.

Привилегия провозглашения новых инициатив в области разоружения целиком принадлежала руководству страны. Только устами Генсека (Президента), иногда министра иностранных дел, реже председателя правительства объявлялись новые идеи, предложения, решения— на встречах в верхах, по телевидению, в прессе и т. д. Односторонние уступки с нашей стороны совершались, как правило, во время переговоров руководителей на разных уровнях. Так наши высокие начальники добровольно подарили американцам новейший ракетный комплекс «Ока» (Э. Шеварднадзе, М. Горбачев). Согласились под давлением США уничтожить ни за что, ни про что недостроенную и еще не задействованную Красноярскую РЛС (Э. Шеварднадзе). Отдали «втихаря» Америке шельф Берингова моря (Э. Шеварднадзе). Разрушили, по требованию Вашингтона и по своему скудоумию основу боевой мощи страны, МБР с РГЧ ИН, заключив губительный для России Договор СНВ-2 (Б. Ельцин, А. Козырев). Организовали позорное бегство советских войск из стран Восточной Европы и Прибалтики (М. Горбачев, Э. Шеварднадзе) и т. д.

Почему руководители страны умудрялись идти на такие крупные односторонние уступки, которые, будучи явно ущербными, не вызывались объективной необходимостью? Вопрос сложный и неоднозначный. Пе могу представить себе, что это было сделано намеренно. Думаю, что в каждом конкретном случае тот или иной руководитель преуспел в этом деле в силу своих персональных «достоинств» и под влиянием каких-то других факторов. Вместе с тем, отчетливо видны общие причины содеянного, в числе которых я бы назвал следующие. Это, прежде всего, излишняя переоценка лидерами своего прошлого опыта партийной работы, значения политических решений в ущерб профессиональной стороне переговоров. Партократы втайне всегда боялись профессионалов, а находясь у руля власти, они считали зазорным консультироваться с ними. От-, сюда— своеволие, безразличное отношение к тому, «что хочется» и «что можно», недооценка из-за некомпетентности последствий допущенных промахов и ошибок; стремление договориться любой ценой и как можно быстрее — лишь бы «вписаться в историю».

Воплощением некомпетентности и непрофессионализма наших вождей того времени является отсутствие у них государственной мудрости и гибкости, способности ответственно, целеустремленно и жестко, если хотите, беспощадно защищать интересы своей страны, не поддаваясь иллюзиям, эмоциям, самолюбованию. Берусь утверждать, что в результате названных выше причин стали возможны серьезные уступки и проступки, которые нанесли огромный вред оборонному потенциалу государства. В межведомственных отношениях они, как правило, приводили к негативным по следствиям. Имели место случаи, когДа Э. Шеварднадзе, находясь за рубежом и будучи, видимо, под давлением «общечеловеческих ценностей», действовал в обход Директив по той или иной проблеме. При этом он направлял телеграммы напрямую Генсеку и, ссыла ясь на необходимость срочного принятия решений, просил утвердить его действия (иначе «история нас нс простит»), на что получал согласие.

Таким путем были сделаны односторонние уступки по истребительной авиации («будем держать в уме этот вопрос»); дал согласие Госсекретарю Шульцу (ап рель 1987 г.) на включение нашей ракеты «Ока» (даль ность менее 500 км) в Договор по РСМД, вопреки директивам и категорическому возражению Минобо роны. «Военное руководство было возмущено случи» шимся. Никаких вразумительных разъяснений от Ми нистерства иностранных дел, связанных с обязательс i вом односторонней ликвидации ракет «Ока», мы нс получили.

Между военными и Шеварднадзе из-за такого пре небрежения мнением Министерства обороны со сторо ны Министерства иностранных дел пролегла нервам трещина» 25. Были другие случаи самочинных действий Э. Шеварднадзе в связи с переговорами по ядерным и обычным вооружениям. 10 января 1990 г. на совеща нии членов советских делегаций, ведущих переговоры в Женеве и Вене, Э. Шеварднадзе потребовал «подви жек любой ценой... надо уступать... Вы понимаете, что я говорю это с одобрения самого верха».

Промахи и отступления от директив не оставались «незамеченными». Они принципиально обсуждались или на «пятерке», или на Межведомственной комис сии. При этом в адрес Шеварднадзе высказывались иногда резкие и нелицеприятные замечания (со сторо ны С. Ф. Ахромеева, М. А. Моисеева, О. Д. Бакланом;! и др.). Но делалось все с позиции объективности и за боты о безопасности государства. Это, кстати, также является свидетельством того, что выработанная за многие годы система подготовки директив к переговорам была правильной. Она и теперь могла бы успешно действовать, разумеется, с учетом отдельных недостатков и коррекцией в связи со структурными изменениями государственных органов.

К сожалению, как мне известно, новая российская власть в первые годы своего правления все советское отвергла. Механизм подготовки переговоров и школа Профессирналов были разрушены. На смену пришли -бездарные личности типа П. Грачева и А. Козырева, Которые не знали проблем переговоров и не ведали, ЧТО творили. Под руководством и по указанию Б. Ельцина они начали рулить с позиций волюнтаризма, что привело к несогласованным действиям между ведомствами и, как следствие, — к ошибкам и просчетам в области разоружения. Это нанесло непоправимый ущерб безопасности России. Плохо, когда опыт подменяют невежеством.

В заключение обсуждаемой темы хочу поделиться СВоим мнением еще по одному вопросу. Меня нередко спрашивают: «Как подбирались кадры для ведения переговоров? По какому принципу они направлялись за; рубеж? Учитывалась ли при этом материальная заинтересованность?» Вопросы резонные и с подтекстом.

, Как начальник управления, я руководствовался в этом деле главным требованием: там, на переговорах,— передний край. Следовательно, туда должны направляться самые грамотные в широком смысле слова и компетентные люди. Никакого «блата», учета ' материальной заинтересованности, панибратства, семейственности здесь не было. Я хорошо знал многих опытных переговорщиков другой стороны. Видел так же, как в МИДе и других ведомствах подбирались на переговоры отлично подготовленные специалисты-профессионалы. С той же меркой к подбору кадров подходили и мы в своем управлении. Каждая кандидатура обсуждалась и рассматривалась со всех сторон. Поэтому у нас практически не было ошибок: все наши переговорщики достойно представляли Министерство обороны за рубежом.

Конечно, дело это было для нас непростое, так как надо было иметь квалифицированных работников и здесь, в Центре, чтобы справляться не только с большим объемом поставленных задач, но и сво евременно реагировать на все происходящее в ходе переговоров. Однако приоритет всегда отдавался подбору переговорщиков в состав делегации.

Бывая на переговорах, я внимательно наблюдая за работой своих людей и всей делегации. Но ни когда не позволял вмешиваться в их работу. Я всегда помнил: состав делегации утвержден, людям довери ли вести переговоры, у них есть директивы, они несу i за это ответственность. Я мог что-либо подсказам., посоветовать, помочь. Но чтобы подменять кого-ли бо, делать «разносы» подчиненным— все это считан и считаю грубейшей ошибкой в принципе, а «разно сы» — самодурством. Чтобы вести переговоры по су ществу, надо иметь официальные полномочия. Когда они у меня были, я брал ответственность на себя и вел переговоры. В других случаях, встречаясь с членами делегации противоположной стороны, я имен с ними беседы на различные темы, высказывал свое мнение о ходе переговоров, разумеется, в рамках ди ректив и не более того. По возвращении нашей делегации с переговоров всегда подводил итоги раунда с оценкой деятельности каждого. Такой метод рабо ты в данном вопросе, в моем понимании, являеася нормальным.

СЕНСАЦИЯ В ВАШИНГТОНЕ

После подписания Договора по СНВ-1 перед сю ронами встал вопрос: что делать дальше? Одни в России полагали, что следует ввести в действие этот Договор, осуществить предусмотренные сокращения вооружений, провести на практике все заложенные в Договоре весьма сложные процедуры ликвидации СНВ, контроля, мно гочисленных уведомлений, обмена телеметрической и и формацией о пусках ракет — одним словом, «оглядеться», на практике выявить сильные и слабые стороны Договора СНВ-1 и затем двигаться дальше. Бытовало и друюг мнение— «не сбавлять набранных темпов» в ра:ю ружении. Чувствовалось и стремление верхов внес ■ и «свой вклад», оставить «свой след» в истории.

В США некоторые представители также выступали за то, чтобы не спешить переходить к следующему этапу переговоров, скептически относились к возможности более глубоких сокращений СНВ. В этом случае, до их мнению, неизбежно будут затронуты все системы оружия, в том числе дорогостоящие новейшие ТБ Б-2, БРПЛ «Трайдент-2», КРВБ и КРМБ. Поэтому дальнейшие шаги но сокращению ядерных арсеналов долж-цы быть но возможности небольшими, жестко увязываться с эволюцией ядерной стратегии США и не обгонять этот процесс.

Однако ряд американских деятелей выступил за продолжение переговоров по СНВ. Они заявили, что цри нынешнем положении в России, где у власти стоят «демократы», такое большое количество боезарядов, которое разрешено по Договору, никому не нужно. Необходимо более глубокое сокращение стратегических вооружений сторон.

При этом в окружении президента США особо подчеркивали сложность и непредсказуемость обстановки в России, ее полную экономическую зависимость от Запада. В связи с чем предлагали ускорить начало новых переговоров, чтобы использовать кризисную российскую действительность и добиться серьезных военных преимуществ, вплоть до полной ликвидации наших МБР с РГЧ ИН.

Администрация президента Дж. Буша умело использовала сложившуюся ситуацию в России, особенно ее экономические трудности, и направила разоруженческий процесс в нужном для Америки направлении. Как это происходило? По заранее хорошо продуманному сценарию.

Американские газеты в сентябре 1989 года писали о том, что Б. Ельцин, критиковавший в то время Горбачева, будучи в Вашингтоне, чуть ли не украдкой вошел в Белый дом с бокового входа и встретил холодный прием президента Дж. Буша.

Во время государственного визита в США 15—17 июня 1992 г. президента Б. Ельцина встречали уже по-другому — как партнера и реформатора России. Буш сравнил его с Петром Великим, назвав экспериментатором новой российской революции. После такого сравнения Б. Ельцин не в состоянии был удержать распиравшие его чувства радости и ликования. 11а официальном обеде, после подписания соглашения о сокращении ядерных арсеналов, Б. Ельцин заявил о том, что он «счастлив сегодня быть рядом с «другом Джорджем», назвал этот день «самым лучшим в своей жизни». В восторженном экстазе находился и хозяин Белого дома, довольный достигнутым соглашением о сокращении СНВ сторон.

Чему радовались президенты? Судя по печати того времени, Б. Ельцин восторгался пышным, поистине царским, приемом на американской земле, «равным партнерством», возможностью получения помощи в размере 24 млрд долларов, а также достигнутой договоренностью о глубоком сокращении стратегичес ких ядерных вооружений. Буш не переставал повто рять, что он наконец-то добился ликвидации всех МБР с РГЧ ИН — «самых опасных, самых грозных, самых мощных... американцы теперь могут спать спокойно».

Представляют интерес заявления президентов в хо де саммита, раскрывающие истинные причины их ра дости.

Выступление Б. Ельцина тезисно сводилось к еле дующему:

— Россия не видит больше необходимости содер жать свои тяжелые МБР СС-18 и снимает их с боевщ о дежурства немедленно для последующего уничтоже ния. «Мы больше не в состоянии удерживать нынешние уровень ядерных вооружений, ибо половина населении живет ниже уровня бедности».

«Мы отказываемся от идеологии паритета СНВ и согласны ликвидировать все МБР с РГЧ ИН в обмен на сотрудничество с Америкойсамой богатой стра ной планеты».

— Достигнутое соглашение о сокращении СНВ «это выверенный баланс безопасности, но выверенный не в старом духе. Мы не стремились искать штуки, единицы, сотни или даже тысячи. Мы определили вилку в каждом уровне и подуровне различных стратегичес ких сил «триады», и затем уже каждая страна в этой

вилке определяет свою цифру......Мы переходим ни

путь партнерства и дружбы... Наше предложение вместо 13 лет это сокращение и уничтожение про вести за 9 лет, то есть, закончить его к 2000 году».

Б. Ельцин уверял американский Конгресс, что Верховный Совет России поддержит соглашения и договоренности, а если не поддержит, то это «будет преступлением против всего народа».

Договоренность по сокращению ядерных арсеналов ярилась неожиданной в том смысле, что если Договор СНВ-1 вырабатывался в течение 10 лет, то «мы с Бушем сделали СНВ-2 за 5 месяцев благодаря личному доверию, личной дружбе двух президентов».

Партнерство России с США сделает наши страны богаче, а наших людей счастливее; откроет широкий путь к улучшению жизни народа. Мы за неограниченное партнерство. «Нам нельзя допустить соперничества в том, кто раньше прилетит на Марс».

Россия ждет экономической помощи и обещанных 14 млрд долларов в закрома российских банков. Мы готовы к настоящей дружбе. — «Лжи не будет».

Б. Ельцин пытался поставить вопрос об уничтожении большего числа американских баллистических ракет ва подводных лодках. Но получив резкий отпор, он замолчал и больше этот вопрос в ходе визита не Поднимал. На предложение о полном запрете ядерных испытаний ему сказали — пока еще рано говорить об этом.

Чего требовал президент Дж. Буш от Б. Ельцина?

— Согласия на договоренность о глубоком сокращении СНВ сторон за счет ликвидации всех наземных МБР с РГЧ ИН, в первую очередь тяжелых МБР СС-18.

— Вывода российских войск из прибалтийских государств, чтобы их суверенитет и независимость были Восстановлены в полном объеме.

— Согласия России на внесение в Договор по ПРО 1972 г. необходимых для США изменений.

— Прекращения экономической поддержки Кубы.

— Солидарности с США в конфликте против Югославии.

. — Уменьшения российского объема торговли ра

кетами и обычными вооружениями.

— Запрещения КГБ, в том числе отказа от проведения спецопераций против США. Открытия всех секретных советских архивов.

— Ускорения приватизации и развития частной собственности.

В ходе визита было подписано много документов, в том числе Меморандум по вопросам глубоких и масштабных сокращений стратегических вооружений («Ра мочная договоренность») — основа будущего Догово ра по СНВ-2. По мнению Б. Ельцина, «в каждом документевыгода для России...' нет никакого ущемления наших интересов».

Представляется, что такие оценки Б. Ельцина в oi ношении «Рамочной договоренности» необъективны. На деле содержание ее было невыгодно для безопас ности России. В своем суждении об этом документе я исхожу из следующих соображений.

Стержнем договоренности является ликвидация цс лого класса межконтинентальных баллистических ра кет наземного базирования с разделяющимися голой ными частями индивидуального наведения, в том числе физическое уничтожение всех наших тяжелых МЫ* с РГЧ ИН (308 единиц по 10 боеголовок на каждой).

Теоретически, с точки зрения укрепления ставши, ности, намерение сторон резко сократить число стратегических баллистических ракет с РГЧ ИН является, наверное, правильным. Но поскольку такие баллист и ческие ракеты ликвидируются не полностью (США сохраняют явное превосходство в области БР с РГЧ па своих ПЛАРБ), то совершенно ясно, что «Рамочная договоренность» в первую очередь решает задачу бет опасности США и она для них более выгодна. Эю основано на следующих положениях договоренности.

Первое. Россия идет на разрушение исторически сложившейся структуры своих СЯС, в основе стра тегической мощи которых всегда были силы МБР (па них размещалось около 60% стратегических боезаря дов, у США — чуть более 16%). Мы ослабляем свои силы МБР в 13 раз (с 6600 до 500 боеголовок). Однако даже такую договоренность нам трудно будет реа лизовать, поскольку у России нет 500 современных моноблочных ракет. Имеется лишь около 300 мобил ь ных ракет РС-12М. Следовательно, чтобы достичь уровня— 500 моноблочных МБР, России придется либо оставить на вооружении устаревшие ракеты РС-10 или РС-12, либо продолжить производство МЫ' РС-12М с одновременной модернизацией их для pat мещения в шахтах. .

Вряд ли такой путь— ликвидация одних типов ракет и возобновление производства других— выгоден России, чрезмерно перегруженной экономическими проблемами.

Но даже в том случае, если бы Россия и США имели эквивалентные силы МБР наземного базирования, «Рамочная договоренность» все же была бы в, пользу США, поскольку по другим СНВ— БРПЛ щ ТБ они традиционно существенно превосходят нас технологически, особенно благодаря передовым базам ц открытым выходам в море.

Поэтому в интересах обеспечения сбалансированной безопасности целесообразно было бы в общем суммарном уровне СНВ, допускаемом «Рамочной договоренностью» (3000—3500 боезарядов) определить для России возможность сохранения части современных МБР с РГЧ с заменой их на моноблочные в более отдаленном будущем, когда Россия сможет позволить себе создать новую моноблочную ракету и увеличить долю МБР в общем пределе боезарядов за счет других видов СНВ.

Второе. Определенный «Рамочной договоренностью» предел в 1700—1750 боезарядов на БРПЛ таит в себе опасность вновь дорасти до 3450 боезарядов на тех же 18 ПЛАРБ «Трайдент-2», на которых при соблюдении договоренности числилось бы 1728 боезарядов. На 500 ракетах «Минитмен-3» вновь может оказаться 1500 боеголовок.

В целом, вместо 2200—2250 боеголовок на баллистических ракетах могло бы быть в короткие сроки и без дополнительных затрат развернуто 4950 боеголовок — риск существенный. Учитывая это, при разработке Договора СНВ-2 следовало бы добиваться ликвидации платформ боеголовок под строгим контролем.

Третье. Имеется сугубо экономический вопрос: поднимет ли наша экономика весь объем одновременных сокращений и ликвидации ядерных, обычных и химических вооружений в указанные сроки? Нужны были детальные экономические расчеты на этот счет.

Четвертое. «Рамочная договоренность» не решает вопроса о сохранении основных положений Договора по ПРО (1972 г.) и в первую очередь статьи V (не

испытывать и не развертывать системы или компоненты ПРО морского, воздушного, космического или мобильно-наземного базирования). Это ведет к тому, что при сохранении 500 боезарядов моноблочных МБР их перехват средствами ПРО в будущем может оказаться не столь непреодолимой задачей. Эффективность двух других компонентов СНВ — БРПЛ и ТБ, как уже говорилось, не создает нам равенства с США. Следовательно, будет понижена роль наших СНВ как . основного средства обеспечения национальной безопасности России.

В письме госсекретаря А. Бейкера А. Козыреву (о i 17 июня 1992 г.) американцы особо оговорили следующее:

— при процедуре уменьшения числа боеголовок на БР замена платформы, на которой устанавливаются боеголовки, не требуется;

— не требуется также переоборудования ТБ, переориентированных на выполнение неядерных задач;

— стороны возьмут обязательство не восстанавли вать сокращенные боеголовки на ракетах.

Эти дополнительные оговорки российский министр иностранных дел согласился включить в будущий Договор СНВ-2.

Изложенные нами выше рассуждения дают основания полагать, что «Рамочная договоренность» поло жила конец равноправным переговорам по СНВ. Началось одностороннее разоружение (разрушение) стратегических ядерных сил России. Главная сенсация на встрече в Вашингтоне состояла в том, что Москве была бесцеремонно навязана выгодная Белому дому ракетная сделка для старта СНВ-2. Практически в ходе визита никаких серьезных переговоров между президентами по сокращению СНВ сторон не было — была «игра в поддавки», обещание Б. Ельцина идти на разо ружение России в обмен на некую помощь и сотруд нйчество. Но такого «обмена» не получилось из-за нератификации Государственной Думой России Дого вора СНВ-2. «Преступник» (Верховный Совет) был расстрелян в Москве в октябре 1993 года. Навязыванис себя в «друзья» Вашингтону вызвало у прагматичных американцев недоумение и даже неприязнь. Просьбы о финансовой и экономической помощи не реализова

Ны. Партнерство заморожено «холодным миром». Не достоялась встреча и с «марсианами».

История еще раз подтвердила, что Америка готова йдти навстречу предложениям и желаниям России только в тех направлениях и до такого предела, до какой степени они отвечают национальным интересам США, как их понимают в Вашингтоне.

США сейчас ждут реализации Россией Договора СНВ-2. Поэтому предлагаем читателю подробнее ознакомиться с содержанием СНВ-2, чтобы знать, что нас ожидаёт.

«ШЕДЕВР» НОВОЙ РОССИЙСКОЙ ПОЛИТИКИ ПЕРЕГОВОРОВ

Российско-американский Договор СНВ-2 был подписан Б. Ельциным и Дж. Бушем 3 января 1993 г. В Москве. США ратифицировали его 26 января 1996 г., Россия на много лет затянула ратификацию, сохраняя в основе договора «Рамочную договоренность» (Ельцин — Буш).

Согласно СНВ-2 стороны обязаны к 2003 году (приложение 5):

— снизить уровень боезарядов на стратегических носителях (МБР, БРПЛ и ТБ) с 6000 ед. (по СНВ-1) до 3000—3500 ед.;

— иметь «ноль» боезарядов на МБР с РГЧ ИН, то есть все наземные МБР с РГЧ ИН ликвидировать;

— число боеголовок на БРПЛ сократить до уровня 1700—1750 ед. (как определит для себя каждая из сторон).

В Договоре, кроме того, зафиксировано:

— 100 тяжелых бомбардировщиков, которые разрешается переориентировать для выполнения неядерных задач, в общие уровни не засчитываются. На них никаких процедур переоборудования не проводится;

■— не требуется уничтожения платформ боеголовок МБР и БРПЛ, за которыми числится уменьшенное количество боеголовок, и их замена новыми платформами (в Договоре СНВ-1 содержится требование о ликвидации старых платформ). Это позволяет американцам в случае необходимости восстановить на ракетах прежнее число боеголовок;

— шахтные пусковые установки российских тяже лых МБР СС-18, в которых могут размещаться МЫ' другого типа, должны быть залиты бетоном на ом ределенную глубину,

В Договоре не отражены принципиальные вопросы, касающиеся запрещения КРМБ, соблюдения Договора по ПРО 1972 г.

Сделаем краткую оценку Договора. На первым взгляд кажется, что все выглядит эффектно: происходит, дальнейшее глубокое сокращение СЯС США и России, одновременно остается еще много боезарм дов для обеспечения безопасности. Но это только внешне. На деле Договор выгоден только США, ом неравноправный для России и создает большой риск сегодня и в будущем. Какие его недостатки вызываю i особую озабоченность?

Ориентировочный конечный результат сокращен и и показан в таблице 12.

Таблица I
Страны Всего боезарядов на СНВ В том числе
на МБР на МБР сРГЧ ИН на БРПЛ на ТЬ
Россия 3000 500 0 1750 750
США 3492 500 0 1728 1264

Нетрудно заметить, что в предлагаемом вариам к-сокращения СНВ на основе боезарядов скрыта хитра» ловушка— здесь замаскированы (находятся в «тени») носители. Между тем, именно в данном конкретном случае безопасность страны обеспечивается не числом боезарядов, а в первую очередь количеством и особей но качеством средств доставки зарядов, то есть стран-гических носителей.

Если указанные в Договоре боезаряды рассматрн вать применительно к носителям, то даже неспеци алисту видно, что, сокращая боезаряды на носителях до 3000—3500 ед., мы на американских условиях раз рушаем исторически сложившуюся структуру своих

СЯС и подгоняем ее под американскую, в то время как США сохраняют свою стратегическую «триаду». Американцы к этому стремились всегда, но получали обоснованный и убедительный отпор. В 1987 году они официально отказались от таких претензий. Теперь, используя слабость и экономическую зависимость России, они решили все вернуть на круги своя.

По воле Вашингтона мы ликвидируем все МБР с РГЧ ИИ (в том числе тяжелые ракеты)— основу наших СНВ (на них размещается около 65% боезарядов, у США—1- чуть более 16%). Фактически разрушаем свои РВСН — главную мощь России. Чтобы выйти на предусмотренный Договором уровень боезарядов (3000—3500 ед.), мы вынуждены будем, уничтожая боеспособные МБР с РГЧ ИН (ресурс эксплуатации большинства которых еще далеко не исчерпан), дополнительно заново строить и развертывать сотни моноблочных МБР. Зачем это делать? Может ли Россия, чрезмерно перегруженная экономическими проблемами, изготовить такое количество новых МБР в короткий срок? Очевидно, нет.

Вопреки благим пожеланиям защитников Договора, мы имеем крупный просчет. Стремление обеспечить безопасность за счет БРПЛ, разместив на них Около половины боезарядов, не выдерживает критики. Оно просто абсурдно, поскольку наши ракетоносцы по Эффективности, выживаемости, устойчивости, боеготовности и по ряду технических характеристик значительно уступают американским ракетоносцам.

Совершенно иная картина по Договору СНВ-2 на стороне США. Они сокращают число боезарядов без перестройки структуры своих СНВ в основном за счет простого снятия некоторого количества боезарядов на своих многозарядных МБР и БРПЛ и некоторого ограничения числа ПЛАРБ. При необходимости США могут без особых усилий и, что называется, в считанные часы восстановить прежнее число боеголовок, так как американцы добились того, чтобы при процедуре уменьшения числа боеголовок на БР не заменять и не уничтожать платформы, на которых размещаются боеголовки. То есть, в случае выхода из Договора, США имеют реальную возможность восстановить так называемый «возвратный потенциал» и получить многократное превосходство

над РоссиеЁ по количеству боезарядов на своих стратегических носителях. '

«Возвратный потенциал» на деле означает, что у США реального сокращения не будет. Их стратегический ядерный потенциал как бы разделится на две части: одна— 3500 боезарядов числится по Договору на носителях; другая— тысячи боезарядов «возвратного потенциала» на складском хранении.

Фактически стратегический ядерный потенциал США будет составлять не 3500 боезарядов, как это предусмотрено Договором, а в 2,5 — 3 раза больше.

России, по Договору, можно иметь 3500 боезарядов, а фактически, с учетом крайне недостаточного финансирования, ее ядерный потенциал СНВ составил намного меньше боезарядов. Такая вот «мудрая загогулина» (выражение Бориса Николаевича) была подсунута Б. Ельцину.

Россия имеет небольшой «возвратный потенциал», всего лишь несколько сотен боезарядов. В отличие ол США, мы восстанавливать свой ядерный потенциал можем только за счет нового строительства и вводл в боевой состав новых МБР, затрачивая на это милли арды рублей.

Следует указать еще на один недостаток Договори СНВ-2 — отсутствие прямой его увязки с Договором по ПРО 1972 г. Мимоходное упоминание о взаимо связи в преамбуле ни о чем не говорит. Поэтому негативное влияние Договора СНВ-2 на обеспечение безопасности России сказывается в откровенной нс определенности судьбы Договора по ПРО 1972 г. Ру ководство США, признавая на словах основою) л ага ющее значение и сохранение этого Договора, на деле ведет линию на его подрыв. Не исключено, что после 2000 года США примут решение о развертывании системы ПРО территории страны. В этих условиях все достигнутые договоренности и переговоры по СНВ потеряют смысл. Потребуются контрмеры по защип-нашего государства. Лучшей контрмерой на этот счел, по оценке специалистов, являются наши ракеты СС-1Н. от которых практически нет защиты (ни с помощью СОИ, ни с помощью «щитов»). В'Пентагоне уверены, что СС-18 прорвут американскую противоракетную оборону.

Представляют интерес американские и российские оценки Договора СНВ-2. Политическое и военное руководство США считает, что главная ценность этого Договора для безопасности Америки состоит в ликвидации российских МБР с РГЧ ИН. Он является самым лучшим, самым надежным соглашением из всех других, повышающих безопасность американской нации. По мнению правителей Вашингтона, для России польза Договора СНВ-2 сводится в основном к облегчению экономического бремени.

Что касается российских оценок Договора, то они Неоднозначны. Б. Ельцин в восторге от «шедевра» новой российской политики на переговорах. Но монаршие амбиции Б. Ельцина помешали ему в течение шести лет встретиться с Государственной Думой и разъяснить позиции исполнительной власти в отношении СЯС и СНВ-2. Для него проблемы СНВ-2 как будто не существовало. Бывший министр иностранных дел А. Козырев считает, что отказ от Договора нанесет ущерб нашему партнерству с администрацией США. По мнению бывшего первого заместителя Министра иностранных дел СССР Г. М. Корниенко, «Договор СНВ-2 в его нынешнем виде означает, что Россия будет Навечно обречена на ущербное, неравноправное стратегическое положение» 26. Моя оценка известная Договор СНВ-2 составлен американцами без нашего участия или под их диктовку и является кабальным для России.

Если к 2003 году по Договору СНВ-2 будут ликвидированы все до единой ракеты СС-18, а их шахты на 5 метров будут залиты бетоном, то впервые сбудется золотая мечта Америки — над ней практически не будет ядерной угрозы (ни ответной, ни ответно-встречной). А для России такой путь крайне опасен и преступен. История и потомки нам этого не простят.

Возник вопрос: что делать с Договором СНВ-2, ведь с момента его подписания прошло уже более семи ЛОГ? Вопрос этот вплотную встал перед новой Государственной Думой, перед новым правительством и новым президентом. Группа специалистов в свое время официально обращалась к власти со своими рекомендациями на этот счет.

В рекомендациях, например, указывалось, что в случае нашего отказа от ратификации договора могут появиться негативные последствия для России, которые надо учитывать. В частности, наверняка будет разрушен Договор по ПРО; США сохранят свои стратегические ядерные силы на уровне, предусмотренном СНВ-1 (это требование записано в резолюции Сената США о ратификации Договора СНВ-2); Россия экономически не в состоянии будет содержать свои£ЯС на уровне СНВ-1; отношения со странами Запада ухудшатся; расширение НАТО на Восток может принять более воинственный характер, включая размещение ядерного и точечного оружия, а также группировок войск на территории восточноевропейских стран — новых членов альянса. Возможны другие нежелательные явления.

Учитывая все «за» и «против», в интересах безопасности страны и укрепления российской государственности было бы целесообразно обусловить ратификацию Договора СНВ-2 принятием дополнительных мер, которые могли бы если не устранить, то хотя бы уменьшить ущербное влияние возможных негативных последствий Договора для России.

Такими мерами могли бы быть следующие: сохранение и соблюдение Договора по ПРО 1972 г., запрещающего создание, испытание и развертывание систем ПРО и их компонентов, в том числе так называемых датчиков космического базирования, заменяющих РЛС ПРО; разработка специальных процедур, которые исключили бы возможность иметь так называемый «возвратный ядерный потенциал», то есть восстановление сторонами боеголовок на «разгруженные» БРПЛ; перенос сроков достижения конечных уровней СНВ после сокращения на более позднее время, например, до 2009 г., как это предусмотрено по Договору СНВ-1.

Следует отметить, что США в определенной степени пошли навстречу России по отдельным претензиям. В марте 1997 г. на встрече Б. Ельцина с Б. Клинтоном в Хельсинки американцы согласились в СНВ-3: увеличить транспарентность имеющихся в наличии стратегических ядерных боеголовок и ликвидации снимаемых с носителей (надо понимать, очевидно, устранение недостатков, связанных с «возвратным потенциалом»); рассмотреть возможные меры, касающиеся КРМБ и ТЯО; подтвердить приверженность соблюдению Договора по ПРО 1972 г. Все эти обещания даны России на будущее, тем не менее, они состоялись.

Целесообразно было бы эти обещания администрации США официально оформить, например, в виде Протокола, как неотъемлемой части к Договору СНВ-2.

Специалисты рекомендовали также предусмотреть возможность увязки вопроса реализации Договора СНВ-2, а в будущем— СНВ-3, с проблемой расширения НАТО на Восток за счет балтийских государств Н других стран советского «наследства». Увязка должна была быть жесткой, без промедления.

Конечно, желание добиться принятия упомянутых мер в настоящее время (до СНВ-3) встретит противодействие с американской стороны. Нужны переговоры, консультации, встречи на всех уровнях законодательной и исполнительной власти. Ситуация будет сложная. .Американцы не отдадут даром ранее приобретенное. Они получают по договору значительное военное преимущество. Это отвечает их национальным интересам, направленным на сохранение за собой статуса единственной в мире сверхдержавы и осуществление роли мирового лидера с позиции силы.

Для того чтобы не оказаться загнанными в угол, требуется проведение, в целях обеспечения безопасности России, все более активной политической (дипломатической) деятельности руководства нашей страны, добиваясь дальнейшего нерасширения НАТО на Восток, трансформации этого военного блока в политический альянс, установления стабильного баланса сил между РФ и НАТО, исключающего силовое давление на Россию со стороны Североатлантического союза.

Если указанные рекомендации не пройдут, а Договор СНВ-2 все-таки останется в силе в его нынешнем виде, то новому политическому и военному руководству России специалисты предлагали окончательно определиться, что делать в строительстве наших стратегических ядерных сил. Мы видим в этом плане некоторые варианты решения проблемы.

Вариант первый — не менять существующую структуру СЯС. Для этого необходимо уничтожить соответствующее количество (по боезарядам) ядерного потенциала РВСН, а затем заново его создавать за счет строительства нескольких сотен шахтных пусковых установок и развертывания в них новых моноблочных ракет. Несмотря на колоссальные материальные затраты, данному варианту мы отдаем предпочтение. РВСН будут возрождаться за счет развертывания моноблочных МБР «Тополь-М», составляя основу СЯС России.

В этой связи следует учитывать, что американцы на переговорах СНВ-3 могут предложить вообще отказаться от МБР, мотивируя тем, что, по их мнению, наземные стратегические ракеты — наиболее опасный вид СНВ и, следовательно, в наибольшей степени способны дестабилизировать стратегическую ситуацию в условиях кризиса. Аналогичным образом они убедили наше руководство отказаться от МБР с РГЧ. Придание мобильности наземным комплексам ситуацию не меняет, так как в условиях ограничений по СНВ мобильные ПУ МБР мало чем отличаются от стационарных.

Вариант второй — реструктуризация СНВ по американскому образцу. То есть основу СЯС перенести на подводные лодки, оснащенные БРПЛ. В результате предусмотренных договором сокращений морская доля в составе СЯС России может увеличиться до 50%. Морскую часть «триады» не надо ломать, а затем создавать заново (как Ракетные войска) либо наращивать (как стратегическую авиацию). Однако чтобы базировать свою безопасность на БРПЛ, надо решительно повысить выживаемость ПЛАРБ, их оперативную и техническую готовность, а также боевую устойчивость подводных ракетоносцев. Здесь тоже требуются огромные Деньги, которых нет. Поэтому фактически будет осуществляться «тихая» ликвидация МСЯС. Второй вариант неприемлем.

Вариант третий— он основан на Договоре СНВ-1, по которому фактически нет запрета или хотя бы жестких ограничений на модернизацию вооружений. Следовательно, без ущерба для безопасности сторон и без разрушения структуры их СНВ можно сокращать стратегические ядерные заряды не только до 6000 ед. (по СНВ-1), но и еще наполовину, то есть до 3000 ед.

Для этого не надо разрабатывать новое широкомасштабное соглашение, а только использовать основные положения заключенного Договора СНВ-1.

Можно и теперь оставить существующую структуру СЯС в рамках Договора СНВ-1 при условии Максимального сокращения вооружений до уровней по Своему усмотрению. Иметь меньшее количество оружия— внутреннее дело каждой стороны. Для этого требуется определиться, сколько России необходимо СЯС, чтобы обеспечить свою безопасность.

Напомним, что Договор СНВ-1 действует до 2009 года, а затем по согласованию между сторонами его можно продлевать на 5-летние сроки. Этот договор позволяет осуществлять демонтаж и переоборудование выводимых из боевого состава вооружений В удобные для нас сроки и с минимальными экономическими затратами.

В политическом плане необходимо учитывать, что Договор СНВ-2 неориентирован (как Договор СНВ-1) па уменьшение опасности возникновения ядерной войны, упрочение международного мира и безопасности в результате сокращения СНВ. В нем зафиксирована цель — укрепление стратегической стабильности и предсказуемости в дополнение к сокращениям, что (по мнению составителей договора) в конечном итоге будет способствовать созданию прочной основы для мирового порядка, который предотвратил бы опасность возникновения ядерной войны.

Что такое «мировой порядок» по-американски, народы мира испытали на своей шкуре. Они видели и видят это сегодня на примере Югославии и в связи с ситуацией в Косово и вокруг Ирака. Чем отличается такой американский «мировой порядок» от трагически известного «нового порядка» в Европе?

Смею утверждать, что пока на боевом посту стоят ракеты СС-18, для России нет военной угрозы. Если «новый порядок» в Европе коснется России, то предлагается единственный и простой выход — разорвать кабальный Договор СНВ-2 в интересах безопасности и обязательно сохранить в составе стратегических сил ракеты СС-18 или подобные им ракеты. Американцы знают, что это за «штука» СС-18 и относятся к ней с уважением.

Таковы были рекомендации и предложения специалистов к ельцинскому «шедевру», чтобы сделать его более или менее равноправным. Что получилось в действительности?

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ ДИПЛОМАТИИ РАЗОРУЖЕНИЯ

После подписания Договора СНВ-2 состоялся ряд российско-американских встреч на высшем уровне, на которых рассматривались вопросы ядерных вооружений и ПРО. Однако что касается вопросов ядерных вооружений, то в основном все сводилось к проблеме ратификации Договора СНВ-2. Акценты на этих встречах стали смещаться и к проблемам ПРО.

...Апрель 1993 года. Канадский город Ванкувер утопает в зелени и цветах. Здесь в самом начале месяца, 3—4 апреля, и состоялась первая официальная встреча Президента России Б. Ельцина с только что вступившим в должность Президента США Б. Клинтоном. По итогам встречи была принята Ванкуверская декларация, которая, как оказалось, определила стратегию сотрудничества в вопросах безопасности и мира, экономических отношений, в области науки и техники. Было принято решение о создании рабочих групп по этим вопросам с участием высокопоставленных представителей обоих правительств, наделенных широкими полномочиями. Была создана российско-американская комиссия по вопросам технологий в области энергетики и космоса (в последующем она получила название комиссии «Гор— Черномырдин», затем название ее менялось в соответствии со сменой российских председателей правительства).

В Ванкуверской декларации указывалось, что «усилия России и США будут направлены на скорейшее вступление в силу Договора СНВ-1 и ратификацию Договора СНВ-2». -

Надо заметить, что к тому моменту сложилась парадоксальная ситуация: всего через 17 месяцев после подписания Договора СНВ-1 (30 июня 1991 года) подписывается Договор СНВ-2 (3 января 1993 года), подписывается тогда, когда Договор СНВ-1 еще не вступил в силу (это случится гораздо позднее — 4 декабря 1994 года).

В декларации также указывалось, что стороны «придают большое значение предотвращению распространения оружия массового уничтожения и средств его доставки». Стороны высказались за скорейшее завершение переговоров по выработке договоренностей о переработке и продаже на взаимоприемлемых условиях для использования в мирных целях ядерных материалов, извлеченных из демонтируемых ядерных боеприпасов. Была выражена заинтересованность обеих сторон в экологической безопасности ликвидации ядерного оружия, в строительстве в России при содействии США хранилища ядерных материалов, а также в соблюдении условий учета, контроля и физической защиты ядерных материалов. Президенты высказались за скорейшее начало переговоров о запрещении ядерных испытаний на многосторонней основе.

Спустя примерно полтора года, 28 сентября 1994 года, в Вашингтоне состоялась очередная встреча Б. Ельцина и Б. Клинтона. В Совместном заявлении по вопросам стратегической стабильности и ядерной безопасности вновь было подтверждено намерение «добиваться скорейшей ратификации Договора СНВ-2 после того, как вступит в силу Договор СНВ-1, и ...обменяться документами о ратификации Договора СНВ-2 на следующей российско-американской встрече на высшем уровне».

Президенты подтвердили «основополагающее значение сохранения жизнеспособности и целостности Договора по ПРО». Отмечая прогресс, достигнутый к этому времени, по вопросу разграничения между стратегической и «тактической» ПРО и расширения круга участников Договора по ПРО (за счет присоединения к нему Белоруссии, Казахстана и Украины), президенты «поручили своим соответствующим делегациям совместно с другими государствами-участниками Договора завершить согласование остающихся в этом контексте вопросов по возможности в короткие сроки».

Остановимся подробнее на тех переговорах о разграничении между стратегической и «тактической» ПРО, о которых говорится в Совместном заявлении президентов.

Предыстория этих переговоров относится к началу 90-х годов. В то время противники Договора по ПРО в США выдвигали и широко эксплуатировали тезис о том, что Договор устарел, что он «не отвечает реалиям сегодняшнего дня», поскольку не определяет, какие системы разрешается создавать для противодействия распространению в мире ракет и ракетных технологий.

Действительно, в последние годы процесс распространения ракет и ракетных технологий получил широкое развитие в мире. По разным оценкам, к настоящему времени от 20 до 25 стран являются обладателями баллистических ракет или их технологий. Это, как признавалось и в США, и в России, чревато активизацией региональных конфликтов с возможностью применения ракет, что, конечно, негативно сказывалось бы на стратегической стабильности и международной безопасности. Для парирования возникающей ракетной угрозы Соединенные Штаты начали создавать систему борьбы с баллистическими ракетами. При этом США заявляли, что соответствие этих разрабатываемых систем Договору по ПРО они будут определять сами (надо заметить, что Договор не содержит положений в отношении систем борьбы с баллистическими ракетами, не являющимися стратегическими).

Целесообразность создания подобных систем была признана и в России, однако Россия решительно выступила против того, чтобы их соответствие Договору по ПРО определялось в одностороннем порядке. Все это вызвало необходимость согласованного решения проблемы разграничения стратегической и тактической ПРО (или, как называют в США, ПРО ТВД).

Переговоры по этому вопросу начались осенью 1993 года, велись четыре года и завершились подписанием 26 сентября 1997 года в Нью-Йорке пакета договоренностей по разграничению.

Переговоры шли непросто, порой казалось, что они заходят в такой тупик, из которого нет выхода. Во многом это объяснялось тем, что стороны, видимо, ставили разные цели: США стремились не связывать себя никакими обязательствами, которые хотя бы номинально ограничивали возможности создаваемых ими систем, Россия исходила из того, что такая линия

США могла подорвать Договор по ПРО. Но проблема разграничения стратегической и нестратегической ПРО являлась исключительно сложной и с технической точна зрения. Ведь нужно было найти такое решение, которое, с одной стороны, позволяло бы создавать эффективные системы борьбы с нестратегическими баллистическими ракетами, с другой — чтобы эти системы были не способны бороться со стратегическими баллистическими ракетами. Здесь уместно привести однажды в шутку сказанные слова Генерального конструктора Московской системы ПРО о том, что ему легче разработать саму систему нестратегической ПРО, чем провести «границу» между стратегической и нестратегической ПРО.

На таком фоне в ходе очередной встречи Б. Ельцина и Б. Клинтона, состоявшейся в Москве 10 мая 1995 года, было принято Совместное заявление по ПРО. В нем стороны, подтвердив приверженность Договору по ПРО, условились об основополагающих принципах, которые должны служить основой для достижения договоренностей в области разграничения стратегической и нестратегической ПРО. Эти принципы сводились к следующему:

— деятельность сторон по созданию и развертыванию нестратегической ПРО не должна вести к нарушению или обходу Договора по ПРО;

, — каждая из сторон может развертывать системы нестратегической ПРО, которые не будут создавать реальную угрозу стратегическим ядерным силам другой стороны, и эти системы не будут испытываться, чтобы придавать им такую способность;

— системы нестратегической ПРО не будут развертываться для применения друг против друга;

— масштабы развертывания нестратегической ПРО — по количеству и географии — должны соответствовать программам в отношении нестратегических баллистических ракет противостоящих сторон.

Эти принципы легли в основу дальнейших переговоров по разграничению стратегической и нестратегической ПРО. Однако время шло, один раунд переговоров сменялся другим, а выйти на окончательную договоренность из-за целого ряда принципиальных разногласий в позициях сторон не удавалось.

-Наступил март 1997 года. Хельсинки. 21 марта Б. Ельцин и Б. Клинтон ставят свои подписи под «Совместным заявлением президентов Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки в отношении Договора по противоракетной обороне». В нем президенты еще раз выразили свою приверженность делу укрепления стратегической стабильности и международной безопасности, подчеркнули важность дальнейшего сокращения стратегических наступательных вооружений и основополагающее значение Договора по ПРО для достижения этих целей. Было заявлено, что оба они рассматривают в качестве общей задачи сохранение Договора по ПРО, предотвращение обхода и повышение его жизнеспособности. Президенты подтвердили принципы, изложенные в их Совместном заявлении от 10 мая 1995 года, которыми стороны должны были руководствоваться при вы работке договоренности о разграничении стратегичес кой и нестратегической ПРО, и поручили своим дс легациям завершить подготовку этой договоренности В заявлении президентов были указаны те положения, крторые должны были войти в вырабатываемую до говоренность.

Здесь следует отметить одно обстоятельство. Дол гое время на переговорах не удавалось найти взаи моприемлемых решений по нескольким важным во просам— по космическим датчикам наведения, сис темам и компонентам на новых физических принципах, ограничениям на развертывание систем (по количеству и местам развертывания). Конечно, эю были весьма сложные вопросы, мы понимали, чю решения по ним быстро не найти, а это могло надо л i о задержать достижение договоренности по разграничс нию стратегической и нестратегической ПРО. Понимая это, мы добивались того, чтобы стороны зафиксиро вали свои обязательства по решению этих вопросои, исключая возможность обхода Договора по ПРО. Од нако этому не суждено было сбыться. В хельсинском Совместном заявлении на этот счет ничего не бы но сказано. И когда на основе хельсинского Совместною заявления была завершена работа по подготовке до говоренностей по разграничению, а 26^ сентября 199/ года состоялось их подписание в Нью-Йорке, минис! р иностранных дел России Б. М. Примаков заявил: «Подготовленные соглашения отражают положение дел по проблеме стратегической и нестратегической ПРО на сегодняшний день. Однако технологии нестратегической ПРО находятся на ранней стадии развития и, надо полагать, будут совершенствоваться. В связи с этим потребуется, очевидно, проведение в будущем консультаций в целях урегулирования возможных вопросов или озабоченностей, которые могут возникнуть у государств-участников Договора по ПРО в процессе создания систем борьбы с нестратегическими баллистическими ракетами».

Одновременно с подписанием пакета договоренностей по разграничению стратегической и нестратегической ПРО, Меморандума о правопреемничестве в отношении Договора по ПРО (в соответствии с которым участниками Договора становятся США, Россия, Белоруссия, Казахстан и Украина) в Нью-Йорке был подписан Протокол о продлении сроков сокращения вооружений по Договору СНВ-2 до 31.12.2007 г., а также рбменные письма, фиксирующие договоренность сторон относительно деактивации (снятия боеголовок) средств, которые будут ликвидироваться по этому Договору. Протокол и письма, подписанные в Нью-Йорке, были призваны содействовать ратификации Догонора СНВ-2. Однако слишком тернистым, в силу всего изложенного выше, оказался путь к ратификации Договора СНВ-2. Мораль может быть только одна — никому не следует строить свою безопасность в ущерб безопасности других государств. На этом я ставлю точку. Но книга продолжается.

* * *

Шли годы. Стали историей события в Москве (1993 г.), Хельсинки (март 1997 г.), Нью-Йорке (сен-гибрь 1997 г.). В отставке оказались президенты Дж. Буш и Б. Ельцин, подписавшие СНВ-2. И все эти годы оставался открытым вопрос: быть или не быть? К сожалению, все-таки свершилось!

14 апреля 2000 года в Москве Государственная Дума России ратифицировала Договор СНВ-2 («за» — »'Н8 (64%); против 131 (29,1%); воздержались 4 (0,9%).

Голосовало— 423, не голосовало— 27 человек. Результат: принято).

Ратификация совершилась, к огромному удовлетворению США и стран НАТО. Билл Клинтон назвал акцию исторической и поздравил российский народ. Радовались думские фракции: «Единство», ЛДПР, «Яблоко», СПС и прочие независимые депутаты. Результаты голосования президент В. Путин назвал «абсолютно правильными». Он уверял (правда, бездоказательно), что ратификация якобы «сделает Российскую армию вдвое боеспособнее», что сэкономленные сред ства пойдут на создание новых вооружений, все «старье» будет уничтожено, откроется путь к переговорам СНВ-3 по дальнейшему сокращению СЯС; обороно способность страны не ущемляется. Он также отметил что до истечения сроков ресурса эксплуатации отдель ных типов ракет (по крайней мере до 2006 г.), они ликвидироваться не будут27. Было подчеркнуто, что Россией сделаны успешные дипломатические и полити ческие шаги.

Сказано впечатляюще. Но, к сожалению, многое не договорено. Поэтому возникают сомнения: сбудется ли все это, не сорвется ли? Не помешают ли русскому пути? Я не знаю ответов на вопросы. Не знаю, что будет дальше. Беспокоят лишь детали, недоговорен ности: в них кроются серьезные неприятности.

В законе о ратификации парламентарии обозначи ли ситуации, при которых Россия будет считать себя свободной от договорных обязательств: если США нарушат Договор по ПРО (кстати, они постоянно ei о нарушают и будут нарушать); если выйдут из него или начнут строить небесный щит; если ядерное оружие будет размещено на территории государств, вступим ших в НАТО после подписания СНВ-2; по «чрезвычай ным обстоятельствам»; когда Россия сама не сможе i выполнять условия Договора СНВ-2. Все эти «оговор ки» существуют только на бумаге.

В обстановке всеобщей эйфории голоса других представителей о негативных последствиях СНВ-2 для нашей страны не27 были приняты во внимание, км к несущественные, мешающие понять значение свершим шегося. Между тем, в ходе этих голосов прозвучала РДна весьма важная, на мой взгляд, информация. Суть ее состоит в том, что США законно «выторговали» (мягко говоря) у России около 9 000 ядерных зарядов. Замечет чего н почему это произошло?

Объясняется такой фокус просто и с предельной откровенностью: в переговорном процессе того времени (1993 год) по известным причинам произошел сбой, провал, чем воспользовались наши партнеры, «выдавив» у нас солидную «фору»:

— 2 000 боезарядов за счет «переориентирования» 100 тяжелых бомбардировщиков (статья IV пункт 8а Договора);

— 1 750 боезарядов за счет разрешенного Договором снятия боеголовок с БРПЛ «Трайдент» (так называемый «возвратный ядерный потенциал»);

— 1 000 боеголовок за счет разрешенного Договором снятия боеголовок при переводе в моноблочные МБР с РГЧ ИН «Минитмен-3»;

— 4 000 крылатых ракет морского базирования, не охваченных Договором.

Всего сверх установленных СНВ-2 лимитов США могут иметь 9 000 боезарядов плюс 3 500 единиц по Договору. Итого 12 500 боезарядов.

Нетрудно понять будущий военный замысел Америки. По моей оценке, ядерная политика США в начале XXI века главную роль отводит стратегическим наступательным силам ВМС и ВВС в составе 14—18 Ш1АРБ, тяжелых бомбардировщиков и атомных подводных лодок с крылатыми ракетами. Через 5—6 лет -возрастает роль ударных авианосцев (до 12 АВУ) с новыми типами самолетов с технологией «Стелт». Намного улучшится взаимодействие ВМС США с ВМС МАЮ.

Что касается существа национальной военной стратегии США, то, утвержденная президентом в 1995 г., она ориентирует ВМС и ВВС прежде всего на локальные и региональные войны. Предусматривает: обеспечение абсолютного господства на море, в воздушном пространстве и на самом морском побережье на удалении до 1200 км от береговой черты. При этом, по оценке специалистов, ВМС США должны иметь возможность поражения обычным высокоточным оружием с применением технологии «Стелт» до 3/4 сухопуi ной территории земного шара; совместно с ВМС НАТО сохранить ракетно-ядерную угрозу миру; блокиро вать флоты любого противника у его побережья, пре пятствовать его развертыванию в море и океанах; уничтожить цели (объекты) на сухопутье до 500 км (на глубину оперативного построения войск протии ника). И все это решается Америкой в пределах До говора СНВ-2.

А Россия? Ввиду ряда объективных причин и из-ы крайне скудного финансирования ее стратегический ядерный потенциал по СНВ-2, видимо, составит не более 2000—2500 зарядов. То есть превосходство США «законно» окажется шестикратным.

Возникает вопрос: каким может быть оптимальный состав компонентов стратегической «триады» России по СНВ-2? Как доказывают опытные эксперты, дли сдерживания агрессии способом ответного удара нам целесообразно было бы иметь около 1100 наземных моноблочных МБР, 1700 зарядов на ПЛАРБ и 300 700 зарядов на ТБ. Всего 3000—3500 единиц. Однако по ряду причин сделать это не удается. Поэтому на деле для сохранения, необходимого потенциала сдер живания состав сил российской «триады» может бы 11. другим, например, РВСН— 800—900 боевых единиц, МСЯС— 1000—1200 зарядов, авиационные компонси ты— 20—30 ТБ с 250—300 боезарядами. Возможны иные варианты состава сил СНВ, особенно из-за труд ностей поддержания группировки МСЯС.

ВМФ, ввиду отсутствия реального финансирона ния, может утрачивать свою силу как самостоятел!. ный ядерный компонент. По оценкам специалистом, к 2005 году будет израсходован ресурс всех ракетных подводных крейсеров и Россия практически может ли шиться своих морских стратегических ядерных сип, то есть произойдет одностороннее ядерное разоружение флота. Специалисты советуют в боевом состл нс иметь: 14—18 ПЛАРБ СН, 30—50 многоцелевых АПЛ, 50—60 ПЛ с неядерной энергетикой; 4—6 АВУ и т. д Но все это, очевидно, останется на бумаге. Более toi о если не увеличивать ежегодно нынешнее финансиро 28

мание на военное кораблестроение в 9—10 раз в период до 2010 г., то в середине XXI века Россия может вообще лишиться своего ядерного флота. Сегодня пока еще не поздно говорить о сохранении ВМФ России ц морских стратегических ядерных сил (до 1000—1200 боезарядов) в условиях целенаправленного бюджетного финансирования. Можно даже засчитывать заряды но Договору СНВ-2, но с оговоркой на состояние финансов.

Таким образом, получается, что США сокращают свой ядерный потенциал как бы условно, а Россия — реально, безусловно, под жестким контролем американских наблюдателей. Заявления о том, что СНВ-2 повышает стратегическую стабильность и безопасность, по сравнению с СНВ-1, увеличивает авторитет .1'осени как великой державы, открывает дорогу к СНВ-3 и т. д., неоднозначны. Может произойти как раз наоборот. Ядерное превосходство одной стороны обычно ведет к дестабилизации обстановки, понижению безопасности в мире. Что касается величия России и мире, то после реализации СНВ-2 оно, к сожалению, будет потеряно надолго, может быть, навсегда. Если нэять переговоры по СНВ-3, то они могут начаться U проводиться, но вестись будут по американскому сценарию. Более того, сейчас США увязывают начало переговоров по СНВ-3 с «адаптацией» Договора по ПРО, позволяющей им развертывать ПРО на территории страны.

Наши надежды на получение кредитов для ликвидации вооружений по СНВ-2 и развитию своих СЯС маловероятны. Для скорейшего уничтожения «Черной патаны» (МБР СС-18) США деньги дадут, но не более. Остальные затраты— дело России. А затраты нема-iif,tc. Так, по оценке Минатома России, только для демонтажа, одной ядерной боеголовки требуется 15—

тысяч долларов США. Для строительства одной МБР типа «МХ» США тратят до 40 млн. долларов. ') го свидетельствует о том, что экономический фактор дня России (демонтаж, ликвидация, строительство но-«ых средств и новых структур СЯС) имеет в настоящее )рсмя решающее значение.

Когда некоторые парламентарии говорят, что Договор СНВ-2 нужен нам как воздух, надо полагать, что изложенные выше факты нм известны, что они досконально просчитали и военно-техническую политику, и экономические затраты. Если это сделано, ос тальное произойдет так, как сбудется. Дела наши и стремления рассудит недалекое будущее, раскрое i время.

Пока же специалисты с уверенностью утверждаю i, что ликвидация РВСН или резкое сокращение их бло ков по СНВ-2 или СНВ-3 вызовет тяжелые, а возмож но, катастрофические последствия для безопасное!и России. Под угрозу будет поставлена державное п. страны, появится реальная возможность ее расчленс ния (по плану Америки) вслед за развалом бывшею Советского Союза.

Настал момент истины в истории России решам. конкретно вопрос о безопасности страны. Не ритори кой военных и политиков, а по существу, с учетом мнений специалистов. У нас сейчас одна надежда сохранить РВСН и тяжелее ракеты СС-18. Они имею i большой ресурс для модернизации и совершенством ния, могут быть построены заново. Кто обеспокоен защитой страны, должен помнить, что без сохранения РВСН и СС-18 Россия после СНВ-2 окажется обса оружейной под огромным прессом американского дан ления. Создается впечатление, что кому-то Meiuaei сильная и непокорная Россия и ее хотят сделать обьск том ядерного шантажа.

Глава 3

ПРОЦЕСС ПОШЕЛ...


ИЗ НИОТКУДА В НИКУДА


Не спрашивай их, откуда они идут, Но спроси, куда...

(Евангелие)

НАЧАЛО «КАТАСТРОЙКИ»

Начиная перестройку, ее идеолог М. С. Горбачев, скорее всего, не понимал, что он затевает и к чему его затея может привести. Публично ставилась благородная задача: вывести экономику страны из застоя, открыть перспективу ее роста и на этой основе улучшить жизнь народа. Но как все это сделать, никто не знал, по всяком случае, ясности в заявлениях М. С. Горбаче-иа не просматривалось.

Появление М. С. Горбачева на политической арене и начало перестройки, судя но всему, не было случайным совпадением. Чувствовались мощные силы, иыступавшие с хорошо продуманными, скоординированными действиями, руководимыми из единого цента. Кстати, это и не скрывалось со времен Даллеса. Того самого Алена Даллеса, будущего шефа ЦРУ, который еще в 1945 году в своем обращении к американскому конгрессу обещал посеять в России хаос, незаметно подменить наши ценности на фальшивые и заставить нас в эти ценности поверить. Предполагалось найти для этого единомышленников, помощников— союзников в самой России. Развитие событий в нашей стране с началом горбачевской перестройки пошло именно по этому сценарию. Опорой внешних сил внутри страны стало немало обиженных п неустойчивых, недовольных властью, чьи ряды за многие годы борьбы за построение новой жизни, постепенно увеличивались. Эти силы действовали осторожно, поэтапно, всячески маскируя с началом перестройки свои планы. Открыто требовали одного — демократизации страны как условия перестройки экономики.

Начало демократизации они видели в отмене руководящей роли КПСС в обществе. А это было не что иное, как слом политической системы, сложившейся в СССР и закрепленной Конституцией. В стране посте пенно зарождались необратимые процессы.

В первый год своего правления страной М. С. Горбачев неоднократно призывал ускорить экономические процессы в целях социалистического развития страны, для чего следовало укреплять ответственность и дисциплину, улучшать деятельность всех органов власти. Гордился тем, как он, по его словам, во время поездки в Англию в 1984 году умело противостоял «натиску» М. Тэтчер, отстаивая социалистические идеалы. Хотя присутствовавшие при этом люди говорят, что М. Тэ1 чер в течение шести часов разъясняла М. С. Горбачеву законы рыночной экономики, подчеркивая, что он слабо разбирается в них. Во время этой беседы М. С. Горбачев больше молчал, внимательно слушая собеседницу, и в знак согласия с ней, кивал головой После окончания беседы М. Тэтчер заявила, что «с ним можно работать».

На первом для него в качестве руководителя партии апрельском Пленуме ЦК КПСС, делая доклад, М. С. Горбачев подтвердил приверженность идеям В. И. Ленина, подчеркнув верность социалистическим идеалам, необходимость дальнейшего совершенство вания общества развитого социализма, преемственность социалистического курса, разработанного XXVI съездом КПСС; он также определил основные направления внеш неполитической деятельности — идти ленинским курсом мира и сотрудничества и критически охарактеризовал внешнюю политику руководства США.

В концепции перестройки хозяйственного механиз ма М. С. Горбачев подчеркнул необходимость даль нейшего развития централизованного начала в решс нии стратегических задач в сочетании с расширением прав предприятий, а также местных органов влас1и и их заинтересованности в развитии производства.

После Пленума приступил к активным действиям Начал с реорганизации управления агропромышлеп ным комплексом, как давно выношенного им решения, еще будучи секретарем ЦК по сельскому хозяйству. К сожалению, это решение оказалось неудачным и было признано ошибочным. Пользы сельскому хозяйству эта реорганизация не принесла.

М. С. Горбачев расширил состав Политбюро ЦК КПСС, ввел в его состав Н. И. Рыжкова и Е. К. Лигачева, перевел из кандидатов в члены Политбюро В. М. Чебрикова, кандидатом в члены Политбюро избрал С. Л. Соколова. Секретарем ЦК по сельскому хозяйству был избран В. П. Никонов. Заведующим отделом пропаганды ЦК был назначен А. Н. Яковлев, цскоре ставший членом Политбюро и секретарем ЦК, главным тайным советчиком и наставником М. С. Горбачева.

Постепенно М. С. Горбачев стал убирать неугодных ему руководителей. В мае он расправился со своим соперником Г. В. Романовым, курировавшим оборонные отрасли промышленности. В сентябре отирания в отставку Н. А. Тихонова, Председателя Совета Министров СССР. В конце декабря ушел в отставку В. В. Гришин, о котором поговаривали в свое время как о возможном кандидате на пост Генерального секретаря. Его обвинили в проявлении барства, показухи, провозглашении лозунгов вместо дела, недоступности для руководителей предприятий и секретарей райкомов партии. Первым секретарем Московского городского комитета партии и кандидатом в члены Политбюро был избран Б. Н. Ельцин. Так Михаил Сергеевич укреплял свои позиции, избавляясь от конкурентов бывших и наживая новых.

В 1986 году продолжались процессы, начатые н 1985 с приходом к власти М. С. Горбачева. Они носили как бы подготовительный характер к крупным переменам в стране.

В начале года состоялся XXVII съезд КПСС. В док-иаде съезду М. С. Горбачев отметил, что в последние годы в стране стали нарастать трудности в экономической и социальной сферах. Проблемы обострялись быстрее, чем их решали. М. С. Горбачев поставил задачу преодолеть неблагоприятные тенденции в экономике и изложил предложения о перестройке хозяйственного механизма.

За центром оставалось решение основных целевых задач. Самостоятельность предприятий значительно расширялась. Определялись рамки прав и обязанное тей на всех уровнях. Во главу угла ставилась соци альная политика, охватывавшая все стороны жизни людей.

Подводя итоги съезда, М. С. Горбачев отметил, что он раскрыл потенциал социализма и надо активнее бороться за выполнение годовых и пятилетних планов, чтобы не проиграть борьбу за социализм, за умы людей, за авторитет партии и страны. Верность социализму он неоднократно высказывал и в последующие годы. Но слова и решения, предлагаемые Михаилом Сергеевичем на пленумах ЦК и съездах партии, прак тическими действиями после них постепенно искажа лись как в экономике, так и в политике, как внутри страны, так и во внешних международных делах.

По существу, в общественном развитии страны на вооружение была взята буржуазно-демократическая идеология. Ее признаки просматриваются в высказы ваниях М. С. Горбачева о комплексном подходе к пс рестройке как обновлению всех сторон жизни нашего общества, начиная с перестройки в мышлении и пси хологии, в организации, стиле, методах работы, обновлении всех сфер жизни общества, а не только эко номики.

Решение этих вопросов М. С. Горбачев видел в про блеме кадров, и по его предложению ее обсудили на Пленуме ЦК в начале следующего года. Но еще до Пленума в стране развернулась активная смена кадров, негативно отразившаяся на управлении экономикой и политикой страны.

В это время тяжким бременем на страну легла трагическая авария на Чернобыльской АЭС, случил шаяся в апреле 1986 года и причинившая огромный материальный ущерб и людские потери. Эта трагедия была использована оппозицией для критики руководства партии и страны. Его обвинили в попытке сокрытия от народа всех пагубных последствий взрыва, в несвоевременном принятии надлежащих мер помощи населению, хотя на самом деле с первого дня катастрофы, плохо понимая глубинную суть случившегося, руководство страны принимало все необходимые меры для ликвидации последствий аварии и облегчения страданий людей.

Весь год М. С. Горбачев настойчиво продвигал идею демократизации Советов, передачи им властных функций. Впоследствии эта идея вылилась в политическую реформу управления страной. А. Н. Яковлев с помощью М. С. Горбачева стал усиленно опекать журнал «Коммунист» — теоретический орган партии. На редакцию журнала обрушилась критика. Она обвинялась в том, что в журнале нет теоретического анализа современных процессов, что философские вопросы сегодняшнего дня, исторические перспективы развития партии, экономический механизм — все это не находит отражения в журнале, ученые не дают на них ответа. Делался вывод: идеологическому отделу ЦК (А. Н. Яковлеву) и секретариату глубже вникать в работу редакции.

На идеологическом фронте произошло еще одно очень важное событие. В мае состоялся съезд кинематографистов, расколовший творческий союз, изменивший организационные формы кинематографа, лишивший киностудии материальной и творческой самостоятельности. Ряд представителей так называемой демократической интеллигенции резко выступили против идеологии и практики социализма в Советском Союзе, против руководящей роли КПСС. Горьким оказался этот раскол для нашей кинематографии. Съезд дал толчок, спровоцировав аналогичный подход на состоявшихся позднее съездах некоторых других творческих организаций. Мнимая свобода обернулась бедствием для подавляющего большинства актеров, режиссеров, писателей, художников и других деятелей культуры.

А в это время, в конце сентября, на заседании Политбюро при обсуждении «актуальных вопросов перестройки» М. С. Горбачев сделал вывод, что политика ЦК народом поддержана, но она обесценивается на уровне штабов, как хозяйственных, так и партийных, советских. Прозвучал его тезис «бить по штабам». Год завершился националистическими Проявлениями со стороны студенческой молодежи Алма-Аты в связи (г избранием Г. В. Колбина на пост Первого секретаря ЦК КП Казахстана вместо ушедшего на пенсию Д. М. Кунаева. И хотя этот конфлик! был вскоре локализован, он послужил прообразом многих межнациональных конфликтов, произошедших в стране в ходе перестройки. Эти конфликты унесли много жизней, поссорили между собой народы, обострили национальное самосознание людей и вылились, в конечном итоге, в борьбу за независимость респуб лик.

1987 год начался с январского Пленума ЦК КПСС', обсудившего вопрос «О перестройке и кадровой поли тике КПСС». Считалось, что Пленум разработал тео рию перестройки, обосновал ее стратегию и тактику, определил гарантии для ее осуществления. Как под твердили последующие события, эта оценка была сильно преувеличена. Основываясь по форме на ленинских принципах кадровой политики, лозунгах демокра тии и гласности, укреплении роли советов, перестройки партии, Пленум на деле под напором ближайшего окружения М. С. Горбачева стал отправным пунктом постепенного, а потом все более нарастающего отклонения от этих ленинских принципов обновлении Союза в сторону прозападной демократизации.

Вместе с тем, в1987 году в стране несколько вырос ли экономические показатели в промышленности, про сматривались подвижки в социальных вопросах. Во внешнеполитической деятельности наблюдались некоторые позитивные моменты. Пошел переговорный процесс по вопросам разоружения, заговорили о выводе войск из Афганистана. Начал расти авторито М. С. Горбачева, особенно за рубежом.

Это вызвало у него некоторую эйфорию. Он начал спешить, подталкивать преобразования. Начались беспрерывные соединения, разъединения, ликвидация, создание новых структур управления экономикой. На каждом Пленуме ЦК принимались программы ускорения перестройки по различным направлениям. Постановления росли как снежный ком, но они оставались далеко не всегда выполненными. Люди терялись, нс понимали, что делать. Начали роптать, возмущаться, М. С. Горбачев обвинил в этом непонимании партийные и советские органы среднего и низшего звена и потребовал перенести «удар по штабам» с центральных органов на среднее и низшее звено управления. Смена кадров резко усилилась. Лозунг Михаила Сергеевича, неоднократно им повторявшийся, что осуществлять преобразования нужно только в рамках социализма, убаюкивал народ.

Но уже открыто и шумно параллельно шли другие процессы. Понимание конечной цели преобразований, как оказалось впоследствии, не только в обществе, но и среди руководства партии было разным. В Политбюро ЦК КПСС обозначилось пока еще скрытое, но уже заметное размежевание. А. Н. Яковлев, Э.А. Шеварднадзе, В. А. Медведев, поддерживаемые М. С. Горбачевым, составлявшие его ближайшее окружение, поощряли людей, выступавших за радикальное реформирование не только экономики, но и политической системы. Е. К. Лигачев, В. М. Чебриков, М. С. Соло-менцев и другие члены Политбюро выражали более умеренные взгляды на перестройку.

А. Н. Яковлев, с одной стороны, Е. К. Лигачев, с другой, находясь в одном руководящем органе партии, становятся, по сути, двумя центрами противоположных сил, между которыми разворачивается противоборство.

А. Н. Яковлев действует напористо и уверенно, чувствуя поддержку Генерального секретаря, Е. К. Лигачев ведет вялое сопротивление и постепенно оттирается на второстепенные позиции в Политбюро, хотя его негласно поддерживало большинство членов партии.

1987 год, год семидесятилетия Великой Октябрьской социалистической революции, был уникальным по количеству принятых решений по перестройке. Это был напряженный год. Демократизация и перестройка вышли на новый виток. Началась открытая борьба противостоящих в обществе сил.

В самом начале 1987 года на экраны страны выходит фильм режиссера Т. Абуладзе «Покаяние». Главный герой фильма, с усиками Гитлера, с пенсне Берия, называемый правителем, творит жестокие репрессии против собственного народа. Фильм, устами старой женщины, с котомкой за плечами медленно идущей по дороге, делает вывод: зачем нужна эта дорога, если она не ведет к храму. Надо было понимать под этим избранный путь построения социалистического общества в Советском Союзе. Как будто в жизни нашей страны не было ничего другого, кроме репрессий. Не строились фабрики и заводы, не преобразовывалось село, не росла грамотность народа и его культура, не стано вилась богаче страна, готовившаяся к отпору врага в войне, неотвратимо надвигавшейся на нас. Но фильм привлек к себе внимание, смотрелся с интересом и собрал многие премии на всесоюзных и международных кинофестивалях. Он подогрел в душах людей, подвер гавшихся репрессиям, ненависть к советской власти, а в умах молодежи, не переживавшей эти годы, зароди лись сомнения.

В начале года в связи с изменениями в экономике страны появляются первые законы, зафиксировавшие начало изменений сложившихся устоев. Был приня i закон «Об индивидуальной трудовой деятельности», вводилась также выборность директоров предприятий В конце 1987 года появились на свет еще два закона «О кооперации» и «О государственном предприятии» С этого все и пошло. «Процесс пошел», — часто говорил тогда М. Горбачев. Но откровенно говоря, про цесс этот возник и «пошел» как бы из ниоткуда, ибо скрывались его истинные цели и конечные итоги и, как показала практика, привел в никуда. В конце правления М. Горбачева мы оказались у критической черты упадка и разложения, отброшенными по всем социально-экономическим показателям на десятки лет назад. Фактически была легализована теневая экономика, наживавшаяся на тайных хищениях общенародной собственности.

Государственная, общенародная, социалистическая собственность была практически признана ничейной, бесхозной, и ее хищение стало нормой. Через Прибалтику переправлялись на Запад уворованные медные, никелевые и прочие изделия. Не имея никаких ископаемых, она стала крупнейшим экспортером цветных металлов. Были открыты все пути для скорейшего обогащения любой ценой.

Индивидуальная трудовая деятельность сводилась, в основном, к закупке в государственных магазинах, по государственным ценам промышленных и продовольственных товаров и продаже их на рынке втридорога. Улицы городов превратились в сплошной базар. Кооперативы обогащали своих создателей. В единственный в то время кооперативный, а по сути дела частный ресторан у метро «Кропоткинская» организовывали экскурсии, хотя смотреть там было нечего: приглушенный свет, горящие свечи на столах и шашлык из купленного в соседнем магазине мяса.

Закон «О государственном предприятии» позволял распоряжаться выпускаемой продукцией по своему усмотрению, и на глазах у всех многие нужные народу товары шли не на внутренний рынок, а за бесценок за рубеж, лишь бы заработать доллары США. Выборы директоров предприятий привели к потере дисциплины, снижению объемов производства.

Весной 1987 года в Советский Союз с визитом доибыла премьер-министр Англии М. Тэтчер. В своих публичных выступлениях она всячески расхваливала капиталистический образ жизни, приветствовала первые шаги частного предпринимательства в СССР. Хвалила М. С. Горбачева как руководителя новой формации, нового мышления.

Попытки трех известных журналистов вступить В дискуссию о преимуществах социализма перед капитализмом, которые они предприняли во время ее телевизионного интервью, успеха не имели. Социализм был ею умело раскритикован. Ее визит в СССР был как бы инспектированием, одобрением первых перемен, наметившихся в нашей стране в результате горбачевской перестройки. Так называемые демократы получили международную поддержку и, ободренные ею, еще активнее начали расшатывать страну.

. Широко было раздуто дело коррупционеров Узбекистана, так называемое «хлопковое дело». Обозначились попытки связать это дело с Кремлем, обвинить некоторых кремлевских руководителей во взятках. Был организован суд над зятем Л. И. Брежнева гене-"рал-полковником Ю. Чурбановым, занимавшим пост первого заместителя министра внутренних дел. Его сурово наказали двенадцатью годами тюрьмы строгого режима.

Был нанесен мощный удар по Советской Армии. Поводом для этого послужила хулиганская выходка немецкого гражданина Руста, посадившего свой спортивный самолет у Васильевского спуска на Красной площади. Армию обвинили в небоеготовности, потере бдительности. Сняли с должностей видных военных руководителей, в том числе министра обороны Маршала Советского Союза С. Л. Соколова. Многих генералов и офицеров наказали, многих уволили в запас.

Долгое время средства массовой информации смаковали этот случай, клеветали на армию, возбуждая против нее население страны. К этому времени подоспел роман В. Войновича «Похождения солдата Ивана Чонкина», в котором дана карикатура на советского солдата и на армейские порядки.

Улавливая обстановку в стране, засуетился первый секретарь Московского городского комитета партии Б. Н. Ельцин. Незадолго до этого он был приглашен в Москву Е. К. Лигачевым из Свердловска в. ходе перестановки партийных кадров. Став через некоторое время первым секретарем Московского городского комитета КПСС, он поголовно меняет кадры городского и районных комитетов партии, открыто выступаем с критикой Политбюро ЦК КПСС, обвиняя его в консерватизме, в робких шагах перестройки, занимается популизмом в высказываниях и практических делах. Больше всех подвергся критике Ельцина тот, кто его пригласил в Москву, — Е. К. Лигачев.

Пленум Московского городского комитета КПСС' снял Б. Н. Ельцина с поста первого секретаря горкома. Пленум ЦК КПСС вывел его из состава Политбюро. Растерявшись сначала и попав в больницу с сердечным приступом, Б. Н. Ельцин считал себя обиженным, (хотя получил пост министра СССР). Поддержанный и ободренный «демократами», он открыто вступил в борьбу с ЦК КПСС и лично с М. С. Горбачевым.

Неблаговидную роль в разжигании борьбы сыграли средства массовой информации, теоретически обосновывая необходимость перемен, дезинформируя, обманывая народ. Главной газетой, задававшей тон, стала газета «Московские новости» Егора Яковлева, главным журналом-разоблачителем — «Огонек» Вита лия Коротича. ,

На телевидении были введены три новые программы: «Взгляд», «Прожектор перестройки», «До и после полуночи». Они активно подключились к бичеванию социалистических порядков и пропаганде всего нового, что предлагали «демократы».

В 1987 году на экраны страны вышли два фильма: «Архангельский мужик»— о положительном опыте работы фермера, и «Легко ли быть молодым?», в котором молодежь противопоставлялась- старшему поколению и резко критиковался существовавший в стране строй.

В печати стали появляться статьи с настойчивыми предложениями легализовать проституцию, доказывая, что в стране давно существуют валютные, номенклатурные и вокзальные проститутки.

Резко усилила активность творческая интеллигенция. Продолжали распадаться творческие союзы, и да-ice театры. Московский художественный театр разделился на два — один во главе с О. Ефремовым, другой — с Т. Дорониной.

К концу 1987 года силы, выступавшие под лозунгами демократии, открыто перешедшие в наступление против существовавшего строя, не встречали должного отпора со стороны руководства партии и страны.

Особенно эксплуатировались две темы: сталинские репрессии и пребывание наших войск в Афганистане. Выдумывались различные небылицы и раздувались, чтобы опошлить и дискредитировать КПСС, всячески опорочить советский строй, постепенно, шаг за шагом вытравить историческую память у наших людей. Народ постепенно перестает понимать, что происходит, начинает возмущаться и старыми, и новыми порядками в стране.

1988 год стал первым разрушительным годом. Начавшийся развал экономики дополнился саботажем. На свалки вываливались ценные продукты питания при дефиците продовольствия. Это вскоре привело к острой нехватке продовольствия и промтоваров. ' Прилавки опустели. Введенные продовольственные талоны и карточки для снабжения населения становилось нечем обеспечивать. Появились огромные очереди, торговля из-под прилавка.

Это был первый этап экономических реформ. Разрушение экономики поддерживалось и поощрялось практически всеми, кто называл себя демократами. Параллельно с этим навязывалась идея о том, что социализм не может быть реформирован, а потому он должен быть ликвидирован и заменен другим строем, существующим в процветающих странах мира.

Открыто это в начале «перестройки» не произносилось, подавалось все необходимостью проведения радикальных экономических реформ, конечная цель этих реформ не называлась. Откровенно заговорили о них несколько позднее, и начались они в январе 1992 года гайдаровской «либерализацией», затем чубайсовской приватизацией и привели к краху всей экономики и вопиющей несправедливости. Появилась кучка непомерно раздувшихся богатеев, жирующих на ужасающей нищете абсолютного большинства населения.

В начале 1988 года ЦК КПСС создал комиссию по реабилитации жертв репрессий во главе с тем же А. Н. Яковлевым. Она сразу реабилитировала Бухарина, Рыкова, Каменева, Зиновьева и других видных в прошлом деятелей партии. Средства массовой ин формации заговорили о них, особенно о Бухарине и его лозунге «обогащайтесь». Этот лозунг был ко времени. В стране активно внедрялось кооперативное Движение, спешно создавался класс собственников.

Была полностью прекращена помощь Афганиста ну, а в феврале 1989 года из неш были выведены наши войска. США и другие страны, наоборот, усилили по мощь афганским моджахедам, чтобы свергнуть режим президента Наджибулы.

На площадях Москвы собирались на митинги топ пы народа, на которых к руководству страны предъявлялись различные требования, подрывалось доверие к существовавшей власти.

В 1988 году с большим размахом прошло празд нование тысячелетия крещения Руси, использованное для поднятия роли церкви в жизни страны, активиза ции ее деятельности, попытки сделать ее центром спло чения сил в борьбе с советской властью.

В этом же году исполнялось пятьдесят лет пакту Риббентропа— Молотова. Эта годовщина была ие пользована для активизации борьбы прибалтийских республик за отделение от СССР. В Литве был создан «Саюдис», в Латвии и Эстонии народные фронты движения, выступавшие за независимость своих госу дарств и обвинявшие СССР в их оккупации во время войны.

Весной 1988 года областной совет Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджана провозгласил свою независимость и потребовал от Верховных Советов СССР, Азербайджана и Армении признать ее. На Кавказе на долгие годы завязался кровавый узел, не разрешенный и по сей день,

Особенно сильный нажим со стороны демократов был на коммунистическую идеологию и советский образ жизни. А. Н. Яковлев, отвечавший в ЦК КПСС за этот участок работы, поддерживал сторонников этого направления.

Ошалелому нажиму на советский образ жизни никто не дает отпора. Более того, ЦК КПСС всячески Одерживает этот отпор.

Не выдерживает натиска тех, кто стремился опорочить советский строй, преподаватель ленинградского института Нина Андреева. Она выступает в газете «Советская Россия» с принципиальной статьей в защиту коммунистических идей под названием «Не могу поступиться принципами». Все средства массовой информации по команде А. Н. Яковлева обрушиваются на эту статью, ее автора и газету. Даже Политбюро ЦК КПСС, обсуждая эту статью на своем заседании, не одобрило ее. Хотя большинство рядовых коммунистов ее поддержали.

В 1988 году стихийные силы природы выступили против нас. В Армении произошло небывало сильное землетрясение, принесшее огромное разрушение городов и сел, гибель десятков тысяч человек. Но даже эТа природная стихия не объединила людей, не остановила борьбу между ними. Армяно-азербайджанский конфликт разгорелся с новой силой. Какие-то могущественные силы, заинтересованные в этой борьбе, не давали ей ослабнуть. Видимо, слишком велики были ставки в этой борьбе, слишком заманчивы были ее цели.

Обманутый народ, доведенный до крайней степени нищеты и унижения, оказался только инструментом в Достижении этих целей.

1988 год в истории Советской страны стал как бы рубежным. Его особенность заключалась в том, что он обозначил надлом в самом перестроечном процессе, в его направленности, в восприятии его общёст-вом. Надлом, последствия которого оказались драматическими.

В дружественных нам странах Восточной Европы начался необратимый процесс борьбы за изменение существовавшего в них строя, завершившийся в 1989 году взрывом, особенно в ГДР, Чехословакии, Румынии, и развалом Варшавского договора в 1990 году.

В этой ситуации М. С. Горбачев начал совершать с согласия безропотного ЦК КПСС ошибки, которые вели к сдаче позиций социализма. Возможно, это были и не ошибки, а преднамеренные действия. Ведь заявил он на Пятом съезде народных депутатов в сентябре 1991 года, что случившееся (имеются в виду августовские события 1991 года) является для него тяжелым уроком, клялся в «приверженности демократическим переменам», каялся, что «несвоевременно встал на сторону демократических сил и поздно освободился oi державных структур тоталитарной системы». Надо было открыто определяться, что делать дальше.

КУДА ВЕЛИ «АРХИТЕКТОРЫ ПЕРЕСТРОЙКИ»

Летом 1988 года состоялась 19 Всесоюзная конференция КПСС. Эта конференция в целом сыграла негативную роль в жизни нашей партии и государства. В ее многочисленных резолюциях говорилось не о перестройке экономики, а о реформировании ее. Для этого предлагалось перед реформированием экономики реформировать политическую систему общества, то есть сменить общественный строй в стране. События начали развиваться в ускоренном темпе. М. С. Горбачев приобрел уверенность в своих действиях.

Я был делегатом этой конференции и хорошо помню выступление на ней известного писателя Ю. Бондарева. Он говорил, что «начиная перестройку, мы как бы подняли в воздух самолет, не зная, есть ли в пункте назначения посадочная полоса для его посад ки». Это было яркое, убедительное выступление, пре дупреждавшее М. С. Горбачева о пагубности проводимой им политики. Это было предупреждение всей партии. Но как загипнотизированные, делегаты конференции бурно поаплодировали выступавшему, но никто не выступил в его поддержку.

Вслед за Ю. Бондаревым бойко выскочил на трибуну известный офтальмолог академик С. Федоров. Скороговоркой он выпалил, что, в отличие от Ю. Бондарева, он знает, что перестройка должна привести к либеральной экономике, то есть рыночной экономике, основанной на частной собственности. Впервые публично было заявлено, чего добиваются «демократы». Но отпора это заявление не получило.

В кулуарах заседаний конференции шли споры. Но они прекращались, как только входили в зал заседаний.

Среди членов делегаций, особенно Прибалтики, Украины, Молдавии, не было единства взглядов. Но все единодушно голосовали за предлагаемые проекты решений. Прибалты открыто высказывались за отделение от Союза ССР. Вели себя очень активно. Вместе с частью делегатов, считавших себя демократами, постоянно стремились на трибуну, вносили множество предложений, выступали с разоблачениями номенклатуры, обвинениями в адрес руководства партии и страны.

Другая часть делегатов после короткого препирательства спокойно голосовала за эти предложения. Несмотря на это, один из лидеров будущей межрегиональной депутатской группы Ю. Афанасьев назвал спокойное и уступавшее «демократам» большинство конференции «агрессивно-послушным сталинским большинством». Невероятное извращение фактов и.си-гуации, сложившейся на конференции!

Именно это большинство позволило конференции принять решения, сыгравшие негативную роль в дальнейшей судьбе КПСС и страны в целом.

В этих решениях говорилось о дальнейшей демократизации партии и общества, реформировании политической системы. По сути дела признавалось введение многопартийности при равенстве всех партий. Намечалась дальнейшая демократизация выборов государственных органов управления и власти. Органам КПСС запрещалось вмешиваться в выборы. Было принято решение считать целесообразным совмещение постов руководителей партийных комитетов и председателей советов, таким образом, партийные комитеты ставились под контроль советов. Вместо лозунга, выдвигавшегося ранее М. С. Горбачевым— больше социализма,— появился термин «гуманный, демократический социализм», суть которого была непонятна, так как социализм не предполагает быть негуманным и недемократическим. В решениях по реформе экономики просматривалась ее либерализация.

Многие делегаты требовали от конференции начать перестройку партии, прежде чем перестраивать общество, утверждая, что если партия не перестроится, то она утратит лидирующую роль, хотя на самом деле именно этого они и добивались. Как показали последующие события, начав перестройку партии, потеряли ее руководящую роль в обществе.

На конференции Б. Н. Ельцин просил делегатов о своей реабилитации. Но при этом себя не осуждал. В своем выступлении, заявив о том, что он гордится социализмом и тем, что сделано, он тут же начал говорить о вопросах социальной справедливости. «Должно быть так, — говорил он, — если чего-то не хватает у нас, в социалистическом обществе, то нехватку должен ощущать в равной степени каждый без исключения». Далее: «Надо, наконец, исключить элитарность в обществе, исключить и по существу, и по форме слово «спец» из нашего лексикона применительно к номенклатуре». И еще: «Пока мы живем так бедно и убого, я не могу есть осетрину и заедать ее черной икрой, не могу мчаться на машине, минуя светофоры и шарахающиеся автомобили. Я не могу глотать импортные лекарства, зная, что у соседки нет аспирина для ребенка, потому что стыдно».

Прошло десять лет. Б. Н. Ельцин стал президентом России. Жить мы стали еще беднее и хуже. Но зато сам Борис Николаевич ест осетрину и заедает ее черной икрой. Судя по всему, и спиртное в доме не переводится. Забыв, что у соседки нет аспирина для ребенка, глотает импортные суперлекарства. При первом недомогании собирает со всего света знатных лекарей. Миллионы долларов затратил на медицинское обору-

дование своей резиденции в Барвихе, сотни миллионов на клиническую больницу и поликлинику президентского медцентра. Полмиллиарда долларов на медицинский центр, где делалась ему операция. И все это при полной недоступности лекарств для простых граждан России из-за отсутствия у них денег на их приобретение, при сокращении койко-мест и медперсонала в больницах по всей истерзанной стране.

Когда едет в Кремль президентский кортеж из десятка автомобилей, включая и реанимационный, все на улице замирает. Весь транспорт стоит как вкопанный, так как на светофоры президент уже не обращает внимания.

Как пишут газеты, президента охраняют одиннадцать тысяч охранников, не считая охраны Кремля. По сообщениям той же печати, ни один президент мира, даже самой богатой страны США, не имеет привилегий, равных нашему, пришедшему к власти на волне борьбы с привилегиями.

Резиденция в Кремле, в которой все годы Советской власти располагалось Политбюро ЦК КПСС и руководство советского правительства, Президиум верховного Совета СССР, музей-квартира и кабинет В. И. Ленина с огромным залом заседаний его правительства и обширной библиотекой, Екатерининский зал, носивший в советское время имя Я. М. Свердлова, I) котором проводились пленумы ЦК КПСС и другие массовые мероприятия, собиравшие до четырехсот человек, — все эти залы и кабинеты занимал один Президент. А в этой резиденции, говорят, свыше 500 помещений. Ее ремонт обошелся казне, по данным газет, » 488 миллионов долларов. Кроме нее загородные резиденции: Горки-9, Русь, Барвиха, Шуйская Чупа и Карелии, Сосны в Красноярском крае, Волжский Утес в Поволжье, резиденция на Валдае и другие, на содержание которых расходуются десятки миллионов рублей из полупустой государственной казны.

Как опубликовано в прессе, стоимость самолета Президента России — четыреста миллионов долларов. К тому же в полете его сопровождает целая группа самолетов, как и наземный кортеж автомобилей, только более дорогой.

Даже будучи в отставке, Б. Ельцин, с согласия пра-пителей России, сохранил за собой небывалые приви-легки за счет федерального бюджета. Ему оставлена в пожизненное пользование загородная резиденция «Горки-9», помощники и обслуга, транспорт, мощная охрана, рабочий кабинет в Кремле с немалой администрацией и конторами. Под него создается какой-то «фонд», по другим данным, так называемая президент ская библиотека, для чего выделяется специальное здание в центре Москвы. Первая зарубежная поездка Ельцина, как простого гражданина-пенсионера, состоялась 6—7 января 2000 года на Святую землю, чтобы замолить свои грехи перед русским народом и «пообщаться с Богом». Эта двухдневная поездка обошлась государству, как сообщалось в печати, в 250 тыс. долларов (70 млн. рублей). Только авиарасходы на свиту составили 180 тыс. долларов. В Тель-Авив были доставлены бро нированные лимузины, узел президентской связи -неизвестно зачем; выдавались суточные в валюте, он лачивалось проживание в гостинице всей компании. А она состояла, предположительно, из 130 человек, включая супругу, двух дочерей, внуков, высших госу дарственных чиновников, врачей, прокремлевской прессы, охранников и др. Сам Борис Николаевич посс лился в роскошных апартаментах престижного отеля «Хилтон». Их стоимость— 2500 долларов (70 тыс рублей) в сутки. Все эти расходы производились за счет нищенского бюджета России.

Для обеспечения привилегий высших чиновником ельцинского режима управление делами президент распоряжается большим количеством санаториев, до мов о-^дыха, пансионатов, гостиниц, столовых и рсс торанов, медицинских учреждений, загородных хо зяйств, автопредприятий, ремстройконтор, предприя тий быта, четырьмя тысячами элитных дач и многочисленными объектами недвижимости как в нашей стране, так и за рубежом на астрономическую сумму в 600 миллиардов долларов.

А тогда, выступая на 19 конференции КПСС, Боры Николаевич гневно осуждал привилегии номенклаау ры, ни в какое сравнение не идущие с теми, которые он ввел, придя к власти, для своей номенклатуры и дня себя. После выступления Ельцина выступил Еюр Кузьмич Лигачев. Он пытался урезонить борца с при вилегиями, произнеся знаменитую фразу «Борис, ты нг прав». Как верна она сейчас! Редактор журнала «Огонек» В. Коротич совершил заранее подготовленную провокацию. Он передал в Президиум конференции фальшивку с обвинением ряда членов Политбюро, в том числе и Е. К. Лигачева, во взятках. Несмотря на явную нелепость этого обвинения, М. С. Горбачев открыл обсуждение этой фальшивки. Было сделано поручение Генеральной Прокуратуре разобраться с сигналом.

После 19 партийной конференции для выполнения се решений принимались кардинальные меры по углублению реформы политической системы страны, а на самом деле разрушению ее.

Поскольку КПСС пока еще оставалась реальной Силой в обществе, с ее помощью приступили к реорганизации высших органов советской власти с целью сосредоточить в них реальную власть в стране, надеясь получить в этих органах «демократическое большинство».

Вместо Верховного Совета высшим органом государственной власти в СССР становится Съезд народных депутатов. Он формирует из своих депутатов постоянно действующий Верховный Совет. Съезд народных депутатов состоял из 2250 депутатов. Одна греть, 750 депутатов, избиралась от общественных организаций, вплоть до общества филателистов, избиравшего одного депутата. КПСС отводилась квота 100 депутатов. Другие две трети, 1500 депутатов, избирались в территориальных округах. КПСС было запрещено вмешиваться в избирательную кампанию, заниматься агитацией и руководить работой избирательных комиссий.

' Вопрос выборов депутатов от КПСС рассматри-надся на январском Пленуме ЦК КПСС 1989 года. Он сформировал группу депутатов в количестве 100 чело-иск. В эту группу, кроме первых лиц руководства партии— М. С. Горбачева и Е. К. Лигачева— вошли представители интеллигенции: Д. А. Гранин,. И. Д. Лаптев, М. А. Ульянов, Е. П. Велихов, С. Н. Федоров и другие. Некоторые из них сразу стали активно поддерживать оппозиционную часть съезда.

Общественные организации, по установленной для них квоте, сформировали на своих съездах и пленумах списки депутатов. Поскольку эти организации состояли, в основном, из интеллигенции, то и состав делегатов от них был своеобразным. Это были в большинстве своем люди колеблющиеся или даже враждебно настроенные к советской власти. Хотя были и депутаты, преданные делу партии и советскому народу. Но их было меньшинство. Депутатами от этих организаций были избраны: А. Сахаров, Г. Попов, А. Адамович, П. Бунич, Т. Заславская, В. Астафьев, Г. Арбатов, Н. Шмелев и многие подобные им люди, сразу вставшие в оппозицию съезду.

Избрание депутатов от общественных организаций как бы освобождало членов КПСС, входивших в них, от партийных обязательств и партийной дисциплины. Таким образом, осуществлялась фактически ликвидация КПСС. Партии была успешно навязана политика аморфности и сползания в болото политической буржуазности.

Вместо поистине народного представительства в бывших Верховных Советах СССР в 1989 году в депутатском корпусе съезда народных депутатов СССР на первое место с большим опережением впервые в нашей истории вышла интеллигенция. Именно она совершила парламентский переворот, повлекший за собой в последующем драматические события в нашей стране.

Январский 1989 года Пленум ЦК КПСС был важным составным звеном в перелицовке политической системы страны. Приняв горбачевские «правила игры», он немало способствовал становлению антикоммунистической многопартийности. Впервые КПСС ограничила себя в практических действиях по выборам, отдав инициативу так называемым демократам, усиленно развращавшим народ.

Без такого Пленума не оказался бы последним XXVIII съезд КПСС. Не было бы событий августа 1991 года и последующих бед советского народа. Он отдал власть в стране в руки съезда народных депутатов. Влияние партии в обществе, в том числе и на депутатов, было существенно подорвано. Страна становилась плохо управляемой. Срочно ввели президентское правление в стране, надеясь компенсировать потерянное влияние партии. Но этого не произошло. «Демократы» использовали это правление в своих интересах. Положение стало еще хуже. М. С. Горбачев был избран первым президентом Союза ССР. При этом подчеркивалось, что создание □Оста президента вызвано потребностью в поддержании стабильного развития страны, придании большей динамики перестройке и закреплении гарантий ее необратимости, обеспечении нормального и эффективного функционирования всех государственных и общественных институтов. Ни один пункт этой программы не был выполнен первым и, как оказалось, последним Президентом СССР.

19 партийная конференция, январский Пленум ЦК КПСС 1989 года, введение президентского правления, развернувшаяся подготовка к XXVIII съезду КПСС, дискуссия в партии вокруг платформы КПСС «К гуманному демократическому социализму» и Устава КПСС, законодательная инициатива КПСС по изменениям и дополнениям статей 6 и 7 Конституции СССР вывели общество на новый виток борьбы. Шло дальнейшее расшатывание основ государственности. Началась открытая борьба за власть. На арену действия вышли силы, между которыми мира быть не могло. Кто-то должен был уступить и сойти с исторической сцены. Большинство коммунистов не понимали этой угрозы и дисциплинированно шли за своим лидером, ругая «демократов», свалившихся им на голову и мешающих им спокойно жить.

Я имел возможность наблюдать эти события как бы изнутри, посещая сессии Верховного Совета СССР и Российской Федерации, а также присутствуя на съездах народных депутатов СССР и на XXVIII съезде КПСС. Сессии Верховного Совета резко отличались от съездов народных депутатов своей заорганизованнос-тью, предсказуемостью, спокойствием, праздничностью и величием, напыщенностью многих депутатов, Особенно номенклатуры.

Съезды народных депутатов были шумными, драчливыми, мало предсказуемыми и колготными. На них, под напором требований так называемой демократической части съезда, сдавала одну позицию за другой чопорная партийная номенклатура, уверовавшая за многие годы своего правления в свою незыблемость, непогрешимость, не сумевшая увидеть надвигавшуюся перспективу развития событий в стране.

Приходя на сессии или съезды, я встречал своих старых знакомых, военных и гражданских, съезжавшихся со всей страны. Интересовался обстановкой в местах, где проходила моя прежняя служба, судьбой товарищей, с которыми раньше служил или был знаком. Знакомился с новыми людьми.

Так, на одной из сессий Верховного Совета СССР я оказался рядом с депутатами от Чечено-Ингушетии Махмудом Эсамбаевым и Сажи Умалатовой, всегда на сессиях державшимися вместе. Познакомились, разговорились о Чечне, о Москве. Я много раз бывал в Грозном по долгу службы. Это их заинтересовало. К концу сессии мы стали добрыми друзьями. В последующие годы и на сессиях, и на съездах они подходили ко мне как к старому знакомому поговорить. Знаменитое выступление Сажи Умалатовой на съезде с требо ванием к М. С. Горбачеву уйти в отставку было на моих глазах. Мы стояли перед началом заседания съезда, разговаривали о событиях в стране, обстановке на съезде. Сажи была возбуждена, нервничала и ругала М. С. Горбачева. Видимо, у нее зрел протест. Потом вдруг говорит: «Сейчас я выступлю и внесу предложение об отставке Горбачева. Дальше терпеть все ею безобразия нельзя». Я поинтересовался, хорошо ли она продумала свое предложение, убедительно ли оно прозвучит. «Надо поговорить с кем-нибудь из депуз а тов, чтобы вслед за вами он выступил и поддержан вас». Она согласилась со мной.

Но не успело открыться заседание, как она сразу же пошла к трибуне и без предоставления ей слова начала говорить о том, что Михаил Сергеевич разваливас! страну. В стране беспорядок. Руководить ею он не может. И, повернувшись к президиуму, где сиден М. С. Горбачев, смело заявила: «Михаил Сергеевич, вы не способны руководить страной. Наберитесь му жества и уйдите в отставку». И обращаясь к залу, к депутатам, внесла предложение об отставке М. С. Горбачева.

Но как бывало в те годы на съездах, голос Сажи Умалатовой не был услышан. Никто не выступил и ее поддержку. Предложение не обсуждалось и даже не было поставлено на голосование. Президиум съезда как бы не заметил этого инцидента и спокойно дал слово ранее объявленному депутату. Депутаты никак на это не среагировали.

Удивительная обстановка была на съездах. Более шумливая, неспокойная часть съезда создала межрегиональную депутатскую группу. Проводили ее тайные совещания, вырабатывали единую политику и всячески отстаивали ее на съезде. Большинство участников съезда чаще всего не поддерживали ее предложения, но решительного наступления на них не вели. Иногда Kto-то из депутатов хлестко выступал против внесенного ими предложения, и все. Никаких выводов не делалось.

Съездами народных депутатов руководили М. С. Горбачев, А. И. Лукьянов и другие видные государственные деятели. В их руках была возможность управлять съездом в интересах большинства. Но представители межрегиональной депутатской группы своей активностью подавляли и большинство съезда, и его президиум. Теснили и теснили их, втягивая в различные дискуссии, заставляя принимать невыгодные решения, сдавать одну позицию за другой.

В президиум съезда от них поступало одно пред-ножение за другим. Надуманные разоблачения, клевета, требования создания комиссий для каких-то расследований злоупотреблений партийной номенклатуры. Выступления против привилегий тормозили блановую работу съезда. В этих условиях М. С. Горбачев ведет себя непонятно: показывает свою демократичность, беспрерывно вступает в дискуссии, все предложения «демократов» ставит на голосование, соглашается с ними.

После пяти лет разговоров о перестройке в декабре 1989 года на Втором съезде народных депутатов СССР правительством Н. И. Рыжкова был, наконец, предложен на утверждение первый проработанный вариант комплексной экономической реформы.

Он предусматривал ускоренную социальную переориентацию экономики в XIII пятилетке и сдерживание развития базовых отраслей. Осуществление этих чидач предполагалось строить на многообразии форм собственности, их равноправии и состязательности. Экономические меры и рыночные отношения в сочетании с государственным регулированием должны были стать главными элементами управления производством. Все это планировалось подкрепить системой социальных гарантий, призванных обеспечить равные возможности граждан. Шоковая терапия категорически исключалась.

План этот был встречен «демократами» в штыки. Выступил сопредседатель межрегиональной депутатской группы Г. X. Попов и потребовал немедленно вводить рынок, решить на съезде вопрос о пакете законов: о собственности, земле, аренде, устройстве Союза. Закончил выступление осуждением планов правительства и с издевкой заявил: «Действуйте, товарищи правительство, сами».

Вслед за ним на трибуну съезда вышел Б. Н. Ельцин и изложил свои тезисы, в которых потребовал создать необходимые политические условия для экономического регулирования: упразднить министерства, преобразовать Госплан; реформировать цены, вывести из Совмина Госбанк, создать эмиссионный и резервный банки с подчинением их Верховному Совету; от крыть фронт иностранным инвестициям; дать самостоятельность автономиям; реформировать армию, МВД, КГБ; землю немедленно отдать крестьянам. И хотя, вопреки этим прениям, план правительства был утвержден, к его выполнению так и не приступили.

На нескольких съездах обсуждались события в Тби лиси, связанные с разгоном митинга звиадистов в начале 1989 года, при котором погибли люди. Какие только обвинения не предъявлялись и республиканским, и цеш ральным органам власти, особенно военным.

Во главе с А. Собчаком была создана комиссия дл я расследования. Он сумел перевернуть все с ног на голову и доложил второму съезду, исказив все факты По его докладу в случившемся были обвинены коман дующий Закавказским военным округом генерал-пол ковник И. Н. Родионов, первый секретарь ЦК Ком партии Грузии Д. И. Патиашвили, Политбюро ЦК КПСС. М. С. Горбачев от всего отказался, покляв шись, что он не знал об этих событиях. Кстати, он не раз так поступал. На съезде выступил Главны й военный прокурор генерал А. Ф. Катусев и рассказал всю правду об этих событиях. У Э. А. Шеварднадзе это вызвало истерику.

На съездах целыми днями стоял шум. Основная повестка дня часто рассматривалась попутно со скандалами. Все говорило о том,, что идет расшатывание власти, компрометируется руководство КПСС в центре и на местах. Чувствовалось, что у М. С. Горбачева за спиной хороший советчик, который умело направляет его действия.

В фойе в перерывах работы съезда резко критиковали А. Н. Яковлева, члена Политбюро ЦК КПСС, открыто поддерживавшего межрегиональную депутатскую группу и сбивавшего с толку М. С. Горбачева. JBce, с кем мне приходилось разговаривать на съездах, вплоть до первых лиц руководства — секретари ЦК КПСС, союзных республик, крайкомов и обкомов партии, министры правительства СССР, военачальники, включая министра обороны Д. Т. Язова — возмущались обстановкой на съездах, поведением М. С. Горбачева. Но дальше возмущений дело не шло.

Если с трибуны кто-нибудь высказывал критику в адрес М. С. Горбачева или кого-то из межрегиональной депутатской группы, за его соглашательство, он оставался в одиночестве, без поддержки, а группа устраивала ему обструкцию. И все продолжалось по-прежнему. Какое-то безволие сковало большинство депутатов съезда.

Депутаты из межрегиональной депутатской группы После заседаний съезда шли на митинги населения, обманутого ими, которые проходили на Манежной иПушкинскойплощадях, у входа в Парк им. Горького И в Лужниках. На них до поздней ночи произносились речи, выдвигались требования к съезду, расшатывалась, разогревалась страна. Наутро с этими требованиями выступали с трибуны съезда, уводя его в сторону от утвержденной повестки дня, навязывая съезду свою волю.

Духовным отцом межрегиональной депутатской группы считался академик А. Д. Сахаров. Но он был плохим оратором и не таким уж дальновидным политиком, как его пытаются представить, флегматичным человеком. Его выступления были по форме неяркими, по содержанию неубедительными. Но он был человеком известным, гонимым режимом, часто занимал трибуну и вносил различные предложения.

На роль пробивной силы для борьбы с законной властью во главе с Политбюро ЦК КПСС межрегиональная депутатская группа выдвинула Б. Н. Ельцина, обиженного на это Политбюро за отстранение его от должности первого секретаря Московского горкома партии. Чтобы отомстить за обиду, он не останавливался ни перед чем. Зная его мстительный, капризный, непредсказуемый характер, депутаты при формировании съезда Верховного Совета не избрали Б. Н. Ельцина его членом. Тут же нашелся депутат по фамилии Казанник, избранный в Верховный Совет, который предложил съезду ввести Б. Н. Ельцина вместо себя в Верховный Совет. Как ни странно, съезд спокойно проголосовал за это. Б. П. Ельцина усиленно толкали во власть. Еще с большим трудом он был избран Председателем Верховного Совета РСФСР. Став им, он начал размахивать своей властью как дубиной, разрушая центральную власть.

Объявляется приоритет законов РСФСР над законами СССР, утверждается Верховным Советом РСФСР независимость России. От кого независимость? Ведь Россия — это государствообразующая республика, сердце СССР. Независимость России означала неминуемый развал СССР. Съезд народных депутатов во главе с М. С. Горбачевым никак не отреагировал на эти роковые для страны Советов решения Верховного Совета РСФСР во главе с Б. Н. Ельциным.

Глядя на Россию, зашевелились руководители других республик СССР. Некоторые только этого и ждали. Прибалтика, Украина, Молдавия расценили это как подарок для них и начали активно требовать независимости. Появилась идея нового Союзного договора, с которой М. С. Горбачев носился как с торбой. Но этот договор был прямой дорогой к развалу Советского Союза. Руководители союзных республик, прежде всего России, увидели в развале СССР единственно возможный для них способ получить неограниченную власть. Это позволило бы тем, кто этого хотел, сменить в стране общественно-экономический и политический строй.

Я твердо убежден, вспоминая свои впечатления от увиденного и услышанного на съездах, что съезды использовались прежде всего для борьбы за власть. На них КПСС отстранялась от власти.

В фойе Кремлевского дворца масса листовок, газет, проектов резолюций с различными требованиями к съезду. Кто и как проносил их в Кремль при такой охране, никто не знает. В фойе перед залом заседаний, так называемом Гербовом фойе, но всем углам совещаются группки депутатов вокруг Гавриила Попова, вокруг А. Сахарова, А. Собчака и других. Обсуждают тактику действий на день заседания съезда. Другая часть депутатов, номенклатурная элита, военачальники, заложив руки за спину, ходят по кругу, мирно беседуя, довольные своим положением, с ухмылкой поглядывая на эти группы.

Я присутствовал на четырех из пяти съездах народных депутатов. Они остались в моей памяти как зрелище беспомощности Политбюро ЦК КПСС и руководства страны, предательства М. С. Горбачева и беспринципности его ближайшего окружения.

На всех съездах народных депутатов М. С. Горбачев твердит одно и то же: «Без дальнейшей демократизации общества невозможна перестройка». Трудно, даже невозможно объяснить поведение руководства нашей партии и страны во главе с М. С. Горбачевым в этот период.

Борьба за власть шла не только на съездах. «Демократы» активно работали в массах. Многотысячными митингами раскачивали прежде всего Москву и Ленинград. Провели большую работу среди шахтеров и взяли их под свое покровительство. Сумели нейтрализовать армию, втянув ее в подавление кровавых междоусобных конфликтов в Закавказье, Литве, Средней Азии, и тем самым отделили ее от народа. Обострили межнациональные отношения, поссорили братские народы.

В ответ на изгнание азербайджанцев из Нагорного Карабаха и объявление его независимым от Азербайджана в Баку и Сумгаите устраивается кровавая резня и изгнание армян из Азербайджана. В Баку республиканская партийная и советская власть были парализованы. Создалась нетерпимая обстановка. Туда направляются секретарь ЦК КПСС А. Н. Гиренко, от Верховного Совета Е. М. Примаков. Но они не смогли наладить нормальную жизнь столицы Азербайджана.

Тогда в Баку вылетает Министр обороны СССР Маршал Советского Союза Д. Т. Язов для наведения порядка силой. Я должен был лететь с ним. В то время, работая в Москве, я оставался членом ЦК КП Азербайджана и членом Президиума Верховного Совета республики, но сразу вылететь, по ряду причин, не мог. Вылетел через несколько дней. К тому времени в городе произошли кровавые события. Погибли мирные жители. Тысячи русских людей были срочно вывезены из Баку. По прибытии в Баку я сразу же включился в работу по налаживанию контактов и связей с республиканскими властями, которые я хорошо знал, вместе работал. Это были трудные дни, трудные объяснения с людьми, для которых ты был товарищем по совместной работе. Еще труднее шел разговор с населением. Целый месяц я вместе с другими генералами и офицерами, прибывшими с министром из Москвы, вместе с руководством Главного командования войск южного направления, где я незадолго до этого работал, занимался неблагодарной деятельностью, помогая наводить порядок в городе.

5 февраля 1990 года начал работу Пленум ЦК КПСС. Кроме членов и кандидатов в члены ЦК на Пленум были приглашены секретари обкомов, ряда горкомов и райкомов партии, рабочие, ученые, военные— всего около 800 человек. Обсуждался вопрос о проекте платформы ЦК КПСС к XXVIII съезду партии. Пленум выявил несовпадение взглядов его участников на результаты перестроечных процессов, на состояние общества того периода и продемонстрировал дальнейший отход группы Горбачева от принципов перестройки.

В своей книге «А было это так...» член Политбюро ЦК КПСС В. И. Воротников, вспоминая этот Пленум, пишет о том, что М. С. Горбачев в своем докладе говорил: «Мы остаемся привержены выбору, сделанному в октябре 1917 года, социалистической идее, но уходим от догматического ее понимания... Коренной вопрос— очиститься от всего, что связывает партию с авторитарно-бюрократической системой прошлого.

От жесткой системы социалистического строительства. Наш идеал — гуманный демократический социализм. Мы должны отказаться от идеологического догматизма, от устаревших взглядов на мировой революционный процесс... Логика борьбы за перестройку подвела нас к крупным решениям (о собственности, о земле, о местном самоуправлении). Начинают вырисовываться новые контуры советской федерации. Возникает необходимость в перегруппировке сил в верхних эшелонах власти. Ставится вопрос об институте президентства».

Отличаются своим несовпадением выступления членов Политбюро ЦК КПСС, участников Пленума, отражавших понимание каждым из них процессов, происходивших в обществе, растревоженном перестройкой. Конспективно они выглядят так:

— Н. И. Рыжков утверждал: «Критические явления В партии нарастают. Надо ответить на вопросы: остается ли КПСС правящей партией, политическим авангардом народа? Быть или не быть многопартийности? Стоит ли КПСС на коммунистических позициях или делает крен в сторону социал-демократии? Видим ли мы социально-политические последствия за этими вопросами — главная причина переживаемых трудностей. Фактически мы уже живем в условиях многопартийности. Партия отошла от управления социально-политическими процессами, а Советы оказались не способными взять на себя властные функции».

— Б. Н. Ельцин в своем выступлении делает вывод и требует: «Партия у черты кризиса. Вина в этом ЦК, Политбюро. Сейчас у нас последний шанс — пленум, съезд. Необходимо радикальное обновление партии».

— Е. К. Лигачев размышляет и предупреждает: «Самым ценным в нашей жизни была уверенность, советских людей в завтрашнем дне, а ведь это и есть социализм. Немало ошибок допущено в ходе перестройки (неподготовленный переход к новым экономическим отношениям, дезорганизация потребительского рынка, ослабление государственной дисциплины, недостаточное внимание к аграрному сектору и др.). Главная опасность — мощные силы националистического, сепаратистского, антисоциалистического толка. Сейчас важный вопрос— идейное и организационное укрепление партии. Решительно против того, чтобы в Платформе шла речь о частной собственности. Против превращения партии в аморфную организацию. Говоря о международном положении, обращаю внимание на надвигающуюся опасность — форсирование воссоединения Германии, а фактически — поглощение ГДР».

— Э. А. Шеварднадзе лавирует, подстрекает и хвалится успехами внешней политики, которую он проводит. «Необходим политический плюрализм, сотрудничество с другими здоровыми общественно-политическими объединениями. Если хотите сохранить содружество братских народов, то надо воссоздать его как договорной союз суверенных государств. Следует поддержать стремление коммунистов России к формированию государственных и партийных структур. О власти — я за президентство. Внешняя политика нашего государства проводится активно. Мы нигде и никому не делали уступок, а если и делали, то только руководствуясь здравым смыслом. Что касается сдачи позиций, то они произошли много лез назад, а мы их теперь возвращаем. И пусть не вишп перестройку в разрушении ею политической структуры Европы. Ее разрушила воля народов, не пожелавших мириться с насилием — насилие было совершено в конце 40-х годов».

— В. А. Медведев безапелляционно заявил: «Критический элемент развития общества налицо. Попытка приписать вину за это перестройке неправильна. За десятилетия застоя накопилась огромная критическая масса взрывного материала. Это видно на примере Восточной Европы. Именно перестройка позволила нам предотвратить самый тяжелый вариант развития событий, избежать катастрофы. Но общая линия верна, а конкретные меры не всегда адекватны. Надо выводить общество из кризиса путем более решительного продвижения вперед».

— В. И. Воротников убедительно доказывал: «Один из центральных вопросов дискуссии — вопрос о полномочиях власти. Демократия, свобода — не безбрежное море. У демократии есть свои берега: госу дарство, закон, право. Сейчас же закон игнорируется, государственные усилия подвергаются осаде. Возможно, введение института президентства позволит укрепить государственную власть.

Об отношении к частной собственности. Приемлем ли наемный труд? Какова будет реакция общества, как изменится морально-психологический климат? Какое общество мы строим? Необходимо не плыть по течению и оглядываться на другие страны, а строить исходя из объективных законов и конкретных условий нашего государства (традиций, специфики, реальностей), из того, что строим социалистическое общество. Далее. Происходит развитие русского самосознания как процесс осознания собственной ущемленности... Россия становится центром мощных общественных дискуссий. Некоторые политические группировки в других республиках стремятся разыграть российскую карту. На волне национальных чувств могут подняться и экстремистские течения. Это необходимо учитывать».

— А. Н. Яковлев уверяет, провоцирует и убаюкивает участников Пленума: «О Восточной Европе. Процессы там разные и результаты разные. Чем глубже кризис в той или иной стране, тем тяжелее последствия. Значит преобразования там запаздывали. О нашей реакции — если мы у себя провозгласили свободу и демократию, то как можно отказать в них другим? Остановить события в этих регионах невозможно и не нужно.

О Платформе. История подарила нам шанс на созидательную революцию. Политическая суть— использовать этот шанс. Издержек много. Но надо переболеть. Поддерживаю предложение об укреплении власти в стране. Есть проблемы внутренние и внешние, требующие оперативных мер. Нам нужен реализм, трезвость оценок, полная правда обо всем. Я не разделяю настроений паники. Нагоняем страх сами на себя. Наш кризис не перед катастрофой, он иной — это родовые схватки нового. Кризис возникнет, если будем опаздывать, ограничиваться половинчатыми решениями или дрогнем. Нужно больше товарищества, меньше подозрительности».

В выступлениях рядовых участников Пленума, более объективно оценивавших обстановку в стране и болевших за перспективу ее развития, звучали другие высказывания. Говорилось о том, что «политическая и экономическая дестабилизация в стране нарастает. Падает исполнительная власть. Необходимо, пока не поздно, задуматься над судьбой социалистического государства. В партии начались опасные процессы, ведущие к расколу. Надо точно знать, куда мы идем, что хотим получить. Необходимо размежеваться с так называемыми радикальными силами...»

«Сейчас в обществе доминируют эмоции, а не разум. Звучат призывы к свержению партии, гражданскому неповиновению. Партия не имеет целостной идеологической платформы. КПСС в глубоком кризисе. Не надо тешить себя иллюзиями, что народ поддерживает перестройку, а, следовательно, и партию, которая ее начала. Скорее, наоборот. Возрастает выход из КПСС. Руководящая роль принадлежит не партии, не коммунистам, а аппарату. Именно аппарат дискредитирует партию, поэтому она теряет авторитет...»

«Мы все больше стали дорожить не собственными оценками, а тем, как нас оценивает Запад. Стараемся все время доказать, что народ за перестройку. Говорить, что в нынешней ситуации народ «за» — политически непорядочно. Народ «против» и все больше говорит об этом. Поэтому нашему руководству приятнее встречаться с улыбками на улицах западных столиц, нежели с угрюмыми соотечественниками...»

«Мы все мечемся, надеемся, что демократия рас ставит все по местам в политической сфере, а рынок в экономике. Пытаемся все беды списать на «прокля тое прошлое». Надо отвечать за содеянное сейчас До чего довели страну! На потеху Западу, который, славословя в наш адрес, умиленно улюлюкает по по воду краха государства, гибели мирового социализ ма...»

Так штормило на Пленуме ЦК КПСС в феврале 1990 года, участники которого объективно выражали настроения народа страны и коммунистов перед своим XXVIII съездом.

В марте 1990 года Пленум ЦК КПСС обсуди и вопросы внутрипартийной жизни и принял постанон ление о сроках созыва XXVIII съезда КПСС, проведс шш отчетно-выборной кампании в партии, нормы Представительства на съезде и порядок избрания делегатов. В этом деле было много новшеств, направленных на изменение состава съезда под видом демократизации выборов делегатов съезда. Съезд решено было созвать 2 июля 1990 года.

Но еще в 1989 году стало усиленно распространяться Мнение о создании РКП — Российской коммунистической партии. Обосновывалось это тем, что Россия обделена вниманием ЦК КПСС, что все республики, кроме России, имеют ЦК компартий. Требования нарастали, и декабрьский Пленум ЦК КПСС решил образовать бюро ЦК по РСФСР. Но это не уменьшило требований по созданию РКП. 19 июня 1990 года собралась конференция. На следующий день она объявила себя Съездом КП РСФСР и создала партию. Первым секретарем ЦК был избран И. К. Полозков. До сих пор нет твердого мнения о том, что создание КПРФ помогло укрепить Россию. А КПСС от этого ие стала прочнее. Это абсолютно точно. Создание Коммунистической партии России способствовало росту центробежных тенденций и обострению сепаратизма в стране, помогавшему тем, кто стремился ее развалить.

XXVIII съезд был последним съездом в истории КПСС. Я присутствовал на нем. 0л не был историческим, да и не мог сыграть эту роль в связи с тем, что партия к этому времени стала аморфной. В ней появились платформы и течения, шла ожесточенная борьба за реформы в партии, не было ярко выраженного ядра, которое противостояло бы ее разложению и выступало за единство ее рядов.

Руководство партии в организационных вопросах съезда пыталось все делать по заведенному ранее шаблону. Но не имея сил, а может быть и желания сдержать напор различных течений, появившихся в партии, потихоньку сдавало позиции. На съезде взял слово Б. Н. Ельцин, сделал заявление о своем выходе из КПСС и сразу покинул съезд под возмущенные возгласы делегатов.

Двенадцать дней продолжалась работа съезда. Все эти дни были наполнены борьбой. Полторы тысячи делегатов записались для выступления на съезде. Три с лишним тысячи замечаний и предложений по процедуре работы съезда и проектам его решений было внесено делегатами в президиум. Секретариат съезда размножил и выдал делегатам для ознакомления документы общим тиражом в 158 тысяч экземпляров.

В президиум съезда вносились десятки заявлений, проектов решений, различных платформ. Ленинград ские коммунисты внесли заявление под названием «За историческую правду, гражданский мир и социальную справедливость». Компартия Литвы тезисы «О поли тической обстановке в Литовской ССР». Делегаты, представлявшие коммунистические партии Узбекистана, Казахстана, Киргизии, Туркмении, сделали специ альное заявление о положении в республиках Средней Азии.

Съезду были представлены документы второй все союзной конференции «Демократическая платформа И КПСС» и документы второй конференции сторон ников «марксистской платформы КПСС». Ученые-эко номисты обратились к XXVIII съезду с письмом, в ко тором обращали внимание съезда на экономическое положение в стране, предлагали пути выхода из кри зиса в экономике. 112 делегатов съезда внесли проек! постановления «Основные этапы перехода к рыночной экономике». Около полусотни подобных документов получили делегаты для осмысления и принятия рс шений.

Впечатление от работы съезда складывалось такое, что руководству партии становилось не по силам сдер живать напор разбушевавшейся инициативы делегатов и осмыслить все то, что они предлагали.

Об этом говорит и количество постановлений, при пятых съездом: «К гуманному демократическому со циализму. Программное заявление XXVIII съезда КПСС», «Резолюция съезда по политическому отчс i у ЦК КПСС XXVIII съезду КПСС и о задачах партии», «Устав КПСС», «Положение о Центральной Кон трольной комиссии», «О бюджете и имущее i bi-КПСС», «О политике КПСС в проведении экономической реформы и переходе к рыночным отношениям», «О положении крестьянства и реализации аграрном политики КПСС», «О политике КПСС в области об разования, науки и культуры», «О средствах массовой информации КПСС», «Об основных направлениях военной политики партии на современном этапе», «В защиту демократических прав, против гонений на коммунистов», «О молодежной политике КПСС», «Демократическая национальная политика— путь к добровольному союзу, миру и согласию между народами», «О политической оценке катастрофы на Чернобыльской АЭС и ходе работ по ликвидации ее последствий», «О письмах трудящихся, адресованных XXVIII съезду КПСС», «О подготовке новой программы КПСС», «Поручение делегатам XXVIII съезда КПСС».

Такое обилие постановлений создавало ощущение, что делегаты торопятся принять постановления по всем вопросам, как будто собрались они на съезд ^последний раз. Так оно на самом деле и произошло.

13 июня съезд избрал новый состав ЦК КПСС из 412 членов. Кандидатов в члены ЦК решили не избирать. Сами выборы проходили по-новому. В отличие от предыдущих съездов, состав ЦК предлагался двумя списками. Список номер один формировался по квот, ному принципу: от каждой компартии Союзной республики по пять человек. Кроме того, каждая республиканская, областная, краевая партийная организация могла внести свои кандидатуры из расчета один кандидат от ста тысяч коммунистов. Квоты выделялись также и партийным организациям Вооруженных Сил, Погранвойск, Внутренних Войск, заграничных учреждений. Список номер два формировался на съезде представителями делегаций. Было сомнительно, чтобы такой состав ЦК был работоспособным. Так оно впоследствии и оказалось.

Изменился и порядок формирования Политбюро ЦК КПСС. В него входили Генеральный секретарь и заместитель Генерального секретаря, избранные съездом, первые секретари ЦК компартий союзных республик и несколько других членов ЦК. Всего 25 человек.

Было избрано одиннадцать секретарей ЦК и пять членов Секретариата ЦК КПСС. Таким образом, вместо небольшого штаба, хорошо организованного м способного руководить партией, получился рыхлый руководящий орган, в котором трудно найти и принять решение, нужное и правильное. При этом 84,5%

коммунистов впервые были избраны в состав ЦК и других центральных органов партии. Объективно под видом демократизации управления произошла смена власти в партии. '

Видоизменились и контрольные органы партии. Вместо Комитета партийного контроля при ЦК КПСС и Центральной Ревизионной комиссии был создан единый орган, избираемый съездом, — Центральная Контрольная комиссия, состоящая из 160 человек. И кон трольная, и ревизионная работа в партии при этом ослабли. Особенно после того, как вскоре после съезда председатель Центральной Контрольной комиссии Б. К. Пуго был переведен на работу в Министерство внутренних дел Союза ССР. Вся тяжесть работы ко миссии легла на плечи его заместителя Е. Н. Махова, человека малоизвестного в партии.

Избранные съездом центральные органы партии, в силу своей громоздкости и неопытности вновь из бранных в них членов, никак не могли взять под контроль обстановку в партии и в стране. Практически шел распад СССР. Беспрерывно совещались народив шиеся за последнее время Президенты Союзных рес публик, они же Первые секретари Центральных коми тетов, они же члены Политбюро ЦК КПСС, по вон росу о новом союзном договоре и не могли принт к согласию.

Республики открыто, особенно Россия и Прибалт ка, выходили из повиновения центральной власти. До окончательного развала СССР й запрещения КПСС оставался ровно год.

1990 год, в котором состоялся XXVIII съезд КПС( был предпоследним годом моей воинской службы. По прежнему я отдавал свои силы работе партийной ко миссии, регулярно посещал заседания бюро и Презн диума Центральной Контрольной комиссии. В ш<\ кроме председателя и его заместителя были новые люди. Активность работы комиссии и глубина рас смотрения ею вопросов снизились. В то же врем и внутренняя жизнь в партии требовала концентрации усилий контрольных органов в борьбе за единство партии и партийную дисциплину. Это наталкивает на мысль, что реорганизация контрольных органов пар гии делалась преднамеренно перед решающими событиями в партии и стране.

7 ноября 1990 года в день 73-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции я присутствовал на параде войск Московского гарнизона на Красной площади. Мне нравилось это торжественное нслцчие. Когда-то, почти сорок лет назад, обучаясь 0 академии, я проходил торжественным маршем мимо ■ Мавзолея, на котором стоял И. В. Сталин. Теперь я присутствовал на парадах в качестве гостя. Высшему генералитету по традиции отводилось удобное для обзора площади место около Мавзолея В. И. Ленина. Мелодии торжественного марша тысячетрубного духового оркестра, четкий шаг проходящих мимо Мавзолея парадных батальонов, стремительный проход по площади грозной боевой техники вызывали прилив чувств, радостное волнение, гордость за армию, за свою великую страну. Я всматривался в проходящие ко площади колонны парадных расчетов академий, училищ и воинских частей, в том числе юных суворовцев Московского Суворовского училища, где учился мой внук, и думал: прошла жизнь, сменились поколе-кия. Может быть, и в этом тоже одна из причин того, Что происходит в стране, в постигших ее бедах.

После парада войск и демонстрации трудящихся Москвы в банкетном зале Кремлевского дворца съездов состоялся прием. С переездом на работу в Москву И приглашался на эти приемы. На приеме можно было встретиться и познакомиться самым неожиданным образом с известными людьми, с членом Политбюро и министром, космонавтом и ученым, знаменитым артистом и известным всей стране рабочим, с иностранным гостем. Приемы были без излишеств, вполне скромными. За огромными столами стояло по двадцать человек. Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев провозглашал первый тост, поздравлял с праздником. Кто-то из рабочих или интеллигенции или иностранный гость выступал с ответным словом. После этого начиналось свободное общение. Подходили друг к другу, поздравляли с праздником, разговаривали и смотрели концерт знаменитых артистов. К столу, где мы, военные, стояли, подошла Александра Павловна Бирюкова, заместитель Председателя правительства. Поздравила нас с праздником. Ту г же подошел Б. Н. Ельцин с супругой. Находясь в конфронтации с М. С. Горбачевым, он, тем не менее, нс отказывался от приемов. Правда, в ходе них капризничал, не становился за отведенный ему стол, искал общения с людьми попроще. Так он оказался за на шим столом. Обращаясь к А. П. Бирюковой. Б. И. Ельцин спросил ее, не боится ли она общаться с ним за одним столом, показывая этим свою он позиционность руководству государства и непримири мость борьбы с ним. Александра Павловна ответил;) вопросом на вопрос: почему она должна бояться об щаться с людьми? Но вскоре после этого отошла к другому столу. Борис Николаевич предложил тост за Советскую Армию, осушил рюмку и вышел из зала приемов. Мы обменялись мнениями о его поведении, не подозревая о той опасности, которая таилась в нем

Это был последний прием, который я посети а в Кремле. Он запомнился мне безразличием руковод ства страны к событиям, происходившим за стенами Кремля. Мы ходили Церед началом приема по фойе Дворца съездов в ожидании приглашения в зал и слу шали доносившиеся с митинга на Манежной площади слова, поносившие Советскую власть и Октябрьскую революцию. Никто не реагировал на них.

Удивительно, но рабочие, в отличие от руководо ни КПСС, обстановку в стране и партии оценивали более объективно и остро. На съезде рабочих столицы в ию не 1991 года говорилось, что развитие социализма, политической и экономической ситуации в стране отдует расценить как отказ от социалистического пут и переход к реставрации капитализма и стимуляции государственного и территориального развала СССТ В этой связи политика и действия руководства страны и КПСС были охарактеризованы как ревизионистские и предательские. У рабочих не было сомнения в том, что в СССР шли процессы капитализации. Причем говорилось не о классическом капитализме, а о кап и i а лизме уродливом, зависимом во всех формах: техно но гической, сырьевой, финансовой, кадровой, информа ционной и культурной. Все это влекло за собой поли тическую зависимость. Резкой критике на съезде бы ни подвергнуты проект Союзного договора и деятснь иость по его согласованию, проводившаяся представителями республик и центром, закон о разгосударствлении и приватизации. Единодушно был поддержан лозунг разгосударствления без приватизации, посредст-»6м передачи предприятий в собственность советов трудовых коллективов.

Вот фрагмент одного из выступлений: «Когда народ собирается и стремится объединиться, это значит, его что-то тревожит, что в нашей жизни что-то не так. Это значит, что до нашего сознания, наконец, стало доходить, что верховная власть страны продает нас и наши предприятия. Л сегодня, одобрив проект Союзного договора, она продает и наше государство... Для того чтобы бороться, у нас должна быть организация. Она называлась всегда партия, Коммунистическая Партия. Считаем, что рабочие должны не выходить из партии, а бороться за власть в партии. Чтобы Коммунистическая партия стала, наконец, партией рабочего класса».

Как отреагировало на эти предложения руководство КПСС? Оно просто проигнорировало их и не воспользовалось предлагавшейся поддержкой рабочего класса в трудную минуту для страны. Видимо, у него были другие цели, и с рабочими ему было не по пути. .

Мой уход со службы на пенсию ускорился в связи с начавшейся реорганизацией Главного политического управления СА и ВМФ. В связи с департизацией и де-нолитизацией армии и флота при Главном политическом управлении был создан Всеармейский партийный комитет для руководства партийными организациями и войсках. Это был первый этап реорганизации некогда могущественного партийно-политического органа КПСС в Вооруженных Силах.

Второй этап — ликвидация Всеармейского парткома вместе с политорганами и партийными организациями войск и Главного политического управления И создание на их базе Комитета, а затем Главного управления воспитательной работы Министерства обороны.

Естественно, в этой реорганизации для меня не находилось места в силу моего партийного менталитета и возраста. Я был уволен в отставку.

Мне, как и всем в таких случаях, было тяжело расставаться с армией. Ей я посвятил всю свою жизнь Еще тяжелее было видеть, как рушатся идеалы, в кото рые верил, которым служил, которым отдал всею себя. Ежедневно на даче с тяжелыми переживаниями совершал лесные прогулки, заглушая боль и тоску.

19 августа утром позвонил сосед по даче и взво и нованным голосом сообщил, что по радио передаю! заявление ГКЧП (Государственного комитета по чрез вычайному положению в стране). Прослушав заявле ние, вызвал машину И поехал в город поближе к собы тиям. Проезжая по Киевскому шоссе, увидел отстаи шие от колонны танки Кантемировской танковой дивизии. При въезде в город стояла сама танковаи колонна. Бросилось в глаза благодушие танкистов, несерьезность происходящего. Разговорившись с зав кистами, узнал, что они не имеют четкой задачи. Танки без боекомплекта. К стрелковому оружию танкистам боеприпасы не выданы. Настроение небоевое. Ctohi колонна, танкисты ходят от танка к танку, курю, толкаются, не кормлены. На танках сидят и играю! дети. Время— одиннадцать часов дня. Зачем пришив в город, никто не знал.

До конца дня новых сообщений не было. Вечером вышел из дому прогуляться. Встретил Бориса Серю евича Попова, бывшего Главного военного прокурора, жившего в соседнем доме. Спрашиваю его мнение о происходящих событиях. Он отвечает шутя: «Про шел день, почту не взяли, телеграф не взяли, как учи а В. И. Ленин, да и ничего не пытались брать». Значв! все несерьезно. Затея провалилась. Видимо люди, на чав действовать, не готовы были идти до конца, на серьезные и решительные действия. А народ ждав, надеялся и готов был поддержать. Но его никто но позвал за собой.

Через два дня затея окончательно провалилась. До развала Советского Союза оставалось всего три с но ловиной месяца. Начался активный слом социалис i и ческого строя, при котором мы родились и вырос ни, который дал нам образование, воспитал и возвеличим нас. Мы ему в трудную минуту ничем не homoi ни Никакого оправдания этому, что бы мы ни приду мы вали, быть не может.

Трагедию государства и нашего народа сейчас объясняют по-разному. Ясно одно: то, что произошло со страной, это не перестройка, а контрреволюция. Сам главный герой перестройки М. С. Горбачев в своих интервью уже с середины 1992 года нагло и бессовестно заявлял, что весь «демократический переворот» он так и замышлял с самого начала, но скрывал Это, «двигаясь по этапам». «Иначе, — заявлял он, — если бы я тогда провозгласил конечную цель, то меня неминуемо бы свергли». Было цинизмом, получив доверие партии, выдвинувшей его на должность Генерального секретаря ЦК КПСС, совершить самоотречение от власти. Но еще более чудовищный цинизм по отношению к своей стране, своему народу состоит (Ь том, чтобы делать такие заявления, хвастаться предательством.

Но истина действительно состоит в том, что именно он, М. С. Горбачев — основной и главный виновник беды, случившейся с нашей великой страной. Неимоверно велика в этом и вина его главного соперника Б. Н. Ельцина, бывшего Президента России.

Часто спрашиваю себя, как могло случиться то, что случилось с нашей страной и ее народом? Да, мы строили новое общество в окружении старого мира, задевая его интересы, прежде всего, положительным примером более справедливого отношения к трудовому народу. Этот старый мир понимал, что, в силу объективных законов развития человеческого общества; ему на смену пришел новый. Естественно, он не мог мириться с этим и вел против нас многолетнюю организованную борьбу: совершал военные интервенции, вооруженные провокации на наших границах, навязал нам кровопролитную войну, но победить нас силой оружия не мог. Волею коммунистической партии и под ас руководством мы были хорошо организованной Непобедимой силой.

Тогда появился американский план «холодной войны» между двумя противоположными системами, цепью которого было измотать нашу экономику, разложить Наше общество, найти внутри его предателей в взорвать Советский Союз изнутри. И этот план ^работал, хотя потребовал от его организаторов огромных усилий и финансовых затрат, в том числе и па подкуп нужных людей, стоявших у власти.

При выполнении этого чудовищного плана мощна» организующая сила, Коммунистическая Партия Со ветского Союза, обеспечившая все наши победы, была использована как первый объект, против которою и через который наносился главный удар для разгрома СССР.

Разгром партийных кадров, реорганизация руково дящих органов партии, отмена ее руководящей роли в обществе, реорганизация органов управления стра ной привели к самоизоляции партии, сделали ее неспо собной помешать развалу СССР и смене обществен ного строя. Более того, объявленная руководством КПСС «перестройка» окончательно расшатала страну и поставила ее перед катастрофой.

Почему все это стало возможным? Объективные исследователи назовут в свое время истинные причины Мне, на основе собственных наблюдений происходив шего, представляется, прежде всего, потому что строи тельство нового социалистического общества требонл ло глубокого теоретического осмысления, обобщения и обоснования. Примеров такого строительства в мире не было. Это был вызов самому существованию кани тализма. Вместе с тем, после смерти В. И. Лениии в КПСС из рук вон плохо была поставлена теоретическая, а следовательно, и идеологическая работ И. В. Сталин, будучи человеком умным, еще занималс я теорией построения социализма, был хорошим оргапи затором и бдительным руководителем. Страна успсш но развивалась. Приняв ее с сохой, как говории У. Черчилль, он оставил ее с атомной энергией.

Вожди после И. В. Сталина были далеки от теории и не лучшими практиками. Теоретические институм.| марксизма-ленинизма в условиях единомыслия в нар тии не могли компенсировать пороки руководителей Запущенность теоретической работы привела к ослаб лению идеологической стойкости партии, потере пони тической бдительности, неспособности руководя щи к кадров предвидеть, анализировать и оценивать собы тия внутреннего развития страны и надвигавшиеся ни нас опасности в ходе «холодной войны» двух прош воположных систем.

Не удивительно, что в этих условиях партия проглядела тот момент, когда, используя агентов влияния и ней, нам, вместо перестройки с целью обновления социализма, умело подсунули план развала СССР и смены экономического и общественного строя.

Плохая теоретическая и идеологическая работа Партии привела к застою политической мысли. Установление в Партии единомыслия вызвало безволие ее членов. Ужесточение партийной дисциплины сковало инициативу коммунистов, сказалось на нарушении принципов подбора и расстановки кадров по политическим, деловым и моральным качествам, как учил Ленин.

На руководящие посты стали приходить люди, идеологически невыдержанные, политически неустойчивые, морально нечистоплотные. Благородные качества большевиков времен революции и первых лет советской власти — преданность и верность идеям коммунизма, несгибаемая стойкость и классовый подход к общественной жизни — были утрачены. Это привело к потере боевитости партии. Она стала проявлять инертность. Проблемы накапливались. Престарелые руководители не брались за их разрешение, видимо, не рассчитывали на свои силы. А у пришедших им на смену молодых людей не хватило ума, оказалось много амбиций, на которых сыграли наши недруги.

Произошло это в условиях расслоения коммунистов, в том числе и в руководящих органах партии. Руководство КПСС в это время можно условно разделить на три группы.

Первая группа, немногочисленная, но стоявшая у самой верхушки партии, явно изменившая ей и открыто отрекшаяся от нее в трудную минуту. Это группа М. С. Горбачева: А. Н. Яковлев, Э. А. Шеварднадзе, В. А. Медведев и другие, менее известные лидеры. Через эту группу проводились все изменения в партии и стране. Она была популярна за рубежом и подкармливалась оттуда. В своих действиях она опиралась на часть изменившей делу партии номенклатуры, а также на значительную часть научной и творческой интеллигенции.

Вторая группа — многие выдвиженцы на руководящие посты в партии и стране с приходом М. С. Горбачева. Это, в основном, относительно молодые, амбициозные люди, в большинстве своем занявшие по сты в спешке перестановок не по своим возможностям. Через них первая группа, особенно в начальный пери од перестройки, влияла на партию, проводила свои решения. Представителем этой части руководства был уже немолодой, но очень амбициозный Егор Кузьмич Лигачев. Это честнейший и преданный партии человек, но ему, как говорят в народе, оказалась «не по Сеньке шапка». Занимая второй пост в руководстве КПСС, курируя, прежде всего, организационную работу пар тии, он с блеском выполнил желание М. С. Горбачена освободиться от старых партийных кадров, с насторо женностью относившихся к инициативам Генералы i о го секретаря ЦК КПСС.

Были заменены почти все первые секретари обко мов, крайкомов, республиканских комитетов КПСС и подчиненных им комитетов. Это привело к безро потному подчинению большинства выдвиженцев ру ководству партии и принятию ею роковых решений Замена была явно неравноценной. Уходили опытные, подготовленные, мудрые, крепкие руководители. Им на смену приходили люди, не обладавшие этими ка чествами, но в основном готовые служить режиму Не случайно большинство из этой категории рабсм ников после смены прежнего режима неплохо присно собились к новому.

Для примера назову несколько фамилий тех, кою хорошо знаю по совместной работе в регионах. Пер вым секретарем Сталинградского областного коми i с та партии работал В. И. Калашников, человек боль ших знаний, несгибаемой воли и огромного опыта. Ei о уважали, и комитет не соглашался на его уход. Тшда на Пленум приехал представитель Политбюро ЦК КПСС, а перед зданием обкома собрали бесновавшую ся толпу, требовавшую освободить Калашникова. Но смотрел на этот цирк Владимир Ильич, и обиженный ушел с пленума.

Убрали с должности первого секретаря ЦК компа р тии Грузии Д. И. Патиашвили, принципиального, ум ного, твердого и человечного руководителя. Вмесю него избрали очень молодого для такой сложной пар тийной организации Гиви Гумбаридзе, очень порядоч ного, но малоопытного, для того чтобы справиты н

С Обязанностями в переломный период жизни партии. Непонятно, чего достигли заменой первого секретаря Цк компартии Азербайджана К. М. Багирова на Вези-рова. И так повсеместно. К руководству комитетами приходили послушные, но малоопытные руководители, тогда как обстановка в партии и стране усложнялась. Смею думать, что делалось это сознательно. Убирались с руководящих постов, не только в партии, Люди, способные к сопротивлению. Это подтверждает вывод из состава ЦК КПСС на одном из Пленумов ЦК свыше ста его членов, достойных коммунистов, бывших руководителей, ушедших на пенсию в ходе перетряски кадров. Это были люди старой партийной закалки, имевшие свое мнение и способные его высказывать и отстаивать.

В это же время менялись кадры в Совете Министров. Были отозваны послы СССР из 90 стран мира. Из состава Политбюро ЦК КПСС 1985 года остался один М. С. Горбачев.

Егор Кузьмич, конечно, вскоре понял, что его твер-. дый характер используется во вред партии, но было уже поздно. И ходит сейчас Егор Кузьмич по всем Пленумам ЦК КПРФ и ЦК СК КПСС, агитирует, призывает бороться за власть, которая была у него а руках и уплыла в результате, и его в том числе, непродуманных действий. Теперь поздно агитировать, думать надо было раньше, что делаешь. Для этого иадо иметь не только характер, но и аналитический склад ума и дар предвидения результатов своих действий. К сожалению, в том Политбюро Егор Кузьмич был не одинок в характере и манере поведения. А ведь мы принимали их за мудрых политиков и верили им. По многие из них не оправдали наших надежд, оказались не теми, кем казались нам.

Третья часть руководства партии— это номенклатура Центрального Комитета КПСС, умные люди различных профессий. Большинство из них видели всю порочность курса М. С. Горбачева, в кулуарах обме-иивались между собой мнениями, но высказать их •открыто не решались: не хотели терять свои должности, и с ними единственный источник своего благополучия; верили в Силу партии, думали, все обойдется, и не такое в жизни бывало. Отдельные из них все же выступали на пленумах ЦК, поднимали голос протеста, но оставались с одиночестве. Это посоп СССР в Польше В. И. Бровиков, писатели Ю. Бонда рев, В. Карпов и другие.

Основная масса рядовых членов партии не очеш. ощущала, особенно на первом этапе, остроту борьбы Свою задачу в перестройке они видели в добросо вестном выполнении своих обязанностей на поручен ном участке работы, верили в то, что делает партия, беспрекословно подчинялись партийной дисциплине, иногда возмущались непосредственно их задевавши ми недостатками жизни и быта. Это относится, преж де всего, к большей части рабочих, колхозников, про изводственной интеллигенции.

Немалая часть рядовых коммунистов из научной и творческой интеллигенции, исповедовавшей общечс ловеческие ценности, явно качнулась в сторону аак называемых демократов. Шла на митинг, участвовала в различных движениях, народных фронтах, была сре ди оппозиционных делегатов на съездах партии и па родных депутатов, всячески подталкивала М. С. Гор бачева к расшатыванию основ Советского строя. Спа чала помогла ему убедить народ в необходимое i и перестройки, не объяснив, что это такое. Затем стала доказывать, что перестройка не пойдет, пока не буде i реформирована политическая система общества, не позволяющая проводить экономические реформы, х<> тя опыт реформ в Китае говорит об обратном.

Мы пошли другим путем, вопреки этому опыту. Выполняя решения 19 конференции КПСС о реформ»' политической системы нашего общества, ликвидиро вали руководящую роль КПСС в нем, расшатали у и равление страной. В экономике под видом кооперации выпустили на волю теневиков, стали пачками созда вать при здоровых производствах фирмочки-парази i ы и тысячами штамповать посредников, спекулянтоа, махинаторов. Позже появились биржи, ваучер, аукцп оны по распродаже общественного достояния.

КПСС самоустранилась от власти. В результат были ликвидированы все скрепы, все опоры, на кою рых держался Советский Союз, и он без труда, вопреки воле народа, был распущен кучкой дельцов, собран шихся в глухом Беловежском лесу в Белоруссии.

Не уйти от горького вывода о том, что исключительно мощный внешний натиск на нашу страну, наш политический и общественный строй в ходе «холодной войны», развязанной империалистами, наложился на подготовленные внутренние условия, идеологическую изношенность руководства КПСС и руководимого им правительства в результате запущенности теоретической работы партии, непосильной для старцев, руководивших партией и страной.

«Реформаторы», «перестройщики» оказались интеллектуально, идеологически и организационно не более умными и способными, чем прежняя элита, но зато более безответственными, более бессовестными разрушителями. Ничего нового они создать в принципе не В состоянии. Необученные и не желающие ничему учиться, они хотели только хватать. Страна поплатилась за это развалом, человеческими жизнями, экономическим упадком.

Теперь мы имеем то, что имеем, что ненавидим и проклинаем: небольшую группу сверхбогатых людей, обнищавший народ, отброшенную на десятки лет назад, разоренную страну.

Идеи социализма опорочены. Нас стараются убедить в том, что социализм побежден окончательно ц бесповоротно. Действительно, социализм и мировое Коммунистическое движение переживают сейчас тяжелее времена, жестоко подавляются.

Полностью подтвердились слова В. И. Ленина: «Люди всегда были и всегда будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся .за любыми нравственными, религиозными, политическими, социальными фразами, заявлениями, обещаниями разыскивать интересы тех или иных классов».

Даже сейчас, оказавшись обманутыми и обездоленными, многие продолжают верить словам и обещаниям правящего в стране режима. Это позволяет ему манипулировать людьми и держаться у власти, угнетая народ, и, обогащаясь, грабить страну.

Но рано торжествовать победу над социализмом и коммунизмом. Идеи социализма в народе неистребимы. Человеческое общество, в силу объективных законов своего поступательного развития, неизбежно придет к нему.

Глава 4

ЗА ГОРИЗОНТОМ 2000 ГОДА


«Будущее в настоящем, но будущее и в прошлом».

А. Франс

Стремительное развитие мировых событий опережает наше мышление. В условиях быстротекущей жизни прогнозирование будущего весьма затруднительно, но все-таки возможно. В частности, можно проследить тенденции и их последствия в различных сферах общества, научно-техническом прогрессе, в области безопасности государства, создания вооружений и техники. Не предсказывать, подобно оракулам, а предвидеть, «заглянуть» за горизонт сегодняшнего дня.

Учитывая наступление нового века и нового тысячелетия— рубежа обостренного восприятия происходящего и будущего, — а также меняющуюся с быстротой калейдоскопа нынешнюю обстановку, мы предлагаем читателю свое видение последствий югославской трагедии, проблем безопасности, ядерного разоружения в ближайшей перспективе. Какими по содержанию могут быть российско-американские переговоры по сокращению вооружений? Имеется ли будущее у ядерного оружия? Какую безопасность можно ожидать для Европы и России? Что может угрожать российской безопасности? Эти и другие вопросы составляют содержание наших прогнозов. Все, что должно быть, сбудется— может не так, как должно быть.

СТАНЕТ ЛИ ВОЙНА НА БАЛКАНАХ ПРОВОЗВЕСТНИКОМ ГРЯДУЩИХ СОБЫТИЙ?

США завершили XX век войной на Балканах. Войной агрессивной, позорной, бесславной. Втянули в нее большинство стран НАТО. Пытались придать «демократическому насилию» видимость легитимности. Но это была фальшивая «легитимность». Югославия никому не угрожала, ни на кого не нападала. Ее пытались уничтожить, заставить капитулировать.

При посещении Косова Б. Клинтон хвастливо заявлял о том, что «Мы (т. е. США — Авт.) выиграли войну в Югославии» (ТВ, 23 ноября 1999 г.). Но это был фарс. На самом деле все обстоит по-другому. Поставленных целей агрессоры не достигли. «Победоносной войны» -не получилось. Однако натовцы обещали нам, что в грядущем могут последовать новые нападения на малые государства. А президент США Б. Клинтон цинично заявил: «То, что мы сделали в Югославии, мы в состоянии сделать где угодно». Не думаем, что подобные заявления — риторика. Это неизменная Политика Вашингтона, с которой американцы намерены войти в XXI век.

Что сделали США и НАТО в Югославии? За 78 суток (с 24 марта по 14 июня 1999 г.) агрессии натовцы совершили более 1200 самолето-вылетов. Армада в 400 самолетов бомбила Югославию днем и ночью. Уничтожили или вывели из строя 100% нефтяной промышленности, 70% авиационной промышленности, 50% производства боеприпасов, 40% танковой и автомобильной промышленности, 40% нефтехранилищ, 70% мостов через Дунай, 100 % железных и автомобильных дорог в Косово.

Погибли и ранены тысячи мирных жителей (среди них 40% детей). Сотни тысяч беженцев. Разрушены заводы, фабрики, школы, больницы, детские дома, телевидение, памятники культуры, религиозные храмы, многие другие гражданские и военные учреждения. «По ошибке» разбомбили дипломатическое представительство Китая. Ракеты и бомбы бросали не только на Сербию, но и на Македонию, Черногорию, Болгарию, Албанию и даже Италию.

«Цивилизованно» применяли спутниковые системы, новейшую электронику, высокоточное оружие, самолеты-невидимки «Стелт», графитовые, кассетные, шариковые ракеты и бомбы, термитно-визуальные бомбы, сжигающие и уничтожающие все вокруг, боеприпасы с урановой начинкой. Натовские вояки натворили в Югославии столько, что их самих охватил страх перед ответом. Они разрушили в стране за 2,5 месяца больше, чем гитлеровцы за 4 года 2-й мировой войны. Несмотря на это, X. Салана призывал «бомбить до тех пор, пока Белград не примет условия НАТО».

Кто развязал войну и беспричинно уничтожал суверенное государство? Вот они: президент США демократ Б. Клинтон; Генсек НАТО X. Салана— испанский социал-демократ; госсекретарь США, демократка М. Олбрайт, которую в свое время сербы спасли о i гитлеровцев и приютили у себя «невинное дитя»; американский генерал Кларк — исполнитель воли военной хунты НАТО; руководители государств и правительств Англии, ФРГ, Франции, Италии, Испании, Португалии, Турции, Голландии, Бельгии и других стран альянса.

Война на Балканах могла бы быть остановлена ООН. Однако ее деятельность, к сожалению, была заблокирована США и НАТО. Фактически ООН, подобно беспомощной Лиге Наций, оказалась не только не способной помешать развязыванию войны, но своей пассивностью взяла под защиту агрессора и даже по ощряла его. Благодаря этому натовцы попрали основы международного права и руководствовались «правом силы».

Но сила не сработала. Сербский народ не удалось поставить на колени. Не удалось уничтожить его ни физически, ни духовно. Как и во 2-й мировой войне, он показал мужество и стойкость. Натовской капитул я ции («семь принципов») не получилось. Хотя жертвы за свободу были слишком велики, но в историческом плане победа осталась за Югославией.

Реальность такова. США и НАТО не выполнили своих планов. Они проиграли войну на Балканах. США рассчитывали на легкую и быструю победу, под пред логом защиты Косова от «этнической чистки» и прав человека. В действительности США имели намерение поднять перед выборами престиж демократов (подмоченный «делом Моники»), закрепиться на Балканах и управлять Европой. Одновременно — призвать к порядку союзников по НАТО, так как Вашингтон начали беспокоить всякие Евросоюзы, федерации, «евро», экономические и финансовые объединения. Своих намерений США не достигли. Большинство американцев И мировая общественность осудили действия администрации Б. Клинтона.

Европейские союзники Америки также потерпели поражение — причем не столько военное, сколько в большей степени морально-политическое, как соучастники агрессии. Война противоречила национальным интересам суверенных государств. Но их руководители, вопреки здравому смыслу, поддались давлению и пошли на авантюру. Тем самым они показали политическую незрелость и холопскую покорность своему хозяину в решении кардинальных вопросов европейского мира. Их суверенитет оказался ограниченным.

Что касается блока НАТО, то он не выдержал испытания на прочность как военный союз и показал срою полную несостоятельность в качестве системы ёвропейской безопасности. Такой военный альянс может существовать либо как жандармский корпус США, либо в ближайшем будущем трансформироваться в^ политическую организацию. Очевидно, второе направление — «политическое измерение» — может оказаться приоритетным, учитывая неучастие некоторых стран альянса в балканской авантюре, наличие противоречий в блоке по вопросам будущей европейской безопасности, усиление ряда других евросоюзов (объединений). Существование НАТО в прежнем состоянии США могут удержать только силой и непродолжительное время.

, Не на высоте (мягко говоря) оказалась государственная политика России в ходе военного конфликта. Отказ российского руководства оказать сербам военную помощь в их героической борьбе против агрессора Показал слабость нашей страны, ее иллюзорную роль В европейских и международных делах. Мотивация своих пассивных действий боязнью втянуться в большую войну на деле привела к тому, что Россия оказалась на стороне НАТО. Она не поддержала своего стратегического партнера. Более того, под видом «политического урегулирования» вынудила руководство Югославии согласиться на оккупацию Косова натовскими войсками. Некоторые тактические успехи в действиях наших миротворческих сил в Косово не могу i компенсировать упущенные стратегические возможности в ходе военного конфликта.

В дни Балканской войны мы вновь увидели несогласованность в действиях руководства страны. Спец представитель президента, МИД, Минобороны, крем левская администрация, другие структуры— все дей ствовали как в известной басне И. Крылова. Не ощущалось единого координирующего органа, единой активной позиции. Слышны были лишь робкие увещс вания и предпринимались бесплодные попытки умиро творения агрессора.

Если говорить о других странах СНГ, то их вроде бы вообще не существовало. С ними никто и ни по какому вопросу не советовался. Руководители стран СНГ, пожалуй, впервые почувствовали свою собствен ную ненужность Западу и опасность того, что с ними могут поступить так же, как с Югославией. Эти собы тия объективно показали им необходимость интегра ции внутри Содружества и между собой.

Не справилась со своими обязанностями и ролью Организация Объединенных Наций. «Декларация о принципах международного права» (1970 г.) оказа лась пустой бумажкой. А ведь в ней предусматривает -ся, что каждое государство должно воздерживаться о г любых действий, направленных на частичное или полное нарушение национального единства и терригори альной целостности любого другого государства США и НАТО пренебрегли и Декларацией, и международной организацией. Они действовали вне ООН, вне Совета Безопасности ООН, вопреки международному праву. Деятельность последних свелась лишь к умиротворению агрессора* «Политика силы» создала опасный кризис ООН.

Какие уроки являются поучительными для будущего?

Первый урок. Косовский вопрос — внутреннее дело

Югославии, и она сама справилась бы с ним. Но в его решение вмешались внешние силы, которые поддержали этнический сепаратизм и спровоцировали войну нй Балканах. США и НАТО, действуя под предлогом защиты Косова от «этнической чистки», хорошо понимали абсурдность надуманного предлога, знали, что совершают противоправное дело. Тем не менее, обрушили на Югославию ракеты и бомбы. Преследовались далеко идущие цели: используя сепаратистские настроения, расчленить Югославию, оккупировать Косово, навести «санитарный порядок» во всей Европе. Однако имперские амбиции Вашингтона были сорваны сербским народом.

Военный путь решения этнической проблемы уже ^ага первом этапе (до ввода сухопутных сил) завел агрессоров в тупик, из которого они едва выбрались. История еще раз подтвердила— этнические противоречия, искусственно раздуваемые и поддерживаемые извне, обычно ведут к кровопролитию. Они решаются не войной, а на принципиально иных основах.

Второй урок. Американская концепция «этнических чисток» порочна в принципе. Она поощряет стремление нацменьшинств к сепаратизму, разжигает национальную рознь, оправдывает вмешательство США во внутренние дела суверенных государств. Если этнический сепаратизм решать по-американски (военным вмешательством извне), то мы вновь вернемся к временам фашизма. Дело в том, что этнические конфликты имманентно Присутствуют во многих странах. В России— Чечня. В Канаде — Квебек. В Эфиопии — Эритрея. В Грузии — Абхазия. В Болгарии — Добруджа. В Румынии — Тран-сильвания. В Литве— Виленский край вместе с Вильнюсом и т. д. Стремление США вмешиваться в этнические проблемы военным путем может привести к тому, что XXI век превратится в череду кошмарных военных конфликтов, «горячих точек».

Третий урок. Попытки России в борьбе с террористами в Чечне копировать американскую «позицию рилы» могут привести к тяжелым последствиям для мирного населения (жертвы, разрушения, беженцы), но вряд ли решат проблему. В Чечне мы имеем дело не просто с бандитами и террористами, а с более сложным и опасным явлением, когда национальный терроризм переплетается с международным и сочетается с исламским фанатизмом и сепаратизмом, нацеленным на отделение Чечни от России и дестабилизацию обстановки на Кавказе. Эти действия подогреваются, получают военную и финансовую поддержку извне. Явление, видимо, долговременное.

Сейчас главное для нас — не допустить перерастания локального (чеченского) конфликта в региональный (кавказский), не допустить международного вмешательства (например, НАТО) во внутренние дела России. Поэтому применения только военных сил недостаточно. Нужен, кроме того, комплекс политических мероприятий, учитывающих все факторы территориально-государственного строительства. Россия, как многонациональное государство, должна иметь свою четко разработанную концепцию решения национального вопроса и борьбы с сепаратизмом с учетом своих национальных интересов, своей национальной безопасности, своей государственной политики. Это поможет нам не допустить худшего на Кавказе, а значит и в России.

Четвертый урок. США и НАТО применяли протин Югославии практически все виды оружия, кроме ядерного, химического и биологического. То же самое американцы неоднократно делали в других военных конфликтах. Мировое сообщество осудило «цивилизованных варваров» за использование против мирного населения напалма, термитных, фосфорных, вакуумных боеприпасов, мин-ловушек, ракет и бомб с заполнением отработанными радиоактивными материалами.

Целесообразно напомнить политическим и военным руководителям США, стран НАТО, России и других государств о том, что существует международная «Конвенция о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие» (вступила в силу 2 декабря 1983 года). Конвенция запрещаем применение:

— любого оружия, основное действие которого заключается в нанесении повреждений осколками, нс обнаруживаемыми в человеческом теле с помощью рентгеновских лучей;

'— мин, мин-ловушек и других аналогичных устройств, наносящих поражение гражданскому населению, историческим памятникам, произведениям искусства, культурным и религиозным произведениям;

— зажигательного оружия (огнеметы, фугасы, снаряды, ракеты, бом^ы и другие емкости с зажигательными веществами) как непосредственно против населении, гак и против военных объектов, лесов, растительного покрова.

Запрещено радиологическое оружие, исходным материалом для которого могут быть радиоактивные отходы, образующиеся при работе ядерных реакторов. На повестке дня рассматривается вопрос о запрете неядерных вооружений, основанных на новых физических принципах (радиоволновое, инфразвуковое, кинетическое оружие и др.). Хотя США упорно противятся и блокируют решение этой проблемы.

В международной «Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду» государства-участники обязались не прибегать к враждебному использованию средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия в качестве способов разрушения, нанесения ущерба другому государству.

В ходе войны на Балканах США и НАТО нарушили указанные международные конвенции в части, касающейся применения запрещенных графитовых, кассетных, термитно-зажигательных бомб и бомб с начинкой из отработанных радиоактивных материалов. Они поставили Югославию на грань экологической катастрофы, нанесли огромный экономический ущерб и ущерб инфраструктуре страны.

Будет ли Международный суд ООН в Гааге рассматривать иски Югославии против НАТО на этот счет? Это покажет будущее.

Пятый урок. Он состоит в том, что Америка во второй половине XX века воевала по всему миру безнаказанно со стороны международных авторитетов. Она развязала «холодную войну», многочисленные локальные войны и конфликты, включая кровопролитие на Балканах,— и все эти преступления века не были официально осуждены Объединенными нациями. ООН и другие международные организации также не высказали свое отношение к американскому военному вмешательству во внутренние дела многих стран и народов. Такая безнаказанность развязывала руки агрессору в прошлом и дает «зеленый свет» подобным акциям в будущем XXI веке.

Для сохранения грядущего международного и европейского мира чрезвычайно важно поднять статус и роль ООН и всех ее структур. Она не может быть только американской или натовской. У нее должны быть свои собственные достаточно широкие полномочия, позволяющие ей остановить агрессию, прекратить всякого рода «этнические чистки» или другие злодеяния. Для этого следовало бы совместными действиями ООН и ОБСЕ все-таки попытаться вернуть блок НАТО в рамки Устава ООН и предложить натовцам войти в XXI век в новом «политическом измерении». Не получится — значит, втащим в новое столетие силовой беспредел и старую жестокость.

Шестой урок. Он касается непосредственно России. В современных условиях в числе потенциальных внешних угроз нашему государству могут быть: расширение блока НАТО на восток; распространение национальных интересов Америки на Кавказ, Каспийское море, Прибалтику; ввод иностранных войск (без санкции СБ ООН) на территорию отдельных дружественных РФ государств. Военно-силовой диктат США и НАТО, по мере возрастания их зависимости от природных энергоресурсов, будет усиливаться и по отношению к России, вплоть до вмешательства во внутренние дела подобно тому, как это было организовано в Югославии.

Российские Вооруженные Силы всех видов сегодня ослаблены, военно-промышленный комплекс развален, военная структура страны не готова к отражению агрессии. Кто даст гарантию, что на нынешнюю беззащитную Россию, если она попытается не допустить вмешательство во внутренние дела, не обрушатся ракетно-точечные удары по ее территории? Чем будем защищать свое воздушно-космическое пространство? Глава государства обязан просчитать возможные варианты и иметь необходимые ответы. Не сделаем этого сами — поможет Америка.

Многие политологи и провидцы на Западе и в России после войны на Балканах небезосновательно разочарованы тем, что Объединенные Нации еще далеки от состояния, когда они могли бы действовать по своему усмотрению. Пока всем управляют Соединенные Штаты. Другие страны молчаливо соглашаются с гегемонией Вашингтона, хотя видят в этом источник нестабильности, конфликтов, раздоров, угрозы вмешательства во внутренние дела суверенных государств. Если Евррпа по-прежнему согласится с единоличным господством Вашингтона, то музыку в таком мире будет заказывать американская военная мощь. Следовательно, война на Балканах станет не последним кровавым аккордом, а провозвестником грядущих событий.

Историческая память подсказывает, что натовцы не единожды убеждали европейцев в своей самостоятельности, что они не всегда и не везде будут покорно следовать указанию Белого Дома, что у них есть свой путь и единство. Но жизнь всегда опровергала эти суждения. На вопрос: кто есть кто в НАТО?— ответила война на Балканах. Поэтому напрасно сегодня нам назойливо твердят, будто бы НАТО — коллективная организация, действующая на основе консенсуса, который определяет пределы военных намерений США. Все это от лукавого. Практически все происходит как раз наоборот. США сами устанавливают и пределы, и «консенсус» для НАТО.

Что касается определения своих военных намерений, то здесь тем более они выступают как единоличные хозяева. Например, военно-политическое руководство Вашингтона уже обосновало возможное применение своих вооруженных сил в будущем. Вот это обоснование:

— защита жизненно важных интересов Соединенных Штатов во всех регионах мира;

— угроза жизни американским гражданам, находящимся в иностранных государствах (посольства, миссии и др.);

— оказание содействия вооруженными силами США союзным и дружественным странам, подвергшимся вооруженной агрессии, по их просьбе;

— угроза захвата или уничтожение американских военных объектов, расположенных на территориях иностранных государств;

— угроза свержения правительств союзных и дружественных США стран внутренними оппозиционными силами;

— подрыв и свержение неугодных США режимов в странах третьего мира под предлогом установления демократии;

— нанесение превентивных ударов по объектам ракетной, атомной и химической промышленности стран третьего мира, враждебных США и их союзникам в регионе;

— борьба с наркобизнесом и террористическими группировками (организациями) на территории иностранных государств.

Эти свои установки США, безусловно, проведут в жизнь. В них сосредоточен опыт прошлого и настоящего. Разумеется, это только наметки, контуры возможного применения американской военной машины. Наверняка появятся еще другие возможности под предлогом «защиты от этнических чисток», «защиты прав человека», установления «гуманитарного порядка», «санитарного кордона» и прочей военной помощи с «доставкой на дом». Как в прошлом. Меняются слова, названия— политика остается прежней. В основе ее— позиция силы. Сила— это религия Соединенных Штатов. К этой силе, как считают в Вашингтоне, должны будут приспосабливаться другие государства.

В настоящее время Америка, оказавшись на капитанском мостике, не уменьшает свою военную силу, а развертывает и совершенствует ее. На наших глазах происходят огромные перемены. Меняется доктрина, стратегия, тактика, разрабатываются новые способы применения средств поражения. Я не ошибусь, если скажу, что военная доктрина США на пороге XXI века переживает новую военно-техническую революцию. Революцию в том плане, что провозглашенная Трумэном идея мировой гегемонии становится реальностью, а государственные интересы Америки принимают глобальный характер с претензиями на завоевание мира. Для осуществления своих замыслов в Вашингтоне сейчас в открытую не бряцают ядерной дубинкой, как прежде. Они решают другую задачу— как удержат!, задуманную агрессию в ограниченных районах, придать ей не ядерный, но крайне бесчеловечный характер— жестокий, истребительный, кратковременный, без лишних потерь американских солдат. Учитывая опыт войны в Ираке и на Балканах, упор революционных преобразований делается теперь не на собственную многомиллионную армию, а на привлечение армий союзников, на новейшую технологию, на форсированное создание нового современного оружия. После чудовищных американских потерь в Корее и во Вьетнаме, особенно после развала Советского Союза, в Вашингтоне убедились, что мировые войны, массированные обмены ракетными и артиллерийскими ударами, операции крупных наземных сил— все это связано с большими людскими потерями и для Америки неприемлемо. «Груз 200» шокирует всю страну. Американцы поняли, что в ядерном противостоянии С Советским Союзом они во многом проиграли и отстали от советских обычных вооружений. Поэтому в настоящее время США наряду с сохранением у себя ОМУ, в том числе ядерного, а также созданием технологий для различных «щитов», сделали крен в пользу высокоточного оружия, крылатых ракет большой дальности всех видов, технологий «Стелт», мобильности и скорости войск, в основном с помощью вертолетов, форсирования аэромобильных сухопутных войск, морской пехоты, скоростных современных са-мрлетов, авианосных соединений.

Создаются мини-ракеты, «грамотные боеприпасы» с огромными поражающими свойствами, системы управления войсками, оружием, сбора разведданных и выдачи их ударным средствам, руководства боевыми действиями, снабжения материально-техническими Средствами.

Все это готовится, разумеется, в тайне, заранее, с использованием космических и наземных (морских) 'радиотехнических средств. Поэтому значительная доля Лучших научных умов человечества работает над созданием военных технологий. Упомянутые революционные преобразования, которые внедрены или внедряется ныне в войсках, уже запрограммировали необходимые цели и объекты поражения, превратив тем самым будущие конфликты и войны в небывалый по ' размаху автоматизированный «бизнес на крови» миллионов людей. Что бы правители Америки ни говорили о своем миролюбии и как бы они ни усыпляли бдительность народов, потенциальная агрессивность США и НАТО под влиянием новой научно-технической революции возрастает.

Очевидно, есть над чем поразмыслить, когда во имя мира и спокойствия американцев заранее программируют, как бомбить города, организовывать подрывные акции, поощрять сепаратистов, свергать неугодные правительства. И делается это не ради «равного партнерства» или «демократии для всех», а в интересах достижения безраздельной гегемонии Америки.

В обстановке однополюсного мира не исключается, что и Россия может подвергнуться со стороны США и НАТО «защите от этнических чисток» или вмешательству во внутренние дела под другим предлогом. Ведь «друг Билл» уже заявлял о том, что «Наша страна (т. е. США — авт.) не будет стоять в стороне, когда в России будут угрожать демократии» (ТВ — 5.4.1993 г.). А что такое демократия по-американски, нам разъяснял в свою бытность президент Р. Рейган. Это — когда «США оставляют за собой право на военное вторжение в любую страну и во всякое время, которое они сочтут удобным».

Можно предположить, что как только исчезнет российская угроза ядерного возмездия (то есть после реализации СНВ-2 и СНВ-3, когда наши стратегические ядерные силы фактически будут разрушены), дикта! для России со стороны США и НАТО станет безграничен. Возникнут территориальные претензии, потянутся щупальцы к запасам стратегического сырья и энерго ресурсам, нависнет кулак НАТО над территориальной и государственной целостностью России. Такими ви дятся плоды наследия ельцинского режима, которые достанутся будущему поколению, если не принять сво евременно необходимых мер.

Для преодоления грядущего опасного обострения сегодня нужны не декларации, а конкретные решения в интересах обороны страны. Очевидно, следовало бы серьезно задуматься о судьбе нашего ядерного потен циала, о будущей европейской и российской безопас ности, о разработке новых военных технологий и по ряду других вопросов, чтобы не быть застигнутыми врасплох и нейтрализовать антироссийские акции. Близится час истины, когда придется делать выбор между собственной безопасностью и унизительно-лакейским реверансом в сторону Вашингтона.

БУДЕТ ЛИ УНИЧТОЖЕНО ЯДЕРНОЕ ОРУЖИЕ ПОЛНОСТЬЮ?

«Ядерное оружие, как дамоклов меч, висит над человечеством».

Дж. Кеннеди

На одном из заседаний Пагуошской встречи присутствовавший на нервом испытании ядернОй бомбы американский ученый рассказал такую притчу. Создатель ядерной бомбы доктор Роберт Оппенгеймер после взрыва бомбы выглядел усталым и озабоченным. Когда его спросили, что он почувствовал в момент взрыва, Оппенгеймер ответил: «Я стал Смертью, сокрушителем мира». Подумав, добавил, что после со-лсршенного обратного хода уже никогда не будет. Црезались в память вещие слова: выдающееся достижение человеческого ума, сконцентрированное и атомной вспышке, сразу же было привязано к колеснице Смерти, и этому не будет хода назад.

С июля 1945 года человечество продолжает суще-с гбовать в ядерную эпоху. День за днем ядерное оружие неуклонно накапливалось, совершенствовалась его разрушительная сила, создавались разнообразные средства доставки его к целям. Весь этот процесс сейчас заторможен, но не остановлен. У простых смертных «ж вызывает два ощущения. Первое ощущение определенной безопасности от войны, а второе—постоянная опасность для жизни человечества. Эти два ощущения Существуют рядом, они все время вместе. Учитывая, что ядерное оружие все больше расползается по планете, И обстановка в мире остается неспокойной, второе ощущение является реальной угрозой и в настоящее время.

Возникает вопрос: неужели слова Оппенгеймера V том, что обратного хода никогда уже не будет, являются пророческими? Можно ли в нынешней ситу-иции уничтожить ядерное оружие полностью?

С самого начала ядерной эры Советский Союз начал вести борьбу за запрещение ядерного оружия, за то, чтобы поставить его вне закона, запретить на вечные времена. В 1946 году он внес в ООН предложение о запрете производства и применения ядерного оружия; уничтожении его запасов; создании эффективной системы контроля над всеми предприятиями по добыче атомного сырья и производству атомных материалов и атомной энергии в военных целях.

Соединенные Штаты, обладая в то время ядерной монополией, встретили советское предложение враждебно. Они выступили за сохранение ядерного оружия и утверждение американской ядерной монополии. Так называемый «план Баруха» предусматривал создание контрольного органа (фактически подчиненного США) с неограниченными правами в области инспекции зз использованием атомной энергии на территории других стран. Запрет и ликвидация ядерного оружия нс предусматривались. Речь шла о том, чтобы закрепи! ь за США монопольное обладание ядерным оружием, лишить другие страны, прежде всего СССР, их законных прав использовать атомную энергию по своему усмотрению. Советская сторона отвергла этот план, считая его грубым нарушением суверенитета и интересов безопасности страны.

Крупным событием середины 80-х годов считалась советская Программа полной ликвидации ядернох о оружия. Инициатором разработки ее был советский Генеральный штаб. Она обдумывалась долго. Мною было сомнений в ее реалистичности и допустимости с точки зрения интересов обороны страны, было опа сение «выстрела вхолостую» и оценки ее как «про пагандистской затеи» и т. д. Окончательное решение и оформление проекта завершилось в конце 1985 i. Перед ее обнародованием предстояло предварительно доложить о проекте Программы Генеральному сек ретарю М. С. Горбачеву. Выполнить эту миссию при казано было мне. Произошло это неожиданно для меня. Я находился в подмосковном санатории «Ар хангельское». Поздно вечером 5 января 1986 года мне позвонил начальник генштаба маршал С. Ф. Ахро меев:

j— Вам необходимо завтра в 6 часов утра быть в моем кабинете. Полетите к Михаилу Сергеевичу. Поняли?

— Понял. Что иметь с собой и в какой быть форме одежды?

— Иметь с собой голову. Форма одежды— военная. Все остальное узнаете завтра. Спокойной ночи.

Однако спокойной ночи не получилось. Хотя ранее я бывал у М. С. Горбачева несколько раз, он меня хорошо знал, а в декабре 1984 года я был в составе делегации во время его визита в Лондон, тем не менее, волновался— тогда он был только секретарем ЦК, и сейчас— Генеральный секретарь. Это не одно и то же. Но приказ есть приказ. В 6 часов утра 6 января был в кабинете начальника. Состоялся короткий разговор:

— Вручаю Вам пакет для доклада содержащегося и нем документа М. С. Горбачеву, который находится на отдыхе в районе Гагр. Самолет на аэродроме «Чка-ловское». Аэродром посадки «Гудаута». Все распоряжения мною отданы. Поедете на аэродром на моей машине. Быть у М. С. Горбачева в 10 часов. Он Вас ждет. Все ясно?

— Ясно. Разрешите вопрос. Что в пакете?

— В пакете проект известной тебе Программы. Вы ее знаете, сами писали. Доложите Генсеку все подробно.

( — Позвольте еще вопрос. С кем согласован документ в МИДе? Кто знает о нем в других ведомствах?

‘ — В МИДе документ согласован с Георгием Марковичем Корниенко. С другими ведомствами не согласован. Знает о нем только Министр Обороны С. Соколов, Г. Корниенко, я и Вы. Все. До свидания.

В 10 часов утра 6 июля я был у М. С. Горбачева. Встретил он меня дружелюбно. Поздоровался. Был 1) хорошем настроении, выглядел отдохнувшим. Без лишних слов перешли к делу.

— С чем приехал?

— Привез пакет от Ахромёева.

— Что в пакете?

— Проект Программы о полной ликвидации ядер-пого оружия. Предлагается выступить с инициативой на этот счет Генеральному секретарю.

— С кем согласовано?

— Только с МИДом — Корниенко.

— Что же может быть нового в вашей «инициативе»? Ведь об этом мы талдычим с 45-го года. Постоянно выступал на эту тему Громыко в ООН. Нужно ли снова повторять Генсеку то же самое?

— Михаил Сергеевич, все, что Вы сказали — правильно. Однако в прошлом были только общие разговоры и пожелания о ликвидации ядерного оружия. Ничего конкретного. Высказывалась лишь идея: «Мы за ликвидацию», «Давайте ликвидируем». А как? Каким образом? Какой механизм контроля? Масса других вопросов— а ясных ответов на них не было. Сейчас предлагается совершенно новая Программа, в которой все расписано «по полочкам». Она выгодно отличается от прежних популистских заявлений. Уверен, общественность воспримет ее с пониманием и поддержит. Ведь ядерная проблема с каждым днем становится все более жгучей. Прошу вас ознакомиться с документом.

Генсек не спешил брать пакет и, как бы рассуждая сам с собой, спросил меня:

— А нужно ли нам уничтожать все ядерное оружие? На Западе постоянно твердят, что чем больше оружия, тем крепче безопасность. Может быть, нам согласиться с такой концепцией? Как Вы думаете?

— Заявления на этот счет западных лидеров, например, Тэтчер и других известны всем. Думаю, что это опасные рассуждения. Давняя мудрость гласит: когда накапливается много пушек, они сами начинаю i стрелять. Сейчас в мире накоплено столько ядерного оружия, что оно само может взорваться. Западную концепцию ядерного сдерживания можно понять лини, при условии, если она будет основана на уровне достаточности в разумных пределах. В противном случае опасность ядерной войны будет тем сильнее, чем боль ше станет средств устрашения. Наша программа, если Вы ее одобрите, исходит из этих положений и направ лена на укрепление безопасности мира.

М. С. Горбачев слушал меня не перебивая. Задал ряд уточняющих вопросов. Затем взял пакет.

— Хорошо. Почитаем.

Михаил Сергеевич внимательно прочитал доку мент. Задумался, как будто что-то вспоминая. Затем твердо произнес:

— Это то, что надо. Согласен. Думаю, однако, в будущий документ надо добавить другие проблемы разоружения. Надо охватить весь разоруженческий процесс, привести в действие всю существующую систему переговоров. То есть в документ добавить: разоруженческие проблемы по всем направлениям; о моратории и полном прекращении ядерных испытаний; об азиатской безопасности; некоторые идеи разоружения для развития. Как ты считаешь, надо это добавить?

— Полностью согласен. Значимость инициативы в таком виде еще более возрастет.

— Так и сделаем.

Взяв чистый лист бумаги, М. С. Горбачев, не отрывая пера, написал четкие и ясные указания соответствующим руководителям министерств и ведомств. Затем вслух прочитал написанное.

— Ну, что скажешь? Пару недель хватит на доработку?

— Хорошо получилось. За две недели справимся.

— Чаю попьешь на дорогу?

— Спасибо, Михаил Сергеевич. В Москве ждут документ и Ваших указаний. Времени мало, а работы мйого. Прошу разрешения на вылет в Москву.

— Тогда — с Богом! До свидания.

В 15.00 6 января о результатах поездки к Генсеку мною было доложено С. Ф. Ахромееву, а в 16 часов я уже возвратился в санаторий «Архангельское».

Таким образом, подводя итог сказанному, еще раз хочу отметить, что проект Программы разрабатывался долго (примерно 6—8 месяцев) и серьезно. Рождался он в муках, спорах, но без тени сомнений, без подвоха, без обмана — в интересах мира. Во исполнение указаний Генсека межведомственная группа наметила план подготовки документа. При непосредственном участии рада министерств и ведомств было подготовлено известное Заявление Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева от 15 января 1986 года.

■ По моему мнению, опубликованная Программа полной ликвидации ядерного оружия не была ни «трюком», ни фантазией. В отличие от прошлых лет, в документе вместо призывов и общих фраз излагалась тщательно продуманная поэтапная программа полной ликвидации ядерного оружия пяти ядерных держав в течение 15 лет (к 2000 году). Конкретно были определены этапы, время, объемы сокращений, процедуры уничтожения, система контроля всех видов, включая инспекции на местах. Предлагалось осуществлять ликвидацию ядерного оружия таким образом, чтобы ни на один момент не ослаблялась ничья безопасность. Наоборот, чтобы укреплялась всеобщая безопасность и стабильность.

Нам представлялось, что в то время обстановка в мире и в советско-американских отношениях вполне способствовала успешной реализации Программы. Поэтому в Генштабе всемерно поддерживали и защищали ее. Однако желаемого не произошло.

США и НАТО не согласились с нашим предложением. Западные деятели твердили одно и то же: ядерное оружие полностью ликвидировать нельзя. Оно обеспечивает стабильность и безопасность, будущее «свободного мира». Только угроза его применения спасет капиталистический мир от коммунизма. Выступали при этом за необходимость модернизации концепций «ядерного сдерживания», «минимального ядерного сдерживания», «ядерного устрашения» и т. д. Вашингтон «зациклился» на СОИ и поставил под угрозу срыва весь процесс ядерного разоружения.

В настоящее время ситуация в мире круто изменилась. СССР рухнул. Варшавского Договора нет. НАТО увеличилась с 16 до 19 государств. На очереди о включении в ее состав еще много стран, в том числе республики бывшего Советского Союза. Россия почти согласна быть «младшим партнером» США и готова «отвернуть боеголовки» своим ракетам. У блока НАТО не стало линии фронта. Более того, он сам вышел к государственным границам России и в ближайшее время готов обложить ее со всех направлений. Увеличивая свою военную мощь, натовский блок во главе с США превращается в агрессивный союз с претензиями на весь мир.

С поразительной быстротой меняются новые «ядерные рубежи» Америки в ее пользу. На этот счет интересную картину обрисовал Б. Блэйр, эксперт по ядерному оружию Института Брукингса, бывший офицер стратегических сил США. По его оценке, «сегодня и в обозримом будущем ядерные арсеналы США будут обладать превосходством над российскими стратегическими силами и составлять для них большую угрозу, чем это было в 80-е годы. Нынешний баланс стратегических сил сместился в пользу США даже по сравнению с началом 60-х годов, когда американское преимущество над СССР было подавляющим» (Вашингтон, пресс-конференция, 1998 г.).

Такое вот получилось тяжелое похмелье ядерной политики России. Но финал еще не наступил. Впереди маячит худшее. Что теперь предлагает Вашингтон в области создания безъядерного мира?

На мой взгляд, замыслы его стали еще более циничными и изощренными, чем в прошлом. Сейчас Вашингтон хотел бы на договорной основе нашими собственными руками разоружить Россию. После ратификации Договора СНВ-2 в последующем нас вынудят принять СНВ-3 и оставить Россию без стратегического ядерного оружия, сохранив путем различных манипуляций (американские переговорщики в этом деле имеют большой опыт) необходимый США стратегический ядерный арсенал. Таким путем Вашингтон рассчитывает создать «безъядерный мир для России».

В США вынашивают и другой вариант — взять под Американский контроль весь ядерный арсенал России. Или еще лучше— вообще изъять ядерное оружие из подчинения российского руководства якобы в связи с нестабильной обстановкой в стране и возможностью его захвата террористами.

Относительно установления американского контроля над ядерным арсеналом России можно предложить Вашингтону сделать это на взаимной двусторонней основе. Другого пути нет.

Что касается главной проблемы— полной ликвидации ядерного оружия — то ее решение в настоящее время и в обозримом будущем представляется нежелательным. Почему? В силу ряда причин.

Во-первых, сегодня Россия хотя и огромная, но тяжелобольная страна. Ее обычные вооруженные силы по своим боевым качествам не способны противостоять многообразию угроз, в том числе в связи с повышенной воинственностью блока НАТО. До тех пор пока армия находится в ослабленном состоянии, значение ядерного оружия, стратегических ядерных сил в обеспечении безопасности России не уменьшается, а возрастает. Ядерные силы должны оставаться главным средством обеспечения обороны страны. В нынешней обстановке независимая и суверенная Россия может быть только ядерной. Иного не дано.

Во-вторых, рассуждать о полной ликвидации ядерного оружия без учета позиции США и других ядерных государств было бы неверно в принципе. Соединенные Штаты и другие ядерные державы НАТО не готовы к ядерному разоружению. Руководство этих государств по-прежнему считает, что для обороны Североатлантического альянса необходимы ядерные силы. Без надлежащих ядерных вооружений безопасность Запада будет ненадежной. Ядерное оружие является лучшей долгосрочной гарантией безопасности. Это было в прошлом, сохраняет силу теперь и в будущем. В то же время в Вашингтоне заявляют, что они готовы к переговорам по сокращению ядерных вооружений в условиях новой ситуации.

В-третьих, если смотреть фактам в лицо, нетрудно заметить все возрастающее недоверие государств друг к другу, опасение быть обманутыми, что может привести к риску военного конфликта. Какое может быть доверие, когда «друг Борис» говорит, что «Россия будет возражать против участия стран СНГ и Балтии в НАТО» (ТВ, 19.5.97 г.), а «друг Билл» тут же ему отвечает: «НАТО сама будет решать, кого принимать, а кого нет» (ТВ, 20.5.97 г.). Б. Ельцин заявлял, что «Россия не позволит решать боснийский вопрос бомбежками» (ТВ, 19.2.94 г.), а его «лучшие друзья» вскоре начали бомбить города и села боснийских сербов. Россия решительно выступила против расширения НАТО на Восток, но к ее голосу никто даже не прислушался. Россия категорически возражала против решения косовской проблемы военным путем, а «друзья» нашего «гаранта» развязали кровавую агрессию на Балканах.

Доверие — это когда не ущемляются национальные интересы сторон, снижается напряженность, укрепляется безопасность. Когда знаешь, с кем имеешь дело, и уверен, что не будет подвоха ни сейчас, ни завтра. Такое доверие достигается не елейными речами или навязыванием себя в «друзья», а могуществом страны, государственным умом и мудростью ее руководителя. К сожалению, пока у России нет ни того, ни другого.

Поэтому наши «друзья» нередко действуют, не считаясь с интересами безопасности России, ставят ее перед свершившимся фактом. Если, например, взять обещания НАТО «не развертывать в мирное время на новых территориях крупные военные соединения, не размещать на новых землях ядерное оружие» — то это блеф. А вот объявление США «зоной своих интересов» Кавказа и Прибалтики — это факт, который подтверждает недоверие.

В-четвертых, нельзя пренебрегать тем обстоятельством, что, кроме пяти известных ядернырс держав (США, России, КНР, Англии, Франции), ядерное оружие есть у Индии, Пакистана, Израиля и ряда других стран; существуют так называемые околоядерные государства. Идет миграция ядерных специалистов, передача третьим странам ядерной технологии, продажа обогащенных расщепляющихся материалов и отдельных конструкций ядерных систем. Следует помнить и о том, что невозможно вытравить из сознания ученых мира технологию создания ядерных средств. Значит сохраняется возможность их воссоздания.

В силу указанных выше причин становится ясно, НТО желательность безъядерного мира в прошлом является в настоящее время нежелательной. Когда неко-fopbie российские аналитики, вопреки изложенным фактам, рассуждают о целесообразности ликвидации в современной ситуации всего ядерного оружия, нам Представляется это иллюзией. Полная ликвидация его ни сегодня, ни в обозримом будущем невозможна. Пророческие слова на этот счет доктора Р. Оппенгеймера сбываются. Мир без ядерного оружия еще далеко за горизонтом. Надо думать о том, как жить дальше в ядерном мире. Как избежать повторения прошлых ошибок?

Размышляя о сохранении ядерного оружия и ядер-цых сил для России, мы категорически против возобновления гонки вооружений, размахивания «ядерной дубинкой», угрозы применения ядерного оружия первыми, использования его в целях давления или устрашения.

В этой связи заявления Б. Ельцина в Пекине 9—10 ноября 1999 года в ответ на вызовы, которые исходят от США, являются странными 29. Они Прозвучали громко, но неправдоподобно. Конечно, в политике бывают всякие чудеса, когда даже белое становится черным. Однако здесь не тот случай. Только что Б. Ельцин бил поклоны «другу Биллу», клялся в верности, вещал о равноправном партнерстве, а тут вдруг начал размахивать ядерным оружием, заявил о готовности идти, словно «Христос по водам», навстречу соперничеству со всем Западом. Премьер-министр В. Путин быстренько дезавуировал «ляпы» президента. Разыграли своего рода спектакль о рейтингах. А нам, грешным, «лапшу на уши повесили»— все равно не разберутся, что к чему. Хотя нетрудно понять, что для противоборства со всем Западом требуется нечто большее, чем громкие речи. Если взять долю мирового ВВП, то она в 2000 году составит: НАТО— около 50%, США— 21%, Россия —1,5%. В условиях полной экономической и финансовой зависимости нашей страны мы уже давно перестали быть конкурентом США и не представляем угрозы Западу. Поэтому заявления о «войне против всех», о конфронтации— чистейшей воды риторика, которая не укрепляет ни престиж России, ни ее национальные интересы.

Такие стандарты прошлого осуждены историей и неприемлемы. Ядерное оружие и стратегические ядерные силы России будут и должны оставаться только как надежная гарантия обороны страны. Как ядерное сдерживание агрессии. Как защита суверенитета России и мирного будущего россиян.

Две небольшие по мощности ядерные бомбы, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки, потрясли мир. Карибский кризис при ядерном соотношении 17:1 в пользу США дал «осечку». Авария на Чернобыльской АЭС привела человечество в шок.. Сколько же времени понадобится, чтобы понять, что четырех — шести мега-топных бомб достаточно, чтобы смести с лица земли такое государство, как Англия; что десяток ядерных ракет на десяток городов — это катастрофа, а сотни ракет на сотню городов — это апокалипсис? Представляется, что здравомыслящие политики, живущие в реальном мире, должны понимать, к чему может привести ядерное безумие. Понимают, что ядерное оружие не может служить целям войны. У него одна цель — удержать соперника от его использования.

Разумеется, у нас нет гарантий, что руководство США ни при каких обстоятельствах не применит первым ядерное оружие. Тем более, что «тень Трумэна» еще маячит на американском горизонте и недоверие существует. Но мы уверены в том, что оно отчетливо представляет себе роковые последствия для своей страны в случае развязывания ядерной войны. Это дает основание говорить о том, что Россия в XXI веке должна иметь совершенно иную ядерную стратегию, базирующуюся на взаимной безопасности.

В политическом плане, в целях эффективного запрещения ядерного оружия, целесообразно было бы принять некоторые конкретные меры:

— остановить распространение ядерного оружия в третьих странах. Применить для этого силу международного закона об уничтожении тайно созданного промышленного потенциала и компонентов ядерного оружия;

— помочь ООН, чтобы она жестко выполняла требования своего Устава и играла лидирующую роль в процессе влияния на ход мировых событий. Предоставить ей полный диапазон возможностей по контролю за нераспространением ядерного оружия;

— потребовать от всех ядерных держав принятия обязательств не применять ядерное оружие первыми, не развязывать ядерной войны друг против друга;

— рассмотреть в ООН вопрос о создании международного трибунала по привлечению к ответственности руководителей государств, применивших ядерное оружие или другие виды оружия массового уничтожения, в результате чего нанесен непоправимый вред населению, экономике и экологии нации.

Не приходится питать особых иллюзий относительно надежности указанных мер. Законы сегодня, к сожалению, не работают. Международные органы бессильны. Но все-таки беспредел можно остановить. На любого преступника можно надеть намордник. Если мы этого не способны сделать, то в будущей критической ситуации мир может оказаться без ядерного оружия. Но и мира как такового не буде*. Последняя надежда — Человеческий Разум, который способен нс допустить Судного Дня!

РАЗМЫШЛЕНИЯ О БУДУЩЕЙ ЕВРОПЕЙСКОЙ И РОССИЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Расширение НАТО на Восток— главная драма конца XX века. На наших глазах разыгрывается судьбоносный сценарий: меняется европейский политичес кий порядок, новые очертания при этом принимас i европейская и российская безопасность, общая ситуация становится недостаточно стабильной и предсказуемой. .

Отношение к этой драме противоречивое. Одни говорят, что ничего особенного не происходит. Другие приветствуют происходящее, заявляя, что это, мол, делается в интересах Европы. Официальная Россия в лице бывшего президента Б. Ельцина в начале сама инициировала «расширение», потом, опомнившись и испугавшись, дала ход назад— выступила против Среди европейцев противниками «расширения» высту пают многочисленные общественные организации, которые осуждают США за вмешательство в европей ские дела.

За океаном мнение на этот счет тоже неоднознач ное. Администрация Клинтона упорно стремится к ниспровержению послевоенного «потсдамского и ялтинского порядка» и началу нового передела Европы. Но есть немало американцев — противников политики Белого дома. Они считают инициативу Вашингтона на расширение НАТО ошибкой исторического масштаба.

которая ослабит безопасность альянса, нарушит европейскую стабильность, ухудшит российско-американские отношения, вызовет в России противодействие относительно реализации Договора СНВ-2 и переговоров по СНВ-3.

На Западе не понимают только одного — почему россияне никак не реагируют на происходящее, не выступают в защиту своих интересов. Ведь это напрямую затрагивает их безопасность. Неужели им будет уютно жить рядом с натовскими танками и ракетами?

И в самом деле, почему российские деятели не принимали раньше и не принимают теперь никаких мер против экспансионистского военно-политического курса США и НАТО? Мы слышим только набившую оскомину риторику о «равноправном партнерстве», о том, что «негативные последствия расширения НАТО будут сведены к минимуму...» и т. д. Однако, совершенно нелепо говорить о каком-то «равноправном партнерстве» России и НАТО при многократном превосходстве военной и экономической мощи в пользу альянса; при отсутствии у России каких-либо рычагов воздействия на решение вопросов, касающихся расширения НАТО, в том числе за счет республик бывшего Советского Союза. Что касается «существа равноправного партнерства», то его не надо понимать как равные отношения суверенных государств. В американской интерпретации «равноправное партнерство»— это безоговорочное следование в фарватере политики США, равнение на Вашингтон, его интересы, политику, идеологию. Не будет этого — кризис в отношениях неминуем.

Попытки Кремля политическими заклинаниями свести к минимуму негативные последствия «расширения» являются заблуждением. Обещания стран альянса не размещать в мирное время на новых территориях дополнительных значительных боевых сил и ядерного оружия носят условный характер. Сейчас НАТО не будет делать этого, но если «изменится обстановка», то, извините, от обещаний можно отказаться. «Мы Сами будем решать,— говорят натовцы,— увеличивать наше военное присутствие на новых территориях или нет» (ТВ, 16.5.97 г.). Разве это гарантии? Нас даже не поставили в известность, что такое «значительные боевые силы», кто и как будет определять их состав.

Таким образом, как бы зарубежные и российские «адвокаты» ни оправдывали «оборонительную» экспансию Запада, она ничего хорошего в будущем нам нс обещает. Наоборот. Практическая реализация натовских планов по «расширению» может явиться в будущем источником серьезного кризиса российско-американских и российско-натовских отношений, жесткой конфронтации и дестабилизации обстановки в Европе.

Причины негативного прогноза кроются в различии интересов сторон. США и НАТО решают сейчас свою основную стратегическую задачу — не допустить в будущем появления в лице России соперника, подобного Советскому Союзу. Не допустить, чтобы Россия могла обрести крупный военный потенциал и экономическую независимость (самостоятельность). Одновременно они пытаются максимально продлить существование военного блока НАТО, сделать его главным инструментом поддержания безопасности и европейского (международного) порядка. Попутно закрепить многократное превосходство по обычным вооруженным силам в Европе, захватить европейский рынок вооружений (предстоит массированное перевооружение армий новых членов альянса), резко ослабить геополитические позиции нашей страны. Поставленных целей Запад фактически добился и завоеванное не вернет.

А Россия? Ее чрезмерные амбиции не нашли поддержки Запада. Оказались нереальными: стратегичес кий союз С европейскими странами («создание единой большой Европы»), полномасштабное (равное с други ми странами) участие в общеевропейской системе коллективной безопасности; трансформация военного блока НАТО в политический союз; нерасширенис НАТО за счет стран бывшего Варшавского Договора. Указанных целей Россия не добилась.

Причина одна — за годы правления Б. Ельцина Россия утратила возможность серьезно влиять на раз витие общеевропейских процессов. США и НАТО ока зались в центре новой формирующейся системы без опасности в Европе, а Москва — практически на обо чине, в изоляции. Она находится пока в «гордом» одиночестве, утратив какие-либо рычаги политического влияния в Восточной Европе. Не получается и интеграция бывших советских республик в военной, по-Лйтической и в экономической сферах.

В результате имеем то, что имеем.

Думается, что руководство России пока-еще не до конца осмыслило будущее страны в связи с экспансией Североатлантического альянса. Но скоро это начнет Проявляться более отчетливо. В соответствии с решением мадридской встречи руководителей стран альянса (8 июля 1997 г.), в ближайшее время могут быть Направлены приглашения Румынии и Словении о вступлении их в состав НАТО (примерно к 2004 году). На очереди — государства Балтии и Украина (к 2006—2010 гг.). Президент США Б. Клинтон и генеральный секретарь НАТО X. Салана обещали «держать дверь открытой» для других претендентов.

Поэтому вместо «единой большой Европы» мы получим большую опасность повторного разделения Европы на две половины, усиление военно-политической изоляции России, реальную угрозу ее коренным национальным интересам. Б. Ельцин заявлял о том, 4to в ответ на расширение НАТО за счет бывших советских республик Россия категорически выступит против этого, кардинально пересмотрит свое отношение к соглашению со странами НАТО. Такие запоздалые возражения ничего не дают. Инициатива у американцев. Президент Клинтон без церемоний и дипломатии прямо сказал: «НАТО сама будет решать, кого принимать, а кого нет. И для прибалтийских республик не будет никаких препятствий для вступления в НАТО» (ТВ, 20.5.97 г.). Так оно и будет.

Относительно заявлений российских руководителей о контрмерах военного характера. Они никого не пугают. Для нынешней России подобные заявления — на-.ивная иллюзия. Военные контрмеры просто неисполнимы: армия находится в таком состоянии, что она еще долго будет не готова к выполнению крупномасштабных задач. «Душа болит за голодных солдат» (Б. Ельцин). Этим все сказано.

Похоже, что мы вновь возвращаемся на круги своя. Почти полстолетия народы Европы жили в блоковом противостоянии. Ситуация была неестественной, но стабильной. Теперь одного блока (ОВД) нет, СССР нет, канула в Лету так называемая «советская военная угроза». На смену приходит чуть ли не взаимопонимание, видимость того, что мы переходим как бы к естественной ситуации. Однако остро стоит вопрос — как сохранить стабильность?

Вопрос принципиальный, определяющий судьбы народов. Он обусловлен новыми реалиями: появлением (в результате распада СССР, Югославии, Чехословакии) множества новых международных субъектов со своими проблемами и противоречиями, конкурирующих между собой за «место под Солнцем»; возникновением локальных войн и вооруженных конфликтов; проблем суверенитета; вновь созданного вопроса границ; ослаблением контроля за оружием; ростом международного терроризма; усилением соперничества центров экономического могущества; кризисным состоянием ООН как международной структуры.

В этих новых реалиях наивные мечты Горбачева об «общеевропейском доме», демагогия Шеварднадзе о «глобальном гражданском обществе, основанном на праве», лицемерие Б. Ельцина о «друзьях и братьях» — все это превратилось в ничто и не имеет никакой практической ценности. На коне оказались Соединенные Штаты. Они теперь делают политику, объявляя зоной своих интересов угодные им регионы, например, Кавказ. Прибалтику, Каспийский регион, беспрепятственно реализуют свои представления об устройстве мира, подчиняют себе развивающиеся страны и советское «наследство». Под их руководством перекраивается кара а Европы. Вместо «ялтинского порядка» мы имеем сегодня контингент, подобный «зебре полосатой»: страны-члены НАТО и страны, приглашенные в НАТО; страны, которым обещано, что их примут в НАТО; страны, связанные с НАТО соглашениями о партнерстве; так называемые страны «Н+Н». Весь этот разношерстный конгломерат европейских государств находится в той или иной форме зависимости от НАТО, где правя ! бал Соединенные Штаты. Их помощники— Англия, Германия, Франция, Италия. Остальные— младшие партнеры, подручные. Государства вроде бы суверенные, но неравноправные. Идет становление однополюсного мира, осуществление европейскогб передела.

Наряду с этим в настоящее время идет скрытое противоборство двух других сил— между богатыми странами Запада и большим числом развивающихся стран («третий мир»). Но оно пока не проявляется резко, поскольку силы неравны. Однако «третий мир» уже показывает свое право «не соглашаться». Поэтому, пусть не скоро, но в перспективе он приобретет достаточные силы, своего лидера и потребует установления «иного мирового порядка» с целью установления собственного контроля над своими собственными энергетическими ресурсами. Вот тогда противоборство этих двух сил примет острый, жесткий и опасный для мира характер.

Все это, а также зримо происходящие перемены — величины глобальные. Руководству России их надо объективно оценить, понять не только себя, но и других (их мотивы, интересы), осмыслить свое место и роль в развитии международных и европейских процессов. Проблем множество. Важнейшая из них — европейская система безопасности: какой она представляется на рубеже XXI века? Как впишутся в нее Россия и десятки новых появившихся государств? Как не до-йустить окончательного раскола Европы, удержать ее Единство, гарантировать стабильность и безопасность?

Официальная позиция стран Североатлантического Союза на проблему европейской безопасности предельно ясна. Они считают, что ее обеспечение должно формироваться на базе военного блока НАТО, который можно в будущем трансформировать в «политическое измерение». Других альтернатив на этот счет Оци не приемлют. Руководство альянса жестко дает Донять, что блок НАТО, в силу ряда обстоятельств, оказался в центре формирующейся системы безопасности в Европе. Поэтому он не собирается ни перестраиваться, ни самораспускаться. Мощь его должна служить «страховым полисом» западных стран. Что касается трансформации, то, как поясняют в Вашингтоне, ее можно ждать до «греческих календ».

В пользу сохранения военной организации альянса высказываются различные соображения: нарастание угрозы возникновения локальных войн и конфликтов; опасность распространения ядерного оружия, ракет и ракетной технологии; возможность скрытого возрождения в перспективе мощного военного потенциала Германии; усиление губительной конкурентной борьбы между группами государств за контроль над энергоресурсами (нефть, газ). В условиях наличия многовариантной угрозы, обеспечить европейскую безопасность, по мнению руководства альянса, может только НАТО. .

В Вашингтоне, кроме того, вынашивают идею о том, чтобы НАТО играла ведущую роль в новом миропорядке на всей планете, чтобы натовские вооруженные силы можно было посылать в далеко отстоящие от Европы районы, за пределы договорной зоны ответственности альянса.

Дело идет к диктатуре США и НАТО. Это означает, что военная мощь Североатлантического блока не уменьшится, а еще более возрастет. Вашингтон намеревается сделать НАТО какой-то сверхнациональной, глобальной организацией, дать ей функции мирового жандарму, а сами США будут играть роль арбитра в последней инстанции.

Совпадают ли интересы Соединенных Штатов в вопросе будущей европейской безопасности с интересами России, стран СНГ и многих других государств, в том числе западных? Какое место в данной ситуации отводится конкретно России и СНГ? Ответов на эти вопросы от сторонников НАТО не видно. Их, очевидно, и не будет, поскольку сторонники анти-НАТО, в том числе Россия, не высказываются против американского диктата, не хотят оказаться в немилости Вашингтона. Иногда бывший президент Б. Ельцин как бы напоминал о том, что он за многополюсный мир, но все это для внутреннего пользования. Во внешнем плане— он был согласен стать младшим партнером Соединенных Штатов.

Между тем, диктатуре США и НАТО имеется разумная альтернатива, которая наверняка пробьет себе дорогу позднее, в XXI веке, когда европейские страны обретут уверенность и независимость от США. В чем суть альтернативы?

Она состоит в том, чтобы возродить новую систему безопасности на базе общеевропейского процесса (ОБСЕ). Здесь мы «не открываем Америку», а просто напоминаем «забытые» (по указанию Белого дома) огромные возможности ОБСЕ в обеспечении европейской безопасности. Для большей достоверности сошлемся на «Совместное российско-американское заявление по европейской безопасности», подписанное Б. Ельциным и Б. Клинтоном 17 марта 1997 г. Может быть, президенты запамятовали, о чем они договорились?

В указанном документе черным по белому Б. Ельцин и Б. Клинтон:

— подчеркнули свою приверженность наращиванию оперативных возможностей ОБСЕ как единственной для сотрудничества в области европейской безопасности структуры, обеспечивающей полное и равноправное участие всех государств;

— отметили, что сохраняющиеся разногласия России и альянса по вопросу о расширении НАТО надо свести к минимуму на основе сотрудничества и поиска взаимоприемлемого решения;

— констатировали, что документ о взаимоотношениях Россия — НАТО будет отражать и способность глубокой трансформации НАТО, включая ее политическое и миротворческое измерение, а также новые реалии России... (под давлением США не включено «военное измерение». — Авт.);

— заверили друг друга, что «члены НАТО не имеют ни намерений, ни планов, ни причин для развертывания ядерного оружия» в настоящее время и в будущем на территориях других государств вблизи России.

«Клятва» двух президентов в отношении ОБСЕ не 1олько не выполняется, но делается все наоборот, чтобы подменить ее военным блоком НАТО. Однако, несмотря на то, что президенты «забыли» вчерашние заявления, есть уверенность— ОБСЕ все-таки будет «единственной для строительства европейской безопасности структурой».

Определенную уверенность в этом вселяет встреча глав государств в Стамбуле (17—18 ноября 1999 г.). Принятая на саммите «Хартия европейской безопасности» отводит ОБСЕ главную роль в деле урегулирования споров в регионе, считает ее основным инструментом в вопросах предупреждения и предотвращения военных конфликтов. В Хартии даже не упоминается о НАТО. В ней конкретно сказано, что «в рамках ОБСЕ ни одно государство, группа государств или организ