Книга: Последняя надежда



Последняя надежда

Эрин Хантер

Последняя надежда

Пролог

На фоне тёмного неба чётко вырисовывался виднеющийся на горизонте зубчатый горный хребет. Четыре фигуры присели на камень, возвышавшийся высоко над остальными валунами. Их шкуры мелькали пёстрыми пятнами при свете звезд. Дул ледяной ветер.

— Мы пришли, — белая кошка съёжилась от холода. — Мы пришли, как вы и просили.

Её спутник оглянулся на котов, ждавших их.

— Приветствую вас, Совиное Пёрышко, Сломанная Тень.

— Приветствую, Склон, — Сломанная Тень распушила шёрстку, стараясь не промёрзнуть на холодном, пронизывающем ветре. В её глазах отразились звёзды, когда она встретилась взглядом с белой кошкой. — Хорошо, что мы снова встретились, Половинка Луны.

Пока она говорила, ещё двое котов взобрались к ним по камням, словно тени.

— Синяя Звезда, Пестролистая, я очень рада вас видеть, — поздоровалась Половинка Луны со Звёздными воителями, присевшими рядом с четырьмя котами Древнего клана.

Синяя Звезда обвила хвостом свои лапы.

— Мы пришли, чтобы подготовиться к концу, — торжественно мяукнула она.

Совиное Пёрышко прищурила жёлтые глаза:

— И поверить в то, о чем мы говорим тебе?

Пестролистая издала тихое рычание:

— Синяя Звезда всегда верила! Это других мы должны убедить.

— Мы явились слишком поздно! — огрызнулся Склон.

Синяя Звезда сверкнула глазами.

— Племена сделают свой собственный выбор. Я не могу прыгнуть выше головы.

Склон придвинулся к ней поближе.

— Но пророчества помогают, не так ли?

— Да, — Синяя Звезда взглянула на свою целительницу. — Пестролистая увидела пылающие звёзды, которые указали мне на Огнезвёзда.

Совиное Пёрышко утвердительно кивнула.

— Да, она очень хорошо использовала свой дар. Все вместе, семья Огнезвёзда — последняя надежда племён. Судьба всего леса в лапах этих троих котов.

— А как насчёт четвёртого? — Склон накренился, и в его глазах мелькнула тревога. — Когда они найдут четвёртого кота?

— Четвёртый должен быть найден в ближайшее время, — отрезала Сломанная Тень. — Осталось очень мало времени.

Хвост Совиного Пёрышка нервно дёрнулся.

— Ты уверена, что мы сделали все возможное?

— Мы сделали всё, что смогли, — Половинка Луны бросила взгляд своих янтарных глаз в сторону фигуры, карабкающейся по камням прямо к котам. — Полночь, это ты?

— Я пришла сюда с Утёсом.

Большая барсучиха присела на камни возле собравшихся котов. Утёс взобрался вслед за ней. Его лишенное шерсти тело освещалось бледным сиянием луны.

Сломанная Тень удивлённо взглянула на новоприбывших.

— Приветствую, Полночь! Я… Я не знала, что ты знакома с Утёсом.

— С самого начала вашего времени мы знали друг друга, — Полночь покачала полосатой головой. — С первого кота, что ступил на эти земли.

Утёс присел на холодный камень. Его слепые голубые глаза округлились и отдавали белизной, словно луна.

— Мы смотрели на первый восход солнца над озером.

— Он отразился во всплеске воды, словно пламя, — напомнила Полночь. — А в огненном отражении мы видим будущее всех котов: клана Падающей Воды, пяти племён, четырёх племён, леса и озера.

— Мы видели весь ваш путь от озера до леса и обратно, — Утёс наклонил голову, как будто наблюдая за котами, сидящими перед ним. — Все пророчества приходили от первого отражённого солнечного восхода: кот с огненной шерстью, что спасёт племя, а также серебряная кошка, что спасёт клан Падающей Воды, и, наконец, четверо котов, которые будут последней надеждой не только племён, но и самого Света.

Полночь царапнула когтями камень.

— Мы боимся теперь, что видим последний закат, что история подходит к концу.

Половинка Луны шагнула вперёд.

— А как же та четвёрка? Они спасут нас, верно?

— Они пришли, как мы видели, и, когда пришли, они зажгли самое тёмное пламя, — Полночь посмотрела на котов Древнего клана своими чёрными глазами-бусинками. — Таким образом, все давно умершие коты сгорят, как звёзды, ещё раз.

— Но зло близко, — предупредил Утёс.

Полночь перебила его.

— Как мы увидели, Темнота родилась вместе со Светом, став его сестрой. Теперь нужно выстоять и бороться.

Коты вздрогнули. Утёс взволнованно обвёл их слепым взглядом.

— Спасибо за сохраненное пророчество и за то, что передали его вниз для забытых и исчезнувших.

Сломанная Тень вздохнула.

— Так много жизней потеряно…

— Все жизни коротки, — напомнил ей Утёс.

— Жизнь моего сына тоже была очень короткой! — она с осуждением взглянула на кота. — Почему вы не могли спасти Листопада?

— Спасать кого-то никогда не было моей обязанностью, — возразил Утёс. — В чём смысл жизни, если ты находишься в чьих-то лапах? Должен быть выбор. Должна быть свобода.

Склон прищурил глаза.

— Неужели племена будут сражаться в одиночку в этой битве?

Половинка Луны прижала уши.

— Нет, не в одиночку! — она подняла подбородок. — Я буду сражаться бок о бок с Воробьём!

Сломленная Тень обнажила когти.

— И я буду бороться вместе с моим сыном!

— Я буду сражаться рядом с Зазубренной Молнией и моими котятами, чтобы победить Тьму! — гордо произнесла Совиное Пёрышко.

Синяя Звезда хлестнула хвостом.

— Я умру в десятый раз, но спасу Грозовое племя!

— Коты никогда не останутся в одиночестве, — заявила Половинка Луны. — Мы всегда были с ними и никогда их не оставим.

— Свет против Тьмы, — прорычала Полночь. — Это — конец всего на свете, это — последний восход солнца.

Утёс слегка коснулся её лап кончиком хвоста.

— Это то, чего мы так долго ждали, мой друг.

Глава 1

Кровь!

Искристая застыла, на нее нахлынули воспоминания о смерти Муравья, впрочем, как всегда, когда она чувствовала запах крови. Серая воительница все еще чувствовала, как разрывалась под ее когтями его теплая плоть, как он дернулся в последний раз, прежде чем застыть навсегда. Она была вынуждена убить воина племени Ветра, чтобы убедить Звездоцапа в ее преданности. Мрачный предводитель удостоил Искристую чести обучать учеников, но кошка знала, что никогда не сможет смыть со своих лап кровь Муравья.

— Стоп! — закричала она.

Березовик замер, не успев закончить атаку.

— Что случилось?

— Я чувствую запах крови! — отрезала Искристая. — У нас только тренировка! Я не хочу, чтобы у кого-нибудь были травмы.

Березовик уставился на нее с недоумением.

Краснохвост вылез из-под кота.

— Это лишь царапинка, — мяукнул воитель племени Теней. Он показал кошке ухо, на кончике которого из царапины выступила маленькая капелька крови.

— Просто будьте осторожны, — предупредила учеников Искристая.

— Будьте осторожны? — прорычал Коршун, делая круг вокруг кошки. — Скоро будет война, и мы никогда не выиграем ее, если не будем выпускать когти! — презрительно скривил губы Коршун, посмотрев на воительницу. — Я думал, ты будешь обучать наших учеников драться, как настоящих воителей, а не как мягкотелых увальней племен.

Березовик ощетинился.

— Племенные воители не мягкотелые!

— Тогда почему ты пришел сюда? — возразил Коршун.

Краснохвост распушил хвост.

— Мы тут, чтобы стать лучшими воителями, в которых нуждаются наши племена! Ты же сам это говорил, помнишь?

Коршун медленно кивнул.

— Только здесь вы можете получить необходимые вам навыки! — он посмотрел на Березовика. — Атакуй Краснохвоста опять, — приказал он. — Но на этот раз не до первого запаха крови!

Черный кот обернулся на Искристую.

Искристая судорожно сглотнула. Неужели она выдала себя? Нет, Коршун не мог знать, что воительница шпионит за ними по просьбе Воробья, Львиносвета и Голубки. Рыча, Искристая подняла голову и грубо толкнула Березовика.

— Делай, как я! — велела она. Воительница с шипением бросилась на Краснохвоста. Увернувшись от его когтей, она схватила его за лапу, сжав челюсти. Используя свой вес, чтобы кот потерял равновесие, воительница ловко извернулась, и Краснохвост перелетел через ее голову и упал на спину с глухим стуком. Искристая знала, этот прием выглядел гораздо более страшным и болезненным, чем это было на самом деле. Вряд ли ее зубы успели достать до его кожи, она быстро повалила его на землю, не причинив вреда лапе.

Искристая оглянулась на Коршуна и с облегчением увидела удовлетворение в его глазах. Он видел только, как ее когти прошлись по телу Краснохвоста, и слышал стук тела о землю.

— Коршун!

Березовик и Краснохвост, распахнув глаза, смотрели, как Яблочница появляется из тумана. Ее глаза ярко сияли, мышцы перекатывались под пестрой шкурой, казалось, она вся горела желанием сражаться.

— Первоцветик и Пустопят хотят драться с котами Сумрачного Леса!

Ученики Яблочницы вышли из тени.

— Мы можем драться с котами племен в любое время! — с вызовом сказала Первоцветик.

Коршун кивнул.

— Мы пришли сюда, чтобы учиться тому, чему нас не научат в другом месте! — шерсть Речных котов слиплась от крови, кое-где не хватало шерсти.

Разве вам этого не достаточно? Искристая взглянула на Коршуна.

— Есть ли рядом воины Сумрачного Леса?

Она рискует, она молится, чтобы рядом никого не оказалось.

— Конечно, — Коршун втянул ртом воздух, чтобы почувствовать запахи котов.

Сквозь туман эхо принесло вопли сражающихся. Эти вопли стали для Искристой такими же привычными, как пение птиц в лесу, она слышала это, только если намеренно вслушивалась.

— Почему мы не будем обучать их сегодняшним вечером? — спросила она. В Сумрачном Лесу очень редко бывали ночи, когда наставники не обучали жестоким приемам котов племен.

Коршун встал между Березовиком и Яблочницей.

— Я хочу, чтобы вы знали, как сражаются другие племена!

Искристая вздрогнула.

— Может быть, однажды вам придется сражаться бок о бок! — продолжал Коршун.

Лжец!

— Вы должны знать, как движется ваш напарник, потому что рано или поздно вам придется сражаться вместе с ним!

На самом деле вы обучаете их, чтобы они уничтожили друг друга в финальной битве!

Хриплый рык эхом отразился от деревьев.

— Четыре племени объединятся в одно, когда это будет особенно важно! — гордо держа голову, из тени вышел Звездоцап. — Это закон Сумрачного Леса. Запомните его!

Березовик кивнул.

— Четыре племени объединятся в одно, когда это будет особенно важно! — повторил он.

— А когда это произойдет? — округлил глаза Пустопят.

— Вы узнаете это, когда придет время, — из тумана вышла Кленовница.

Ее шерсть черепахового окраса была настолько прозрачной, что сквозь нее можно было увидеть лес. Искристая вздрогнула, поняв, что она также однажды исчезнет.

— Звездоцап? — Березовик восхищенно смотрел на кота. — Мы что, будем учить что-то особенное?

Искристая заволновалась.

— Пока нет! — быстро промяукала она, краем глаза взглянув на Звездоцапа. Он кивнул, и кошка продолжила говорить. — Но вы никогда не знаете… — ей вспомнился тот позорный бой с племенем Ветра, который произошел пол луны назад. — Ведь могут быть такие коты, как Сол, которые способны натравить одно племя на другое!

Яблочница вышла вперед.

— Если этот жулик еще хоть раз захочет столкнуть наши племена, то я буду сражаться на стороне Грозового племени, а не против него!

Искристая переступила с лапы на лапу. Эти коты считают, что их верности племени только увеличивается, когда они занимаются в Месте-Без-Звезд. Но вот чью сторону они выберут, когда придет финальная битва? Своих соплеменников или Сумрачного Леса.

Вдруг Звездоцап, дернув хвостом, приказал:

— Возвращайтесь в свои лагеря!

Полёт наклонил голову.

— Но еще слишком рано!

— Сейчас будет встреча старших воителей! — огромный кот кивнул Кленовнице и Коршуну.

— А можно мне прийти? — спросила Искристая.

Кленовница прищурилась.

— Нет!

— Но я же сейчас наставница! — попробовала надавить Искристая. Ей необходимо было знать, как именно коты Сумрачного Леса собираются напасть на племена, живущие вокруг озера.

— Пока вы можете попробовать на вкус свежую дичь, вы не одни из нас! — зарычала черепаховая кошка.

Звездоцап кивнул.

— Возвращайтесь в свои племена и отдыхайте! — приказал он. — Завтра вечером вам понадобится много сил!

Кот повернулся и зашагал прочь. Кленовница поспешила за ним.

Первоцветик пожала плечами.

— Я думаю, что мы сможем оттачивать новые приемы в лесу, — сказала она Березовику и, закрыв глаза, начала таять.

Искристая смотрела, как ее соплеменница исчезает. Когда она проснется, все раны, которые она получила здесь, останутся в реальной жизни. И все навыки, которые она узнала, тоже.

Искристая расстроилась. Она не хотела, чтобы в Грозовом племени кто-то знал эти запрещенные приемы!

— Ты идешь? — взмахнул хвостом Березовик.

Искристая дернула ушами, давая ему понять, чтобы он уходил.

— Иди. Я приду позже.

Краснохвост, Пустопят и Яблочница исчезли вместе с Березовиком. Как только они ушли, Искристая обратилась к Коршуну.

— Ты доверяешь мне тренировки воителей, но не разрешаешь идти на собрание старших воителей?

Его глаза заблестели.

— Ты действительно хочешь быть там?

Искристая кивнула.

Коршун наклонился ближе.

— Это маловероятно! — он повернулся и направился вслед за Звездоцапом.

Воительница провела когтями по земле. «Я буду там, хотите вы этого или нет!» — подумала она. Она поискала глазами Коршуна, чья шкура слабо мерцала между деревьями и пошла за ним, ступая в одном темпе, идя по его следам — она стала его тенью. Она шла на приличном расстоянии, так, что туман и колючки скрывали кошку от Коршуна, но она могла его видеть.

— Снегоухий? — Коршун вдруг остановился.

Искристая замерла и навострила уши.

Коршун поприветствовал соплеменника:

— Ты в курсе встречи?

— Я бы не пропустил это даже ради всех мышей леса, — прорычал Снегоухий. — Где коты племен?

Коршун фыркнул:

— Звездоцап отправил их обратно в лагеря.

Когти Снегоухого прошлись по земле.

— Ты уверен, что рядом с Учебной Скалой никого не будет?

— Звездолом проверит, чтобы никого не было, — сказал Коршун.

Учебная Скала! Искристая взмахнула хвостом.

Они будут встречаться на берегу реки!

Кошка прекрасно знала Сумрачный Лес, ей ничего не стоило пройти к нужному месту, оставаясь незамеченной Коршуном. Ей только надо было идти вдоль полых деревьев, а потом свернуть к берегу.

Прижавшись к земле, она ползла за кустами, пока не услышала голоса старших воителей. Искристая спряталась за деревом и осмотрелась. Там, где река текла между деревьями, туман рассеивался. На берегу было несколько валунов. Кошка прижала уши. Тут прошла ее первая тренировка в Сумрачном Лесу! Теперь же это место заполнили большие, мускулистые воители. Чувствуя волнение и страх, кошка поползла ближе к котам.

«Я воительница Сумрачного Леса! — напомнила она себе. — И я стою любого из этих воинов».

Звездолом стоял на камне, его темная шкура была вздыблена от волнения.

— Решающий час близится! — прорычал он.

Кленовница подняла голову.

— Отлично! — зашипела она. — Я не хотела бы это пропустить…

Коршун сидел и следил за всем, прищурив глаза. Ледяным взглядом он наблюдал за каждым движением Звездолома. Лоскуток и Остролап нервно ходили вокруг, но Звездоцап стоял на прямых лапах, распушив хвост.

— Куда мы ударим прежде всего? — спросил он.

Звездолом соскочил с камня и прочертил на камне несколько линий.

— Вот место, где озеро встречается с землей.

Взмах когтями.

Еще.

И еще.

Он ловко начертил на земле несколько фигур.

— Мы нападем на них здесь и здесь! — Звездолом указал лапой. — А когда они будут драться здесь, второй наш патруль нападет на них отсюда.

Искристая вытянулась, стараясь увидеть, куда он указывал, но Звездоцап и Лоскуток загораживали обзор. Сердце бешено колотилось у кошки в горле, но, к сожалению, она была вынуждена только слушать объяснения.

— Там, где холм спускается к ручью, они будут менее защищены, — зарычал Звездолом. — Мы сможем нападать на них с возвышенности.

— А что, если мы нападем здесь, а? — Звездоцап ткнул какое-то место на карте.

Искристая подскочила от страха, увидев, как загорелись глаза Звездолома.

— В самое слабое место племени!

— Как только умрут котята, у их матерей просто не будет сил бороться, — хмыкнула Кленовница.

— Вы правы, — сел Звездолом. — Что ж, решено!

Коршун оглянулся, его взгляд скользнул мимо деревьев, где пряталась Искристая. Кошка вжалась к землю, неровности почвы скрыли ее от чужих глаз, и ледяной взгляд черного кота не заметил воительницу. Старшие воители начали покидать берег. Как только берег опустел, Искристая выскользнула из своего укрытия и бросилась к тому месту, где был начерчен план Звездолома. Дрожащая от волнения кошка начала всматриваться в черточки.

Вдруг чьи-то лапы стали ее сильно трясти. Кошка дернулась, зашипела и напала на злоумышленника.



— Искристая!

От взволнованного голоса Голубки Искристая очнулась. Она была у себя в гнездышке.

— Ты разбудила меня! — зарычала воительница на сестру. Голубка смотрела на кошку, в ее глазах стоял испуг.

— Искристая, ты в порядке?

— Я сплю! — расстроено взвыла воительница. Она должна была увидеть план, который начертил Звездолом.

— Но ты же уже проснулась, правда? — осторожно спросила Голубка.

— Да, — пробормотала Искристая. — Я проснулась…

Голубка удивленно оглядела сестру.

— Ты раньше никогда не пыталась меня убить, если я тебя будила…

— Ты знаешь, что происходит, когда мне сниться что-то необычное!

— Вот именно поэтому я тебя и разбудила. Ты вся взъерошилась, дергалась во сне… — Голубка прищурилась. — Ты что, хочешь остаться в Сумрачном Лесу?

Искристая подняла голову. Здесь, в безопасном гнездышке, она немного успокоилась, но чувство опасности все еще не покидало ее.

— Я делала кое-что важное!

Голубка наклонилась ближе.

— И что же?

Искристая отвернулась.

— Слишком поздно! План Звездолома давно уже стерли или его смыла вода.

Ее сестра вдруг сморщила носик.

— Ты плохо пахнешь!

Искристая посмотрела на свои грязные лапы.

— Не волнуйся! Я их помою.

— Хорошо, — Голубка вылезла из пещеры.

Голубоглазая воительница взглянула на пустые гнездышки Кротика и Вишнелапки, находящиеся рядом с гнездышком самой Искристой. Они уже ушли выполнять обязанности оруженосцев. Потянувшись, воительница вышла на поляну.

— Искристая! — окликнул ее Ежевика, сидящий возле кучи с добычей. Возле ног глашатая лежал черный дрозд.

Воительница проигнорировала крик кота и, пройдя через колючий туннель, вышла в лес. Она не могла оставаться в лагере, ограниченном четырьмя стенами, вместе со своими соплеменниками, когда в ее голове еще остались звуки и запахи Сумрачного Леса.

Она взбежала вверх по склону. Сила переполняла ее тело. Это Сумрачный Лес дал ей такую власть. Это он научил ее более искусным приемам, чем те, которые знают ее соплеменники, чтобы Искристая могла сражаться с врагами, когда придет финальная битва. Когти воительницы рвали листья ежевики, она преодолела склон и вырвалась из леса. Внизу сияло озеро, отражая в себе рассвет. Сезон Листопала уже начал окрашивать верхушки деревьев. Зеленоватая дымка, окутавшая лес, менялась на янтарный цвет. Непонятное волнение охватило Искристую. Не было на свете такой дичи, которую она не могла бы поймать, не существовало воина, которого она не могла бы победить. И ей очень хотелось это всем доказать.

Внезапно ее охватили странные видения. Воины заполняли берег и бежали в лес. Они были сильны, их тела были покрыты шрамами, в глазах горела ненависть. Дрожали папоротники, тряслись кусты ежевики, весь лес, казалось, ожил, наполненный жаждущими сражения котами-убийцами. Повсюду раздавались вопли, и Искристая видела, как ударяются тела о камни, видела, как весь мир гибнет от когтей воителей Сумрачного Леса.

Видение пропало так же быстро, как и появилось, но воительница все еще могла чувствовать запах страха и крови. Искристая поняла, что она вся дрожит, подушечки ее лап вспотели. Всех боевых навыков, приобретенных в Месте-Без-Звезд, не хватило бы, чтобы остановить этот неумолимый поток смерти.

Глава 2

Вечер опустился на пустошь, намочив росой мех Воробья, когда тот устроился перекусить возле зарослей ежевики, взяв мышь из кучи со свежей дичью.

В небе ярко светил бледный полумесяц. Подчинятся ли остальные целители мрачным предостережениям Звездного племени и останутся ли в своих лагерях? Или они пойдут к Лунному озеру, чтобы открыть свои сны предкам-воителям?

Должен ли он пойти?

Вдруг каждой клеточкой своего тела Воробей почувствовал, что Луна зовет его. Усилия, прилагаемые к тому, чтобы игнорировать этот зов, причиняли ему физическую боль. Светлоспинка на Совете обвинила его в убийстве Огнехвоста, и остальные племена запретили Воробью быть целителем. Огнезвезд разрешил ему помогать соплеменникам, как прежде, но Воробей не мог выполнять обязанности целителя за пределами племени.

Зов Луны усилился. Воля Звездного племени была сильнее воли любого живого кота. И, согласно пророчеству, Воробей был сильнее Звездного племени. Кроме того, он знал, что был невиновен. Воробей пытался спасти Огнехвоста, когда тот провалился под лед. Больше никто не пытался вытащить тонущего кота из ледяного плена. Рассерженный Воробей одним укусом разорвал мышку на кусочки.

Вдруг дальние ветви ежевики закачались, и из палатки целителей выползла Иглогривка. Ее передние лапы теперь были так сильны, что она могла легко проползти вокруг лагеря.

— Хочешь? — Воробей когтями поднял мышь.

— Нет, спасибо! — Иглогривка остановилась рядом с ним. — Сейчас мне хочется полевки.

Он почувствовал, как зашуршала ее гладкая шерстка, когда кошка поползла к куче с добычью. Она была самой чистоплотной кошкой в Грозовом племени, регулярно себя вылизывала, искала клещей два раза в день, убивала каждую блоху. Заражённый укус мог ослабить её. И она была полна решимости продолжить тренироваться и стать достаточно сильной, чтобы передвигаться, даже не используя свои задние лапы.

Воробей услышал ее шипение, поскольку ей пришлось переползать через дичь, и почувствовал ее удовольствие, когда она схватила зубами полевку. Иглогривка ловко развернулась и вернулась к Воробью.

— Ты не голоден? — она ткнула лапой мышь, лежащую возле целителя. — Сейчас Ночь Половины Луны. Чтобы дойти до Лунного Озера, тебе нужны силы.

Воробей зарычал:

— Мне запретили, не забыла?

Иглогривка откусила кусочек от полевки.

— Когда это тебя останавливало? — спросила она с набитым ртом.

Яролика зашаркала лапами возле них.

— О чем разговор?

— Не твое дело, — фыркнул Воробей.

— Половина луны, а Воробью не разрешают пойти к Лунному озеру, — встряла Иглогривка.

— Разве Звездное племя не сможет войти в твои сны, если ты будешь спать в своем гнездышке? — Яролика положила хвост Воробью на спину.

Тот убрал его.

— Посещение Лунного Озера — это нечто большее, чем просто разговор со Звездным племенем!

Кот пошел по поляне. Он нырнул в выход из лагеря, зашипев, когда колючка уколола его в ухо, и пошел по лесу.

Услышав у себя за спиной шаги, Воробей принюхался и почувствовал запах Огнезвезда. Предводитель племени шел за ним от пустоши.

— Я знаю, что тебя это расстроило, — сочувственно начал Огнезвезд.

Воробей повернулся к нему.

— Правда? Ты действительно думаешь, что коты племен поверили бы Светлоспинке, если бы я не был полукровкой?

Огнезвезд остановился.

— Или если бы Листвичка не нарушила закон и не родила бы меня? — Воробей чувствовал удивление Огнезвезда. — Или ты забыл?

— Я не думаю об этом, — ответил предводитель, и серый кот почувствовал, что это правда.

Воробей моргнул.

— Ты не думаешь об этом? — удивленно переспросил он. Каждый раз, видя Листвичку, Белку или Ежевику, Воробей чувствовал, что его предали. Раньше он считал, что является чистокровным котом Грозового племени, что его мать — Белка, а отец — Ежевика, но потом Остролистая открыла правду, что их настоящей матерью является целительница Листвичка, а отцом — Грач из племени Ветра.

Хвост Огнезвезда поднял листья в воздух.

— Ты один из трех! Вы должны были родиться, — предводитель наклонился ближе. — Разве принципиально, как это произошло?

— Да! — взбешенный Воробей ходил вокруг Огнезвезда. — Пусть будет проклята Листвичка! Каждый кот считает, что я ненормальный, потому что мое рождение нарушило целых два закона! Неудивительно, что они все считают меня убийцей. Как они могут думать, что я избран Звездным племенем?

Огнезвезд переступил с лапы на лапу.

— Но мы оба знаем, что ты избран Звездным племенем. Более, чем кто-либо другой!

— Нет, спасибо Листвичке! — Воробей полоснул землю когтями. — Или Белке.

— Листвичка сохранила тайну, — строго напомнил ему Огнезвезд. — Она и Белка делали все ради тебя и твоего брата с сестрой. Остролистая открыла всем правду. Она верила, что была права, а теперь — что сделано, то сделано. Ни Белка, ни твоя мать не несут ответственности за мнения других племен. И вы тоже…

— Это не справедливо. Почему бы Листвичке просто было не следовать целительскому закону? — Воробей направился в чащу. — Ведь это совсем не сложно!

— А если бы она так и делала? — крикнул Огнезвезд вслед коту. — И что тогда? Если бы она не влюбилась бы в Грача, вас бы не было! Подумай о пророчестве!

Воробей зло ковырнул кучу листьев, лежащую возле его лап.

— Почему бы в этот раз не подумать обо мне?

С рычанием он зашагал прочь, проходя сквозь папоротники и обходя корни деревьев, пока не ощутил, что его окружила темнота. Вдруг перед ним оказалась чья-то шкура и преградила целителю путь. Воробей отпрыгнул назад.

— Кто это?

Пока он говорил это, почувствовал зловонное дыхание Щербатой. Ее морда была короче, чем длина мыши от носа до хвоста.

— Почему бы в этот раз не подумать обо мне? — передразнила Воробья кошка.

— Оставьте меня в покое! — попятился Воробей, но вонючий запах Щербатой последовал за ним.

— Ты не важен! — прошипела старая кошка. — Важно только спасение племен! Вы — трое котов из пророчества, и вы должны найти четвертого, чтобы спасти нас от Сумрачного Леса, пока еще не поздно.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что я не важен? — Воробей сплюнул. Как она посмела? — С чего вы решили, что я не самый важный? — Гнев накрыл его с головой. — Если племена отстранят меня от целительства, то все пророчества будут напрасны!

Щербатая обошла вокруг Воробья, неприятно проведя хвостом против его шерсти.

— Ты думаешь, травы спасут племена от Сумрачного Леса?

— Целительство — это не только сбор трав! — Воробей пытался пройти мимо Щербатой, но она преградила ему путь.

— А что еще?

— А еще разговоры со Звездным племенем!

Хвост Щербатой со свистом рассек воздух.

— А что ты, по-твоему, делаешь сейчас?

Воробей зарычал:

— Почему вы не оставите меня в покое?

— Вы должны найти четвертого воителя!

— Мы даже не знаем, воитель ли он! — терпение Воробья лопнуло. — Не знаем, в каком он племени! Мы даже не знаем, кот это или кошка?

— Хватит оправдываться! Ведь ты даже не сказал остальным о четвертом коте, верно?

Воробей виновато дернул ушами. На него нахлынули воспоминания… Вдруг он снова оказался на заснеженной, обдуваемой ветрами горной вершине. Клан Бесконечной охоты окружил его, глаза котов светились надеждой. А Камнесказ прошлых времен сказал слова, которые до сих пор звучат у него в голове.

Конец звезд близок. Трое должны стать четырьмя, чтобы сразиться с вечной тьмой.

— Ты не сказал им, — повторила Щербатая.

— Нет, — сел Воробей. — Я ждал подходящего момента.

— Правда? — в голосе Щербатой чувствовалось сомнение. — А я думаю, правда в том, что вы не хотите искать четвертого кота. Вам стыдно признать, что нуждаетесь в помощи.

— Это неправда! — шкура Воробья пылала от стыда. Как она догадалась?

— Тогда зачем держать пророчество в секрете от племени, если вы знаете, что время уходит?

Воробей закрыл глаза, он вдруг устал.

— Нашей силы недостаточно, чтобы противостоять Сумрачному лесу, да?

Щербатая начала чистить шкуру.

— Вам, противостоящим Сумрачному Лесу, потребуется любая помощь. Найдите четвертого кота!

— Хорошо! — терпение Воробья лопнуло. — Но где мне его искать?

— Если бы я знала, я бы сказала, — Щербатая толкнула его в папоротники.

— Подожди! — кот бросился за старухой. Под его лапами оказалась колючка, и Воробей споткнулся. — Ты не могла бы кое-что для меня сделать?

— Разве я не сделала все, что могла? — Щербатая продолжала идти.

— Мне нужно, чтобы ты нашла Огнехвоста и уговорила его прийти к Перышку! — целитель поспешил за кошкой. — Он должен объяснить, что я пытался спасти его, а не убить.

Щербатая покачала головой:

— К сожалению, Воробей, в Звездное племя нет согласия. Я не могу пересекать границы племен.

— Но ты была раньше в племени Теней, — напомнил ей Воробей.

Щербатая повернулась к нему, серый кот почувствовал, как засверкали ее глаза.

— Я принадлежу Грозовому племени!

— Но… — Воробей обращался в пустоту. Щербатая ушла…

— Мышиный помет! — выругавшись, Воробей побежал. Память о территории вела его, он побежал вверх по склону, пока не вышел из леса и не почувствовал дующий прямо на него ветер с озера. Воробей пошевелил усами и почувствовал чей-то запах.

— Листвичка?

Она вышла из леса и остановилась рядом с ним.

— Ты в порядке?

Воробей напрягся, готовый спорить, но сказать было нечего. Кот почувствовал себя опустошенным.

— Огнезвезд казался взволнованным, когда вернулся в лагерь, — тихо мяукнула Листвичка. — Я беспокоюсь за тебя.

Перестань вести себя, как моя мать! Слишком поздно!

Листвичка подошла ближе, но сохранила дистанцию.

— Я знаю, каково это, когда перестаешь быть целителем.

— Огнезвезд разрешил мне продолжать лечить соплеменников, — напомнил ей Воробей.

— Яролика может лечить племя, — заметила Листвичка. — Но это не делает ее целительницей. — Бывшая целительница внезапно рассердилась. — Ты должен быть способен посетить Лунное Озеро и повстречаться с другими целителями и нашими предками.

Воробей отпрянул от нее, его нервировало, что она так прекрасно его понимает.

— Мне все равно! — настаивал он. Он не собирался быть обманутым чувством близости с ней.

— Иди к Лунному озеру! — Листвичка игнорировала его протест. — Открой свои сны Звездному племени. Найди Огнехвоста и убеди его рассказать своим соплеменникам правду!

Воробей прижал уши.

— Как я могу пойти? Я больше не являюсь целителем Грозового племени.

— Никто не может остановить тебя от посещения Лунного Озера, — заспорила Листвичка. — Неужели ты думаешь, что кто-то осмелится перечить Звездному племени и не пустит тебя к святилищу? Иди и заставь Огнехвоста сказать правду!

Глава 3

Воробей закрыл глаза, прислушиваясь к шороху листьев вслед уходящей Листвички. Он чувствовал, как звездный свет играет с его шерстью. Далеко внизу тихие волны плескались о берег. Хотя ему очень не хотелось это признавать, но Листвичка была права.

Когда кот добрался до Лунного озера, он крикнул с надеждой.

— Здесь есть кто-нибудь?

Его крик эхом отразился от стен, но ответа не последовало. Воробей был один.

Кот подавил в себе разочарование и проследовал вглубь ущелья, осторожно ступая вниз по выбоинам. Ветер скулил над его головой, как брошенный матерью котенок. Воробей хотел ощутить шерсть древних котов, которые раньше подталкивали и торопили его к Лунному озеру. Но сейчас не было вокруг никаких признаков предков, которые полировали своими лапами камни на земле в течение многих лун. Воробей остановился у самой кромки воды, сердце его сжалось от одиночества, какого он никогда еще не испытывал. Закрыв глаза, целитель присел рядом с Лунным озером и коснулся носом воды.

— Воробей.

Воробей сел. Он ожидал, что проснется в воинских угодьях Звездного племени. Но он все еще был в ущелье.

— Воробей! — это была кошка, сидящая рядом с ним.

Кот очнулся во сне. Он видел ее белую шерстку, видел черные пятна на ее боках. Ее розовый нос тянулся к нему, подергиваясь при вдохе.

Целитель удивленно посмотрел на нее.

— Ты кто?

— Ежевичинка из Речного племени.

Ежевичинка? Воробей вдруг узнал шерстку, которую он часто видел в охотничьих угодьях Звездного племени. Это была ласковая целительница Речного племени, жившая еще до Пятнистой Звезды и Невидимой Звезды.

— Тебя попросила прийти Ивушка? — Воробей ощутил вспыхнувшую надежду. Может быть, целительница Речного племени хочет с ним пообщаться, несмотря на вражду между племенами?

Еживичинка покачала головой.

— Я пришла, чтобы обратиться к твоей мудрости, а не ее.

— Но ты из Речного племени.

— Ну и что? — звездный свет мерцал в больших синих глазах Ежевичинки. — Племена — как жимолость. Один усик душит другого, чтобы достичь света, полагая, что они растут из разных стеблей.

Воробей навострил уши, когда она продолжила.

— Если светит солнце, молодые листья борются за его тепло. Борьба делает дерево сильным, каждая ветвь ищет свет и растет выше, — глаза Ежевичинки потемнели. — Но когда солнца нет, листья опадают, ветви засыхают, и дереву приходится брать пищу у корней.

— Значит, вместо четырех ветвей может быть один корень, — пробормотал Воробей. — Но почему? Племена были разделены с незапамятных времен!

— Вы создали собственные границы, обновляя и патрулируя их, — целительница склонила голову набок. — Но они существуют только в вашем воображении! Иначе, зачем вам надо помечать их каждый день?

Имеет ли она в виду, что им надо объединиться в одно племя? Воробей нахмурился.



— Но мы должны держаться границ, — заявил он. — Чтобы быть сильными. Ты сама так сказала!

— Возможно, — согласилась кошка. — Когда солнце светит. — Она наклонилась ближе. — Но Великая тьма грядет.

Воробей переступил с лапы на лапу.

— Но я не хочу быть вместе с племенем Теней, или племенем Ветра, или Речным племенем.

Ежевичинка ласково посмотрела на него.

— Но ты и так полукровка.

Воробей ощетинился.

— Я Грозовой кот от носа до кончика хвоста! И я верен только своему племени!

— Твое сердце предано Грозовому племени, — продолжала настаивать Ежевичинка. — Но ты наполовину кот племени Ветра, так же, как и котята Крутобока и Серебрянки были наполовину Речными котами. Сердце Урагана сейчас бьется для Клана Падающей Воды. Кто знает, кому была бы верна Ласточка, будь она жива? — бывшая целительница опустила голову. — Верность котов делает племя сильным. Но не в каждом коте племени бежит чистая кровь.

— Почему ты говоришь мне это? — Воробей дернул хвостом. — Быть полукровкой — не признак силы. Это происходит, когда коты не верны племени. — Он выпустил когти. — Это происходит, когда предают Воинский Закон!

Взгляд Ежевичинки посерьезнел.

— Ты слушаешь меня? — прорычала кошка. — Или вы слишком обеспокоены тем, пахнут ли леса и болота вашим запахом? — Она фыркнула. — Племена должны объединиться. Не ищите границ, которых нет. Ищите те, которые есть!

Ветер дул в ущелье, и на поверхности озера пробежала рябь. Воробей обернулся и увидел, что озеро изменилось, отражая пейзаж. В центре сверкал водоем, окруженный лесами и полями.

— Это озеро! — выдохнул Воробей. — А там территория Грозового племени.

Он смотрел на ярко-зеленый лес. Наверное, так орел видит территории племен. Целитель прищурился, пытаясь разглядеть все более детально.

— Ты ищешь линии границ? — Ежевичинка помахала хвостом. — Ты их видишь?

— Слишком далеко, — Воробей мог видеть только, где лес смешивается с пологим склоном долины и переливающимися лентами рек и ручьев.

— Так Звездное племя видит ваш дом, — объяснила Ежевичинка. — Мы видим его красоту и богатство. Мы не видим, какое дерево какому племени принадлежит. Не ищите границ, которых нет…

— …ищите те, которые есть, — Воробей повторил ее слова, всматриваясь в озеро. — Но где они?

Ежевичинка коснулась хвостом его щеки, поворачивая голову кота на себя.

— Только правда прокладывает границы между днем и ночью, между жизнью и смертью, между надеждой и отчаянием.

Воробей уставился на целительницу.

— Так почему же Звездное племя говорит нам, чтобы мы оставались на наших территориях и слушали только своих соплеменников? — спросил он.

Ежевичинка потянулась.

— Мы больше не можем видеть ваши земли, — призналась она. Она посмотрела в сторону озера. — Для нас теперь там темнота, и нам страшно.

Воробей замахал хвостом.

— Что я могу сделать?

— Заставь их видеть!

— Племена?

— Звездное племя!

— А почему ты не можешь это сделать?

— Не я родилась с силой звезд в лапах, — Ежевичинка, петляя, уходила из ущелья. — Заставь их понять, что племена либо будут сражаться вместе, либо умрут поодиночке.

— Подожди! — Воробей бросился за ней. — Как мне сделать это?

Ежевичинка оглянулась.

— Ты уже знаешь ответ, — ее голос эхом отразился от стен, когда она оказалась на вершине ущелья. — Трое должны стать четырьмя, чтобы сразиться с Вечной тьмой.

Воробей смотрел, как ее белая шкурка исчезла в темноте. Он оглянулся на Лунное озеро. В нем отражалось только звездное небо. Моргнув, целитель попытался прогнать видение, и картинка исчезла. Воробей с облегчением почувствовал, что снова ослеп.

Вдруг что-то мелькнула с края глаза.

Я не слепой! Я все еще сплю!

Чьё-то очертание кружилось вокруг Воробья. Деревья возвышались со всех сторон. Вокруг была темнота.

— Вы не увидите, как мы придем, — прошептал ему на ухо чей-то голос.

Воробей отшатнулся. Чья-то шерсть задела его с другой стороны. Испугавшись, он повернулся, пытаясь разглядеть, кто там был. Но очертание продолжало двигаться, и было слишком темно, чтобы можно было хоть что-то увидеть.

У него за спиной раздалось рычание.

— Ваша смерть будет долгой и мучительной.

Воробей развернулся, вглядываясь в деревья.

— И вы ничего не сможете сделать, чтобы остановить это!

Я узнаю этот голос! Воробей приоткрыл рот, чтобы лучше чувствовать запах. Он встречал этого кота раньше, в Сумрачном Лесу, вместе со Щербатой.

— Звездолом?

Тень замерла перед ним. Янтарные глаза блестели в темноте. Воробей отпрыгнул назад.

— Страшно? — усмехнулся над ним Звездолом.

Воробей поднял подбородок.

— Мы готовы сражаться против вас!

— В самом деле? — глаз моргнул. — Я думаю, что некоторые из ваших соплеменников готовы больше, чем вы думаете.

— Что ты имеешь в виду? — целитель напрягся, по его позвоночнику пробежала дрожь.

— Слушай.

Воробей навострил уши.

— Встать! — где-то в деревьях, в рваной дымке шипел кот. — Выпустить когти и приготовиться к атаке!

— Они обучаются, — объяснил Звездолом.

— Какой прием при движении мы не используем?

Воробей вздыбил шерсть, когда узнал голос Первоцветик.

— Горловая хватка может сработать!

Это был Березовик!

— Не сейчас горловую хватку! — зарычал Ветерок из племени Ветра. — Смерть не должна прийти слишком быстро. Мы должны напугать наших врагов прежде, чем убьем их.

— Если сильно ранить соперника спереди, можно вывести его из равновесия сзади, — добавил Когтегрив.

— Сначала напугайте их, а затем раньте.

— Сражайся одна, Льдянокрылка, — Жукоус поздравил своего соплеменника.

Все было еще хуже, чем Воробей мог себе представить. «Мы так много потеряли во тьме!» — в ужасе подумал целитель. Племена должны сражаться, как один, и яростнее, чем раньше, если они хотят выиграть битву у армии Сумрачного Леса.

Шкуры шуршали, задевая деревья, цеплялись за колючки. Земля гудела под их лапами. Они идут! Воробей выпустил когти, когда услышал, как коты приближаются к нему, вынырнув из-за деревьев. Коршун вышел из тени первым. За его спиной стояли ряды воинов, худых, пригнувшихся к земле. Воробей окинул взглядом их морды. Он не узнал никого. Он видел только сверкающие, жестокие глаза. Это были разные коты, но они все были воителями Сумрачного Леса. И они бросились на него, оскалив зубы.

Воробей попытался убежать, но его лапы как будто примерзли к земле. Когда первый ряд напал на него, и рык слышался из каждого горла, целитель, моргнув, открыл глаза.

Он снова ослеп. У его носа плескалось Лунное Озеро. Воробей с облегчением почувствовал под лапами твердый камень. Его мех был весь в поту, в росе, он задыхался, когда с трудом поднялся на лапы.

Чей-то голос заставил его вздрогнуть.

— Воробей?

— Moтылинка? — все еще пытаясь прогнать видение, Воробей судорожно вдохнул воздух. Холодный каменный пол согревался от тепла целительницы Речного племени.

— Ты в порядке? — усы кошки коснулись его морды, когда она наклонилась ближе.

— Со мной все в порядке, — Воробей отряхнулся и нахмурился. Почему Mотылинка здесь? Хотя она отлично знала травы и могла справиться с любой болезнью, целительница не имела связи со Звездным племенем. Она перестала ходить на встречи Половины Луны много лун назад, чтобы дать возможность Ивушке, ее ученице, общаться с предками Речного племени.

— Ты единственный, кто пришел? — мяукнула она.

Воробей сел.

— Да.

— Ивушка отказалась, — Мотылинка осторожно подошла к краю озера, и Воробей услышал, что она нюхает воду.

— Что происходит в Звездном племени? Ивушка сказала мне, что ей велели держаться подальше от других целителей. — Она задела лапой камень, когда повернулась к Воробью. — Но это же бессмысленно. Наш общий закон помогает племенам бороться с болезнью. В прошлом это помогло сохранить мир.

Воробей устремил на нее невидящий взгляд.

— Нашего закона недостаточно. Звездное племя боится.

Мотылинка пораженно спросила:

— Чего?

— Сумрачного Леса, — Воробей подумал, что ему стоит рассказать кошке все, что он знает. Если Мотылинка не верит в то, что ее предки живут на Звездах, то, конечно, не верит в лес, населенный злыми котами. Но, может быть, ее неверие может оказаться полезным. Ее не могли тронуть ни Звездные Воители, ни коты Сумрачного Леса.

Что, если она и есть четвертая кошка?

Мотылинка ходила кругами вокруг него.

— Ивушка говорит, что будет битва между Звездным племенем и Сумрачным Лесом.

— Она права, — мяукнул Воробей. — Но когда время битвы наступит, она будет не в наших снах, это будет на самом деле. Живые коты будут сражаться с мертвыми на территории племен.

Мотылинка остановилась.

— Как это может быть?

— Воители Сумрачного Леса обучают котов, когда те спят, — Воробей ожидал почувствовать недоверие Мотылинки, но, хоть внутри целительницы и был страх, ее сознание было спокойным, как безоблачное голубое небо.

— Некоторые из моих соплеменников ведут себя странно, — пробормотала Мотылинка. — Беспокоятся и спорят.

Воробей навострил уши.

— Кто?

— Полёт, Льдянокрылка.

— А может быть, еще и Жукоус?

Мотылинка вытянула лапу.

— Откуда ты знаешь?

Воробей проигнорировал ее вопрос. Времени не было.

— Мы должны объединить племена, — он принялся ходить по ущелью. — Нет смысла бороться за границы, которые есть сейчас. Само наше выживание под угрозой!

Дыхание Мотылинки участилось.

— Что я могу сделать, чтобы помочь?

Предложение Мотылинки разбудило в Воробье надежду, но он знал, что должен быть честным.

— В этом участвует Коршун.

— Мой брат? — хвост Мотылинки дернулся. — Но почему?

— Вместо света он выбрал тьму.

Горе вспыхнуло огнем в сердце Мотылинки, но кошка тут же взяла себя в лапы.

— Я — не мой брат, — заявила она. — Я всегда выбирала другой путь. Я верна своим живым соплеменникам, а не мертвым родственникам!

— То есть, если бы тебе пришлось с ним сражаться, ты бы это сделала?

— Сражаться с ним? Но он же умер!

— И живые, и мертвые обучаются вместе, чтобы уничтожить племена! — Воробей представил, как его как его соплеменники обучаются в Сумрачном Лесу.

Они не ведают, что творят, верно? Кот не может убедить Березовика или Первоцветик причинить вред их соплеменникам!

— Они используют наших собственных соплеменников против нас.

Мотылинка потерла лапой камень.

— Как мы узнаем, кому можно доверять?

Воробей медленно выдохнул.

— Мы не узнаем, пока не начнется сражение. Но если мы сможем убедить Звездное племя перестать управлять племенами, возможно, у нас появится шанс на победу.

— Я не могу помочь тебе изменить то, что делают мертвые коты, — мяукнула Мотылинка. — Но, может быть, смогу помочь вам с живыми. Я попробую уговорить Ивушку снова посетить Лунное Озеро.

— Будет ли она слушать тебя, а не Звездное племя?

Мотылинка помолчала.

— Я не знаю. Но я должна попробовать.

Воробей почувствовал, как уверенность электризует шерсть Речной кошки.

— И если я придумаю, как убедить остальных целителей послушаться, — то приду и найду тебя.

Ее дыхание коснулось его морды, когда кошка наклонилась к нему.

— Ты больше не один, Воробей, — она повернулась и пошла вверх по извилистой тропе, ведущей из ущелья. — Ты идешь?

Воробей последовал за ней. Мотылинка была четвертой кошкой, она поможет ему в сражении с Сумрачным Лесом. Возможно, она была единственным, кто способен сделать это.

Глава 4

Яркий солнечный свет заливал поляну. Коты отдыхали после утренних патрулей.

Львиносвет вытащил из кучи со свежей добычи крупную полёвку, Милли грелась на солнышке возле палатки воинов.

— Крутобок, принеси мне мышку! — позвала она.

— Сегодня их столько наловили! — восторженно крикнула Шиповница, делясь дроздом с Первоцветик. — Мы нашли целое мышиное гнездо!

Крутобок, нагруженный дичью, направился к куче со свежей добычей. Охотники наловили ее очень много, что было очень кстати в преддверии сезона Голых Деревьев. Огнезвёзд лично распоряжался патрулями, он хотел быть уверенным, что его племя будет сыто и здорово в течение ближайших лун.

— Можно мне к тебе? — Остролистая пересекла поляну и села рядом с Львиносветом. Молодой кот подвинулся и бросил дрозда к ее лапам.

— Не хочешь?

Сестра легла рядом с ним, прижавшись к его боку, и взяла угощение.

— Воробей не вернется, — заметила она.

— Я знаю, — рассеянно мяукнул Львиносвет, покусывая мышь.

— Зачем ему идти к Лунному Озеру? — мяукала Остролистая с набитым ртом. — Огнезвёзд велел ему ограничиться исполнением своих обязанностей только на территории племени.

— Я думаю, на это у него были свои причины, — Львиносвет беспокойно пошевелил ушами.

Воробья поступил глупо, отправившись к Лунному Озеру в одиночку. Что если патруль Племени Ветра нападёт на него? Хватит ли у них милосердия не трогать его, несмотря на то, что наплела на Совете Светлоспинка?

Пеплогривка вышла из палатки воинов и, потянувшись, направилась к завтракавшим котам. Львиносвет, сосредоточенный на своей мыши, даже не поздоровался, когда она подошла. За него всё сделала сестра.

— Сегодня утром патрули наловили так много добычи! — обрадовала кошку Остролистая. Она потёрлась щекой о щёку Пеплогривки. — Никогда ещё в сезон Падающих Листьев не было столько дичи!

Львиносвет наконец поднял голову и мельком взглянул на кошку. Ее мягкая серая шерсть сверкала на солнечном свету, а длинный пушистый хвост был гладким и ухоженным. Его сердце заныло. Почему она явилась сюда? Разве она не должна быть в пещере целителя? Она была не настоящей Пеплогривкой, кошкой, в которую он влюбился, она была Пепелицей — бывшей целительницей Грозового племени, которой Звёздные предки разрешили исправить несчастливую судьбу.

— Закрой рот, а то дичь вывалится, — прошептала Остролистая на ухо Львиносвету.

Тот вздрогнул, внезапно осознав, как он на неё смотрел. Кот отвернулся, чувствуя, как его шерсть вся полыхает.

— Чего тебе надо? — резко спросил он Пеплогривку.

— Ежевика хочет, чтобы мы пошли охотиться к озеру.

— А тебе разве не нужно лечить?

Он видел, как она входила и выходила из пещеры Воробья и, видимо, воспоминания о давних навыках целительницы нахлынули на нее вновь.

— С чего это вдруг? — ощетинилась всем телом Пеплогривка.

— Но Воробей пошел к Лунному озеру!

— Он скоро вернется! — отрезала кошка.

— Я надеюсь!

— Остролистая! — позвал Ежевика, выходя из палатки Огнезвёзда. — Возглавь патруль к территории Двуногих, — приказал он. — Я слышал, там вчера вечером гуляла собака, я хочу знать, привязали ли её.

Остролистая с сожалением посмотрела на недоеденного дрозда и пошла собирать котов. Львиносвет проводил её взглядом, он остро чувствовал присутствие оставшейся с ним Пеплогривки.

— Ты не хочешь пойти с ней? — предложил он.

— Мы идём охотиться, помнишь? — напомнила она, усаживаясь рядом с ним. — Кого возьмём с собой?

Львиносвет оглядел поляну и с облегчением увидел Белохвоста, рысью направлявшегося к ним.

— Привет, Белохвост! Хочешь пойти с нами на охоту? — спросил он.

— Нет, он не пойдёт! — крикнула Яролика, услышав их разговор. — Мы охотились все утро, и кое-кто обещал принести мне свежую мышку! — Яролика слегка толкнула друга. — Мы пойдем поедим, а вы пока помурлыкайте! — Она подмигнула им.

Белохвост погладил подругу своим пушистым хвостом и замурлыкал.

— Я уже иду!

Львиносвет завидовал их легким, дружеским отношениям. Ему хотелось верить, что когда-нибудь и они с Пеплогривкой будут так же счастливы. Но теперь, после того, как к кошке вернулись воспоминания, всё было по-другому. Пеплогривка изменилась, и Львиносвету казалось, что он совершенно её не знает.

— Ты сегодня утром не заходила к Иглогривке? — спросила Яролика Пеплогривку.

— А нужно было? — встревожилась серая кошка.

— Да нет, — Яролика пожала плечами. — Я просто спросила, — она посмотрела в сторону палатки целителя.

Кусты ежевики зашевелились.

— Иглогривка выходит! — Яролика побежала к палатке целителя, чтобы помочь покалеченной кошке.

— Подожди меня! — Белохвост бросился следом за подругой.

— Мы могли бы стать такой же замечательной парой… — тихо прошептал Львиносвет на ухо Пеплогривке. — И мы могли быть счастливы вместе.

— Нам не суждено быть вместе, и ты прекрасно это знаешь, — холодно ответила она. Но вдруг вздохнула и с грустью посмотрела на Львиносвета.

— Давай не будем мучить себя желаниями, — она встала и потянулась, выгнув спину. — Так кого возьмём с собой на охоту?

Львиносвет оглядел лагерь. Первоцветик уже закончила трапезу и затеяла шуточную борьбу с Терновником рядом с детской. Ловкая кошка вертелась из стороны в сторону, уворачиваясь от метких ударов Терновника. Было что-то удивительно умиротворяющее и завораживающее в том, как они двигались в такт друг другу.

— Первоцветик! Терновник! Мы идём охотиться к озеру, и нам нужны дополнительные лапы! — крикнул Львиносвет котам.

Бурый воин перестал махать лапами и остановился, счастливо задрав хвост.

— Можно, Первоцветик пойдет с нами!

Золотистый воин кивнул, и Первоцветик последовала за другом. Пеплогривка тоже потрусила к выходу. Львиносвет, оставив свою недоеденную мышь рядом с дроздом сестры, бросился догонять друзей.

Вскоре он поравнялся с Терновником и Первоцветик, уже поднимавшихся по склону и петляющих между кустами ежевики. Пройдёт ещё пара сезонов, и у них будут котята. Хвост Львиносвета поник.

— Ой! — взвизгнула Первоцветик.

Львиносвет подбежал к черепаховой воительнице.

— Что случилось?

Пестроцветик лежала на земле, ее передняя лапа запуталась в ежевике, мордочка кошки исказилась от боли. Терновник наклонился над подругой, он взял в зубы ветку ежевики и осторожно снял с лапы.

— Не двигайся, — прошептал он. — Шипы могут разбередить рану от вчерашней битвы, если будешь дёргаться.

— Тссс! — зашипела Первоцветик на Терновника, испуганно взглянув на Львиносвета.

Золотистый воин замер. Они ему больше не товарищи! Они тренируются в Сумрачном Лесу! Львиносвет почувствовал, как деревья вокруг словно навалились на него. Кот изо всех сил пытался сделать глубокий вдох. Они не ведают, что творят…

Дрожа всем телом, он смотрел, как Терновник аккуратно распутывал плети ежевики. Как он теперь может им доверять? Он через плечо посмотрел на Пеплогривку, которая спешила к лежащей на земле Первоцветик. А вдруг она тоже обучается в Сумрачном Лесу? Мысли Львиносвета путались. До боли знакомые морды друзей, вдруг стали странными и злыми…

— Осмотри ее, — приказал Львиносвет Пеплогривке.

Серая кошка уже обнюхала Первоцветик и аккуратно нажала на больную лапу.

— Больно? — спросила она.

Пестроцветик тихонько застонала, но отрицательно покачала головой.

— Немного.

— Можешь идти? — спросила Пеплогривка.

Пестроцветик осторожно встала, и просияла, когда смогла опереться на больную лапу.

— Да, — выдохнула она. — Немножко больно, но я могу ходить.

— Ничего страшного, — сказала Пеплогривка Львиносвету. — У неё просто легкое растяжение. Ей нужно отдохнуть и стараться не напрягать лапу.

— Ты уверенна? — прервал ее Львиносвет.

Глаза Пеплогривки вспыхнули.

— Конечно, я уверена!

Кот прищурился. Она сомневается в себе? Она совсем не хочет быть целительницей? Прежде, чем он успел что-либо решить, Пеплогривка начала подталкивать Первоцветик вверх по склону.

— Вы уверены, что все в порядке? — с тревогой спросил Терновник.

— Все будет в порядке, когда мы доберёмся до озера, — пообещала ему подруга.

Пеплогривка оглянулась через плечо, поймав взгляд Львиносвета.

— С ней всё будет хорошо, если она не будет перегружать лапу, — сказала она.

— Может ей лучше вернуться в лагерь? — спросил Львиносвет.

— Нет, я останусь с вами. Даже если я не смогу охотиться, я помогу донести добычу, — возразила Первоцветик. Она ускорила шаг, чтобы показать, что с ней всё хорошо. Львиносвет со вздохом поплелся за ними.

В конце концов, охотники поймали немного добычи. Терновник охотился очень неуклюже, он так шумел, что птицы в испуге поднимали тревогу и распугивали всю дичь вдоль берега, когда он поскальзывался на мокрой гальке. Львиносвет всё время отвлекался, пытаясь подслушать разговор Терновника и Первоцветик об их подготовке в Сумрачном Лесу. Мысли Пеплогривки, казалось, были далеки от действительности, и мыши убегали прямо из-под её лап.

Наконец Львиносвет повел всех обратно в лагерь, неся в зубах воробья. Огнезвезд вместе с Белкой дремали на Каменном Карнизе. Крутобок и Милли спали за детской, а Ромашка с Тростинкой грелись на солнышке возле палатки оруженосцев.

У входа а палатку старейшин сидела Кисточка. Пурди лежал рядышком, прищурив глаза от яркого солнца. Урчание громким эхом раздавалось из его груди, словно жужжала целая стая пчёл.

Львиносвет с Пеплогривкой направились к куче со свежей добычей. Первоцветик захромала вслед за ними, неся в зубах двух землероек.

— Это все, что вы поймали? — удивился Шмель, подойдя к охотникам. — Но ведь сезон Голых Деревьев ещё далеко!

— Первоцветик поранила лапу, — объяснила Пеплогривка. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она, обращаясь к хромающей кошке.

Пестроцветик ощетинилась.

— Я же говорила! Я в порядке! — зашипела она.

Львиносвет увидел как глаза Пеплогривки затуманились горечью. Он бросил своего воробья.

— Первоцветик, может, тебе стоит попросить маковых зёрен у Воробья? — предложил он, взглянув на Шмеля. — Воробей уже вернулся?

Серый воин кивнул.

— Он вернулся сразу после того, как вы ушли, — ответил он.

— С ним всё было в порядке?

Шмель пожал плечами.

— Он наорал на Орешницу, чтобы та дала пройти, пошипел на Вишенку, и приказал Лисохвосту и Попрыгуну принести окопника, — сказал он, и c опаской оглянулся. — Поэтому я думаю, с ним всё в порядке.

Кусты папоротника зашелестели, и на поляну вбежал патруль во главе с Остролистой. Львиносвет обернулся и увидел, как следом за ней выбегают и другие участники патруля. Ягодник, гордо подняв голову, нёс упитанного голубя.

На Каменном Карнизе Огнезвёзд поднялся на лапы.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Да, — ответила Остролиста, подходя к каменной насыпи. — Мы ещё обновили пограничные метки вдоль границы племени Теней.

— Хорошо, — Огнезвёзд спустился с Каменного Карниза. — А вы проверили вход в туннель?

Остролистая кивнула.

— Никаких признаков вторжения.

Пересекая поляну, к ним спешил Крутобок.

— Племя Ветра не осмелится пересечь границу в ближайшее время после такого поражения, — заметил он.

Глаза серого воина загорелись, когда он увидел голубя, которого поймал Ягодник.

— Добрая охота! — похвалил он.

Усы Огнезвёзда дернулись в улыбке.

— Я думаю, следующий охотничий патруль поведёшь ты, Крутобок, — он многозначительно посмотрел на круглый живот своего старого друга. — Тебе не помешало бы размять лапы.

— Я не толстый, я просто пушистый! — возмутился Крутобок.

Он сел, с притворной обидой распушив свой серый мех.

— Ты похож на голубя! — замурлыкала Остролистая.

Белолапа обошла вокруг Крутобока, изучая его.

— Когда наступит сезон Голых Деревьев ты, несомненно, похудеешь, — сделала вывод белая кошка.

Крутобок встал и встряхнулся.

— Хороший воин должен оставаться сильным! — заявил он.

Львиносвет напрягся, шерсть на его загривке встала дыбом. Хороший воин должен оставаться сильным. Крутобок тоже, что ли, обучается в Сумрачном Лесу?

— Ты в порядке? — прошептала ему на ухо Остролистая.

— Да.

— Давай выйдем, — она подтолкнула его к выходу. — Прогуляемся.

В лесу сезон Падающих Листьев начинал вступать в свои права, опавшие листья разноцветным ковром уже укрыли землю, сквозь облака едва пробивались лучики света. На фоне опавшей листвы чётко выделялась чёрная шерсть Остролистой. Львиносвет последовал за ней по тропинке.

— Что с тобой случилось? — спросила Остролистая.

— Ничего.

Остролистая махнула хвостом.

— Ты почти не разговаривал сегодня утром.

— У меня было много дел.

Неужели она забыла, что он должен остановить зло, исходящее от Сумрачного Леса?

— Я видела, как ты смотрел на Пеплогривку сегодня утром.

— И что? — мяукнул Львиносвет, стараясь, чтобы его голос звучал как можно пренебрежительней.

— Это беспокоит тебя, не так ли? — догадалась Остролистая.

Львиносвет остановился.

— Что?

— То, что Пепелица переродилась в Пеплогривку, — ответила Остролистая, размахивая хвостом. — Меня это беспокоит, — она переступила с лапы на лапу. — Она была моей лучшей подругой, до того как я… — её голос cорвался. — До того, как я ушла. Но теперь я не знаю. Кто она? Пеплогривка или Пепелица? И была ли она когда-нибудь Пеплогривкой?

Львиносвет хотел успокоить сестру, но не мог.

— Я не знаю, — признался он. — А вообще, какая разница? Я имею в виду, если она родилась с духом Пепелицы, то она и была ею всё это время…

— Разве всё так просто? — нахмурилась Остролистая. — Пепелица была целительницей, а Пеплогривка — воительница. Как она может быть и тем, и тем одновременно?

— Я не думаю, что она сама знает, — покачал головой Львиносвет.

Остролистая задумалась, склонив голову набок.

— Звездное племя дало ей второй шанс, — мяукнула она. — Мы должны доверять им и принимать Пеплогривку такой, какая она есть. Воин она или целитильница, она все еще наш друг, верно?

— Да.

Но если она всё-таки целительница, мы никогда не сможем быть вместе.

— Давай! Побежали! — толкнула его Остролистая. — Ты становишься слишком серьезным. Давай наперегонки до Небесного дуба! — крикнула она, запрыгнув на камень.

Львиносвет в изумлении уставился на нее.

— Я помню, когда мы были оруженосцами, мы часто соревновались с тобой, но теперь-то мы воины!

Остролистая побежала вперёд.

— А ты помнишь то время, когда мы были учениками? — крикнула она, исчезая в кустах.

Львиносвет бросился догонять сестру. Он заметил её черную шерсть, мелькавшую среди деревьев. Он догнал и поравнялся с ней. Они мчались бок о бок, перепрыгивая через корни и огибая заросли ежевики.

Впереди уже мелькал Небесный Дуб. Его крона заметно возвышалась над другими деревьями.

— Как будто я никуда и не уходила!

Остролистая свернула в сторону и остановилась перед ним.

— Я хочу, чтобы всё стало прежним, — её глаза вдруг потемнели. — Так много изменилось. На тебе и Воробье лежит такая ответственность. И не только из-за пророчества. Ты изменился. Сейчас все зависит только от вас.

— Ты тоже очень много сделала для племени!

— Что? например? — вскрикнула Остролистая. — Пока ты сражался и охотился для племени, я пряталась от всех вас. Пытаясь убежать от того, что сделала, — она уставилась на свои лапы.

— Но ты вернулась, — Львиносвет подошёл к сестре и зарылся носом в её пушистую шерсть. — И я рад.

Она подняла на него глаза.

— Не притворяйся, Львиносвет, — Остролистая отстранилась от него и медленно направилась в сторону дуба. — Прошлое, словно тень, будет вечно преследовать меня…

Вдруг папоротники позади них зашумели, и из них вышел Воробей с Голубкой.

— Я же говорила, что он здесь, — мяукнула она.

— Очень хорошо, — сказал Воробей, уставив свой незрячий взор в сторону Остролистой. — Нам надо поговорить.

— Со мной? — удивилась она.

— Нет, без тебя, — прямо ответил Воробей. — Мне очень жаль, Остролистая, но это только для Троих.

— Хорошо, — наконец сказала она, опуская голову. — Если что, я буду охотиться на берегу озера, — добавила Остролистая, спускаясь вниз по тропе. — Я поймаю что-нибудь получше тощего воробья, которого ты поймал сегодня утром, — она попыталась подразнить Львиносвета, но глаза ее были печальны.

— Ты всегда была лучшей охотницей племени, — попытался утешить её Львиносвет.

— Спасибо, — сказала Остролистая, скрываясь в папоротниках.

— Так что случилось? — спросил Львиносвет, обращаясь к Воробью. — Сумрачный Лес уже готов напасть? — спросил он, выпуская когти.

— У меня есть сообщение от Клана Бесконечной Охоты, — объявил слепой целитель.

— Правда? — обрадовалась Голубка, усаживаясь между братьями. — А когда они тебе его послали?

— Когда я был в горах, — ответил Воробей, нетерпеливо размахивая хвостом.

— И ты только сейчас нам об этом говоришь? — возмутилась она, вскакивая со своего места.

— Просто послушай, хорошо? — пробормотал целитель. — Они сказали, что мы должны найти четвертого кота.

— Четвертого кота? — Львиносвет в недоумении склонил голову.

— Да, для пророчества, — мяукнул Воробей.

— Но пророчество гласит, что котов должно быть три! — возразила Голубка.

— Это пророчество было послано Звездным племенем, — объяснил Воробей. — Клан Бесконечной Охоты сказал мне кое-что еще: конец звёзд близок, Трое должны стать Четырьмя, чтобы сразиться с вечной тьмой.

— Они боятся, что мы втроём не справимся? — спросил Львиносвет, чувствуя, как поднимается шерсть у него на загривке.

— Очевидно, так, — ответил Воробей, прижимая уши.

— Разве мы сделали что-то не так? — глаза Голубки омрачилось тревогой.

— Какая разница? Мы должны найти четвертого кота! — заявил Воробей, нервно расхаживая по поляне.

— Они хотя бы сказали, кто это? — спросил Львиносвет, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Если бы они это сделали, я бы вам сразу рассказал! — ответил целитель, останавливаясь.

— Это должно быть Искристая! — глаза Голубки засияли. — Это ведь она шпионит для нас за Сумрачным Лесом!

— Да, она посещает Сумрачный Лес. Но у неё нет никаких сверхспособностей, — возразил Воробей, снова начиная мерить шагами поляну. — Это может быть кто угодно! Мне даже не сказали, из какого он племени!

— Это же Остролистая! — как луч солнца озарила идея Львиносвета. — Вот почему она вернулась! Чтобы стать четвёртым котом пророчества!

— Если бы это был кто-то из Грозового племени, мы бы сразу заметили, — сказал Воробей.

— Но если следовать пророчеству, это должна быть кровь крови Огнезвёзда! — заспорила Голубка.

— Ну, Mотылинка приходится Ежевике сводной сестрой, а Ежевика когда-то был другом Белки, — сказал Воробей, хлеща себя хвостом по бокам. — Получается Огнезвёзд и Мотылинка — родственники. Как вам?

— Moтылинка? — удивился Львиносвет. — Разве у неё есть какие-то способности?

— А какие способности есть у Остролистой? — парировал Воробей.

— Искристая всё равно может быть четвёртым котом! — настаивала Голубка.

— Так можно всех перебрать! Я же говорю, спорить бессмысленно! — сказал Воробей, скрываясь в кустах. — Мы просто должны надеяться, что когда придёт время, мы поймём кто это.

Львиносвет раздражённо проводил его взглядом. Как можно быть таким упрямым? Остролистая должна быть частью пророчества! Несомненно, что она — Четвертая!

— Это должна быть Искристая! — сказала Голубка, подойдя к бывшему наставнику.

— Великое Звездное племя, как мы найдём этого четвёртого кота? — вздохнул Львиносвет, закрывая глаза.

— Может быть, нам пошлют знак? — предположила Голубка.

— Они даже не знали о четвертом коте! — сказал Львиносвет. На секунду ему показалось, что земля уходит из-под лап: мало того, что Пепелица переродилась в Пеплогривку, теперь Трое должны были стать Четырьмя. Как они выиграют битву с Сумрачным Лесом, когда ничего не осталось прежним?

У Львиносвета от страха свело живот. Звездное племя знает, что происходит? Они не сказали ничего, что имело хоть какой-нибудь смысл, а сейчас даже пророчество изменилось.

Как Львиносвет мог доверить им судьбу племён?

Глава 5

Голубка смотрела вслед Воробью.

«Есть и четвертый кот, — ее лапы задрожали. — Я не оправдала надежд?» Наверное, Звездное племя ожидало от нее большего, когда сделало ее третьей в пророчестве. Что из того, что она смогла предугадать появление воителей Сумрачного леса? Это вовсе не означало, что она могла бы им противостоять.

Она подняла глаза на Львиносвета.

— Мы будем охотиться?

— Иди без меня.

У Голубки подкосились лапы. Львиносвет был ее наставником и одним из сильнейших, самых храбрый воителей Грозового племени. Почему теперь он выглядел таким потерянным?

— Тогда… увидимся позже?

— Хорошо, — Львиносвет не глядел на нее.

Голубка потрусила к чаще, то и дело оглядываясь через плечо. Она хотела, чтобы Львиносвет пошел с ней, но он остался там, где стоял. Кошечка перешла мелкий ручей и углубилась в лес, сопровождаемая тенью и наслаждаясь тяжелым запахом крапивы и папоротника. Первые опавшие листья уже укрыли лесную подстилку. Наверняка четвертой кошкой была Искристая. Она каждую ночь рисковала своей жизнью, сражаясь в Сумеречном лесу. Она заслужила место в пророчестве.

— Ай! — вскрикнула Голубка, когда в ее подушечку впилась колючка. Кошечка так глубоко погрузилась в раздумья, что зашла в ежевичные кусты. Воздух разрезало глухое рычание:

— Вы слышали?

Запахи Сумрачных котов ударили в нос Голубки.

«Я на границе!»

Она брела до линии меток как оцепеневшая мышь. Нырнув в приграничные заросли, Голубка замерла и затаила дыхание. Кошечка прислушалась к Сумрачным котам, рыскавшим по ту сторону.

— Не волнуйся, Голубка, — сквозь кусты послышался шепот. — Я избавлюсь от них. Просто сиди тихо.

«Когтегрив!»

— Это просто кролик, — отозвался он соплеменникам. — Ушел на Грозовую территорию.

— Здесь не пахнет кроликом.

Голубка узнала голос Крысобоя. Заросли затрещали — он начал пробираться сквозь них. Среди листвы мелькнула его лисьего цвета рыжая шерсть.

«Спаси меня Звездное племя!»

Легкие уже разрывались без воздуха, но она не смела вдохнуть.

— Идем! — Рябинник звал своих воителей. — Мы нужны Чернозвезду на краю леса. Там разгуливает собака. Нужно спугнуть ее, пока она не направилась сюда.

Голубка услышала досадливое ворчание Крысобоя:

— Но я чую Грозового кота!

— Я останусь и проверю, — вызвался Когтегрив.

— Ладно, только границу не переходи, — предостерег Рябинник. Крысобой зарычал снова:

— Разреши мне тоже остаться. Если Грозовые коты разнюхивают обстановку, я хочу убедиться, что они в курсе…

— Когтегрив может проверить, — отрезал Рябинник. — Нам нужно встретиться с Чернозвездом. Позже ты можешь провести здесь еще один патруль и освежить метки.

Стоило патрулю скрыться по направлению к озеру, Голубка сделала глубокий вдох.

— Голубка? — шепнул Когтегрив через кустарник. — Ты меня искала?

— Конечно же, нет! — облегчение обратилось в ярость. Он думает, что она наивный котенок! И к тому же — предатель! — Ты обвиняешь Воробья в убийстве. Я слышала, забыл?

Когтегрив прополз под кустом.

— Я вынужден был поддержать Светлоспинку, — он умоляюще смотрел на кошечку.

— Почему? — зашипела Голубка, — она ведь врала!

— Она моя сестра, — удивленно моргнул Когтегрив, — Чего еще ты от меня ждала?

— Мог бы держать свой рот закрытым! — Голубка хлестнула хвостом. — Или ты ей веришь?

Когтегрив дернул ушами.

— Я не мог оставить ее одну. Только не когда она предъявляет такое серьезное обвинение, — он придвинулся ближе, округлив глаза. — Ты бы сделала то же самое для Искристой, не так ли?

— Если бы я сомневалась в том, что она говорит правду — нет.

Когтегрив сощурился.

— А что если бы Искристая совершила что-то ужасное? Ты бросишь ее?

Голубка ощетинилась.

— Она бы не сделала ничего такого! — тон Когтегрива выводил ее из себя. — И не сделает!

— Правда? — в глазах его промелькнул вызов.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Голубка. Она знала, что и Тигрогив, и ее сестра тренировались в Сумрачном лесу. Случалось ли что-то такое, о чем Искристая не договаривала? Когтегрив отвел взгляд.

— Ничего.

Голубка вздернула подбородок.

— Речь вовсе не об Искристой, а о глупой лжи Светлоспинки!

— Она верит в то, что сказала.

— А ты? — Голубка выгнула спину.

— Я скучаю по тебе, Голубка, — взгляд его янтарных глаз пронзил ее. — Почему нам обязательно ругаться? — Когтегрив наклонился ближе, и она ошарашенно отпрянула. — Почему мы не можем встречаться как раньше? — он разрезал лист ежевики своим когтем и наблюдал, как тот порхает, падая на землю. — Когда мы вдвоем, все гораздо проще.

Голубка открыла рот, собираясь спорить. Они были из разных племен. Она не должна была вообще думать о нем, разговаривать наедине. Не так.

— Я-я не знаю, — запнулась она.

— Ты знаешь! — Когтегрив сделал еще шаг, теперь их носы почти соприкасались. — Ты чувствуешь то же, что и я. Это правда.

Он тренируется в Сумрачном лесу! Голубка попыталась сопротивляться, но сила и тепло Когтегрива притягивали ее как магнит. Первый раз за многие месяцы она почувствовала себя в безопасности, как будто могла растаять в нем и больше никогда ничего не бояться.

«Искристая тоже бывает там, — напомнила она себе. — Может быть, Когтегрив тоже шпион своего племени?»

Его дыхание мягко коснулось ее щеки. Прямо как тогда, в заброшенном гнезде Двуногих, где они сидели вдвоем, вдали от племен. Наедине под луной.

— Когтегрив! — вопль Крыосуса заставил ее отпрянуть. Сумрачный воитель стоял по ту сторону зарослей.

— Иду! — Когтегрив завозился под кустом.

— Приходи сегодня ночью, — шепнул он Голубке. — Я буду ждать тебя здесь.

Дрожа от страха, Голубка повернулась и бросилась прочь.

«Я не могу прийти!» — кошечка неслась меж деревьев по примятой траве, но мысли летели впереди нее.

«Но почему бы и нет? Всего лишь встречусь с ним один раз. Если что-то пойдет не так, я всегда смогу это прекратить».

Рыжая шерсть мелькнула перед ней. Затормозив, Голубка наткнулась на кочку, пролетев от Огнезвезда на расстоянии уса. Он обернулся в удивлении:

— Голубка! — путаясь в лапах, он уставился на нее. — Прости, задумался о чем-то. Даже не услышал, как ты пришла.

— Это мне нужно было смотреть, куда иду.

Огнезвезд посмотрел на нее с сочувствием.

— Тоже чем-то обеспокоена?

«Да. Когтегривом».

— Я п-просто… — она начала виновато заикаться. Огнезвезд перебил ее:

— … услышала опасность?

Голубка ощетинилась.

«Я — больше, чем просто уши! Я могу и охотиться, и сражаться!»

Предводитель Грозового племени покачал головой:

— Знание об этом тяготит, правда?

Голубка нахмурилась.

— О чем? О Сумрачном лесе?

— Да, — Огнезвезд смотрел в гущу леса. — Племя тоже чует опасность, хотя и не знает, какую. Они просто видят, что что-то не так. Я приказал увеличить патрули и укрепить палатки. Они тоже не мышеголовые и чувствуют угрозу, — предводитель вдруг повернулся к Голубке. — Ты в порядке? — глаза его были зелены, как сам лес. — Ты слишком юна, чтобы нести такую ответственность.

Голубка расправила плечи.

— Я справлюсь!

— Знаю, — кивнул Огнезвезд. — Только следи за своим питанием и больше отдыхай. Помни… — он сделал паузу, еще раз бросив взгляд на деревья, — …главный шаг за мной. Не тебе держать племя в своих лапах. Мне нужно, чтобы ты сделала то, что можешь, — он поднял голову, — об остальном позабочусь я.

Глава 6

Искристая зевнула, выгнув спину и потянувшись до дрожи в лапах. После ночной тренировки в Сумрачном Лесу она чувствовала напряжение в каждой мышце. Теперь, когда воительница тренировала Краснохвоста и Берёзовика, утром просыпалась с меньшим количеством ран, но ощущала усталость от монотонной демонстрации приёмов и постоянных пробежек. Краснохвост был довольно-таки способным учеником, и Берёзовик ясно хотел доказать, что он был хорошим воителем Сумрачного Леса, а в Грозовом племени — самым лучшим. Он освоил приём с первого же раза, и Искристая очень гордилась им, не своим котёнком, а родным отцом.

Голубка зевнула.

— Ты выглядишь не слишком бодрой. — Искристая видела усталость в голубых глазах сестры, а к её растрёпанной шерсти прицепились обрывки листьев. Голубка выходила из лагеря?

— Лесные звуки постоянно будят меня.

Искристая предположила, что со столь чуткими ушами действительно трудно выспаться, поскольку их обладательница слышит любые звуки вне пещеры и самого лагеря.

— Ты могла бы заткнуть их мхом.

— Что? — моргнув, рассеянно переспросила Голубка.

— Свои уши, — нахмурилась в ответ кошка. Казалось, её сестра находится где-то за пределами этого леса.

Кротик завертелся на своей подстилке и изо всех сил попытался сесть.

— Жаль, что я не заткнул свои уши мхом, — сонно мяукнул он — Тогда бы я наверняка не проснулся от вашей болтовни. Вы шумите, как стайка чёрных дроздов!

Вишенка сладко потянулась.

— Солнце поднимается, — отметила она — Пора вставать.

— Но Шиповница и Лисохвост отрабатывают подъём на деревья с Долголапом, — напомнил Кротик — И значит, у нас сегодня нет тренировок.

— А почему мы не можем тренироваться вместе с ними? — спросила Вишенка, подняв голову.

— Долголап думает, что мы ещё слишком малы для прыжков по веткам, — хмыкнул оруженосец, хлестнув хвостом. — Держу пари, что смогу без проблем спрыгнуть с Небесного Дуба.

— Мы не можем рисковать вами, — возразила Искристая, мягко шлёпнув оруженосца по уху. «По крайней мере, сейчас, когда Сумрачный Лес вовсю готовится к битве».

Воительница ловко выбралась из палатки и направилась к Ежевике, который выдавал соплеменникам утренние поручения.

— Добыча начинает прятаться, — объявил глашатай. — Мы должны охотиться, пока есть возможность, но нельзя забывать о тренировках. В племенах сейчас тяжёлая обстановка, все нервничают. А это очень опасно для всех нас.

— Именно поэтому племя Ветра попыталось напасть на нас через туннели? — поинтересовалась Медуница.

— А ещё интересно, почему племя Теней обвинило нашего целителя в убийстве? — добавил Белохвост, сощурив глаза.

Огнезвёзд спрыгнул со скалы и присоединился к Ежевике.

— Нам нельзя разжигать ссоры с другими племенами. Мы должны направить все свои силы на подготовку к Сезону Листопада.

«И к нападению Сумрачного Леса». Искристая взволнованно хлестнула хвостом. Её соплеменники беспокоились об угрозах со стороны соседей. Но они и понятия не имели, что над лесом нависла более серьёзная опасность.

— Огнезвёзд прав, — подался вперёд Ежевика. — Нам нужно подготовиться к холодным лунам, и возможным битвам. — Ягодник! — позвал кот, подняв голову в сторону гнезда на ветке бука. Из него высунулась широкая голова кремового цвета.

— Что?

Ежевика подозвал его взмахом хвоста.

— Я хочу, чтобы ты помог Долголапу обучать Лисохвоста и Шиповницу атакам с деревьев.

Ягодник покинул своё укрытие и спрыгнул на поляну. Почувствовав землю под лапами, кот отряхнулся и расправил свои мускулистые плечи.

— Конечно! — глаза воителя сияли. С его мощными когтями, которые можно было сравнить с когтями орла, Ягодник был одним из самых лучших покорителей деревьев в Грозовом племени. Он прекрасно использовал свои навыки в битвах и умел нападать на противника с дерева, приземляясь прямо ему на спину.

Долголап с нетерпением смотрел на Ежевику, и, когда тот одобрительно кивнул, направился к выходу из лагеря. Шиповница и Лисохвост последовали за ним, а Ягодник встал в конец. Кротик проводил их взглядом и распушил свою кремово-бурую шёрстку. Глашатай обратил внимание и на оруженосца.

— А вы с Вишенкой сегодня можете потренироваться с Искристой и Голубкой.

Хвост Искристой поник. Она потратила все свои силы на ночную тренировку в Сумрачном лесу.

— Ты слышала это, Голубка? — крикнула ученица из-за плеча, радостно выбегая из палатки — Сегодня ты будешь тренировать нас!

Воительница выскользнула следом, зевая на ходу. Искристая нахмурилась. «Отчего это она такая сонная? Да и я пробыла на ногах всю ночь. Что ж, вперёд!»

Воительница направилась к выходу, уверенным шагом проходя мимо Голубки.

— Вы научите нас новым боевым приёмам? — Кротик уставился на Искристую своими любознательными янтарными глазами. — Пестроцветик говорила, что вы знаете несколько особенных приёмов.

— Сегодня мы поучимся обороняться, — ответила воительница, поскольку сегодняшней ночью ей хватило боевых приёмов.

— Если хочешь, то мы можем поработать и над атаками, Кротик, — отозвалась Голубка, нагнав остальных. Искристая посмотрела ей вслед.

«Ты не слышала, что я сказала?» Она хотела было открыть рот, чтобы возразить, но ученики уже понеслись к поляне для тренировок.

— Будьте осторожны! — крикнула им вслед Искристая. «Я не хочу увидеть ваши раны, потому не выпускайте когтей.

Здесь не Сумрачный Лес».

Когда ученики скрылись из виду, Искристая догнала сестру.

— Что-то не так?

— Нет, ничего.

— Тогда почему ты ведёшь себя так, словно проснулась не в том племени?

— Всё в порядке, тебе просто показалось.

Ответ не убедил воительницу.

— Тогда что заставило тебя проснуться посреди ночи?

— Я говорила тебе, что меня просто будят шумы из леса, — невозмутимо отозвалась Голубка, пожав плечами.

Когда сёстры добрались до тренировочной поляны, оруженосцы уже вовсю боролись на гладкой песчаной поверхности. Искристая спрыгнула с небольшого склона и поспешила к ним.

— Прекратите! — приказала она. Ученики быстро отпрянули друг от друга и с готовностью припали к земле.

— Не дёргай хвостом! — Искристая несильно придавила беспокойный кончик хвоста Кротика и повернулась к Вишенке. — Опусти плечи пониже и согни задние лапы. — Воительница подпихивала лапы ученицы до тех пор, пока та не подтянула их под себя. — Из такого положения прыжок получится намного более сильным и уверенным. Теперь прыгай и смотри, какое расстояние можешь преодолеть.

Искристая вернулась к Голубке, которая уже устроилась на краю поляны.

— Не забывайте вытягивать передние лапы. Вы должны встретить своего первого врага когтями, а не носом, — крикнула Искристая оруженосцам и уселась рядом с сестрой.

— Я знаю, что-то не так, — прошипела воительница, обращаясь к Голубке. Кротик и Вишенка в это время беспокойно заскакали по поляне, чем напомнили разве что паникующих кроликов, но никак не лесных воителей.

— Попробуйте ещё раз, — крикнула Искристая. — И продолжайте отрабатывать снова и снова, пока не начнёт получаться.

— Так что же? — вновь обратилась к Голубке кошка.

— Это пророчество, — прошептала та. Круглые голубые глаза воительницы блестели.

— Что на этот раз?

— Клан Бесконечной охоты сказал Воробью, что объявился четвёртый кот из пророчества.

— Четвёртый кот? — Искристая заметно напряглась. — Кто же он?

— Воробей считает, что это Мотылинка. — Голубка перевела свой пристальный взгляд вдаль поляны. — А Львиносвет уверяет, что Остролистая.

— Разве Клан не рассказал, кто этот кот? — Искристая нервно вонзила когти в землю. Почему древние коты постоянно всё усложняют?

— Думаю, они сами не знают его.

— А Звёздное племя?

Голубка лишь молча пожала плечами.

— А как ты сама считаешь? — пробормотала Искристая.

— Я думаю, что это ты.

— Я? — растеряно моргнула Искристая. — То, что я твоя сестра, вовсе не означает, что….

— Ты каждую ночь рискуешь своей жизнью ради всех нас!

— Я просто шпионю, — покачала головой воительница. — Звёздное племя не беседовало со мной.

— Ты уверена? Тебе не снились пророческие сны?

— У меня нет времени на сновидения. Я каждую ночь тренируюсь в Сумрачном лесу.

— Когда мы теперь сможем повернуть назад?

Искристая смолкла и обернулась, поскольку Кротик отвлёк их от разговора.

— Скоро, — вновь обратилась она к Голубке. — Но может быть, это всё-таки Остролистая?

— Остролистая? Что с ней? — вмешалась на этот раз Вишенка.

— Отрабатывай свои прыжки! — проигнорировав вопрос ученицы, приказала Искристая.

— Но Кротик мешает мне! Он занял всю поляну! — пожаловалась ученица.

— Кротик! Тренируйся с краю, дай сестре расположиться на середине, — отреагировала воительница.

— Но это несправедливо! — заныл ученик.

— Для чего вы тренируетесь? — прорычала Искристая. — Чтобы стать сильными воинами или оставаться маленькими хныкающими котятами?

Что-то пробормотав, Кротик покорно устроился с краю поляны, сгруппировавшись для прыжка. Вишенка, гордо подняв хвост, с вызовом проследовала к середине.

Искристая вернулась к Голубке.

— Иначе почему Остролистая вернулась к нам?

— Если бы она была частью пророчества, то никуда и не уходила бы, — парировала сестра. — Четвёртой должна быть ты!

— У меня нет никаких особенных способностей, — отметила Искристая.

— У тебя есть храбрость! — отчаянно мяукнула Голубка. — Ты каждую ночь следишь за нашими заклятыми врагами. Ты достойна того, чтобы быть четвёртой!

Пронзительный крик заставил Искристую отвлечься от разговора. Кротик и Вишенка яростно боролись посреди поляны. Воительница бросилась к ним и мгновенно отпихнула ученика от его сестры.

— Во имя Звёздного племени, что вы тут вытворяете?

— Он перепрыгивает мою границу! — прошипела Вишенка.

— Вы соплеменники! — отрезала Искристая. — Какой толк от вас в бою, если внезапно можете обнаружить, что сражаетесь друг с другом? — казалось, что в груди воительницы клокочет настоящее отчаянье. Насколько страшные тайны предательства и кошмаров поджидают впереди её невинных соплеменников?

Когда солнце достигло своей высшей точки, Искристая улеглась у лужи, на поверхности которой играли солнечные блики. Живот кошки был полным, а шерсть приятной и тёплой. Утомлённая от утренней тренировки, воительница закрыла глаза. Неужели я — четвёртая кошка? Слова Голубки назойливо отзывались эхом в её голове.

«Ты каждую ночь следишь за нашими заклятыми врагами. Ты достойна того, чтобы быть четвёртой!»

Искристая попыталась выбросить слова сестры из головы. «Если бы я была частью пророчества, то наверняка уже знала бы об этом. Тем более для этого мне нужно обладать каким-нибудь даром, не так ли?»

— Искристая! — шипение Берёзовика разбудило задремавшую воительницу.

— Что случилось? — отозвалась кошка, усаживаясь.

Её отец в пылающем солнечном свете казался тёмной тенью. Искристая моргнула, давая глазам привыкнуть к яркому свету, и обнаружила Мышеуса, стоящего рядом с ним. Плечи кошки поникли — она понимала, что сейчас предстоит разговор по поводу обучения в Сумрачном лесу.

— Нам нужно поговорить, — Берёзовик кивнул в стороны выхода из лагеря. — Наедине.

Искристая посмотрела на озарённый солнцем лагерь. Маковинка и Листвичка делили мышь возле палатки старейшин. Рядом с ними Кисточка закрыв глаза, уткнулась носом в свои передние лапы, а Пурди вылизывал ей шерсть. Кротик и Вишенка отрабатывали прыжки возле детской, пытаясь превзойти друг друга.

— Тогда пошли, — устало ответила Искристая, направляясь к выходу. Она старалась не встречаться взглядом с Мышеусом, поскольку боялась, что тот обнаружит её смятение. Искристая и не предполагала, что её соплеменники поведутся на ложь Коршуна.

«А я повелась», — кошке так хотелось освоить новые приёмы, что её совершенно не интересовало, кто был наставником. И Коршун был очень убедителен — он внушал доверие и помогал ей освоить те знания, которые нельзя было получить в Грозовом племени. Но почему Мышеус не проявил смекалку и не обнаружил ничего подозрительного?

Лес, в отличие от открытой поляны, встретил котов приятной прохладой. Множество листьев над головой не пропускали солнечных лучей и постепенно опадали, кружась в лёгком ветре. Искристая шла впереди Берёзовика и Мышеуса, и вскоре все трое остановились перед поляной для тренировок.

— Мы собираемся встретиться с котами и учениками Сумрачного леса.

— Когда? — слова Берёзовика заставили воительницу вздрогнуть.

— Сейчас.

— Почему? — Искристая нервно сглотнула.

— Нам нужно попрактиковаться в бою при дневном свете, — ответил Мышеус.

— Если мы можем отрабатывать приёмы, которым научились в Сумрачном Лесу, то нам следует улучшать свои навыки. — Глаза Берёзовика сияли. — А ещё нам нужно найти путь, по которому воители Сумрачного Леса смогут добраться до территории Грозового племени, если нам вдруг потребуется помощь.

— Разве мы нуждаемся в их помощи? — поперхнулась Искристая. Мысль о том, что Звездоцап и Коршун могут спокойно разгуливать у озера, вызывала у воительницы тошноту.

— Если одно из племён окажется в опасности, мы все сможем придти ему на помощь, — невозмутимо произнёс Берёзовик.

«Они действительно верят в это?» Искристая недоумённо смотрела в чистые и ясные глаза своих соплеменников.

«Всё встало с ног на голову!» Племена были на пределе, угрожая друг другу и переступая свои границы. А в это время коты в Сумрачном лесу сплотились и упорно готовились к битве. Она попыталась поймать пристальный взгляд своего отца, в отчаянии желая донести до него то, что они преследуют не мышей, а настоящих волков.

Сердце Искристой тревожно забилось. Она не могла рассказать, что исполняет роль шпиона. Вдруг они предадут её?

Резкий порыв ветра просвистел над головой.

— Так что? — потребовал ответа Мышеус. — Ты идёшь с нами?

— Да. Куда мы направляемся? — спросила Искристая, переступив с лапы на лапу.

— Мы договорились встретиться с Солнечной на границе, — взволнованно хлестнул себя хвостом Берёзовик.

— Она приведёт Жаворонушку и Крольчишку, — добавил Мышеус.

Искристая боролась с подступающим к горлу страхом, стараясь сохранять шерсть в гладком состоянии. Какими же мышеголовыми были её соплеменники? Кошка посмотрела на Берёзовика. Он шёл, гордо нахохлившись, его светло-бурая полосатая шерсть лоснилась. Он считает, что поступает правильно, направляясь на встречу с котами племени Ветра, с которыми после будет сражаться бок о бок!

«Я должна это остановить!»

Берёзовик и Мышеус опередили кошку, и Искристоая напрягла уши, жалея о том, что не обладает способностью сестры. Она не могла запретить им пойти, поскольку этот поступок мог раскрыть её истинные причины обучения в Сумрачном лесу. Искристой так же нужно было узнать, когда и где хочет напасть Звездолом.

— Подождите меня! — воительница поспешила к своим соплеменникам, и коты вышли на тропу, которая привела их к границе с племенем Ветра. Искристая окинула взглядом территорию Грозового племени. С ветки на ветку перелетали птицы. По траве, через папоротники, неслась белка. Воительница заметила рыжее, как мех лисицы, пятно в зарослях ежевики — кто-то преследовал добычу. Искристая приободрилась.

— Я вас догоню.

— Встретимся у реки, — откликнулся Берёзовик.

— Хорошо.

Воительница свернула с тропы и нырнула в заросли папоротников. Повернув голову, она разглядела белку в более удачном ракурсе. Обладатель рыжей шерсти рванулся и прыгнул на добычу, убив её одним укусом.

— Лисохвост! — Искристая побежала к соплеменнику, пробираясь через папоротники. Воитель обернулся, заставив мёртвую добычу в его пасти покачнуться.

— Что случилось? — кот выронил добычу, уставившись на Искристую.

Воительница опасливо осмотрелась и убедилась в том, что Мышеус и Берёзовик скрылись за холмом.

— Приведи патруль к границе с племенем Ветра, — попросила, наконец, Искристая. — Но не как обычно, а по тропе к озеру.

Она не могла допустить встречи между патрулём Грозового племени и Берёзовиком с Мышеусом.

— Почему именно этим путём?

— Я обнаружила запах на границе с племенем Ветра, — соврала Искристая. — Думаю, они перешли ручей.

— Я приведу нескольких воинов, — нахмурился Лисохвост. Подхватив пойманную белку, кот понёсся в сторону лагеря.

Искристая бросилась в погоню за Берёзовиком и Мышеусом.

— Всё в порядке? — прищурился Берёзовик, увидев её.

— Всё отлично! — Искристая остановилась возле отца, подняв голову. — Мне просто нужно было сходить на поганое место.

Пристальный взгляд Берёзовика вернулся к тропе. Когда они достигли окраины леса, Искристая увидела солнечный свет на листве деревьев. Кошка замедлила шаг. Ей нужно было дать время Лисохвосту.

— Я горжусь тобой, — прошептал на ухо дочери Берёзовик, и Искристая почувствовала его гладкую шерсть. — Я вижу тебя в Сумрачном Лесу и понимаю, как недооценивал твои силы.

Был бы Берёзовик так горд за свою дочь, если бы знал о её лжи? Она должна была предупредить, насколько опасен путь, который они выбрали. Должна была рассказать о том, что она тренируется в Сумрачном лесу лишь для того, чтобы выведывать о планах Звездолома. Но Искристая не могла открыться даже родному отцу. Слишком многое находилось под угрозой.

Солнечный свет озарил путников, взглядам которых предстал спуск к ручью у границы. На территории племени Ветра возвышались гладкие заросли вереска, в которых Искристая пыталась разглядеть направляющихся к ним соседей. Затем Грозовая воительница перевела взгляд в сторону озера и окончательно убедилась в том, что ни патруль Грозового племени, ни Ветряные коты ещё не прибыли к назначенному месту. Искристая увидела куст утёсника, располагающийся в двух лисьих хвостах от ручья.

— Давайте спрячемся там, пока они не придут?

— Зачем нам прятаться? — ощетинился Мышеус.

Воительница прошла рядом с ним с важным видом.

— Ты ведь не хочешь, чтобы все узнали о Сумрачном Лесе, не так ли? — с этими словами Искристая нырнула под ветки утёсника. Шипы нещадно цеплялись за её шерсть, но кошка упорно извивалась, устраиваясь подальше. — Забирайтесь, тут много места.

Берёзовик и Мышеус покорно последовали за Искристой и устроились рядом. Воительница в это время беспокойно поглядывала на вересковые пустоши, ощущая частое биение сердца.

«Великое Звёздное племя, не дай Берёзовику и Мышеусу почувствовать мой страх».

А вдруг Лисохвост приведёт патруль раньше, и они не встретят нарушителей? Да и Берёзовик мог бы догадаться, что это затея его дочери. Искристая тревожно осматривалась, мысленно умоляя Ветряных котов появиться.

Свежий запах Грозового племени просочился под куст. «Лисохвост!» Молодой воитель поднимался по склону, за ним следовали Бурый и Крутобок. Когда они приблизились к кусту утёсника, со стороны племени Ветра послышался шорох травы, и Крольчишка вышел вперёд, осматриваясь. За ним последовали Жаворонушка и Солнечная.

— Где же они? — пробормотала воительница племени Ветра, стоя возле границы и оглядывая поляну за ручьём.

— Назад! — крикнул Лисохвост, и Грозовой патруль поспешил к нарушителям, резко затормозив у границы. — Что вы здесь делаете?

— Мы патрулируем границу, — поймала его взгляд Солнечная. — Так же, как и вы.

— Нарушители! — обвинил соседей Бурый.

— Мы не пересекали границу! — прошипел в ответ Крольчишка.

— В этот раз — нет! — прорычал Лисохвост — Но почему же тогда ваш запах появляется на нашей границе?

— Что они здесь делают? — прошептал Берёзовик.

— Не знаю, — соврала Искристая, пожав плечами.

— Почему Огнезвёзд решил отправить патруль именно в такой момент? — проворчал Мышеус, нервно помахивая хвостом.

Солнечная стояла на краю маленького каменного участка, который делил реку пополам. Лисохвост пристально смотрел на неё по другую сторону границы. Воители ощетинились и свирепо прижали уши.

— Ни один кот племени Ветра не пересекал этой границы, — прошипела Солнечная, оскалившись.

— Вы обвиняете в этом Грозовое племя? — ответил Крутобок, хлестнув хвостом.

Бурый припал к земле, наглядно показав, какой стойки добивалась от учеников Искристая на утренней тренировке.

«Остановитесь, не нужно драться!» Вина переполняла молодую воительницу — она не хотела развязывать драку. Искристая просто хотела уберечь своих соплеменников от ужасной ошибки, которую они едва не совершили.

— Мы обязаны проучить любого кота, который сунется на нашу территорию! — Крольчишка поймал взгляд Бурого и злобно прищурился.

— Это наша территория! — задние лапы Бурого дрогнули и он напряг мышцы, готовый прыгнуть в любой момент.

— Прекратите! — крикнул Берёзовик, выбираясь из-под куста утёсника.

— Что ты здесь делаешь? — Лисохвост, обернувшись, в недоумении смотрел на соплеменника.

— Охраняю границы, — Берёзовик выпрямился и взмахом хвоста подозвал своих спутников. Мышеус выбрался следом за ним, после чего из-под куста выбралась Искристая, ясно ощущая, как ноет сердце.

— Как можно вести патрулирование под кустом? — нахмурился Лисохвост.

— Мы хотели застать нарушителей прямо за пересечением границы! — Берёзовик украдкой посмотрел на Солнечную. Патруль племени Ветра начал отступать.

— Никто не пересекал границу! — Крутобок переступил с лапы на лапу.

— Давайте просто вернёмся в лагерь! — предложил Берёзовик.

— Только после того, как мы хорошенько проверим эту границу! — прорычал Лисохвост.

— Вы не обнаружите ни одного запаха племени Ветра! — кончики ушей Солнечной дрогнули. Кошка обернулась и повела своих соплеменников обратно к вересковым пустошам. Лисохвост в это время обнюхивал каждую кочку возле границы.

— Здесь действительно нет чужих запахов! — он выжидающе посмотрел на Искристую, поскольку именно она сообщила ему о нарушителях. Воительница отвела взгляд, чувство вины не отпускало её.

— Не в этот раз, — пробормотала кошка.

Лисохвост обнюхал куст утёсника ещё раз, затем обновил пограничную метку.

— Идём, пора возвращаться в лагерь! — окликнул он Искристую.

Воительница первая направилась к деревьям и лесной прохладе. Лапы Искристой отяжелели, как камни, сама же кошка жалела, что ввязалась во всё это. А могла бы сейчас спокойно спать возле поваленного бука. Ощутив чье-то прикосновение, Искристая обернулась и увидела, что Лисохвост догнал её.

— Ты знала, что они придут туда?

— Нет! — воительница вздрогнула.

— Но на нашей территории нет запахов племени Ветра, — нахмурился рыжий воин. — Что заставило тебя позвать нас? Ты подслушала их перед битвой в туннелях?

— Это просто догадка, — покачала головой Искристая. — Ты знаешь, какие сейчас напряжённые отношения между племенами. Наверное, этот запах принёс порыв ветра, когда я проходила возле границы.

— …И твоя реакция не заставила ждать.

— Наверное, ты прав, — пробормотала воительница, пошевелив ухом.

— Тогда это очень удачная догадка. Искристая взглянула на Лисохвоста, и её живот сжался, когда она увидела в глазах воина сомнение.

«Он не поверил мне!» Взмахнув хвостом, воительница оттолкнулась от земли и понеслась в лагерь. Роль шпиона рано или поздно заставит предать своё племя.

«Сколько ещё это будет продолжаться?»

Глава 7

Воробей положил кусочек гальки на расстоянии в длину мышиного тельца от гнездышка Иглогривки.

— Сможешь достать?

— Легко! — Иглогривка высунулась из гнездышка, схватила камешек и положила его на подстилку, бугорки мышц на её плечах зашевелились под шерстью.

Воробей залез носом в подстилку кошки и зажал гальку в зубах. Чуть напрягшись, кот вытащил её. Сегодня он решил усложнить упражнения. На этот раз кот положил камешек в половине длины кошачьего хвоста от гнездышка.

— Что насчёт этого?

Иглогривка вновь вытянула передние лапы из гнездышка. Немного запыхавшись в этот раз, она все равно смогла закатить заветную добычу на место, ловко орудуя лапами.

— Дай мне осмотреть твою спину, — сказал Воробей, положив морду на шерстку кошки и почувствовав, как перекатываются её мышцы. Они были абсолютно здоровы и полны сил до самого перелома. На месте перелома они были безжизненными и ослабленными, но шерсть, покрывающая их, была гладкой и блестящей.

— Ты хорошо поработала, — Воробей выпрямился. — Пока мы продолжаем заниматься, ты в полном порядке.

Иглогривка выкинула гальку из гнезда и самостоятельно за ней полезла.

— Я хочу научиться лазить по деревьям, используя только передние лапы! — пропыхтела она.

Пока она изо всех сил пыталась достать камень, Воробей отвлекся. Четвертая кошка в пророчестве не давала ему покоя все утро. Единственной, кто предложил хоть какую-то помощь в битве против Сумрачного Леса, была Мотылинка. Это должна быть она! Воробей расслабился, и позволил своему сознанию лететь, словно птица, через озеро, в сторону лагеря Речного племени. Как только оно достигло лагеря, кот заблокировал все свои эмоции и посторонние шумы, чтобы как следует сосредоточиться на Мотылинке. Он ощутил Ивушку, раскладывающую травы, и Мотылинку, наблюдавшую за ней. Но, как и всегда, Воробей не смог пробраться сквозь туман, окутывавший целительницу словно паутина.

«Она должна быть четвёртой кошкой! Она единственная, чьи сны защищены от Сумрачного Леса. Она не могла быть вовлечена в их предательские планы»

.

— Сможешь закончить упражнения без меня? — спросил Воробей у Иглогривки. — Мне нужно идти.

— Конечно же, смогу.

Выйдя из палатки, кот ощутил теплые лучи солнца на своей шерстке. Львиносвет и Белолапа вместе ели возле колючих кустарников. Терновник и Медуница вылизывали друг друга, было время мурлыканья. Тростинка и Ромашка сплетничали, сидя возле детской, а Зернышко и Лилия с азартом охотились в тени бука на падающие с него листья.

Неожиданно перед носом у Воробья появился Львиносвет, когда тот уже наклонился, чтобы через туннель выбраться из лагеря.

— Куда ты собрался?

— Проведать Мотылинку.

От Львиносвета исходили волны тревоги.

— Я пойду с тобой.

— Нет, спасибо! — кот не хотел, чтобы весь путь вокруг озера его брат твердил о том, что Остролистая и есть четвертая кошка. — Это исключительно целительские дела.

— Но ты ведь уже не являешься целителем! — тут же заметил Львиносвет.

— Звездное племя защитит меня! — Воробей стремглав помчался через туннель, прекрасно осознавая, что соврал. Ежевичинка сказала ему, что Звездные предки больше не способны наблюдать за котами у озера. Тьма уже окутала их.

— Скажи Огнезвезду, куда я пошел, — услышал он от Львиносвета, последовавшего за ним через колючий туннель.

— Если ты не вернешься до наступления темноты, я пойду за тобой, — сказал Львиносвет.

— Это не понадобится. «Надеюсь!»

Он направился к побережью. Кот решил пойти через территории племени Ветра. Он открыл рот и принюхался, проверяя, нет ли поблизости воинов Ветра. Знакомый запах витал вокруг…

«Однозвезд!»

Воробей напрягся. Предводитель племени Ветра стоял у кромки воды, в нескольких лисьих хвостах от него.

Воробей осторожно приблизился к нему.

— Приветствую, Однозвезд.

Однозвезд даже не шелохнулся.

— Воробей.

— Я сожалею о том, что зашел на ваши земли, — Воробей повесил голову. — Я просто иду поговорить с Мотылинкой. Он напрягся, ожидая вспышки гнева Однозвезда. Однако предводитель оставался спокойным.

— Ты можешь пройти с миром, — сказал ему Однозвезд, — Но я думал, что целители больше не разговаривают друг с другом.

— Это правило, установленное Звездным племенем, — мяукнул Воробей. — А не мной.

— Ты пойдешь против Звездного племени? — удивленно спросил Однозвезд.

— Да! — Воробей не пытался оправдаться. — Если это означает сохранить мир между племенами.

Он услышал, как галька зашуршала под лапами Однозвезда, когда тот садился. — Племена всегда воевали, однако это — первый раз, когда целителей разделили, — тяжело вздохнул предводитель. — Я чувствую, что на нас надвигается что-то ужасное. Пристальный взгляд Однозвезда как будто прожег шерсть Воробья. — Вода пока спокойна, — пробормотал он. — Но скоро течение проявит себя. Хоть мы их и не видим, у них есть силы толкать котов к смерти.

— Только если ты не знаешь, когда они лгут, — Воробей наклонился вперед. — Следите за границами, Однозвезд, но не забывайте следить и за своим собственным племенем.

Галька треснула, когда Однозвезд оказался с Воробьем лицом к лицу.

— Ты хочешь сказать, что мои воины — предатели?

Воробей отступил.

— Любой кот может быть втянут в предательские планы.

Дыхание Однозвезда ерошило шерсть на морде бывшего целителя.

— Ты сейчас о Соле говоришь?

— Нет! — Угроза со стороны Сумрачного Леса была куда опаснее проблемного одиночки. — Просто понаблюдайте за котами, ведущими себя странно в последнее время.

От шерсти предводителя племени Ветра исходила ярость.

— Я доверяю своему племени всю свою жизнь!

Воробей опустил голову.

— Простите меня. — Он крадучись прошел мимо Однозвезда и направился к границе Речного племени. Его шерсть покалывало от злобного взгляда Однозвезда, пока он шел по берегу озера.

«Похоже, мне даже не стоило пытаться его переубедить».

Линия пограничных меток Речного племени спускалась к воде, отмечая береговые камни. Воробей перешагнул через нее.

— Что ты здесь делаешь?

Воробей обернулся и выпустил когти. Он чувствовал запах свирепого Жукоуса. Позади него, ощетинившись, стояли Форель и Мята.

Воробей задрал хвост.

— Я здесь, чтобы поговорить с Мотылинкой.

— Ты больше не целитель. — Запах рыбы, исходящий от Жукоуса, коснулся носа Воробья.

Кот с трудом подавил дрожь. Он слышал, как Жукоус тренировался в Сумрачном лесу.

— Племя Теней не принимает решения за Звездное племя, — прошипел Воробей. — Только Звездное племя может отвергнуть мою целительскую силу.

— Думаю, что решать должна Невидимая Звезда, — прошептал Мята своим соплеменникам.

— Я подумаю, — недоверчиво промяукал Жукоус. Воробей внезапно пожалел, что Львиносвет не пошел с ним.

Форель шагнула вперед.

— Отойдите. — Пока кошка обнюхивала его сверху донизу, Мята и Жукоус рванули назад.

— Здесь неподалеку есть деревянный мост, — шерстка Форели коснулась усов Воробья, когда она прыгнула вперед. Кот обнюхал старый сухой ствол упавшего дерева. Его должно было хватить для того, чтобы пересечь ручей, отделяющий лагерь Речного племени от земель остальных племен. Воробей запрыгнул на него вслед за кошкой, впиваясь когтями в очищенную от коры древесину. Он следовал за ней осторожно, поскольку его сердце прыгало и вздрагивало в груди с каждым движением ствола, качавшегося под весом Мяты и Жукоуса, идущих позади.

Когда он почувствовал, что ствол разделился на множество хрупких веточек, Воробей понял, что достиг другой стороны. Кот напружинил задние лапы и прыгнул, надеясь перемахнуть крону упавшего дерева. Он неуклюже приземлился среди нескольких протянутых ветвей, но Форель поддержала его.

— Сюда, — она повела Воробья через высокую траву. Запах Речного племени впитался в его шубку, пока они дошли до поляны. Он мог ощущать шок, исходящий от окружающих его котов.

— Что он здесь делает?

— Просто послушай, и ты все узнаешь, — оборвал Космач Цапельника.

— Добро пожаловать, Воробей! — Невидимая Звезда шерстью задела ветки, пока выходила из своей палатки. — Ты пришел увидеть Мотылинку и Ивушку?

Воробей склонился.

— Да, если вы разрешите.

— Он не имеет права! — прорычал Жукоус.

Воробей чувствовал теплоту, исходившую от Невидимой Звезды. По крайней мере, она была рада видеть его.

— У него есть разрешение от Звездного племени, — ответила она своим воителям. Кончиком хвоста она коснулась бока Воробья. — Я отведу тебя в палатку целительницы.

Он проследовал за ней через весь лагерь, а затем, пройдя сквозь небольшой лаз из травы, очутился в палатке. Воробей вдохнул знакомые запахи мать-и-мачехи, бурачника и водной мяты. Трава зашуршала, и его лапы резко оказались на земле.

— Воробей? — удивленно спросила Мотылинка.

— Все в порядке? — хвост Ивушки очистил мягкую землю.

Невидимая Звезда развернулась, ее шерсть потерлась о бок Воробья.

— Я оставлю вас наедине, — добавила она, уходя.

Ивушка мгновенно оказалась рядом с Воробьем.

— В чем дело? Кто-то заболел?

— Мне необходимо поговорить с Мотылинкой, — объяснил Воробей.

— Но ты ведь больше не целитель! — Ивушка казалась озадаченной. — Светлоспинка обвинила тебя в…

Воробей прервал кошку.

— Если племя Теней прикажет реке перестать течь, она что, остановится?

Ивушка напряглась.

— Не только племя Теней! — запротестовала она. — Звездное племя проникло в мой сон и сказало, что целители должны держаться подальше друг от друга.

Мотылинка фыркнула.

— Мне они ничего не сообщали. Так что ты можешь пойти и пособирать мальву, пока мы с Воробьем будем разговаривать.

Воробей буквально почувствовал тишину, повисшую в воздухе, и напряжение, возникшее между двумя целительницами. Хвост Ивушки метался по земле.

— Ладно, — она потопала прочь от палатки.

Мотылинка дернула хвостом.

— Если Звездное племя прикажет ей нырнуть в озеро, она это сделает.

Воробей пожал плечами.

— Ну, по крайней мере, она умеет плавать.

Мотылинка заурчала во все горло.

— Прекрати шутить. Я серьезно. Ведь это ты сказал мне, что нам придется столкнуться с ужасной битвой.

«Как я узнаю, Четвертая она кошка, или нет?» Он присел возле нее.

— Племенам необходимо объединиться для сражения, но как мы сможем это сделать, если целители разделены?

Мотылинка впилась когтями в землю.

— Да они просто мышеголовые! Игнорировать здравый смысл только потому, что какая-то старая кошка говорит тебе так поступать, — хвост Мотылинки задел Воробья, когда она подворачивала его под себя. — Ох, прости, — извинилась она. — Я знаю, что ты веришь в Звездное племя, и я уважаю твою веру. Она помогала племенам в трудные времена, но сейчас она, по-моему, только мешает.

Воробей услышал грусть в ее мяуканье. Разделяя племена, Звездное племя только увеличивало угрозу со стороны Сумрачного леса.

— Если бы я только смог поговорить с Огнехвостом, возможно, я убедил бы его сказать правду Перышко.

— Это будет началом, — Мотылинка передвинула лапки. — Целители никогда не станут объединяться, если будут считать тебя убийцей. Она встала. — Я поговорю с Перышком и Пустельгой. Я могу попытаться убедить их, что они подрывают силу целительского кодекса.

— Станут ли они слушать тебя против воли Звездного племени?

Мотылинка царапнула землю.

— Как я рада, что Звездное племя не жужжит как пчелы у меня в голове! Разве можно самостоятельно мыслить, когда какие-то старики вечно ворчат у тебя под ухом?

— Воробей? — мягкое мяуканье Невидимой Звезды раздалось из лаза. — Тебе придется уйти.

«Но мне все еще нужно доказательство того, что Мотылинка — Четвертая кошка в пророчестве!»

— Мои старшие воители больше не считают тебя целителем, — извиняющимся голосом сказала Невидимая Звезда. — Я должна уважать их чувства. Ты не можешь больше здесь оставаться.

Воробей ощущал колючую враждебность, витающую в воздухе снаружи палатки.

— Они считают меня нарушителем.

— Боюсь, что это действительно так, — Невидимая Звезда подтолкнула Воробья. — Будет лучше, если ты уйдешь прямо сейчас.

Кот кивнул Мотылинке и первым направился в проход.

Жукоус пересек лагерь, Пустокрыл и Карпозубка шли позади него. Камышинник вышел вперед.

— Мы отведем тебя к границе.

— Спасибо! — Воробей поклонился глашатаю Речного племени. «Четыре воина только для того, чтобы отвести меня домой?»

Он прижал уши. «Я ничего плохого не сделал!»

Он почувствовал, что Мотылинка догнала его.

— Я приду и дам тебе знать, если мне удастся убедить остальных целителей быть благоразумнее, — прошептала она.

— Я думаю, что племена забыли, что значит слово «благоразумие»! — прошипел Воробей. Он слышал, как разминались воины Речного племени, они будто готовились к битве.

«Не с тем врагом вы сражаетесь!» Пригладив шерстку, он направился за Камышинником к выходу из лагеря. Пустокрыл и Жукоус шли по обеим сторонам от Воробья, торопя его с прыжком на упавшее дерево, а Карпозубка толкала кота сзади.

— Вы хотите, чтобы я упал? — зашипел Воробей, когда одна его лапа соскользнула со ствола и на миг повисла в воздухе. Река голодным зверем плескалась под ним.

— Держись крепче, тогда… — Жукоус зарычал и пихнул его носом вперед.

Воробей вонзил свои когти в гниющую древесину, его сердце дрожало, пока он карабкался по бревну. Дойдя до другого конца, он спешно спрыгнул, не желая дожидаться очередного грубого толчка от Жукоуса. Кот держал язык за зубами, пока провожатые вели его сквозь болотную траву. В конце концов, он учуял метки племени Ветра и, не сказав ни слова, перешагнул их.

— Если захочешь вернуться, тащи с собой патруль и готовься к битве! — прорычал Пустокрыл ему в след.

Стегая хвостом по земле, Воробей пошел прочь. Он попробовал воздух. «Где же берег?» Он чуял запах вереска, витающий впереди и воду, плещущуюся позади него, но звук был очень тихим, что означало, что он слишком углубился в территорию племени Ветра. Воробей развернулся в сторону берега и начал продираться сквозь высокую траву. Болотистая земля хлюпала под его лапами.

Внезапно холод коснулся кончика хвоста Воробья, а потом расползся по всему его телу, как туман во время Голых Деревьев. Он нес с собой вонь гниющей плоти. Воробья передернуло, и он остановился. Злобные темные тени роились вокруг, как шершни. В его голове вспыхнули образы залитой кровью шерсти.

— Кто здесь? — Повернувшись в другую сторону, он замахнулся лапой. Страх пронзил Воробья, когда его когти впились в чью-то шерсть. — Кто ты?

Кто-то толкнул его плечом. Когти вонзились ему в спину.

Воробей побежал. Не видя дороги, он запнулся о болотную кочку, его лапы заскользили в грязи. Внезапно Воробей упал в воду. Острые, как шипы, когти разодрали сначала один его бок, а затем и другой. Лапы сдавили его, и горячее, вонючее дыхание обожгло его уши. Воробей споткнулся и растянулся в грязи, с трудом пытаясь встать на лапы, борясь с размытыми силуэтами, наполнявшими все вокруг.

— Разве Звездное племя больше не направляет тебя? — усмешка в голосе Звездолома заставила Воробья похолодеть от ужаса.

«Неужели коты из Сумрачного Леса смогли пробраться в реальный мир?»

Коршун толкнул его с другого бока.

— Скоро мы попробуем победу на вкус!

Теперь Звездоцап преградил ему дорогу. Воробей попытался ударить, но сильный кот легко блокировал все его отчаянные попытки нападения.

— Вся сила Звезд в твоих лапах? — рычание Звездоцапа было пронизано презрением. — Я так не думаю.

Воробей припал к земле, его тело пульсировало от боли, а сердце, казалось, билось где-то на земле под его грудкой.

— Вы никогда не сможете победить! — Ужас кота внезапно сменился яростью. Он неожиданно прыгнул вперед, выпустив когти и ударив своих сумрачных врагов. Когти раздирали его мордочку, клыки безжалостно впились в хвост.

Яростно завыв, Воробей начал сражаться с удвоенной силой.

— Вы можете убить меня! — прокричал он. — Но это меня не остановит. Я найду вас даже после смерти, — и все равно остановлю!

— Воробей! — зов воителя племени Ветра заставил его замереть. Зловоние Сумрачного Леса сменилось запахами Совки, Сумеречницы и Утесницы, теплыми и знакомыми.

— Ты в порядке? — Совка склонился над ним. — Ты что, упал в колючие кусты?

Воробей чуял запах собственной крови, лившейся из открытых ран.

— Д-да, — он изо всех сил пытался встать на лапы, когда почувствовал, как Утесница подставила голову ему под плечо, помогая подняться.

— Что вы делаете? — мяукнул Ползунок. Ученик племени Ветра выглядел испуганным. — Это же тот целитель, который убил Огнехвоста!

— Убийца! — прорычала Сумеречница.

— Тише! — перебила их обоих Утесница. — Это — племенной кот, нуждающийся в нашей помощи.

— Я-я в порядке, — Воробей боролся с дрожью в голосе.

Совка пронесся мимо него.

— Мы отведем тебя к границе, — его мяуканье звучало оживленно.

— Ты сможешь пройти так далеко? — спросила Утесница.

— Если он не сможет, мы его оттащим, — прорычала Сумеречница.

Совка проигнорировал своих соплеменников и обнюхал шерсть Воробья.

— Всего лишь несколько царапин, — он направился вниз на берег. — Пошли.

Воробей осторожно последовал вперед, проверяя каждую лапу, прежде чем ее поставить. Кот чувствовал, что его раны не были слишком глубокими, и он не получил ни единого вывиха. Он ускорил темп, следуя след в след по запаху Совки. Утесница шла рядом с ним, в то время как Сумеречница и Ползунок тащились далеко позади, их шерсть испускала искры недоверия.

Воробей все еще дрожал от пережитого видения. Это ведь точно было видение? Коты из Сумрачного Леса не могли узнать способ, который позволил бы им прорваться на озерную территорию, так? Он оттолкнул подобные мысли.

«Нет».

Искристая бы предупредила их. «Или Звездное племя…»

Отчаяние захлестнуло его. Звездное племя было беспомощно. Ни один Древний кот не пришел, чтобы защитить его от видения, которое было настолько реальным, что оставило бывшего целителя побитым и исцарапанным. Где была Щербатая или Утес? Воробей наступил на гальку. Племенам предстояло в одиночку столкнуться с Сумрачным Лесом.

Знакомый запах Грозового племени коснулся его носа. Они стояли у границы.

— Отсюда я смогу пойти самостоятельно.

— Лучше мы проводим тебя до лагеря, — сказал ему Совка.

— Мне кажется, что ты немного не в себе, — добавила Утесница.

Воробей хотел отказаться, но разве он мог? Ведь он сам хотел, чтобы племена объединялись.

Совка подозвал Сумеречницу и Ползунка, которые все еще медленно плелись по берегу.

— Идите на охоту! Мы догоним вас позже.

Воробей почувствовал укол облегчения, мысленно благодаря Совку. По крайней мере, ему не придется вести весь патруль племени Ветра на территорию Грозового племени. Он повел своих спутников вперед через лес, знакомая тропинка простиралась под его лапами, пока он не остановился перед склоном оврага, ведущего в лагерь.

— В лагерь я могу спуститься сам, — сказал он Совке.

— Я знаю, — ответил Совка. — Но я хочу поговорить с Огнезвездом.

К несчастью Воробья ему пришлось спуститься в лагерь вместе с воителями племени Ветра, Утесница шла прямо за ним.

— Пурди! — встревоженное мяуканье Кисточки доносилось из-под куста жимолости. — Правда ли, что начинается вторжение?

— Вряд ли. Их там только двое, — заверил Пурди старую кошку.

Огнезвезд спрыгнул со скалы, чтобы встретить их.

— Что произошло? — кот казался удивленным, когда обнюхивал поцарапанную морду Воробья.

Ежевика выбежал из палатки воителей.

— Ты в порядке?

— Он упал в колючие кусты, — ответил Совка глашатаю Грозового племени.

— На нашей территории, — многозначительно добавила Утесница.

— Ты не должен был там находиться, — голос Огнезвезда был строгим. — Ты больше не целитель!

Воробей не пытался спорить. Что еще Огнезвезд мог сказать о нем перед котами из племени Ветра?

— Можно мне пойти в свою палатку? — пробормотал кот.

— Да! — Огнезвезд закипал. — Больше не уходи с нашей территории. У меня есть и более важные вещи, о которых стоит волноваться.

Воробей пошел в сторону палатки целителя, оставляя Огнезвезда и патрульных приглаживать вздыбленную шерсть. Он раздвинул ежевику и направился ко входу в свою палатку.

— Ты в порядке? — спросила Иглогривка, сидящая возле лужицы. Терпкий запах хвоща разносился по всей палатке.

— Со мной все хорошо, — Воробей забрался в свое гнездышко. — Что ты делаешь?

— Пеплогривка сказала мне замочить травы от клещей Кисточки, — объяснила Иглогривка. — Она уже сделала припарку, но Кисточка хочет новую, свежую, и чтобы она была готова с утра.

Ежевичные кусты, растущие у входа в палатку, зашуршали. Воробей принюхался.

— Яролика?

На какой-то момент радость и волнение окутали мысли кота. В костях у кота заломило, он проигнорировал гул эмоций и принялся умывать свою язвительную морду.

Яролика подошла к его гнездышку.

— Могу я поговорить с тобой?

— Это не подождет до утра? — Воробей просто хотел поспать.

— Это не займет много времени. — Яролика села перед его подстилкой. — Я жду котят. — Воробей услышал нотки неуверенности в ее голосе. — Они ведь будут здоровы, да? Даже, несмотря на то, что я уже не так молода, как хотелось бы?

Воробей сидел прямо. Почему кошка решила принести на свет котят именно сейчас? Им нужны все воители, которые готовы были бы отдать свои жизни за победу в битве с котами Сумрачного Леса!

— О чем ты думала? — огрызнулся он. — Сезон Голых Деревьев не за горами, мы, возможно, будем голодать даже без лишних ртов, которых надо прокормить.

Яролика попятилась.

— Н-но…

Воробей не дал ей закончить.

— Какое дурацкое время для рождения котят! Вы что тут все, мышеголовые?

Яролика резко встала.

— Как смеешь ты со мной так разговаривать? От нее исходили волны гнева. — Я никогда не думала, что у меня еще будут котята, и мои котята — не первые рожденные в сезон Голых Деревьев. Я думала, что вы будете рады!

— Котята! — Иглогривка быстро ползла к ним через всю палатку. — Это прекрасные новости!

— Попытайся объяснить это Воробью, — прорычала Яролика.

— Почему? — Иглогривка была сбитой с толку.

— Звездное племя знает! — Яролика выбежала из палатки целителя, а Воробей улегся на свою подстилку.

— Ну, и? Что произошло? — спросила Иглогривка.

Воробей положил лапу на нос и проигнорировал ее вопрос. Усталость нахлынула на него. Где ему взять силы, чтобы противостоять Сумрачному Лесу?

Глава 8

Львиносвет побрел по залитой лунным светом тропе обратно в лагерь. «Должен ли я говорить Остролистой, что она — Четвертая?»

Эта мысль как заноза засела в его мозгу. Ведь Воробей рассказывал им о Пророчестве… «Но что, если Остролистая — не избранница? Она так хотела быть одной из Трех. Стоит ли снова обнадеживать её?»

Львиносвет пытался отогнать навязчивые мысли. Вершины деревьев шелестели под дуновеньем ветра. Не было слышно пения птиц, на лес опустилась ночь.

Обернувшись, Львиносвет увидел шедших позади Медуницу и Белку. Они патрулировали границы. В округе все было спокойно, и теперь воители возвращались домой.

— Не могу дождаться, когда доберусь до своего гнезда! — зевнула Белка.

Медуница отряхнулась:

— Не так уж и поздно… — Она посмотрела вверх. — Просто темнеет рано.

— И холодно! — вздрогнула Белка.

«Зачем же нам нужен Четвёртый? — вновь закружилось в голове Львиносвета. — Неужели Звёздное племя не верит в нас?»

Острая боль уколола его сердце. «Я собирался спасти племена. Но теперь… Теперь пророчество изменилось. — Львиносвет посмотрел на свои лапы, переступающие по проторенной тропе вниз, к лощине. — Значит, моя судьба тоже изменилась?»

— Всё тихо? — Огнезвёзд ждал их на поляне. Лагерь выглядел пустынным, племя попряталось в палатки, устраиваясь на ночлег.

— Племя Ветра обновило свои метки на границах, — сообщил Львиносвет. — Около куста ежевики ощущается запах племени Теней, но на нашу территорию они не заходили.

Зелёные глаза Огнезвёзда сверкнули в темноте:

— Что-нибудь ещё?

Львиносвет знал, что он спрашивает о воинах Сумрачного Леса. Разве они могли прорваться из Места-Без-Звёзд? Но раны Искристой, полученные во снах, были достаточно реальны.

— Нет, ничего, — сказал Львиносвет. Он поклонился предводителю Грозового племени и отправился в палатку воителей. Его гнездо находилось возле ствола упавшего бука. Он осторожно пробирался среди спящих воинов, в конце концов устроившись рядом с Пеплогривкой. Но беспокойные мысли не оставляли его.

— Эй! — вскинула голову Пеплогривка. — Перестань ерзать!

— Извини, — поднял морду Львиносвет.

— Не можешь заснуть? — моргнув, спросила кошка.

— Я не привык так рано засыпать, — признался он.

Пеплогривка поднялась.

— Пойдем, погуляем, — она выпрыгнула из своего гнезда.

Львиносвет смотрел на неё. «Совсем как бывало раньше…» В груди его затеплилась надежда. Он вышел вслед за Пеплогривкой на поляну. Лунный свет посеребрил её серую шерстку.

— Не смотри на меня так, — пробормотала кошка, обернувшись, когда он добежал до неё. Затем направилась к терновым зарослям. Смущённый Львиносвет следовал за кошкой, та повела его вверх по склону, из леса. Внизу блестело озеро.

— Бежим! — Пеплогривка помчалась вдоль горного хребта. Львиносвет бросился за ней вниз по склону, лавируя между кустов. Лапы его скользили по траве. У подножия склона он прыгнул и резко опустился на берег.

Пеплогривка уже ждала его у кромки воды.

— Когда я вижу такое озеро, как это, мне кажется, что в мире вообще нет зла. Ни для нас, ни для любого из племен.

Львиносвет проследил за её пристальным взглядом на далекий берег. Болота Речного племени светились под луной, слегка колыхаясь в звёздном свете, поскольку ветер шевелил камыши. Львиносвет чувствовал, как шерсть Пеплогривки касается его.

— Это никогда не произойдет, правда? — Пеплогривка обернулась к нему, взгляд её синих глаз был печален. — Несмотря на то, что мы хотим этого больше всего на свете…

— Что никогда не произойдет? — Львиносвет вдруг пожалел, что сказал это. Он знал, что она имеет в виду — и не хотел слышать её ответ.

Она снова отвернулась к озеру.

— Мы должны прекратить бороться с нашими судьбами.

— Я не борюсь с моей судьбой.

— Неужели? — на миг Пеплогривка прижалась к нему. — Тогда почему ты пошёл за мной?

— Откуда я могу знать, что ты не часть моей судьбы?

Пеплогривка показала на звёзды.

— Ты ближе к ним, чем ко мне.

— Это неправда!

— Но Звёздное Племя избрало тебя, чтобы защитить племена. — Галька хрустела под её лапами. — Я не имею права мешать их решению.

— Я что, лишен права выбора? — заспорил Львиносвет.

Пеплогривка посмотрела на него.

— Все не так просто. Мне тоже нужно понять мою судьбу. Мне необходимо узнать, кем я должна быть: целительницей или воительницей. И я не смогу сделать этого, если заведу друга.

— То есть, ты не предпочла бы меня своей судьбе? — ощетинился Львиносвет.

— Ты хочешь, чтобы я повторила ошибку Листвички?

Её слова пронзили его сердце.

— Это несправедливо!

— Все справедливо. — Пеплогривка отвернулась и направилась к склону. — Мы должны сделать правильный выбор. От этого зависят жизни. — Она оглянулась. — Ты идёшь?

Львиносвет не шелохнулся. Озеро отразило его лицо, темное на фоне звёздного неба. Он смотрел вниз, не узнавая себя.

«Неужели это я?»

— Я не могу так больше! — отскочив, зарычал Львиносвет. Он обернулся, надеясь встретить теплый взгляд Пеплогривки, но она ушла. Почувствовав внезапную усталость, он опустился на камни и закрыл глаза.

Львиносвета разбудило ощущение холода, его тело одервенело. Вода, плещущаяся по камням, омывала кончики его усов. Роса пропитала шкуру. Над болотом горела бледная полоска рассвета. Морщась, он вскочил и отряхнулся.

«Я докажу Пеплогривке, что наши судьбы не должны управлять нами».

Оцепенев от холода, он отправился вверх по склону, в лес.

Между кустами внизу мелькала серая шерсть. Крутобок. Львиносвет глотнул воздух. Белохвост, Белка и Милли. Должно быть, рассветный патруль. Львиносвет понесся вниз по склону, стремясь догнать их.

— Можно мне присоединиться к вам? — он резко остановился за Белкой.

Она обернулась к нему, её глаза широко расширились.

— Львиносвет!

— Где ты был всю ночь? — повернулся Крутобок. Его взгляд скользнул по влажной шкуре Львиносвета.

— Я спал на берегу озера, — пробормотал Львиносвет.

— Ты в порядке? — склонил голову Белохвост.

— Конечно. — Львиносвет ходил вокруг соплеменников. — Куда мы идём?

Милли прохрустела по листьям и встала рядом с ним.

— К границам племени Теней.

— Хорошо. — Львиносвет нырнул под куст папоротника и начал вынюхивать путь в полосе орляка. Его лапы чесались от жажды неприятностей.

Крутобок протиснулся мимо него, сгибая коричневые стебли, чтобы взять на себя ведущую роль. Львиносвет отступил. В воздухе витали свежие кошачьи запахи.

— Ты можешь определить этот запах? — позвал он Крутобока.

— Пахнет, как Крысоус, — прорычал Крутобок. Серый воин ускорил шаг. Львиносвет побежал, его шкуру покалывало от волнения.

— Я вижу их! — ощетинился Крутобок.

Шесть воинов племени Теней шли вдоль границы.

Мех Львиносвета зашевелился вдоль хребта. Он открыл рот — запахи племени Теней были так сильны, что на языке у него стало кисло. Белохвост выпустил когти и вонзил их в землю, словно представив под лапами шкуру Сумрачного воина. Милли встала рядом с белым воином, её хвост воинственно вздернулся. Белка выгнула спину.

Из горла Милли вырвалось глухое рычание.

— Они планируют вторжение?

— Они не посмеют, — прижал уши Львиносвет.

Воины племени Теней обнюхивали деревья, казалось, они искали что-то.

— Идём! — Львиносвет рванулся вперёд. Крутобок с Белкой бросились следом за ним, Милли замыкала строй. Белохвост скакал широкими прыжками сбоку, защищая фланг патруля.

Воины племени Теней замерли, когда Грозовые коты, резко затормозив, остановились на границе. Львиносвет узнал Крысоуса, Дымогрива и Горностая. Он увидел за ними Светлоспинку, Снежинку и Оливницу и зарычал.

— Что вы здесь делаете? — Он осмотрел землю на границе Грозового племени, ища следы когтей воинов племени Теней или смятые ими листья.

— Не беспокойтесь! — прошипел Крысоус, расправив плечи. — Мы не пересекли линию запаха.

— Который сообщает больше, чем вы можете сказать, — выступил вперед Дымогрив.

Белохвост напрягся.

— О чем это ты?

Горностай метнулся к границе.

— На нашей территории была Грозовая кошка! — прошипел он.

Львиносвет понюхал воздух. Голубка! Её запах, более свежий, чем вонь племени Теней, льющаяся через границу, ударил ему в нос. Должно быть, она шпионила.

Светлоспинка неуклюже протиснулась мимо Крысоуса и плюнула, перегнувшись через границу.

— Стало быть, вы нарушители, а также — убийцы!

— Позвольте мне проверить. — Он перешел границу, его хвост хлестал по бокам. В мгновение он ощутил запах Голубки и встал прямо на его источник, маскируя своим собственным ароматом. — Я ничего не чувствую.

Крысоус уставился на него.

— Убирайся с нашей земли!

Воины племени Теней подошли ближе. Львиносвет выпустил когти. Вот он, тот самый шанс доказать Пеплогривке, что он сам формирует своё будущее.

— Вернись! — приказал Крутобок.

— Что такое? — Львиносвет медленно обвел взглядом Сумрачных котов. — Ты боишься, что я сделаю кому-нибудь из них больно?

— Вернись, Львиносвет! — зарычал Крутобок. — Мы пришли сюда не для того, чтобы затевать драки!

Львиносвет вздернул подбородок.

— Возможно, мы пришли сюда как раз вовремя, чтобы предотвратить одну, — проворчал он.

Крысоус попятился и нервно взглянул на Крутобока.

— Он что, сумасшедший?

Крутобок прищурился и посмотрел на Львиносвета.

— Ты уверен, что хочешь это сделать?

Глаза Белки расширились.

— Львиносвет, вернись!

Львиносвет махнул на неё хвостом.

— Они утверждали, что Грозовая кошка была на их земле, — прорычал он. — Я просто даю им доказательства. — Он плюнул на Крысоуса. — Ну что, теперь доволен?

Крысоус прищурился.

— Горностай, — пробормотал он. — Ты хотел практиковать боевые приемы. — Он кивнул на Львиносвета. — Вперед! Испробуй их.

Усы Горностая дернулись, и тощий рыжий ученик, присев, кинулся в атаку. Только не он! Львиносвет почувствовал разочарование, когда кот племени Теней бросился вперёд. Грозовой воитель вскочил и отбросил Горностая прочь. «Уж кто меня побьет, только не ученик». Когда Горностай поднялся на лапы, Львиносвет презрительно взглянул на Крысоуса.

— Разве племя Теней посылает первыми в бой своих учеников?

Крысоус раздвинул губы, показав жёлтые зубы.

— Ты хочешь, чтобы я прикончил его прежде, чем доберусь до тебя? — надавил сильнее Львиносвет.

С визгом Крысоус бросился на Львиносвета.

— Помогите ему! — Белка метнулась вперёд, но Крутобок зажал её хвост лапой.

— Он начал эту битву, — прорычал воин. — Пусть он и закончит.

— Нет! — Львиносвет взвыл от удара Крысоуса. Он поднял лапы, чтобы защитить глаза от ужасных ударов, но не пытался сопротивляться — и те сыпались дождем. Львиносвет чувствовал, как клочья меха летят с его щек, плеч и боков и быстро нырнул вниз.

Не сопротивляться! Не сопротивляться!

Когда он почувствовал, что кровь сочится сквозь его шерсть, то перевернулся и оттолкнул Крысоуса задними лапами.

«Они не должны подумать, что я позволяю ему побеждать». Зная, что соплеменники, охваченные ужасом, сейчас смотрят на него, Львиносвет взмахнул лапой и зацепил лапы Крысоуса, используя классическую технику боя. Но Крысоус не был дураком. Он вовремя прыгнул, и Львиносвет загреб лапой только ворох листьев.

Когти пронзили его шкуру, впиваясь всё глубже, пока Львиносвет не завизжал вслух. «Это то, что испытывают все?»

— Убирайся с нашей земли, — сильным рывком Крысоус толкнул шатающегося Львиносвета обратно, через границу.

Зубы впились в его загривок.

— Хватит! — Крутобок прижал его к земле. — Держите его! — приказал он Белке и Белохвосту.

Львиносвет чувствовал, что их лапы придавили его. Он скреб мордой листья, изо всех сил пытаясь увидеть, что происходит.

— Прошу прощения. — Крутобок подошел к Крысоусу. — Мы не отдавали приказов проникнуть на вашу территорию.

— Грозовые воины не понимают дисциплины? — выругался Крысоус. Его глаза удовлетворенно вспыхнули.

— Во всех племенах растет напряженность, — напомнил ему Крутобок.

— Тогда вы должны убраться прочь! — выпустила когти Светлоспинка.

Распушившись, Горностай прошел по границе.

— Если вы действительно не хотите битвы.

Крутобок отступил, прижав уши к голове.

— Пошли, — прорычал он патрулю.

Львиносвет почувствовал, как лапы, удерживающие его на земле, отпустили его, и кот вскочил. Боль жгла его огнем под шкурой. Это наполнило его удовлетворением.

«Я вовсе не непобедим!» Хромая, он последовал за соплеменниками подальше от границы.

«Я могу сам выбирать свою судьбу!»

— Передайте Огнезвёзду, что будет настоящая битва, если Грозовые коты ещё раз перейдут границу! — завыл вслед Крысоус.

Крутобок напрягся, но не оглянулся. Львиносвет покосился на Белку и поймал ее ошарашенный взгляд. «Они, должно быть, думают, что я спятил».

Он поднял подбородок и, не проронив ни слова, двинулся вслед за соплеменниками.

— Во имя Звёздного племени, ты понимаешь, что творишь? — Крутобок вдруг обернулся к Львиносвету.

Белка суетилась между ними.

— Он пересек границу сознательно. — Она пыталась поймать взгляд Львиносвета. — Не так ли? Ты пытался скрыть запах Грозового племени, так?

Крутобок оттолкнул Белку.

— Он не должен был начинать драку.

Львиносвет прошел мимо серого воина.

— Извини, ладно?

— Посмотрим, что скажет Огнезвёзд, — прорычал Крутобок.

Патруль шел молча, хвосты котов подергивались. Львиносвет морщился при каждом шаге. Кровь застилала ему глаза.

Белохвост подошел к нему.

— Обопрись на меня, — пробормотал он. Львиносвет покачал головой и ускорил шаг. Он первым вошёл в лагерь.

— Львиносвет! — встретило его изумленное мяуканье Песчаной Бури, когда он выбрался из терновников.

— Что случилось? — через поляну пробежал Долголап. Ягодник и Маковка столпились вокруг.

— Патруль племени Теней, — пробормотал Львиносвет.

Маковка изумленно взглянула на него.

— Но ты — наш лучший воин! — Она моргнула, когда вышли остальные патрульные. — Должно быть, патруль племени Теней начал настоящую битву.

— Львиносвет? — мяуканье Пеплогривки заставило его обернуться к куче дичи, в которую она положила дрозда. Львиносвет сморгнул кровь и взглянул на неё.

— Что ты сделал? Ты не должен пострадать! Что случилось? — Пеплогривка стояла в двух шагах от него, слизывая кровь с его морды. Вслед за тем она напряглась. — Есть только один способ, из-за которого это могло случиться. Ты сделал это нарочно! — Её слова были для него не более, чем шумом дыхания. — Скажи мне, что ты не делал этого. — Она попятилась, глядя на него.

— Ты сказала, что мы можем сами выбирать нашу судьбу, — напомнил он, чувствуя в животе тяжелый комок страха. — На этот раз я решил стать обычным воином.

Пеплогривка моргнула.

— Я сказала, что мы должны сделать правильный выбор!

— Откуда ты знаешь, что я этого не сделал?

— Посмотри на себя! — прошипела она, указывая лапой на его раны.

Казалось, сердце Львиносвета раскололось, когда она, ощетинившись, отвернулась и пошла прочь.

Вдруг мелькнувший серый мех привлек его внимание.

— Заходи. — Около него был Воробей. Он мягко повёл его в целительскую пещеру. Львиносвет приготовился к другой нотации. Он был готов назвать себя мышеголовым, предателем, готов был сказать даже то, что он отверг пророчество. Но Воробей просто вёл его через заросли ежевики в пещеру.

Иглогривка лежала в своем гнезде, опираясь на него передними лапами.

— Что случилось? — ахнула она, увидев Львиносвета.

— Иди, возьми свежую дичь, — сказал ей Воробей.

— Но…

— Сейчас же! — махнул хвостом Воробей.

Волоча задние лапы, Иглогривка выползла из гнезда.

Воробей прошел к щели в скале в глубине пещеры.

— Садись, — он просунул голову в темноту и вытащил комок листьев. Присев, целитель начал их разжевывать, готовя припарку.

Ежевика у входа в пещеру с шуршаньем колыхнулась.

— Может, объяснишь мне, что случилось? — на пороге стоял Огнезвёзд. Его зелёные глаза горели яростью. — Крутобок рассказал мне, что ты ввязался в драку с патрулем племени Теней! — Его уши дрогнули, когда он осмотрел Львиносвета. — Почему ты позволил им сделать это с тобой?

Львиносвет напрягся.

— Я обязан побеждать в каждом бою?

— Да! — Огнезвёзд приблизил морду вплотную к лицу Львиносвета. — Это — твоя судьба! Так решило пророчество!

— У меня нет права выбора? — зарычал Львиносвет.

— Нет! У тебя нет выбора! — Огнезвёзд выпустил когти. — Ты должен следовать своей судьбе.

Ярость, подобно лесному пожару, охватила Львиносвета.

— Но я не хочу! Я никогда не просил этого! Ты не можешь заставить меня делать то, чего я не хочу!

Огнезвёзд взглянул на него, потом шагнул назад.

— Ты прав, — его мяуканье прозвучало устало. — Я не могу заставить тебя следовать путем, избранным Звёздным племенем. — Хвост его шаркнул по земле, он обернулся. — Свою судьбу ты должен выбрать сам.

Львиносвет смотрел, как предводитель скрывается в кустах ежевики.

— Ну и что? — он повернулся к Воробью. — Разве ты тоже не собираешься мне сказать, насколько я глуп? Вперёд! — подстрекнул он. — Напомни мне снова, что пророчество — это самая важная вещь в мире!

Воробей взял в рот разжеванные листья и обернулся к Львиносвету.

— Нет, — он бросил листья и подкатил к себе лапой.

— Что? — заморгал Львиносвет.

Воробей разжевал лист и приложил к ране. Львиносвет стиснул зубы, вздрогнув от боли.

— Что бы ты ни хотел сказать, давай покончим с этим!

Воробей сел.

— Что я могу сказать? — пробормотал он. — Что, если пророчества недостаточно, чтобы спасти племена? Что, если это — просто последняя отчаянная надежда племени погибших предков? — Он понюхал длинную царапину на щеке Львиносвета. — Ты можешь сражаться. Голубка может слышать. Я могу проникнуть в мысли и сны. Но разве это имеет какое-либо значение? Ближе ли мы от этого к победе над Сумрачным лесом? Если так, то почему мы нуждаемся в Четвертом?

— Ты думаешь, что пророчество не спасёт племена? — Львиносвет вдруг забыл о жалящей боли царапины.

— Я не знаю, — вздохнув, Воробей начал обрабатывать остальные раны Львиносвета.

Львиносвет лег на каменный пол. Что, если его брат прав — и пророчество не более, чем последняя надежда Звёздного племени?

Глава 9

— Терпение? — с сарказмом переспросила Голубка. Шмель придирался к каждому её шагу. — Почему мы не можем сразу перейти к этим атакам и пойти на охоту?

— Она готова отрабатывать атаки с дерева? — поинтересовался Ежевика.

— Если судить по тому, как она лазает по деревьям, — задумчиво произнёс Шмель, — падала бы она неплохо.

— Ладно, — устало огрызнулась Голубка. — Я буду работать над этим.

Отряхнувшись, серая воительница полезла на верхушку дерева. Вскоре Голубка достигла высоты, с которой двое соплеменников казались маленькими клочками мха, скрытыми густой листвой. Теперь Шмель не будет критиковать каждое движение, и никто не обнаружит её волнения. Переведя дух, воительница немного вытянула шею и взглянула на родной лес. В последний раз она забиралась так высоко во время встречи с Когтегривом. Она видела лесистый склон, по которому они так безмятежно пробегали. Голубка и поверить не могла, что им удастся столько пройти всего за одну ночь.

От воспоминаний её отвлекли голоса, доносящиеся с границы. Прислушавшись, Голубка обнаружила, что на их территории объявились коты племени Теней. Воительница сосредоточилась, пытаясь уловить их разговор.

— Зачем нам тащиться к ним в лагерь? — Голубка узнала ворчливый голос Крысобоя. — Просто чтобы выслушать оправдания Огнезвёзда?

— Не только! — отозвался Чернозвёзд, прибодряясь.

— Он должен благодарить нас за то, что мы не превратили Львиносвета в кусок падали! — произнёс воитель, презрительно скривившись.

Голубка отвлеклась от них, и, не повышая голоса, предупредила:

— Племя Теней!

— Где? — Ежевика поднял голову, пытаясь разглядеть собеседницу сквозь густую листву.

— На нашей территории. Направляются к лагерю!

— Вторжение? — голос Ежевики стал напряженным, кот начал нервно помахивать хвостом.

— Нет, всё не так… — на этих словах Голубичка запнулась, несколько озадачившись. Ей нельзя рассказывать о своём даре соплеменникам. Но как в таком случае потактичнее пояснить, что соседи просто хотят поговорить с Огнезвёздом?

— Это всего лишь небольшой патруль. Они даже не пытаются затаиться и голосят, как стайка сорок.

Воительница вновь сосредоточилась на котах племени Теней. Те больше не переговаривались и подходили к Небесному Дубу.

— Если мы поторопимся, то доберёмся до лагеря раньше них, — отметила Голубка.

— Мы должны встретить их до этого! — прорычал Прыгунец. — Следует самим проводить их до лагеря!

— Разве нам не надо предупредить Огнезвёзда? — намекнула Голубка.

— Ты права, — откликнулся Ежевика, втянув когти. — Но встретить их всё же придётся, — кот перевёл взгляд на деревья. — Они наверняка пойдут мимо оврага для тренировок.

Ежевика, не медля, помчался к оврагу. Голубичка юркнула за ним, уворачиваясь от пружинящих веток. Последним бежал Прыгунец, нещадно раскидывая листья под лапами. Они добрались до нужного места как раз в тот момент, как к нему вышли коты племени Теней. Голубка услышала шуршание папоротников и обернулась. Горностай уже стоял у края оврага, гордо приподняв голову. Туда же направлялись Когтегрив и Крысобой. Черновзёзд вышел последним и сразу же обратился к Грозовым воителям.

— Мне нужно поговорить с Огнезвёздом.

Ежевика кивнул и подозвал гостей взмахом хвоста, направляясь к лагерю.

Огнезвёзд сидел под каменной скалой, ожидая их. Голова кота была приподнята, гладкая рыжая шерсть переливалась на свету. Голубка, обойдя оба патруля, подбежала к предводителю.

— Они хотят поговорить по поводу той стычки с Львиносветом, — прошептала воительница.

— Спасибо, Голубка! — откликнулся предводитель и позвал Львиносвета. Чернозвёзд в окружении своих воинов терпеливо ждал в центре поляны. Грозовой воитель, недобро щурясь, выбрался из воинской палатки. Свежие раны неравномерно покрывали его золотистую шкуру. Засохшую кровь можно было заметить и на располосованной морде. Львиносвет недоумённо уставился на Чернозвёзда, потом посмотрел на своего предводителя.

— Что им нужно? — фыркнув, спросил Львиносвет.

— Ты знаешь причину! — прорычал предводитель племени Теней.

— Львиносвет нарушил границу и учинил драку, — не стал растягивать разговор Огнезвёзд, шагнув вперёд.

— По крайней мере, вы этого не отрицаете! — хмыкнул Крысобой.

— Наши воители не врут, — спокойно пояснил предводитель грозового племени. — Мы не оправдываемся за совершённые ошибки.

Огнезвёзд не спускал глаз с провинившегося воителя. Голубка почувствовала повисшее в воздухе напряжение. Она пристально смотрела на Чернозвёзда, борясь с желанием встретить взгляд Когтегрива, чья тёмная шкура будто дразнила воительницу.

— Так что? — Огнезвёзд в нетерпении махнул хвостом, продолжая пристально разглядывать Львиносвета.

— Мне очень жаль, что так вышло! — выпалил воин, нервно втянув когти.

— Не удивительно. Твой вид сейчас вызывает только жалость, — Черновзёзд обернулся к рыжему предводителю. — Крысобой прекрасный воин, но он ожидал более активной драки.

— Казалось, что я сражаюсь неопытным оруженосцем! — презрительно фыркнул Сумрачный воитель.

Львиносвет ощетинился и грозно прижал уши. Голубка услышала тихое сердитое рычание, бурлящее в горле золотистого кота.

— Сейчас не самое лучшее время, чтобы потерять кусок своей территории, — прошипел Чернозвёзд.

— И это не лучшее время для ваших угроз, — спокойно парировал Огнезвёзд, без тени волнения смотря в свирепые глаза предводителя племени Теней. — Думаю, вам лучше уйти.

— Только после того, как ты пообещаешь, что твои воины больше не будут перебегать границу, когда им это вздумается! — не спешил уходить Чернозвёзд.

— Я пересёк границу всего один раз, — прошипел Львиносвет, еле сдерживая свои эмоции.

— Мы нашли и другой запах! — вмешался Горностай.

Голубка нервно сглотнула, стараясь оставаться невозмутимой. «Мне нужно быть осторожнее!» Воительница бросила хитрый взгляд в сторону Когтегрива, но воин разглядывал свои лапы, не заметив её.

— Вы уверены, что это кошачий запах? Может, это был кролик, перебежавший с нашей территории?

— Ну, конечно, ни один кот из патруля не может отличить кота от кролика, — усмехнулся Чернозвёзд, переведя хищный взгляд на Львиносвета.

— Вы называете меня кроликом? — оскалился золотистый воин.

— Вам пора уходить! — отрезал Огнезвёзд, прекращая разговор. — Мы проводим вас до границы.

— Мне нужен твой ответ! — настаивал на своём Чернозвёзд.

— Ни один Грозовой воин не переступит твоей границы.

— Вот и славно, — Чернозвёзд взмахнул хвостом и повёл своих воинов к выходу. — О сопровождении можешь не беспокоиться, мы сами найдём дорогу.

Голубка с трепетом наблюдала за уходящим Когтеривом. Он отстал от своего предводителя и замедлил шаг, проходя рядом с ней. Кошка замерла, встретив взгляд тёплых янтарных глаз.

Патруль племени Теней скрылся из виду, а Голубка продолжала смотреть им вслед. К ней подбежал Шмель, но воительница, казалось, не замечала его.

— Ты всё ещё хочешь идти на охоту? — поинтересовался полосатый воитель.

— Что? На охоту? — воительница опомнилась, моргнув.

— Ты хотела пойти на охоту сразу после тренировки, помнишь?

— Правда? — Голубка не отрывалась от выхода из лагеря. Ветви, мимо которых прошёл Когтегрив, всё ещё дрожали. Шмель не замечал её смятения и продолжал строить планы.

— А ещё нам нужно убедиться в том, что племя Теней убралось на свою территорию!

Голубка нехотя оторвалась от своих мыслей.

— Я позову Лисохвоста, — ей совсем не хотелось оставаться со Шмелём и его придирками наедине. — Эй, Лисохвост!

— Да? — рыжевато-бурый кот остановился возле воинской палатки, его хвост взволнованно подрагивал.

— Мы идём на охоту. Ты с нами?

— Разумеется. Ещё нам стоит проверить границу с племенем Теней. Они наверняка что-то затевают, — откликнулся Лисохвост. Шмель согласно кивнул.

— Я с вами! — проворчала Пестрноцветик, подходя к соплеменникам — Я всё ещё чувствую их запах.

Как только Шмель направился к выходу, Пестроцветик обогнала его и первая выскочила из лагеря. Лисохвост старался не отставать от них, а Голубка замедлилась. Она задержалась возле тех ветвей. Они всё ещё пахли Когтегривом.

— Ты где там? — окликнул воительницу Лисохвост, обернувшись на бегу. — Догоняй!

Голубка нехотя поспешила за ними. Она только выбралась из кустов, а другая часть патруля уже неслась вверх по склону.

— Сначала мы дойдём до границы, — начал распоряжаться Шмель. — Ты с нами?

— Я проверю запахи здесь. Вдруг племя Теней отправилось вглубь леса? — отозвалась Голубка. Ей хотелось побыть в одиночестве. Патруль исчез за склоном, и кошка задумчиво осмотрелась.

— Тссс… — тихий голос из кустов заставил воительницу вздрогнуть. Нос кошки защекотал знакомый запах.

— Когтегрив! — сердце Голубки затрепетало. Кошка быстро прислушивалась, выискивая соплеменников поблизости.

— Всё в порядке! — полосатый кот вынырнул из куста. — Они отправились за Чернозвёздом. А я вернулся к тебе.

— Как ты понял, кто я приду сюда?

— Просто догадался. Как иначе? — Когтегрив задумчиво пошевелил усами.

— С чего ты решил, что я побегу за вами? — возмутилась Голубка.

— Не каждый день выдается возможность встретиться на твоей территории, — отметил Когтегрив, пожав плечами. Его суровые глаза вновь наполнились теплотой. — Я скучал по тебе.

— Я тоже, — прошептала Голубка, уткнувшись ему в плечо.

— Я не могу долго оставаться с тобой, — вздохнул воитель, устремив взгляд куда-то вдаль. — Я сказал, что попробую поискать запах, который мы тогда обнаружили на границе.

— Нам нельзя повторять ту же ошибку. Тяжелее только увидеть друг друга в битве между нашими племенами, — Голубка грустно опустила глаза, чувствуя отчаянную горечь своих слов.

— Нам лучше встречаться за пределами племён, — чуть бодрее произнёс Когтегрив.

— Заброшенное гнездо Двуногих? — оживилась кошка. Сумрачный воитель радостно кивнул.

— Встретимся сегодня вечером?

— Да. Я постараюсь придти до восхода луны, — Голубка взволнованно провела лапой по морде. Подушечки лап закололо от желания побежать туда сейчас же.

— Отлично! — Когтегрив нехотя отошёл от неё и направился в сторону границы. — Мне пора.

Уходя, кот оглянулся через плечо, и Голубка встретила его взгляд. Янтарные глаза воина заставили сердце кошки биться сильнее. Кошка смотрела, как тёмная шкура Когтерива исчезает за густой листвой, мысленно моля Звёздное племя о том, чтобы его никто здесь не заметил.

— Ты нашла запахи племени Теней? — кошка вздрогнула от неожиданности. Папоротники зашуршали, и на поляну вышел Шмель.

— Да, совсем рядом, — Голубка старалась выглядеть невозмутимой. — Кажется, они проходили по этой тропинке.

— Я думал, мы выследили их у границы, — нахмурился кот.

— Наверное, они решили пойти в обход, а вы не заметили… — кошка принюхалась, ловя теряющий яркость запах Когтегрива. — Они уже ушли с нашей территории.

— Вот суть племени Теней! — Шмель брезгливо поморщился. — Они ничего не делают напрямую, всё извиваются как змеи! Неужели они заявились в наш лагерь только для того, чтобы подразнить Львиносвета?

— У котов племени Теней всегда были лисьи сердца, — хмыкнула Голубка. «Но некоторые из них такие обаятельные…»

Она подняла голову, встретив обеспокоенный взгляд Шмеля.

— Прости меня, — выпалил кот. Его внимательные глаза потемнели от вины.

— За что? — искренне недоумевала Голубка.

— За мои слова. Я сильно придираюсь к тебе на тренировках.

Голубка уже совсем забыла об этом, но была рада возможности подколоть дотошного соплеменника.

— Я принимаю твои извинения, — кошка провела кончиком хвоста по его плечу. — А то я почти обиделась.

— Правда? — Шмель заметно оживился.

— Мышеголовый! — с улыбкой произнесла Голубка и игриво ударила его лапой. От второго удара кот увернулся с дружелюбным мурчанием.

— Так что, поохотимся?

— Конечно, — кивнула Голубка. Когтерив уже наверняка добрался до границы. Но на всякий случай кошка повела Шмеля в противоположную сторону. — Посмотрим, чем нас порадует буковая роща.

Звёзды мерцали над невзрачной крышей гнезда Двуногих.

— Пошли! — Голубка спрыгнула с доски — Давай пройдём по следам бобров?

— По следам бобров? — переспросил Когтегрив.

— Помнишь, как мы искали плотину?

Когтегрив моргнул, углубляясь в воспоминания.

— Как давно всё это было. Я тогда был совсем молодым и неопытным воином. Теперь я ощущаю себя особенным котом. Если ты понимаешь, что я имею в виду, — Когтегрив прикрыл глаза, а на его морде появилась глубокомысленная улыбка.

Голубка понимала, что он чувствовал. Тогда она только узнала, что является одной из трёх. Тогда она и не представляла, как эта роль в пророчестве повлияет на её жизнь.

«Теперь от меня зависит судьба целого племени, а может и больше…»

Сглотнув, кошка отбросила назойливые мысли о Сумрачном лесе и грядущем сражении. Сейчас она хотела только одного — быть рядом с Когтегривом, чувствовать его тепло и запах полосатой шерсти.

— А ведь следующим Листопадом ты мог бы перейти в Грозовое племя, — прошептала кошка — У нас могли бы быть котята.

— Подожди, — прервал её Когтерив — Прямо сейчас нам это не важно, не так ли?

Голубка похолодела. В голосе Когтегрива чувствовалась непринуждённость и лёгкость, но его слова оставляли раны на сердце кошки.

— Конечно же, нет, — Голубке было неловко.

Зачем она сказала такую ерунду? Если Когтерив ещё не готов, то ничего страшного в этом нет. Быть простой влюблённой воительницей тоже здорово!

Её ухо взволнованно дрогнуло. Голоса? Воительница внимательнее прислушалась. Вдалеке кто-то бежал через территорию Грозового племени. Возможно, Огнезвёзд отправил ночной патруль. Она попыталась понять, кому принадлежат голоса, но они казались незнакомыми. Одно Голубка могла сказать точно — в них чувствовалась ярость и гнев.

— Голубка? — Когтерив отвлёк её от размышлений. — Пробежимся?

— Тебе меня не догнать! Ты проиграешь, — усмехнулась Голубка, выскакивая со своего места и бросаясь вперёд, разбрасывая листья вокруг. Деревья буквально расступались, пропуская бегущую кошку. Вдруг из-за куста выскочил Когтегрив, оказавшись на несколько хвостов впереди.

— Я поймаю тебя! — взвыла кошка. Кровь в ушах азартно пульсировала и заглушала голоса с территорий племён. Какое они имели значение? Грозовое племя может пережить одну ночь без неё.

Глава 10

Искристая вздрогнула. Лёгкая дымка обвивала её лапы. Сумрачный Лес казался ещё более холодным, чем обычно. Неужели и тут стоит сезон Голых Деревьев? Она взглянула было на деревья, высматривая пожухлую листву, но непроглядная тьма плотно скрывала ветви.

— Сегодняшняя ночь изменит всё!

Рык Звездоцапа вернул её в реальность. Тёмный воитель стоял на павшем дереве, его когти впивались в скользкий мох. Рванохвост, Коршун и Частокол глядели на него во все глаза. Кленовница и Воробейник оставались позади, в тени. Остролап и Звездолом наблюдали за происходящим сквозь прищуренные глаза. Яблочница, Пустокрыл и Краснохвост прижимались друг к другу, их мех был вздыблен от волнения. Берёзовик и Жукоус были там же, вместе с Когтегривом и Дубогривкой.

«Как столько котов могли попасть в паутину лжи Звездоцапа?»

— Эта миссия будет первой из многих! — Глаза Звездоцапа блеснули.

Искристая приблизилась к Пестроцветик.

— Первой из многих?

Пестроцветик наклонилась к уху Искристой:

— Особые патрули. Звездоцап поведёт нас на территорию племён.

Искристой стало плохо. Она уставилась на тёмного воителя, на его покрытые рябью плечи, сияющие в жутком свете.

— Знание — сила! — Взгляд янтарных глаз Звездоцапа остановился на ней. Искристая ответила ему, задрав подбородок.

Тот продолжил:

— Изучение поля боя даст вам наибольшее преимущество, какое только можно представить, ведь этого ваши враги ожидают меньше всего. Большинство из вас не знакомы с землями подле озера, так что я поведу вас на территорию каждого племени, разумеется, не попадаясь им на глаза, и мы разыщем лучшие места для битвы.

— Где мы их подстережём? — Вышел вперёд Краснохвост.

— Где мы прижмём наших врагов? — Взрыхлил почву Пустокрыл.

— Где мы настигнем нашу добычу? — Остролап взмахнул своим длинным серым хвостом.

«Добычу? — Искристая вонзила когти в землю, дабы унять дрожь в лапах. — Он говорит о воителях!»

Дыхание Пестроцветик достигло её ушей:

— Четыре племени станут одним в час великой нужды!

Она цитирует Звездоцапа!

— Мы дадим бой за любое племя, которое в этом будет нуждаться! — продолжила она.

Искристая потрясла головой и посмотрела на соплеменницу.

«Как можно быть такой глупой?»

Она обернулась к Звездоцапу:

— С чьей территории начнём? — спросила она.

Кот повёл усами.

— С Грозового племени.

— О, на это я бы посмотрела! — Кленовница выскочила из тени.

— И я! — Воробейник присоединился к воительнице.

— Ещё добровольцы? — Сузил глаза Звездоцап.

Когтегрив и Дубогрив приблизились к группе. Звездоцап кивнул.

— А из Речного племени? — Его взгляд замер на Жукоусе. — Ты. И Пустокрыл.

Искристая посмотрела прямо на Звездоцапа. Он собрался показывать территорию Грозового племени лишь другим племенам?

— А как насчёт моих учеников? — с вызовом спросила она. — Берёзовик и Краснохвост должны пойти. — Искристая обернулась к Пестроцветик. — И она.

«Давай, откажи!» Раз Звездоцап собирался показывать территорию Грозового племени только его врагам, кто-то должен был уличить его в том, что делает он это не для блага племён, а для собственных изощрённых планов. Ей хотелось, чтобы он выдал себя.

Звездоцап опустил голову.

— Хорошо, Искристая, они тоже могут пойти.

— А я? — Приблизилась она на шаг.

Кот обнажил зубы.

— Конечно, — процедил он. — Ты будешь нашим проводником. — Воитель кивнул Звездолому. — Я всё расскажу, когда мы вернёмся.

Он спрыгнул с бревна и пошёл среди деревьев, подавая знак своим хвостом.

Следуя за патрулём, Искристая оглянулась через плечо и изучила деревья и кусты, мимо которых они проходили. Если они шли тропой, ведущей от Сумрачного Леса к озёрным территориям, её необходимо было запомнить. Двигались они мимо мрачных полян, зловонных болот, окрестные же ручьи были не более, чем струйками грязи. Вскоре бывший поначалу под лапами скользкий мох сменился мягкой травой. Искристая посмотрела наверх: над головой виднелись ветви деревьев. Тени же больше не было, на ночном небе сиял широкий лунный диск в окружении мерцающей россыпи звёзд.

«Мы прошли!»

Она не могла узнать склон, высившийся перед ними, но, поднявшись по нему, перед её взором предстали тянущиеся вдаль кусты ежевики. Стволы деревьев стали до боли знакомыми, а папоротниковые заросли были переполнены ароматами Грозового племени.

Пустокрыл поморщил нос:

— Как вы живёте с этой вонью? — проворчал он.

Искристая отвесила Речному воителю оплеуху своим хвостом.

— Если сможешь потерпеть наш запах, я потерплю ваш, когда мы будем разведывать территорию Речного племени, — поддразнила она.

Краснохвост подошёл сзади.

— Спасибо, что взяла меня в патруль, — прошептал он. — Чем большему я научусь, тем скорее стану истинным воителем Сумрачного Леса!

— Истинным воителем Сумрачного Леса? — Искристая покачала головой и обернулась к нему. — А не хочешь просто быть лучшим воителем племени Теней?

— Воители Сумрачного Леса гораздо сильнее! — ответил Пустокрыл. — И они не беспокоятся о правилах.

— У меня такое чувство, будто я тренируюсь с котятами, когда нахожусь среди соплеменников, — кивнул Краснохвост.

— Здесь выживает сильнейший! — зарычал Пустокрыл.

— И в племенах должно быть так же! — добавил Краснохвост.

— И вы позволите соплеменникам погибнуть просто потому, что они слабы?

Тревога проскользнула в глазах Краснохвоста, когда он понял, что в своих словах зашёл слишком далеко.

— К-к-конечно нет! — Он взглянул на Пустокрыла. — Мы просто хотим сказать, что у воителей Сумрачного Леса можно многому научиться, вот и всё. Таким образом, мы станем истинными воителями.

— Ну да, — Искристая продолжала идти, пытаясь пригладить распушившийся от страха мех. — Думаю, это как раз то, зачем мы и обучаемся.

Звездоцап остановился на вершине склона, глядя на отражающиеся на поверхности озера деревья.

— Посмотрите, какие толстые стволы у этих деревьев! — Он кивнул в сторону плотного бука. — Поэтому-то мы и учили вас лазать по деревьям в Сумрачном Лесу. Здесь, на территории Грозового племени, вы должны быть готовыми к бою на деревьях. — Он перевёл взгляд на Пестроцветик. — Почему бы тебе не объяснить?

Пестроцветик приблизилась к началу патруля и распушила грудку.

— Все воители Грозового племени учатся лазать по деревьям и бросаться на врагов сверху вниз. Также мы можем передвигаться по лесу, прыгая с ветки на ветку, не касаясь земли.

— Как белки, — пробормотал Краснохвост.

— Мы двигаемся, как белки, но дерёмся, как лисы! — Взмахнула хвостом Пестроцветик.

Искистая распушила загривок. Пестроцветик разболтала все секреты Грозового племени!

— В наши дни мы мало занимаемся сражением на деревьях, — быстро соврала она.

— Но до этого Голубка и Ежевика практиковались! — выпалила Пестроцветик.

Искристая поймала взгляд Берёзовика, и с облегчением обнаружила тревогу в его глаза. «Он осознаёт опасность!»

— Им не обязательно знать всё, Пестроцветик, — предупредил он.

Звездоцап переступил с лапы на лапу.

— Не волнуйся, Берёзовик, — промяукал он. — Мы же среди друзей. — Он оглянул патруль. — Мы теперь соплеменники. Секреты нам ни к чему.

Кленовница поднялась по склону и остановилась перед Звездоцапом.

— Быть может, Берёзовик не чувствует себя частью нашего племени, — произнесла она с угрозой в голосе.

— Ещё как чувствует! — зарычала Искристая, встав на защиту отца.

— Тогда почему бы ему не рассказать нам что-нибудь о территории Грозового племени? — предложил Звездоцап.

— Ну… Там всюду лес, — начал он. Искристая чувствовала, как ему неловко. Кончик его хвоста метался в разные стороны. — За исключением холмов на побережье и границы с племенем Ветра.

— А сражаться лучше в лесу или на открытой местности? — настаивал Звездоцап.

Взволнованный взгляд Берёзовика пал на Дубогрива.

— Думаю, коты Грозового Племени лучше дерутся в лесу, — признался он. — Мы используем заросли, чтобы заманивать врагов в ловушку.

«Мы раскрываем все секреты!» Искристая поднялась на вершину холма и посмотрела на территорию Речного племени, видневшуюся за озером.

— Почему бы тебе, Жукоус, не рассказать нам о вашей территории?

Тот задрал хвост:

— Ну, у нас там сосны, а не дубы, — начал он.

У подножья холма зашевелились ежевичные заросли. Искристая напряглась.

— Кто-то приближается!

В зарослях двигалась шкура Долголапа, за ним следовал Ежевика.

— Уверен, что ты слышал голоса? — спросил он.

— Я охранял вход и услышал шаги лап, — ответил Долголап. — Ну, поначалу я не был уверен, что это были именно лапы. Думал, это — всего лишь моё воображение. Но затем я услышал голоса, доносящиеся с этой стороны.

— Надеюсь, это не очередное вторжение племени Ветра! — прорычал Ежевика. — Стоит проверить входы в тоннели.

— Но голоса доносились отсюда! — Шкура Долголапа скрылась в папоротниках, как только он начал подниматься по склону.

Кровь застыла в жилах Искристой.

— Нужно убираться отсюда! — шепнула она Звездоцапу.

— И упустить возможность отточить боевые навыки? — парировал кот.

— Нельзя! — Страх обуял Искристую. — Веди нас обратно сейчас же!

— Боишься своих соплеменников? — Голос Звездоцапа отдавался лишь дыханием в её ушах.

«Они не должны узнать, что я посещаю Сумрачный Лес!» Ежевика внизу зашуршала. Искристая почувствовала, как её накрывает волна паники.

— Если они нас найдут, — зашептала она, — они начнут высылать ночные патрули. — Надежда затеплилась у неё внутри, как только Звездоцап повёл ухом. — И во время последней битвы мы потеряем элемент неожиданности.

Звездоцап сузил глаза.

— Ну, хорошо.

Камень упал с плеч Искристой, когда тёмный воитель отдал хвостом команду, и патруль поспешил тихо спуститься с гребня холма. Скрывшись в ежевике и можжевельнике, Искристая прижалась к земле и последовала за Звездоцапом, обернувшись и проверив, все ли патрульные следуют за ними. Заросли становились всё темнее, и, когда она подняла голову, луна исчезла. Почва снова стала скользкой, а мягкие папоротники сменились на усеянные шипами кусты. Искристая поморщила нос, когда воздух наполнился запахом разложения. Они вернулись в Сумрачный Лес.

Выбравшись из липких зарослей, Звездоцап остановился.

— Почему мы не остались и не сразились? — Вокруг него ходила Кленовница.

— Мы шли туда за знаниями, а не за битвой! — Подняла голову Пестроцветик.

Краснохвост уселся.

— Я никогда не заходил так глубоко на Грозовую территорию! — Он провёл лапой по усам. — Погодите, вам ещё предстоит увидеть лес племени Теней. Он совсем другой!

— Как и территория Речного племени! — вмешался Пустокрыл. — Тростниковые заросли отлично подходят для засады!

Воробейник выпустил когти.

— Я с нетерпением жду возможности узнать обо всех ваших территориях.

«Неужели никто не видит угрозу в его глазах?» Как только тревожный взгляд Искристой остановился на воителе Сумрачного Леса, когти вонзились ей в плечо.

— Не смей больше бросать мне вызов таким образом! — Звездоцап прижимал её к земле, его глаза полыхали огнём.

Изогнувшись от боли, Искристая посмотрела на него:

— Я всего лишь пыталась защитить патруль!

Глаза Берёзовика расширились от тревоги.

«Осторожно! — мысленно взмолилась Искристая, увидев, как тот подходит к Звездоцапу. — Не пытайся меня защитить, или ты сделаешь хуже нам обоим!»

Берёзовик посмотрел на Звездоцапа.

— В чём именно был смысл посещения озёрных территорий?

«Он пытается отвлечь его!» Искристая почувствовала волну облегчения и благодарности. Она вздрогнула от боли, когда когти Звездоцапа вонзились ещё глубже в её плечо.

— Почему бы тебе не объяснить это своему соплеменнику, Искристая? — прорычал воитель.

Искристая проглотила комок в горле.

— Чем больше мы знаем, тем лучшими воителями становимся, — выдохнула она.

Звездоцап ослабил хватку.

— Мы все следуем Воинскому Закону, — продолжила она, отойдя от Звездоцапа и приблизившись к отцу. — Зная все территории, как свои собственные, мы сможем лучше помогать друг другу. — Ей было противно лгать, защищая Звездоцапа, но лишь так она могла скрывать свою измену по отношению к Сумрачному Лесу.

Рык раздался позади Звездоцапа.

— Как всё прошло? — Звездолом вошёл на поляну. За ним, словно крысы, высыпали воители Сумрачного Леса, с горящими любопытством газами.

— На что это похоже? — спросил Рванохвост.

— Вы видели звёзды? — насмешливо прорычал Частокол.

Искристая оглядела хмурые лица, покрытые шрамами, и подумала о своих соплеменниках, мирно спящих в ущелье.

«Они и понятия не имеют, в какой опасности находятся! — Её сердце разрывалось от жалости. — Но я обещаю, что буду защищать вас до последнего вздоха!»

Глава 11

Солнце плавно скатывалось за горизонт, окутывая все пространство вокруг глубокими тенями. Сидя на поляне возле Пещеры целителя, Воробей чувствовал, как исчезали последние лучики света, но когда его Соплеменники начали возбужденно что-то обсуждать, он вздрогнул.

— Это наверняка были бродяги! — хвост Ежевики недовольно метался по земле.

— Но Долголап учуял среди них запахи котов из племен! — напомнил Огнезвезд.

Песчаная Буря встала на сторону своего друга:

— Возможно, другие племена образовали союз против нас?

— Ну и зачем им это нужно? — Воробей отчетливо чувствовал напряжение в голосе своего предводителя.

Крутобок тоже его услышал.

— Думаю, мы должны быть готовы ко всему, — вежливо предостерег он.

Огнезвезда на миг остро почувствовал, как его наполняет отчаяние. Но он быстро подавил его.

— Тогда мы будем готовы, — Огнезвезд переступил с лапы на лапу. — Ежевика, организуй больше дневных патрулей. И следи, чтобы наши границы хорошо охранялись по ночам.

От шерсти Ежевики веяло недоумением.

— Ты хочешь, чтобы все племя участвовало в ночных патрулях? Разве это не обеспокоит их?

— Если племени предстоит столкнуться с опасностью, они должны все знать, — мрачно произнес Огнезвезд.

Воробей обратил свое внимание на других членов племени. Он почувствовал укол боли, исходящей от шерсти его брата. Львиносвет ел мышь, и каждый новый укус приносил новую боль его разодранной щеке, воин постоянно вздрагивал и морщился.

«Разве ты не сам этого захотел, а?» Но вспыхнувшее было раздражение тут же утихло. Воробей понял, почему его брат пытается уклониться от кем-то выбранного для него пути.

Когти царапали по земле. Иглогривка проползала мимо него, ее сильные передние лапы с силой впивались в твердую землю.

— Я иду к своему гнездышку, — бросила кошка на ходу.

«Она ужасно устала», — ощущение усталости в ее изувеченном теле будто шипом впилось Воробью в шкуру.

— Я с тобой.

Недовольство вспыхнуло в груди у кошки.

— Я и сама справлюсь!

— Я знаю, — ответил Воробей. — Но я хочу спать.

Вслед за Иглогривкой кот вошел в палатку целителя.

— Из-за чего ты такая вымотанная? — он попытался избавиться от беспокойства в своем голосе.

— Милли придумала мне новое упражнение, — зевнула Иглогривка. — Они на пару с Белолапой подняли меня на невысокую буковую ветку, и я висела на ней на передних лапах столько времени, сколько могла выдержать.

— Звучит довольно жестко, — Воробей был впечатлен отвагой этой сильной кошки.

— Было так приятно почувствовать прохладный ветерок своим животом, — мяукнула Иглогривка.

— Если продолжишь попытки, то однажды ты сможешь сама залезть прямо на ветку!

— Я буду тренироваться до тех пор, пока у меня это не получится! — Иглогривка залезла на край гнездышка и соскользнула внутрь.

Воробей пересек палатку и остановился, когда ветви ткнулись в его передние лапы.

— Удобно? — он наклонился и сложил вокруг нее мягкий мох, пытаясь носом осторожно нащупать любые признаки жара. Кошка прекрасно себя чувствовала, лишь только мышцы ныли от усталости. Он отошел, вполне довольный произведенным осмотром.

— Сладких снов, Иглогривка.

— У тебя все нормально? — вопрос Иглогривки удивил Воробья. — Такое чувство, что тебя что-то гложет.

— Н-ничего, — соврал он. — Просто я устал, — он отвернулся и улегся на собственную подстилку.

Он чувствовал, как Иглогривка следила за ним несколько секунд, но потом кошка глубже зарылась в гнездышко. Устроившись поудобнее на своем клочке мягкого мха, Воробей накрыл нос хвостом. Сумрачный Лес закрался в его сознание. В глазах зарябили тени. Он представил себе воинство, не имеющее отношения к его сну.

«Листья бурачника снимают лихорадку. Кошачья мята применяется при Зеленом кашле», — кот мысленно перечислял лечебные травы — так он надеялся заблокировать все кошмарные мысли и ощущения.

«Щавель помогает при порезах. Пижма сбивает температуру».

— Звездное племя не может защитить тебя?

Насмешка Кленовницы проникла в его разум. «Окопник используют при переломах».

— Скоро мы вкусим радость победы!

Он все еще помнил, где и как Коршун спихнул его в грязь. «Мышиная желчь выводит блох».

— Вся сила звезд в твоих лапах?

Воробей прижал уши, будто это могло остановить поток воспоминаний, в котором Звездоцап насмехался над ним.

«Ноготки останавливают инфекцию. Мать-и-мачеха облегчает дыхание… Маковые семена снимают боль и стресс, помогают уснуть».

Воробей представил себе ровные ряды, состоящие из кучек с травами, и сосредоточился на них. Кот повторял их названия много-много раз, пока слова его не стали смешиваться и утихать. Только тогда он смог утонуть в пучине сна.

Когда он моргнул и открыл глаза, вокруг него простирался зеленый лес, наполненный такими родными, знакомыми с детства ароматами.

«Я сплю», — запах меток, оставленных патрулем Березовика и Долголапа все еще чувствовался на кустах. Эта была территория Грозового племени. Воробей взглянул наверх и увидел мерцающие за листвяным шатром звездочки. Неподалеку раздался глухой крик совы, мигом облетевший весь лес. Пернатая хищница полетела на охоту.

За спиной Воробья зашелестели папоротники. Попробовав воздух, он обернулся.

— Голубка? Это ты? — молоденькая серая кошечка выскользнула из-под ветвей.

— Голубка? — второй голос эхом повторил вопрос Воробья. Львиносвет прокладывал дорогу к нему. Три кота удивленно уставились друг на друга.

— Как я попала сюда? — кошка поглядела на деревья.

— Я была в своем гнездышке.

— Я тоже, — Львиносвет остановился позади брата.

— Мы видим сон, — предположил Воробей.

— Значит, вы проникли в мой сон? — нахмурился Львиносвет.

— Никто никуда не проникал. Мы делим один-единственный сон.

— Почему? — Голубка вгляделась в тени.

Воробей кивнул в сторону небольшого спуска, возле которого они стояли. Зев отверстия чернел внизу, оттуда доносились запахи камня, воды и бесконечных затхлых туннелей.

— Думаю, мы должны туда спуститься.

— А ты уверен? — засомневался Львиносвет.

Голубка подошла к пасти туннеля и обнюхала проход.

— Зачем бы еще наш сон привел нас в эту часть леса? — воительница прыгнула внутрь, и тени поглотили ее силуэт.

— Подожди, — Львиносвет посмотрел прямо на Воробья.

— Ты смотришь на этот туннель при помощи обычного зрения?

— Ну да, — спокойно ответил кот.

— Как так? — глаза Львиносвета удивленно расширились.

— Я всегда зряч в своих снах.

— Значит, ты знаешь, как я выгляжу? — эта мысль потрясла золотистого воителя.

— Ты выглядишь гораздо красивее без всех этих царапин, — Воробей прищурился.

— Заживут, — кот демонстративно дернул пушистым хвостом и вслед за Голубкой нырнул в туннель.

Воробей рванул за ними, и, догнав своих соплеменников, протиснулся меж ними.

— Я поведу, — сказал он им.

— Я уже давно привык к темноте.

Пол под его лапами был влажным и грязным. Когда коты углубились в черноту, грязь и влага сменились мерзлыми камнями. Подушечки лап обжигало холодом. Целитель позволил своим усам направлять себя сквозь лабиринт острых камней и зазубренных стен.

— Вы там в порядке? — обернувшись через плечо спросил он.

— Нормально, — бас Львиносвета гулом отразился от сводов туннелей.

— Голубка?

— Я прямо позади тебя, — ответила кошечка.

Львиносвет прикусил кончик хвоста Воробья.

— Ты знаешь, куда идешь?

— Нет. — Но кот чувствовал уверенность в своих лапах, поэтому он продолжил путь. Любопытство гнало его вперед. Он чувствовал, как Львиносвет пробует воздух на вкус и облизывается. Разум воителя заполоняли сцепившиеся в бою когти и кровь.

— На сей раз здесь нет воителей племени Ветра, — сказал Воробей.

— Вы слышите это? — волны страха исходили от шкуры Голубки.

Кот насторожил уши. Где-то впереди журчала вода, и ее звуки отражались от каменных сводов, стен и потолков туннеля.

— Я знаю, где мы! — воскликнул Львиносвет.

Воробей догнал его. Призрачный свет играл на широких плечах золотистого воина, тот стоял в месте, где туннель открывал проход в широкую пещеру. Лунный свет просачивался через отверстие в своде, освещал высокие каменные глыбы, отражался в спокойном течении воды, разделяя песчаный берег надвое.

Голубка вышла из туннеля в безуспешных попытках проморгаться. Она остановилась у края потока и коснулась его передней лапой. Черная вода омывала ее когти.

— Вы пришли.

Кошка отпрыгнула от раздавшегося над самой ее головой голоса. Воробей устремил взгляд на выступ, торчащий из стены пещеры. Лунный свет выхватил из мрака лишь отдельные части кошачьей фигуры, будто подчеркивая этим ее гротескность. Кожа у кота была голой и сморщенной, выпученные глаза — выцветшего белесого цвета.

— Что это? — сдавленно пискнула Голубка.

Воробей хлестнул хвостом.

— Это — Утес, — он пристально смотрел на одного из древних котов. Почему после столь длительного молчания он вдруг призывает их сейчас? Гнев вспыхнул в груди кота. В прошлое появление Утеса тот приказал ему дать Огнехвосту утонуть. Прижав уши, Воробей недовольно сверлил Утеса взглядом.

— Ты велел мне бросить Огнехвоста в озере. Хочешь, чтобы все племена считали меня убийцей?

Утес спокойно выдержал его пристальный взгляд, будто видел, как Воробей ощетинился.

— Разве это теперь имеет значение? — прошипел он. — Я не позволил бы тебе умереть в попытках изменить чью-то чужую судьбу! — уродливый кот вздернул губы, продолжая следить за всеми тремя.

— Почему вы пытаетесь сойти с того пути, что мы для вас избрали? — в его мяуканье отчетливо слышался гнев.

У Воробья затряслись лапы. Что имел в виду Утес?

— Кто это? — прошептал Львиносвет.

Голубка в священном ужасе пялилась на Утеса.

— Он из Звездного племени?

Утес зарычал.

— Я не из Звездного племени! Это место стало моим домом задолго до того, как кто-либо впервые подумал о своих Звездных предках.

Лысый кот вытянулся на выступе скалы и поворачивал голову из стороны в сторону, как готовая к нападению змея.

— Воробей и я знаем друг друга очень много лун, — бросил Утес.

— Он может нас видеть? — взгляд Голубки был прикован к выпученным белым глазищам Утеса.

Утес выпрямился, зловеще виляя хвостом.

— Никогда не думал, что твои друзья будут такими мышеголовыми. Я вызываю вас к себе во сне, а они задают глупые вопросы, как котята в первый день выхода из детской.

Воробей вышел вперед.

— Ты вызвал нас?

Утес мигнул.

— Ты думал, что ты — единственный кот, в чьих силах проникать в чужие сны? — старый кот оскалился в глумливой улыбке.

— Идиоты! — внезапно вскочив на лапы, Утес сплюнул.

Львиносвет выпрямился в ответ, распушил хвост и впился когтями в холодный камень.

— Просто слушай его, — шепотом предупредил Воробей.

— Это все — ваша вина! — провыл Утес. — Вы — Великая Троица. Если бы вы не появились на свет, Сумрачный Лес не возвысился бы!

Воробей напрягся.

— Мы никого не упрашивали нас рожать!

— Но родились же! — выплюнул Утес. — Вы исполнили пророчество, увиденное еще на заре времен и дали власть тем врагам, что уже давно должны были исчезнуть из воспоминаний всех котов! — кот крутился на узком выступе как загнанная в угол крыса, его сморщенная шкура подергивалась от напряжения и злости.

— Теперь из-за вашего существования все племена вынуждены лицом к лицу встретить темные времена! — Утес внезапно замер, наклонившись над выступом. — Вы, племенные коты, храните воспоминания слишком долго! Вы помните погибших воинов и злитесь на бывших врагов, из уст в уста передаете истории сражений, которые давно должны быть забыты и выкинуты, как подгнившая дичь! Не тащить же весь мусор в лагерь!

Воробей сглотнул негодование, ведь Утес учил их презрению к наследию всего племени!

— Племена навлекли это сражение на себя, — прорычал Утес.

— Вы слишком долго помните и ненавидите тех котов, которых пора отпустить, ведь душа их настолько черна, жестока и неестественна, что уже давно должна исчезнуть. Вы сохраняете их живыми в своих воспоминаниях и позволяете им бродить и искать сообщников на окраинах земель Звездного племени, где ни одна звезда не смеет сиять!

— Прямо как ты? — Голубка ощетинилась и вышла вперед.

— Даже ты сам предпочел бы исчезнуть?

Воробей попытался преградить кошке путь, но она ловко протиснулась мимо него и, впившись когтями в пол пещеры, немигающее смотрела на Утеса.

Утес присел.

— Да, даже я, — тихо прохрипел он.

Воробей почувствовал прилив негодования. Какое право имел Утес обвинять их?

— Мы думали, что поступаем правильно, чтя своих предков.

— Это уже прочно закрепилось в традициях племен, — плечи Утеса упали. — То, что вы должны помнить тех, кого потеряли.

— Это делает нас сильнее! — Львиносвет вздернул подбородок.

— И теперь воспоминания становятся вашим уязвимым местом, — Утес покачал головой.

— Мы всегда знали, что этот момент настанет. Без тьмы нет и света, но теперь темнота, таившаяся меж звезд восстанет, чтобы свергнуть свет навсегда, — он вытянул свою морду вперед и округлил глаза.

— Вы были нашей единственной надеждой, Трое, к которым присоединится Четвертый!

Воробей хлестнул хвостом.

— Мы до сих пор остаемся ею!

— Правда? — Утес смотрел на них сверху вниз, его глаза сияли в темноте. — Тогда почему вы сдались еще до начала битвы?

Голубка вздрогнула и отошла от потока воды, чтобы присоединиться к остальным. Львиносвет уткнулся взглядом в пол. Прежде чем Воробей успел догадаться, о чем думают его соплеменники, чувство вины укололо его.

— Клан Бесконечной Охоты сказал мне, что наших усилий не достаточно! — бросил он Утесу. Воробей не терял веру без причины!

— Они сказали, что мы одни ничего не сможем, что нам нужен Четвертый кот!

— А вы его нашли? — прошипел Утес.

Воробей отступил.

— Мы не знаем, где искать…

Утес прервал его.

— Вы обсуждаете и задаете друг другу вопросы. Но сейчас не время для этого! Найдите Четвертого! Выберите свою судьбу! Это — последняя надежда для всех племен!

Лунный свет неожиданно заполонил всю пещеру, как будто кто-то разогнал все облака над ней. Воробей заметил глаза, сияющие из темноты под выступом Утеса. Там сидели и наблюдали за ними какие-то коты. Воробей приблизился к подземной реке и принюхался. Они не были членами Звездного племени! Запах бесконечного неба, ветра и выжженной земли плотно пристал к их шкурам, будто они пришли из более древних времен. Были ли они соплеменниками Утеса? Воробей застыл, выделив один знакомый запах из всех других, его сердце екнуло.

«Половинка Луны!»

Теперь он мог отчетливо видеть ее палевую белую шерстку среди других. Потом он обратил внимание на другую тень, которая была гораздо больше остальных. Барсучиха вышла из тени.

Голубка прижалась к Воробью, ее глаза удивленно сверкали.

— Это Полночь? — прошептала она. — Это про нее рассказывали истории в Детской?

Воробей кивнул.

Львиносвет толкнул его плечом.

— Кто остальные?

Воробей не мог оторвать взгляд от Половинки Луны.

— Это коты из Древних племен, — приглядевшись, он узнал Сломанную Тень и Совиное Перышко среди менее знакомых котов.

— Некоторые из них — основатели Клана Падающей Воды.

— Мы долго ждали, — низкий голос Полночь раздался с того берега. Старая барсучиха взглянула своими черными блестящими глазами на Голубку.

— Узнай, кому можно доверять. Сердце всегда чувствует правду, — она повернула тяжелую полосатую голову в сторону Львиносвета. — Не нужно закрывать глаза и ждать, пока кто-то укажет тебе дорогу. Выбирай свою собственную и держись намеченного пути.

Воробей наклонился вперед, ожидая услышать слова Полночи, которые помогут ему.

— Ты! — кот вздрогнул, когда взгляд барсучихи пронзил его. — Когда все вокруг закрыли глаза, мы даровали дар особого зрения слепому коту. Ты видишь больше других, это верно. Но загляни внутрь себя. Узри свою собственную силу.

Что это было? «Узри свою собственную силу». Разочарование нахлынуло на Воробья.

— Перестань говорить загадками. Расскажи лучше, как сохранить племена! Скажи хотя бы, кто этот Четвертый кот!

— Мы знаем ваши слабости. Хотите, чтобы мы сделали вас еще слабее? — прорычал Утес с уступа. Он дернул лапами, и вниз полетели пыль и камни. Два бежевых осколка — как сломанные кости — упали на пол. — Вы старались недостаточно усердно, — отрезал кот.

Воробей уже не слышал его. Его внимание было приковано к двум кусочкам дерева, упавшим с уступа. Он метнулся вперед и перепрыгнул через поток. Ловко лавируя между Древними котами, Воробей подошел к обломкам.

«Моя палка!»

Его сердце забилось чаще, когда он увидел две небольших половинки древней палки. В свете луны, отраженном от водной глади, он все еще мог разглядеть многочисленные зарубки, отсчитывающие жизни котов и кошек, пропавших в туннелях бесчисленное множество лун назад.

— Все эти храбрые воители! — прошипел Утес Воробью. — Они все нашли в себе силы противостоять темноте и найти путь к свету!

Воробей посмотрел на одну из зарубок, половину креста.

— Кто-то не смог, — пробурчал он. Воробей почувствовал, как позади него вздрогнула Сломанная Тень. Эта зарубка отмечала смерть ее сына, Листопада.

Еще больше песка осыпалось вниз, когда Утес выглянул вниз с уступа.

— Но они пытались!

Сломанная Тень придвинулась ближе.

— Многие коты ждут тебя, — прошептала она.

— Еще до рассвета племен! — добавил Утес.

Воробей взглянул наверх и встретился взглядом с Половинкой Луны.

— Разве ты можешь отказать нам? — взмолилась она, и Воробей увидел бесконечную печаль, плещущуюся в ее глазах. Воробей почувствовал ощетинившуюся шерсть вокруг себя. Он попятился, услышав грозное рычание, раздававшееся из глоток всех Древних котов. Отчаянный крик облетел пещеру:

— КАК ТЫ МОЖЕШЬ ОТКАЗАТЬ НАМ?!

Воробей перепрыгнул через воду и сел рядом с Львиносветом. Древние коты окружили их, их шкуры ощетинились, глаза горели.

— Ты заставишь нас умереть снова? — взвизгнул Утес со своего уступа.

Вода омыла лапы Воробья. Он отшатнулся, но в итоге только зашел глубже. Неужели пещеру затапливает? Посмотрев вниз, он запаниковал. Река смыла свои берега и теперь заливала пол пещеры. Но вода в ней больше не была черной. Она окрасилась в красное.

«Кровь!» Он текла по лапам Воробья, впитывалась в его шерсть. Он проглотил крик ужаса. «Это все моя вина!»

Воробей моргнул и вновь оказался слепым. Он проснулся. Его мех кололи шипы страха, сердце билось так неистово, будто готово было выпрыгнуть из груди.

«Найди Четвертого!» — голос Утеса отдавался в его ушах. — «Найди Четвертого!»

Глава 12

Львиносвет, скорее!

Золотистый воитель сонно мотнул головой, проснувшись от громкого шёпота Воробья. Львиносвет сел на своей подстилке и зябко поёжился. Сон всё ещё не выходил из его головы, он ясно видел пещеры, скалистые стены и призрачных древних котов. Кот потянулся в попытке размять затекшие лапы. Отряхнувшись, он завертел головой, пытаясь найти Воробья.

— Львиносвет? — целитель заглянул в воинскую палатку. Казалось, он взбодрился сразу после пробуждения. — Нам нужно обсудить этот сон.

Львиносвет осторожно вышел из палатки, стараясь не разбудить соплеменников. Их ровное дыхание то и дело манило его обратно к тёплой и мягкой подстилке.

— Голубка уже проснулась? — откликнулся золотистый воитель, кивая на пещеру оруженосцев. Как раз в это время серая воительница сама подошла к ним, моргая мутными со сна глазами.

— Идём, — Воробей уверенно направился к колючему туннелю, Голубка и Львиносвет поспешили за ним.

Целитель остановился возле куста ежевики. Львиносвет сел рядом с братом и оглянулся на Голубку. Взгляд кошки прояснился, и выглядела она гораздо бодрее.

— Мы и вправду видели один и тот же сон… — с некой опаской произнесла она.

— Ты и раньше встречал этих котов? — подозрительно прищурился Львиносвет.

— Да, — вздохнул Воробей — Но это уже не имеет значения.

— Поверить не могу, что эти коты так долго ждали этого момента! — в голосе Голубки слышались тревога и неуверенность.

— С самого рассвета племён, — добавил Львиносвет, погладив свою бывшую ученицу хвостом по спине.

— Нам нужно думать о сегодняшнем дне, — отрезал Воробей, нервно выпуская когти. — К этому нас привела воля наших предков.

— И Сумрачный лес, — мрачно напомнил Львиносвет.

— Без нашей веры и воспоминаний о его жителях его бы не существовало, — фыркнул целитель, вспоминая слова Утёса. — Но они есть. Мы обязаны найти четвёртого кота как можно скорее.

— Я разговаривала с Искристой, — отозвалась Голубка. — Это точно не она.

— А как насчёт Мотылинки? Может ли она быть частью пророчества? — Львиносвет посмотрел на брата.

— Ничто не указывает на то, что это может быть она, — покачал головой целитель.

— Значит, четвёртой кошкой должна быть Остролистая! — Львиносвет выглядел абсолютно уверенным. Его сестра с самого начала была частью этого пророчества. Она вернулась как раз вовремя и очень помогла родному племени в битве с воинами Ветра.

— Мне кажется, что мы ищем ответ не в том месте, — нахмурилась Голубка.

— И что же ты предлагаешь? — фыркнул Воробей.

— Ничего, — вздохнула Голубка, потупившись. — Это вполне может быть кот из другого племени.

— А давайте попросим Огнезвёзда объявить о наших поисках на следующем Совете, — проворчал в ответ целитель. — Четвёртый кот поднимет хвост и радостно побежит к нам!

— А ведь наверняка этот кот у нас под носом… — задумчиво произнесла серая воительница.

— Да, и это Остролистая! — повторил свою версию Львиносвет, прибодрившись.

— А если это не она? — наклонила голову Голубка. — Нам нужно найти кота, которому с детства уготовлен особый путь, как и нам. Он должен быть как-то связан с нами!

— Кот с силой Звёзд в лапах, — кивнув, уточнил Воробей.

— Как вы смотрите на Ветерка? — поинтересовалась Голубка. — Он ведь ваш сводный брат и наверняка такой же особенный, как и мы.

— Кот из пророчества должен быть родственником Огнезвёзда, — покачал головой целитель.

— И что с того? То было первое пророчество. Кто сказал, что четвёртый кот должен быть связан с Огнезвёздом? — начала спорить Голубка, ухватившись за новое предположение.

— Мы можем торчать тут и спорить до самого заката, — отрезал Львиносвет, махнув хвостом. — Как хотите, а я буду действовать, — не дожидаясь ответа, золотистый воитель побежал в сторону лагеря. Львиносвет твёрдо решил поговорить с Остролистой и убедиться в своих догадках.

Верхушки деревьев окрашивались солнечным светом. Падающие с них тени прятали палатки лагеря, позволяя выспаться ещё спящим котам. Возле каменной скалы сидел Ежевика и старательно умывался, стараясь смыть остатки сна. Долголап, зевая, разминал лапы возле воинской палатки. На другой стороне поляны беспокойная Тростинка высунулась из детской и задумчиво окинула взглядом утреннюю поляну. Неподалёку Лисохвост и Прыгунец отрабатывали приёмы, дожидаясь соплеменников. Пеплогривка направлялась к Ежевике. Львиносвет, повинуясь вине и чувствам, побежал за ней.

— У тебя всё хорошо? — с некоторым безразличием поинтересовалась воительница, не поворачиваясь к собеседнику. Львиносвет недоумённо посмотрел на неё.

— Всё отлично, в чём вопрос?

— Ты вертелся всю ночь. Приснилось что-то плохое?

— Обычный сон… — пробормотал кот, настороженно поглядывая на Пеплогривку. Воительница промолчала, и Львиносвет решил продолжить: — Я тогда поступил очень глупо, — кот вспомнил стычку на границе, он давно уже понял для себя, что ему не следовало так рисковать. Слишком много сейчас зависело от них троих. — Больше такого не повторится, — произнёс кот, ощущая себя нашкодившим оруженосцем.

Львиносвет чувствовал исходящее от Пеплогривки напряжение и опаску. Кошка прекрасно понимала, о чём говорил её соплеменник.

«Я больше не могу отвлекаться на тебя, Пеплогривка. Это слишком опасно для всех нас».

Кошка остановилась и, наконец, посмотрела на воителя. Её глаза загадочно блестели, во взгляде читалось некое облегчение.

— Вот и хорошо, — в голосе кошки слышалась невозмутимость, но Львиносвет ощущал её тревогу и печаль. Сердце воителя заныло.

«Ты и не представляешь, как мне жаль».

— Жизнь племени превыше всего, — будто ободряя, произнесла Пеплогривка.

— Превыше всего, — эхом отозвался Львиносвет. Кот опустил голову и обогнал её, на миг коснувшись знакомой шерсти воительницы. Остановившись возле Ежевики, воитель мысленно отмахнулся от личных назойливых мыслей и вернулся к своей задумке.

— Можно нам с Остролистой пойти на охоту?

— Только вы, вдвоём? — глашатай оторвался от умывания и задумчиво посмотрел на золотистого воителя.

— Да, мне нужно поговорить с ней.

— Как хотите, я не против, — хмыкнул Ежевика, после чего облизал лапу и вновь начал приглаживать шерсть на морде. Львиносвет направился к воинской палатке, возле которой сразу обнаружил сонно потягивающую спину Остролистую. Усиливающийся ветер трепал её шерсть.

— Эй, — Львиносвет мягко подтолкнул сестру плечом. — Пойдём на охоту?

— Конечно. Кто с нами? — Остролистая выпрямилась, подавив зевок.

— Никто, вдвоём меньше дичи распугаем, — отозвался золотистый воитель, торопливым шагом направляясь к выходу из лагеря.

Остролистая догнала его на вершине склона.

— Я освоила все ваши новые приёмы, — похвасталась она.

— Знаю, — ответил Львиносвет, забираясь на насыпь и огибая куст ежевики. — Думаю, нам стоит начать с белок.

В верхней части склона кот вгляделся вдаль и прищурился от ярких солнечных лучей. Поверхность озера была усеяна золотистым цветом, который разбивался от играющих волн. Отмершие листья кружили над землёй, на горизонте сгущались сероватые облака. Всё говорило о том, что ближе к вечеру пойдёт дождь.

— Откуда начнём? — осмотрелась Остролистая.

— Давай пройдём к истоку ручья, — предложил Львиносвет.

— А не лучше ли поискать в буковой роще? — хмыкнула Остролистая. — Там попадаются орехи. Белки редко отказываются от такого лакомства.

Не дождавшись ответа, она помчалась вниз по склону, навстречу трепавшему её за шерсть ветру. Львиносвет неожиданно почувствовал прилив радости. Сердце ностальгически затрепетало — на мгновение кот вернулся в шкуру оруженосца. Львиносвет вспомнил свой первый триумф на охоте и победное чувство достигнутой цели. Он помчался за сестрой, сминая траву. Возле ручья Остролистая притормозила и прыгнула в середину мелководного потока. Твёрдо устояв на лапах, кошка медленно, но уверенно побрела по дну.

— Когда это ты стала воительницей Речного племени? — изумился Львиносвет, глядя на смело направляющуюся против потока Остролистую.

— А вдруг это последний солнечный день Листопада? — улыбнулась кошка. — Нужно насладиться им на всю пору Голых Деревьев. — После этих слов Остролистая вышла на берег и отряхнулась от воды.

Львиносвет последовал примеру сестры и сам прыгнул в мелководный бурлящий поток. Воитель удивился, ощутив всю прелесть течения. Вода забиралась под шерсть, мягко проходила по лапам и успокаивала ненавидящего любую сырость кота. Посмотрев на Остролистую, Львиносвет предложил:

— Давай наперегонки до буковой рощи?

Выбравшись из воды, кот бросился в чащу леса, ловко лавируя между деревьями. Стремительный топот Остролистой с каждым шагом становился всё громче. Воитель почувствовал её дыхание на своём хвосте и решил прибавить ходу.

«Сможешь ли ты обогнать меня?» Кусты по краям тропы размылись в одну кривую полосу, шерсть плотнее прижалась к телу. Львиносвет оглянулся, надеясь на то, что Остролистая его уже догоняет и вот-вот обойдёт, чем докажет свои выдающиеся способности. Однако сестра отдалялась с каждым шагом. Заметив первый бук, кот остановился. Догнав его, Остролистая замедлилась, тяжело дыша.

— Было весело, — устало улыбнулась она, пытаясь отдышаться. Затем Остролистая оглянулась, и глаза кошки азартно заблестели. Она вскарабкалась на ближайший бук и с нижней ветки взглянула на Львиносвета. — За мной, улитка-тихоход!

Видимо, сестра не хотела просто так признавать поражение, что приободрило кота. Он охотно последовал за ней. На дереве Львиносвет немного отстал от Остролистой и следил за каждым её прыжком, пытаясь обнаружить необычную ловкость. Поняв, что и тут Остролистая ничем не примечательна, кот остановился и начал искать новый способ испытать её умения. Тут на глаза попалось соседнее дерево. Большое расстояние между ним и этим буком было бы весьма непростым препятствием.

— Эй, гляди!

Остролистая замерла, балансируя на тонкой ветке и недоуменно уставилась на брата.

— Что ещё?

Сможешь ли ты отсюда допрыгнуть до того дерева?

— До этого? — Остролистая оценивающим взглядом осмотрела расстояние, и, недолго думая, разогналась и оттолкнулась от ветки.

Ветер зашумел ещё сильнее, яростным порывом сдувая листья с верхушек. Львиносвет буквально оцепенел, когда когти сестры со свистом рассекли воздух. Кот в мгновение оказался у самого края ветки, готовый прыгнуть за Остролистой. Воительница неловко растянулась, ухватившись передними лапами за листву. Задние соскользнули и опасно повисли над пустотой.

— Осторожно! — воскликнул Львиносвет, когда Остролистая неуклюже покачнулась. От резкого порыва ветра ветка напружинилась ещё сильнее, грозясь сбросить кошку. — Держись крепче!

— Всё хорошо! — оптимистично крикнула Остролистая, уверенно подтягиваясь. Мгновение спустя она стояла на ветке и торжествующе смотрела на брата. — Твой черёд!

Кот молча смотрел на широкое пространство, разделяющее их. Он ясно ощущал всю глупость своих действий. Львиносвет рисковал здоровьем или даже жизнью родной сестры только ради поддержки своей догадки. Это препятствие она преодолела. А сможет ли он?

Прежде чем кот сгруппировался для прыжка, уши Остролистой едва дрогнули, и она настороженно оглянулась. Ветки над её головой дрожали.

«Белка!» Остролистая быстро вскарабкалась на ветку выше и бросилась за добычей. Львиносвет с замирающим от страха сердцем наблюдал, как с самой верхушки дерева дождём падают листья и дрожат ветви. Через мгновение сестра вскрикнула, и всё стихло.

— Остролистая? — кот почувствовал, как внутри всё замерло.

Ответом была тишина.

— Остролистая! — Львиносвет соскользнул на ветку ниже и вцепился в шершавый ствол дерева. Стремительно лавируя меж веток, кот добрался до самого низа и спрыгнул на землю.

— Остролистая, где ты?! — не помня себя от волнения, кот озирался по сторонам. А вдруг она упала и что-нибудь себе повредила? Страх и вина нещадно щипали шкуру. Тут листва зашумела, и Львиносвет поднял голову. Его сестра сидела на нижней ветке и с интересом смотрела на беспокойного брата. Из пасти кошки свисал пушистый беличий хвост. Едва заметно усмехнувшись, Остролистая спрыгнула к Львиносвету и бросила добычу ему под ноги.

— Ну что? — во взгляде чёрной кошки читалась решимость и резкость. — Я прошла испытание?

— Какое ещё испытание? — Львиносвет изумленно моргнул.

— А зачем же ты гнал меня через весь лес и заставлял скакать по веткам? У меня ведь нет крыльев, не так ли?

Львиносвет не знал, что ответить. Напряженную тишину нарушал лишь завывающий над головой ветер.

— Это связано с пророчеством, — неохотно пробормотал Львиносвет.

— Допустим, — кошка задумчиво пошевелила усами. — Что с того?

— Я ищу четвёртого кота. И мне кажется, что это ты.

— Нет, — покачала головой Остролистая, опуская глаза на свои лапы — Ею точно не могу быть я.

— Почему? — кот наклонился, коснувшись щеки сестры. — Я своими глазами видел, какая ты великая охотница и неукротимая покорительница вершин!

— Я просто хорошо обученная воительница, — хмыкнула Остролистая. — Мне необходимо владеть этими навыками, чтобы защитить и прокормить своё племя. Тем более, я долгое время использовала эти способности только для себя.

Львиносвет упорно пропускал эти слова мимо ушей.

— Ты готова на всё ради племени! Ты очень помогла нам в туннелях, — кот не отрывал глаз от Остролистой и цеплялся за любые причины. — Снились ли тебе необычные реалистичные сны? Общалось ли с тобой Звёздное племя? А Клан Бесконечной охоты?…

— Я не целительница, — сухо отрезала кошка, глядя на брата, как на помешанного.

— Но если ты часть пророчества…

— Я не часть пророчества! — голос кошки наполнился гневом. — Я убила соплеменника, забыл? — Остролистая начала нервно бродить по поляне, вырывая выпущенными от бессильной злости когтями траву. — И сделала это не из доблести и справедливости. Уголёк умер из-за моей ненависти к своему происхождению. Я не могла смириться с тем, что рождена вопреки правилам Воинского Закона. А тут ещё и Уголёк… — Остролистая остановилась и посмотрела на Львиносвета полными горькой печали глазами. — Я просто помешалась и не обратила внимания на его правоту.

— Ты не виновата! — коту казалось, что незримые острые когти вонзились ему в живот. Вздохнув, Львиносвет погладил сестру хвостом. — Эта история началась с Белки и Листвички. И винить ты должна не себя, а их.

— Я не котёнок и не собираюсь искать того, кто начал первым, — покачала головой кошка. — Они ошиблись и пытались найти лучший выход. Сердце Листвички повело её по неверному пути. Никто не должен был умереть из-за её чувств. Каждая кошка совершает ошибки в своей жизни, не так ли?

— Я… я понимаю, — пробормотал Львиносвет. — Но ведь настоящий воин должен действовать в интересах племени?

— Не спорю, — Остролистая устало села на недавно опавшую листву и задумчиво перевернула мёртвую белку. — Именно поэтому я делаю для племени всё, что могу.

— Так разве это не доказательство того, что ты четвёртая кошка? — в глазах Львиносвета вновь зажглись искры надежды.

— Нет, — упрямо повторила Остролистая. — Это доказательство того, что я преданная воительница.

— Но ещё ни один Грозовой воин не ловил белок на такой высоте!

— Меня хорошо обучили.

— В туннелях тебе не было равных.

— Я провела в них много лун.

— Ты предана Воинскому Закону, как никто другой.

— Отнюдь. Я верна Законам так же, как и мои соплеменники, — холодно отвечала Остролистая, не спуская уверенного пристального взгляда с Львиносвета.

Воинственно поднятый хвост золотистого воителя разочарованно поник. Он не мог больше отстаивать свои догадки.

— Вы с Воробьём и Голубкой действительно особенные, — продолжила Остролистая уже более мягким голосом. — Если у меня и есть роль в этом пророчестве, то явно небольшая. Если потребуется, я отдам жизнь за любого из вас трёх, — кошка пододвинулась поближе к брату. — У меня никогда не было необычных снов или видений. Я ничем не отличаюсь от своих обычных соплеменников. Ты ошибаешься, я не четвёртая кошка.

Завывающий ветер начал приглушаться дробью барабанящего по листьям дождя. Тяжёлые серые тучи грозно повисли над лесом.

— Мне очень жаль, что это не ты, — печально отозвался Львиносвет. — Ты достойна почётного места в этом пророчестве. Но нам нужно найти этого четвёртого кота, пока не случилась беда.

Дождь полил сильнее, и Львиносвет почувствовал, как Остролистая теснее прижалась к нему.

— Не сдавайся, — одобрительно прошептала кошка. — Наши предки всегда с нами, и, благодаря им, мы преодолевали трудности. И в этот раз они не позволят нам потерпеть поражение.

Глава 13

Голубка села у выхода из палатки и осторожно выглянула наружу. Лагерь пах мокрой листвой.

— Дождь прекратился.

Искристая потянулась в своем гнездышке.

— Распогодилось?

— Да. — Облака все еще перекрывали небо, но свежий ветер уже разгонял их прочь.

— Когда мы доберемся туда, будет совсем ясно, — усы Голубки дернулись. В конце концов, скоро будет Совет. Ее взволновали те беспокойные дни. Она не видела Когтегрива еще с той залитой лунным светом ночи.

«О, Звездное племя, пусть он пойдет на Совет!»

Шмель взял из кучи с добычей мышь и подбежал к ним.

— Привет, Голубка, — он бросил мышь к лапам кошки.

— Я подумал, что ты голодна.

Она отодвинула предложенную мышь.

— Нет, спасибо.

Шмель склонил голову набок.

— Ты уверена? Нам предстоит долгий путь к острову. Я, например, уже голоден.

— Тогда иди и съешь что-нибудь, — мяукнула кошка. На другой стороне поляны Огнезвезд, потягиваясь, выходил из своей пещеры.

— Мы скоро пойдем, — Голубка взглянула на Искристую.

— Тебе бы не помешало отдохнуть. — Из-за плохой погоды Грозовое племя не выходило из лагеря, так что Искристая могла хорошенько выспаться.

— Если Ежевика не передумает.

Глашатай Грозового племени не позволил Искристой идти на Совет. Когда Голубка попросила Ежевику разрешить ее сестре пойти, он лишь покачал головой.

— Она уже несколько лун выглядит уставшей. Возможно, Воробью следует осмотреть ее.

— Она в порядке, — быстро заверила его Голубка.

Искристая повернулась на своей постилке.

— Я лучше останусь здесь и посплю.

Голубка моргнула. Неужели она захотела снова попасть в Сумрачный Лес?

Искристая обвела Пестроцветик и Березовика пристальным взглядом, когда те выходили из палатки воителей. Затем она закрыла глаза.

— Ежевика прав, — пробормотала она. — Я устала.

Голубка выскользнула наружу и направилась к туннелю в колючей изгороди, у которого уже стояли Львиносвет и Белохвост. Позади них находился Лисохвост, а рядом Вишенка, играя, пыталась поймать подергивающийся хвост Кротика.

— Подождите меня! — к ним подбежала Шиповница.

— Шмель пытается съесть огроменную мышь перед уходом!

— Если он будет так питаться, то уже скоро станет таким же толстым, как Крутобок, — фыркнула Голубка.

Бледно-серый кот рылся в куче с добычей, черные полосы напоминали лунные тени, испещрившие всю его шкуру. Рядом с ним копался Крутобок.

— Там что-нибудь хорошее еще осталось?

Шмель вытащил землеройку и облизнулся.

— Наверное, вся вкуснятина запрятана внизу.

— Тебе стоит предложить ее Кисточке, — посоветовал Крутобок. — Она любит землероек.

Шмель повернулся к кусту жимолости. Кисточка сидела снаружи и умывала уши. Кот протянул ей землеройку, выпуская дичь из когтей.

— Кисточка, ты есть хочешь?

Она взглянула на него, дернув усами.

— Не так чтобы очень. Мне бы твой аппетит!

Позади нее Пурди перевернулся на спину и потянулся.

— А ты когда-нибудь пропускал охоту?

— Столь же часто, как ты упускаешь возможность языком почесать! — съязвила старуха.

Шмель посмотрел на землеройку, его глаза восторженно загорелись.

— Тогда она моя!

Тростинка вышла из детской.

— Яролике она нужнее, — кошка стянула землеройку у него из-под носа и отнесла туда, где отдыхала Яролика. В лунном свете было видно, как ее живот уже заметно округлился. Шмель повесил хвост.

Голубка заурчала и легонько пихнула Шиповницу.

— Несчастный старина Шмель! У кучи появляется первым, а ест последним!

Огнезвезд спрыгнул со скалы и пристально взглянул на растущую луну.

— Нам пора выходить, — он обернулся, когда Песчаная Буря приземлилась возле него.

— Небо недолго останется чистым.

Ежевика вышел из палатки воителей и присоединился к Огнезвезду. Пеплогривка вышла из палатки и задумчиво посмотрела на колючую стену.

Белка выпрыгнула следом за ней.

— Ты идешь на Совет?

— Не сегодня, — кошка пожала плечами.

— Что насчет Воробья? — спросил Львиносвет предводителя, когда тот подошел к выходу из лагеря. — Он идет с нами?

Воробей стоял у выхода из палатки целителей, колючие ежевичные плети лежали на его спине.

Огнезвезд покачал головой.

— Но ни одно племя не идет на Совет без своего целителя! — возразил Львиносвет.

Ежевика пригладил взъерошенный мех Львиносвета кончиком хвоста.

— Он больше не целитель, так решили остальные племена.

— Ненавижу, когда другие племена диктуют нам, что делать, — прорычал Львиносвет.

— Я тоже, — Огнезвезд выпустил когти. — Но это не то, с чем нам следует бороться.

Шиповница шагнула вперед.

— А, может, Пеплогривка займет его место? Она ведь раньше была целительницей Грозового племени.

Пеплогривка, все еще наблюдающая за ними из воинской палатки, прижала уши.

— Нет, — Огнезвезд повернулся к Пеплогривке. — Племенам нет нужды знать ее историю до тех пор, пока Пеплогривка сама не определится, какой путь она выберет.

К удивлению Голубки, Пеплогривка облегченно вздохнула. Разве она сама не хочет вернуться к своей прежней должности, снова стать целительницей?

Порыв ветра качнул терновый куст.

— Пошли, — Огнезвезд нырнул в проход.

— Приближается дождь. Этот Совет будет коротким.

Коты взбирались вверх по склону, следуя за Огнезвездом к краю леса. Шкуры мелькали в просветах ежевичных плетей. Лапы Голубки скользили на мокрых листьях. Когда Пестроцветик выровнялась, взмахнув хвостом, чья-то серая шерсть промелькнула возле нее. Голубка обернулась и увидела Шмеля позади себя, его лапы скользили по влажной земле, но он бежал за ней след в след. Кошка ускорилась, чтобы вырваться вперед. Серый воин оказывался за ней каждый раз, когда она поворачивала голову. Она оббежала ежевичный куст и вновь выскользнула на дорожку, так что ему пришлось приостановиться и позволить ей возглавить часть патруля.

Она достигла вершины склона раньше него, и, пробежав мимо деревьев, уставилась вниз на озеро. «Пожалуйста, Звездное племя, пусть Когтегрив будет там!»

Молитва пронзила ее сердце, это была скорее боль, нежели желание.

— Уже устала? — спросила Шиповница, остановившись рядом с кошкой.

— Я нет! — мяукнула Пестроцветик, следуя вниз по склону за своими соплеменниками.

Шмель забрался на возвышение вслед за ними.

— Ты чуть не загнала меня на дерево, — возмущенно мяукнул он Голубке.

— Ты должен смотреть, куда несешься! — прорычала Голубка. — Я чуть о тебя не споткнулась! — ворча себе под нос, она побежала вниз по склону. — Неуклюжий мышеголовый котишка.

— Почему ты с ним так жестока? — шепот Шиповницы застал ее врасплох.

— Это, знаешь ли, не преступление!

— Что?

Взгляд Шиповницы многозначительно потемнел, когда Шмель пробежал мимо них.

— Что? — повторила Голубка. Почему Шиповница выглядит такой разозленной?

— Ты ему нравишься, это же очевидно! — огрызнулась кошка. — Тебе не стоит разбивать ему сердце. Он твой соплеменник, а не добыча!

Голубка прижала уши. Почему она должна чувствовать себя виноватой?

— Почему я должна ходить на цыпочках вокруг него только потому, что он меня любит? Это не мои проблемы.

— Тебе нравится задевать его чувства? — Шиповница искоса глянула на нее.

— Конечно, нет! — под шкурой Голубки вспыхнула вина.

— Тогда попроси прощения.

Голубка поморщилась. Но Шиповница была права. Если Шмель испытывает чувства к ней, несправедливо злиться на него за оказанное внимание.

— Ладно! — она вырвалась вперед и побежала за Шмелем по его следам на траве. Она сбежала по склону и приземлилась на галечный берег на миг позже Шмеля. Он оглянулся через плечо и продолжил бежать.

— Подожди! — Голубка запыхалась от быстрого бега по гальке, выскальзывающей из-под лап.

Шмель замедлился достаточно для того, чтобы она его догнала.

— Чего тебе? — прорычал кот.

— Послушай, — Голубка пыталась восстановить дыхание, но кот продолжал бежать слишком быстро.

— Мне жаль, что я тогда сорвалась.

Он повернул голову, чтобы взглянуть на нее, и его взгляд стал холодным и колким, как лед.

— Я устал от того, что ты используешь меня как свою личную когтеточку, — прошипел кот. — Теперь точи свои когти о кого-нибудь другого.

— Это не моя вина! — шерсть Голубки кольнуло будто шипами.

— Я понял, хорошо? — он даже не смотрел на нее. Просто продолжал бежать.

— Ты не любишь меня так, как я люблю тебя. Я переживу это. Я просто разочарован: ты оказалась не той кошкой, какой была для меня раньше.

Голубка ощетинилась. Как смеет он так с ней разговаривать? Она всю себя отдавала племени, а он хотел большего! Это было несправедливо. Она замедлилась, давая Шмелю возможность убежать далеко вперед.

— Ну? — Шиповница догнала ее.

— Огромное спасибо, — прорычала Голубка. — В следующий раз я заставлю тебя извиняться.

— Он зол?

— Да, — кошка хлестала хвостом по своим бокам. — И не только он.

Она мчалась за патрулем, опустив взгляд в землю, прислушиваясь лишь к сплетням и разговорам своих соплеменников, пока они не добрались до дерева-моста, которое пролегало над водами, разделяющими остров и побережье. Отойдя назад, она позволила своим соплеменникам перебраться первыми. Когда они скрылись из вида, Голубка приоткрыла рот и попробовала воздух, надеясь различить запах Когтегрива. Но воздух был переполнен запахами котов всех племен.

Голубка принюхивалась все то время, что шла по траве. Опушка была заполнена котами. Множество глаз внимательно следило за Грозовым племенем.

— Он пришел? — услышала Голубка шепот ученика из племени Теней, обращенный к его другу по палатке.

Уши внимательно прислушивались, а глаза следили за Грозовыми котами.

— Ты видишь его?

— Он не посмеет!

Голубка застыла.

— О ком это они? — шепотом спросила она у Белолапы.

Белолапа подняла подбородок и проскользнула сквозь толпу котов.

— О Воробье, — мяукнула она.

Голубка проследовала за своей матерью мимо пялящихся на них и остановилась позади Пестроцветик и Белки. Огнезвезд протиснулся сквозь толпу и направился к Великому Дубу. Ежевика сел под дубом, присоединившись к Камышиннику, Рябиннику и Хмуролике, в то время как Вишенка и Кротик подсели к группе учеников на краю поляны. Голубка просматривала ряды лиц, выискивая среди них Когтегрива.

Три целителя, Перышко, Пустельга и Ивушка, тоже собрались под дубом. Светлоспинка села перед ними, обернув свои лапы хвостом.

Голубка взглянула на Белолапу.

— Она выглядит так, будто ждет прихода Воробья, чтобы начать драку.

Она почувствовала горячее дыхание на своих ушах и увидела низко склонившегося над ней Краснохвоста.

— Убийцы заслуживают наказания.

Голубка обернулась к нему и зашипела.

— Воробей не убийца!

Галька встал между ними.

— Почему же тогда он не здесь? — с вызовом бросил он Голубке. — Чувствует себя виноватым и боится показать здесь свои усы?

Голубка впилась в него взглядом.

— Потому что вы запретили ему…

Белолапа оттолкнула Гальку плечом.

— Держись поближе к соплеменникам, Голубка, — предупредила она.

— Некоторые коты, кажется, не понимают, что сейчас время перемирия. — Кошка посмотрела на круглый лик луны, зависший над островом. К нему, как клок паутины, прицепилось облако.

Голубка повернулась спиной к Гальке и Краснохвосту. Она не собиралась становиться кошкой, разгневавшей Звездное племя.

— Это несправедливо, — прошипела она Белолапе. — Сначала они сказали, что Воробей не пришел, а потом добавили, что это доказывает его вину!

— Они просто пытаются нас спровоцировать, — Белолапа пригладила взъерошенную шерсть дочери хвостом.

— Но зачем? Разве их не касается перемирие? — Голубка просто кипела от гнева, он разливался в ее груди и животе. Вдруг она увидела два до боли знакомых темных кончика уха на другой стороне поляны. Приподнявшись на цыпочки, Голубка посмотрела на котов в том месте.

«Когтегрив!»

— Могу я пройти, вы не против? — спросила кошечка у Пестролапы, выискивающей себе место среди толпы. Голубка отодвинулась, чтобы освободить место для старейшины из Речного племени.

— Ты можешь сесть здесь, если хочешь, — Голубка кивком указала на освободившийся клочок земли.

— Спасибо! — Пестролапа села позади нее.

Голубка закрыла рот, чтобы заглушить запах рыбы, исходящий от шкуры старой кошки.

— Не за что, — пробормотала она сквозь стиснутые зубы.

Тишина охватила всю поляну, когда Чернозвезд поднял голову и пробасил:

— Совет начинается!

Он осмотрел все племена со своей широкой и низкой ветви Великого дуба.

— Спасибо тебе, Огнезвезд, — кот склонил голову перед предводителем Грозового племени.

Огнезвезд прищурился.

— Ты исполнил пожелание других племен и оставил Воробья в лагере до тех пор, пока мы окончательно не разберемся в причине смерти Огнехвоста, — продолжил Чернозвезд.

Глаза Светлоспинки вспыхнули, и она важно кивнула, давая понять, что согласна со сказанным.

Голубка выпустила когти. «Кто назначил тебя тут самой главной?»

— Как вы собираетесь узнать правду? — спросил Долголап, приподнявшись над остальными.

Перышко вышел вперед.

— Мы все ждем, когда Звездное племя заговорит, — он взглянул на Светлоспинку. — Это сложная ситуация для всех нас.

— Нам всем это неприятно, — выступила Ивушка.

Голубка попыталась увидеть Когтегрива. Ему тоже это неприятно?

— Перестань озираться, — прошипела ее мать. — Мы не хотим бросать вызов племени Теней.

Вздрогнув, Голубка вновь обратила внимание на предводителей. Однозвезд шагнул вперед, изогнув свой хвост.

— В последнее время у племени Ветра была только хорошая охота. Мы готовы к предстоящему сезону.

— Мы тоже. В Сезон Зеленых Листьев в озере развелось много рыбы, да и в Речном племени никто не болел, — кивнула Невидимая Звезда.

— Звездное племя благословило все племена этими Зелеными Листьями, — Огнезвезд махнул хвостом.

Голубка увидела, как в его глазах блеснуло беспокойство. Эти Зеленые Листья могут стать для племен последними.

Невидимая Звезда прервала размышления Голубки.

— У Речного племени было лишь одно происшествие, — она вздернула голову, пристально изучая всех котов. — На нашей территории появлялись следы бродяг и одиночек. Мы никого не видели, но были замечены запахи и отпечатки лап.

Голубка застыла, вспоминая все ночи, что они бродили с Когтегривом вне территорий племен. Их запахи могли попасть к врагу?

— Мы не нашли запахов у границ. Они будто просто появились посреди нашей территории, — Невидимая Звезда дернула хвостом.

— Возможно, туннели ведут и к Речному племени, — прошептала Белолапа, наклонившись ближе к Голубке.

Но Голубка едва ее слышала. «Пусть это будет не наш запах!» Она напрягла лапы. Долголап говорил, что слышал чьи-то голоса на ночном бдении. Ежевика назначил полуночные патрули.

«Неужели это тоже наша вина?» Огнезвезд заинтересованно наклонил голову, его глаза заблестели.

— Мы тоже видели следы бродяг, — его хвост дернулся. — Они появлялись ночью, мы высылали особые патрули, но так никого и не нашли, — Однозвезд переступил с лапы на лапу.

— У нас тоже были странные запахи, — признал он.

— В лесу племени Теней тоже были бродяги, — Чернозвезд втянул голову в плечи.

— А вы что-нибудь видели? — спросил Огнезвезд, наклонившись к предводителю племени Теней.

— Только запахи, сломанные ветви, клочки шерсти, — покачал головой Чернозвезд. Невидимая Звезда вздыбила шерсть на спине.

— Где?

— В сердце нашей территории, — ответил Чернозвезд.

— То же и у нас. Никаких следов на границах, только в центре вересковых пустошей, — кивнул Однозвезд.

— Большая часть запахов была сосредоточена в местах, подходящих для засады, — Чернозвезд оцарапал кору выпущенными когтями.

— Как будто враг готовится к вторжению, — мрачно подметил Огнезвезд.

Голубка почувствовала, что коты вокруг нее вздыбили шерсть. Перешептывания всколыхнули племена.

— Я нашла клок рыжей шерсти на кусте! — сказала Верескоглазка. — Так не пахнет ни один кот из племен, которого я знаю.

Дымопят поднял голову.

— Возле нашей поляны для тренировок мы обнаружили отпечатки лап, у них был отвратительный запах, — вон племени Теней поморщился. Из-за Голубки выглянула Пестролапа.

— Возле реки вокруг нашего лагеря были цепочки следов, — прохрипела она. Пестроцветик подняла голову над своими соплеменниками.

— Я не думаю, что есть повод для беспокойства. Зеленые Листья были теплыми и солнечными, — сказала она. — Одиночки, бродяги и домашние киски всегда заходят дальше положенного в хорошую погоду.

Голубка взглянула на свою соплеменницу. Почему она так старалась приуменьшить опасность?

— Это были не бродяги! Я учуял запах Речного племени среди остальных! — взвыл Рябинник. Ежевика согласно кивнул.

— А на территориях Грозового племени определенно присутствовали запахи племени Теней.

— Ни один воин племени Теней не переступал ваших границ, — прищурившись, отрезал Чернозвезд.

— Речному племени нет нужды шататься по чужим землям. На нашей территории есть все, что нам нужно! — рычание клокотало в горле Невидимой Звезды.

Глаза котов сверкали, как крошечные луны, когда предводители с вызовом смотрели друг на друга. Пестролапа внезапно отшатнулась от Голубки, ее взгляд наполнился недоверием. Однозвезд хлестал хвостом. Чернозвезд наградил Огнезвезда осуждающим взглядом.

— Думайте, что говорите! — прошипел Огнезвезд. Оглядев толпу пристальным взглядом зеленых глаз, он продолжил. — Мы не могли все разом начать вторжение на территории соседей!

— Тогда как ты объяснишь запахи? — бросила Светлоспинка, сидящая где-то внизу.

Огнезвезд шагнул к концу ветви, плечи под его шкурой дрогнули.

— Если бродяги слонялись по всем территориям, они могли нацеплять наших запахов и распространить их повсюду, как блох.

— Запахи сбили нас с толку, — Невидимая Звезда пригладила шерсть.

— Если бродяги смогли разнести запахи племен, то же самое могли сделать и патрули, — глаза Однозвезда стали как две щелки.

— Тогда мы все должны усилить патрулирование и найти этих котов, — Огнезвезд стойко выдержал взгляд другого предводителя.

— Высылать больше патрулей! — крикнул кто-то из племени Теней.

— Мы должны сохранять бдительность! — провыл воин Речного племени.

— И если кто-то что-то обнаружит, он обязан рассказать об этом остальным племенам, — веско заметил Огнезвезд.

— И предупредить племена, чтобы их захватчиков не обнаружили? Никогда! — ощетинился Однозвезд.

Невидимая Звезда отошла от остальных предводителей.

— Я буду защищать свое племя, — прорычала она. — Другие пусть сами о себе заботятся!

Голубка ахнула, когда кошка из речного племени рванула к своим соплеменникам, сидящим внизу поляны. Все вокруг нее старались прибиться к своим соратникам. Голубка обернулась. Компания учеников разделилась, а Вишенка и Кротик уже бежали к остальным Грозовым котам.

Чернозвезд спрыгнул с Великого Дуба. Невидимая Звезда соскользнула по стволу следующей, а Однозвезд посмотрел на Огнезвезда перед прыжком.

— Пойдем, Голубка, — позвала Белолапа. — Этой ночью никто не будет болтать.

Голубка вытянулась, как могла, пытаясь найти Когтегрива. Его не было среди потока шкур.

— Я догоню! — крикнула она своей матери, уже скрывшейся вдали вместе с Пестроцветик и Белкой. Она чувствовала себя листом, качающимся на воде, стоя посреди потока котов, идущих к дереву-мосту, прижавшихся к своим соплеменникам.

— Голубка? — знакомый голос раздался за ее спиной.

Кошка обернулась, ее сердце запрыгало в груди, когда она увидела Когтегрива. Он поднял хвост.

— Я думал, что нас обнаружат после всех этих разговоров о разносящихся запахах!

— Я тоже, — Голубка увидела облегчение в его взгляде. — Теперь нам нужно быть более осторожными.

Когтегрив кивнул.

— Будет больше патрулей, — кот наклонил морду ближе к ее уху. — Давай встретимся за границами территорий завтра ночью, — прошептал он. — В Гнезде Двуногих.

Когда Голубка кивнула, она почувствовала, как шерсть встала дыбом у нее на затылке. Взглянув мимо Когтегрива, она случайно заметила Шмеля, наблюдавшего за ней. Ее сердце пропустило удар.

— Мы обсуждали бродяг, — быстро сказала она своему соплеменнику. — Когтегрив спрашивал, не заметила ли я чего-либо.

Глаза Шмеля расширились.

— Я думала, что будет хорошей идеей поговорить с другими котами и выяснить, не появляются ли следы в одно и то же время, — Голубка поняла, что она тараторит как сорока. Шмель пожал плечами.

— Ты можешь говорить с кем хочешь, — мяукнул он. — Это же Совет.

Кот направился к дереву-мосту и уже через мгновение скрылся в высокой траве вместе с остальными.

Голубка повернулась к Когтегриву.

— Мне пора уходить.

— Мне тоже, — кивнул Когтегрив. Он направился прочь, ловко вклинившись в группу котов между Рябинником и Светлоспинкой.

Голубка побежала по следу Белолапы в высокой траве и встретила ее на берегу. Белолапа искоса взглянула на дочь, пока ждала, когда другие племена переправятся на тот берег.

— Ты в порядке?

— Абсолютно, — мяукнула Голубка так жизнерадостно, как только могла. Белолапа ничего не сказала, лишь придвинулась ближе к дочери так, что та могла чувствовать ее мягкую белую шерстку своим боком. Облака над ними затягивали небо, а вновь появившийся ветер волновал озерную гладь. Голубка просто мечтала рассказать своей матери все: и о Когтегриве, который столько для нее значит, и о том, насколько сурово пророчество, и какой маленькой и беспомощной она себя чувствует для груза ответственности за него. Но она не имела права рассказывать о пророчестве тем, кто к нему непричастен, да и Белолапа не была бы в восторге, если бы узнала, что ее дочь связалась с котом из другого племени. Белолапа прижалась к ней сильнее.

— Если тебе понадобится помощь, помни, что я всегда рядом.

Дождь начал стучать по спине Голубки. Перед глазами у нее поплыло, и она сказала себе, что это всего лишь капли дождя.

— Спасибо тебе, Белолапа, — прошептала кошечка.

— Давай, — Белолапа подтолкнула ее к просвету в потоке кошачьих тел. — Мы окажемся дома прежде, чем ты успеешь оглянуться.

Глава 14

— Все в сборе? — Глаза Звездолома блеснули во мгле, когда он оглядывал котов, стоящих вокруг.

Искристая вздёрнула подбородок. Коршун рассказал ей о Совете Сумрачного Леса, как только она очнулась в Месте-Без-Звёзд. Она должна выступить от имени Грозового племени. Яблочница, показавшая себя достойным воителем, представляла племя Теней. Ветерок, воитель от племени Ветра, переминался с лапы на лапу, с осторожностью косясь на Звездолома.

— Жукоус! — Звездолом приветствовал леденящим душу голосом показавшегося из-за деревьев кота из Речного племени. — У тебя возникли какие-то проблемы? Заблудился по дороге?

Хвост Искристой туго сдавил её лапы.

— Я был на Совете. — Жукоус устроился подле Яблочницы. — Я добрался до палатки, как только луна полностью взошла.

Звездоцап расхаживал вокруг собравшихся.

— Нельзя быть в двух племенах одновременно, — пробормотал он, остановившись перед Жукоусом. Затем уселся между Кленовницей и Коршуном.

Остролап впился когтями в землю и выдрал оттуда полную лапу скользкой травы.

— Может уже начнём?

— Зачем мы собрались? — Воробейник повёл ухом и сел.

Частокол хищно сверкнул глазами.

— Воробейник задаёт вопросы, словно котёнок! — сказал он, наклонив голову в сторону Звездолома. — Я уже говорил ему, что мы пришли сюда, дабы поприветствовать наших храбрых новобранцев.

Звездолом скривил губы.

— Наша молодёжь усердно тренировалась. — Кленовница вышла в центр круга и подтолкнула Частокола к своему месту. — Я внимательно следила за их подготовкой. Они могут лазать, бегать, плавать и драться. — Её взгляд метнулся в сторону Жукоуса. — Однако, не все достаточно отработали смертельный удар.

— Воители не убивают. — Нахмурилась Яблочница.

— Коты племён не убивают, потому что они не настоящие воители, — прошипела Кленовница, резко обернувшись. — А иначе, почему же тебя не удовлетворяли их тренировки? Зачем же ты пришла к нам?

— Я полагала, что это вы пришли ко мне, — в голосе Яблочницы была нотка сомнения.

«Заткнись! — Искристая взглянула на неё. — К чему жаловаться на запах, когда сама заползла в лисью нору?»

— Мы увидели, что тебе нужна более качественная подготовка. Твоя нужда привела нас к тебе. — Глаза Коршуна блеснули в сумрачном свете.

— Верно, — промурлыкала Кленовница, поведя усами. — И ты многому научилась. — Кошка взглядом прошлась от Яблочницы до Ветерка, затем от Жукоуса до Искристой.

Искристая встретила этот взгляд, с трудом унимая дрожь в лапах.

— Вы хорошо нас обучили, — ответила кошка голосом, который, как она надеялась, звучал с долей необходимого уважения.

— У вас гораздо больше отваги и силы, чем я предполагала, — согласилась Кленовница. — Я горжусь вашими успехами.

У Искристой упало сердце, когда вперёд выступил Звездолом. Мышцы под его шерстью перекатывались, словно волны, как будто кот был готов броситься тут же в бой.

— Гордость не имеет значения. — Он оправил Кленовницу сесть на место взмахом хвоста. — Власть имеет значение. Власть и готовность использовать её.

— Я готов на всё! — Распушил грудку Ветерок.

— Это хорошо. — Усы Звездолома дёрнулись. — Впереди тяжёлые времена, но верность Сумрачному Лесу и жажда победы помогут тебе дойти до конца.

Искристая сглотнула комок в горле.

— Жажда победы над кем? — Ей необходимо было выяснить, что именно замышляют эти коты.

Звездолом резко обернул голову и уставился на говорящую. Его янтарный взгляд пылал, словно палящее солнце, и Искристой пришлось прищуриться.

— Над нашими врагами, — зарычал Звездолом. — Наша храбрость подвергнется испытанию, но мы будем готовы к этому!

— Над врагами? — Жукоус поднял морду, на которой застыло недоумение. — Какими врагами?

— А ты ещё не догадался? — Кленовница взглянула на него и повела хвостом. — Разве твои соплеменники никогда не сомневались в тебе, даже когда правда была на твоей стороне? Разве Невидимая Звезда не поступает, как мышеголовая трусиха, прячась за слабыми котами, когда наказывает сильных? Разве твои товарищи никогда не обращались с тобой, словно с котёнком, хоть ты сильнее и опаснее, чем они могут себе вообразить? Я вообще не представляю, как ты возвращаешься туда с каждым восходом солнца, чтобы кормить и защищать столь жалких существ!

— Мои соплеменники не жалкие и не мышеголовые! — ощетинился Жукоус. — Невидимая Звезда — достойный предводитель. Если она и вступает в союз со слабыми, то это потому, что слабым нужна наша защита!

— Слабых нужно оставить на произвол судьбы, — сверкнул глазами Звездоцап.

— Воинский закон говорит об обратном! — ответил Жукоус.

— Воинский закон учит вас быть слабыми. — Тихо сказал Звездолом, опустив голову.

— Воинский закон учит нас быть сильными! — взорвался Жукоус. — Я не знаю, что ты замышляешь, но вы никогда не заставите меня пойти против Воинского закона или против моего племени! — Он шагнул к Звездолому. — Моё племя считает, что стало жертвой бродяг, и всё из-за вас! Они напуганы нашей ночной вылазкой на их территорию. Я не желаю в этом участвовать, — кот понизил голос. — Я благодарен всему, чему вы научили меня, правда. Вы сделали меня сильнее, чем я когда-нибудь мог бы мечтать, но я не могу здесь оставаться. Я должен уйти и защитить своё племя. Я сюда не вернусь. — Он развернулся и устремился прочь.

Лапы Искристой задрожали, когда Жукоус проходил рядом с Коршуном и Яблочницей.

Звездолом прижал уши.

— Ни один кот не покинет Сумрачный Лес, пока я не разрешу ему это сделать! — Он выпустил когти. — Ты принадлежишь нам!

«Беги! — мысленно взмолилась Искристая. — Беги и не оглядывайся!»

Жукоус остановился и обернулся через плечо.

— Я принадлежу Речному племени, как и всегда принадлежал, — ответил он. — Вы сами обещали мне, что, тренируясь здесь, я делаю себя сильнее ради своих соплеменников. Так всё и было, и я благодарен, но вы должны были понимать, что я рано или поздно уйду.

— Да ты просто глупец! — Глаза Звездолома угрожающе сверкнули.

— Не такой уж и глупец, как ты думаешь. — Распушил хвост Жукоус. — Я ухожу, и меня не остановить!

В мгновение ока Звездолом выскочил из круга и преградил дорогу Жукоусу. Искристая подалась было вперёд, но Остролап хвостом остановил её.

— Не вмешивайся, — предупредил тёмный кот.

Хвост Яблочницы судорожно задрожал.

— Жукоус, не уходи! У тебя здесь друзья! — она старалась придать голосу оттенок беззаботности, но Искристая почувствовала страх, пронизывающий её взгляд.

— Спасибо, Яблочница, — Жукоус кивнул кошке племени Теней, — но я должен уйти. Сейчас для меня самое время покинуть это место.

— Да ну? — рык Звездолома зазвучал ещё ниже и громче, постепенно переходя в визг. Воитель Сумрачного Леса выпрямился, и его тень растянулась по всей поляне. Затем он бросился на Жукоуса, выставив вперед передние лапы и обнажив клыки.

Глаза Жукоуса расширились от страха. Он поднял лапы, пытаясь отбиться от разъярённого кота, но Звездолом отбросил его мощным ударом.

Жукоус поднялся на лапы, кровь хлестала из его рассечённого носа.

— Помоги мне, Звёздное племя!

— Наивный, ты полагаешь, Звёздное племя может видеть, что здесь происходит? — прошипел Звездолом. Он снова бросился на Жукоуса и сжал челюсти на его шее, словно на пойманной добыче. Звездолом поднял голову с горящим взглядом, сжимая горло Жукоуса, пока звук хрустнувших позвонков не рассёк повисшую в воздухе тишину.

Искристой стало дурно, когда Жукоус обмяк в зубах Звездолома. Его тело соскользнуло на землю, как только воитель Сумрачного Леса приоткрыл пасть.

— Ещё кто-нибудь хочет уйти? Эй, Яблочница! — Звездолом с вызовом посмотрел на теневую кошу. — Не хочешь вернуться к себе в племя?

— Н-нет! — Напрягла лапы кошка.

Искристая видела, как вихрь мыслей пронеслись в голове у Яблочницы, когда та встретилась взглядом со Звездоломом. Искристая прижалась к ней, стараясь успокоить. Теперь каждый племенной кот должен понять — это место исполнено злом. Отсюда необходимо убираться!

— Ветерок? — Звездолом обернулся к воителю племени Ветра, смотревшего на тело Жукоуса, прищурив глаза. — Ты меня слышишь? — тихий рык послышался в голосе Звездолома.

— С чего бы мне покидать сильнейшее племя? — Поднял голову Ветерок. — Племя Ветра напрасно тратит время, присматривая за больными и старыми. Если бы вы вели нас, нам бы никогда не понадобилась помощь другого племени.

Искристая почувствовала боль в груди. Как он может присягать на верность этим убийцам?

Звездолом перешагнул через тело Жукоуса. Искристая оставалась спокойно стоять, когда он зашёл обратно в круг, хоть каждая мышца на её теле была готова сорваться с места бежать.

— Вы все останетесь здесь! — заговорил огромный бурый кот. — Вы все подчинитесь мне. Или я убью вас всех. — Он обернулся к Яблочнице. — Начиная с тебя.

Яблочница сглотнула.

— Ничего никому не рассказывайте! — приказал Звездолом. — Вы будете сражаться за нас. И если я узнаю, что кто-то из вас разносит ложь и сплетни среди ваших соплеменников о Сумрачном Лесе — вы не сможете представить те страдания, которые вас ожидают. — Он развернулся и прошёл мимо Звездоцапа и Коршуна. — Ступайте! — зарычал он, скрываясь в тени. — Учите моих воителей. Решающая битва близка.

Искристая чувствовала вопросительный взгляд Звездоцапа, пронизывающий её сквозь мрак. С трудом заставив себя дышать ровно, она посмотрела ему в глаза.

— Мои новобранцы будут готовы к битве! — прорычала она. — Мы готовы убить каждого кота с озера, которого встретим.

Искристая проигнорировала тревожный вздох Яблочницы позади.

«Честное слово, я не зло! Я делаю это, чтобы спасти всех нас!»

Звездоцап ещё некоторое время смотрел на неё, а затем развернулся.

Коршун кивнул Искристой и последовал за отцом. Когда взгляд его сияющих глаз остановился на окровавленном теле Жукоуса, он подошёл и со злостью пнул его.

— Я всё равно никогда ему не доверял.

Глава 15

Воробей поморщил нос, сглотнув пучок трав. Горький привкус пижмы будет ощущаться во рту вплоть до полудня, но это лучше, чем пойти на риск подцепить простуду или насморк, распространившихся по всему лагерю, словно блохи. Он обнюхал Иглогривку: её дыхание переполнялось ароматами свежих листьев.

— Ты съела всё целиком?

— Да. — Её шерсть зашуршала по полу, когда она пересекла пещеру, и Воробей услышал, как кошка принялась плескаться в луже. — Почему у трав такой горький вкус? — пожаловалась она.

— Горечь отпугивает кроликов и мышей, благодаря чему они не едят их, — ответил Воробей.

Дождливые деньки после Совета, спустя которого миновала четверть луны, принесли с собой первый ощутимый холодок Листопада. В свободное от патрулирование время всё племя проводило укрывшись от дождя в своих палатках, разнося насморк от гнезда к гнезду. Ничего серьёзного, но от звуков покашливаний и пошмыгиваний Воробей чувствовал себя так, словно сидел на иголках.

Вчера он выгнал из пещеры Милли, когда та пришла навестить Иглогривку.

— Никому нельзя находиться в пещере целителя, кроме меня!

Милли напряглась, раздражённо замахала хвостом, но спорить не стала. Воробей чувствовал беспокойство, пронизывающее её шкуру: больше всего на свете она хотела оградить Иглогривку от болезней. Несмотря на то, что сил лап Иглогривки теперь хватало даже на то, чтобы забраться на упавший бук, Воробей не мог знать наверняка, справится ли она с болезнью. Ежедневное поедание трав — это, безусловно, самый лучший способ оградить их обоих от инфекций.

Воробей прошагал мимо листьев, разложенных снаружи кладовой. Свёрток пижмы оказался меньше, чем он предполагал. Тогда он проверил мальву — она не хуже пижмы должна помочь Пурди избавиться от кашля. Он зажал челюстями охапку листьев и устремился к выходу.

— Оставайся в пещере, — приказал он Иглогривке сквозь сжатые зубы. — И никого не пускай.

— А если Милли придёт? — с надеждой в голосе спросила Иглогривка.

— Я уже сказал ей держаться подальше!

C помощью обоняния Воробей выбрался наружу и почувствовал лёгкий бриз, ударивший ему в нос. Он прижал уши и прошёл под кустом жимолости. Из палаток доносилось бормотание, приглушённое шуршанием листвы, вплетённой в изгородь для защиты от ветра. Воробей протиснулся в палатку старейшин: тёплые запахи Кисточки и Пурди заполнили его ноздри. Мех Пурди был сырым, а в воздухе витал мускусный аромат свежепойманной мыши.

Воробей свалил мальву к гнезду Пурди.

— Ты что, охотился?

— Кисточка проголодалась, — прохрипел Пурди.

— Не используй меня в качестве своего оправдания! — отрезала Кисточка и обернулась к Воробью. — Он хотел поохотиться.

— Да мы здесь внутри уже сколько дней торчим! — разошёлся Пурди. — Мне нужно было сходить развеяться!

— Наскучило моё общество? — Кисточка заёрзала в гнезде.

В горле старого кота раздалось мурлыканье.

— Я, было, решил, что тебе не помешает отдохнуть от моих баек.

— Твои байки — самое интересное, что есть здесь, — просипела кошка.

Воробей поднял несколько мальвовых листочков и сложил их перед ворчливым старейшиной.

— Может, тебе стоит больше времени проводить с Лилией и Зёрнышком? Они сейчас в самом буйном возрасте.

— И у Яроликой котята на подходе, — согласился он. — Уж и займут они тебя, бегая кругами по поляне в поисках неприятностей!

— Это точно, — фыркнула Кисточка. — Разумеется, кому, как ни мне, придётся учить их хорошим манерам. В наше время котята потеряли всякое уважение!

Воробей с усмешкой повёл усами.

— Не верь ей! — зашептал Пурди. — Вчера она учила Лилию и Зёрнышко, как пролезать под стеной палатки воителей и ловить их ничего не подозревающие хвосты!

— Я всё слышала! — прервала его Кисточка.

Воробей оставил пожилых кота и кошку выяснять отношения, а сам пролез под жимолостью и выбрался на улицу, под дождь. Детская лежала на противоположной стороне поляны. Цепляясь шкурой за колючки, Воробей учуял Пеплогривку, шмыгавшую носом под ежевикой.

Воробей пересёк лагерь и засунул голову внутрь:

— У вас всё хорошо?

Яроликая завертелась в гнезде.

— Тростинка попала под ливень, — пропыхтела она. Её живот так раздулся от котят, что даже сидеть во время разговора ей было затруднительно.

— У неё заболел живот, — раздался мяв Пеплогривки из-за гнезда Тростинки. — Я присмотрю за ней, у тебя и так много дел.

Воробей замялся в нерешительности, раздумывая, давать ли Пеплогривке вести себя, как целительнице, или же отослать её исполнять воинские обязанности, но всё же пришёл к выводу, что это решение должно остаться за ней.

— Дай мне знать, если тебе понадобятся травы, — сказал он. — Я их оставлю снаружи пещеры целителя.

Воробей вышел и развернулся к палатке учеников, откуда раздавался кашель Кротика.

— Покашляй ещё, Кротик. — К большому своему удивлению, Воробей услышал голос Листвички, которая уже была внутри.

Кротик выдавил из себя кашель, и Листвичка выпрямилась.

— Кашель идёт не из груди. Может, немного мёда смягчит его горло? — Воробей почувствовал на себе взгляд кошки.

Да, целителей в лагере больше, чем больных! Воробей протиснулся мимо Листвички и прислушался к дыханию Кротика. Она была права: оно звучало чистым.

— Я налью немного мёда в лист и оставлю его снаружи моей пещеры. — Он развернулся и вышел из палатки.

— А ты быстро, — поприветствовала его Иглогривка, когда кот пролез в пещеру и отряхнулся от капель дождя.

— Пеплогривка и Листвичка помогают, — пробормотал Воробей, проследовав к кладовой, вытащив оттуда кусок пчелиных сот и залив их содержимое в лавровый лист. Затем он выбрал несколько корней кервеля для Тростинки и её больного живота. Зажав медикаменты в челюстях, он оттащил их к выходу из пещеры, высунул голову и бросил наземь.

Неожиданно его озадачил знакомый запах: Речное Племя. Выскользнув наружу, он распробовал воздух. Маковка и Бурый выходили из тоннеля папоротников, неся с собой аромат лесной свежести. За ними вышел кто-то третий, нерешительно зашагав по поляне. Мотылинка?

— Мотылинка хочет с тобой поговорить, — позвала его Маковка.

— Это кошка из Речного племени! — восторженно запищала Лилия, выскочив из-за палатки воителей.

— Зачем она пришла? — Зёрнышко появилась следом за сестрой.

Воробей отмахнулся от них хвостом и поспешил встретить целительницу Речного племени. Кивнув Маковке и Бурому, он повёл Мотылинку на край поляны.

Позади них ворчал Долголап:

— Почему ей можно бродить по нашей территории, а нашему целителю даже на Совете появляться запрещено?

Воробей проигнорировал его.

— Что случилось?

— Ты должен пойти со мной, — ответила Мотылинка.

Стряхнув камни вниз с утёса, из своей пещеры вышел Огнезвёзд. Он резко остановился перед Мотылинкой.

— Что-то случилось?

— Нет, — спокойно ответила Мотылинка. — Я просто должна кое-что показать Воробью.

— Воробью нельзя покидать территорию Грозового Племени. — Огнезвёзд переступил с лапы на лапу.

Шерсть Мотылинки скользнула по меху Воробья.

— Для этого можно.

— Для этого? Для чего? — Огнезвёзд наклонил голову ближе.

— Для того, что поймёт лишь Воробей. — Мотылинка устремилась прочь. — Ты идёшь? — позвала она Воробья.

— Я, пожалуй, схожу с ней, — сконфуженно пробормотал Воробей и побежал за Мотылинкой, скрывшейся в папоротниковом тоннеле. Что может быть настолько важным, о чём она так решительно заявила предводителю?

Шкура Мотылинки сверкала от предвкушения, когда она устремилась по узкому берегу озера и пересекла границу племени Ветра, даже не остановившись, чтобы принюхаться. Воробей шёл следом, его лапы покалывало от любопытства. Он едва ли замечал, как дождь бил его по лицу. Неужели Мотылинка нашла доказательства того, кто является четвёртым котом? Надежда затеплилась у него в груди.

Воробей подскочил от испуга, услышав крик со склона холма. Грач. Воитель племени Ветра с воем направился к ним.

— Он ведёт патруль, — предупредила Мотылинка. Она загородила Воробья и стала ждать, покуда коты Ветра выскальзывали из вереска.

— Что вы здесь делаете?

Воробей вздрогнул, когда Грач остановился перед ним. Целитель почуял запахи Белохвостки и Совки, стоявших возле соплеменника.

— Ему нельзя пересекать границу! — зарычал Грач.

Мотылинка не шелохнулась.

— Это не ваша территория. Мы держимся в хвосте от воды.

— Сейчас не полнолуние! — окрысился Грач. — Перемирие не действует!

Воробей впился когтями в гравий. Трудно поверить, что этот вспыльчивый воитель приходился ему отцом.

— Мы целители, — спокойно ответила Мотылинка.

— Он — нет! — надвигался Грач.

— Проводим его до своей территории! — зарычала Совка.

— Он же не сделал ничего плохого, — замявшись, промяукала Белохвостка.

— Он убийца! — зашипела Совка.

— Ты веришь всему, что говорит племя Теней? — рассердилась на соплеменницу Белохвостка.

Камни зашуршали под лапами Мотылинки, когда она сделала шаг в сторону патруля Племени Ветра.

— Дайте нам пройти, — настаивала она.

— Я не могу пропустить Воробья. — Хвост Грача рассёк воздух.

— Ты хочешь биться со мной? — с вызовом бросила Мотылинка. — А ведь придётся, если вы хоть когтем его тронете! — в её горле нарастало гулкое рычание. — Одобрит ли Звёздное Племя причинение вреда целителю?

Воробей чувствовал, как от гнева шкура Грача ходила ходуном.

— Проходите. — Он нагнулся к Воробью. — Это уже второй раз, как мы ловим тебя на нашей территории. — Изо рта у него пахло кроликом. — Пусть это будет в последний раз.

Хвост Мотылинки скользнул под носом Воробья.

— Ему ещё нужно будет назад вернуться, — заметила она. — Мне его проводить? Или племя Ветра гордится нападками на слепых котов?

Воробей подавил шипение — он терпеть не мог, когда его слепоту используют в качестве оправдания, но сейчас не время демонстрировать ущемлённое самолюбие.

— Да на здоровье. — Грач отошёл, его соплеменники последовали за ним.

Отряхнув капли дождя с усов, Мотылинка продолжила путь по берегу. Поражённый отвагой кошки, Воробей засеменил следом.

— Тебе следовало стать воительницей, — заметил он, когда патруль племени Ветра оказался на достаточном расстоянии от них.

— Может, и стоило. Но я — целительница, — ответила Мотылинка, явно не желая говорить на эту тему. Она провела его через границу Речного племени, сквозь заросли тростника. Земля под лапами была топкой, а болотная трава цеплялась за шкуру Воробья, мешая следовать за целительницей по извилистой тропе.

— Что это? — Воробей принюхался, когда слабый запах дыма коснулся его носа.

— Это то, за чем мы и пришли. — Мотылинка пошла дальше, а Воробей поспешил за ней. — Пригнись, — предупредила она, когда трава стала гуще.

Влага стекла с листьев и ветвей, намочив морду Воробья и заставив его чихнуть. Стряхнув слюну, он зашагал за Мотылинкой, но та вскоре остановилась. От неожиданности Воробей чуть не потерял равновесие, утопая лапами в грязи и стараясь не врезаться в кошку.

— Мы на месте, — объявила Мотылинка.

Запах дыма усилился. Зачем она привела его к огню?

— Что это? — поинтересовался он.

— Один камыш тлеет, — ответила она. — И так продолжается уже несколько дней.

— Даже в дождь?

— Все остальные камыши в зарослях промокли насквозь, но этот продолжает гореть, — объяснила Мотылинка. — Он не весь горит, лишь макушка сияет небольшим пламенем.

Воробей нагнулся ближе, от дыма его глаза начали слезиться. Боль пронзила его нос, когда тот коснулся тлеющего камыша. Кот поспешно отошёл.

— И сколько он уже горит?

— Три рассвета, — мяукнула Мотылинка. — С тех пор, как прошёл Совет.

— Это знак! — Воробей обернулся к Мотылинке. — Ты же понимаешь, что это знак?

— Как по мне, это какой-то болотный фокус, — пробормотала она, сев. — Но я знала, что ты увидишь в этом знамение. Поэтому и показала его тебе.

— Ивушка видела его?

Должна же была Мотылинка сперва показать его соплеменнице.

— Ивушка не ищет знаков, — покачала головой Мотылинка. — В отличие от тебя.

Воробей склонился над крохотным пламенем. Как только жар снова коснулся его носа, видение пронеслось у него в голове. Столп огня взметнулся перед ним и устремился к небу оранжевой стрелой, словно… Мысль проскочила в голове Воробья: словно хвост!

Огнехвост! Звёздное племя оставило ему знак: найти Огнехвоста!

Он уже ходил к Лунному Озеру в поисках мёртвого кота племени Теней, но в тот раз ему не удалось даже попасть в охотничьи угодья звёздных предков. Должно быть, на сей раз Звёздное племя готово.

— Спасибо! — Воробей провёл хвостом по боку Мотылинки в знак благодарности. Был ли он прав, что она является четвёртой кошкой? Может, это Огнехвост? Этот знак поменял всё! Если он сможет поговорить с Огнехвостом и убедить его рассказать Пёрышку о том, что он утонул в результате несчастного случая, целители снова объединятся. А благодаря совместным усилиям целителей племена смогут вовремя объединить усилия, чтобы дать отпор Сумрачному Лесу.

— Мне нужно вернуться.

Мотылинка приостановила его лапой.

— Ты знаешь, что это означает?

— Думаю, да. — Объяснять ей всё целиком займёт слишком много времени, а Воробей хотел добраться домой, свернуться в гнёздышке и во сне оказаться в охотничьих угодьях Звёздного племени. — Это значит, что теперь я могу найти Огнехвоста.

— Но разве он не умер? — с тревогой в голосе спросила Мотылинка.

— Не для меня!

Воробей почувствовал, как горечь переполнила Мотылинку.

— Я тебе завидую, — пробормотала она. — Ты всегда ищешь надежду, даже в самый тёмный час.

Воробей поднял голову:

— Лишь бы я был прав.

Несколько рассветов назад он утратил всякую веру в пророчество, в собственные силы и в предназначение. Теперь же появился маленький лучик надежды, но тьма всё ещё окутывала его со всех сторон.

— Я всегда буду рядом, если понадоблюсь, — мяукнула Мотылинка. — Хоть я не разделяю твою веру, но всегда помогу тебе сражаться за то, что ты считаешь правильным.

— Благодарю. — Воробей побежал, лапы его чесались от желания скорее оказаться дома.

— Хочешь, я провожу тебя? — предложила Мотылинка, когда он вернулся на тропу.

— Со мной всё будет в порядке! — На бегу он следовал за собственным запахом по узкой тропинке, пока не вернулся на побережье.

Позади, из-за зарослей, раздался голос Мотылинки:

— Я буду наблюдать за пламенем! — крикнула она. — Если оно угаснет, я пойму, что ты нашёл то, что искал!

Глава 16

Воробей вздрогнул, его разбудил холодный ветер. Кот сел, ощущая брызги дождя на своей шкуре. «Где я?» Под ним простирался травянистый холм, над ним — небо, скрытое грозовыми тучами, а вокруг стоял мрачный пейзаж из умирающих деревьев и побитых грозами лугов. Может, он оказался в Сумрачном Лесу? На землях Звёздного племени всегда был сезон Зелёных Деревьев, а ветерок был лёгким и наполненным запахами добычи. Воробей взъерошился от холода и направился к группе деревьев ниже по склону. Птицы не пели, добычи и след простыл. Он прислушался, рассчитывая уловить поступь кошачьих лап. Здесь вообще были коты?

Послышалось шуршание шерсти о древесную кору. С колотящимся сердцем Воробей нырнул в промокшие папоротниковые заросли. Прижавшись животом к земле, он выглянул наружу. Это — воитель Сумрачного Леса? Кот отполз поглубже в кусты. Однако язык поймал знакомый запах: Пестролистая! Переведя дух от облегчения кот выбрался из-под зарослей.

Пестролистая остановилась.

— Воробей! Что ты здесь делаешь?

— Это — охотничьи угодья Звёздного племени? — Воробей взглянул на пожухлую листву.

— Да. — Пестролистая повела ушами.

— Что случилось?

— Листопад. — Пестролистая сжалась от холодного ветра. — Первый, за всю историю Звёздного племени, — безжизненным голосом проговорила она. — И, судя по ветру, близится сезон Голых Деревьев.

— Сезон Голых Деревьев в Звёздном племени? Это невозможно!

— Теперь возможно. Сумрачный Лес набирает силу. — Пестролистая вздрогнула. — А Звёздное племя может пасть.

Воробей взмахнул хвостом.

— Оно не падёт, если я смогу помочь! — Его взгляд скользнул по деревьям в надежде найти других котов. — Я пришёл поговорить с Огнехвостом.

— Почему сейчас? — удивилась Пестролистая.

— Я видел знак, — объяснил Воробей.

Пестролистая в недоумении уставилась на него.

— Какой знак?

— Знак, посланный Звёздный племенем: горящий камыш.

— Звёздное племя не посылало знаков. — Кошка склонила голову набок. — Мы теперь даже видеть озеро не в состоянии.

— Кто-то из вас точно послал его! — Воробей отряхнул шкуру, вымокшую под дождём. — В прошлый раз, когда я пытался отыскать Огнехвоста, я так и остался у Лунного Озера. Но теперь я здесь!

— Звёздное Племя не посылало знаков, — настаивала Пестролистая.

Воробей прошёл мимо неё и уставился на деревья.

— Ну, кто-то же послал его.

«Утёс?»

— Мне нужно поговорить с Огнехвостом. Это необходимо, чтобы целители воссоединились.

Пестролистая с опаской оглянулась.

— Ты же знаешь, что Звёздное племя распалось. Тебе не найти Огнехвоста, он на территории предков племени Теней.

Воробей потянул носом воздух.

— Здесь не существует границ.

— Теперь существуют! — огрызнулась Пестролистая.

— Они не настоящие!

«Зачем она всё усложняет?»

— Я найду Огнехвоста!

— Всё изменилось. — Прищурилась кошка.

— Но правда осталась прежней. — Воробей сплюнул. — Я разыщу Огнехвоста, и он расскажет Пёрышку, что я не убивал его.

— Это не так просто, как ты думаешь. — Предупредила Пестролистая. — Племя Теней не даст тебе пересечь их пограничные метки.

Внутри Воробья всё закипало от гнева.

— Я не просил тебя помогать!

Кот вздрогнул, когда Пестролистая приблизила морду вплотную к нему.

— А я не говорила, что не помогу тебе! — прошипела она. — Я лишь предупредила, что тебе придётся нелегко. Щербатая кормит всё Звёздное племя страхами, как мать кормит молоком своих котят! Глупая старая кляча!

Воробей попятился назад, ошеломлённый её гневом.

— Так ты отведёшь меня к Огнехвосту?

— Разумеется! — Она начала подниматься по тропе. — Территория племени Теней в той стороне.

Воробей поспешил за ней.

— Ты действительно решил, что я оставила Грозовое племя? — пробормотала Перстролистая.

— Не только Грозовое, — поправил её Воробей. — Речь идёт обо всех племенах.

Они оставили деревья позади и пересекли луг. Высокая трава лежала, побитая ветрами. Воробей сощурил глаза от косого дождя, под лапами хлюпали гниющие цветы. Впереди послышался шум реки. Когда Воробей добрался до побережья, его сердце сжалось: коричневая мутная вода вырывалась из берегов, снося камни на своём пути и закручиваясь в водоворотах.

— Где же все?

Пестролистая махнула хвостом в сторону группы котов, сидевших под скалистым навесом вверх по течению. «Буран?» Воробей едва узнал белоснежного воителя. Шкура его свалялась, так что рёбра выпирали из-под обтянувшей кости кожи.

— Добыча нынче — большая редкость, — объяснила Пестролистая.

Подле Бурана, глядя сквозь узкую расщелину, сидел Доглохвост. Его глаза были чистыми и яркими, зрение вернулось, но взгляд кота был полон грусти.

Воробей оторвался от Пестролистой и устремился к соплеменникам.

— Долгохвост! — поприветствовал он пожилого кота, мурлыча.

Тот поднял голову:

— Рад тебя видеть! — проурчал он.

Воробей заметил уголком глаз чей-то мелькнувший мех. Чернобурка шла вниз по крутому каменистому берегу.

— Воробей, это ты? — Она сорвалась с места и подбежала к собравшимся. — Со Звёздным племенем происходит что-то ужасное! Мы больше не видим племена!

— Я знаю, — ответил Воробей. — Это из-за Сумрачного Леса.

— Как Огнезвёзд? — спросил Буран, расхаживая вокруг Воробья.

— Он в порядке.

— А Кисточка? — Долгохвост с тревогой взглянул на него.

— Ворчит! — Воробей выдавил из себя мурлыканье. Ему хотелось убедить их, что на территории Грозового племени ничего не изменилось. — А Тростинка заправляет в детской с суровостью, присущей воителю.

— А как Иглогривка? — поинтересовался Долгохвост. — Она поправилась?

— У неё всё хорошо, — заверил его Воробей. — А Яроликая ждёт котят.

— Это отличная новость! — Глаза Бурана заблестели.

— Воробей! — позвала Пестролистая, стоявшая сзади. — Нам пора.

— А вы куда идёте? — Подался вперёд Долгохвост.

— Мы ищем Огнехвоста. — Повёл ухом Воробей.

Взгляд Бурана помрачнел.

— Не пересекайте границу, — предупредил он.

— В Звёздном племени не должно быть границ! — зарычал Воробей.

Долгохвост опустил голову.

— В Звёздном племени и Голых Деревьев быть не должно.

— Мне нужно найти Огнехвоста. — Воробей развернулся, но Буран вскочил перед ним и преградил дорогу.

— Вы не можете туда идти!

Пестролистая положила хвост на спину старому воителю.

— Нам очень нужно, — вежливо сказала она.

Буран моргнул, с беспокойством посмотрев на неё.

— Они вас выгонят.

— Они меня не остановят. — Прижал уши Воробей. — Это слишком важно.

Буран отошёл и дал Воробью пройти.

— Будьте осторожны! — крикнула вслед Чернобурка, когда кот последовал за Пестролистой прочь от скал.

Она вела его вниз по течению, вдоль реки, бегущей через луг, пока поток не свернул и не устремился к чаще вдалеке, обрываясь за древесным пнём.

— Мы пришли к границе.

Воробей учуял размытые запахи племени Теней на развесистых кустах ежевики, тянущихся вдоль тропы. Кот с тревогой огляделся.

«Это — Звёздное племя, — напомнил он себе. — Все коты здесь в безопасности».

— Пригнись! — Пестролистая неожиданно присела, сигнализируя Воробью кончиком хвоста. Впереди послышались шаги. Взгляд Пестролистой метался из стороны в сторону. — Мы должны спрятаться! — предупредила она.

— Нет! Это просто курам на смех! — Распушив грудку, Воробей проследовал мимо неё и остановился посреди тропы. Увидев вышедшую из-за угла и остановившуюся Ржавницу, он задрал хвост.

Глашатай племени Теней поджала губы, обнажив жёлтые зубы.

— Что вы здесь делаете?

За ней показались Клок Кометы и Остроцветик. Поймав взгляд Пестролистой, Клок Кометы зашипел:

— Я думал, мы уже велели тебе не пересекать границу!

— Это — Звёздное племя! — зашипел Воробей. — Здесь не место границам!

Пестролистая обогнула Воробья и встала спереди.

— Я знаю, вы уверены в своей правоте, — начала она. — Но мы пришли всего лишь поговорить с Огнехвостом. Как только это будет сделано, мы уйдём.

Клок Кометы обнажил когти.

— Что вам нужно от Огнехвоста?

Воробей пригладил шёрстку и стойко встретил его взгляд.

— Я видел знак, — объяснил он. — Если верить ему, я должен поговорить с Огнехвостом.

— Звёздное племя не посылало знаков! — зашипела Остроцветик.

Воробей покачал головой:

— Как можно знать это наверняка, учитывая все эти границы? — заметил он. — Кот из любого племени мог послать его. Но знак точно был.

Позади Ржавницы зашуршала ежевика, и на тропу вышел Кедрозвёзд.

— Дайте им пройти.

— С чего бы? — ощетинилась Ржавница.

— А что плохого может случиться, если дать им поговорить с Огнехвостом? — Кедрозвёзд склонил голову на бок.

— Они пересекут границу! — зарычала Остроцветик.

— И вскоре пересекут ей вновь, возвращаясь на свою территорию, — спокойно ответил Кедрозвёзд.

Ржавница приблизилась к Воробью.

— Что толку в границе, если все подряд её пересекают?

Кедрозвёзд не двинулся с места.

— Воробей — это не «все подряд». И ты это знаешь.

Последовала неловкая пауза. Затем Ржавница опустила голову и отступила.

— Думаю, можно сделать исключение, — пробормотала она.

— Благодарю, — кивнул Воробей.

Он проследовал мимо патрульных племени Теней, ощущая их жгучие взоры на своей шкуре. Он оглянулся на Пестролистую: Грозовая целительница шла за ним, одаривая котов племени Теней предупреждающим взглядом. Повернув за угол, Воробей прибавил скорости.

— Не отставай! — поторопил он её через плечо.

— Ты знаешь, где искать его?

— В моём видении был горящий камыш, — ответил Воробей. — Он должен быть неподалёку от камышей.

Пестролистая недоверчиво оглядела сосны, лежавшие впереди.

— Камыши? На территории племени Теней? Описание больше подходит территориям Речного племени.

В её словах был смысл. Воробей осмотрел ежевику, надеясь высмотреть воду поблизости.

— Погоди. — Остановилась Пестролистая и подняла хвост. — Через эту часть охотничьих угодий течёт река.

Она свернула с тропы и проскользнула меж ползучих кустарников. Воробей последовал за ней, цепляясь за колючки своим мехом. Пестролистая вертелась между стеблей в поисках зазора, через который они смогли бы протиснуться. Земля горкой ушла вниз, и вскоре Воробей снова услышал журчание воды.

— Там. — Кивнула Пестролистая в сторону мутной реки, бурлящей впереди. Горка спускалась к тростниковым зарослям у края воды. — Племя Теней провозгласило эту территорию своей, чтобы просто позлить Речных котов.

Воробей осмотрел полосу голых стеблей, рассчитывая среди них заметить оранжевое пятно.

— Ты его не видишь? — спросил он Пестролистую, но та уже спустилась вниз, к берегу. Воробей помчался за ней, кошка скрылась между камышей.

— Огнехвост! — Целитель нюхом прокладывал себе путь сквозь заросли. Воробей невольно вздрогнул, когда прохладная вода накрыла его лапы.

В камышах показалась черепаховая шкура Пестролистой.

— Есть что-нибудь? — спросил он и замер.

Его нос что-то уловил. Запах племени Теней, и, вне всяких сомнений, свежий. Может, это Огнехвост? Он направился вперёд, земля под его лапами хлюпала всё тише и тише. Вода коснулась меха на его животе, торфяники засасывали его лапы так, что каждый шаг давался с трудом.

— Огнехвост? — Напрягшись, он вгляделся в стебли. — Огнехвост!

Воробей попытался сделать очередной шаг, но понял, что его задняя лапа застряла. Он стал тянуться, пытаясь высвободить её из чёрного торфа, но грязь лишь сильнее засасывала её. Кот напряг плечи, стараясь вытащить передние лапы, но они проваливались всё глубже и глубже, пока он не оказался погребён по колени.

— Пестролистая! На помощь!

Волна паники захлестнула его. Пытаясь вытянуть одну лапу, он ещё глубже проваливался другой. Губительная жижа поднялась выше живота, медленно поглощая его бока. Когда грязь подступила к груди, Воробей вытянулся что было сил.

— Ты нашёл его? — Голова Пестролистой показалась из-за камышей.

— Ни шагу дальше! — завизжал Воробей. — Я тону!

Пестролистая подалась вперёд и попыталась схватить загривок Воробья своими челюстями, но зубы сжались в воздухе у его уха. Она отступила на более твёрдую почву.

— Я не могу дотянуться!

— Оставайся на месте! — зашипел на неё Воробей. — Мы не можем оба утонуть!

Глаза Пестролистой засверкали.

— Держись, сколько сможешь! Я найду палку, за которую ты сможешь зацепиться зубами. — Она развернулась, хвост её скользнул мимо носа Воробья, когда она умчалась прочь.

— Похоже, у кого-то неприятности, — раздался голос из камышей. Воробей завертел головой и увидел рыжую морду, уставившуюся на него из-за стеблей.

— Огнехвост! — Кот племени Теней холодно смотрел на него. — Помоги мне! Я тону!

Тот сделал шаг вперёд, но затем остановился. Глаза его полыхали огнём.

— Я прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

— Ты можешь дотянуться? — Воробей напрягся, чтобы увидеть почву позади себя. Может, одна достаточно плотная и выдержит вес Огнехвоста.

— А зачем мне это делать? — Голос Огнехвоста был холоден. — Ты-то меня не спас.

— Я пытался! — Воробей почувствовал, как его усы коснулись грязи. Он закинул голову назад, ощущая, как торф поглощает его грудку. — Но я не смог! Я должен был выжить! Мне ещё рано было умирать!

— А мне — самое время, значит! — зашипел Огнехвост.

Воробей стал лихорадочно соображать, как бы убедить Теневого кота, что он не виноват в его смерти, но горькая на вкус вода забурлила у уголков его рта.

— Это несправедливо! — зарычал Огнехвост. — Такая никчёмная смерть!

— Но у тебя всё ещё есть предназначение! — Воробей потряс головой и выплюнул чёрную воду изо рта. — Ты — единственный, кто сейчас может спасти племя Теней! Грядущая тьма поглотит всех твоих соплеменников, если ты позволишь ей сделать это! Только ты можешь объединить племена, чтобы мы могли выжить!

— Почему я должен тебе верить? — Огнехвост сплюнул. — В Грозовом племени сплошь убийцы! Допустим, ты меня не топил. Но, как только я очутился здесь, твоя соплеменница пыталась убить меня!

— Здесь? — Воробей говорил из последних сил. — Кто?

— Искра! — Огнехвост высунул морду из тростников. — Я искал дорогу в Звёздное племя, а она пыталась перегрызть мне горло! И она сделала бы это, если бы Когтегрив не остановил её. Так что теперь я просто дам тебе умереть.

Вода наполнила рот Воробья. Он сжал челюсти, отчаянно вдыхая воздух через нос, пока грязь заволакивала его щёки.

— Огнехвост! — Крик Пестролистой рассёк воздух. — Прекрати сыпать угрозами, словно воитель. Ты — целитель! — Взгляд Огнехвоста уткнулся в черепаховую кошку. Та взглянула в ответ. В лапах у неё была изогнутая ветвь. — У тебя власти больше, чем можно вообразить! — зарычала она. — Тебе только нужно сказать правду.

Огнехвост прижал уши, не желая случать её.

— Помоги целителям снова начать действовать сообща. — Мольба звучала в голосе Пестролистой. — Если падёт закон целителей, падут и племена. Мы — словно сердцебиение племён. Племён, а не Воинского Закона. Подумай об обещаниях, которые ты дал.

Вода бурлила возле носа Воробья. Он посмотрел на Охнехвоста: тот напряг лапы. Грязь скользила по позвоночнику, и кот больше не чувствовал лап. Необъяснимое чувство покоя захлестнуло его, будто он знал, что дальнейшая борьба бессмысленна.

— Это действительно в моих силах? — пробормотал Огнехвост.

Воробей попытался покачать головой. «Да! У тебя в лапах сила звёзд!» Но его мышцы не слушались его, и он закрыл глаза, чувствуя себя настолько усталым, как никогда в жизни. Он видел какое-то смутное движение перед собой, но уже не придавал ему значения.

Неожиданно он почувствовал, как что-то тычет его в передние лапы. Пестролистая сунула палку глубоко в грязь и попыталась растолкать кота.

— Проснись, Воробей! Ну давай же! — шипела она. — Я не дам тебе вот так погибнуть!

Послышался треск камышей и плеск воды, Огнехвост прошёл сквозь тростниковые заросли и присоединился к ней. Он сел и зажал конец палки зубами, пока Пестролистая пыталась подтащить другой конец к Воробью.

— Давай! — завыла она.

Воробей моргнул. Нельзя сдаваться! Он нашёл Огнехвоста, надежда всё ещё жива! Он изо всех сил замахал лапами, борясь с грязью, пока не подцепил когтем кончик палки. Притянув её поближе, он обвился обеими передними лапами вокруг неё. Сырой торф брызнул ему в лицо, отчего Воробья вырвало, но палку он не отпустил.

— Тащи! — приказала Пестролистая, и двое целителей навалились на палку.

Воробей чувствовал, как его тянут вперёд и вверх. Когда его рот оказался на поверхности, кот принялся судорожно глотать воздух. Пестролистая и Огнехвост кряхтели от напряжения, медленно вытягивая его из грязи. Оттолкнувшись задними лапами, Воробей сумел выбраться из болота. Он рухнул наземь, среди камышей, его бока тяжело вздымались. Мягкие лапы Пестролистой массировали ему грудь.

— Я в порядке, — выдохнул кот. — Я проглотил совсем чуть-чуть. — Сухой кашель прервал его, и мутная вода вышла из него.

— Нам пора. — Развернулась Пестролистая. — Осталось мало времени.

— Мало времени? Для чего? — переспросил Огнехвост, пихнув Воробья в лапы.

— Для того, чтобы поговорить с целителями! — бросила Пестролистая через плечо, поднимаясь вверх по склону. Огнехвост устремился за ней.

«Мало времени?» Воробей протиснулся сквозь камыши и начал карабкаться на холм. Достигнув вершины, он увидел Пестролистую и Огнехвоста, бегущих мимо сосен. Он поспешил за ними, набирая скорость, силы возвращались к нему после пережитого шока.

«К чему такая спешка?»

И тут он понял. «Целители спят, как и я. Мы должны поговорить с ними до того, как они проснутся!» Он прибавил в темпе, сокращая отрыв до Пестролистой и Огнехвоста, пока не нагнал их у опушки соснового леса.

Пестролистая остановилась и уставилась на деревья яростным взглядом.

— Мы должны найти их до восхода солнца! — крикнула она, задыхаясь.

— Быстрее! — Огнехвост устремился по тропе, извивающейся между сосен. — Я знаю место, где предки посещают Пёрышко!

Воробей бросился следом, Пестролистая шла за ними по пятам.

— Пёрышко! — Огнехвост позвал соплеменника, когда они достигли невысокой вершины.

Целитель племени Теней стоял в котловине. Он обернулся и удивлённо моргнул.

— Огнехвост? Воробей?

Воробей спустился с холма и встал перед ним.

— Знаю, — в спешке начал он. — Я больше не считаюсь целителем, но Огнехвост хочет кое-что тебе сказать!

Пёрышко перевёл взгляд на рыжего целителя.

— Где ты был? Я искал тебя.

— С тех пор, как умер, я держался в стороне, — извинился он, опустив голову.

— Теперь я знаю, что ты в безопасности, среди наших предков. — Пёрышко потёрся мордой о щёку соплеменника.

Пестролистая вскочила между ними.

— Нам нельзя здесь оставаться. Мы должны рассказать это всем целителям, пока они все во сне в Звёздном Племени. Пёрышко, иди с нами. — Она обернулась к Огнехвосту. — Как быстрее всего добраться до охотничьих угодий племени Ветра?

— Нужно выйти из сосновой рощи и направиться к ущелью.

Пестролистая кивнула и побежала. Прежде, чем последовать за ней, Воробей задержался и в течении нескольких долгих ударов сердца всматривался в голубые глаза Огнехвоста. Столько всего хотелось сказать, но целитель чувствовал, что тот и так понимал его.

— Спасибо! — пробормотал Воробей.

— Это ради племён, — кивнув, ответил Огнехвост.

— Ради племён, — эхом повторил Воробей. Он развернулся и погнался за Пестролистой, оставив хвойные заросли позади. За спиной он слышал бегущих Огнехвоста и Пёрышко: поступь их лап звучно отдавалась на сырой земле.

Они оказались на поросшем вереском холме, возвышающимся к мрачному, пурпурно-серому небу. Пестролистая исчезла в зазоре меж кустами, Воробей устремился за ней, Огнехвост и Пёрышко следовали за ним по пятам. Тропа, окружённая колючими зарослями, стремилась вверх. Воробей чувствовал, что они здесь не одни: между стеблями мелькали шкуры, а в сумерках сверкали глаза, но никто не остановил их.

На вершине дорогу им преградили заросли утёсника. Описывая зигзаги, Воробей нашёл зазор и метнулся в него, оказавшись на каменистом плато.

За ним выскочила Пестролистая.

— Вот он! — Она устремилась к одинокой фигуре, сидевшей на краю утёса. Пустельга развернулся и прижал уши.

Пестролистая резко затормозила перед ним.

— Нам нужно поговорить!

Воробей поскользнулся на гладком камне, вскрикнув, когда земля начала уходить у него из-под лап, однако, он вовремя успел уцепиться когтями и удержаться. Передние лапы Пустельги стояли на краю крутого обрыва. Далеко внизу, вдоль горизонта, тянулась широкая долина, упирающаяся во вздымающиеся облака.

— Что происходит? — Нахмурился Пустельга.

— Нам ещё нужна Ивушка! — Когда Пустельга и Огнехвост нагнали группу, Пестролистая осмотрела долину. — Там внизу территория Речного племени?

— Вам не придётся туда идти, — раздался голос позади них, и с холма спустилась Ивушка. — Я увидела тебя, и мне стало интересно, что ты делаешь. — Она уставилась на Воробья. — Ты здесь из-за Мотылинки? Она говорила, что сегодня ты посещал Речное племя.

— Да. — Воробей так запыхался, что едва мог дышать. — Там мне был дан знак.

— Так вот почему она сказала мне посетить Звёздное племя во сне. — Кивнула Ивушка. — Мне это показалось странным. Как правило, она не говорит о Звёздном племени.

Паника охватила Воробья, когда он заметил, что Речная кошка начала растворяться: Ивушка покидала Звёздное племя. Пустельга тоже стал бледнее, как и Пёрышко. Воробей осмотрел свои лапы и увидел сквозь них серый утёс, на котором стоял.

— Над озером восходит солнце! Целители нас покидают. — Пестролистая взглянула на Огнехвоста. — Скажи им, скорее!

— Воробей не убивал меня, — выпалил правду Огнехвост. — Я утонул. Воробей пытался спасти меня, но моё тело было слишком тяжёлым, а течение слишком сильным. В моей смерти нет его вины!

— Благодарю тебя, Огнехвост, — Воробей склонил голову. Пейзаж вокруг начал размываться. — Ты исполнил своё предназначение.

Огненный кот племени Теней наклонился в ответ. «Он точно четвёртый кот!» Воробей взглянул на остальных целителей: они стали практически прозрачными.

— Давайте встретимся завтра на Лунном Озере!

— Согласен! — ответил Пустельга.

— Я приду! — пообещала Ивушка.

— И я! — практически шёпотом ответил Пёрышко прежде, чем исчезнуть.

На фоне растворяющегося утёса рыжая шерсть Огнехвоста горела огнём.

— Странно, что мне пришлось умереть, дабы исполнить предназначение. — Он посмотрел на Воробья. — Спасибо, что пришёл найти меня. — Его взгляд был умиротворённым. — Что бы теперь ни произошло, я буду вместе с племенами. Всеми племенами.

— Воробей! — Мир вокруг уже растворился, и лишь дыхание Пестролистой достигло его слуха. — Он не четвёртый кот.

— Но он должен быть им! — Воробей заёрзал в своём гнезде.

— Нет, ты должен продолжать поиски! — Голос Пестролистой эхом отразился в ушах, когда Воробей проснулся, и тьма захлестнула его взор.

Глава 17

Львиносвет расхаживал по поляне. Всё ещё лил дождь, стекая ручьями с палаток, однако тучи уже начали расходиться, и за ними показалось чистое предрассветное небо. Племя зашевелилось. Раздалось шуршание гнёзд, закачался куст жимолости, и, зевая, из палатки старейшин на поляну выбрался Пурди.

— А вы сегодня рано, молодой воитель! — прокричал пожилой кот с противоположного конца поляны.

— Дожидаюсь рассветного патруля, — ответил Львиносвет. Когти его чесались от волнения. Принесут ли они с собой новости о тех странных запахах?

— Тебе бы отдохнуть. — Огнезвёзд спустился с Каменного Карниза. — Ты же ходил в полуночный патруль.

Львиносвет остановился.

— Как и ты.

Ночью они вместе с Песчаной Бурей и Бурым обошли всю территорию, и в на каждом пеньке, в каждой лощинке были запахи.

Песчаная Буря высунула голову из палатки предводителя.

— Как вообще коты могут спать, когда лес кишит врагами?!

— Цыц! — хлестнув хвостом, прервал её Огнезвёзд.

Песчаная Буря спустилась по каменистой тропе и прижалась к нему.

— Прости, — пробормотала она. — Но разве племя не должно об этом знать?

Огнезвёзд впился когтями глубоко в землю.

— Нет, пока я не придумаю, как с этим разобраться. — Он взглянул на Львиносвета.

«И как он объяснит это племени?» Готовы ли они узнать, что Сумрачный Лес планирует нанести удар, который может уничтожить все племена? Львиносвет вздрогнул. Заметить запах Искры среди прочих для всех было настоящей неожиданностью. Уж не решил ли Огнезвёзд, что молодая воительница выступает заодно с Сумрачным Лесом? «Скорее всего, он подумал, что запах остался с охотничьего патруля».

Задрожали ежевичные заросли на входе в пещеру целителя, и из них вышел Воробей.

— Львиносвет. — Подбежал он к брату. — Во сне я был со Звёздным племенем, — прошептал он ему на ухо.

Львиносвет отвёл Воробья к дальнему концу поляны.

— Они тебе сказали что-нибудь?

— Я нашёл Огнехвоста! — Пустые глаза Воробья радостно сияли. — Он поведал остальным целителям правду о своей смерти. Сегодня мы собираемся у Лунного Озера.

— А что, если уже слишком поздно? — мрачно спросил Львиносвет. Учитывая, как часто коты Сумрачного Леса оставляют запахи на приозёрных территориях, до решающей битвы уже недалеко.

— Нужно надеяться, что не поздно! — зашипел Воробей. — Если целители сумели вновь воссоединиться, они и предводителей смогут уговорить совершить то же самое!

— Нам всё ещё нужно найти четвёртого кота, — напомнил Львиносвет. Что толку в объединении, если пророчество до сих пор не исполнено?

— Это не Огнехвост! — объявил Воробей.

— А с чего бы ему быть им? — Львиносвет уставился на брата в недоумении.

— Мотылинка показала мне знамение, — объяснил Воробей. — Камыш горел пламенем, которое даже дождь не смог загасить. Я решил, это значит, что Огнехвост — четвёртый кот. Но Пестролистая сказала, что это не он.

— Надо понимать, сказать, кто же этот четвёртый кот, она не удосужилась? — гневно выпалил Львиносвет, взмахнув хвостом.

Воробей покачал головой.

— Не думаю, что ей это известно. — Он проследовал мимо Львиносвета. — Мы сами должны это выяснить. — Он остановился. звук шагов. Львиносвет распробовал воздух: Ежевика. Рассветный патруль возвращался в лагерь.

Изгородь зашевелила, и Ежевика ввалился на поляну.

— Племя Ветра обновило метки и выставило постоянный дозор у ручья. — Взъерошенный кот подошёл к Огнезвёзду. — И нам следует так поступить.

Следом за глашатаем в лагере появились Крутобок и Милли вместе с Кротиком, Шиповницей и Голубкой позади.

— Я останусь сторожить границу! — зарычал Крутобок.

— И что ты сможешь предпринять в одиночку? — возразила Милли.

Огнезвёзд прищурился.

— Возвращайся! — приказал он Крутобоку. — Сам ничего не затевай, но предупреди нас в случае неприятностей.

Из палатки воителей показалась голова Медуницы.

— Племя Ветра планирует вторжение?

— Не уверен, — ответил Огнезвёзд. — Но лучше быть наготове. — Он отмахнул Ежевике, и воители вместе поднялись в пещеру предводителя.

Кротик носился вокруг Шиповницы.

— А можно мне с Крутобоком? — умолял он. — У меня слух острее, чем у него. Я гораздо раньше услышу надвигающуюся опасность!

Шиповница строго взглянула на ученика.

— Крутобок — опытный воитель, который способен отличить звуки опасности от любых других. — Она подтолкнула его к куче с добычей. — Нам же не нужны ложные тревоги. А теперь ступай, поешь.

Кротик побрёл восвояси. Голубка присоединилась ко Львиносвету и Воробью.

— Племя Ветра в ярости, — предупредила она. — Они обнаружили вражеские запахи по всей пустоши, в том числе и запахи Грозового племени.

«Иска и там побывала?» Хвост Львиносвета вздрогнул.

Воробей прищурился.

— Такими темпами Сумрачному Лесу не придётся устраивать вторжение, — пробормотал он. — Племена сами по себе порвут друг друга.

— Нужно выяснить точные планы Звездолома. — Львиносвет приблизился к Голубке. — Найди Искру. Пока ей рассказать нам, что творится в Сумрачном Лесу.

— Она, должно быть, спит. — Голубка взглянула на палатку учеников. — Не хочу будить её.

— Мне плевать! — зашипел Львиносвет. — Приведи её!

Голубка направилась к тисовому кусту, а Львиносвет подвёл Воробья к павшему буку. Маковка потягивалась снаружи воинской палатки. Ягодник прошёл мимо неё и направился к куче дичи, а Лисохвост и Попрыгун уже копались во вчерашнем улове.

— Ежевика организовал патрули? — Лисохвост подцепил когтями тощую землеройку. — Нам нужно что-то посвежее этого.

— Думаю, да. — Тростинка вышла из детской. — Яролика голодна, и она не станет есть несвежую мышь. С котятами на подходе, её аппетит разыгрался не на шутку.

— Я схожу, поохочусь! — вызвался Кротик.

— Да ты же только с патруля вернулся! — Уселась Шиповница.

Лисохвост лапой почесал нос.

— Я свожу Вишенку и Кротика в лес, а ты отдохни, — мяукнул он тёмно-кремовой кошке.

— Благодарю. — Шиповница облегчённо перевела дух.

Заросли тиса зашевелились, и оттуда вышла Голубка. Следом семенила Искра, с мутными заспанными глазами. Львиносвет взмахнул хвостом, и компания отошла глубже в тень бука.

— Что такое? — Зевнула Искристая, приблизившись.

Воробей напряг лапы.

— Ты должна рассказать нам, что творится в Сумрачном Лесу, — зашептал он.

Львиносвет поманил кошку движением морды.

— По всем племенным территориям разбросаны запахи Сумрачного Леса. — Кот зафиксировал на ней взгляд. — В том числе и твой.

Искра насторожила уши.

— Я не единственная племенная кошка, посещающая озеро из Сумрачного Леса, — сказала она в своё оправдание. — Другие тоже приходили.

— Зачем? — Львиносвет понизил голос.

Искристая выглянула из-за его плеча, дабы убедится, что за их не подслушивают.

— Звездолом говорит, что нам необходимо изучить территории племён, чтобы помогать друг другу, если понадобится.

Львиносвет закипел от ярости.

— И племенные коты действительно верят в это?

— Большинство не понимает, насколько он злой. — Искристая повела ухом.

— Но некоторые понимают? — уточнил Львиносвет.

Мяв Искры затих до шёпота:

— Некоторые из них жаждут победы Сумрачного Леса. Считают, что предводители правят слишком мягко.

Львиносвет расширил глаза. Как могут воители обращаться против своих соплеменников? Они что, не верят в Воинский Закон?

— Кто они? — зашептал он.

Искра уставилась на лапы.

— Они всё же могут передумать, когда начнётся побоище.

— А ну, говори, кто предатели? — зарычал Львиносвет. — Мы должны предупредить их предводителей!

Воробей встал между ними.

— Давай доверимся Искре, — предупредил он. — Они могут сражаться на стороне правды в час битвы. А если мы выдвинем против них обвинения сейчас, то наверняка окончательно обратим их во врагов.

Искристая посмотрела на кота с благодарностью.

— Мы делаем всё, что приказывает Звездолом. — Её хвост задрожал. — А иначе он убьёт нас. И он не шутит. Он уже убил Жукоуса.

— Жукоус? — Львиносвет впился когтями в землю.

Голубка навострила уши. Искристая кивнула, во все глаза глядя на сестру. Львиносвет понял, что она пыталась услышать молодого воителя Речного племени. Кот задержал дыхание, в надежде, что Искристая ошибалась.

— Ну? — Львиносвет не вытерпел ожидания.

— Его нет, — доложила Голубка. — Речные коты не могут найти его. Я слышу, как они зовут его, но Жукоуса и след простыл.

Искра отпрянула, дрожа от ужаса.

— Он навеки останется лежать в Сумрачном Лесу.

— Мы знаем, чему противостоим, — зарычал Воробей. — Раз Звездолом готов убивать собственных новобранцев ещё до битвы, он настроен решительно.

— И они, очевидно, разведывают территорию в поисках лучших точек для нападения, — кивнул Львиносвет и задрал подбородок. — Мы должны рассказать Огнезвёзду. — Он выступил из тени бука и пошёл по поляне. — Пошли, Искра!

Голубка было последовала за ней, но Львиносвет отмашкой хвоста остановил её.

— Оставайся с Воробьём, пещера Огнезвёзда и без того будет переполнена.

Он вскочил на каменистую породу, осыпав Искристую, стоящую внизу, с краю, градом песка. Он дождался, пока она не забралась наверх, затем повёл её в пещеру.

Ежевика удивлённо посмотрел на них.

— Что вы здесь делаете? — Он сидел подле Огнезвёзда.

Искристая переминалась с лапы на лапу.

— Тебе нужно знать, что происходит. — В сумерках дальнего конца пещеры Львиносвет едва мог разглядеть шкуру Огнезвёзда. — Искра посещает Сумрачный Лес во сне. — Огнезвёзд напрягся всем телом, а Львиносвет продолжил. — Он шпионила для нас.

Ежевика резко поднялся.

— Во имя Звёздного племени, что происходит?

Хвост Огнезвёзда скользнул по полу пещеры.

— Сумрачный Лес набирает силу, Ежевика. — Его взгляд остановился на Искре. — Я подозреваю, что коты оттуда вторгаются на нашу территорию каждую ночь.

Искристая кивнула.

— Звездолом и Звездоцап убедили котов из каждого племени, что учат их быть великими воинами, и что совместные тренировки сделают их сильнее.

— Звездоцап? — Глаза Ежевики блеснули в сумрачном свете. — И он тут замешан?

— Он один из наиболее могущественных воителей Сумрачного Леса, — объяснил Львиносвет. — Он набирал котов со всего озера и обучал их во сне. Теперь он нашёл способ проводить собственных воинов на озёрные территории.

Гулкий рык раздался в горле Ежевики:

— Я что, никогда не отделаюсь от своего отца?

В сияющих глазах Огнезвёзда проносились далёкие воспоминания.

— Эта битва уже давно назревала.

— Какая битва? — Голос Листвички раздался у входа в пещеру.

— С кем мы сражаемся? — Выглянула перепуганная Белка из-за плеча сестры.

Огнезвёзд вышел из тени и приблизился ко Львиносвету.

— Пришло тебе время поделиться своей судьбой с роднёй. Они здесь, расскажи им.

Львиносвет отпрянул.

— Это не их дело! — С колотящимся сердцем он перевёл взгляд от Листвички к Ежевике. — И они мне не родня!

Дыхание Огнезвёзда коснулось его морды.

— Листвичка родила тебя, а Ежевика и Белка вырастили. Без них пророчество бы не исполнилось.

«Оно и так ещё не исполнилось!» Каким образом этот фарс должен был помочь в поисках четвёртого кота или борьбе с Сумрачным Лесом?

— Иди за мной. — Ежевика поднялся на лапы.

Внезапно, Львиносвет снова почувствовал себя котёнком. Воитель, которого он так долго считал своим отцом, прошёл мимо и покинул пещеру. За ним тихо последовала Листвичка, Белка шла в хвосте от неё.

— Расскажи им всё, Львиносвет, — пробормотал Огнезвёзд. — Они должны знать. — Предводитель сел. — А в это время Искра сможет рассказать мне всё, что она выведала в своих сновидениях.

Львиносвет неохотно спустился по каменистой тропе и пошёл за Ежевикой, Листвичкой и Белкой ко входу в лагерь.

Его нагнал Воробей.

— Что происходит?

— Огнезвёзд сказал, чтобы я изложил им всё о пророчестве, — прорычал Львиносвет.

— Я с тобой!

— Приведи Остролистую, — велел Львиносвет. — Это и её касается.

— Она не является частью пророчества, — напомнил Воробей.

— Она наша сестра, — настаивал Львиносвет. — И знает столько же, сколь и мы.

Воробей побежал через поляну, а Львиносвет нырнул в папоротниковый тоннель. Он фыркнул, когда хвост Листвички коснулся его морды. Когда он выбрался и отряхнул шкуру от колючек, Ежевика уже сидел в небольшой впадинке за пределами лагеря, обвив лапы хвостом. Белка неторопливо прошлась мимо него, а Листвичка села на расстоянии лисьего хвоста от неё.

— Что случилось? — Из тоннеля послышался голос Остролистой. Выбравшись наружу, она удивлённо посмотрела на собравшихся за лагерем котов.

За ней показался Воробей, подтолкнув кошку вперёд.

— Мы собираемся рассказать им о пророчестве.

— Сейчас? — спросила она, дёрнув ухом.

«Да, сейчас!» Львиносвет зачерпнул горсть земли, и пожухлая листва захрустела под его лапами.

— Давным-давно, Огнезвёзд получил пророчество, — начал он. — Ему сказали, что будут рождены три котёнка с силой звёзд в лапах.

Ежевика напрягся.

— И вы трое — эти котята? — Он по очереди посмотрел на Львиносвета, Воробья и Остролистую.

— Я — нет! — быстро поправила его Остролистая.

Воробей приблизился к сестре.

— Но, поначалу, мы считали, что она — одна из Трёх.

— А кто же третий? — Подалась вперёд Белка.

— Голубка! — проговорил Львиносвет. — Наше предназначение — спасти племена от Сумрачного Леса.

Глаза Ежевики вспыхнули гневом.

— И почему вы не рассказали мне? Потому что я вам не отец? — Он взглянул на Белку. — А ты знала? Так вот, почему ты лгала, что они — твои котята?

Белка отпрянула, расширив глаза.

— Нет!

Львиносвет встал между двумя воителями.

— Никто из вас не знал. — Он взглянул на Листвичку. — Только мы. И Огнезвёзд.

Воробей вышел вперёд:

— Мы должны исполнить предназначение самостоятельно!

— Но мы же могли помочь вам! — Глаза Листвички затуманились. — Вам не обязательно нести эту ношу в одиночку!

— Нам бы вообще не пришлось её нести, если бы кое-кто соблюдал Воинский Закон! — зарычал золотистый воитель.

Жгучая боль промелькнула в глазах бывшей целительницы. Белка вскочила перед сестрой и гневно посмотрела на Львиносвета.

— Ты бы предпочёл вовсе не родиться? — отрезала она. — И кто бы тогда спасал племена от Сумрачного Леса?

— Мы ещё не спасли вас, — пробормотал Воробей.

— Но спасёте! — Листвичка вышла из-за Белки, боль постепенно исчезла из её взора. — Вы были рождены, чтобы спасти племена.

— Почему вокруг так много лжи? — Он смотрел на Белку и в бешенстве размахивал хвостом, словно собирался смести всю ложь, что его окружала.

— Почему ты не открыла мне правду?

Белка опустила голову.

— Потому что это не мой секрет. Листвичка бы столько потеряла.

— Она потеряла всё с самого начала! — с укором возразил кот.

— Это не так! — Листвичка подняла голову. — Я видела, как мои котята вырастают в прекрасных воителей, и продолжала всем сердцем служить родному племени.

У Львиносвета кольнуло в сердце. Возможно, именно в этих словах и была главная истина. Листвичка стольким пожертвовала и, сколько бы раз дети не отвергали её, она не переставала любить их. И в самый тёмный час своей жизни Львиносвет не мог поспорить с этим.

— Ежевика, прости! — Белка вплотную приблизилась к глашатаю Грозового племени. Её голос окреп и стал увереннее, словно она устала корить себя за то, что считала правильным. — Пойми, что я никоим образом не хотела причинить тебе вред. Я любила тебя, и была счастлива растить этих котят с тобой. Ты был прекрасным отцом.

— Я не был им отцом! — зашипел Ежевика, оскалившись.

— Нет, был! — Она приблизила к нему морду, глаза её метали молнии. — Не выбрасывай всех и вся из своей жизни лишь потому, что злишься на меня!

Львиносвет сглотнул комок в горле.

— Для меня честь — быть твоим сыном!

Ежевика удивлённо обернулся к Львиносвету, словно забыл о его присутствии. Что-то изменилось в выражении его лица.

— А у меня не могло быть сына лучше тебя. И Воробья. И дочери лучше, чем Остролистая.

Остролистая открыла рот, желая возразить, но Ежевика перебил её:

— Я знаю, вы не причастны к этому обману. Что бы вы ни делали, это случилось оттого, что ложь окружала вас с момента рождения.

— Это целиком и полностью моя вина, — тихо промяукала Листвичка. — Нельзя винить Белку: она не могла предать меня. Теперь, когда нам известно о пророчестве, остаётся один вопрос: примет ли этих котят собственное племя? И я, в конце концов, говорю не о нас, а об остальных. Мы-то были связаны с ними собственными судьбами с того самого момента, как они появились на свет.

— Так и должно было случиться! — кивнула Белка.

Львиносвет взглянул на свои лапы. Если коты племени смогут принять их предназначение, ему хватит смелости принять самого себя. «Я — один из четырёх!»

Глава 18

Воробей проследовал вдоль края Лунного Озера. Камень под ногами был слегка подмёрзшим, а над головой завывал холодный ветер. «Во имя Звёздного Племени, пусть они придут!» Прошлой ночью целители договорились встретиться на этом месте.

К этому моменту уж миновала полночь. Когда этим днём Львиносвет раскрыл пророчество, казалось, будто он пошатнул весь мир. Слова Листвички эхом отдавались в его голове: «Вы были рождены, чтобы спасти племена». Надежда теплилась под его шкурой, а гнев, который он долго держал на Белку и Ежевику, наконец начал отступать.

За гребнем холма загрохотала галька.

— Поберегись! — вскрикнул Пустельга.

— Извини! — Мех зашуршал по камню: было слышно, как кошка перелезала через хребет.

Воробей подался вперёд, чувствуя ребристую скалу под ногами.

— Ивушка, это ты?

— Мы пришли. — Целительница Речного Племени устремилась по извилистой тропе прямиком к Лунному Озеру. — Мотылинка передаёт свои наилучшие пожелания.

— Почему ты не дождался нас у ручья? — Пустельга приблизился к ним.

— Я не был уверен, что вы придёте. — Воробей напряг лапы.

В ущелье тихо вошёл Пёрышко, его старые кости изнывали от долгой дороги.

— Мы же сказали, что придём.

— Я оставил без присмотра целый лагерь чихающих воителей. — Пустельга отряхнул шкуру. — Первый холодок Голых Деревьев принёс болезни.

— Есть что-то серьёзное? — уточнил Пёрышко.

— Нет, это лишь насморк, а у некоторых небольшой кашель, — успокоил его Пустельга. — Я оставил Белохвостку присмотреть за кладовой. Она знает, как лечить больное горло.

Когти Ивушки оцарапали камень.

— Может, тебе пришло время взять ученика?

— Пустельге не понадобится ученик, если Сумрачный Лес уничтожит нас! — прервал её Воробей.

Дыхание Ивушки коснулось его носа.

— О чём ты?

— Они нашли путь из Беззвёздного Края, — объявил Воробей.

— На нашу территорию? — зашептала Ивушка.

Пёрышко выпустил когти.

— Так всё это время это были они! — В его голосе чувствовались нотки страха. — Эти воители Сумрачного Леса проникали на нашу территорию!

— Они проникают на земли всех племён, — поправил его Воробей. — Ищут лучшие места для сражений. Нападение может произойти в любой день!

— Мы в состоянии отбиться от кучки паршивых мертвецов! — зарычал Пустельга.

Воробей приблизился к нему с колотящимся сердцем.

— Среди них не только мертвецы, — зашипел он. — Они обучают наших соплеменников!

Ивушка сглотнула.

— Как?

— В их снах! — Воробей не обратил внимания на шок, переполнивший окружавших его котов: они должны были узнать правду.

— Коты племени Ветра не предадут своих! — прохрипел Пустельга.

— Большинство не понимает, что делает, — объяснил Воробей. — Они считают, что сохраняют верность своему племени. Думают, что Звездолом и его сподручные учат их быть лучшими воинами, чтобы сражаться за свои племена.

— Большинство? — эхом вторила Ивушка. — А остальные?

Воробей обернулся к ней.

— Некоторые жаждут победы Сумрачного Леса.

— Уж с несколькими предателями мы разделаемся! — Пёрышко проследовал мимо Ивушки.

— Надеюсь, ты прав, — мрачно пробормотал Воробей. — Но Звездолом угрожает жутчайшими пытками каждому, кто предаст его. И ты, правда, думаешь, что в хаосе битвы, когда нападут на все четыре племени, линия фронта будет видна невооружённым глазом? — Воробей подошёл к кромке воды. — Кровавые реки потекут от каждого племени. — Он обернулся, расширив незрячие глаза. — Предназначение Звездоцапа — погубить всех нас.

— Что мы можем предпринять? — ыыдохнула Ивушка.

Кот склонился над Лунным Озером.

— Моя судьба — остановить его.

— Каким образом? — Приблизился Пёрышко.

— Не знаю.

Воробей задумался. Он предупредил целителей, они передадут его слова своим племенам. Но разве этого достаточно?

Ивушка напрягла лапы.

— Звёздное Племя защитит нас.

— Звёздное Племя раскололось, — напомнил ей Пустельга.

Воробей прошёлся когтями по каменистой поверхности, борясь со страхом, обуявшим его изнутри.

— Они напуганы ещё больше, чем мы, — пробормотал он.

Дыхание Ивушки участилось.

— И как нам одолеть Сумрачный Лес в одиночку?

«Раз все коты глаза свои закрыли, слепому дар прозреть был дан. Ты дальше зришь, чем большинство». Пророчество Полуночи захлестнуло его память. Следом, эхом донеслись слова Ежевики: «Ты уже знаешь ответ».

Воробей поднял подбородок.

— Огнехвост воссоединил нас! — Провозгласил он. — Теперь я должен воссоединить Звёздное племя.

— Как? — Хвост Пёрышка скользнул по камню.

— Я покажу, какая опасность грозит им. — Воробей развернулся и коснулся носом Лунного Озера.

В тот же миг слепота отступила, и вокруг кота раскрылся мир. Он был на травянистом холме, а над головой висели тёмные облака. Перед ним тянулись побитые ветрами луга, в долинах ютились облезшие деревья. Сезон Голых Деревьев полностью накрыл охотничьи угодья Звёздного племени.

— Куда подевалось солнце? — Ивушка появилась перед Воробьём, на её морде сверкала вода Лунного Озера.

Пустельга вышагивал через высокую траву. Его значки, привыкшие к сумраку пещеры, были расширены.

— Что теперь? — Сбоку мелькнула шкура Пёрышка, и целитель племени Теней приблизился к ним.

— Каждый из вас должен пойти к своим предкам и привести их сюда.

Ивушка взглянула на мутную реку, протекавшую сквозь поля, Пёрышко обернулся к сумрачной лесополосе, тянувшейся за ними, а Пустельга перевёл взгляд на пустоши вдалеке.

— Вы справитесь? — Воробей разглядел маячившие впереди верхушки могучих дубов, в которых нашли укрытие предки Грозового племени.

— Я приведу каждого кота, которого найду! — сказал Пёрышко, спустившись с холма.

Пустельга сорвался с места и устремился на пустоши.

— Ивушка? — Воробей видел, что речная целительница колебалась.

— А воители Сумрачного Леса и сюда придут? — Её хвост подёргивался.

— Мы им не позволим! — Прижал уши Воробей.

Ивушка тревожно взглянула на него и засеменила вдоль реки.

Воробей сошёл к подножью холма и направился в лес. Перед его взором промелькнула белая шерсть. Кот завертел головой. «Буран!» Воитель Грозового племени выслеживал добычу. Прижав хвост к земле и опустив морду, он полз, сосредоточившись на цели впереди. Из-под толстого древесного корня выскользнула мышь. Когда добыча оказалась в хвосте от укрытия, Буран бросился на неё, приземлился, убил и сел рядом, заурчав, довольный собою. Воробей вышел из тени:

— Рад, что у вас ещё есть добыча.

Буран обернулся, моргнув, и мышь выпала из его челюстей.

— Привет, Воробей.

— Иди за мной, Буран! Прошу, это важно! — Он посмотрел в глаза белоснежному воину. — Нужно собрать Звёздное племя.

Буран кивнул.

— Всё племя?

— Сколько получится. — Воробей сорвался с места и помчался дальше в лес, Буран устремился за ним.

— А как же границы?

— Другие целители приведут племя Теней, Ветра и Речное племя. — Воробей нагнулся за секунду до того, как врезался в колючий ежевичный стебель.

— А разве Звёздное племя не приказало тебе держаться подальше от других целителей?

— Ну да… — Воробей заметил потрёпанного пожилого когда, дремавшего под папоротниковыми стеблями. — Гусохвост!

Древний целитель Грозового Племени поднял голову, а затем встал на лапы. — Что, уже половина луны?

— Пошли с нами. — Поманил хвостом Воробей. — Мы собираем племя.

— Да что происходит?

Гусохвост вопросительно взглянул на Бурана, но тот лишь пожал плечами.

— Да пошли же! — Воробей побежал дальше. За небольшим возвышением он обнаружил Солнцезвёзда, следовавшего по тропинке между ивами.

Нагнав его, Воробей крикнул:

— Иди за нами!

Целитель не останавливался, ведь на объяснения не было времени. Дальше на его пути встретилась глинистая равнина, поросшая папоротником.

— Белоснежка!

Белая кошка поднялась из груды опавшей листы, разгребая её лапами. Глаза её расширились, стоило ей заметить Бурана, Гусохвоста и Солнцезвёзда, следовавших за Воробьём.

— Куда же вы так торопитесь?

— Присоединяйся! — крикнул Воробей, промчавшись мимо кошки и нырнув в заросли ежевики.

— Синяя Звезда!

Старая предводительница Грозового племени поедала полёвку в тени увядшего можжевельника. Она удивлённо подняла глаза.

— Следуй за нами! — велел ей Воробей.

Кошка взглянула было на полёвку, но затем бросилась за ними, сгорая от любопытства.

— И куда мы идём?

— Увидишь!

Воробей повёл котов через ущелье, пересекавшее лес. Выбравшись на противоположную сторону, слепой целитель обернулся через плечо и удивился длинной веренице следовавших за ним котов. К ним присоединились Карий, Белогривка, Ветренница и Змеезуб. Он добрался до вершины ущелья и заметил в тени плотную свалявшуюся шкуру.

— Щербатая?

Увидев Воробья, кошка прищурила глаза.

— Пошли с нами! — позвал он.

— С какого перепугу? — Кошка поджала губы.

— Я объединяю Звёздное племя!

— И зачем мне следовать за мышеголовым глупцом?

Воробей гневно взмахнул хвостом.

— Ну не иди с нами, раз так. Сиди здесь, в темноте и грязи. Очень мне надо распинаться пред тобой!

Он помчался вперёд, соплеменники поспешили за ним. Впереди замаячил бледный свет, и коты выбрались на опушку леса. Перед ними простирался высокий холм. Воробей повёл воителей сквозь заросли, на травянистый склон. Со всех сторон его наводняли и другие группы котов. Он увидел серую шкуру Ивушки, ведущую за собой орду речных котов. Пустельга мчался со стороны долины, а за ним, словно стая скворцов, по траве скользили предки племени Ветра.

Лапы Воробья ныли от долгого бега, но в его груди теплилась надежда. На гребне холма кот остановился и развернулся, поразившись количеству наводнивших склоны холма котов Звёздного племени.

Пустельга встал рядом.

— Необходимо рассказать правду.

Ивушка замедлилась и легла рядом, тяжело дыша. На вершину холма взобрался Пёрышко и остановился. Глаза его стали круглыми, как у совы, когда кот увидел толпу, собравшуюся на склонах.

— Щербатая пришла, — прошептала Ивушка на ухо Воробью. Сварливая кошка стояла поодаль от остальных котов, оглядывая всех с явным презрением.

— Звёздное племя! — Воробей сделал шаг вперёд и задрал подбородок. — Слушайте!

— С чего бы это? — зарычала Щербатая. — За нами — мудрость веков. — За тобой — юношеское безумие.

— Ты можешь уйти, если хочешь! — зашипел на неё Солнцезвёзд.

Щербатая недовольно прижала уши, но с места не сдвинулась.

Воробей начал сначала.

— Вы должны выслушать меня! — крикнул он. — В чём-то Щербатая права: я моложе любого из вас.

Мошка задрал хвост, показавшись позади Белогривки.

— Моложе, чем большинство из вас, — поправился Воробей и впился когтями в землю. — Вам всем угрожает страшная опасность! Вам и племенам, где вы однажды жили. Сумрачный Лес набирает силу. Вы можете видеть его в мёртвых листьях, покрывших ваши охотничьи угодья, в облаках, закрывших ваше солнце. — Кот взглянул на тёмно-серые небеса. — Нужно взглянуть правде в глаза, эта правда эта куда серьёзнее, чем вы предполагали. — Он осмотрел лица собравшихся в надежде, что они принимают его слова. — Нужно встретить Сумрачный Лес и сразиться с ним. Мы не сможем победить, просто сбившись в отдельные кучки и попрятавшись, словно мыши. Нужно стоять заодно, или пасть поодиночке.

— Но как победить врага, способного устроить сезон Голых Деревьев в Звёздном племени? — спросил Клок Кометы.

— Они стали сильнее нас, — тихо проговорила Темноцветик, сверкнув глазами.

— Когда мы посылали вам Пророчество о Трёх, мы не предполагали, что Сумрачный Лес наберёт такую мощь! — подался вперёд Солнцезвёзд.

— Но теперь их четверо! — Синяя Звезда протиснулась мимо своего предшественника. — Чтобы племена могли выстоять перед столь грозным врагом, Древние послали им союзника.

— Мы ещё не знаем, кто это! — Воробей взъерошил загривок.

Синяя Звезда откинула голову.

— А разве это не очевидно?

Воробей нахмурился.

— Не только вашу жизнь ведёт за собой пророчество, — продолжила Синяя Звезда. — Давным-давно мне было обещано, что огонь спасёт племя. И никогда ещё племя не нуждалось в спасении так, как сейчас.

«Огонь в камышах. Огонь».

Синяя Звезда кивнула, будто прочла его мысли.

— Приведи его! — Мягко сказала она. — Он должен узнать, что происходит.

Воробей развернулся и помчался прочь от склонов холма. Остановившись, он закрыл глаза. Прокладывая путь сквозь сознания своих соплеменников, крепко спящих в лагерном ущелье, среди множества сновидений он искал кота, который издавна был избран спасителем племени.

— Сдавайся, трусливый лис!

— Никогда!

Воробей очутился посреди битвы. Под лапами чувствовались гладкие валуны, тянувшиеся широкими рядами до самых сосен. Воробей вздрогнул, когда коты вокруг него сцепились друг с другом в смертельной схватке. Сталкиваясь, воители вздымали высоко в воздух плотные столбы песчаной пыли. Огненно-рыжая шкура высилась над самой гущей сражения.

— Огнезвёзд!

Предводитель Грозового племени сцепился с тёмным котом Речного Племени.

— Вам не получить Нагретые Камни!

Резким ударом передней лапы Огнезвёзд обратил в бегство вражеского воителя. Его мышцы были так же гибки, как в молодости, а незамутнённые глаза горели ярким зелёным светом.

— Огнезвёзд! — крикнул во второй раз Воробей, уклоняясь от дерущихся котов.

Предводитель замер и обернулся к нему. Воробей остановился прямо перед ним.

— Пойдём со мной!

— Зачем? — Огнезвёзд повёл ухом.

— Пророчеству нужно больше котов. Нам нужен четвёртый.

— Что ты имеешь в виду?

Воробей нетерпеливо дёрнул хвостом.

— Когда я ходил в горы, Клан Бесконечной Охоты сказал мне, что пророчество исполнится, лишь если мы найдём ещё одного кота. Мотылинка показала мне знак: горящий камыш в угодьях Речного Племени. Это ты, Огнезвёзд! Ты — четвёртый кот!

Огнезвёзд склонил голову набок.

— И снова огню предстоит спасти племя… — пробормотал он. — И что же мне нужно делать?

— Иди за мной! — Воробей развернулся и, уклоняясь от воителей в пылу борьбы, устремился к краю широкого, плоского валуна.

Огнезвёзд быстро нагнал его.

— Куда бы идём?

— Увидишь! — Воробей сделал глубокий вдох и бросился со скалы, чувствуя, как в лапы ему бьёт встречный поток свежего воздуха, пока под ними не оказалась трава. Позади него приземлился Огнезвёзд, глаза его расширились от удивления. Они очутились на травянистом холме, прямо позади целителей. А у подножия дожидалось Звёздное племя.

— Им хотелось встретиться с тобой, — пояснил Воробей.

— Но зачем?

— Затем, что пророчество делает тебя неотъемлемой частью происходящих событий. Жизнь, которая у тебя осталась, спасёт Племена! — Воробей обернулся к собравшимся звёздным котам. — Вы должны снова последовать за мной! — прокричал он. — Вы должны сами это увидеть.

Отмахнув хвостом, он поспешил с холма, но не обратно в сражение, происходящее во сне Огнезвёзда, а в глухой лес, где слизистые кусты обвивали корни деревьев, а солнце тонуло в ужасающем полумраке. Воробей почувствовал прикосновение шерсти Огнезвёзда, когда они углубились в лес. За ними, сквозь сумрак, перешёптываясь, пробиралось Звёздное племя.

— Как можно выжить в этой тьме?

— Пахнет гнилью!

Воробей услышал эхо боевого клича, отразившееся от деревьев.

— Смотрите! — Мордой он указал на тени, простиравшиеся перед ними. Сквозь заросли стало видно маячившие тёмные шкуры, а в воздухе раздавались предсмертные крики. Один из голосов был звучнее других:

— Вонзи когти ей в спину и проведи ими до горла!

Перед ними появилась Кленовница. Звёздное Племя было невидимо для неё. Кошка нанесла мощный удар по уху тощего кота и опрокинула его наземь.

— Рванохвост ещё не освоил смертельный удар? — Из-за деревьев выступил Звездолом. Он хмуро осмотрел полосатого кота, вытиравшего кровь с разбитого носа. Затем он подошёл к черепаховой кошке и впился ей когтями в лапы. Потоки крови устремились из её ран.

— Если бы твой соперник не был бы столь никчёмен, я бы тебя на куски порвал! Я хочу, чтобы вы убили столько озёрных котов, сколько птиц живёт в лесу!

— А где солнце? — испуганный шёпот Мошки эхом отразился во тьме.

Белоснежка обвила его хвостом.

— Тише, милый.

В страхе, словно запуганная дичь, коты Звёздного племени вернулись на тропу. Огнезвёзд шёл, прижавшись к Воробью и опустив голову.

— Как можно одолеть такое зло? — пробормотал он.

— Пророчество говорит, что мы можем победить! — Воробей почувствовал солнечный свет на своей шкуре. Деревья стали тоньше, и Звёздное племя вернулось на собственные охотничьи угодья.

— Мы дома! — Мошка заскакал по травянистому холму. Он развернулся и заморгал, когда Звёздное племя проследовало мимо него, и уставился на Воробья. — Зачем ты водил нас смотреть на этих страшных котов?

Синяя Звезда остановилась перед своим котёнком и аккуратно коснулась мордой его головы.

— Нужно знать своего врага.

Огнезвёзд повысил голос, чтобы его слышало всё Звёздное племя.

— Теперь, когда вы увидали их, и когда услышали, какую судьбу они готовят нашим племенам, испугаетесь ли вы предстоящей битвы?

— Никогда! — завыл Клок Кометы.

Воробей видел, как уверенность в своих силах захлестнула взоры звёздных воителей.

— Но будете ли вы сражаться вместе, бок о бок? — спросил он.

— Нельзя одолеть такую тьму поодиночке! — Хлестнула себя хвостом Синяя Звезда.

— Но как мы узнаем, кому можно доверять, а кому нет? — Приблизилась Щербатая.

— Доверяйте мне! — Огнезвёзд выпрямился. Его шкура засияла на солнце ярким огнём. — И друг другу.

Клок Кометы подался вперёд.

— Как же мы допустили весь этот кошмар? — зарычал он. — Нужно было уничтожить его до того, как он набрал такую силу! В конце концов, за нами сила звёзд.

Воробей поймал его взгляд.

— Нет! — сказал он. — Это моя судьба. Моя и Огнезвёзда.

— Я — четвёртый кот! — Кивнул предводитель позади него. — Теперь древнее пророчество исполнится.

Воробей открыл глаза во тьме. Вода Лунного Озера щекотала его ноздри. Пустельга, Пёрышко и Ивушка просыпались. Их шерсть зашуршала по каменистой поверхности, когда целители стали подниматься на лапы.

Воробей чувствовал, как кровь стучала в его венах. От долгих перебежек у него болело всё тело.

— Звёздное племя воссоединилось. Теперь нужно собрать племена. — Кот выпрямился. — Нужно рассказать им всё.

Пёрышко царапнул камень.

— Приведём их на остров.

— Но как нам узнать, кому можно доверять? — Беспокойство отдавалось в голосе Ивушки.

— Предводителям-то наверняка можно. — Вильнул хвостом Пустельга.

Воробей кивнул.

— Я приведу Огнезвёзда.

— А я Чернозвёзда, — пообещал Пёрышко.

— Я приведу Невидимую Звезду.

— Я позову Однозвёзда.

Воробей ощущал решимость, переполнявшую мех целителей.

— Встретимся, когда солнце будет в зените! — рассудил он. — Нужно убедить их, что единственный способ выиграть эту битву — объединить племена.

Глава 19

— Яролика окотилась!

Крик Маковки разбудил Голубку. Кошка выпрыгнула из гнезда и помчалась на поляну. Ущелье сверкало утренней росой, на верхушках деревьев и скал повисла лёгкая дымка, а прохладный воздух пронизывали затхлые запахи Листопада. Коты повылезали из палаток: их усы подёргивались, а глаза блестели.

Белохвост нервно ходил туда-сюда вдоль входа в детскую, Кисточка ковыляла к нему через поляну на затёкших лапах.

— Сколько? — прохрипела пожилая кошка.

— Трое! — выпалил Белохвост, не останавливаясь. — Два кота и кошка. — Он встревожено посмотрел на стены палатки, сплетённые из ежевичных стеблей. Наружу высунулась голова Воробья. — Яролика в порядке?

У Голубки свело живот: Яролика была слишком стара для родов.

— В полном, — промурлыкала Пеплогривка. — Заходи и посмотри.

Голубка задержалась подле Кисточки.

— Первые хорошие новости за последнее время.

Кисточка беспокойно одёрнула хвост.

— Думаю, Огнезвёзду стоило отослать её рожать за пределами нашей территории. — Глаза её помутились. — Так было бы безопаснее.

— Безопаснее? — Приблизился Крутобок. — Самое безопасное место для любого котёнка находится в сердце его племени!

Лилия высунулась из детской.

— Меня никто не прогонит!

— Конечно, нет! — «А тебе не стоило подслушивать». Голубка обвила хвостом маленькую черепаховую кошку. — Грозовое племя грудью стоит за своих котят. Они и есть сердце племени. — Она подтолкнула Лилию в сторону палатки воителей. — Может, пойдёшь и расскажешь Медунице о котятах Яролики?

Огнезвёзд спрыгнул с Каменного Карниза, за ним шла Песчаная Буря. Предводитель проследовал мимо Дыма и Белки и остановился подле Крутобока.

— Сколько? — спросил он, вытянув морду в сторону входа и принюхавшись.

— Их трое! — Крутобок подтолкнул старого друга. — Ты всегда размякал при виде новых котят.

Песчаная Буря встала рядом с ними.

— Может, нам стоило иметь больше котят… — задумчиво пробормотала она.

— Котята родились в тёмные времена. — Прищурился Огнезвёзд. — Битва уже близко.

— Нельзя утверждать это наверняка! — возразил Крутобок.

— Времени почти не осталось! — Голубка уловила глухое рычание в горле рыжего кота.

Крутобок повёл ухом.

— Откуда ты знаешь? Тебе был знак?

— Я видел это во сне прошлой ночью.

Прежде, чем Крутобок смог спросить что-то ещё, из детской выскочил Белохвост. Глаза его радостно сияли.

— Они такие живые! — восторженно промурлыкал он. — Сражаются за место поближе к материнскому животу!

Колючая ограда зашевелилась, и в лагерь вбежал Воробей. Огнезвёзд устремился прочь.

— Скажи Яролике, что я поприветствую её котят попозже! — крикнул он Белохвосту через плечо.

Кисточка потянулась и тяжело села возле Голубки.

— Хорошо, что у нас есть Огнезвёзд. Его силы и отваги хватит на всех нас.

— Помнится, ты горячо возражала, когда Синяя Звезда привела его в племя. — Пихнул её Крутобок.

Голубка посмотрел на предводителя: тот вместе с Воробьём отошёл под тень Каменного Карниза. Хоть всему племени было известно, что он пришёл в племя из гнезда Двуногих, сложно было представить этого закалённого в боях воителя избалованной домашней киской.

— Я была не права. — Глаза пожилой кошки затуманились. — Интересно, Синяя Звезда с самого начала знала, что он принесёт нам надежду на выживание?

Крутобок взглянул на небо.

— Должно быть, она приглядывает за ним.

— Приведи Львиносвета! — Голубка резко обернулась, услышав зов Огнезвёзда. С колотящимся сердцем она забралась на буковый ствол и помчалась к палатке у зубчатого пня.

— Нас зовёт Огнезвёзд! — мяукнула кошка, сунув морду вовнутрь.

Львиносвет очнулся и затряс головой, подняв её из-под своих лап.

— Что случилось?

— Воробей вернулся с Лунного Озера, а Огнезвёзд уже говорит, что битва вот-вот начнётся.

Львиносвет выпрыгнул из гнезда и мигом помчался на поляну, Голубка бросилась догонять его.

Добежав до Огнезвёзда, Голубка посмотрела на Воробья: тот пытался подавить очередной зевок.

— Может, тебе стоит отдохнуть?

— Она права, — кивнув, согласился Огнезвёзд. — Если поторопишься, успеешь выспаться ещё до полудня.

Львиносвет навострил уши.

— А что случится в полдень?

— На острове состоится встреча предводителей и целителей, — ответил Огнезвёзд. — Воробей воссоединил Звёздное племя. Теперь настало время мне объединить племена.

— Он — четвёртый кот! — Блеснул глазами Воробей.

«Огнезвёзд!» — Голубка моргнула.

Львиносвет задрал хвост.

— А ты, Голубка, не прогадала, посоветовав начать поиски с кота, рождённого с особой судьбой.

Огнезвёзд обернулся к нему и глаза его потемнели:

— Я лишь надеюсь, что силы судьбы достаточно для нашего спасения.

* * *

Солнечный свет пронзал кроны деревьев и расстилался по лесной земле. Воробей широко зевал, едва не вывихивая челюсть, так до конца и не очнувшись от краткого отдыха. Голубка шла следом за соплеменниками — они двигались прочь из ущелья. Внутри у кошки всё свело от напряжения: чувство приближающейся битвы было сильно, как никогда. Её словно уже сейчас оглушали визги дерущихся воителей, а на языке ощущался вкус пролитой на камни крови.

— Белка! — Львиносвет распробовал воздух за секунду до того, как серая вспышка взметнулась на берёзу перед ними.

— Свежая дичь встретит нас по возвращении, — сказал ему Огнезвёзд. — Ежевика выслал дополнительные охотничьи патрули: я хочу, чтобы куча с дичью была наполнена доверху.

Голубка следовала сквозь деревья, сворачивая, как только настигала звуки шагов соплеменников. Тёплое солнце отогнало туман с озера, сделав поверхность его сияющей, словно рыбья чешуя. Достигнув берега и выйдя к водной глади, Голубка насладилась ароматами леса и воды, смешавшихся у неё на языке. С каждым шагом Голубка всё внимательнее вслушивалась в грохот гальки, рассыпавшейся под её лапами. Огнезвёзд обогнул кромку воды, сфокусировав свой взгляд на острове. Он сбавил темп, дав Голубке наконец перевести дух: та, достигнув дерева-моста, едва дышала. Она села отдохнуть рядом с Львиносветом, пока Огнезвёзд пересекал воду по упавшему дереву. За ним последовал Воробей, сойдя на дальний берег острова.

— Ступай! — Львиносвет мордой указал на дерево.

Голубка запрыгнула на него, вонзившись когтями в подгнившую кору, и аккуратно перебралась на остров.

Там было пусто. Львиносвет тоже перебрался через озеро, его хвост раскачивался из стороны в сторону. Воробей сидел посередине, прямо перед Огнезвёздом. Голубка взволнованно расхаживала вокруг них. Тут трава зашевелилась, и на поляну вышел Однозвёзд. Сбоку от него остановился Пустельга.

Предводитель племени Ветра описал круг, предпочитая держать определённую дистанцию от Грозовых котов.

— Похоже, власть в племенах захватили целители.

— Они знают то, что нам не дано понять. — Склонил голову Огнезвёзд.

Пустельга пересёк поляну и сел возле Воробья.

— Мы видели врага воочию, — объяснил он Однозвёзду. — Вы — нет.

— Пока что… — угрюмо добавил Огнезвёзд.

Львиносвет, навострив уши, обнюхал заросли на краю поляны.

— Тут запахи племени Теней.

— Быть может, остались с прошлого полнолуния. — Взглянул на него Однозвёзд.

— Быть может, — эхом отозвался Львиносвет, прищурившись. Кот снова пересёк поляну. Голубка подвинулась, дав ему сесть рядом с Огнезвёздом. Она навострила уши и прислушалась.

Приближалась Невидимая Звезда, сопровождаемая Ивушкой и Мотылинкой. Их шаги слышались на берегу: они подходили к дереву-мосту. Чернозвёзд и Пёрышко уже пробирались сквозь высокую траву на острове. Голубка прислушалась внимательнее. Лагерь Речного племени жужжал, словно пчелиный улей, а коты племени Теней трещали в своём лагере за ежевичной оградой, словно скворцы. Достигнув лагеря Ветра, она уловила шепчущие голоса, разносимые ветрами.

— Им не стоило идти в одиночку.

— Что Огнезвёзд задумал на сей раз?

— Наверняка ловушка!

— Огнезвёзд — благородный воитель!

— Он просто стремится к власти над лесом, которой издавна жаждал!

«Они боятся его! — Голубка дёрнулась от удивления. — Но ведь он — ваша последняя надежда!»

Черновёзд выбрался из травы. Рядом с ним, задрав подбородок, шагал Пёрышко.

Предводитель племени Теней сузил глаза, заметив Львиносвета.

— Ты зачем привёл воителей?

— Я объясню, когда придёт Невидимая Звезда. — Огнезвёзд обвил лапы хвостом.

Чернозвёзд обернулся на звуки шуршащих зарослей. На поляне появилась Невидимая Звезда, ведомая Ивушкой.

— Ивушка настояла на моём приходе, — зарычала она. — Говорит, дескать, на нас нападут коты из Сумрачного Леса. — Её глаза полыхали недоверием. — Разве не сумасшедшая?

— Ивушка когда-либо прежде ошибалась? — Мотылинка показалась из травы.

— Да разве ж могут мёртвые грозить живым? Где это видано? — Предводительница Речного племени встала посреди поляны.

Чернозвёзд держался с краю.

— Пёрышко сказал, дескать, они нашли путь на наши земли.

— Это невозможно! — Однозвёзд кругом обошёл целителя.

Хвост Воробья бешено колотил по земле.

— Да как смеете вы сомневаться в собственных целителях? — Его слепые глаза огнём обожгли предводителей. — Вы считаете их лжецами?!

Невидимая Звезда напрягла лапы, Огнезвёзд прижал уши, и лишь Чернозвёзд ответил Воробью:

— Звёздное племя и Сумрачный Лес всегда лежали вне нашего понимания. А теперь вы говорите, что племена втянуты в разборки между ними?

— Не только между ними! — зарычал Огнезвёзд. — Сумрачный Лес объявил войну всем племенам. Мы должны объединиться против них.

— Так вот, зачем ты привёл с собой воинов. — Нахмурился Однозвёзд. — Если мы откажемся, ты собираешься принудить нас силой?

— Я привёл их, потому что они — часть пророчества! — воскликнул Огнезвёзд. — Много лун назад мне поведали, что дети моих детей родятся с силой звёзд в лапах. Я не сразу понял, что значили эти слова, но сейчас понимаю. — Он кивнул в сторону Львиносвета, Воробья и Голубки. — Время пришло. Вот они: дети моих детей. И у каждого из них есть особая сила, которая позволит им исполнить пророчество.

Чернозвёзд приблизился, прижав уши.

— Что ещё за силы?

— Меня не одолеть в бою! — Львиносвет задрал подбородок.

— Я могу чувствовать мысли и проникать в сны, — мяукнул Воробей.

Дыхание Голубки участилось, когда четыре предводителя обернулись к ней.

— Я… Я могу слышать то, что происходит далеко отсюда.

— То есть? — в недоумении спросила Невидимая Звезда.

Голубка прижала хвост к земле: она чувствовала себя так, словно признавала вину за дурной поступок.

— Если захочу, смогу прямо сейчас услышать ваших соплеменников.

— Да ты шпион! — грозно распушилась Невидимая Звезда.

— Я ни за кем не шпионю!

— Да ну? — Обнажил зубы Чернозвёзд.

— Не в этом же дело! — остановил его Пёрышко.

— Нам даны силы, чтобы спасти племена, а не навредить им! — поддержал его Воробей.

Чернозвёзд обошёл Львиносвета, рык нарастал в его горле.

— Значит, тебя не одолеть, да? — Он остановился и взглянул на золотистого воителя. — А Враноклюв говорил, что поцарапал тебя.

— Я позволил ему сделать это, — отрезал кот. Под его шерстью перекатывались мускулы.

Чернозвёзд сделал шаг назад и взглянул на Огнезвёзда.

— Ты рассчитываешь, что мы так просто поверим тебе насчёт этого пророчества? — зарычал он. — С чего бы?

— И почему ты держал это от нас в секрете до сегодняшнего дня? — резонно добавил Однозвёзд, подавшись вперёд.

— До этого время ещё не пришло, — спокойно ответил Огнезвёзд.

— А сегодня, значит, пришло? — Чернозвёзд выгнул когти.

Ивушка подошла к Голубке и коснулась мордой её плеча. прошептала она.

— Я… Понятия не имею, — напряглась Голубка.

— Попробуешь?

Голубка кивнула и растянула уши так сильно, что кончики заныли.

Чернозвёзд прищурился, уставившись на неё.

— Что она делает?

Ивушка встретила его взгляд.

— Она покажет вам вашего врага.

У Голубки пересохло в горле. Что, если силы подведут её? Она направила свои чувства прочь от острова, вслушавшись в каждом направлении. Бормотание племенных котов накрыло её, каждое слово или малейшее движение волнами достигало её слуха, но она вслушивалась дальше, в то, что лежало за племенами, во тьму за краем леса. Замедлив дыхание, она заставила себя расслабиться, открыв свои чувства и дав тому, что лежит за тьмой, настигнуть её.

Вдали послышался протяжный вой. Напрягшись, Голубка сосредоточила слух на крике и помчалась к нему, обострив все свои чувства. Она ахнула, когда она заметила размытые деревья по краям поля зрения. Звуки леса создавали целостную картину в её голове, которая становилась всё четче с каждым дальнейшим шагом. Колючие заросли росли запутанными кучами, сияя жутким светом и освещая пространство вокруг себя. Голубка взглянула на небо, но там была лишь тьма. Беззвёздный край!

— Я нашла его!

— Ты и впрямь слышишь, что там творится? — ахнул Однозвёзд.

— Не мешай ей! — прервал его Пёрышко.

— Вы нас за дураков держите? Думаете, мы поверим, что она может мысленно посещать Сумрачный Лес? — зашипел Чернозвёзд.

Мотылинка отряхнулась, наполнив воздух ароматами целебных трав.

— Ну вы же верите, что среди звёзд сидят мёртвые коты и наблюдают за живыми? — рассудила она. — Отчего же не верите, что живые могут сделать то же самое?

— Цыц! — шикнула на них Невидимая Звезда, дав Голубке сосредоточиться.

Гулкий рык раздался позади неё.

— Вонзи когти глубже ему в мясо! Ты должен почувствовать его кости!

Голубка сосредоточилась на голосе. Покрытый шрамами воитель с порванным ухом и свалявшейся шерстью замаячил в тени. Жуткий визг раздался из-за деревьев. «Так сюда приходит Искра каждую ночь?» У Голубки упало сердце.

— Они готовятся к бою, — выдохнула она.

— Они готовятся каждую ночь! — ответил Воробей.

Ивушка зашевелилась возле Голубки.

— Они жестоки, словно псы.

— Они отвергли Воинский Закон! — добавил Пёрышко.

От душераздирающего крика Голубка содрогнулась. Инстинктивно она попыталась убежать подальше от Сумрачного Леса, но Ивушка прижалась к ней так сильно, что Голубка могла расслышать её пульс.

— Продолжай, — прошептала она, затаив дыхание.

Голубка вновь сконцентрировалась на воителе в шрамах. На этот раз она заметила другого кота подле него, и ещё двоих, борющихся в грязи перед ними.

— Мы уничтожим каждого живого кота в племенах!

Голубка рассмотрела тёмного полосатого кота, который говорил. Его плечи были огромны, а когти длиннее любых, что она видела раньше.

— Она нашла Звездолома, — доложил Воробей.

— А ты откуда знаешь? — удивился Однозвёзд.

— Я слышу её мысли. — Дыхание Воробья коснулось щеки Голубки. — Он разговаривает с соплеменниками.

— Что он говорит? — спросил Чернозвёзд.

Голубка слово в слово повторяла слова Звездолома:

— Уничтожать жалких воителей, попрятавшихся вокруг озера словно мыши, будет весело, но лишь когда мы перебьём Звездное племя… Лишь тогда наша месть свершится! — Рык в его горле неожиданно перешёл в дикий рёв, да такой, что кровь застыла у Голубки в ушах. Она отпрянула, обратив свою слух в другую часть леса.

Белая кошка пробиралась сквозь деревья, жалуясь на ходу.

— И почему мы должны тренироваться в этом вонючем лесу? — Голубка повторяла слова воительницы. — Почему нельзя учиться на наших землях?

— Это что, кошка из племени? — поразилась Невидимая Звезда.

— Что кошка с озера забыла в Сумрачном Лесу? — взвился Однозвёзд.

Голубка сосредоточилась сильнее, пока не узнала белоснежную шкуру. «Ледокрылка, воительница Речного Племени! Я не могу выдать её!»

Голубка покинула источник звука и прижалась к Ивушке.

— Благодарю тебя, Голубка, — зазвучал над ухом нежный голос Огнезвёзда. Голубка открыла глаза, перед которыми простиралась островная поляна.

Невидимая звезда с ужасом смотрела на неё, Однозвёзд не шевелился, не сводя пристального взгляда с Огнезвёзда.

— Как нам остановить их?

— Принять бой и сразиться с ними! — Выпрямился Огнезвёзд.

— И одолеть их! — зашипел Черновёзд. — У них нет ни малейшего шанса на наших землях: мы знаем их, как собственные запахи.

— Они их знают не хуже! — Заявила голубка, поднявшись на лапы.

— Как? — Обернулся Чернозвёзд.

— Они высылали патрули на племенные территории, разведывая лучшие точки засады и нападения, — ответила ему Голубка.

— Это ты у них в разговорах подслушала? — прошипел Чернозвёзд.

— А вы что, не находили незнакомых запахов на собственных землях? — отрезал Львиносвет, прижав уши. — Они же из Сумрачного Леса! Этот враг подготовлен лучше, чем любой, с которым нам приходилось прежде сталкиваться.

— Среди тех запахов были ароматы племенных котов. — Подняла голову Невидимая Звезда.

— Они завербовали некоторых котов из племён, — выдохнул Львиносвет.

— Чушь! — Чернозвёзд сплюнул. — Может, в Грозовом племени и водятся предатели, но только не в племени Теней!

— Они завербовали котов из каждого племени! — угрюмо сказал ему Огнезвёзд.

— Ты же видела их! — обратился к Голубке Однозвёзд. — Скажи нам, кто эти предатели!

— Нет. Не могу… — пробормотала она, напрягшись.

— Ты что, среди предателей? — приблизился к ней Чернозвёзд.

— Она никакой не предатель! — встал на её защиту её Огнезвёзд. — И никто пока что не предавал нас. Нельзя точно знать, чью сторону примет тот или иной кот, когда начнётся битва.

— Но если мы будем знать, кто они, сможем подготовиться! — возразил Однозвёзд.

— Скажи нам, что ты видела, Голубка! — Впервые в жизни Невидимая Звезда выглядела перепуганной.

— Их надо покарать! — прорычал Чернозвёзд.

— Я не скажу вам, — тихо промяукала она, вонзив когти в землю. — Огнезвёзд прав, они ещё никого не предали.

— Они думаю, дескать, тренируются в Сумрачном Лесу ради собственного племени. Не понимают, что готовят их для нашего уничтожения, — Огнезвёзд нервно провёл хвостом по земле.

— Глупцы! — рыкнул Чернозвёзд.

— Может и глупцы, но Огнезвёзд прав. — Невидимая Звезда взмахнула хвостом. — Нельзя их обвинять, пока они не обратились против соплеменников.

— Многие не могут уйти оттуда, потому что Звездолом угрожает им смертью в случае предательства, — пояснил Львиносвет. — Думаю, вы прекрасно понимаете, насколько безжалостны коты Сумрачного Леса. Многие новобранцы слишком запуганы, чтобы отказать Звездолому. Поэтому нужно быть готовым сражаться против соплеменников.

— Или освободить их… — кивнул Однозвёзд.

— Так что мы предпримем против Сумрачного Леса? — решительно спросил Чернозвёзд, готовый немедленно ринуться в бой.

— Нужно встать плечом к плечу! — выступил вперёд Львиносвет.

— Но как мы можем доверять друг другу? — тихо спросил Однозвёзд. Чернозвёзд сделал шаг назад, Невидимая Звезда сосредоточенно рассматривала лапы.

Огнезвёзд посмотрел на целителей, а затем снова на предводителей.

— Пришло время встретить величайшего врага! — начал рыжий предводитель. — Можно драться в одиночку, а можно объединить усилия. Мы станем сильнее, если бок о бок встретим общего врага, и будем вместе, как во время Великого Путешествия. Единственная наша надежда на выживание — объединиться против Сумрачного Леса.

Тишина повисла на поляне, нарушаемая лишь стрекотанием воробья на ветке над ними.

— Хорошо, — кивнула Невидимая Звезда. — Речное племя присоединится к Грозовому в этой битве.

Голубка неожиданно поняла, что всё это время задерживала дыхание. Кошка выдохнула с облегчением, хотя её грудь болеть не перестала.

— Племя Ветра также вступит в союз! — Однозвёзд оставался неподвижен, и лишь кончик его хвоста шевельнулся, словно поддавшись дуновению ветерка.

— Мы защитим вас, даже если вы откажитесь присоединиться к нам! — Огнезвёзд обернулся к Чернозвёзду.

— Мы присоединимся, — Чернозвёзд поджал губы и обошёл предводителей. — Но лишь с одним условием.

— Слушаю, — навострил уши Огнезвёзд.

— На территории нашего племени племя Теней стоит выше любого кота любого племени, включая предводителей. — Он посмотрел на Огнезвёзда.

— Согласен, — кивнул тот.

Воробей сел подле Пустельги, Ивушки, Пёрышка и Мотилинки, рассевшихся вокруг предводителей.

— Звездное племя благословляет этот союз! — в голос с остальными целителями проговорил он.

Огнезвёзд посмотрел на племенных предводителей.

— Нам нужно выработать стратегию для битвы.

— Где, как вы считаете, Сумрачный Лес нанесёт первый удар? — спросила Невидимая Звезда.

— Они могут сделать это где угодно, даже, возможно, везде и одновременно, — прорычал Львиносвет.

— Нужно пустить патрули сквозь все территории, — предложил Однозвёзд. — Они должны днём и ночью обходить наши земли, и никакие границы не должны мешать им.

— Вражеские патрули должны расхаживать по нашим территориям? — сверкнул глазами Черновёзд.

— Мы же отныне не враги, — напомнил ему Огнезвёзд. — Предлагаю составить по патрулю на каждой из четырёх территорий, и наполнить их котами каждого племени. Я вышлю по воителю в ваши лагеря на закате.

— Уже? — напряглась Невидимая Звезда.

— Нужно быть наготове! — настоял Огнезвёзд. — Мне ждать трёх котов из ваших племён в лагере Грозового племени?

Голубка наблюдала, как предводители закивали, их глаза помрачнели. Холодок пронзил её до мозга костей.

— Но как нам узнать, кому из котов можно доверять? — прищурился Однозвёзд. — Крольчишка зачастил возвращаться в лагерь с непредвиденными травмами.

— Форель в последнее время ведёт себя агрессивно, — призналась Невидимая Звезда.

— Я не потерплю ваших предателей на своей территории! — обернулся к ней Однозвёзд.

— Ну а мне ни к чему ваши предатели на землях Речного племени! — смачно сплюнула Невидимая Звезда.

— Но мы же ещё не знаем, кто предатели! — воскликнула Голубка, взмахнув хвостом. — Нужно на битве сосредоточиться, а не на поиске врагов в собственных рядах!

— Но что, если они выдадут наши замыслы своим приятелям в Сумрачном Лесу? — нахмурился Чернозвёзд.

— На этот риск придётся пойти, — прорычал Огнезвёзд. — Нужно надеяться, что верных племенам котов достаточно, чтобы воплотить наш план в жизнь. — Кот зашагал из стороны в сторону. — Патрули должны сконцентрироваться на защите лагерей каждого племени. Каждый лагерь должен обороняться воителями всех племён. Котят и старейшин необходимо держать в безопасности.

— А когда лагеря будут в безопасности, патрули должны выгнать напавших прочь. — Однозвёзд выпустил когти.

— Нам нужны гонцы, — добавил Чернозвёзд. — Чтобы делиться новостями или запрашивать подкрепления.

— По двое самых быстрых котов каждого племени будут гонцами, — рассудил Огнезвёзд.

— Они должны поклясться не вступать в битву. — Однозвёзд обошёл предводителя Грозового племени. — Их задача — разносить сведения. Не хочу, чтобы лагерь пал из-за того, что помощь не пришла вовремя.

— Согласен, — кивнул головой Чернозвёзд.

— Замечательно! — Огнезвёзд развернулся и направился мимо деревьев, к воде. — Ступайте домой. — зарычал он. — Готовьтесь к бою. Опасность накроет нас со всех сторон, но помните, что мы сражаемся вместе, не поодиночке.

Пока он говорил, Голубка услышала, как заросли на дальней стороне поляны зашевелились. Заметив пару зелёных глаз, она застыла. «Тигрогрив?» Чернозвёзд, Невидимая Звезда и Однозвёзд скрылись в высокой траве, и Голубка взволнованно взглянула на Огнезвёзда.

— Пошли же! — Предводитель последовал за Однозвёздом. Львиносвет шёл рядом с ним, Воробей замыкал процессию. Его глаза слипались от усталости.

— Я догоню! — крикнула им вслед Голубка.

Как только соплеменники скрылись в траве, она помчалась через поляну и нырнула в заросли. Когтегрив отскочил, расширив глаза.

— Ты что здесь делаешь? — потребовала ответа Голубка.

— Ты что, правда, можешь даже Сумрачный Лес расслышать? — Когтегрив едва шептал.

— Ты же знаешь, что могу! — «Нет времени объяснять!» — Я тебе уже говорила это. — Гнев закипал в Голубке. «Ему нельзя здесь находиться! Он вообще когда-нибудь следует правилам? Воспринимает хоть что-нибудь всерьёз?»

— Но я никогда не видел твои способности в действии. — Моргнул Когтегрив. — Ты была великолепна! — Он приблизился и потерся мордой об её щёку.

— Что ты творишь? — отпрянула Голубка.

— То же, что и всегда, — изумился Когтегрив. — Что с тобой? Разве между нами что-то произошло?

«Ему что, невдомёк, что племена стоят на грани гибели? Или он шпионит для Сумрачного Леса?»

— Не знаю. — Голубка напрягла лапы.

— Мы же встретимся этой ночью, правда? — ласково спросил он.

— Нет, мы не можем. — Жгучая боль пронзила сердце Голубки. — Я должна сосредоточиться на исполнении пророчества! Близится битва! — Комок застрял в у неё в горле. — Я уже не знаю, кому могу доверять.

— Ты всегда можешь доверять мне. — Когтегрив теснее прижался к ней. От его тёплого запаха она еле удерживалась на лапах. — Я люблю тебя! — выдохнул он.

Голубка отодвинулась от него.

— На это нет времени. — Покачала она головой. — У нас битва на носу. — Кошка твёрдо встретила его взгляд. — И у тебя тоже.

— А что потом? — пробормотал он.

— Потом снова в лесу станет четыре племени. — Голубка зажмурилась. — Ты из племени Теней, а я — из Грозового. Может, так и должно быть…

— Так ты меня так вот просто бросаешь? — Когтегрив вонзил когти в землю.

— Мне отнюдь не просто! — зашипела она, покачав головой. — Как ты можешь забивать голову мыслями о нас в свете всех этих событий? Ты же понимаешь, что происходит, лучше многих котов в лесу!

Кошка взглянула на него, словно в первый раз: он — кот племени Теней, и он же — воитель Сумрачного Леса. Кот, который счёл её силы потрясающими, но понятия не имел, насколько важно пророчество. «Что я делаю?»

Развернувшись, она выбежала из зарослей и помчалась по поляне. Сзади раздавался голос Когтегрива, зовущего её обратно, но Голубка даже не обернулась.

В её голове перемешались мысли. Когтегрив обучался в Сумрачном Лесу и знал планы племён. А теперь она отвергла его. Что, если воитель Теней решит заставить её страдать в ответ?

Глава 20

Львиносвет едва дышал, он следовал за Огнезвёздом в лагерь после длительной пробежки от самого острова. Кот нырнул в тоннель, Голубка и Воробей шли от него в хвосте.

— Близится битва! — гулкий рёв грозового предводителя сотряс стены ущелья.

Ежевика резко обернулся, а из детской высунулась Ромашка. Пурди обнял хвостом Кисточку, стоявшую снаружи палатки старейшин.

— Битва?

Огнезвёзд, пройдя через всю поляну, вскочил на Каменный Карниз.

— Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся и внемлют моим словам!

Грозовые коты уже наводнили поляну: их шкуры покалывало от беспокойства. Кротик и Вишенка прижались друг к другу, во все глаза смотря на Огнезвёзда. Маковка зарылась носом в Ягодника, а Белохвост поторопился в детскую, разыскивая Яролику.

— Никуда не уходите! — велел он котятам.

Его дети, маленькие пушистые шарики с большими круглыми глазками, походили на крошечных совушек.

Лилия встала рядом с ними, решительно кивнув головой.

— Даю слово: они останутся в своих гнёздах! — горячо пообещала она.

— И я даю слово! — пропищала Зёрнышко, стоявший позади.

Зашелестели ежевичные заросли, и из палатки целителей высунулась Иглогривка. Воробей и Милли со всех ног бросились к ней, а Пестроцветик и Берёзовик остались поодаль от толпы, взволнованно глядя на Мышеуса.

— Соплеменники! — завыл Огнезвёзд. — В наши дни мёртвый кот опаснее живого! Нас ожидает встреча с врагом, могущественнее любого, с которым мы сталкивались прежде! Сумрачный Лес поднялся из праха, и не отступится, пока не уничтожит нас!

— И как же мёртвые коты сумеют навредить нам? — просипела Кисточка.

— Воители Беззвёздного Края разыскали путь на племенные земли, — ответил Огнезвёзд, не сводя глаз со старейшины.

— Это невозможно! — зарычал Белохвост.

— Звёздное племя, помилуй нас! — прошептала Пестроцветик.

Кошка многозначительно переглянулась с Берёзовиком. К ним приблизился Мышеус и что-то тихо проговорил. Берёзовик прогнал кота, взмахнув хвостом и закатив глаза, как будто Мышеус предложил им питаться падалью. Наблюдая за удаляющимся молодым воителем, Львиносвет задумался: что же такого мог он сказать?

Огнезвёзд склонился со скалы:

— Всё племя видело следы в лесу, не говоря уже о запахах!

— Да это всё наверняка бродяги! — зарычал Дым.

— Похоже, ты уже забыл, как пахнет Звездоцап! — ответил Огнезвёзд полосатому коту.

— Я… Я решил, моё воображение со мной сыграло злую шутку, — ответил Дым взглядом, полным страха.

— Грядёт большая битва, в которой мы обязаны победить врага во имя каждого воителя, который жил когда-либо в лесу! — продолжил Огнезвёзд. — Сражаться мы должны бок о бок с остальными племенами, ведь враг намерен уничтожить всех, без исключений. Речное племя, племя Ветра и Теней пришлют к нам на закате трёх воителей. Они усилят наши патрули, а мы усилим их, послав к ним в лагеря своих котов. — Он обернулся к Ежевике. — Ты выберешь, кого мы отошлём.

Хвост Терновика никак не находил себе покоя.

— А если под шумок племя Теней рискнёт украсть часть нашей территории?

— Тогда дни наши будут сочтены, — печальным голосом ответил Огнезвёзд.

— А как мне защитить своих котят? — завопила Яролика.

— Я не позволю никому причинить им вреда! — Прижался к ней Белохвост.

— И я не дам твоих котят в обиду! — пообещала Тростинка, взметнув хвост в воздух.

— Никто не тронет грозовых котят! — Задрала подбородок Медуница.

Искра прошла вперёд и развернулась, взглянув на соплеменников. Львиносвет заметил, как кошка тщетно силилась унять дрожь в лапах и выровнять дыхание.

— Я знаю, как они будут сражаться, и я готова научить всё племя их приёмам.

Пестроцветик и Берёзовик прижались друг к другу, с неподдельным страхом глядя на Искру.

— Тебе-то откуда это знать? — прошипел Дым.

— Я поручил ей шпионить за Сумрачным Лесом, — Огнезвёзд спрыгнул с каменного выступа и приземлился прямо перед ней. — Никто не знает нашего врага лучше, чем Искра.

— Ты шпионила в Сумрачном Лесу? — уставился на кошку Мышеус.

— Какая же ты храбрая! — воскликнула Вишенка, округлив глаза.

Лишь Львиносвет нахмурился: а узнавал ли Огнезвёзд у Искры, каких ещё учеников набрал себе Сумрачный Лес? Он осмотрел собравшихся, высматривая лица, на которых промелькнет чувство вины. Ведь многие коты могли пойти в Беззвёздный Край, поддавшись на ложь Звездоцапа и обещания славы Звездолома. Кот впился когтями в сырую почву, невольно распушив загривок.

Огнезвёзд продолжил речь, взмахнув хвостом:

— В этом бою победу одержим мы, ведь мы сражаемся за наши жизни, за жизни наших близких и друзей! Враги уже мертвы, в них жизни нет: лишь ненависть ведёт их в бой, и эта ненависть в итоге их погубит.

— Побьём же их! — воскликнул Белохвост.

Кротик, вскочив и обнажив когти, рассёк передней лапой воздух.

— Порву на ленточки любого кота Сумрачного Леса, что попадётся мне под лапу!

— Начнём же подготовку! — рявкнул Огнезвёзд. — Вперёд, к победе!

Грозовые коты разбились на небольшие группы, бормоча, как растревоженные голуби.

— Старейшин нужно обучить защите, и с ними королев, — сказал Львиносвет Ежевике. — У меня на уме есть пара приёмов, которые пригодятся Ромашке, хоть она никогда не была воителем.

— Согласен. — Ежевика окинул взглядом племя. — Долголап обучит Кисточку и Пурди: он хорошо их знает, старейшины не будут возражать против приказов от него.

Долголап увлёкся разговором с Терновиком. Впервые Львиносвет приметил, что чёрный нос кота светился серебристым цветом. «Он вскоре сам отправится к старейшинам в палатку. Конечно, если хоть одна палатка останется после битвы».

Ежевика выпустил когти.

— Мы должны быть готовы к встрече с невиданным ранее врагом.

— И мы должны сражаться столь же безжалостно, как и коты из Сумрачного Леса. — Львиносвет подавил гнев, закипавший в жилах. — Мы вынуждены переступить через Воинский Закон.

— Защита племени стоит на первом месте, — напомнил Ежевика. — Сражаясь с негодяями, и нам придётся негодяями побыть.

— Я ради племени готов сражаться жёстко, словно Звездолом.

— Возможно, так нам и придётся драться. — Ежевика обратил свой помрачневший взор на Долголапа и подозвал кота. — Необходимо, чтобы Пурди с Кисточкой были готовы к битве.

— Беру их на себя. — Долголап устремился к палатке старейшин.

— Остролистая! — мяукнул Ежевика. — Ты вместе с Кротиком, Шиповницей и Белолапой ступай из лагеря и отточи каждый боевой приём, который вспомнишь. Позже к вам присоединится Искра.

Медуница приблизилась к глашатаю.

— А можно мне сперва с Искрой потренироваться? — попросила она.

— Ведь если ей известны все смертельные приёмы Сумрачного Леса, она поможет нам спастись от них, — добавил Дым.

Ежевика вплотную занялся распределением обязанностей, а Львиносвет направился в детскую. Проследовав мимо Ромашки, он сунул голову внутрь палатки.

— Ах, бедные мои котята! — стонала Яролика, лежавшая в гнезде. Её котята, расположившиеся рядом, издалека казались лишь комочками меха. Взъерошенный Белохвост не покидал её ни на минуту, а с краю от гнезда сидели Лилия и Зёрнышко, устремив свои подбородки ввысь.

— Мы защитим их! — объявила Зёрнышко.

— Вы спрячетесь в своём гнезде! — отрезал Львиносвет и обернулся к Белохвосту. — Ступай к товарищам, я буду здесь и покажу Яролике, как защитить Снежка, Янтаринку и Дождика.

Тот вышел, а Львиносвет высунулся из палатки и позвал Ромашку.

— Иди сюда! — крикнул он. — Это очень важно!

— Чем я могу быть полезной сейчас? — Ромашка неуклюже ввалила собственное тщедушное тело вовнутрь. — Я не знаю ни единого боевого приёма.

— Это не важно, — сказал ей Львиносвет. — Вы будете вместе с Яроликой защищать всех пятерых котят. Медуница будет в патруле, поэтому на страже детской останетесь лишь вы. Нет в мире более опасного бойца, чем королева! — Он обернулся к Яроликой. — А ну-ка поднимись!

Та еле-еле начала вставать на лапы. Тогда воитель, обнажив ряд острых, словно шипы, зубов, метнулся, зашипев, к котятам. Мать, словно молния, издав протяжный вой, в мгновение бросилась на перерез коту, клыками щёлкнув подле его носа.

— Вот видишь! — воскликнул золотистый воин. — Котят защищают твои природные инстинкты!

— И как тебе не стыдно так вот нападать! — Ромашка одарила золотистого кота недобрым взглядом.

— Не бойся, я в порядке! — Восторженная Яролика встретила взгляд Львиносвета. — Давай теперь опробуем другой приём!

Кот хвостом приобнял Ромашку.

— Вот этот не мешало бы вам изучить.

Он подался назад, глазами впившись в своего незримого врага, затем одной передней лапой сделал выпад вверх, другой же нанеся удар пониже.

— Простой удар, но враг придёт в полнейшее смятение.

— Позволь попробовать приём на тебе! — обратилась Яролика к Ромашке, стоя на краю гнезда. — Давай же, нападай!

Ромашка поначалу смутилась, но потом бросилась вперёд. Яролика выбросила лапу повыше, заставив инстинктивно взглянуть на неё, и нанесла удар сопернице под ноги. Та завалилась, пала и уткнулась мордой в пол палатки.

— В бою работайте в команде: одна пусть отвлечёт врага, пока другая будет нападать. — Львиносвет с облегчением заметил, что страх исчез из взгляда Яролики, и лишь решимость светилась в ее взоре. — Однако, не забывайте и за котятами приглядывать.

Дождик, Янтаринка и Снежок изо всех пытались перелезть через стенку гнезда и выбраться наружу. Они с недоумением обернулись на неожиданно рассвирепевшую мать.

— Эй, троица, не вылезайте из гнезда! — приказал Львиносвет. — Лучше заройтесь поглубже!

Моргнув, котята спустились и начали закапываться в мох, а Львиносвет вернулся к разговору с Яроликой и Ромашкой.

— Вместе вы представляете из себя силу, не уступающую сильнейшим из воителей.

Львиносвет чувствовал себя полностью удовлетворённым: впервые за долгое время он знал, что занимается своим делом. Слишком много лун провёл он в бессмысленных тревогах. Теперь настало время битвы. Битвы, для которой он был рождён, битвы, в которой он чувствовал себя, словно рыба в воде, в своей родной стихии. Слова Полночи эхом отразились в памяти кота: «На жизненном пути ты сделаешь свой выбор сам».

«Свой выбор!» Он застыл, сердце его бешено колотилось. «Всё это — мой собственный выбор!»

— Я вас оставлю, вы потренируйтесь, хорошо? — спросил он Яролику.

— Ты не возражаешь, если мы наработаем некоторые собственные приёмы?

— Я только за!

Львиносвет высунул голову из-за стен детской и оглядел поляну.

— Я вскоре вернусь и оценю ваши успехи!

«Где она?» Он распробовал воздух и, наконец, заметил аромат Пеплогривки, перемешавшийся с запахом Ледоцветик и Листрички. Он пошёл по запаху через всю поляну и выбрался из лагеря, с вершины холма сорвавшись на бег. Листвичка и Ледоцветик тренировались, молотя друг друга передними лапами и отрабатывая скользящие удары. Пеплогривка стояла рядом и наблюдала.

— Работай быстрее! — приказала она Ледоцветик. — Делай выпады короче, но чаще!

— Пеплогривка! — окликнул её Львиносвет издалека.

Она обернулась и навострила уши.

— Львиносвет? Что ты здесь делаешь?

— Мне нужно кое-что сказать тебе!

Кошка, услышав беспокойные нотки в его голосе, кивнула соплеменниками и поспешила за ним.

— Что такое? — взволнованно спросила она.

— Иди за мной. — Львиносвет проследовал мимо колючих кустарников и остановился у подножья погнувшейся берёзы.

— Что-то случилось? — Уставилась на него Пеплогривка.

Тот сделал глубокий вдох.

— У тебя есть судьба, — начал он. — Она имеется у каждого кота. Но это не значит, что у тебя нет выбора! — «Во имя Звёздного племени, пойми же меня!» — И у меня он есть, и у тебя.

Пеплогривка подалась было вперёд и приоткрыла рот, чтобы возразить, но Львиносвет не дал ей вымолвить ни единого слова.

— Наше предназначение направляет наши лапы, но оно не руководит каждым нашим шагом. Некоторый выбор остаётся за нами. Мы способны сами выбрать путь, который хотим пройти.

Пеплогривка молчала. Львиносвет продолжил:

— Что бы не говорила нам наша судьба, мы способны избирать свои дороги, понимаешь? И, если пожелаем, мы сможем выбрать для нас одну дорогу и идти по ней бок о бок.

Пеплогривка, взъерошившись, сделала шаг назад.

— Всё не так просто!

— Нет, всё просто! — Приблизился к ней Львиносвет.

— Моя голова разрывается от воспоминаний! — завыла Перлогривка. — Такое чувство, что во мне две жизни вместо одной! Как мне спокойно делать выбор? А как же Пепелица? Её голос не будет услышан, и я сделаю выбор за неё. А я не могу заставить её быть воителем, так нельзя, она же целительница!

Львиносвет приблизился вплотную к кошке.

— Она выбрала тебя, — прошептал он. — Но и тебе оставила право выбора.

Пеплогривка задрожала, и Львиносвет почувствовал, как мысли вихрем закружились в её голове.

— Лишь одной жизнью можно жить, Пеплогривка. И тебе решать, какой она будет. Это твоя судьба, а не Пепелицы, у неё была своя жизнь!

Пеплогривка, вздохнув, пригладила шёрстку и задрала подбородок.

— Я выбираю жизнь воителя! Я выбираю Пеплогривку! — Её голубые глаза засияли. — Я выбираю тебя!

Мощный поток ветра сотряс стебли, закачал ветки, поднял в воздух водоворот листвы. Серый силуэт тенью мелькнул между Львиносветом и Пеплогривкой. Отпрянув в изумлении, кот смотрел, как он удаляется от кошки. Ветер относил его прочь, далеко за верхушки деревьев, и лишь тихий шёпот коснулся ушей кота:

— Спасибо…

Всё закончилось, ветер утих, но Львиносвет никак не мог очнуться от увиденного.

— Ты это видела?

Пеплогривка смотрела на деревья, в чьих кронах скрылся силуэт.

— Это была Пепелица, — выдохнула она. — Теперь она свободна.

Львиносвет громко заурчал.

— Ты будешь сражаться на моей стороне?

— Буду. — Кошка уткнулась мордой в его нос. — Вовеки.

Глава 21

Воробей собирал окопник с грядки у входа в лагерь. Капли росы сверкающей россыпью стелились на мягких листьях папоротника над головой кота. Приближался закат, отряды племени Ветра, племени Теней и Речного племени ожидались с минуты на минуту. Кот осмотрел лапы: они жутко болели после целого дня сборки трав. Не только воителям приходится работать, не покладая лап, раз битва на пороге.

Воробей услышал шаги, раздавшиеся позади.

— Не забудь, чему Искра нас научила! — кричала Белка Дыму. — Воители Сумрачного Леса будут метить тебе в глотку, так что всегда будь готов отбиться от смертоносного броска.

— И как же мне нападать на врага, если я всё время должен защищаться? — Шурша шерстью по земле, кот выполз из-под Крутобока.

Тот, отдышавшись, предложил:

— Как насчёт работать лапами в плечах, а голову держать пониже?

Воробей выдернул последний листик и сложил его к остальным. Зажав охапку в челюстях, кот устремился к лагерю. Он вынырнул из папоротникового туннеля и помчался вдоль кромки поляны, мимо Шиповницы и Кротика, оттачивавших хитрый боевой приём.

— Не вздумайте поворачиваться спиной к коту Сумрачного Леса! — командовала Искра.

— Можно теперь нам это попробовать?

Листвичка беспокойно ходила из стороны в сторону, а Белохвост ёрзал, сидя на земле и изнемогая от длительного ожидания.

Ежевика стоял под Каменным Карнизом с Львиносветом и Белкой.

— Медуница, Терновик и Долголап отправятся в племя Теней, — сказал он.

— А Белолапа, Ягодник и Орешница могут пойти в племя Ветра, — предложила Белка.

Воробей оставил травы подле своей палатки и присоединился к ним.

— Думаете, мы успеем завершить все приготовления к битве?

— Мы обязаны их завершить! — рыкнул Ежевика.

Воробей распробовал воздух.

— Где Огнезвёзд?

— Он расставляет ловушки с Медуницей и Песчаной Бурей, — ответила ему Голубка. — Натягивает ежевичные стебли на тропах и прячет кроличьи норы под крапивой.

Резкий мяв Искры рассёк воздух:

— Удерживай равновесие с помощью хвоста, Шиповница! Ты должна драться, стоя на двух лапах не хуже, чем на четырёх! Враги не будут с тобой церемониться!

— Как нам их убивать? — спросил Белохвост. — Ведь они уже мертвы!

«Хороший вопрос», — нахмурился Воробей.

— Я видел, как воители Звёздного племени растворялись в воздухе, когда не оставалась никого, кто мог бы помнить их, — ответил он, повысив голос, чтобы Белохвост его расслышал. — Если Звёздные коты могут погибнуть, то и воители Сумрачного Леса не бессмертны.

Воробей напрягся, почувствовав, как тьма внезапно захлестнула Искру. Пробравшись в её сознание, он очутился в Сумрачном Лесу.

Муравьятник корчился под лапами Искры. Её когти всё глубже впивались коту в глотку, и жизнь покидала его тело лужей крови, расплывающейся рядом с ним. Силуэт кота начал таять, пока на его месте не осталось ничего, кроме багровых пятен на пожухлой траве. Воробей отпрянул, почувствовав себя дурно. «Она убила воителя Сумрачного Леса!» Он было решил, Искра сейчас расскажет Белохвосту, что мёртвых котов можно уничтожить навеки, но почувствовал, как кошка отгоняет дурные мысли прочь.

Ежевика продолжил планировать оборону.

— Я отправлю Лисохвоста, Попрыгуна и Шиповницу в Речное племя, — рассудил он. — Они покажут приёмы Искры воителям Невидимой Звезды.

— Интересно, а к нам она кого пошлёт? — задумался Воробей, перебирая в голове Речных воителей, которые могли бы оказаться в лагере Грозового племени.

— Нам что, охотиться для них и спать в одних палатках вплоть до самой битвы? — рассердился Кротик.

— Именно! — Обернулся Ежевика к ученику. — Пока Огнезвёзд не пожелает обратного. Отныне они наши союзники.

— Не собираюсь я спать рядом с Теневым котом! — взорвался Белохвост.

— В таком случае я назначу тебя в патруль в Речное племя! — отрезал Ежевика. — Сейчас не время для межплеменных распрей: мы противостоим силе, способной положить конец всему! И мы будем сражаться бок о бок с котами других племён так, словно они наши соплеменники!

Хвост Львиносвета нетерпеливо раскачивался в воздухе.

— Огнезвёзд ещё требовал назначить двух гонцов, чтобы передавать сведения во время битвы.

— Кротик и Вишенка вполне подойдут на эту роль, — ответил Ежевика.

— Но я хочу драться! — Кротик подбежал с противоположного конца поляны. — Это будет мой первый бой!

— И ты послужишь племени в качестве гонца, — заверил его глашатай. — Ты один из самых быстрых котов в лесу. — Ежевика понизил голос до шёпота, обернувшись к Белке и Львиносвету. — А ещё нам надо выяснить, кто среди Грозовых котов обучается в Сумрачном Лесу, пока они не застали нас врасплох.

— Может, спросим у Искры? — Воробей посмотрел на молодую воительницу, тренировавшую соплеменников.

Голубка направлялась к палатке старейшин со свежей дичью. Заслышав Воробья, она бросила добычу и подбежала к собравшимся.

— Огнезвёзд сказал, нам не обязательно знать, кто это.

— А мы ничего не скажем Огнезвёзду, — прервал её Ежевика. — Но нам необходимо знать, кто может пополнить ряды врага в час битвы. Искра! — подозвал кот и подождал, пока та приблизится. — Скажи нам, кто из Грозового племени обучается в Сумрачном Лесу.

— Я не могу предать их! — вздохнула Искра, сделав шаг назад. Воробей ощутил, как волна страха накрыла её с головой. — Они же сами не понимают, что делают! — залепетала она. — Я уверена, в бою они сделают верный выбор!

— Нельзя их наказывать! — поддержала сестру Голубка. — Они ещё ничего не совершили.

— Мы не накажем их, — вкратчиво проговорил Ежевика. — Мы попытаемся спасти их.

— Звездоцап запудрил им мозги! — мяукала Искра.

— Я всё понимаю, — успокаивал её глашатай.

— А Звездолом угрожает им смертью, если они попробуют уйти!

— Так дай нам защитить их, и скажи, кто обучается в Сумрачном Лесу, — мягко надавил Ежевика.

— Берёзовик, — прошептала Искра. — Пестроцветик и Мышеус.

— Белохвост, Кротик, Шиповница! — позвал глашатай, готовясь отдать распоряжения. — Приведите Пестроцветик. Она тренируется на песчаном склоне. Берёзовик и Мышеус охотятся — немедленно найдите их и доставьте в лагерь.

Когда Белохвост, Кротик и Шиповница умчались прочь из лагеря, Ежевика сел и продолжил разговор:

— Они поймут. Мы убедим их стать нашими союзниками в Сумрачном Лесу, как ты, Искра.

Воробей пригладил шкурку. После стольких томительных лун ожидания племена, наконец, готовятся встретить врага лицом к лицу. Он обернулся к своей пещере.

— Мне нужно проверить запасы трав.

Он пересёк поляну и подобрал охапку окопника. Протиснувшись сквозь ежевичные заросли, он прошёл вовнутрь. Иглогривка мирно спала, свернувшись среди разложенных на полу лекарственных растений.

— Иглогривка! — кот аккуратно коснулся её мордой.

Она подняла голову.

— Ой, прости. — Кошка вскочила на лапы. — От всех этих подсчётов я что-то задремала. Нам нужно больше календулы и крапивы.

— Ступай-ка ты в гнездо и выспись хорошенько! — велел ей Воробей. — Я сам займусь травами.

— Но я могу помочь! — возразила Иглогривка.

— Поспи! — приказал Воробей.

— Но…

— Спи!

Целителю хотел видеть её бодрой и полной сил, когда начнётся битва. Гнездо Иглогривки зашуршало, когда кошка скользнула в него и принялась устраиваться. Воробей навострил уши и вслушался, ожидая, пока дыхание кошки не станет ровным и глубоким. Тогда он принялся собирать травы из кучек, в которых они хранились, и складывать их в пучки. Каждый пучок содержал паутину и растения, необходимые для оказания помощи при боевых ранениях. Во время битвы можно будет быстро обращаться к ним и экономить время.

— Воробей?

Целитель удивился, заслышав голос Листвички. Он поднял голову, слегка вскружённую концентрированными запахами трав.

— Я могу чем-то помочь? — Она прошла через ежевику. — По окончании битвы будет много пострадавших. — Её усы подёргивались от беспокойства. — И я хотела бы сделать всё, что в моих силах, пусть даже подносить смоченный мох раненых котам.

— Мох? — Нахмурился Воробей. «Мох, конечно же!»

— Я понимаю, что не имею права спрашивать, но…

— Я совсем забыл про мох! — Вскочил на лапы Воробей. — Нам нужны охапки мха! Я отошлю патруль, попрошу их набрать побольше. — Он проследовал мимо Листвички, устремившись к выходу.

— Все заняты либо тренировкой, либо охотой, — мягко напомнила ему Листвичка. — Давай я схожу?

— За мхом? — Кот остановился, почувствовав, как Листвичка вздрогнула и приготовилась действовать. — Это будет напрасной тратой твоих способностей, — сказал он, оживившись. — Пусть Вишенка и Кротик наберут его, когда вернутся. Ты мне нужна здесь.

— Что, правда? — ошарашено спросила Листвичка.

— Ты знаешь целительское ремесло не хуже меня, — отметил Воробей. — Бессмысленно и глупо растрачивать его впустую. Ведь ты сама сказала, что будет много раненых. Мне нужно, чтобы ты помогла мне ухаживать за ними.

— Как же законы Звёздного племени? — замялась Листвичка. — Я не имею право быть целительницей!

— Забудь о них! — зарычал кот. — Настали другие времена, когда нам нужно действовать так, как будет лучше для племени. И если это будет означать идти наперекор воле Звездного племени — так тому и быть!

— Значит, ты меня прощаешь? — Кошка сделала шаг навстречу.

Воробей вернулся к сортировке трав.

— Мне нечего прощать, — фыркнул он. — Ты совершила то, что считала лучшим выходом из ситуации. И некому тебя судить. — Он придвинул к ней кучку бурачника. — Смотри, как я раскладываю травы, и делай так же. Клади побольше паутины в каждый пучок. И напомни позже послать Кротика и Вишенку за мхом.

От шкуры Листвички чувствовался поток глубокого облегчения, уносившего с собою боль за многие луны. Она села рядом с ним и принялась раскладывать травы из кучек. Кот случайно задел её, потянувшись за календулой, и почувствовал острый камушек, застрявший у матери под когтем.

— Календула заканчивается.

— Я напомню тебе дать поручение Кротику, когда он вернётся, — промурлыкала Листвичка.

Двое работали в тишине, пока протяжный вой не разрезал воздух снаружи палатки.

— Они пропали! — закричал Белохвост, ворвавшись в лагерь. — Мы не можем их нигде найти!

— Кого? — Высунулся из палатки Воробей.

— Берёзовика, Пестроцветик и Мышеуса. — Белохвост растянулся на земле рядом с Ежевикой, Кротик и Вишенка легли позади, тяжело дыша.

— Уверены, что везде смотрели? — спросил глашатай.

— Мы всё племя опросили! — доложил Белохвост. — Их и след простыл!

Воробей пересёк поляну, обдумывая происходящее. «Голубка!» Он распробовал воздух, разыскивая кошку. Она отдыхала позади палатки воителей.

— Попробуй услышать их! — Поспешил он к ней. — Узнай, где они!

Она села, дрожь рябью пробежала по её телу.

— Хорошо.

Воробей проник в разум Голубки, когда она напрягла свои чувства и стала искать котов по всему лесу. «Где же вы?» Его сердце забилось сильнее, как только слух Голубки миновал лес и озеро и устремился в темноту: она углублялась в Сумрачный Лес.

— Битва началась? — раздался из теней встревоженный мяв Пестроцветик. Голубка сосредоточилась на ней: черепаховая кошка шла по извилистой тропе мимо слизистых кустов, а рядом с ней шагал Берёзовик.

Позади плёлся Мышеус, пристально вглядываясь сквозь деревья.

— Как мы узнаем, когда атаковать?

Пестроцветик дрожала от холода и страха.

— Не беспокойся, мы поймём. Так обещал нам Звездолом, ты помнишь? Ни за что на свете он не позволит нам избежать участи сражаться в его рядах.

Голоса начали рассеиваться, и Голубка мыслями вернулась на поляну. Воробей выпрямился, его шатало.

— Где Искра? — завопила Голубка. — Она должна отправиться за ними и привести их к нам до начала битвы!

Воробей покачал головой.

— На это нет времени, — тяжело выдохнул он. — Теперь они сами по себе. — Кот развернулся, вслушиваясь в звуки подготовки к битве, окружавшие его со всех сторон.

«Мы все сами по себе. И всё, что мы можем сделать — защитить себя от неминуемого возмездия Сумрачного Леса».

Глава 22

«Теперь они сами по себе».

Волна ужаса накрыла Голубку с головой, лёд в голосе Воробья заставил стыть кровь в жилах. Воительница распробовала воздух, разыскивая Искру, затем помчалась к палатке учеников. Её сестра лежала, свернувшись в гнезде, плотно зажмурив глаза и прижав уши. Она пыталась заснуть, чтобы оказаться в Сумрачном Лесу и найти там Пестроцветик, Берёзовика и Мышеуса.

Голубка приблизилась к ней. «Но они же знают, что ты шпион! Что, если они уже всё рассказали Звездоцапу?»

Неожиданно кошка услышала голос, находящийся на пределе досягаемости её слуха.

— Время пришло! — Рёв Звездолома раскатисто гремел над Сумрачным Лесом.

Вокруг него столпились коты, их одобрительные крики эхом разносились меж деревьев. Голубка прикрыла глаза и мысленно направилась на звуку. Кошка мчалась через сумрачные чащи, над мутною рекой при берегах, покрытых слизью, и оказалась на поляне, на которой находилась тьма котов, сидевших, окружив подгнивший пень.

— В последний раз взгляните на сей смрадный лес! — гласил Звездолом с вершины пня, янтарным взором глаз оглядывая море разномастных шкур.

— Как так, в последний раз?

Голубка расслышала едва заметный шёпот Пестроцветик, которая сидела с краю толпы с Берёзовиком и Мышеусом.

На пень взобрался Звездоцап, и, оттолкнув Звездолома, начал собственную речь:

— Настал решающий час! Мы должны стереть навеки Воинский Закон, столь долго пивший соки из племён и не терпевший настоящие честь, мужество и отвагу! Сколько лун лесные племена потворствовали слабости и отвергали истинную мощь! — Кот вздёрнул голову и набрал как можно больше воздуха в лёгкие, стараясь докричаться до каждого кота внизу. — Сегодня мы по племенам промчимся, словно буря, и выживут из них лишь те, кто настоящей силой обладает! Затем мы новое построим племя, где место будет исключительно для мощи и триумфа, а слабость, страх и поражение забыты будут, словно страшный сон!

— Победе — да! Закону Воинскому — нет! — завыл лохматый кот, сидевший в центре толпы.

— И да воцарится Сумрачный Лес над племенами! — подхватили коты.

— Так следуйте за мной! — повысил голос Звездоцап. — И я дарую вам свободу, да могущество, которое вам даже и не снилось!

Ликующий рёв воителей Сумрачного Леса впился Голубке в уши. В толпе она различила Конопушку из племени Ветра и Рыбохвостку из Речного племени. Они ошарашено пялились на Звездоцапа, в ужасе расширив глаза. Неподалёку от них перепуганный Мышеус попятился назад, к деревьям.

— В племенах слишком долго поощрялась неполноценность! — Вскочил на лапы Пустокрылый, возвысившись над остальными воителями и сверкнув глазами. — Покажем им, что лишь сильнейшие способны выжить!

Голубке стало дурно. «И как воитель мог уверовать в подобную жестокость?»

Краем глаза она уловила белую шерсть Льдянокрылки. Кошка подтолкнула Мышеуса обратно к Пестроцветик и Берёзовику. Взмахом хвоста она подозвала поближе Дроколапу и Крольчишку из племени Ветра.

— Не дайте Звездоцапу почуять, как вам страшно, — прошипела она. — Держитесь тише воды, ниже травы, делайте всё, что он велит, а не то родной лагерь вы больше никогда не увидите!

Берёзовик хотел было возразить, но в этот момент потрёпанная черепаховая кошка, прищурившись, обернулась к ним.

— Я не слышу, чтобы вы приветствовали нашего предводителя! — зарычала она.

— Мы продумываем стратегию, Кленовница, — ответила Льдянокрылка, встретив её взгляд. — Не забывай, что от нас будет многое зависеть во время битвы: наши соплеменники ещё ничего не подозревают.

— Да ну? — недоверчиво переспросила Кленовница. — В таком случае, надеюсь, вы готовы драться за свою жизнь. Ведь лишь приняв нашу сторону, у вас есть шанс уцелеть.

Тощий тёмно-полосатый кот вышел из толпы и встал подле Кленовницы.

— Как поживают наши новобранцы? — спросил он.

— Частокол! — поприветствовала его Кленовница, коротко кивнув. — Они дрожат от страха, словно котята!

Кот окинул взглядом племенных котов.

— Не стоит вам дрожать! — рявкнул он. — Вы под моим началом будете в бою, и я удостоверюсь, что вы дерётесь храбро, как герои! — Он резко сузил глаза. — А где Искра?

— Она вот-вот прибудет, — ответил Берёзовик.

— Нет времени на это! — Частокол взглянул на Кленовницу, вонзив когти в землю. — Никогда я ей не доверял: всегда из кожи лезла вон, выделываясь перед Звездоцапом. Подлиза, как ручная псина у Двуногих.

— Это неправда! — воскликнул Берёзовик, воинственно распушив хвост.

На пень перед Звездоцапом и Звездоломом вскочил Коршун и взвыл, всё внимание собравшихся переключилось на него. Приглаженная шкура кота блистала в сумеречном свете.

— Наши воители готовы выступать! — воззвал он свысока. — Пусть принесут они погибель племенам!

Коты из Сумрачного Леса подхватили возглас, и голоса их устремились меж деревьев, несясь по ветками на потоке бури, и уносились вдаль с раскатами грозы. Ночное небо рассеклось напополам ярчайшей вспышкой, пожухлая листва взметнулась ввысь, а гром сотряс Голубке уши так, что в жилах кровь застыла.

От страха кошка содрогнулась, но продолжала наблюдать, как Звездоцап, покинув пень, повёл толпу котов лесными тропами. В хвосте от полосатого кота держались Звездолом и Коршун, а остальное войско шло за ними.

— Погибель племенам! Погибель племенам!

Деревья в лесу прогнулись под натиском урагана, боевые кличи разлетались во все стороны. Голубка начала задыхаться, когда услышала топот бесчисленных лап, приближающихся к озеру.

«О, Звёздное Племя, они идут!»

Кошка растолкала Искру лапой. Та подняла голову.

— Я как раз начала засыпать!

— Ты опоздала! — Голубка подняла сестру на лапы. — Они уже выступили, и нам нужно предупредить Огнезвёзда! — Она выскочила из палатки и задержалась на краю поляны.

Внимание всего племени было приковало к Дубравнику, Дымопяту и Снежинке, прибывших в лагерь.

— Глазам своим не верю! — ворчал Белохвост. — Мы просто так впускаем воителей племени Теней в наш лагерь.

— Добро пожаловать, Дубравник! — Поспешил к Теневому патрулю Огнезвёзд, на ходу смерив Белохвоста предупреждающим взглядом.

Ежевика последовал за ним.

— Рад видеть вас, Дымопят, Снежинка!

— Если вы проголодались, у нас есть добыча, — предложил Львиносвет.

— Мы и сами в состоянии охотиться, — сухо ответил Дымопят.

«Добыча?!»

— Да забудьте вы хоть на секунду о добыче! Они наступают! — Подбежала к собравшимся Голубка.

— Бойцы Сумрачного Леса? — Обернулся Огнезвёзд.

Кошка навострила уши и уловила топот лап по голой земле, сопровождаемый шуршанием папоротников.

— Они вошли в лес!

Воители племени Теней развернулись в сторону ограды, приняв боевые стойки. Львиносвет выпустил когти и присел, готовясь ринуться на врага.

Орешница уставилась на Голубку.

— Откуда ты это узнала?

— Даже не спрашивай! — Воробей вышел из пещеры целителя и остановился перед Голубкой. — Куда они направляются?

Кусты и листья шуршали столь громко, что шерстинки на ушах Голубки задрожали.

— Не могу сказать точно!

Ежевика поднял голову, рассматривая деревья на вершине ущелья. Голубка напряглась, поняв, что топот лап теперь слышен всему племени. Обернувшись, Огнезвёзд увидел лишь отчаяние в глазах своих соплеменников. Лисохвост встал бок о бок с Ягодником и Орешницей, а Маковка, Пеплогривка, Шиповница и Терновик плечом к плечу приготовились держать оборону. Милли, поднявшая подбородок и приготовившаяся к бою, даже отдалённо не была похожа на домашнюю киску.

— Началось! — выдохнул Огнезвёзд. — Делайте всё, что нужно во имя спасения племени! — Он обернулся к Дымопяту. — Во имя всех племён!

Ежевика вышел вперёд.

— Медуница, Терновик, Долголап, бегом в племя Теней! — приказал он. — Защищайте их, словно собственных соплеменников! Белолапа, Ягодник, Орешница, вы отправляетесь в племя Ветра. — Воители выбежали из лагеря, и лишь Медуница задержалась, обернувшись в сторону детской.

— Лилия и Зёрнышко будут в безопасности! — пообещал ей Огнезвёзд.

Кошка кивнула и помчалась за своим отрядом.

Ежевика махнул хвостом Лисохвосту. Рыжий воитель тотчас помчался к выходу, сопровождаемый Попрыгуном и Шиповницей.

— Мы опередим воителей Сумрачного Леса и прибудем в Речное племя гораздо раньше них! — крикнул он через плечо.

Кротик и Вишенка пронеслись через поляну и замерли перед Огнезвёздом.

— Куда нам отправиться перво-наперво?

— Кротик, беги в племя Ветра, а затем в Речное. Вишенка, отправляйся в племя Теней. Возвращайтесь с любыми новостями. Нужно выяснить, куда Сумрачный Лес нанесёт первый удар.

Маковка встретила своих детей у колючей ограды.

— Какие же вы храбрецы! — Она подняла голову. — Я горжусь вами, знайте это.

Кошка выпрямилась и отошла в сторону, дав гонцам покинуть лагерь, её глаза сияли от гордости. Ягодник приблизился к Маковке и прижался к её щеке.

— Сегодня они станут воителями, — прошептал он.

Голубка оглядела лагерь и с ужасом поняла, как он опустел после того, как все патрули были отправлены по своим заданиям. Кому же теперь защищать лагерь? Наверху звуки шкур, трущихся о заросли, были столь сильны, что Голубка прикрыла уши, дабы заглушить их. Воробей поспешил к пещере целителя, волоча в зубах ежевичные стебли. Когда он притащил их ко входу в пещеру, Милли подбежала к нему, чтобы помочь.

Игрогривка позвала их вовнутрь.

— Я разложила пучки трав и оставила мох вымачиваться в лужице.

— Отодвинь самые ценные лекарства в дальнюю часть кладовой! — велел Воробей, оттаскивая новые стебли ко входу, чтобы перегородить его.

Крутобок устремился к палатке старейшин, в которой укрывались Пурди и Кисточка.

— Не высовывайтесь! — приказал он.

— Но Долголап обучил нас боевым приёмам! — возразил Пурди, выпятив грудку.

— Они вам пригодятся, коль битва вас сама настигнет. Не стоит вам бездумно лезть в сражение! — Серый воитель затолкал старейшин подальше в заросли жимолости.

Ромашка и Тростинка высунулись из детской, распушив шкуру так, словно кошки были покрыты шипами.

— Лилия и Зёрнышко не лезут из гнезда, Яролика? — спросила Ромашка сквозь ежевичную стенку палатки.

— Они оба надёжно скрыты! — ответила Яролика.

— И никто их не тронет, клянусь, я об этом позабочусь! — пообещала Тростинка, издав яростный глухой рык.

— Я встречу врага за пределами ущелья, — рассудил Огнезвёзд, кивнув Ежевике. — Ты же возглавишь оборону лагеря. Выбирай, кто останется с тобой.

Ежевика обернулся к Белке.

— Ты будешь сражаться вместе со мной?

На секунду их глаза встретились.

— Конечно! — коротко ответила кошка.

— Вот и отлично! — кивнул глашатай. — Дым, Шмель, Пеплогривка, Листвичка и Крутобок останутся на защите ущелья.

— Нет, Круботок пойдёт со мной! — возразил Огнезвёзд, взглянув на своего старейшего товарища.

— Ну разумеется! — понимающе склонил голову Ежевика.

— Где буду сражаться я? — спросил Львиносвет, играя мощными мускулами под золотой шкурой.

— Ты пойдёшь со мной! — Огнезвёзд обернулся к племени. — Если нужно, деритесь, словно бродяги, забудьте обо всём! — прорычал он. — Сегодня мы бьёмся за судьбу всего сущего. И каков бы ни был исход, мир не забудет племена, которые сражаются не только лишь клыками и когтями, но сердцем и отвагой.

Дымопят обернулся к шипастой ограде.

— А как же подкрепления из племени Ветра и Речного?

Огнезвёзд навострил уши в сторону боевых кличей, раздававшихся на вершине ущелья.

— Нет времени их ждать.

— Огнезвёзд! — Шипя, Песчаная Буря встала между племенем и предводителем. Ёе глаза были полны тревоги. — У тебя осталась последняя жизнь! — Донёсся до Голубки едва заметный шёпот кошки. — Нельзя ею рисковать, ты нужен племени!

— Я нужен племени, чтобы вести их в бой! — ответил Огнезвёзд, дёрнув хвостом.

— Но вдруг тебя убьют, и что тогда мы будем делать?

— Вы будете сражаться вдвое яростней! — Зелёные глаза кота зажглись ярчайшим пламенем, они полыхали так, как никогда прежде. — У всех моих товарищей ведь тоже лишь одна-единственная жизнь, но все они готовы жертвовать ей во имя соплеменников. А чем я лучше них? Я должен биться с ними вместе!

Песчаная Буря щекой прижалась к Огнезвёзду.

— Любовь моя… — с тоской прошептала кошка.

— И ты — моя любовь… — ответил рыжий кот. — Будь в лагере и защищай его вместе с Ежевикой.

Кот развернулся и повёл отряд из лагеря. За ним последовали Львиносвет и Крутобок, прошествовав мимо Голубки. Она помчалась вслед за патрулём, но страх пропитывал её насквозь и не давал покоя.

«Ну где же ты, Искра?» Тёмной шкуры её сестры и след простыл.

С выпрыгивающим сердцем она помчалась сквозь колючие кусты. Огнезвёзд задержался снаружи от входа в лагерь, он остановился и прислушался к звукам, раздававшимся в лесу. Патруль, ощетинившись, сгруппировался вокруг него.

Лес вокруг них ходил ходуном от передвижений множества котов. Голубка задержала дыхание. Огнезвёзд что-то прошептал на ухо Крутобоку, затем молча махнул хвостом сначала в одну сторону, затем в другую, приказав отряду разделиться. Голубка поспешила вслед за Крутобоком, и вскоре оказалась зажата меж Белохвостом и Снежинкой. Кошка племени Теней пахла сосновыми шишками, её мех был поразительно гладким, а мышцы под ним тверды, словно горная порода. Огнезвёзд кивнул Крутобоку, указав на склон по одну сторону ущелья. Сам предводитель направился к противоположному склону, подав сигнал половине патруля следовать за ним.

«Он хочет разместить воителей по обе стороны и зажать врагов на вершине холма в ловушку!»

Голубка ждала, что Огнезвёзд прикажет перейти в наступление, и удивилась, когда он подозвал её к себе коротким кивком головы.

— Они повсюду, так? — прошептал он, когда кошка приблизилась.

Та напрягла уши. Крики раздавались на границах племени Теней. На пустошах племени Ветра множество лап со смачным хрустом сминало под собою вереск. На берегах озера трещал тростник, ломаясь под шагами Сумеречной Армии.

— Повсюду. Они вторглись на все земли разом!

Огнезвёзд кивнул.

— Все мы знали, что этот час настанет. — Он коснулся мордой лба Голубки. — Но не отчаивайся. И пусть тебе сопутствует удача!

Переведя взгляд на Крутобока, он поднял хвост. Это был условный сигнал.

То был сигнал к началу контрнаступления. Голубка сделала глубокий вдох.

«Вот оно… Начало битвы. Надеюсь, у меня, и правда, в лапах сила звёзд».

Глава 23

Голубка свернула, заслышав, как патруль сменил направление, и устремилась вверх по склону, быстро перемещаясь сквозь густые заросли, двигаясь при этом гладко и бесшумно, словно белка. Внезапно острая боль пронзила её пятку. Споткнувшись, кошка вскрикнула.

— Голубка, ты в порядке? — Присел рядом с ней Белохвост.

— У меня лапа застряла, — ответила она, тщетно пытаясь высвободиться из ежевичного кустарника, обвившего и туго сдавившего ей заднюю лапу.

— Позволь помочь тебе!

Белоснежный кот придвинулся поближе. Голубка чувствовала, как Белохвост дрожал.

— А сам-то ты в порядке?

— Да, — ответил он, сглотнув. — Я просто…. Не могу поверить в то, что происходит. — Кот зацепил зубами стебли ежевики и потянул, освободив Голубку из ёё пут.

— О чём ты говоришь? — спросила кошка, вытянув освобождённую лапу.

— Мы воюем с мертвецами…

Голубка вспомнила, что Белохвост не верил в Звёздных предков. Это было единственное, что он сохранил от своего прошлого, когда он жил у Двуногих в качестве домашнего котика.

— Никто не мог поверить в это поначалу, — мяукнула Голубка.

Внезапно кошка услышала топот лап — они вышагивали наверху, двигаясь в их направлении. Видимо, патрульные заметили, что несколько котов отстали, и теперь вернулись.

— Мы здесь, и мы в порядке! Сейчас нагоним вас! — Голубка крикнула и тут же осеклась. Кошка застыла на месте, увидев перед собою полосатую тёмно-серебристую шкуру Частокола, которого она запомнила с видений в Сумрачном Лесу.

— Поберегись! — завизжала она, желая предупредить Белохвоста, но белый воин был уже готов: он обнажил когти и принял боевую стойку.

Коты, тряхнув могучими плечами, схлестнулись, покатившись по траве. Частокол сумел отбросить Белохвоста, но тот мгновенно поднялся на лапы, готовый снова ринуться вперёд.

— Ну, здравствуй, Частокол! Я ожидал тебя найти среди предателей, живущих в Сумрачном Лесу! — рявкнул Грозовой воитель.

— А, Белохвост, неужто ты поверил в Звёздных предков? — с насмешкой бросил Частокол в ответ.

— Я верю в то, что существует зло!

— Ну хоть во что-то веришь, ты, ручная киска!

— Ещё я верю в Воинский Закон, и буду защищать его до последней капли крови!

И с этими словами Белохвост прижал уши и молнией метнулся на Частокола. Кровь брызнула на стебли ежевики из рассечённой переносицы Сумрачного кота. Частокол заревел и, словно раненый барсук, набросился на белоснежного воителя. Он сбил Белохвоста с ног и ударил по его беззащитному животу, выбив воздух из лёгких противника. Тот беспомощно барахтался на земле, молотя лапами воздух. Голубка помчалась на выручку товарищу и вонзила когти в шкуру Частокола. Пыхтя от напряжения, ценой невероятных усилий ей удалось оттолкнуть могучего воина от Белохвоста.

— Ох, поглядите, что за храбрая воительница! — прошипел Частокол, вытянув задние лапы. Он бросился вперёд с такой мощью, что тело Голубки от его удара взметнулось высоко в воздух. Глухо ударившись о землю и откатившись, она, даже не успев подняться, увидела над собой заносящего лапу Частокола. Налетев на кошку, тот нанёс ей мощный удар в морду.

Из глаз посыпались искры, кошка едва могла соображать, что происходит. Почти теряя сознание от боли, она заметила лежавшего на земле Белохвоста, оскалившегося на Частокола. Тот не растерялся ни на секунду, молниеносно, как змея во время смертельного броска, подскочил к Белохосту, ударом лапы перевернул его на спину и рассёк коту живот. Кровь ручьями брызнула на землю.

— Отстань от него!

Голубка поднялась на дрожащие лапы и кинулась на Частокола, нацелив когти воину в плечи, и яростно вцепилась в его шкуру. Он попытался сбросить назойливую кошку, но Голубка подсекла Частоколу заднюю лапу, из-за чего они оба потеряли равновесие и покатились вниз по склону, царапаясь о колючие кусты.

Острейшие клыки вонзились Голубке в плечо, пронзив всё тело адской болью. Она расслабилась и сумела выскользнуть из захвата Частокола, отчаянно вонзив когти в землю, чтобы не упасть. Кот снова нанёс ей сильный удар наотмашь по щеке, отчего Голубку зашатало. Еле удерживаясь на лапах, она стала взглядом разыскивать Белохвоста: в одиночку с этим монстром ей не совладать.

— Не повезло тебе, мышеголовая! — ухмыльнулся Частокол, взглянув на вершину холма. Охнув от ужаса, Голубка увидела, как другой полосатый кот прижимал к земле вопящего Белохвоста и царапал когтями по его спине, оставляя всё новые и новые порезы. — Пусть Воробейник поиграет с ним, ну а потом прикончит! — скривился в усмешке Сумрачный воитель. — И это значит, что моей добычей станешь ты!

«Воители не убивают!» Гнев закипал в жилах у Голубки. «Сражайтесь, как бродяги!» — всплыл в её ушах призыв Огнезвёзда, и под его эхо Голубка метнулась на Частокола. Щёлкнув челюстями, она отчаянно впилась клыками ему в переднюю лапу. Кот заорал и попытался стряхнуть воительницу прочь, но та держалась крепко и не отпускала, впиваясь всё сильнее и сильнее. Пасть наполнилась горьким вкусом крови, а зубы, смачно хрустнув, вскоре проникли до самой кости.

«Защищайте глотку!» — вспомнила она советы Искры за секунду до того, как зубы клацнули буквально в двух когтях от её шеи. Вне себя от ужаса, Голубка завертела задними лапами и нанесла удар Частоколу под рёбра, затем отскочила, избежав хватки кота. Частокол зарычал на кошку, та сделала шаг назад, поглубже в ежевичный куст.

Боевой клич раздался над её ухом, и Голубка обернулась как раз в тот момент, когда её настиг мощный удар Воробейника. Потеряв равновесие, она упала и растянулась на земле. Грузные лапы сдавили её бока, когда Воробейник взобрался на Голубку сверху. Впившись кошке глубоко в плоть, он стал медленно вести когтями по её спине, прижав ей голову к земле. Не в силах сделать вдох, Голубка начала задыхаться, страх вперемешку с болью обуял её сознание, тьма застилала взор. Когда воитель Сумрачного Леса вогнал когти ещё глубже, кошка забилась в агонии, и сдавленные крики ужаса вырвались из её горла.

— Ну что вы возитесь, а, Воробейник, Частокол? — раздался чей-то голос со склона впереди, и перед котами замаячил воитель Сумрачного Леса. — Их песенка уж спета, они подохнут от потери крови. Мы должны двигаться на лагерь!

Голубка почувствовала, как когти Воробейника выскользнули из её тела, когда он поднялся и поспешил за соплеменниками.

Полежав ещё какое-то время, Голубка, наконец, попробовала подняться на лапы и выровнять дыхание.

— Белохвост?

Белый воитель лежал в нескольких хвостах веше по склону, его шкура вся была пропитана кровью. Хромая и содрогаясь от жгучей боли, Голубка подбежала к товарищу, присев подле него.

— Белохвост!

Он еле-еле приподнял голову, не в силах даже открыть глаза.

— Они идут на лагерь!

Белохвост с неимоверным усилием встал и выпрямился.

— Тогда нам стоит поспешить, — ответил он. — Мы остановим их любой ценой!

Он поковылял по склону, держа одну лапу навесу перед собой.

— Но ты серьёзно ранен! — Нагнала его Голубка через несколько шагов. Всё тело Белохвоста содрогалось, пронизанное болью. — До лагеря ты можешь не дойти!

— Я должен! — отрезал Белохвост, прибавив скорость.

Снаружи лагеря Белка и Песчаная Буря плечом к плечу отбивались от группы воителей Сумрачного Леса, набегающих на кошек, словно лисы. Воробейник и Частокол помчались в бой, присоединившись к штурму.

— Нам нужно подкрепление! — завыла Белка.

Ежевика, Листвичка, Пеплогривка и Дым выбежали из папоротникового тоннеля, присоединившись к обороне, но всё новые и новые лохматые шкуры Сумрачных воителей выступали из-за деревьев, тесня защитников лагеря к ограде. На дальнем склоне зашуршали заросли, и в сражение стремглав ворвались Огнезвёзд и Львиносвет, эффектно раскидывая многочисленных врагов во все стороны. Обернувшись на топот лап позади, Голубка увидела, как Крутобок и Снежинка промчались мимо неё и метнулись в гущу сражения. Смахнув запёкшуюся кровь с лица, Белохвост поспешил за ними.

Голубка, не желая оставаться в стороне, последовала за товарищами, ринувшись на полчища врагов. В толпе она разглядела мех Частокола и бросилась к нему.

«Сражайтесь, как бродяги!» Голубка, позабыв все изощрённые приёмы, которыми её учили пользоваться, вонзилась в ненавистную шкуру и начала лихорадочно рвать и царапать всё, что попадалось ей под когти. Она кружилась в своём боевом танце, нанося удары по каждому воину, до которого могла достать. Глаза кошки полыхали огнём, кровь бурлила, вздымая вены, изо рта выступила пена, кровавая пелена помутила взор, но подгоняла драться ещё яростнее, сильнее и отважнее.

— Будь осторожнее! — вскрикнула Белка, которую в порыве ярости царапнула Голубка.

— Прости! — спешно извинилась кошка, вернувшись в бой и бросившись на тёмного кота, вонзив клыки в его пропахший гнилью мех.

— Враг в лагере! — взвыл Львиносвет. поляну сквозь папоротниковый тоннель, разодрав его в клочья и превратив в зияющий пролом. Золотой воитель кинулся за ними.

— Пеплогривка, Дым, Крутобок! Бегом за Львиносветом! Гоните Сумрачных бойцов из лагеря! — отдал приказ Огнезвёзд, ударом задних лап послав в полёт воителя Сумрачного Леса. — А мы тем временем задержим остальных.

Ушей Голубки достиг визг Тростинки. «О, нет, котята!» Она помчалась было сквозь ограду, но пропустила удар и отлетела, ударившись о пень. Поднявшись на лапы, кошка внезапно заметила знакомые шкуры на склонах лагерного ущелья. Это прибыли на подмогу отряды из племени Ветра и Речного племени! Надежда затрепетала у Голубки в сердце. Но что, если они — новобранцы Сумрачного Леса, прибывшие своим учителям на помощь?

Когда, промчавшись мимо, Форель, Галечник и Мятник кинулись в бой, Голубка несколько мгновений понаблюдала за ними и с облегчением перевела дух, удостоверившись, что их отряд бьёт лишь воителей Сумрачного Леса.

— Ещё один отряд врагов прорвался в лагерь! — заорал Огнезвёзд, уложив наземь Частокола.

— Мы с ними разберёмся! — ответила Совка, скрывшись за оградой вместе с Белогрудкой и Булыжником.

Из ущелья доносились воинственные вопли. Воители Речного племени, стоя спиной к спине, старались заставить Сумрачных котов разделиться. Голубка метнулась в зазор между двумя кошками и, активно молотя лапами, теснила их подальше от лагеря. Через какое-то время штурм Сумрачного Леса окончательно захлебнулся, а их войско оказалось разбито на несколько разрозненных отрядов.

Огнезвёзд, поравнявшись с Ежевикой и Маковкой, погнал остатки Сумрачных воителей к деревьям. Голубка оказалась рядом с Белкой и Милли, преследовавших другую группу. Пригнувшись, она мастерски нырнула под задние лапы полосатой кошки, нанеся ей несколько точечных ударов. Когда воительница повалилась наземь, к ней подскочила Милли и вцепилась в морду. Белка накинулась на другого воителя, а Голубка поддержала её, расцарапав ему ухо. Воители Сумрачного Леса с тревогой закрутили головами, видя, как их товарищи в панике один за другим скрываются за деревьями.

Голубка огляделась. Львиносвет гнал пятнистую кошку вверх по склону, Листвичка обратила в бегство кота в чёрную полоску. На поле боя осталось всего несколько котов из Сумрачного Леса. Защитники лагеря обступили их со всех сторон.

Огнезвёзд вышел вперёд, вскинув голову.

— Что выбираете: остаться и погибнуть, или бежать, спасая шкуру? — спросил их предводитель, издав оглушительный свирепый рык.

Те на секунду замерли, но тут же развернулись и, поджав хвосты, стремглав помчались в чащу леса.

— Вот трусы! — прошипела вслед котам Тростинка, высунувшись из входа в лагерь.

За ней показались Галечник и Песчаная Буря, выгнавшие из лагеря последних врагов. Когда они пробегали мимо Голубки, кошка навострила ушки и вслушалась в звуки, исходящие от котов, отступавших в Сумрачный Лес. Её грудь распирало от волнения и гордости.

«Мы выжили!»

Затем она застыла. Там, вдалеке, кошка расслышала боевые кличи и воинственные завывания с топотом лап, шагающих по прохладной почве. Они не бежали прочь, а маршировали в сторону озёрных территорий.

— Их там гораздо больше… — прошептала она.

— Белохвост, Галечник, Дым! — Огнезвёзд выкрикнул имена котов, покрытых кровью больше всех. — В пещеру к Воробью, живо!

Проследовав мимо мятых папоротниковых стеблей, коты окрасили их листья в кроваво-красный цвет.

— Кого-нибудь ещё серьёзно ранили? — Рыжий кот осмотрел собравшихся котов. У Милли было порвано ухо. К ней прижимался Крутобок с распухшими глазами. Маковка зализывала ранку на месте вырванного когтя. Мятник обнюхивал порез у Форели на боку, а Дымопят приглаживал растрёпанную шкурку.

Меж ними деловито рассаживала Листвичка, осматривая раны на воителях.

— Нет ничего, что представляло бы опасность, — доложила она.

— Внутри всё чисто! — отчитался Ежевика, выйдя за пределы лагеря. — Котята в безопасности.

— Надолго ли? — переспросил Огнезвёзд мрачным голосом.

Голубка принюхалась, заслышав поступь лап на вершине холма.

— Кто там?

На склоне показался молодой кот племени Теней.

— Горностайчик? — Подался вперёд Ежевика. — Как ваше племя?

— Их слишком много, Чернозвёзд лишился жизни! — Приблизился к ним Горностайчик, выпучив глаза. — Прошу вас, помогите!

Дымопят подошёл ближе, поприветствовал ученика. Дубравник и Снежинка наблюдали рядом, и паника росла у них в груди.

— К вам приходила Вишенка? — спросила Маковка.

Горностайчик недоумевающе моргнул.

— Она должна была уже вернуться к вам.

Маковка застыла в тихом ужасе.

— Возможно, она побежала в племя Ветра, решив найти там Кротика, — успокоила её Листвичка. — А может, Вишенка решила спрятаться и подождать, пока на тропах станет безопаснее.

Огнезвёзд обернулся к Голубке.

— Как далеко другой отряд из Сумрачного Леса?

Голубка вслушалась и отыскала поступь лап врагов. Она была приглушена глухим туманом Сумрачного Леса.

— Они ещё не вышли на лесные земли.

Грозовой предводитель взмахнул хвостом.

— Львиносвет, возьми с собою Крутобока и поспеши на помощь племени Теней. Пока мы сможем продержаться и без вас.

«Ты уверен?» — затряслась Голубка. Быть может, их шаги и были далеко, но приближались быстро, твёрдо и решительно, как надвигающийся шторм.

— Дымопят! — окликнул Огнезвёзд Теневого воителя. — Ступай, веди своих котов домой. У ваших соплеменников дела гораздо хуже, чем у нас.

Кот кивнул и устремился в путь. Ежевика подошёл ко Львиносвету.

— Спаси их, Львиносвет! — Глашатай коснулся мордой щеки золотого воителя, словно он и вправду был ему отцом. — Я знаю, ты сумеешь это сделать.

Львиносвет на мгновение взглянул в глаза Ежевике, затем развернулся и помчался в лес. Крутобок и патрульные племени Теней поспешили за ним. Уставший Горностайчик на негнущихся лапах заковылял следом.

Когда коты скрылись из виду, у Голубки свело живот. Она оглядела соплеменников: во взгляде каждого воителя читался страх.

— Наш лагерь разорён! — завыла Тростинка.

— Мы много раз восстанавливали лагерь, — ответил кошке Огнезвёзд, ступая сквозь разодранный барьер. — Отстроим и сейчас.

Голубка тщетно силилась не слушать оглушительный топот приближающихся лап. «Ты прав. Но если мы выживем после следующей атаки».

Глава 24

Львиносвет мчался к границе с племенем Теней, чувствуя, как заросли цепляются за кончики его усов. Следом спешил Крутобок, а с ним Снежинка, Дубравник и Дымопят. Они неслись мимо широких древесных стволов, из-под лап воителей клочьями летела рыхлая земля.

— Уф! — Крутобок споткнулся за спиной у Львиносвета и грузно повалился наземь.

Золотой воитель развернулся и побежал назад. Крутобок тяжело поднялся на лапы.

— Споткнулся о терновый куст! — пожаловался кот.

На несколько мгновений Львиносвет задержал взгляд на немолодом уже воителе. Его взгляд с возрастом затуманился, а вдоль позвоночника выпирала зазубренная линия костей. Крутобок поджал губы.

— На что уставился? Пошли! Нас ждёт нелёгкий бой! — Кот поторопился за Дымопятом и Снежинкой.

Как только Львиносвет пересёк границу, он услышал эхо боевых возгласов и протяжных стонов. За приземистыми зарослями можжевельника стали видны шкуры, кружащиеся в жестокой схватке.

— Ворон! — взвизгнула Снежинка, перескочив через кусты.

Три Сумрачных кота непринуждённо избивали двух Теневых воителей. Мех племенных котов был разодран в нескольких местах, и из ран обильно сочилась кровь. Глаза воителей переполнялись страхом.

— Жабник, помощь прибыла! — Дубравник присоединился к Снежинке, в прыжке преодолев кустарник можжевельника и приземлившись рядом с котом Сумрачного Леса, ударом лап сбив его с ног и отбросив как можно дальше. Снежинка боролась с другим котом, стараясь держать его поодаль от Ворона.

Львиносвет притормозил. Ещё одна группа воителей показалась на тропе. В их патруле он распознал шкуру Змеехвоста, который корчился на земле, окружённый врагами.

«Но Змеехвост — старейшина! Но нет, нельзя сейчас завязнуть в этой стычке, необходимо поспешить на помощь Чернозвёзду».

— Нам нужно прорываться в лагерь! — позвал он Крутобока.

— А как же Змеехвост? Нельзя его бросать! — горячо возразил Дымопят.

— Так помоги ему! — бросил ему Львиносвет, затем свернул с тропы, желая срезать путь до лагеря через кусты. — Скорее, Крутобок!

Сосны становилась всё тоньше, а крики — громче. Перед Львиносветом замаячили заросли ежевики. «Лагерь племени Теней».

В ограде зияли свежие проломы, папоротниковые стебли были примяты и залиты неостывшей кровью. Воздух был наполнен ароматом страха и зловонием котов из Сумрачного Леса. Львиносвет проскользнул сквозь дыру в зарослях.

Поляна была усеяна ранеными котами. Чёрная королева по имени Сосновка рыдала над безжизненным телом крошечного котёнка. Вокруг неё нервно расхаживала Рыжинка, она содрогалась от ужаса. Четыре воителя Сумрачного Леса восседали на дальнем конце лагеря, злорадно наблюдая за племенем, словно лисы, алчно ждущие, когда добыча к ним сама придёт.

В нескольких шагах от прибывших воителей спиной к лагерю стоял нестройный ряд потрёпанных котов племени Теней, не решавшихся броситься на агрессоров. Златопят, Шиповник и Дроколапа из племени Ветра находились неподалёку от Рыжинки и Крысоуса. Пустокрыл, Дроздокрыл и Цветогривка из Речного племени были среди них.

Крутобок остановился рядом с Львиносветом.

— Да что они сидят на месте? И почему не прогоняют негодяев? — удивлённо сказал он, отдышавшись.

— Ты думаешь, мы просто так прохлаждаемся? Мы потеряли уже очень много воителей! — прохрипел Пёрышко, пробежав мимо, следуя от одного раненого соплеменника к другому. — У Чернозвёзда стало на одну жизнь меньше. — Целитель племени Теней остановился подле Пеплогрива, лежавшего на боку и истекающего кровью, льющейся из разорванного живота. — А у меня запасы трав практически иссякли! — В его словах всё громче проступали нотки паники.

— Тебе понадобится мох! — чётко отреагировал Крутобок, подавшись вперёд и подозвав дрожавшую от страха на другом конце поляны Пышногривку. — Ступай, и принеси побольше мха! — приказал кот. — Тащи обратно столько, сколько сможешь!

Воительница помчалась прочь с мгновенно просиявшим взглядом — ей наконец-то было, чем себя занять.

— Кедровник, Белоснежная! — Крутобок позвал старейшин, засевших под помятой ежевикой. — Найдите паутину, нам нужно обработать раны!

Зловещий рык раздался на краю поляны, и Львиносвет увидел, как вперёд метнулось пятно яркого меха. Один из Сумрачных воителей прорвался через ряд котов из племени Теней и бросился на Крутобока.

Тот встретил его мощным ударом лапы и играючи отбросил от себя.

— Со мной тебе не совладать, так что иди назад и жди, пока твои дружки придут на помощь! — яростно взревел воитель.

Кот ответил Крутобоку злобным взглядом, но встал и поплёлся обратно к соплеменникам.

— Они ждут следующей волны, — сказал Львиносвет Пёрышку. — Поэтому необходимо прогнать как можно больше Сумрачных котов до прихода подкрепления. Не время отдыхать, нам нужно вступить в бой!

Пеплогрив слегка приподнял голову.

— Раз так, готов сражаться я, с кем нужно, и даже с самой смертью во плоти!

Львиносвет во второй раз осмотрел лагерь.

— А где патруль из Грозового племени?

На всей поляне было ни следа от Медуницы, Долголапа и Терновика.

— Должно быть, они погнали Сумрачных котов подальше в лес! — ответил ему Пёрышко, не поднимая головы от раненого.

К ним подбежал Кедровник, его передняя лапа была обвита паутиной.

— Вот! — Он протянул её Пёрышко, чтобы тот снял паутину. — У Белоснежной будет ещё больше: её полным-полно в том полом дереве.

Пышногривка стремглав пересекла поляну и бросила пучок влажного мха под ноги Пёрышку.

— Благодарю! — Целитель принялся обвязывать раны Пеплогрива. Кровотечение остановилось, и, наконец, в плечах кота унялась дрожь. — Сходи и набери ещё.

Пышногривка умчалась, а Пёрышко придвинул мох поближе к Пеплогриву. Тот извернулся и жадно стал глотать воду.

Львиносвет прошёлся взглядом по котам. Похоже, паника, обуявшая всё племя, начала спадать. Коты носились туда-сюда мимо изодранной ежевичной ограды, таская мох и паутину. Крысоус взял себя в лапы, его хвост успокоился и теперь плавно раскачивался из стороны в сторону. Львиносвет подошёл ко Крутобоку.

— Стой здесь и охраняй Пёрышко!

Золотистый кот приблизился к воителям племени Теней, стоявших перед Сумрачными котами.

— Подходим ближе, — зашептал он Крысоусу. — Но помедленнее, буквально на полкогтя за один шажок.

Крысоус кивнул, повёл ухом, дав сигнал отряду, и слегка подался вперёд. Весь ряд воителей двинулся вместе с ним, затем ещё раз, и ещё. Коты из Сумрачного Леса застыли в нерешительности. Один из них с надеждой в глазах посмотрел на дальнюю стену лагерных укреплений: не подоспела ли подмога?

— Продолжайте приближаться, — шепнул Львиносвет. — Но не слишком близко, просто отвлеките их, пока я посмотрю, как там Чернозвёзд.

Крысоус кивнул в сторону отверстия в примятой ежевике.

— Он там!

— Благодарю, — мяукнул Львиносвет и быстро нырнул в нору.

Внутри его встретил Рябинник, сверкнув глазами.

— Пришёл!

— Конечно! — Львиносвет взглянул на тело Чернозвёзда, лежащее на песчаной земле позади глашатая. — Как он?

— Пока что восстанавливается. — Рябинник преградил обзор коту из Грозового племени. — Ведь это не последняя жизнь Чернозвёзда. Однако, ему нужно время, он ослаб. — Глаза Рябинника предостерегающе полыхнули. — Племя Теней ещё не проиграло. Мы будем биться до последнего кота!

— Я знаю… — Львиносвет обогнул глашатая и присел подле Чернозвёзда. — Мы пришли помочь вам!

Глаза предводителя племени Теней были закрыты, но дышал он ровно. Рябинник наклонился и обнюхал Чернозвёзда.

— Уже скоро он снова будет в строю! — Хвост Чернозвёзда дёрнулся, когда дыхание коснулось его шкуры. — Откуда к нам пришли все эти оборванцы? Готов поклясться, среди них были коты, которых я считал давно погибшими! — горячо зашептал глашатай.

— Ты можешь победить кота, но зло внутри него останется навеки и продолжит жить! — молвил Львиносвет. — Наивно было полагать, что только Звёздное племя способно пережить смерть.

Раздавшиеся с поляны визги прервали их беседу.

— Поднимай его! — крикнул Львиносвет Рябиннику, но тот уже растолкал Чернозвёзда и подпёр его плечом.

Львиносвет выскочил из палатки. Воители Сумрачного Леса стремглав высыпались на поляну через дыры с одной из сторон барьера.

— Крысоус, разбей воителей на группы! Необходимо разделить силы врага на несколько частей, не дав им выступить единым фронтом! — Кот помчался к Пёрышку. — Нам нужно отнести всех раненых в укрытия.

— Густые заросли у лагерной стены как раз сгодятся! — Пёрышко махнул хвостом в сторону раскинувшихся ежевичных кустов на краю поляны. — Пышногривка! Белоснежная! Давайте, помогайте! — Он взял в зубы загривок кота, лежавшего в отключке, и потащил его к кустам.

— Алоцветик! — позвал Львиносвет старейшину племени Теней.

Длиннолапая кошка спешила к нему через всю поляну. Она ловко увернулась от воителя Сумрачного Леса и схватила зубами мёртвого котёнка. Пихнув вперёд Сосновку, кошка оттолкала рыдающую королеву за ежевичные заросли и положила котёнка ей к лапам. Златопят, Дроздокрыл и Хорькохват сбились в кучку в центре лагеря, прижавшись спинами друг к другу и отбиваясь от надвигающихся на воителей котов из Сумрачного Леса. Светогривка и Скворцекрыл стояли бок о бок, синхронно нанося яростные удары по нескончаемому потому смрадных шкур.

— Держать позиции! — взревел Львиносвет, перекрыв на мгновение звуки боя.

Отряд Златопята скрылся под волной ощетинившихся воинов. Львиносвет метнулся вперёд и начал размахивать лапами направо и налево, чувствуя, как его когти рвут на части мех и кожу. Похоже, все коты племени Теней пали смерть храбрых.

«Неужели благородному племени умелых бойцов настал конец?»

— Нас давят числом! — раздался голос Крутобока из-за плеча Львиносвета. Могучими ударами он метал врагов от себя во все стороны. В три прыжка он достиг звено Златопята и сбросил черепаховую кошку со спины воителя племени Ветра.

Неожиданно заслышался топот приближающихся лап за лагерной стеной. Львиносвет застыл. «Их ещё больше?! Лагерь уже пал!»

Зашуршала ежевика, и в лагерь ворвалась орда воителей с сияющими шкурами. Львиносвет уставился на прибывших: их полупрозрачные шкуры в бою передвигались, словно тени. Сквозь этих котов отчётливо были видны деревья и трава, хотя должны были виднеться плотный мех и твёрдые мышцы. Присмотревшись, Львиносвет понял, что видел этих котов раньше.

«Древние пещерные коты!»

Призрачное воинство накрыло котов Сумрачного Леса. Прищурив светящиеся глаза и прижав уши, они кидались на всех подряд, колотя и кусая столь же сильно, как и любой лесной кот.

Сбоку к Львиносвету подскочил Рябинник.

— Кто это, во имя Звёздного племени? — обезумев, закричал кот.

Выцветшая пёстрая кошка остановилась перед глашатаем племени Теней.

— Мы были здесь задолго до ваших Звёздных предков, молокосос! — она обернулась к Львиносвету и кивнула. — Вот мы и встретились снова!

— Совиное Пёрышко! — Позвала бледная древняя воительница. — А ну-ка, подсоби мне, надо этого добить! — Она гнала пятнистого кота через поляну.

— Уже бегу, Половинка Луны!

Как только Совиное Пёрышко умчалась, огромное чудище разнесло остатки укреплений и ввалилось в лагерь. Бело-полосатая морда была огромна, как у собаки, а массивные серые плечи возвышались над всеми котами на поляне.

— Полночь! — окликнул Крутобок барсучиху, которая начала прокладывать путь через поляну. Воители Сумрачного Леса и племени Теней на миг забыли разногласия и в ужасе заметались по лагерю, поджав хвосты и стараясь не угодить ей под лапы. — Не бойтесь барсучиху, она на нашей стороне! — взвыл Крутобок.

В подтверждение его слов Полночь взревела и пастью схватила за загривок нерасторопного кота из Сумрачного Леса. Раздался хруст, и барсучиха отшвырнула обмякшее тело прочь, словно пойманную на обед дичь. Со вспыхнувшей заново надеждой Львиносвет зацепил ближайшего смрадного кота и повалил его на землю. Золотой кот ударил его в щёку и распорол бока, затем пинком отправил восвояси.

— Отлично двигаешься! — Приземлилась рядом с ним Половинка Луны. Её тело было прозрачно, словно туман.

На неё кинулся воитель Сумрачного Леса. Кошка обнажила когти и вонзила их врагу в морду. Тот было попытался нанести удар ей по лапам, но Львиносвет, бросившись быстро вперёд, как лиса, скользнул под брюхо Сумрачного воина и поддал лапами вверх, отправив кота в полёт. Половинка Луны подпрыгнула и оцарапала врага в воздухе, словно хищная птица на охоте.

— На помощь!

Львиносвет обернулся на вопль из кустов. Воитель перескочил через останки лагеря и побежал мимо деревьев.

— Умри, как подобает умереть предателю! — Злобный кот Сумрачного Леса зажал Крысоуса меж корней сосны.

— Нет, умоляю, Рванохвост! — Воитель племени Теней задрожал от ужаса и боли, когда Рванохвост вонзил свои когти глубоко ему в глотку.

Львиносвет затормозил.

— Отпусти его!

— Отпустить? — В недоумении кот обернулся на Львиносвета, приподняв голову. — Он предал соплеменников!

— Соплеменников? — Львиносвет уставился на Крысоуса.

— Они нам ничего не говорили про то, что тренируют нас драться против собственного племени! — хрипел воитель.

Рванохвост усилил хватку, из-за чего глаза Крысоуса закатились.

— Ты знал, что будет, если ты откажешься повиноваться мне! — Кот занёс вторую лапу, обнажив когти.

Крысоус забился в агонии, отчаянно стараясь вырваться.

— Пошёл прочь! — Белая вспышка пронеслась мимо Львиносвета и отбросила Рванохвоста прочь. Снежинка приземлилась на все четыре лапы, распушив загривок в ярости. — Ты покушаешься на жизнь моего сына! — зашипела она на Рванохвоста, поднявшегося на лапы. — А племя он своё не предавал!

Позади неё Крысоус пытался выпрямиться и восстановить равновесие.

— Да ну? — ухмыльнулся Сумрачный кот, взглянув на Снежинку. — А почему же он тогда тренировался в Сумрачном Лесу? — Он поднял голову и осмотрел поляну. — И, между прочим, он не одинок. — Взгляд воина застыл на пятнистой рыжей шкуре, Светогривку тащили в зубах по поляне.

— Краснохвост? — Не веря своим глазам, уставилась на происходящее Снежинка.

— Да, — хрипнул Рванохвост. — Краснохвост!

Краснохвост обернулся, заслышав своё имя, и отпустил Светогривку.

Воительница племени Теней вскочила на лапы, взор её полыхал яростным огнём.

— Ты что творишь, мышеголовый? Я тебе не враг!

— Краснохвост, иди сюда! — позвал Рванохвост.

— Что такое? — Кот побежал к Сумрачному воителю с сияющими в предвкушении глазами.

— Как битва? — Склонил Рванохвост голову.

— Лучше некуда! — Воитель обернулся, посмотрев на поле брани. — Я сделал выбор правильно, когда решил драться на вашей стороне. Вы были правы: племена слабы и немощны. Сражаться — легче некуда! Они все слишком озабочены своей добродетелью и Воинским Законом. Мы их раздавим, как мышей!

Снежинка зарычала на него.

— Воинский Закон важнее, чем жизнь любого кота! — Она бросилась на предателя, ударила его о землю, перевернула и вцепилась в горло. — Я уничтожу тебя!

— Остановись, Снежинка! — Раздался голос позади Львиносвета.

Чернозвёзд хромал в их направлении, а на его меху ещё висел могильный аромат.

Воительница отошла, но возразила:

— Он предал нас!

— Я верен своим новым соплеменникам! — Краснохвост вскочил на лапы и встал перед Снежинкой, взглянув на Чернозвёзда. — Конец твой близок! — рыкнул он. — Ты жалкий старичок, гниющий заживо! Когда же ты подохнешь, наконец?

Чернозвёзд сделал шаг в сторону юного воителя.

— Хоть я уже не молод, но всё ещё являюсь предводителем, — спокойно ответил он. — А ты — предатель. И не жди пощады!

В мгновение ока, словно пара птиц, лапы Чернозвёзда взметнулись ввысь, и когти мгновенно рассекли грудную клетку Краснохвоста. Кровь хлынула из раны, пульсирующей струёй омывая лесную почву. Краснохвост застыл на месте, а затем взглянул на зияющий порез. Его лапы подкосились, и кот рухнул. Когда голова воителя коснулась сосновых игл, его глаза закатились и помутнели.

Рванохвост обернулся к Чернозвёзду.

— Ты убил моего верного товарища!

— Я убил изменника, и скоро я убью ещё одного! — ответил предводитель, не моргнув.

— Ха, думаешь, что сможешь одолеть меня? — Прищурил глаза Рванохвост.

— Нет! — Вскочил между ними Львиносвет. — Дерись со мной! — с вызовом он бросил Рванохвосту. — Или боишься?

— Меня ничем не испугать! — Шипя, сумрачный воитель кинулся на него.

Львиносвет ощутил удар могучих мышц на своей груди, и на секунду поразился силе Рванохвоста. Золотой кот вонзил когти глубоко в усеянную иглами землю и выпрямился, норовясь ударить Рванохвоста по морде. Но тот успел отпрянуть и пригнуться. Глаза Сумрачного воителя насмешливо сверкнули, словно тот мог угадать любой дальнейший ход Львиносвета.

Львиносвет задумался. Рванохвост, похоже, уверен в своей победе. Сомнение свело желудок Львиносвета, но он отбросил его и метнулся на врага. В броске он извернулся и подцепил передней лапой лапы Рванохвоста. Тот снова отскочил.

— Сражаясь, как котёнок, тебе меня никак не одолеть! — Кот кинулся, наметив удар когтями в глотку Львиносвета. Кот увернулся как раз в тот момент, когда звук сомкнувшихся челюстей раздался прямо у его уха. Он напружинил задние лапы, готовясь атаковать Рванохвоста передними, но тот с невероятной скоростью отскочил и ударил Львиносвета в живот, да так, что отбросил золотистого воителя назад.

— Когда же ты начнёшь сражаться, как воитель? — гулко захохотал кот Сумрачного Леса, взметнув хвост в воздух.

— Сейчас! — Львиносвет хотел было броситься вперёд, но когти схватили его сзади и сжались на горле. Он попытался вырваться, извиваясь всем телом и пытаясь вдохнуть, когтями рыская в поисках опоры на земле в сосновых иглах.

— Мне самому тебя прикончить, или оставить соплеменникам? — злорадствовал Рванохвост. Но вскоре его взгляд наполнился страхом, а улыбка сползла с самодовольной морды: что-то за плечом Львиносвета не на шутку напугало Рванохвоста.

Лапы перестали сжимать горло Львиносвета. В воздухе появился барсучий запах, а позади раздались грузные шаги Полуночи.

— Каждый кот выбирает свою судьбу! — прохрипела она Львиносвету на ухо. — Но некоторых котов судьба выбирает сама! — Она развернулась и побрела восвояси.

«Я уничтожу этого кота!» Львиносвет видел дальнейшее развитие событий так ясно, словно наблюдал усеянное звёздами безоблачное небо.

«Может, я не такой по-лисьему хитрый стратег, как ты, Рванохвост, но драться я могу лучше, чем любой кот, когда-либо живший на свете!»

Рванохвост занёс лапу, обнажив когти.

— Жаль, что твой друг-барсук не будет драться за тебя, слабак! — Кот облизнул губы и обнажил ряд острых зубов, покрытых кровью.

Кровь закипела под шкурой Львиносвета. Оторвавшись от земли, он в прыжке впился клыками в горло Рванохвоста. Россыпь сосновых игл взметнулась ввысь, когда коты рухнули на землю. Пасть наполнилась горьким вкусом крови, на языке оказались мягкие куски кошачьей плоти. Львиносвета затошнило, но он не разжимал хватку, впиваясь всё глубже и глубже, рыча и захлёбываясь в крови, пока Рванохвост не потерял сознание. Львиносвет сжал челюсти ещё сильнее, и тело воителя Сумрачного Леса, обмякнув, соскользнуло наземь.

Сделав шаг назад, Львиносвет откинул голову и наблюдал, как тело Рванохвоста растворялось. Становясь всё бледнее и бледнее, оно полностью слилось с лесной почвой и исчезло. Он осмотрелся и внезапно понял, что все вокруг уставились на него, не в силах отвести глаз от покрытой кровью Рванохвоста морды Львиносвета. Воители Сумрачного Леса начали тихо отходить, затем развернулись и стремглав помчались вон из лагеря.

— Львиносвет! — Выступил вперёд Чернозвёзд. — Сражаться с тобой бок о бок было великой честью! — Он кивнул в сторону поля боя. — Ну что, погнали этих мерзких отщепенцев прочь?

— Львиносвет!

Неожиданный оклик Крутобока заставил кота вздрогнуть. Львиносвет обернулся и увидел проходящего сквозь кусты серого воителя. За ним по пятам шла тёмно-коричневая древняя кошка.

— Половинка Луны говорит, чтобы мы шли домой. — Крутобок обернулся через плечо и осмотрел полуразрушенный лагерь. — Дальше они и без нас справятся.

— Спасибо вам! — кивнул Чернозвёзд. — Ступайте и защитите своих соплеменников!

Львиносвет склонил голову перед предводителем племени Теней.

— Хорошо! — Он махнул хвостом. — Мы уходим.

Глава 25

Искра пригнулась и пролезла в тоннель к Грязному месту. Было слышно, как на поляне Огнезвёзд распределяет патрули. Завывания эхом отдавались от стен ущелья: армия Беззвёздного Края вступила в лес.

Искру трясло от разочарования. Голубка растолкала её слишком рано! «Я собиралась разыскать Пестроцветик и Берёзовика до начала битвы! Теперь момент упущен, но я их всё равно найду!»

Кошка навострила ушки.

— Будь в лагере и защищай его вместе с Ежевикой! — отдал последний приказ Огнезвёзд, и его отряд с громким шумом выступил из лагеря.

Искра задумалась. «Куда отправит Звездолом котов из Грозового племени?» Уж точно не сражаться со своими соплеменниками, скорее против остальных племён. Искра зарылась в ежевичный куст и покинула отхожее место, пробираясь сквозь папоротники и отдаляясь от лагеря. В лесу, накрытом сумраком, витали ароматы сырости и гнили. Ветер зловеще завывал над верхушками деревьев.

— Искра! — крик Ежевики застал Искру врасплох. — Ты разве не в отряде Огнезвёзда?

Она обернулась и увидела Грозового глашатая, стоящего в тени рябины. Ежевика знал, что кошка обучалась в Сумрачном Лесу. Уж не решил ли он, что Искра в конце концов отвернулась от родного племени?

— Мне нужно отыскать Пестроцветик, Мышеуса и Берёзовика.

— Ты знаешь, где они? — Приблизился глашатай.

— Нет, но вскорости узнаю! Я их остановлю, пока они не…

— Пока они не предали всех нас, — закончил Ежевика её мысль, прищурившись.

— Они не предадут! — выдохнула кошка. — Я это знаю! Но они напуганы, ведь Звездолом пообещал убить любого, кто откажется сражаться за него.

Ежевика слегка коснулся мордой макушки Искры.

— Ступай, Искра, найди их.

— Правда? — Она моргнула. — Всё в порядке?

— Я полагаюсь на тебя.

— Спасибо, Ежевика!

С огромным облегчением Искра развернулась и помчалась к границе с племенем Ветра. С вересковых пустошей раздавались крики, они эхом разносились по водной глади, но впереди никого не было видно. Кошка прибавила скорости. Лапы заскользили на влажной траве у пограничного ручья.

— Искра! — От неожиданного рыка кошка вздрогнула. В темноте за канавой сверкнули яркие янтарные глаза.

Искра остановилась, непроизвольно обнажив когти.

— Кто там?

Из зарослей папоротника выскользнул Когтегрив. Кошка прищурилась.

— Куда собрался? — Она перемахнула через ручей, держась на расстоянии от тёмного воителя. — Ведь, если я не ошибаюсь, сражение уже в разгаре.

— Но Коршун приказал мне ждать его на этом месте. — Когтегрив обернулся через плечо.

Искра напружинила лапы.

— Так ты в его отряде?

— А ты — нет? — Он с подозрением посмотрел на Искру.

— Я… Я ещё не знаю. Мне не дали приказов. — Она судорожно перебирала мысли в голове. Чью сторону принял Когтегрив?

— Тогда жди Коршуна, он всё расскажет, как прибудет.

«Но мне нужно отыскать товарищей!» Искра направилась сквозь заросли.

— Куда ты? — окликнул кошку Когтегрив.

— Мне некогда сидеть и ждать, — бросила Искра на ходу, не сбавив шага. — Бои уже идут!

— Но ты не знаешь, с кем тебе сражаться!

Искра из последних сил сдерживала гнев.

— Я точно знаю, с кем! — Она обернулась к Когтегриву. — Я буду драться с каждым Сумрачным котом, которого увижу! — Её взгляд прожёг тёмного кота. — А также с каждым из лесных воителей, который отвернётся от племён!

— Я думал, что теперь твои товарищи — коты из Сумрачного Леса! — Приблизился к кошке Когтегрив. В его словах звучала неприкрытая угроза. — Ведь разве не за этим тебя учили драться в Сумрачном Лесу?

Искра отрицательно качнула головой.

— Я могу точно сказать, каким котам я буду верна до последнего, а каким — нет. И я скорей погибну, чем буду драться рядом с Коршуном и Звездоломом.

Когтегрив обнажил зубы.

— Скорей всего погибнешь, ты права! — Он зарычал. — Ты слышала, что Звездолом сказал по поводу предательства?

— А мне плевать! — Воительница стоически встретила его злобный взгляд. Гнев искрами полыхал на кончиках каждой её шерстинки.

— И ты туда же, вся в свою сестру! — Кот сделал шаг назад.

— А что не так с Голубкой? — Нахмурилась Искра.

— Она меня отвергла ради племени.

— И что? — Искра продолжила, взгляд у Когтегрива становился всё мрачнее. — Ты тоже должен ставить племя превыше всего остального! Или долгие луны, которые ты провёл с котами Сумрачного Леса, заставили тебя позабыть Воинский Закон?

— Я ничего не позабыл! — Теневой кот обнажил острые зубы.

Позади зашуршали папоротники. Искра обернулась, и у неё упало сердце: перед ней оказался Коршун.

— Искра! — Его глаза сверкнули. — Где ты была?

— Искала Пестроцветик и Берёзовика… — замялась кошка.

Коршун вытянулся и угрожающе приблизил морду вплотную к Искре.

— Так найди их! — прошипел он. — Немедленно! Затем идите к лагерю племени Ветра. Вы должны быть там к началу второго штурма.

Искра кивнула и умчалась. На бегу она обернулась на Когтегрива, склонившегося к уху Коршуна и что-то тихо говорящего ему. От ужаса у кошки свело живот.

«Если он расскажет Коршуну, что я предатель, то мне конец!» С выпрыгивающим из груди сердцем она нырнула в вереск и побежала.

— Берёзовик! — звала она. — Пестроцветик!

— Искра!

Она замедлилась, заслышав мяв Берёзовика. Её соплеменник полз под выкорчеванными ветром зарослями утёсника. Его бледная полосатая шкура сияла в сумраке. Пестроцветик и Мышеус со страхом на мордах жались друг к другу подле него. Неожиданно тишину пустошей пронзили вопли, и мимо промчались два воителя племени Ветра. Им навстречу неслись коты Сумрачного Леса. Выше по склону ещё несколько воителей сцепились друг с другом в жестокой схватке, и всё новые и новые крики раскатывались по равнине, покрывая её ненавистью и страхом.

— Что нам делать? — зашептал Берёзовик. — Нельзя атаковать котов из племени Ветра!

— Нельзя! — Подняла голову Искра. — Нам надо защищать котов любых племён от Сумрачного Леса!

— Ты с самого начала знала, что они планируют? — Спросил Берёзовик, уставившись на Искру.

— Да, знала, — виновато отвела глаза кошка.

— И почему нам не сказала? — В недоумении моргнул Мышеус.

— Я шпионила за ними! — выпалила Искра. — И я не знала, кому можно доверять, а кому — нельзя. А вы все что, слепые? Вы сами почему не догадались?

— Она права! — Выступил вперёд Берёзовик. — Нам стоило давно понять, к чему всё шло.

— И что мы будем делать? — спросил Мышеус из-за его плеча.

— Последуем приказу Звездолома и вступим в бой! — предложила Искра. — Но драться будем мы за племена! Мы знаем многие приёмы Сумрачного Леса, и сможем их использовать против них самих! — Знакомый запах коснулся её носа. — Яблочница? — Позвала она с тревогой в голосе, почуяв кошку племени Теней. Хватит ли ей смелости противостоять воителям Сумрачного Леса?

Яблочница выскользнула из вереска, а следом показался Ветерок. Мех на загривке Искры встал на дыбы, когда она увидела Остролапа и Снегопята позади него.

— А вот и вы! — обрадовался Ветерок, глаза его сияли. — Пошли, мы скоро нападём на лагерь!

— Но Коршун приказал нам ждать его! — заспорила Искра.

— Дождётесь! — прорычал Остролап. — Он поведёт котов в атаку с дальней стороны.

Искра кивнула тёмно-полосатому коту.

— Ну хорошо, пошли.

Она взглянула на соплеменников. «Пока что подыграем им!» Она побежала за отрядом Ветерка, который мчался в сторону лагеря племени Ветра.

— Когда достигнем лагеря, не нападайте на воителей из племени Ветра! — прошептала она Берёзовику, бегущему подле неё.

Вереск взъерошил ей шкурку, а его цветочный аромат перемешался с ядрёным запахом гнили. Торфяники под её лапами были слегка влажными и тихо хлюпали от шагов котов.

«Вересковая Пустошь сливается с Сумрачным Лесом!

— Искра отогнала дурные мысли. — Нет, так нельзя! Я не позволю этому случиться!»

— Скорее! — Обогнал её Мышеус. — Нельзя позволить им добраться раньше нас!

Маневрируя между кустами и напрягая больные ноги, Искра прибавила ходу вслед за Берёзовиком и Пестроцветик. С вершины холма стал различим лагерь племени Ветра. Поляна была усыпана визжащими котами. Златопят метнулся под воителя Сумрачного Леса, который, увернувшись, подсёк задние лапы коту племени Ветра. Другой Сумрачный кот повалил на землю Грача и начал рвать его шкуру внушительными когтями. В толпе Искра заметила Белолапу, Ягодника и Орешницу, выделявшихся своими широкими плечами среди гибких и лёгких воителей Ветра. Просвирник из Речного племени и Крысопят из племени Теней сражались неподалёку от них. Просвирник пропустил резкий удар от кота Сумрачного Леса и отлетел на несколько хвостов от него. Другой кот впился когтями в живот Орешницы, пока его товарищ раздирал бока Белолапы. Воители озёрных племён существенно уступали числом, но сражались не на жизнь, а на смерть.

Ветерок забрался на вершину холма, держа хвост трубой. Остролап хищно осмотрел лагерь внизу, облизнувшись.

— Когда мы атакуем? — дрожащим голосом спросила Яблочница.

— Когда первая волна достаточно ослабит их! — рявкнул Остролап.

Пестроцветик напряглась. Искра чувствовала, как шкура черепаховатой кошки переполняется растущей яростью.

— А почему бы нам сейчас им не помочь?

— Нет, ждите!

Остролап перевёл взгляд на дальний конец лагеря, где на фоне облаков сидел Коршун. Его отряд нетерпеливо раскачивал туда-сюда хвостами позади него. Среди его воителей виднелась полосатая шкура Когтегрива.

Внизу раздался вопль. У Искры перехватило дыхание, когда она увидела королеву, поднявшуюся на дыбы и набросившуюся на воителя Сумрачного Леса, который был в два раза больше её самой. Рядом с ними, у помятой лагерной стены свернулся и дрожал крошечный котёнок.

«Нужно спешить!» Она из последних сил боролась с желанием броситься на помощь королеве. Но тут Коршун поднял хвост и резко махнул им, указав, что нужно двигаться вперёд, — он дал команду вступить в бой.

— В атаку! — дико завыл Остролап и понёсся с холма, пробив с разбега лагерную ограду и ворвавшись на поляну. Снегопят кинулся за ним, а Пестроцветик немного отстала.

Искра перегородила дорогу Яблочнице.

— Ты же не собираешься за них сражаться?

— Но я должна! — промямлила кошка, насмерть перепугавшись.

— Нет, Яблочница! Всё, что ты должна сейчас делать — встать на защиту племени! — прошипела Искра. — Скажи, что будет лучше: пасть смертью храбрых или служить под властью Звездолома?

Яблочника моргнула.

— Ты всё ещё воитель! — напомнила Искра. — А Воинский Закон гласит, что каждый кот обязан до последней капли крови защищать товарищей. Сейчас они нуждаются в нас больше, чем когда-либо.

— Да, ты права!.. — прошептала Яблочница, понурив голову. — Что стоит моя жизнь после всего, что я наделала?

— Не время заниматься самобичеванием! — оборвала её Искра. — Сражайся с благородством и отвагой в сердце! Это всё, что от тебя требуется.

— И я готова сделать это!

С воинственным воплем Яблочница помчалась к лагерю, Искра припустила вслед за ней. Осталось добраться до Ветерка. Кошка протиснулась сквозь вересковую ограду и оказалась на скользкой торфяной поляне. Коты шипели и выли со всех сторон, кровавое побоище было в самом разгаре. Она оглядела лагерь: Ветерок бежал следом за Остролапом сквозь толпу. Искра, виляя всем телом, бросилась за ним.

— Стой! — Когда Ветерок принял боевую стойку с намерением наброситься на воителя племени Ветра, Искра изо всех сил врезалась ему в бок и послала в полёт. — Не вздумай драться за Сумрачный Лес!

— С катушек съехала? — Выпрямился Ветерок и уставился на кошку. — Ведь нас за этим и учили!

— Ты что, поверил им? Подумай хорошенько своей головой!

Внезапно чьи-то когти рассекли Искре щёку. Боль пронзила тело, и кошка, шатаясь, отпрянула в сторону. Перед ней встал Остролап. Его зубы были поджаты, а гигантские жёлтые клыки обнажены.

— Предательница!

— Нет, я не предательница! — зашипела Искра. — Всё это время я не предавала своё племя! Я к вам ходила, чтобы выявить все ваши тёмные намерения!

Её сердце подпрыгнуло и остановилось, когда за Остролапом показалась мощная фигура Коршуна. Затем рядом с ней приземлился Снегопят, с ненавистью впившись взглядом в кошку.

— И мы отказываемся быть на вашей стороне! — Берёзовик бросился на полосатую кошку Сумрачного Леса.

— И я бьюсь бок о бок с племенами! — Яблочница опрокинула рыжего кота.

Глаза Коршуна налились кровью, а голос переполнился неистовой яростью.

— Глупцы! Раз так, сначала мы разделаемся с вами, а следом уничтожим ваши никчёмные племена!

Искра приготовилась обороняться, напрягшись, но тут тёмные шкуры устремились в её направлении. Когти впились ей в бок. Кошка развернулась, но тяжеловесная хватка Снегопята заставила её потерять равновесие. Кувыркнувшись и вскочив обратно на лапы, она бросилась на тощего белого кота. Вонзив когти ему в плечи, она надавила и оттолкнула его от себя, но Сумрачный кот извернулся, нацелив удар ей в глотку. Искра увернулась в последний момент и врезалась в тёмно-полосатую шкуру.

«Когтегрив!» — узнала она запах.

— Мне и с тобой придётся драться? — прорычала она.

Когтегрив прищурился.

— За кого ты меня принимаешь?! Я — Воитель! — раскатисто рыкнул он. — Я сражаюсь только за родное племя! — Он развернулся и нанёс удар могучими задними лапами, отправив Остролапа в кувырок. — Сумрачным котам не место здесь! Это — племенные земли!

С надеждой в сердце Искра отбилась от атак Снегопята. Интенсивно нанося удары, ей удалось отбросить от себя Сумрачного воителя. Под когтями Искры скопился белый мех.

— А почему ты обучался в Сумрачном Лесу? — спросила она Когтегрива, отдышавшись.

Тот нырнул под живот Остролапа и сбил его с ног.

— А ты? Я выяснял, что они затевали!

Остролап нарезал круги вокруг Когтегрива.

— Но ты — потомок Звездоцапа!

— И что, мне делать всё, как он? — Когтегрив ударил Остролапа. — Однажды он чуть не погубил племя Теней. И я не собираюсь давать ему вторую попытку!

Коршун с рёвом пронёсся мимо Остролапа.

— Я сам добью предателя! — Он кинулся на Когтегрива. — А ты иди на помощь Снегопяту и разберись с Искрой!

Искра почувствовала острые когти, вонзившиеся в плечи. На подкосившихся лапах она сделала несколько шагов вбок. Снегопят и Остролап навалились на неё с обеих сторон и стали теснить к разодранной ограде, нанося удар за ударом по её лицу. Искра выставила передние лапы, пытаясь отбиться от атак, но её задние лапы заскользили на влажной почве. Она рухнула, почувствовав, как в шкуру тычутся вересковые стебли. Искра еле-еле успела вскочить на лапы до того, как Снегопят накрыл её. Осмотревшись, она поняла, что оказалась далеко от племенных воителей: Когтегрив остался на поляне, окружённый котами Сумрачного Леса. Берёзовик защищал котёнка на дальнем конце лагеря. Яблочница и Пестроцветик спиной к спине, истекая кровью, из последних сил отбивались от четырёх крупных воителей.

«О, Звездное племя, молю тебя, приди на помощь!»

Снегопят и Остролап продолжали теснить Искру непрекращающимися ни на миг ударами. Лагерь исчез из поля зрения, скрывшись в сумраке. Кошка всё дальше и дальше отходила в глухой вереск. Затем коты остановились. Снегопят, ухмыляясь, встал на все четыре лапы и кровожадно уставился на кошку. Остролап, тяжело дыша, встал рядом с ним.

Искра обернулась, перевела дыхание и стала искать пути отхода. Шипастый утёсник окружал её со всех сторон, а Снегопят и Остролап стояли на единственно возможном выходе.

— Попалась! — хрипло рассмеялся Остролап.

На маленькую поляну ступил Коршун.

— Ну что же ты за тупица? Ты предала меня! Ты думала, что сможешь после этого уйти живой? — Его голубые глаза холодно сверкнули. — Отсюда нет выхода. Никакие соплеменники и никакое Звёздное племя тебе здесь не помогут! — Он обернулся к Остролапу и Снегопяту. — Давайте не будем торопиться, я хочу, чтобы перед смертью она достаточно долго страдала.

Он метнулся на Искру, отбросив её назад с такой силой, что выбил воздух из её лёгких. Пытаясь вдохнуть, кошка почувствовала, как когти вонзаются в её спину. Краем глаза она заметила шкуру Остролапа. Снегопят держал её сзади. Когти и зубы раздирали шкуру, боль пронзила всю её плоть.

«Нет, я не дам вам убить себя так легко! — Страх придал ей сил. — Тебя я, Коршун, заберу с собой в могилу!» С отчаянным рыком Искра вскочила, раскидывая врагов, чувствуя себя сильной, словно барсучиха.

Коршун уверенно приземлился на четыре лапы.

— Да, я хорошо тебя натренировал! — прорычал её, пристально глядя в её горло.

Искра сделала шаг назад. Она развернулась и нырнула под полосатого кота, когда он прыгнул, но его когти вонзились ей в хвост и прижали его к земле. Остролап и Снегопят набросились с двух сторон и, рыча, рассекли ей уши. Она попятилась назад и почувствовала за спиной гору мышц: теперь Коршун был позади неё. Он впился когтями ей в плечи. Охнув, Искра заметила его зубы, нацеленные ей в горло.

Вдруг неожиданно чёрная шкура молнией кинулась с верхушки ущелья, и лапы глухо ударились рядом о землю.

— А ну-ка слезь с неё, ублюдок! — завыла Остролистая.

У Искры весь мир закружился перед глазами, когда чёрная воительница плашмя ударила Коршуна и отбросила его в заросли утёсника. Освободившись от хватки Коршуна, Искра обернулась к Остролапу и Снегопяту. Она начала замахиваться передними лапами, с максимальной ясностью вспоминая каждое мгновение тренировок.

Остролистая бросилась в бой рядом с ней, инстинктивно синхронизируя удары, словно заранее знала, как будет бить Искра. Кровь оросила лесную почву, когда Искра рассекла морду Снегопята и порвала кожу на носу Остролапа. Развернувшись, она нанесла удар задними лапами и отбросила Остролапа назад, затем впилась зубами в шею Снегопята.

Белый воитель извернулся и высвободился из её челюстей. Искра распробовала его кровь, оставшуюся на языке, а кот побежал прочь от неё, поглубже в заросли. Она обернулась к Остролапу и, не сводя с него глаз, сплюнула на землю перед ним кровь Снегопята с кусочком его ставшей красной шкуры.

— Беги! — прошипела она. — Не убежишь — сдохнешь!

Приоткрыв пасть, Остролап помчался через вереск и скрылся из виду. Позади раздавались крики. Кошка развернулась и увидела, как Остролистая била Коршуна по морде. Сила её ударов заставляла воителя Сумрачного Леса отступать. Пошатнувшись, он упал, но тут же поднялся на лапы. Кровь капала с его щеки, один глаз сильно распух. Он на секунду посмотрел на Остролистую, затем стал протискиваться сквозь утёсник.

— Ты спасла мне жизнь! — Искра смотрела на чёрную кошку.

Та задрожала, покачнулась и рухнула на землю.

— Остролистая!!

Искра рванула к ней и увидела, как кровь хлестала из раны на шее. Паника свела желудок Искры.

Зажав в зубах загривок кошки, Искра то ли потащила, то ли понесла соплеменницу к границе Грозового племени: Воробей должен знать, как ей помочь.

— Я отнесу тебя домой! Только живи! — Рычала Искра сквозь сжатые зубы. — Обещаю, что отнесу!

Полосатая шкура вбежала на поляну сквозь утёсник. Искра напряглась и приготовилась вновь вступить в бой.

— Давай я помогу! — Рядом с ней остановился Когтегрив. Он подсунул нос под плечо Остролистой. Взяв на себя половину ноши, кот прижался боком к Искре.

— Вместе у нас всё получится!

Визги битвы за лагерь племени Ветра затихали по мере того, как они отдалялись, волоча раненую кошку прочь.

Глава 26

Голубка перевела дыхание. Воителей Сумрачного Леса рядом больше не было, но кошка отчётливо слышала шаги котов второй волны, стремительно двигающейся к лагерю. Скоро они выберутся из Беззвёздного Края прямо в лес, в сердце Грозового племени. Она попыталась отвлечься от шума, сконцентрировавшись на происходящем в лагере.

— Они шли прямо на котят! — подавленно промяукала Листвичка, остановившись рядом с ней и вывалив из пасти охапку трав.

Из стен детской торчали порванные ежевичные стебли. Снаружи туда-сюда ходила Тростинка. Когти её были выпущены, а шерсть сплошь залита бурой кровью.

Маковка, вылизывавшая порезы на боку, подняла голову.

— Но мы от них отбились.

— Вот именно! — Кисточка стояла рядом с Пурди у входа в палатку старейшин. Она задрала лапу и почесала царапину на носу с невероятной лёгкостью — как будто никогда не жаловалась на боль в суставах.

«Надеюсь, нам и во второй раз повезёт», — угрюмо подумала Голубка.

Сквозь поредевшие заросли на стенах детской виднелся силуэт Яролика. Нежными и ритмичными движениями языка мать успокаивала перепуганных котят, тревожно попискивающих на её животе. Она заботливо обвила хвостом Лилию и Зёрнышко, выглядывавших из гнезда позади неё.

— Нужно залатать как можно больше дыр, — рассудил Бурый, набирая в зубы ветви ежевики за пещерой целителя. — Мятник, Форель! — он подозвал Речных котов. — Вы можете помочь?

Те поспешили на подмогу Бурому и потащили ветви к детской. Голубка поморщила нос, учуяв запахи трав Листвички. Интересно, каково ей быть одновременно и воителем, и целителем? Как же Грозовому племени повезло с ней! Если племя выстоит и после следующей атаки, целитель ему понадобится, как никогда.

— Как Ромашка?

— У неё внушительного вида рана на носу, — ответила Листвичка. — Но это не смертельно. — Она подобрала пучок растений и побрела к Кисточке. — Уж Воробей об этом позаботится!

Голубка облизнула нос, смывая запахи целебных трав. «Свежая кровь!» Она принюхалась и уловила запах за пределами ущелья. Чьи-то лапы грузно шагали по направлению к лагерю, таща за собой тяжёлый груз из меха и плоти.

— Кто-то идёт! И он серьёзно ранен!

Она помчалась через поляну и ловко проскочила через дыру в ограде.

Искра спускалась с травяного склона, бок о бок с ней шёл Когтегрив. Меж ними безжизненно болталось тело Остролистой.

— Воробей! Листвичка! — закричала Голубка через плечо, а затем бросилась котам навстречу. — Искра, ты как, не ранена? — Она описала круг вокруг троицы, высматривая раны.

«Как много крови!» Голубка принюхалась к Когтегриву: на его шкуре повисли запахи котов из Сумрачного Леса.

«Не Когтегрив ли так поранил Остролистую? Он дрался под началом Звездолома? Нет, он не мог!»

Голубка отошла с дороги. Из лагеря выбежал Огнезвёзд, за ним по пятам спешил Воробей.

— Давайте, я возьму её! — Грозовой предводитель взвалил кошку на плечи, освободив от ноши Искру и Когтегрива. — Пошли к нам в лагерь! — предложил он коту племени Теней.

— Хорошо, — пробасил тот и нырнул в заросли, ограждавшие лагерь.

Голубка внимательно смотрела вслед Теневому коту.

— Что случилось? — спросила она сестру.

— Она спасла мне жизнь!..

Искра посмотрела куда-то вдаль немигающим взглядом. «Ты что, могла погибнуть?!» Стараясь сохранять спокойствие, Голубка прижалась к Искре и позволила той опереться на себя, затем сёстры двинулись ко входу в лагерь.

Когтегрив и Огнезвёзд аккуратно опустили Остролистую на землю. Ежевика и Белка застыли на краю поляны, не сводя с воительницы глаз. Её шкура, густо пропитанная кровью вокруг зияющей раны, едва заметно блестела в сумрачном свете.

Маковка захромала по поляне и остановилась подле Искры.

— Вы не встречали Вишенку? А, может, Кротика?

— Нет, — ответила Искра, невольно содрогнувшись. — Они могут быть, где угодно, — тихо добавила она.

Листвичка склонилась над дочерью.

— Остролистая? — Чёрная воительница слегка приоткрыла глаза и застонала. — Всё хорошо.

Листвичка щекой прижалась к ней. Воробей положил перед раненой лист с набором целебных трав и развернул его. Обнюхав шкуру Остролистой, целитель стал накладывать паутину на кровоточащие раны.

— Она истекает кровью! — с паникой в голосе зашептала Листвичка. Вокруг её лап росла лужа крови. Кошка взяла пучок паутины и прижала его под шею Остролистой.

— Послушай, Листвичка, всё хорошо… — Остролистая снова приоткрыла глаза. — Ты знаешь, я не против… — она захрипела и закашлялась, и ручейки крови устремились вдоль уголков её губ. — Я рада, что вернулась в Грозовое племя… — Её грудь тяжело вздымалась: каждый вздох давался Остролистой с большим трудом. — Я не сумела бы… покинуть этот мир, не узнав получше собственную мать…

— Спаси её! — завыла Искра. — Ты должен, умоляю! Я бы погибла в лапах Коршуна, но Остролистая напала на него и прогнала!

— Так, значит, это Коршун? — Поднял голову Ежевика. Его трясло от ярости, а взгляд наполнился решимостью. — Это он сделал?

Искра кивнула.

— Я в это время отбивалась от Остролапа и Снегопята и не могла помочь ей.

Голубка прижалась к сестре.

— Ты помогла ей, отнеся её домой! — успокаивала она сестру. — Ты сделала всё, что было в твоих лапах.

Она навострила уши, заслышав поступь лап воителей орды Сумрачного Леса на сухой листве.

— Огнезвёзд! — зашипела кошка. — Они вошли в лес!..

Предводитель стоял позади Листвички, не шевелясь.

— Остролистая! — Листвичка уткнулась мордой в щёку дочери. — Остролистая!

Голова чёрной кошки опала назад, а глаза закатились. Листвичка в отчаяние обернулась к Воробью.

— Она не дышит!

— Она потеряла слишком много крови, — мягко проговорил Воробей, коснувшись шкуры Остролистой дрожащей лапой. — Мы не могли ничем помочь ей.

Снаружи ущелья раздался топот, приближаясь, словно рок, быстро и неумолимо. Огнезвёзд отвёл взгляд от неподвижного чёрного тела на поляне и выпрямился.

— Грозовое племя, готовься к бою! — раздался протяжный вой над поляной.

Ежевика дал отмашку Белке и Песчаной Буре, отрядив их на защиту детской, где сквозь густые заросли виднелись прижавшиеся друг к другу фигуры Тростинки и Яролики. Отряды племени Ветра и Речного рассредоточились по поляне, а Кисточка и Пурди выстроились снаружи палатки старейшин. Листвичка оттащила тело дочери на край ущелья, и, пока её соплеменники готовились к обороне, она легла и накрыла собой тело Остролистой, словно могла вернуть кошку к жизни, согрев её теплом своего меха.

Заросли ограды зашуршали, и на поляне оказался Берёзовик. Он вскочил на землю, а за ним показалась Пестроцветик. Ужас сковал Голубку: неужели они находятся на острие атаки? Собственный отец возглавил нападение котов из Сумрачного Леса!

Воробей помчался в пещеру целителя и скрылся в ежевике.

— Иглогривка! — донёсся крик изнутри. — Я что тебе сказал? Вернись назад и спрячься в кладовой!

Огнезвёзд посмотрел в глаза Берёзовику.

— Как ты посмел решиться на предательство?

Рыжий кот начал надвигаться на соплеменника, поджав губы и зарычав.

— Я думала, ты сразишься на нашей стороне! — Похолодела Голубка.

— Он с нами! — Поспешила защитить отца Искра. — Мы бились с ним плечом к плечу у лагеря племени Ветра.

— Мы бы ни за что не предали родное племя! — Взметнул Берёзовик хвост в воздух.

— Напротив: мы пришли предупредить вас! — Ступил на поляну Мышеус.

— Сюда надвигается полчище воителей Сумрачного Леса! — добавила Пестроцветик.

На этих словах крупный серо-белый кот ворвался в лагерь сквозь колючую ограду. Его морда была покрыта ранами, один глаз закатился, но рифлёный ряд мышц уверенно переливался под шкурой.

— Предатели! — зарычал он на Берёзовика. — Племя Ветра нас побило, и всё из-за вас! — неистово кричал Остролап, в ярости размахивая хвостом из стороны в сторону. — Вас я убью последними, но сперва прямо на ваших глазах я уничтожу каждого кота из Грозового племени!

— Нет, Остролап, скорей ты сдохнешь от моей лапы! — зашипел Берёзовик. — Я сыт по горло твоими гнусными речами!

Сумрачные воители наводняли ущелье. Полосатая кошка сбила Ежевику с ног мощным ударом передней лапы. Два кота накинулись на Когтегрива, прижав его к земле. Белка скрылась под волной визжащих воинов.

— Обороняйте детскую! — что есть мочи завыл Огнезвёзд.

Широкоплечие воители обступили Песчаную Бурю. Ежевика в два прыжка пересёк поляну и начал раскидывать их прочь. Когтегрив высвободился из-под врагов и поспешил на помощь. Ромашка высунулась из зарослей и начала хаотично размахивать лапами по толпе жадных челюстей.

— Прячьтесь!

Сумрачный кот пробился сквозь хлипкую стену детской. Тростинка ударила врага по морде и оттеснила Яролику с котятами глубже в гнездо, затем развернулась и зажала в челюстях пучок ежевичных веток. Кошка оттащила их к гнезду, накрыв королеву.

— Я не позволю никому приблизиться к ней!

Яролика выбралась из ежевики.

— Ты не должна сражаться в одиночку! — Она пригладила гнездо и встала рядом с Тростинкой.

— Частокол! — Возле палатки старейшин послышалось шипение Кисточки. — А я надеялась, что больше тебя не увижу! — Пожилая кошка метнулась на рычащего кота.

Частокол легко отбился, перехватив кошку в полёте и ударив её о землю. Голубка пересекла поляну и оттолкнула Сумрачного воителя от старейшины. Тот обернулся, поджав губы и обнажив ряд острых зубов, покрытых тонкой плёнкой крови.

— Целься ему в уши! — коротко сказала Пеплогривка, приземлившись рядом с ней. — А я займусь его лапами!

Голубка накинулась на Частокола, работая лапами так быстро, как птицы машут крыльями. Он замельтешился, и это дало Пеплогривке достаточно времени, чтобы выбить почву из-под его передних лап. Голубка с размаху нанесла удар сверху, прижав голову кота к земле.

— Вот так! — Пеплогривка запрыгнула на спину Частокола и начала раздирать его шкуру обнажёнными когтями.

В их сторону устремилось несколько котов Сумрачного Леса.

— Кисточка, ты готова? — Пурди кивнул соседке по палатке, и два старейшины прижались спинами к жимолости и начали сражаться.

Голубка заметила пятно рыжей шкуры на вершине ущелья: там сидела Вишенка, свесившись с края и растерянно наблюдая за происходящим в лагере сражением. Огнезвёзд дал ей сигнал хвостом, и она тут же взяла себя в лапы и побежала за помощью к соседним племенам.

Чьи-то лапы сильно ударили Голубку в рёбра. Она отскочила и обернулась к нападавшей.

— К чему тянуть кота за хвост? Сдавайся сразу! — усмехнулась черепаховая кошка, бросившись на Голубку и впившись клыками ей в лапу.

— Да я скорей погибну, но не сдамся!

Голубка зацепила когтем губу черепаховой кошки и дёрнула изо всех сил. Завизжав от боли, Сумрачная кошка вцепилась Голубке в морду. Боль пронзила её нос, рот наполнился горькой на вкус кровью. Голубка попыталась нанести ответный удар, но ей не удалось вырваться, и когти всё сильнее сжимались на её шее. Кошка повалила Голубку на спину и прижала к земле.

— А ну оставь мою сестру в покое!

Краем глаза Голубка заметила Искру, которая молнией метнулась на черепаховую кошку и вонзила когти ей в плечо. Та яростно заревела, а Голубка сумела высвободиться и ударить по её лапам.

Искра отшвырнула пятнистую кошку прочь.

— Нас давят числом!

Пеплогривка приземлилась на лапы между Искрой и Голубкой.

— Держать позиции!

— Но как нам это сделать?

Спиной Голубка упёрлась в колючую стену ежевики. Ряды котов из Сумрачного Леса прижали их к пещере целителя.

— Будь рядом и борись из последних сил!

Пеплогривка бросилась на врагов и выдрала клок шерсти с щеки воителя Сумрачного Леса, оросив его чёрно-рыжую шкуру кровью.

— Вы, трусы с лисьими сердцами, убили мою лучшую подругу! — Её взгляд скользнул к телу Остролистой, которое горкой чёрного меха возвышалось на краю поляны. — Я заставлю вас ответить за все ваши злодеяния!

Искра пригнулась и поймала в зубы лапу Сумрачного кота. Голубка прыгнула и оказалась на спине воителя. Вонзив в него когти, кошка старалась удержаться, когда кот завертелся, пытаясь скинуть её. Под его шкурой Голубка чувствовала гору твёрдых, как камень, мышц. Зацепив его заднюю лапу своей, кошка сумела заставить кота потерять равновесие. Соскочив с него, Голубка дала полосатому коту скрыться за спинами своих многочисленных товарищей.

— Берегись!

Увы, Голубка слишком поздно среагировала на крик Пеплогривки и не успела увернуться. Лохматый кот бросился на неё сбоку и зажал в зубах переднюю лапу, впившись как можно глубже.

Боль пронзила Голубку от макушки до кончика хвоста, но с большим трудом ей всё же удалось отшвырнуть от себя кота.

Зашуршал папоротниковый барьер, и на поляну вбежал Грач, а следом за ним Ветерок. Когда коты нырнули в толпу, Голубка споткнулась: лапы сжали её заднюю ногу острыми, словно шипы, когтями. Сделав резкий оборот, Голубка освободилась от хватки и стала взглядом разыскивать Искру.

Её сестра отбивалась от двух крупных котов, стоя на задних лапах и балансируя хвостом в воздухе. Пеплогривка прижимала черепахового кота к земле и била его задними лапами по спине. Голубка перевела дыхание, осмотрев поле битвы в поисках знакомых шкур. Белохвост кружился в схватке снаружи детской. Белка сбросила воителя со спины, но другой нырнул ей под живот. Ледосветик сжалась под буковым деревом, стараясь не угодить в клацающие со всех сторон алчные челюсти. Из-за каменной груды доносились душераздирающие вопли. Каждый воитель Грозового племени сражался не на жизнь, а на смерть.

Неожиданно сквозь ограду показался Львиносвет, а Крутобок приземлился в нескольких шагах от него. Голубка ахнула — целое море котов хлынуло на поляну вслед за ними. Она не могла узнать ни одного из них, и, вдобавок ко всему, они все были едва различимы: сквозь их полупрозрачный мех отчётливо виднелись лесные заросли. Одно можно было сказать наверняка: живых среди них не было. Неужели новая волна воителей Сумрачного Леса преследовала Крутобока и Львиносвета до самого лагеря?

— Кто они? — В недоумении застыла Пеплогривка.

У Кисточки, стоявшей возле палатки старейшин, глаза на лоб полезли. Ледосветик, пока пыталась понять, что происходит, пропустила увесистый удар от Сумрачного воителя.

— Не бойтесь, всё в порядке! — завыл Львиносвет. — Эти древние коты — наши союзники. Они гораздо старше Звёздных предков. Они бьются на нашей стороне!

В подтверждение его слов мимо золотистого воителя, словно тень при лунном свете, промчалась бледная кошка и набросилась на полосатого Сумрачного кота. Застав его врасплох, прозрачная воительница отправила кота в полёт и накрыла, когда тот достиг земли. Воитель тщетно пытался вырваться из её когтей, нещадно дравших ему шкуру. Ещё один прозрачный кот помчался в бой, и, сверкнув еле различимой рыже-белой шерстью, отправил в нокаут ближайшего оборванца.

Разметая на своём пути заросли, окружающие лагерь, в ущелье ввалилась массивная фигура.

— Барсук! — истошно завизжала Пестроцветик.

— Полночь! — Глаза Огнезвёзда просияли. — Не бойтесь, она тоже с нами!

Барсучиха тяжело потопала по поляне, коты расступались перед ней.

Чей-то рык раздался над ухом Голубки.

— Ни барсук, ни кучка полурасплывшихся старейшин вас не спасут!

Остролап метнулся на неё, но шустрая, словно мышь, Голубка ударила лапой по его затёкшему глазу. Завыв, он бросился наутёк, а Голубка, ловко лавируя, побежала по краю поляны. Тут она заметила рыжего с белым кота, остановившегося подле тела Остролистой. Голубка наблюдала, как призрачный воитель присел рядом с мёртвой кошкой, горестно склонив голову.

— Листопад! — Другой древний кот присоединился к нему. — Не время бдеть над мёртвыми.

Листопад поднял голову: его взгляд был полон невыразимой печали.

— Ей не суждено было вот так погибнуть, Сломанная Тень. Я обещал ей, что мы снова повстречаемся!

— Она погибла, защищая племя! — Сломанная Тень оттолкнула кота от тела. — Ты можешь почтить память Остролистой, придя её товарищам на помощь.

Голубка обернулась, заслышав шуршание ежевики. Воробей выбрался наружу и принюхался.

— Половинка Луны! — Его зов звучал, как мольба. — Ты здесь.

— Воробьиное Крылышко! — Дымчато-серая воительница выбралась из гущи сражения и понеслась целителю навстречу. Коты, радостно мурлыча, ласково потёрлись мордами.

— Ты пришла… — прошептал Воробей.

— Пришла, любовь моя… — Половинка Луны постояла какое-то время, прижавшись к Воробью, затем неохотно сделала шаг назад. — Но я должна сражаться…

Воробей кивнул.

— Увидишь раненых — шли их ко мне. — Он залез обратно в пещеру.

Половинка Луны взглянула на Голубку.

— Пошли! — коротко мяукнула она.

Голубка помчалась за древней кошкой и вернулась в битву. В наступившей тьме она едва могла разглядеть происходящее. Тучи повисли над ущельем, заслоняя звёзды. Вокруг метались и извивались многочисленные шкуры, слышались визги и стоны. Кошка различила огромный силуэт Полуночи: воители Сумрачного Леса кидались на барсучиху со всех сторон. С болезненным рёвом Полночь упала, и бесчисленные когти принялись раздирать её мех.

Голубка подавила надвигающуюся панику.

— Дерись рядом со мной! — Расслышала она рык Львиносвета и обернулась, завидев сияющие глаза золотого воина.

— Мы всё ещё в меньшинстве! — взвыла она.

— Тогда нам нужно драться вдвое яростнее!

— Поберегись! — закричала Голубка, когда Ветерок устремился в их сторону с края поляны.

Львиносвет развернулся, потерял равновесие и упал от удара кота племени Ветра. Ветерок оцарапал щёку Львиносвета.

— А ты не так силён, как многие считают! — захохотал он.

— Нет, Ветерок, не делай этого! — Из толпы вынырнула Искра. — Прошу тебя: неужели ты и вправду желаешь уничтожить племена во имя Звездолома?

Ветерок приподнял голову Львиносвета и ударил её о землю, вдавив поглубже в грязь. Рыча, Львиносвет пытался скинуть его, но Ветерок держался крепко.

— При чём тут Звездолом? — Взглянул он на Искру. — Он — жалкий выродок, ублюдок, чьё появление на свет — ошибка! Никто из них троих не должен был родиться! — Он указал хвостом на тело Остролистой. — Твоя сестра подохла, и тебе пришёл черёд отправиться за ней! — Он со всей силы вогнал зубы в шею Львиносвета.

— Но мы же братья! — захрипел золотистый кот.

— Нет, ты мне не брат! — Взгляд Ветерка был полон жгучей ярости.

Чёрная шкура проскочила мимо Голубки. «Грач!» Воитель племени Ветра глубоко вцепился когтями в плечи Ветерка и отшвырнул его от Львиносвета. Золотой воитель поднялся на ноги.

— Довольно! — Грач придавил Ветерка к земле. — Я не буду стоять в стороне, когда ты будешь убивать котов!

Ветерок извивался под лапами Грача и истошно вопил.

— Я знал! Ты презирал меня с рождения!

— Я никогда тебя не презирал! — прорычал отец. — Ты это выдумал, поддавшись лживым заверениям Сумеречницы.

— Не смей винить её! — заорал Ветерок.

— Не буду! — прошипел Грач. — Я тоже виноват, что ничего не сделал, когда было время. Теперь я опоздал: ты выбрал сумрак и оставил племя. — Он поднял Ветерка на лапы и толкнул вперёд. — Убирайся прочь!

Ветерок несколько мгновений мерил отца зловещим взглядом, затем развернулся и ринулся из лагеря.

— Прости! — Листвичка выскочила из толпы дерущихся котов. Её глаза были полны раскаяния. — Я не хотела, чтобы всё так вышло.

— Ветерок — воитель! — прошептал Грач. — Решения он принимает сам. Теперь он сам по себе, и собственные решения — всё, что у него осталось.

Листвичка взглянула себе под лапы.

— Быть может, нам не надо было расставаться? Тогда всё пошло бы совсем иначе.

На секунду глаза Грача просветлели, но затем он, вздохнув, ответил:

— Нет, нам не суждено было быть вместе. — Листвичка вздрогнула, когда он коснулся её бока хвостом. — Но я не сожалею ни о чём, — пробормотал он, взглянув на Львиносвета. — Совсем.

Подёргивая ушами, он начал прокладывать себе путь через толпу к зарослям, которые укрывали тело Остролистой. Кот сел под ежевикой и зарылся носом в безжизненную шкуру кошки.

Кто-то грубо толкнул Голубку, из-за чего та пошатнулась и врезалась в Искру.

— Что такое?

«Неужели прибыла ещё одна волна воителей Сумрачного Леса?» Она обернулась и в недоумении уставилась на крупного белого кота, появившегося сбоку от неё.

— Буран! — Вой Крутобока перекрыл звуки битвы, и серый воитель направился к нему. — Ты пришёл! — Крутобок растроганно пихнул плечом белоснежного воителя.

Буран толкнул его в ответ.

— Пошевеливайтесь, юноша! — пробасил он. — Сейчас время для битвы, а не для тёплых встреч.

Кот выпрямился и молниеносным движением лапы сбил с ног воителя Сумрачного Леса.

— Где Кисточка? — Раздался над ухом Голубки знакомый голос.

— Долгохвост! — ахнула она, заметив проследовавшего мимо неё погибшего соплеменника.

— Так где она? — не унимался кот.

— Стоит на страже собственной палатки. — Голубка указала на куст жимолости, который защищали Кисточка и Пурди.

— Уйди с дороги! — Долгохвост отшвырнул от себя Сумрачного кота, направившись к палатке старейшин.

Кисточка дралась с полосатым котом. Зашипев, она запрыгнула ему на спину и вогнала свои увесистые когти ему в плоть.

— Давай, я помогу!

Долгохвост расцарапал полосатому коту бока, затем повалил его и швырнул в сторону соплеменников.

— Располагайся, — проворчала Кисточка. — А ты не изменился: по-прежнему опаздываешь!

— Лучше поздно, чем никогда! — возразил Долгохвост.

Пока он говорил, кот из Сумрачного Леса подкрался к нему сзади. Отбросив с дороги Долгохвоста, он бросился на Кисточку и прокусил её беззащитное горло одним движением. Удивление промелькнуло в глазах старейшины, затем её взгляд помутнел, а тело обмякло.

— Нет! — Долгохвост бросился на полосатого кота и вонзил клыки ему в позвоночник. Кот взвыл и выпустил Кисточку, затем, пошатываясь, повалился наземь.

— Давай, вставай! — Долгохвост зажал загривок Кисточки в зубах и попытался поднять старейшину на лапы, но та лишь повалилась на другой бок. Голубка с ужасом уставилась на старейшину: её шея была неестественно вывернута, а глаза закатились.

— О, нет! — Гнев закипал под шкурой Долгохвоста. Взревев, он развернулся и бросился в толпу дерущихся котов.

С другой стороны жимолости показался Пудри. Его морда было покрыто кровью. Он застыл, увидев тело Кисточки, и обессиленно рухнул рядом с ней. Его глаза заблестели от слёз.

— Ты получила смерть воителя, о которой так мечтала. — Взмахом хвоста он отослал Голубку прочь. — Иди, сражайся, — прошептал он. — Я присмотрю за ней. — Он зарылся носом в шерсть соседки по палатке.

Шатаясь, Голубка сделала несколько шагов в сторону и столкнулась со Шмелём.

— Голубка, ты в порядке? — Кот приподнял её морду и посмотрел ей в глаза.

— Кисточка погибла… — прошептала кошка.

Шмель закрыл глаза и опустил голову, но через мгновение снова выпрямился.

— Пошли, будем сражаться бок о бок. — Он развернул её по направлению к битве. — Мы достаточно долго тренировались вместе.

Голубка слепо последовала за воителем в жуткий водоворот хвостов и когтей. Кот Сумрачного Леса преградил им путь.

— Я думал, всех слабаков мы уже убили! — насмешливо прорычал он.

Воитель кинулся было к горлу Голубки, но Шмель перехватил его в полёте и опрокинул на спину. Голубка инстинктивно бросилась на беззащитный живот кота и раздирала его, пока Шмель не разжал хватку. Нанося удар за ударом, Грозовые воители теснили кота всё глубже в заросли.

Зайдя к противнику сбоку, Шмель вцепился ему в плечи, а Голубка подсекла Сумрачному воителю лапы, отчего тот рухнул набок.

— Отлично бьёшься! — Похвалил Голубку соплеменник.

Коты по очереди кидались на воителя Сумрачного Леса, не давая ему опомниться. В итоге он не выдержал и, визжа и извиваясь, выбрался из хватки Грозовых котов и бросился наутёк. Когда он скрылся в ежевичной ограде, на поляне появились двое небольших котов.

«Кротик! Вишенка!» Голубка подтолкнула Шмеля.

— Смотри, они в порядке!

Вишенка воинственно задрала хвост.

— Воители племён одерживают верх! — провозгласила кошка.

— Речное племя оттеснило Сумрачных котов к границе! — Добавил Кротик, отдышавшись.

Голубка взглядом начала разыскивать Маковку. «Она увидела, что её дети возвратились?» Черепаховая кошка сражалась подле с пятнистой полосатой кошкой.

«Медобока!» Совместными усилиями сёстры теснили Сумрачного кота к павшему буку. Они поочерёдно бросались и наносили удары по врагу, а их ритмичности и слаженности могли позавидовать многие коты, долгие луны тренировавшиеся друг с другом.

Маковка остановилась и приоткрыла рот, распробовав воздух.

— Кротик! Вишенка!

Она развернулась, лягнув воителя Сумрачного Леса увесистыми задними лапами, поспешила навстречу детям. Медобока добила лежащего на земле кота, взмахнув когтистой лапой, и побежала за сестрой.

Голубка подскочила от неожиданности, когда чей-то оранжевый мех пролетел мимо неё.

— Ветрогон! — Огнезвёзд остановился подле небольшого бурого кота в колоску. — Ты в Звёздном племени не растерял сноровку?

— Конечно же, нет!

Огнезвёзд указал хвостом на выход из лагеря, куда гурьбой неслись воители Сумрачного Леса, спешно отступавшие из ущелья.

— Тогда бери Дыма и удостоверьтесь, что эти трусы убежали к себе в Беззвёздный Край.

— Я с ними! — Вызвался золотой воитель с невероятно пышной гривой, столкнув двух Сумрачных котов головам, уложив на землю и переступив через их обмякшие тела. — Давненько я не загонял столь сочную добычу!

Глаза Огнезвёзда просияли.

— Спасибо, Львиногрив!

— Пошли! — зашептал Ежевика Голубке на ухо. — Удостоверимся, что эти оборванцы больше не вернутся!

С неописуемым восторгом Голубка понеслась за глашатаем прочь из лагеря. Заслышав за спиной шаги, кошка обернулась и увидела Песчаную Бурю.

— Огнезвёзд и меня отправил с вами, — бросила кошка на бегу. — На случай, если это западня.

Ежевика прибавил шагу и поравнялся с воителями Звёздного племени, мчавшихся сквозь деревья.

Песчаная Буря резко затормозила.

— Смотри!

— Куда? — Голубка развернулась и остановилась.

Палевая кошка глядела сквозь деревья.

— Там, наверху, небо прояснилось, и луна выглянула из-за туч! — проговорила она. — Хороший знак.

— Не для племён! — раздался рык из-за кустов.

Голубка застыла, увидев шерсть черепахового окраса.

Песчаная Буря недоумённо моргнула.

— А ты ещё кто?

— О, как же, ты меня не узнаешь? — зашипела кошка. — Твоё родное племя обрекло меня на жизнь в изгнании!

— Как тебя зовут? — нахмурилась Песчаная Буря.

Воительница Сумрачного Леса вышла из теней.

— Меня зовут Кленовница!

Шипя, она подпрыгнула, приземлилась на спину Песчаной Буре, опрокинула кошку и вдавила её морду в землю.

— Сейчас я заставлю тебя заплатить за каждое благословение, которым тебя одарили Звёздные предки! — Прорычала Кленовница в уши Песчаной Буре. — И за каждое благословение, которым они обделили меня!

Голубка бросилась было на помощь соплеменнице, но чьи-то когти пронзили её хвост. Обернувшись, она попыталась ударить чёрного кота, удерживавшего её, однако, лапы рассекли лишь воздух, а Сумрачный воитель расцарапал Голубке щёку. Сквозь неистовую боль она слышала вой Кленовницы.

— У тебя есть всё, о чём я могла только мечтать, Песчаная Буря! Я всего лишь хотела друга, который любил бы меня, котят, которые бы росли на моих глазах и уважение соплеменников! Но у меня ничего этого не было!

Полыхая от ярости, Кленовница зажала в зубах горло Песчаной Бури.

— Отпусти её!

Пёстрая кошка с сияющей в звёздах шкурой выскочила из зарослей и отшвырнула Кленовницу прочь от Песчаной Бури. Та поднялась на лапы и откашлялась, а черепаховая кошка прижала Кленовницу к земле.

Сумрачная кошка, извиваясь, сумела высвободиться и встать лицом к лицу с воительницей Звёздного племени.

— Пестролистая! — прошипела она. — Зачем ты помешала мне убить её? Ведь она лишила тебя любви Огнезвёзда!

— Меня нечего было лишать! — ответила Пестролистая, распушив загривок. — С Песчаной Бурей он был счастлив!

Кленовница набросилась на хрупкую целительницу. Пестролистая не устояла под весом воительницы и упала. Взревев, Кленовница перекусила Пестролистой глотку.

— Нет!

Вопль Огнезвёзда разрезал ночной воздух. Стремглав выбежав из зарослей, он схватил Кленовницу зубами за шкирку и швырнул её о дерево. Песчаная Буря метнулась на пятнистую кошку, обнажив когти и разжав челюсти. Предводитель накинулся на Кленовницу сбоку и ударил кошку о землю. Песчаная Буря запрыгнула на неё сверху и начала раздирать ей брюхо острыми, как шипы, когтями. Завопив от боли, Кленовница высвободилась и побежала вверх по холму, Песчаная Буря кинулась следом. Голубка смотрела ей вслед, пока её палевая шерсть не скрылась за деревьями.

В центре небольшой поляны лежала Пестролистая. Огнезвёзд склонился над дрожащим телом кошки. Кровь неудержимым потоком хлестала из её шеи, пропитав щёку Огнезвёзда, которой кот прижимался к умирающей целительнице.

— Пестролистая, прошу, не уходи! — Донеслись до Голубки его рыдания. — Ты обещала, что будешь там, когда настанет время мне вступить в ряды Звёздного племени! Ты говорила, что первой встретишь меня!

Пестролистая слегка приподняла голову.

— Прости, любовь моя, но этого не будет. Теперь я не смогу сопровождать тебя…

Огнезвёзд коснулся кошки лапой.

— Нет, прошу, ты всё ещё нужна мне!

— Позволь ей уйти. — На поляне появилась серая кошка с длинной спутанной шерстью.

— Щербатая? — Огнезвёзд взглянул на кошку с мольбой в глазах. — Не дай ей умереть, прошу!

— Но такова её судьба. — Щербатая аккуратно коснулась головы рыжего кота. — Пусть следует за ней.

— Она сказала, что дождётся меня в Звёздном племени! — Слова застревали в горле Огнезвёзда.

Пестролистая с нежностью взглянула на кота и приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать. Лёгкий вздох сорвался с её губ, и кошка обмякла. Её мех начал растворятся, очертания кошки потихоньку исчезали, пока на её месте не осталась одна лишь орошённая кровью трава. Огнезвёзд подавленно опустил голову.

Заросли зашуршали, и из них выскользнула Песчаная Буря. Она присела подле предводителя и кивком головы попросила Голубку оставить их. Кошка развернулась и направилась к лагерю. Обернувшись через плечо, она увидела, как Песчаная Буря прижалась к Огнезвёзду.

Голубка вернулась на лагерную поляну. Ряды бойцов Сумрачного Леса поредели вдвое, теснимые Звёздным племенем, древними котами и барсуком Полночью, но остатки войска Остролапа продолжали сражаться, яростно бросаясь на защитников лагеря. Из племени Теней вернулся патруль Медуницы. Долголап сцепился с самим Остролапом. Медуница прижимала к земле Частокола. Терновик, шипя, бросился с павшего бука на крупного полосатого кота, а Полночь огромными лапищами раскидывала котов Сумрачного Леса, пытавшихся скрыться от неё в зарослях у пещеры целителя.

Из детской доносились визги. Шерсть Голубки встала дыбом, когда она увидела Ромашку, прижавшую Cумрачного воителя к земле. Яролика метнулась на него и схватила зубами за горло, издав зловещий рык.

«А кто стережёт котят?»

Голубка осмотрела полуразрушенную палатку: Тростинка защищала гнездо Яролики, колотя по морде массивного чёрного кота. Яростно лупя хвостом по земле, она бросилась к его глотке, но воитель легко увернулся и, зажав в зубах загривок кошки, выволок её из палатки.

Кот вонзил клыки глубоко в шею Тростинки. Кошка на мгновение с ужасом уставилась на него, затем издала глухой вопль и застыла навеки.

— Тростинка! — Огнезвёзд вбежал в лагерь и помчался к Сумрачному воителю, склонившемуся над мёртвой королевой.

— Ты опоздал, Огнезвёзд! — Обернулся кот.

— Звездолом! — крикнул предводитель, обнажив зубы.

Звездолом обратил на него полный ненависти взгляд. Огнезвёзд прыгнул вперёд, но, когда он налетел на крупного кота, то потерял равновесие и упал, покатившись по земле.

— Огнезвёзд! — Перепуганная Песчаная Буря неслась по ущелью к рыжему коту. — Перестань сражаться! У тебя осталась лишь единственная жизнь!

— У каждого кота в лесу единственная жизнь! — Огневёзд поднялся на лапы и встал лицом к лицу со Звездоломом.

Предводитель из Сумрачного Леса злорадно взглянул на Огнезвёзда.

— Когда я изорву тебя на ленточки, Звёздному племени будет нечего принимать! — усмехнулся он.

Рядом с Огнезвёздом вспыхнул звёздный свет, и перед Голубкой снова оказалась Щербатая.

— Довольно! — завыла старая кошка.

Она нырнула под Звездолома и зажала его глотку в челюстях мёртвой хваткой. Раздался хруст костей, и со Звездоломом было покончено навсегда. Щербатая отбросила от себя тело сына и смотрела, как оно растворялось в лунном свете, пока от него не осталось ни следа.

— Звездолом мёртв! — Остролап отпрыгнул от Долголапа и застыл в нерешительности.

— Звездолом? — Частокол перестал драться с Медуницей и прижал уши.

— Пошли отсюда! — Остролап направился к выходу, перепуганный до смерти. Шкуры полились за ним, словно стая летучих мышей. Войска Сумрачного Леса отступали.

Голубка впилась когтями в землю: её тело было напряжено, а лапы были тяжелы, как камень. Вокруг неё по поляне разливался лунный свет, пробивавшийся сквозь облака.

«Неужели всё кончено?»

Лилия и Зёрнышко выглянули из своего гнезда.

— Выходите, детки, теперь здесь безопасно. — Медуница поманила их кончиком хвоста. Котята выбрались из детской и поспешили зарыться в пропитанный кровью материнский мех.

Форель и Галечник пересекли поляну. Буран и Долгохвост стояли на краю, обессиленно бросив хвосты и тяжело дыша. Самый яркий луч лунного света коснулся тела Тростинки, лежавшей неподвижно у стен детской.

— А почему Тростинка спит? — пискнула Янтаринка, подняв головку.

— Глупышка, она просто притомилась после битвы, — ответил Дождик позади неё. Он навострил уши, когда Дым ввалился в лагерь. — Вот, Дым пришёл, сейчас её разбудит.

— Всё кончено? — спросил полосатый воитель. Затем остановился и с ужасом осознал, куда прикованы взгляды всего племени. — Тростинка? — прохрипел он. — Тростинка! — Кот подбежал к ней и коснулся её шкуры дрожащей лапой.

Берёзовик и Ледосветик присоединились к нему. Их глаза заблестели от горя, когда они увидели тело матери.

Дым завертелся по сторонам.

— Что вы уставились? Найдите Воробья! — кричал убитый горем кот.

— Он ей ничем помочь не сможет, Дым… — проговорил Огнезвёзд, понурив голову.

Глаза Дыма воспламенились безудержным гневом. Поджав губы, кот заорал:

— Вы почему её не защитили? — Он посмотрел на Ледосветик. — Где были вы, когда она нуждалась в вас?

— Никто не смог бы спасти её, — пробормотал Огнезвёзд, приблизившись к полосатому воителю. — И даже ты.

— Я мог! — воскликнул кот, взглянув на предводителя. — Я… должен был! Мне стоило быть с ней!

Огнезвёзд носом коснулся плеча Дыма.

— Она спасла котят от Звездолома.

Зашуршали папоротники, и в лагерь, истекая кровью, ввалился Коршун.

— Битва окончена! — рыкнул Огнезвёзд.

— Не для него! — ответил Ежевика, грубо толкая брата вперёд. — Я отыскал его в лесу — хотел сбежать к себе, в Беззвёздный Край.

Коршун взглянул на глашатая Грозового племени.

— Позволь мне возвратиться к соплеменникам! — взмолился он.

Щербатая застыла и уставилась на двух воителей. Искра подалась вперёд, её глаза почернели от злобы.

— Убийца! Ты — подонок, погубивший Остролистую!

Она прыгнула на серого кота. Коршуну удалось отбиться, но Искра ловко приземлилась на лапы и приготовилась броситься на него снова.

— Нет! — Голубка бросилась на помощь, но Огнезвёзд преградил ей путь.

— Дай Искре самой с ним разобраться! — приказал Грозовой предводитель.

— Но он может убить её! — Слова застряли в горле у Голубки, когда Искра оторвалась от земли и, выпустив когти, бросилась на Коршуна.

— Предатель! Негодяй! Подлец! — Она впилась во врага взглядом и вцепилась ему в живот передними лапами. Взвыв, Коршун из последних сил откинул её от себя. Искра захрипела от боли, когда его могучие лапы обрушились ей на позвоночник.

— Предатель здесь лишь ты одна! — Он вдавил ей морду в землю. — На этот раз я раздавлю тебя!

— Нет, не раздавишь! — Ежевика кинулся на Коршуна и сбросил его с Искры. Прежде, чем воитель Сумрачного Леса сумел вырваться, Ежевика вонзил зубы ему в шею. Хруст позвонков разлетелся эхом в ночной тиши, и Коршун рухнул замертво.

Искра поднялась на лапы. Неожиданно из-за палатки Воробья раздался гулкий рёв, и лунный свет озарил шкуру Звездоцапа.

— Браво, Ежевика!

Глашатай с ужасом уставился на своего отца. Тот обратил горящий взор янтарных глаз на Огнезвёзда, который уже выпустил когти.

— Нет, не сейчас! — огрызнулся Звездоцап. — Мы встретимся в бою, но лишь тогда, когда погибнет каждый кот из Грозового племени.

— Сражению пришёл конец! — Огнезвёзд взметнул хвост в воздух.

— Числу котов в Беззвёздном Краю конца и края нет! — зашипел Звездоцап. — Там больше воинов, чем ты в состоянии вообразить! Война только лишь началась!

— Но мы повергли Звездолома с Коршуном! — Подалась вперёд Голубка. — Зачем им драться? Они лишились предводителя!

Звездоцап выпустил когти и поднял лапу к лунному свету так, чтобы их длина была видна всем собравшимся.

— Я — предводитель Сумрачного Леса!

Глава 27

— Нет, ты не предводитель, Звездоцап! — Огнезвёзд подошел ближе. — И никогда им не был.

Звездоцап оскалился и прорычал:

— Я предводитель лучше, чем ты был когда-либо!

— Но предводитель перво-наперво заботится о благе племени. — Взметнулся ввысь хвост Огнезвёзда. — А ты своих товарищей бросаешь погибать в бою. Им не за что сражаться!

— Для настоящего воителя война — услада жизни! — Раздался хохот Звездоцапа. — И я даю своим котам погибнуть ради высшей цели!

Голубка впилась взглядом в Звездоцапа. Ужели он и вправду обезумел? Не счесть, сколько котов погибло в этих битвах, и скольким воинам не суждено вернуться к семьям. Как можно думать, что погибель — благо?

Шерсть Огнезвезда встала дыбом, а мышцы под шкурой напряглись и дрожали от напряжения.

— К чему ты развязал эту войну? Каков трофей, ради которого ты заплатил таким количеством кошачьих жизней?

В янтарном взоре Звездоцапа полыхало пламя.

— Уничтожить тебя — вот главный мой трофей!

Огнезвёзд твёрдо встретил взгляд Звездоцапа.

— Но ты ещё не одолел меня! — Напомнил ему рыжий предводитель.

Голубка затаила дыхание. Она видела, как во взгляде тёмного воина вскипала дикая ярость, и это повергло Голубку в ужас.

— Вот почему я здесь! — Раздался грозный рык кота.

— Воители из Сумрачного Леса не последуют за тобой! — ответил Огнезвёзд. — Им стало ясно: племена не победить. И больше они рисковать не станут.

— Кому они нужны? — Звездоцап окинул взглядом котов, ощетинившихся на краю поляны. — Сначала я раздавлю тебя! Тогда смогу перебить всех твоих соплеменников, одного за другим, пока не останется в живых никого! Я день за днём буду потрошить их жалкие тела и отнимать одну жизнь за другой!

Взгляд Огнезвёзда скользнул по телам Тростинки и Остролистой.

— Пока я жив, я не позволю причинить вред моему племени! Ни ты, ни кто-либо другой не тронет их. Ты слышишь? Никогда! — Хвост Огнезвёзда со свистом метался по земле.

— Тогда тебе придется убить меня!

Огнезвезд прищурил глаза. Зелёные огоньки внимательно смотрели на противника из-под полуопущенных век.

— Скажи мне, Звездоцап, это действительно того стоило? Жизнь, пропитанная ненавистью? Полная насилия и смертей?

Звездоцап прижал уши к голове, глаза превратились в узкие щёлочки.

— Да, каждое мгновение!

Внезапно он сорвался с места и атаковал рыжего предводителя. Вонзившись когтями глубоко в плечо Огнезвезда, исполин царапал его спину, бешено работая лапами.

— С того самого мгновения, как Синяя Звезда приняла тебя в наше племя, моя жизнь превратилась в пыль! Я стал никем! Я так долго ждал и теперь отомщу тебе за всё!

Огнезвёзд вывернулся из жёсткой хватки и со всей силы полоснул когтями по своему врагу. Тёмный воитель пригнулся, прижав голову к земле, нырнул под противника и схватил Огнезвёзда за заднюю лапу, крепко впишись в неё клыками. Не ослабляя хватку, он резко перевернул Огнезвёзда на живот, затем поднялся на дыбы и тяжело обрушился передними лапами прямо на позвоночник кота.

— Когда ты сдохнешь, я смогу взять власть над всеми племенами! Или стереть их в порошок!

Крутобок, оскалившись, рванулся вперед:

— Только попробуй!

Буран встал на его пути.

— Не стоит, Крутобок. Это битва Огнезвёзда.

Огнезвёзд сумел вырваться из-под тяжёлых лап Звездоцапа. Он вскочил на лапы и повернулся лицом к противнику.

— Я не позволю умереть себе, пока ты отравляешь лес одним своим присутствием!

Рыжий предводитель прыгнул на тёмного воителя и, перевернувшись в воздухе, приземлился всего в усе сбоку от врага. Когда Звездоцап развернулся, чтобы защититься, Огнезвёзд сильно толкнул его в бок лапами. Потеряв равновесие, тот пошатнулся и упал. Быстрые удары рыжих лап тут же градом обрушились на голову Звездоцапа.

С трудом уворачиваясь от ударов, Звездоцапу всё же удалось подняться на лапы. Сморгнув кровь с глаз, он нацелился в горло Огнезвёзда и бросился вперед. Предводитель Грозового племени отскочил назад, но Звездоцап уже вонзил в его шею острые когти и крепко держал её.

Песчаная Буря прыгнула вперед, шипя от ярости, но Медуница схватила её за загривок и потянула обратно.

— Песчаная Буря, ты не властна над его судьбой.

Огнезвёзд уперся задними лапами в брюхо Звездоцапа и с силой оттолкнул кота. На шее предводителя порвалась шкура.

«Нет!» Голубка затаила дыхание, ожидая, что из горла сейчас хлынет кровь. Но сквозь разорванную шерсть проступила только бледная кожа. Когти Звездоцапа порвали кожу, не задев ничего жизненно важного.

Огнезвёзд вскочил на лапы.

— Ты жил как мерзавец, как негодяй и умрёшь!

Сверкнув огненной молнией, он бросился через поляну на Звездоцапа, целясь в глотку тёмному воителю. С грозным рычанием рыжий воитель погрузил зубы глубоко в шею своему заклятому врагу. И не разжимал челюстей, пока Звездоцап метался в его тисках и рвал Огнезвёзда когтями, извиваясь всем телом. Грозовой предводитель стоял до тех пор, пока тёмный исполин, пошатываясь, не рухнул наземь.

Огнезвёзд продолжал удерживать воителя из Сумрачного Леса. Кровь, сочась из шеи врага, заливала ему лапы. Когда Звездоцап, наконец, перестал дёргаться, Огнезвёзд разжал челюсти, отпустив горло тёмного воина. Выпрямившись, он стоял и смотрел, как постепенно исчезал Звездоцап. Взор рыжего предводителя вдруг стал пустым.

Голубка повернулась к Искре, дрожа всем телом:

— Нет больше Звездоцапа!

Словно в подтверждение её слов в небесах загрохотал гром. Она посмотрела наверх и увидела, как молния пронзила ночное небо и ударила в потерявший листья бук, стоявший подле Огнезвёзда. Дерево вспыхнуло, яркое пламя принялось пожирать его. Дым скрыл из виду рыжего кота. Глаза слезились, в горле першило, но Голубка изо всех сил старалась различить предводителя за завесой дыма. Наконец, она смогла уловить размытые границы силуэтов, клубы рассеялись. Дождь застучал по прохладной лесной почве. Горящий бук шипел и потрескивал, но пламя, обуявшее его, исчезло, погибнув под стеной дождя.

Голубка подняла хвост, с облегчением обернувшись к Искре:

— Теперь всё кончено!

— Огнезвёзд! — раздался вой Песчаной Бури, перекрывший шум дождя, бившего по деверьям и земле.

Она мчалась к тому месту, где пал Звездоцап. На земле раскинулось тело. Голубка нахмурилась. «Ведь Звездоцап исчез, не так ли? Но почему там, на залитой кровью траве, всё ещё виднеются очертания тела?»

— Нет!

Голубка бросилась вслед за Песчаной Бурей. «Нет, он не может погибнуть!» Она резко остановилась и с ужасом уставилась на тело Огнезвёзда.

Песчаная Буря зарылась глубоко носом в промокшую шерсть своего возлюбленного.

— Я просила, чтобы ты не тратил свою последнюю жизнь, — прошептала она.

Ежевика бросился через поляну, капли дождя стекали по его усам. Он встал рядом с Песчаной Бурей.

— Он не зря потратил её!

— Огонь спасёт племя, — прошептала Листвичка.

Крутобок протиснулся мимо Когтегрива и Бурана и присел рядом со своим старым другом.

— Если бы я мог отдать свою жизнь за твою!.. — Его голос был хриплым от горя.

— Огнезвёзд, — тихо позвал Дым. — Когда увидишь там Тростинку, скажи, что я люблю её.

Пурди обнюхал его.

— Он умер?

— Да.

Шмель поднял хвост и обвил им старейшину.

Когтегрив дернул ухом:

— Он потерял последнюю из жизней?

— Верно.

Голубка обернулась в сторону Валунника и Форели, которые неуверенно переминались с лапы на лапу около входа с котами из своих отрядов.

— Пришла пора вам возвращаться в свой лагерь. Сражение окончено, ступайте, а я должна быть со своими соплеменниками.

И всё же чувство, будто всё потеряно, не покидало её. Она втянула в себя воздух, затем неспешно подвинулась в сторону Шмеля. Капли дождя попали ей в глаза, и она смахнула их прочь. Шмель прижался к ней так, что она ощутила тепло его бока. Голубка почувствовала его дыхание около своего уха.

— Теперь ты в безопасности, — пробормотал он.

Голубка прижалась своей щекой к его плечу.

— Я знаю.

Она не оборачивалась, но чётко слышала шаги Когтегрива, уходящего прочь.

Ежевика поднял голову.

— Битва окончена. Мы победили благодаря Огнезвёзду!

Дождь стал затихать, когда он заговорил, и луч лунного света, прорезавшись сквозь облака, осветил неподвижное огненно-рыжее тело. У входа в лагерь раздался слабый шорох. Голубка подняла голову и увидела, как воительница Звёздного племени мерцает сквозь оборванные шипы, а её голубые глаза сверкают, словно круглые кусочки неба.

— Синяя Звезда? — Ежевика поманил её хвостом. Кивнув, Синяя Звезда вышла из тени и прошла через поляну. Красновато-коричневый кот следовал за ней, в его шкуре сверкали звёзды. Серебристая кошка выступила за ним. Пятнистый серо-полосатый кот искрился позади неё. Черно-белый кот ступал следом. Щербатая замыкала шествие.

Племя расступилось, давая котам пройти. Ветрогон и Львиногрив проскользнули между рядами, чтобы присоединиться к своим звёздным соплеменникам. Голубка обвела глазами стены ущелья. На них плясали отсветы от сверкающих шкур звёздных воителей. Пахло мокрыми камнями, остро и холодно, будто она лакала воду.

«Так вот каков звёздный свет на вкус!»

Воробей шагнул вперёд, когда силуэты сверкающих воителей закружили над телом Огнезвёзда, и объяснил племени:

— Это Звёздные предки, что дали Огнезвёзду девять жизней. Вон Ярохвост! — Он кивнул в сторону красно-коричневого воителя. — Он даровал ему жизнь мужества. Серебрянка дала жизнь преданности тому, что он считает правильным.

Крутобок поднялся на лапы и посмотрел на прекрасную кошку.

— Серебрянка!

Она взглянула на него, её голубые глаза наполнились тоской.

— Я буду ждать тебя! — прошептала она.

— Чернобурка, — Воробей склонил голову к пёстрой серо-полосатой кошке. — Дала ему жизнь для защиты племени. А Быстролап, — Слепые голубые глаза целителя скользнули в сторону небольшого чёрно-белого кота. — Даровал Огнезвёзду мудрость наставника.

Ежевика кивнул:

— Огнезвезд был лучшим наставником, какого только можно представить.

Воробей продолжил:

— Щербатая дала ему дар сострадания, Львиногрив — отвагу, а Ветрогон — неиссякаемую энергию, которую предводитель использовал для того, чтобы верно служить своему племени на протяжении всех девяти жизней.

Как только Воробей умолк, вперед шагнула Синяя Звезда, прикоснувшись лапами к шкуре Огнезвезда.

— Пестролистая больше не в Звёздном племени, — её голос был переполнен горечью. — Но она дала Огнезвёзду жизнь любви.

Рыдание сотрясло плечи Песчаной Бури. Синяя Звезда продолжала:

— Я даровала ему жизнь и с ней благородство. Хотя он родился самым благородным из всех воинов, которых я когда-либо встречала, — её голубые глаза остекленели от горя. — Я знала, что Огнезвёзд спасёт племя много лун назад. Как огонь, а затем и как четвёртый кот из древнейшего пророчества. Ему это удалось. И сейчас он оставляет Грозовое племя в лапах нового предводителя.

Синяя Звезда взглянула на Ежевику.

— Если в тебе есть хотя бы половина мужества и преданности Огнезвёзда, ты будешь хорошим предводителем для Грозового племени.

Когда она заговорила, звёздные воители подошли ближе к телу Огнёзвезда. Коснувшись его шкуры, они пристально смотрели вниз. Тень прошлась над рыжим телом.

Голубка ахнула. Бледный, как лунный свет, и грациозный, как ветер, Огнезвёзд встал на лапы.

— Его дух покидает тело, — пробормотал Воробей.

Внимательный взгляд Огнезвёзда медленно перемещался с одного воителя на другого. Голубку сглотнула, когда зелёные глаза Огнезвёзда остановились на ней, но потом кошка расслабилась. Тепло разлилось по её телу. Ей было так тепло, как будто солнечные лучи пригрели её шерстку.

— Пора идти! — выдохнула Синяя Звезда.

Огнезвёзд опустил голову к склонённому Ежевике, затем коснулся мордой Песчаную Бурю. Она смотрела на него и не сводила глаз, в которых плескалось горе, пока он шествовал вслед за звёздным воинством прочь с поляны. Голубка повернула голову, увидев, как чёрная тень дернулась сбоку от нее. Дух Остролистой отправился вслед за звёздными котами.

— Смотрите! — ахнула Медуница.

Дух Кисточки поднялся над телом и промчался через поляну. Пурди поднял хвост и помахал им.

— Теперь у неё есть всё, чтобы охотиться столько, сколько захочется.

— Тростинка проснулась! — пискнул котёнок из детской.

Дух Тростинки поднялся и последовал за Кисточкой. Кошка остановилась у шипастой ограды и, прикоснувшись головой к Дыму, исчезла так же, как и все остальные. Голубка уставилась туда, где направились звёздные воители. В груди защемило.

Песчаная Буря поднялась на лапы.

— Ежевичная Звезда!

— Ежевичная Звезда! — подхватил её возглас Львиносвет, задрав голову к прояснившемуся небу.

Теперь уже все племя вступило, и голоса котов звенели над поляной.

— Ежевичная Звезда! Ежевичная Звезда!

Ежевичная Звезда взглянул наверх, и Голубка, проследив за его взглядом, увидела новую звезду, сверкавшую с небес.

«Огнезвёзд уже там?»

— Я буду чтить своих звёздных предков! — поклялся Ежевичная Звезда. — Но не тех, кто после смерти коротает дни в Беззвёздном Краю. И пусть мудрость прошлого направляет мои шаги! — Он опустил голову и продолжил. — Ради воителей настоящего!

Воробей провёл своим хвостом по спине нового предводителя.

— Пришло время тебе избрать глашатая, — мягко подсказал целитель.

Голубка оглядела своих соплеменников. Конечно, Ежевичная Звезда выберет Львиносвета! Ведь он единственный воитель, который мог сражаться, не получая ран в бою. Он стал бы могущественнейшим глашатаем и когда-нибудь однажды предводителем.

— Белка, ты согласна стать моей глашатой?

Рыжая воительница уставилась на него, каждый волосок на ее шкуре дрожал.

— Ты серьёзно?

Ежевичная Звезда кивнул.

— Нет воителя, которому я доверял бы больше. Всё, что ты когда-либо делала, ты делала по лучшей из причин. Теперь я понимаю это.

Белка склонила голову:

— Тогда я соглашаюсь.

Стройная бурая кошечка метнулась вперед. Это была Листвичка.

— Сестричка моя! — прошептала она, прижимаясь своей щекой к щеке Белки. — Ты заслужила это. И много чего другого. Благодарю тебя за всё.

Белка лизнула Листвичку в ухо.

— Я сделала бы это снова, не задумавшись, — шепнула она.

Воробей шагнул вперед, чтобы встать рядом с Голубкой.

— Это большое завершение! — провозгласил он. — И величайшее начало!

Голубка посмотрела на Львиносвета. Его взгляд был тяжел, плечи поникли. Мгновение назад у них в лапах находилась сила звёзд. А теперь всё было закончено. Горе сдавило горло Голубки. Они спасли племена, но Огнезвёзд погиб. Воробей коснулся её кончиком хвоста.

— Он отдал свою жизнь, чтобы спасти тех, кто был для него важнее всего — своих соплеменников, — промяукал он тихо. — Сейчас у него в лапах подлинные звёзды. Ты с ним ещё встретишься, когда придёт время.

Ветерок взъерошил шерсть Голубки, как будто кто-то прошёл мимо. Она подняла голову и увидела сразу две фигуры, стоящие за её соплеменниками. Они молча наблюдали за происходящим. Одной из них была барсучиха с узкой полосатой мордой и добрым мудрым взглядом, а другой — причудливый лысый кот с выпученными глазами, которые не видели ничего и, при этом, видели всё. Они встретились с Голубкой взглядом и кивнули.

— Спасибо тебе, Голубка! — Их слова были тише вздоха.

Придут трое, кровь твоей крови, и могущество звёзд будет у них в лапах. Они отыщут Четвёртого, и битва между светом и тьмой будет выиграна. Новый предводитель взойдёт из тени его смерти, и племена будут жить, храня вечную память о нём. Так было всегда, и да будет так вовеки.

Перевод: Vibrissa (пролог), Луниана (1–3 главы), Беззвездная Ночь (4 глава), Камыш (5 глава), Белоушка (6, 9 и 12 главы), Медобок (7, 11, 13 главы), Сильфида (8 глава), Звездохвост (10, 14–27 главы), Фарей Лапа Дождя (27 глава); рисунки: Северная, Пятноушко, Капля Росы и Romashik

на главную | моя полка | | Последняя надежда |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 49
Средний рейтинг 4.8 из 5



Оцените эту книгу