Книга: Всем бы такую встретить



Всем бы такую встретить.

В это июньское утро аллея перед церковью была людной. Нарядные прихожане степенно проходили во двор. Свежо украшенная изгородь и двери церкви придавали торжественности этому дню. УТРО СВЕТЛОЙ ТРОИЦЫ НАЧАЛОСЬ. С самой рани были заняты все места перед воротами попрошайками. Здесь строго соблюдалось главенство. Служба началась. Звучный голос батюшки был слышен даже здесь. Пересчитывая первую милостыню, нарочито бедно одетые попрошайки, теперь ждали щедрых подаяний после службы. На аллею вышла пожилая женщина. Синенькое в жёлтый цветочек, платье. Голову покрывал белый платок с цветной каёмкой, подвязанный под подбородок. Серая в тонкую вязку кофта с большими карманами. В правой руке она держала берестяной кузовок. В левой, складной стульчик. Дойдя до середины аллеи, она степенно поклонилась. Коснувшись рукой земли. Затем посмотрела по сторонам и подошла к берёзе по правую сторону. Там под ошарашенные взгляды просящих, поставила стульчик и села. Кузовок поставила перед собой. Достала из него большую голубую салфетку. Расшитую по углам. Расстелила её у себя на коленях. Потом взяла из кузовка начатое вязание и стала продолжать вязать носок. Всё это делалось спокойно, без суеты. Буд то бабушка вышла перед домом, на лавочке посидеть. Так как бабушка была здесь первый раз. Да и место это ей ничего хорошего не сулило. Попрошайки решили ей не мешать. Вернулся посыльный, что ходил в ближайший ларёк за напитком. Просящие радостно обмыли этот светлый праздник. Ждать стало веселей. После двух часовой службы стали выходить прихожане. Их лица светились благостью. Они не торопились расходиться. Кто-то ждал знакомых, а другие наслаждались лёгким ветерком, что обдувал их потные лица. Пожилые прихожане осматривали нищих. Те старательно изображали жалостливые лица. Старушка всё это время не отрывая глаз вязала носок. Вот группами по двое, трое тронулись люди. С удивлением они замедляли шаг, проходя мимо спокойно вязавшей старушки. Молодая женщина быстро шагнула к ней и опустила в лукошко с клубками розовую купюру. Бабушка подняла взгляд и встретилась с беспокойными её глазами. Потом протянула ей руку ладонью вверх. Та чуть помедлив, подала свою. Старушка подула на неё, от чего у женщины закружилась голова. Старая тихо сказала. Не беспокойся милая. Вернётся он к тебе. Вот только нужен ли такой тебе будет? Молодая, быстро пошла вперёд. Осанка её выровнялась, а шаг стал чётче. Видевшие это, как то уважительно подходили к старушке. Осторожно опускали купюры разных достоинств в кузовок. У попрошаек от зависти отвисла челюсть. Нам то мелочь дают, а ей бумажные. Чё она там делает? А старушка тепло смотрела в глаза дающим и низко клонила голову. Последним перед ней остановился темноглазый мужчина. Усталое лицо. Такая же усталость виделась во всём его теле. Он положил поверх разноцветной кучки свою тысячу. Старушка остановила его взглядом. Прижала свою правую руку к сердцу. Задержала её так несколько секунд. Потом отняла, сделав ладонь лодочкой. Так протянула мужчине. Ну на вроде напиться с руки дала. Разверни свой платок. Тот поспешно достал из нагрудного кармана носовой платок и развернул его. Так держа двумя руками, и принял дар от сердца старушки. Потом осторожно свернул его. Теперь иди домой. Утирай им три дня жену, а после сожги у воды. Всё это происходило на полном серьёзе. Даже не удивившись, мужчина заспешил по аллее. Дома его ждала любимая Любочка. Рак последней стадии, казалось забирал и его с ней. Не снимая костюма, мужчина с радостным блеском в глазах, подошёл к постели больной. Одурманенная сильными обезболивающими, жена тупо смотрела в потолок. Откинул простынь и стал осторожно протирать тело платком. Слабое, обвисшее тело жены, совсем ничего не чувствовало. Наконец он в изнеможении опустился на стул. За окном звучала красивая песня. Закрыв глаза представил их первое свидание. Звонкоголосая Люба держала его на расстоянии. А ему так хотелось её поцеловать. Озорно смеясь, Люба грозила ему пальчиком. Открыл глаза. Жена спала. На бледном лице, губах её играла улыбка. Это было для него, что праздник! Да не простой, а уж самый, самый. Его бросило в жар. Боже мой как же это? Так, что же тут сижу? Любушка проснётся и захочет кушать! А что же ей можно то? Так я сейчас сварю куриного бульончика. За радостной суетой быстро прошло время. Часто заглядывал в комнату жены. Та спала. Её спокойное дыхание, поднимало мужчину до небес. Хотелось с кем ни будь поделиться радостью, но в то же время боязно. А старушка, проводив взглядом мужчину, как будто потеряла силу. Вяло уложила в кузовок вязание. С трудом встала. Мимо быстрым шагом шла девушка. Поймав её взгляд , поманила к себе. Помоги мне милая. Девушка подхватила под руку чуть не упавшую старушку. Возьми это и указала на горку купюр в кузовке. Поделись с нищими у церкви. Им они нужнее. И с сутулясь тихо пошла к автобусу. Попрошайки с уважением провожали её взглядом. Любушка быстро пошла на поправку. Метастазы стали рассасываться. По мнению врачей это было чудо. Но только муж знал кого он должен благодарить за это! Старушка сошла с автобуса. Длинный, высокий забор был с лева. Забор этот был весь разрисован вольными художниками граффити. Чего там не намалёвано на нём? Спускаясь осторожно с высокой насыпи к забору, она несколько раз останавливалась отдохнуть. В густой траве чуть заметной виднелась тропинка. Она вела её прямо к тёмному разлому в заборе. Разлом напоминал голову дракона. Острые обломки арматуры торчали, что зубы из пасти. Большое трёхэтажное здание бывшего химзавода, чёрными глазницами пустых цехов было за забором. Химзавод этот заброшен был ещё в прошлом веке. Только благодаря прочной конструкции, он ещё и стоял. Из этих цехов выдрали всё, что могли. Как вампир безжалостно высосали всю кровь. Сюда и шла старая женщина. Шаркающие шаги её гулко разносились в пустоту. Силы покидали её. Уже держась за стену она наконец дошла до выступающего, круглого колодца. Крышка его была расколота. Одна половина прикрывала, а вторая лежала в низу. Странный колодец был глубоким. Назначение его было загадочным. Женщина почти упала на широкую его стену. Пошарила рукой в большом кармане своей кофты. Достала непонятный тёмный предмет и подула в него. Послышался нежный звук. Петруша сынок. И потеряла сознание. Очнулась от лёгкости в теле. Силы возвращались. Странное существо держало её за руку. Это с квадратным телом, четырёх рукое. Большими светло-зелеными глазами. Которые словно огни светофора горели в темноте. А на улице была глубокая ночь. Существо гладило нежно седую голову старушки. Матушка! Нельзя же так раздавать свою силу. Она ласково смотрела на существо. Колодец был наполнен таким же светло зелёным туманом. Одна рука существа была опущена в этот колодец, а второй он гладил старушку. Глаза эти были без зрачков. Просто одного ярко зелёного цвета. Со стороны дороги над химзаводом клубился такого же цвета густой туман. Ой Петруша я же тебе гостинец принесла. Где мой кузовок? Существо спрыгнуло с колодца. Сильные ноги его шли совсем бесшумно. Вот он. Поставил рядом кузовок. Она достала стаканчик йогурта и пачку печенья. Радостно улыбаясь безгубым ртом, взяло гостинцы в верхнюю пару рук. Существо, что из кунсткамера, стало слизывать с ложечки йогурт. И детское наслаждение было на лице его. Женщина грустно смотрела на это. Ну доедай тут, а я пойду прилягу. Твёрдым шагом пошла из цеха. Матушка я тебе Маю пришлю. Ну если она захочет то пусть придёт. Да она прилетит к тебе. На третьем этаже была одна комната без окон. Там и жила теперь женщина. Здесь было всё, что ей было необходимо. Мягкий диван, кресло, стол. В углу большой шкаф. Появилась молчаливая Мая. У неё то тело было идеально пропорциональным. Только совсем не было рта. И остальных физиологических признаков. По которым различают мужчину от женщины. Только тонкие черты лица и красивейшие зелёные глаза как у Петруши. Эти глаза выражали всё, радость, печаль, страх и боль. Старушка всё это читала. Мая помогла ей раздеться. Заботливо укрыла одеялом. Подождала пока та уснёт и вышла за дверь забрав её одежду. Петруша сидел на колодце и играл на маленьком инструменте. Звуки журчащей воды, плеска, щёлканья дельфинов разносились вокруг. Не забудь чистой воды матушке поставить. Сказал он вошедшей Мае. Та кивнула красивой головкой. Прошла неделя. Ранним утром колокола своим звоном приглашали мирян на воскресную службу. Раньше их уже заняли свои места просящие милостыню. Дружно группами тянулись в церковь прихожане. Молодёжь, да и по старше на ходу покрывали головы. Кто платочком, кто шарфиком. Это уравнивало всех. Хоть ты начальник или простой клерк. А то и пенсионерка. Все здесь были равны. Разве только стоимость и пестрота платков отличались. Началась служба. На пустой дорожке к церкви появилась старушка. Всё так же чистенько одета. С кузовком в одной руке, складным стульчиком в другой. Она степенно поклонилась и села на старое место под берёзой. Нищие заволновались. Вот старая повадилась. Надо бы её припугнуть немного. Указать где её место. Эту функцию взяла на себя Оксана. Бойкая, разбитная бабёнка лет тридцати. Хотя от постоянного пьянства, она была не определённого на вид возраста. Вечно в грязных джинсах, в мужской рубахе. Кепарике на лохматой голове. Это чудо в перьях ещё и имело двоих малолетних детей. Оксана храбро подошла к старушке. Та уже начала вязать свой носок. В кузовке среди клубков сидел ярко рыжий котёнок. Не успела Оксана открыть рот, как старушка строго глядя ей в глаза, стала спицей, что веретеном наматывать невидимую нить. Которую реально казалось вытягивала изо рта стоящей перед ней женщины. Нить эта больно резала внутри. У стоящей даже кровь появилась на губах. Она выходила из нутра с позывами рвоты. При этом Оксана с вытаращенными глазами, чуть согнувшись стояла перед ней. Наконец старушка стряхнула что-то со спицы под берёзу. Глухой звук услышали даже попрошайки у ворот. Ну всё пока иди, но помни о своих детях. Покачиваясь та пошла к своим. Там села последней и на тихие вопросы только беззвучно открывала рот. Раньше то Оксана говорила на вольном русском языке. И слов чисто человеческих почти не знала. А как старушка вычистила всю грязь из неё, так и оказалась она, что та рыба на песке. Видно заново ей учиться всему хорошему надо. Окончилась служба. Прихожане тихо переговариваясь шли по аллее. Некоторые подходили к кузовку и опускали в него купюры. Там их игриво принимал рыжий котёнок. Дающие при виде его светло улыбались. Вот сердитая на вид дама положила бумажную десятку и брюзгливо сказала. Помоги мне бабушка. Сын привёл девицу в дом и сказал моя невеста. А та вся в этих новомодных пирсингах. И в пупе, и в губе. В каждом ухе штук по десять их. Даже бровь проколота, а он то у меня домашний такой. Чего просишь? Не видишь разве, что это счастье к вам в дом постучалось! Не гони его. После сама искать будешь. Дама негодующе хмыкнула и быстро пошла к автобусу. Уже подходя к дому успокоилась. Дверь открыла своим ключом. И сразу услышала заливистый смех сына. Звонкий смех Эльвиры вторил ему. Вкусно пахло свежей выпечкой. Интересно чему это так смеётся сын? Последние лет пять, она не слышала от него даже скромного хихиканья. Вошла на кухню. Пустая чистая раковина. Открыла одну кастрюлю на плите. Там сочно малиново светился борщ. Рядом сковорода полная больших котлет. Кастрюлька по меньше с картофельным гарниром. Ишь, первое и второе. Да и к чаю есть что. Проворчала женщина. Быстро вошла Эльвира. За ней очкарик сын. Девушка в коротком топике, бриджах в обтяжку. Радостно засуетилась перед ней. Ой, ну вот и обедать пора. Садитесь мама. Всего ожидала она, но это короткое слово. МАМА! И вот она уже сидит и вся светится! Эльвира заботливо ставила ей первой тарелку с наваристым борщом. Большую ложку сметаны в него. И всё это быстро с радостью. Ох вижу. Опустошили вы все мои мясные запасы. Чуть не сорвалось у неё с языка. Да бог с ними с этими запасами, абы так- то всегда в доме было. Правду видно бабушка сказала. Счастье к нам в дом заглянуло! Последней из ворот церкви вышла угрюмая женщина. Она шла будто после тяжёлой ночной смены. Руки опущены вдоль тела. Почти прошла старушку. Подойди ко мне болезная. Громко позвала она её. Та бочком приблизилась. Ох и тяжесть ты на себе носишь. Сына я не смогу тебе вернуть. Сказала старушка. Он со своими наркотиками уже во власти демона. Брось о нём даже думать, а тебя я ещё смогу спасти. Как же ты с таким грузом в церковь вошла? А я и не вошла. За дверью на ступеньках стояла. Старушка встала, и даже как то выше стала. И гулким голосом заговорила, при этом смотрела за спину женщины. Отпусти её. Отпусти её. Руками снимала что-то с головы, плеч, спины. При этом женщина аж стонала закинув голову назад. Что-то невидимое сползало с неё. Это давалось обоим с большим трудом. Наконец она сказала. Перешагни эту линию. И спицей начертила её перед ней. Та легко, что через скакалку перепрыгнула три раза. Теперь возьми сколько сможешь из лукошка денег. Женщина осторожно взяла 310 рублей. Ну значит так тому и быть. А теперь поезжай на вокзал и купи на эти деньги билет. Это и будет твоя тихая гавань. Женщина поцеловала старушке руку и заплакала. Иди, иди милая. Там тебя ждут. Только не заходи в свою разрушенную квартиру. А попрошайка Оксана, размазывая слёзы по щекам вдруг вспомнила. У меня же дома детки не кормленные, и быстро стала собираться. Уже пробегая мимо старушки крикнула. Я сюда больше ни ногой. Грустно посмотрела ей в след та. Уложила вязание. Прикрыла всё салфеткой и тихо пошла к автобусной остановке. Подходя к ней, увидела одиноко стоявшее в сторонке такси. Молодой смуглый таксист грустно смотрел на подходивший автобус. Старушка подошла к нему. Довези меня сынок домой. Садись мать. Ты в начале остановишься у магазина. Я укажу где, а потом уж домой. Сделаю всё, что надо мать. Сказал таксист. На выезде из города, она зашла в магазин смешанных товаров. Купила опять так любимый Петрушей йогурт и куклу барби для Маи. Наконец показался разрисованный забор. Ну вот милый я и приехала. Собрав все деньги из лукошка, старушка прижала их к груди. Так подержала с минуту. Раскрой платок. Сказала удивлённо наблюдавшему за ней таксисту. Он быстро раскрыл платок и протянул ей. С сыпав в него все деньги старушка протянула со словами. Обтирай дочурку три дня, а затем сожги у воды. А на деньги купи на рынке продуктов. Таксист помог ей выйти из машины и удивлённо спросил, оглядывая пустырь. А где же ты тут живёшь мать? Тут и живу сынок. Мяукнув выскочил из кузовка рыжий комочек. И побежал вниз по тропинке к забору. Оттуда слышалась нежная музыка. Вот меня там уже ждут. Поезжай сынок. Всё у тебя будет хорошо. Таксист подождал пока она не дойдёт до разлома. С удивлением увидел, как сильные красные руки приняли её. Дома, измотанная в конец молодая, большеглазая женщина, встретила его со словами. Али я больше так не могу. Нужно вызывать опять скорую. Ложиться в больницу. Температура не проходит. Подожди Маша. Я что-то удивительное привёз. Сейчас, сейчас доченька. И с сыпав в карман деньги, стал вытирать личико, грудку, ручки. Да и всё тело пятилетней Ассель. Девочка тяжело дышала. Али, ну что ты делаешь. Маша этот платок с частицей своей светлой души. Дала мне святая старушка. Тяжело вздохнув, жена ушла на кухню. Там подперев голову рукой, бездумно слушала нежные слова, что говорил муж дочери. Машенька я сейчас съезжу за продуктами. Я очень быстро. И хлопнув дверью, заспешил к машине. На рынке было много односельчан. Выбирая картошку проговорился, что дочь болеет. Быстро порынку разнеслась эта весть. Не равнодушные продавцы стали подносить коробками фрукты, овощи. Дошла очередь и до других отделов. И от туда принесли гостинцы. Али не переставая благодарил людей. У своего подъезда оставив багажник открытым, стал переносить продукты в квартиру. К подъезду подошла соседка Ангелина Львовна. Она брюзгливо воскликнула. Ишь ты, что делается. Долг отдать нет денег, а на такую прорву продуктов есть. Вспотевший Али вышел за очередной коробкой. Слушай сосед, а когда мне долг отдашь? Я то не могу себе позволить такого купить. Милая Ангелина Львовна бери себе всё, что хочешь. Это мне друзья для больной дочурки собрали. И скрылся в подъезде с очередным пакетом. Слышавший это другой сосед. С удивлением наблюдал, как Львовна с жадностью накладывает фрукты. Выбирала всё по ярче да по крупнее. Ты чё старая профессию поменяла. Наконец не выдержал наблюдатель. Теперь значит, обсуждать всех перестанешь, а начнёшь обирать нуждающихся. Конечно, где там у нас совесть? Да и нет её. Привёз отец больной дочери фруктов, так нам то это пофигу. Самой хочется. Смотри не подавись. Всё язвил сосед. Соседка вдруг остановилась и подождав Али, осторожно спросила. Ты если я много взяла скажи. Ну, что вы Ангелина Львовна ешьте на здоровье. А в квартире Али дочь попросила кушать. Боже ж мой кушать! Маша не чувствуя под собой ног, спешно готовила кашку. Тут же в большой кастрюле варился большой кусок баранины. Это для Али. От запаха фруктов кружилась голова. Вечером, укладывая разыгравшую Ассель, Али мысленно благодарил странную старушку. Из рассказа мужа Маша узнала, что живёт бедная на этой ужасной зоне химзавода. Про него ходили страшные истории. Середина июля. Жаркие дни стояли вторую неделю. Воскресная служба уже началась. Вот на аллее показалась знакомая фигура. Попрошайки радостно засуетились. Со старушкой шла тоненькая девочка лет двенадцати. Её открытый светлый взгляд, с любопытством осматривал всё и всех. Пока старушка устраивалась на старом месте, девочка дошла до ворот. Попрошайки перебивая друг друга, угощали её сладостями. Девочка рассказала им, что её зовут Мая и она живёт с бабушкой. И ещё ждут они маму. С горстью конфет возвратилась она к старушке. Та на удивление ничего не вязала. Хотя кузовок с клубками стоял передней. Поверх них лежали белые, пушистые носки. Мая покружилась между берёз. От избытка чувств она пробовала напевать мелодию. Старушка грустно следила за ней. Мая опять сбегала к воротам. Там обняла каждую попрошайку. Чем довела их до слёз. Наконец закончилась служба. Первыми за ворота вышла пара. Высокий, седой мужчина. С ним была худенькая женщина. Она в тонкой беленькой блузе. В розовом шарфике устало шла рядом. За воротами обошла всех просящих. Каждому досталась щедрая милостыня. Уже на середине аллеи встретилась взглядом со старушкой. Рядом с ней стояла светловолосая, сероглазая девочка. И тут её, что молния ударила. Мая. Маечка! А в ответ резанул крик. Мама! Мамочка! Женщина стала опускаться на колени. Подбежала Мая обняла её. Так они раскачиваясь и плача, стояли несколько минут. Мужчина не понимая причины, топтался рядом и всё старался поднять её с колен. Народ, выходивший со службы, смотрел по одаль. Наконец она чуть успокоилась, но всё также не отпускала из объятий девочку. А Мая уже быстро говорила матери. Мамочка это бабушка приняла меня. Она мне очень помогала до тебя дойти. Подбежала к кузовку и достала неказистую куколку Барби. Эта китайская штамповка вызвала очередную бурю слёз у женщины. Маечка. Господи да у тебя целая комната дорогущих кукол. Подойди мать ко мне. Тихо сказала старушка. Больших сил мне стоило вытащить из пустоши этого ангела. Ох больших. Ни чему не удивляйся. Постарайся принять всё, как есть. Как было Мае пять лет назад двенадцать, так и осталось. Души не взрослеют. Оставь всё в своём городе и поезжай в уединённое место к морю. Там девочка окончательно вернётся к жизни. Женщина при этом всё кивала головой. Спасибо тебе мамаша, что не забывала эти годы делать добрые дела. Так ты помогала мне освобождать девочку. Бабушка поедем с нами. Позвала Мая. Нет ты же знаешь милая я сейчас не могу. Там ещё Петруша ждёт меня. Он то уступил свою очередь тебе девочка. Ой, а пусть и Петруша едет с нами. Воскликнула мать. Бабушка грустно улыбнулась и покачала головой. Вот возьми эти носки. Береги их как зеницу ока. Тут вся жизнь Маи вплетена. Ну, а теперь идите, идите. А то вот вижу, батюшка уже с разборками спешит. Так обнявшись, и ушли они по аллее. Прихожане медленно проходили мимо старушки. Почти каждый лажил ей денежку в кузовок. Подошёл сердитый батюшка. Вы, что тут устроили спектакль? Громко воскликнул он. Грех это большой колдовством заниматься. Вы же старый человек. Увещевал он спокойно смотревшую ему в глаза старушку. Я вот полицию вызвал. Тихо вышел из-за его спины дьяк. Крепкогрудый. Он чемто напоминал оперного певца. Он подошёл к старушке и поцеловал ей руку. В ответ та нежно поцеловала его в голову. От такого у батюшки отвисла челюсть. На аллее показались два молодых полицейских. Чуть заикаясь, батюшка сказал. Вот она баламутит тут всех. Зря вы батюшка наговариваете на бабушку. Зря. Светлый она человек! Светлый! Сказал старший попрошайка. Полицейские как то стеснительно подошли к старушке. Идёмте с нами ж-женщина. Та грустно улыбнулась и низко поклонилась всем. Подняла кузовок, стульчик и тихо пошла впереди полицейских. Нельзя же так. Это же пожилой человек. Зашумели вокруг. Старушка обернулась и сказала. Не бойтесь за меня. В полиции тоже меня ждут. Протянула кузовок старшему попрошайке со словами. Поделите милостыню, а кузовок сберегите до случая. Сердито ушёл батюшка. Миряне тоже стали расходиться. В участке растерянные дежурные, ожидали вызванное начальство. Старушка сложив руки лодочкой на коленях, тихо сидела на удобном стуле. Стул этот поставил ей бледнолицый, молодой дежурный. В пустом участке остро пахло морем. Этот запах появился с приходом старушки. И такое это праздничное настроение придало всему. С большой кружкой горячего чая, подошёл к ней второй дежурный. Вот мать выпей горяченького. А может хотите холодной водички? Бледный на тарелочке поднёс свою пироженку. Так и стояли они перед старушкой. Один с кружкой второй с пироженкой. Когда шумно вошёл капитан. Что это у вас тут? Где задержанная? Вот. В один голос сказали дежурная. Начальник аж захлебнулся. А вы значит, официантами заделались? Стараясь не смотреть на старушку, начальник быстро прошёл мимо. Прошу в кабинет и доложить по форме. Идите сынки. Идите, а я тут подожду. И спасибо за уважение. Дежурные так с кружкой и тарелочкой вошли к капитану. Прослушав доклад, он возмущённо сказал. Да уберите вы наконец это. А, что же со старушкой делать? Спросил старший дежурный. Опросить и запротоколировать. А так то, что задержать? Делайте, что должны и не либеральничайте. Старушка тихо отвечала на вопросы. Спокойно подписала всё. Ну, а теперь ведите меня сынки в обезьянник. Бледнолицый аж поперхнулся. Да зачем это? Не для вас это. Что ты милый, не тушуйся так. Мне же на самом деле туда нужно. Ждут меня там. Ну если нужно так идёмте. Сказал старший дежурный. Неожиданно старушка взяла, молодого дежурного за руку. Не твоё это место сынок. Место то хлебное, но только хлебушек этот мимо тебя пролетает. Есть у тебя сынок талант. Вот его и используй. Закончил ты курсы дизайнера. Вот и дерзай. Главное не тушуйся, всё то у тебя получится. И девушка у тебя будет. И семья крепкая. Потому, что душа у тебя чистая. Ещё не загаженная. Так держа парня за руку, шла она между дежурными. А мне бабушка, что можешь сказать? Спросил второй. Чуть помедлив, она сказала. Ну за тебя сынок я ещё подумаю. Вот и обезьянник. Где в одном отделении сидел уже парень. Оторванный рукав, драные джинсы. Стриженный на лыску. Левая сторона щеки расцарапана. С запёкшей кровью на губе. Все признаки буйного характера. Слушай сынок принеси ему мой чай и пироженку. Сказала старушка увидев парня. Пусть подкрепится. Чай со вчерашнего дня маковой росинки во рту у него не было. Странно, но старший дежурный кивнул второму и тот быстро принёс всё. И просунул все парню. Ну спасибо вам парни, а тебе мать отдельный салют. Грустно улыбнувшись, старушка присела на лежак в обезьяннике. Идите сынки работайте, а я тут посижу. Дежурные ушли. Устало откинулась старушка на ярко голубую стену, и закрыла глаза. Казалось, она спит. Парень, стараясь не шуметь, пил чай. Капитан в отдалении внимательно рассматривал, удивительную задержанную. Ты здесь стал большим начальником. На всех сторожишься. Понимаю, скажешь по статусу положено. Вдруг заговорила старушка. А в семье то ты подкаблучник. Все тобой командуют. Вот и жена неверна тебе. И ты об этом знаешь. Почему терпишь? Ребёнка скажешь жалко. А и дочка не твоя. А твоя- то кровиночка растёт без отца. И любящая тебя женщина, всё ждёт и надеется. Капитан понимал, о ком говорит она. В раз ссутулившись, подошёл к решётке. Слушай мать. Ну не позорь ты нас. Выходи. Зайди сюда болезный. Со вздохом сказала старушка. Капитан вошёл и сел рядом. Она посмотрела ему в глаза. Эти тёмно серые глаза, вывернули его душу на изнанку. А, что я мать могу сделать? Я как слепой котёнок с ними. Брось сынок. Открой глаза. Конечно так-то слепым удобней. Решись уже на, что ни будь. Настенька твоя умница. Да и дочурка говорунья. Всё, что ты сейчас сделаешь, будет твоим решением. А правильное или нет, это от тебя зависит. К службе у тебя есть талант. Твоё это место. Иди теперь домой и думай. И опять закрыла глаза. Сынок, там девушку доставили. Пусть приведут её сюда. Сказала она вослед капитану.Ну ты мать даёшь! Мне бы какое цеу дала. От тебя бы я послушал. Сказал сосед по « обезьяннику». Старушка опять закрыла глаза. Потом достала из кармана серую, похожую на раковину штучку и подула в неё. Мелодичные звуки природы полились из неё.Обалдевший парень схватился за голову и стал раскачиваться. А ему уже казалось, что видит с высокой сопки бескрайнюю водную гладь. Низко летают белоснежные чайки. Кая, кая, кая. Большое озеро Байкал плескалось под ним. Вот он опустил босые ноги в холодную даже летом воду. Лёгкий бриз обдувал свежестью лицо. Коленька смотри не остуди ноженьки. Голос мамы. Ходи сынок домой. Я испекла оладушки. Ой. Да, что же это со мной сделалось? Вскрикнул парень. Веришь мать, я же лет десять не был дома. Как уехал в никуда, так и катаюсь, что перекати поле. Если бы можно было всё вернуть. Вернуть не вернёшь, а дорожку по ровнее поищи. Вижу брат у тебя больной. Тяжело ему приходится. От безысходности запил. А ты съезди к ним. Помоги чем ни то. Пора уже взрослеть тебе бедолаге. И матушка простит за всё. Такая уж у неё планида. Наступившую тишину нарушил громкий девичий голос. Это сержант вёл новую задержанную. Ярко раскрашенная, пёстро одета девушка, дерзко села на край лавки. Подвинься старая. Резко сказала она и толкнула старушку. И сразу же завизжала от боли. Та рука, что толкнула. Вздулась волдырями, что от ожога. Ой, ой, ой. Тонко кричала девушка. Но натолкнувшись на пронзительный взгляд старушки, замолчала. Старушка положила ей руку на живот и так держала несколько минут. Ой, у меня всё нутро горит. Простонала девушка. Потерпи. Говорю же, потерпи ещё. Стоявшие у решётки дежурные с изумлением смотрели на эту сцену. Так её мать. Воскликнул парень. Наконец старушка отняла руку и ласково погладила её по голове. Иди ко сюда сынок. Позвала она старшего дежурного. Просил тебе что ни будь поведать. Девушка вдруг всхлипнула и уткнулась ему в грудь. И так горько расплакалась, что малое дитя. Вишь как её душенька отмывается. Лучше жены не найдёшь. Не смотри, что чумазая. Умой её со своих рук. Станет, что весенний цветок Кукушкины слёзки. И ароматная, и красивая! Верь мне сынок. Другого такого счастья ты не найдёшь. Уж я то знаю. Ну, что растерялся. Идите уже отсюда. Тяжело мне. И обратилась к бледнолицему полицейскому. Отвези меня сынок домой. Меня уже Петруша заждался. Опираясь на руку полицейскому пошла по коридору. Машина осторожно ехала уже в темноте. Здесь остановись. Дежурный помог ей выйти из машины. Зелёный туман клубился за длинным забором. Вот и Петруша, вижу меня ждёт. На остановке стоял темноволосый юноша. Он радостно улыбался старушке. Ну не зря я старалась. Вот наконец и тебя Петруша из пустоши вызволила. Парень нежно взял её под руку и повёл по тропинке к забору.






на главную | моя полка | | Всем бы такую встретить |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 74
Средний рейтинг 4.7 из 5



Оцените эту книгу