Book: Попробуй меня уберечь!



Екатерина Полянская

Попробуй меня уберечь!

Купить книгу "Попробуй меня уберечь!" Полянская Катерина

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( www.litres.ru)


Пролог

Темноту, царившую в зале, разбавлял только неясный свет, излучаемый порталом. Но его едва хватало на то, чтобы немного распознать очертания предметов. Да и то лишь в одном конце помещения, где на некоем подобии трона, устало опустив плечи, сидел человек.

По залу гуляли сквозняки. Холод, казалось, сочился из стен, заполняя пространство до основания. Очаг давным-давно потух, а разжечь его заново было некому. Местные обитатели давно свыклись с холодом и шевелиться ради такого пустяка ни за что бы не стали.

Странно еще, что дыхание не вырывается облачками пара…

Протяжный скрип распахнувшейся двери словно разорвал пополам ледяную тишину, и в зал стремительно влетела женщина. Внезапно поднявшийся порыв ветра рванул ее платье и отбросил за спину длинные черные волосы. Доведись сейчас кому взглянуть на нее впервые – он бы с отвращением отшатнулся. Тело девушки и глаза старухи. Зрелище не для слабонервных.

Но здесь все друг к другу привыкли, поэтому удивления никто проявлять не стал.

Посетительница стрелой подлетела к сидящему мужчине, опустилась у его ног прямо на каменный пол и осторожно уложила голову ему на колени. Ощутив в своих пальцах жесткие пряди, мужчина вздрогнул, взгляд его постепенно стал осмысленным.

– Мы опять проиграли, – произнес он. – Вот сижу и размышляю: может, так оно и лучше?

На какое-то время в зале снова повисла тишина.

– Эльхиора отравили, – нарушила молчание женщина. Ее голос был совершенно мертвым, без всякого выражения. – Прислали в тюрьму по магической почте отравленную бутылку эльфийского вина.

Ее собеседник равнодушно пожал плечами. Ему было все равно. Пленный эльф не знал, где печать, а стало быть, был не нужен.

– Я вот что думаю: раз уж силой девчонку не возьмешь, может, попробовать действовать по-другому? В конце концов интриги мне всегда удавались.

– А погостит у нас денек-другой, обязательно расскажет, откуда взялось такое… фатальное везение. Ты меня знаешь, я спрошу – все расскажет, – ответила женщина, но даже угроза прозвучала без тени эмоций.

– Может, ну ее, эту вашу месть? – прошелестел из противоположного угла тихий девичий голосок. Его обладательница была единственной, кто страдал от холода. Девушка судорожно куталась в плащ и меленько дрожала. – Почему мы не можем просто уйти?

И чуть было не добавила: «Я ведь просто хочу жить. Неужели это так много?»

Впрочем, Луная даже не надеялась, что ее послушают. Ее ведь никогда не слушали.

Глава 1

– Я? В этот эльфятник?! – бурно возмущался Габриэль. – Да ни за что в жизни!

И с чего он на бедных эльфов взъелся? Подумаешь, попался на пути один подлый ушастый, и что с того? Не шарахаться же теперь от эльфов, как от чумных. И вообще, хуже всего пришлось именно Фабиэлю. Это же его превратили в статую. А то ли еще будет, когда гаду лопоухому придется предстать перед своими собратьями в… эм-м… довольно курьезном виде. «Высокороднейший из благороднейших» подобного не переживет. И почему мне его не жалко?

Следующие несколько дней ничем выдающимся не отметились. Разве что мы с Алексом успели раз пять поругаться и десять – помириться, чтобы с запасом. Но этим давным-давно никого не удивишь, а в остальном дорога была однообразной. Я бы даже сказала – унылой.

Днем мы ехали. Точнее, лишь часть короткого зимнего дня. Да еще холод стоял такой, что у меня из-под плаща только нос торчал. И то не всегда. Хорошо хоть в Алексе учитель магии больше не просыпался, можно было заняться любимым делом – в смысле не делать ничего.

Вот только не надо мне напоминать, что я вроде как сама учиться хотела! Это было давно, неправда и вообще не со мной!

На ночлег останавливались в какой-нибудь встречной деревушке. Благо вдоль Великого пути, вымощенного фиолетовым камнем, их было понатыкано как огурцов в бочке. Добрые люди, готовые за несколько монет приютить замерзших путников, находились везде. Привычные они. В конце концов кто только по самому главному тракту материка не шляется. Даже ангелу в нашей компании удивлялись редко.

Может, причина в том, что Габриэля за ангела вообще мало кто принимал? Гораздо чаще в нем признавали демона, вот тут-то и начиналось веселье. Нет, селяне-то ничего – по их словам, здесь при желании и не такое встретить можно, – а вот крылатый подобные сравнения воспринимал болезненно. Для сравнившего.

В пути времени на раздумья было предостаточно. Мерное покачивание в седле настраивало на нужный лад.

Подумать только, со смерти бабушки не прошло и полугода, а моя жизнь так круто изменилась. Вместо того чтобы добраться до Академии, стать прилежной студенткой и защитить наконец диплом, я в результате знакомства с Алексом зависла в Боллате – одной из тринадцати долин, властелином которой он являлся. Мало того – стала его хранительницей. К тому же обрела первых в жизни друзей и, кажется, встретила свою любовь.

Чего еще не хватает для счастья? Пожалуй, покоя.

Надо же было именно сейчас появиться проклятому колдуну! Уже несколько месяцев он портит нам жизнь. Бывший приятель, а одно время еще и наставник властелина, колдун по имени Влас. Когда-то, желая освободиться от рамок, которыми гильдия ограничивала деятельность магов, они вместе боролись против вековых традиций. Но Алекс быстро понял, что Влас – еще большее зло, и перешел на сторону магов. Убить Власа в момент решающей схватки не удалось. Тогда Алекс втолкнул бывшего друга в портал в Замирье и запечатал вход. Но не так давно темный маг вырвался на свободу и взялся за месть.

Ну да ничего, недолго ему пакостить осталось. Доберемся до подлеца – Алекс из него всю душу вытрясет и обратно в Замирье отправит. Или еще куда подальше, чтобы уж навсегда.

Мои собственные странности тоже заметно усложняют жизнь. Пробудившийся магический дар – это, конечно, хорошо. Только не поздновато ли? Да и воспользоваться им получается не всегда. А о том, что из этого выходит, лучше и не думать вовсе.

Решив последовать совету властелина, о своем недосумасшествии я старалась не вспоминать. Оно мне надо? Вот именно. В конце концов он же обещал, что наступит время – и мы во всем разберемся (правда, «мы» он не говорил, но это уже детали). Уж кому-кому, а Алексу я верю. Да и сверкающее на безымянном пальце обручальное кольцо, в минуты опасности способное превращаться в кинжал, служит отличным подтверждением искренности его намерений.

Вот и успокаивала себя тем, что с каждым шагом мы постепенно приближаемся к возвращению в Боллату. Что ни говори, а чувствовать себя принятой и нужной мне понравилось, и это чувство я уже ни на что не променяю.

– А что случится, если мы слишком долго будем отсутствовать в долине? – Я не была бы собой, если бы не исхитрилась даже в успокаивающих мыслях найти повод для беспокойства.

Меня тут же вознаградили четырьмя недобрыми взглядами. Только Линке с котом было начхать на мои опасения. Да и на все остальное, подозреваю, тоже. У Лапа, кажется, случилась передозировка лени: он впал в спячку (запамятовал рыжий, что он все-таки кот, а не медведь) и продирал глаза только затем, чтобы что-нибудь схарчить; а мелкая, поняв, что на какое-то время у нас установилась тишь да благодать, вела себя тише воды ниже травы. Небось боялась, что Алекс опять попытается ее куда-нибудь пристроить.

– Ничего, – коротко успокоил меня властелин. – Просто долина исчезнет.

– В смысле?!

Выражение лица, наверное, вышло зверское, иначе с чего бы меня поторопились успокоить?

– Не навсегда. Я ведь говорил тебе, что долина появляется, как бы раздвигая границы соседних государств. Между ними словно из ниоткуда прорастает новая территория. А когда в долине долго нет ни властелина, ни хранительницы, она впитывается и обратно поглощается пространством. Когда я согласился стать властелином – видел, как прорастала Боллата. Весьма эффектное зрелище, надо признать.

Спрашивать, сколько мы должны отсутствовать, чтобы Боллата исчезла, я не стала. Вряд ли он знает. Зато не смогла не спросить о другом:

– А люди?

– Когда долина исчезает, время в ней останавливается. Никто даже не заметит, что что-то произошло, пока…

– Пока нас нет, они будут в полной безопасности! – прервала я его своим озарением. Ведь действительно! Если долина исчезнет, никакой Влас туда не проберется. Никто не сможет навредить ее жителям. Даже они сами. Все-таки и в мою голову заходят умные мысли. Иногда.

Как же хорошо, что за относительно короткое время, проведенное вместе, мы научились так остро чувствовать друг друга. Понимать с полуслова.

Алекс лишних вопросов задавать не стал. Но удивился сильно.

Вид у властелина был такой, будто ему на голову пыльный мешок свалился. Моргнул раз, другой… А потом вдруг посмотрел на меня так… в общем, не как всегда. Не как на заведомо слабую хранительницу, за которую ему по статусу положено отвечать, а как на равную.

Наконец-то! Давно пора, все-таки после того представления, что я у храма устроила, меня даже мой кот зауважал.

– Я – молодец, – гордо объявила я. Все промолчали.

Закрыл ли Алекс Боллату и способен ли властелин на что-то подобное вообще, я так и не узнала.


– Мне нужен меч, – неожиданно заявила Люба, когда на горизонте показалось очередное село.

Клинок, временно реквизированный у кого-то из наемников, она оставила у храма. И правильно, не надо нам такого добра. Только теперь ее замучила ностальгия (или Габриэль покусал), и женщина решила обзавестись собственным.

Линка восхищенно сверкнула глазенками.

Для поиска ночлега было пока рановато, но начавшийся еще с утра снегопад не прекращался, колкий ветер с легкостью проникал под опущенные капюшоны, то и дело бросая в лицо пригоршню жгучих снежинок, – в общем, не дорога, а сплошное удовольствие. Мы продолжали упрямо двигаться вперед лишь потому, что никто не хотел сдаваться первым. Даже мелкая, сжавшись в напряженный комок, не издала ни звука. И что-то мне подсказывало, что не издаст, даже если превратится в ледышку.

Так что Люба нас буквально спасла.

Алекс неопределенно пожал плечами и направил своего коня Дара в сторону селения.

Да, к слову об оружии… Я тоже недавно попыталась им обзавестись, но ничего дельного из этого не вышло. На плеть глаз лег как бы сам собой, еще когда она была в руках у Рогенды во время битвы у храма. Полезная вещица. И главное, особых умений для использования не требуется. Чтобы артефакт подчинялся, достаточно всего лишь быть его хозяином.

По логике, плеть должна принадлежать мне как победившей. Ан нет! Артефакт меня не признал. Что я только с ним ни делала… Даже мысли странные в голову полезли. Получается, плеть израсходовала всю магию на Рогенду, фальшивую хранительницу Ардрады. Но разве она могла убить хозяйку?

Гм… Могла, оказавшись в руках более сильного противника. Однако я себя таковой не считаю. Между прочим, абсолютно объективно. Даже с Алексом проконсультировалась. Значит, напрашивается вывод, что Рогенду убила не я.

И почему мне от этого легче? Бред.

Стоп. Так я точно до очередной глупости додумаюсь.

Кузница нашлась почти сразу. Мы туда и завернули всей толпой, решив заодно спросить у кузнеца, не возьмет ли нас кто на ночлег.

– Один золотой, – мгновенно согласился кузнец – лысый мужик с Габриэля ростом, лет сорока на вид.

Мы недоуменно запереглядывались. Меньше трех с нас еще нигде не просили.

Наказав Линке сидеть на месте, то есть на лошади, Люба отправилась смотреть товар. Я поначалу хотела подождать на улице, но быстро заскучала, а потом и вовсе решила, что с таким успехом и к седлу примерзнуть недолго. Будет им тогда статуя усталой путницы…

Соскользнув на землю с грацией хомячка, страдающего радикулитом, я отправилась внутрь. Греться.

Весь вход, как всегда, заняла одна чернокрылая личность. Надо же какую полезную привычку он завел! Впрочем, я еще в Боллате заметила: Габриэль, едва появившись где-нибудь, непостижимым образом ухитряется занять все свободное пространство. По крайней мере, визуально. Вот так странность, худой ведь.

Легонько толкнув ангела в спину, я попыталась просочиться внутрь. Ага, как бы не так! Ощущение было такое, словно монолитную глыбу с места сдвинуть пытаешься. Этот паршивец крылатый даже не пошевелился. Зато мелкая, не пожелавшая в одиночестве мерзнуть на улице, с легкостью протиснулась мимо него, вызвав у меня острое чувство зависти.

– Между прочим, – возмутилась я, дергая ангела за крыло, – в былые времена мужчины пропускали женщин вперед. И это уже не говоря о всяких подвигах…

– Ага, – тягуче согласился наглый крылатый субъект, – измельчали наши женщины.

Но проход освободил, так что его последнюю реплику можно пропустить мимо ушей.

В отличие от кузницы Ардрады здесь оружия не наблюдалось. Если, конечно, не считать пары щитов, висящих на стене. Но вид у них до того древний, что к боевому снаряжению этот раритет можно было причислить разве что во времена молодости прадеда нынешнего кузнеца. Так что Любе предложили на словах объяснить, что ей надобно, и дня через три приходить за готовым мечом.

Такая перспектива не вдохновила никого. Во-первых, торчать здесь целых три дня мы не собирались, а во-вторых, этому кузнечных дел мастеру я бы и лошадь подковать не доверила, не говоря уже о чем-то большем. Да и сам кузнец не горел желанием выполнять явно непривычную работу. Так что когда Люба деликатно отказалась, сообщив, что мы спешим и без меча она уж как-нибудь обойдется, он просиял, аки свеженачищенный котелок, и принялся путано рассказывать, как пройти к его дому.

Пока мы слушали (вернее, это все слушали, а я по привычке глазела по сторонам), силясь хоть что-нибудь понять из его объяснений, мелкая шныряла по кузнице, с любопытством заглядывая в каждую щель. Вот же не сидится кому-то на месте! Хотя кто бы говорил – мне тоже не сидится. К тому же я ей в няньки не нанималась. Поэтому когда Линка, улучив момент, незаметно сцапала со стола выложенную Алексом золотую монету, я предпочла отвернуться и сделать вид, будто ничего не видела. Как позже выяснилось, не я одна.

Только мы распрощались с кузнецом и закрыли дверь с другой стороны, как Габриэль подлетел к девчонке и отвесил подзатыльник. Приличный такой, у Линки аж голова в сторону мотнулась.

– Надеюсь, не надо объяснять, за что?

Честно говоря, я думала, Алекс вмешается в воспитательный процесс, потому что методы ангела гуманными уж точно не назовешь, но властелин запрыгнул в седло и не спеша, чтобы мы сильно не отстали, направил коня в указанную кузнецом сторону. Габриэль, не дожидаясь Линкиного ответа, последовал за ним.

– Вот так всегда, – тяжко вздохнула мелочь. – Сначала дерется, потом еще спрашивает, за что.

Раскаяния в ней не прибавилось и на медный грош. А полученный подзатыльник Линка вообще восприняла как внеочередной заскок крылатого. Мало ли у этих ангелов тараканов в голове! Конкретно у этого лишь они там, похоже, и обитают.

Пришлось в придачу к коту брать в спутники еще и Линку, раз уж других желающих не нашлось. Опять я крайняя оказалась.

– Мне этот лысый дядька не понравился, – доверительно сообщила она, устраиваясь впереди меня, и протянула украденный золотой.

– Почему? – от нечего делать спросила я, взяла монету с протянутой ладошки и сунула Линке в карман. Возвращаться в кузницу лень, тогда мы уж точно никого не догоним и наверняка заблудимся. Получить от кого-нибудь воспитательный подзатыльник тоже не улыбалось.

– Потому что лысый, – бесхитростно сообщил ребенок. – Что тут непонятного?

Да, действительно, это страшное преступление.

О том, что ночевать постояльцам придется на сеновале, кузнец предупредить забыл. Вовремя на него склероз напал, ничего не скажешь! Надеюсь, эта забывчивость и на пропавший золотой распространяется, потому как, судя по выражению лица властелина, гостеприимным хозяевам больше ничего не обломится.

Признаться, когда кузнецова жена ткнула пальцем в нечто, с виду сильно смахивающее на сарай, я даже не удивилась. К собственному «везению» я давно привыкла и никаких подарков от судьбины не ждала (хорошо еще, что она мне Алекса подсунула, а то ведь и здесь могла напортачить), мои спутники тоже в любимцах у фортуны не ходили, так что перспектива заночевать в сарае меня не особо пугала. Особенно после поселка людоедов и дома с тенями! В общем, могло быть и хуже.



Судя по спокойной реакции, того же мнения придерживались и остальные. Почти все. Кроме Алекса.

Я и представить не могла, что он способен так злиться. В какой-то момент даже решила, что властелин сейчас трансформируется, но ничего подобного, конечно, не произошло. Вот ведь странный человек (интересно, его можно так назвать?): когда положение хуже не придумаешь – спокоен, точно хищник, выслеживающий добычу, а на пустом месте проблему развел. Сеновал его, видите ли, не устраивает! И у кого из нас еще мания величия?

Жена у кузнеца оказалась не из пугливых. Терпеливо выслушав гневную тираду властелина, она равнодушно изрекла:

– Езжайте на все четыре стороны, коли вам мой сеновал не нравится. Только учтите, что до соседнего села путь неблизкий, а в такую метель вам до темноты точно не поспеть. И деньги не верну!

Алекс собирался еще что-то возразить, но подошедший Габриэль поспешно оттеснил его в сторону.

– Что на тебя нашло? – зашипел ангел. Впрочем, за шипением четко угадывалось беспокойство, поэтому прозвучало это примерно так: «Ты часом не заболел?»

– Не желаю, чтобы моя хранительница ночевала в этом клоповнике!

Я подавилась вдохом и чуть не закашлялась. Он это серьезно?

– И чем, интересно, сеновал хуже елки? – фыркнула я, заглядывая внутрь. – Тут хотя бы тепло.

– Моя же ночует, – поставил точку в пререканиях Дармир, кивнув на свою супругу Любу.

Внутри терпко пахло сеном, а хозяйка вдруг расщедрилась на ужин. К концу трапезы Алекс немного подостыл. По крайней мере, зыркать по сторонам так, будто сейчас кого-нибудь прибьет с особой жестокостью, перестал. Вернувшийся домой кузнец о пропавшем золотом не вспомнил – видно, решил, что сам его куда-нибудь сунул. Или списал пропажу на кого-то другого. Впрочем, какая мне разница?

Жизнь явно налаживалась.

Разостлав одеяло, чтобы сено не так кололось, я подпихнула под голову сумку, предварительно вытряхнув из нее кота, который тут же устроился у меня под боком и мелодично заурчал, закуталась в плащ и уже начала засыпать, невзирая на тихие голоса спутников. Все же усталость после многодневного путешествия, не отличавшегося особым комфортом, брала свое. Глаза стали слипаться почти сразу же.

– Сердишься? – раздалось над ухом.

Я сонно заворчала, с трудом разлепляя веки.

– Не-а. – Это был скорее зевок, нежели ответ.

– Иногда эти инстинкты переходят все границы. – Поняв, что я не злюсь, Алекс притянул меня к себе и стал устраиваться рядом. Потом заметил у меня в волосах пару застрявших травинок и стал их оттуда выуживать. Я еще раз зевнула и закрыла глаза.

– Эй, вы, там! – вклинился в задремавшее сознание голос ангела. – Хорош обниматься! Тут, между прочим, люди… мм… гм… и я!

Вот не может этот ангел долго оставаться безучастным к чужому счастью.

– А ты не завидуй! – зарычали мы в один голос.


– …Ты уверена? – обеспокоенно спросил Алекс.

Я лишь фыркнула:

– Нет. Это что-то меняет? – и поспешила съехать с дороги прежде, чем он попытался меня вразумить.

Взгляд зацепился за поворот сразу, едва оказался в пределах видимости. Не помешало даже то, что узенькая тропка, которой и летом-то вряд ли часто пользовались путники, была основательно запорошена снегом. Странно, что я как-то умудрилась заметить ее.

– Ксения! – возмутился такому вопиющему неуважению к своей властелинистой персоне Алекс. Но все же свернул вслед за мной. Видать, понял: раз уж даже такая лентяйка, как его хранительница, уперлась, настаивая на своем, значит, дело нечисто.

Для полного счастья я стала выводить несложные пассы, нарушая обещание по возможности не колдовать. А что делать, если тропинку скорее чувствую, чем вижу? Я, надо заметить, не обучена мысли лошадям передавать. А если какая-нибудь из них ненароком свернет себе шею, Алекс первый же меня по головке не погладит.

Пришлось растапливать снег. Одно нерадивое небесное светило уже должно гонорар мне выплатить. Во второй раз его работу делать приходится. Правда, грязно стало, жуть, но зато теперь хотя бы понятно, куда ехать.

– Не нравится мне эта избушка, – проворчал Габриэль.

Ага. Вспомнить бы, когда ему что нравилось. Сей чудный день, если таковой найдется, впору объявлять национальным праздником Боллаты.

Куда именно попаду, я знала уже в тот момент, когда направляла свою лошадку на невидимую тропинку. Еще бы! Это место, хоть и была здесь всего единожды, да и то во сне, ни с чем не спутаю. Слишком судьбоносным тот сон оказался.

Хорошо бы знать, зачем я сюда еду. А то ерунда какая-то получается. Но меня неумолимо тянуло в то место, где однажды решилась моя судьба, а все остальное значения сейчас не имело. Оставалось надеяться, что злосчастная фортуна не припасла очередной «подарок». С положением хранительницы, учитывая, что особых обязанностей оно на меня не налагает, я уже смирилась, но новых потрясений не хочется. Обойдусь как-нибудь.

Небольшой деревянный домик нашелся на положенном месте. Все так же свистел ветер среди деревьев, а внутри – даже отсюда слышно! – все так же скрипели половицы. Пришлось даже пару раз ущипнуть себя за руку, дабы убедиться, что на этот раз я не сплю.

Пощипанная рука мстительно разболелась. Все реально. И на что я только надеялась.

– Ксюш, а ты точно уверена, что тебе туда надо? – Из сумки высунулась обеспокоенная рыжая морда. – Между прочим, из подобных избушек, как правило, ничего хорошего не вылазит.

Проснулся. Тоже мне эксперт по избушкам!

– Детонька… – попыталась внести свою лепту Люба.

– Мы ведь уже здесь, – неожиданно прервал ее Дармир. Вот от кого, от кого, но от него поддержки не ожидала. – Так почему бы нам быстренько не выяснить, что здесь привлекло хранительницу? А там и в путь быстрее отправимся. К вечеру вполне можем оказаться в Светлом лесу.

Я невольно принюхалась. Ладно, то обстоятельство, что вечно осторожничающий Дармир проявил невиданное для себя безрассудство, предлагая сунуться в неизвестный домишко подозрительной наружности, я еще могу худо-бедно понять. Подумаешь, помутнение рассудка! У всякого бывает. Так он же еще впервые меня хранительницей обозвал. Причем особо отметив мой статус. А мне-то уже казалось, что лекарь не шибко рад моему высокому положению… Значит, вот именно что казалось. М-да, похоже, какая-то особо упитанная дичь типа медведя приказала долго жить.

Вместо дичи здесь воняло Власом. Стоило втянуть воздух, как в ноздри тут же ударил знакомый приторно-сладкий запах. В глубине души противно шевельнулся страх: и как только этому колдуну удается вечно оказываться хоть на шаг, но впереди нас? Поглощенная предчувствием, я, не особо думая, что делаю, потянула дверь на себя. Та отозвалась надрывным скрипом.

Первой сунуться в открывшуюся темноту проема мне не позволил Алекс, непостижимым образом оказавшийся рядом и заступивший вход. Какой прыткий!

– Ксения! – гневно сверкнул стальными глазами властелин, дабы усовестить неразумную меня. – Когда ты научишься элементарной осторожности?

Уважение уважением, но из-под своей опеки он меня выпустит разве что посмертно.

Я послушно ощутила укол совести и покаянно опустила глаза. Надо было рассказать ему про свой сон, пока было время. А то теперь гадает небось, за каким лешим меня понесло неведомо куда.

– А ты попробуй меньше с ней нянькаться, – лениво предложил Габриэль. – Вот получит один раз по башке – и мигом разучится соваться вперед властелина куда не надо.

– Ага, – хихикнул Дармир, – а в хранительницы ты вместо нее пойдешь.

Я мысленно подхихикнула. Похоже, этих двоих уже ничто не исправит.

– А ну, все заткнулись! – гаркнул властелин и уже спокойнее добавил: – Начинайте относиться к Ксении как к хранительнице. И моей жене.

Умеет он все-таки призвать народ к порядку.

Внутри было непроглядно темно. Алекс сделал пару шагов и остановился, усиленно моргая, дабы глаза привыкли к темноте и стало возможно наконец разглядеть, куда же мы по моей милости попали. Остальные были заняты примерно тем же.

Хорошо, что я помнила, где стоит свеча. Во сне было не так темно и удавалось различать немногочисленные предметы обстановки, чем я сейчас и воспользовалась, осторожно обойдя Алекса. Заметив сей маневр, властелин протянул руку, пытаясь придержать мои стремления к самостоятельности, но хватанул лишь воздух. Он открыл было рот для произнесения очередной воспитательной речи, но не успел ничего сказать. Взметнувшееся пламя свечи осветило небольшую комнатку. Все в ней выглядело по-прежнему, разве что в углу, на подставке наподобие треножника, была установлена раскрытая книга. Добротная такая книга, целый фолиант в кожаной обложке с золотом на уголках, чтобы не истрепались раньше времени. Как она сюда попала?

– Наконец-то, – скрипуче обрадовалась обитательница избушки. – А то я уже думала, распылюсь раньше, чем вы сюда доберетесь.

Сморщенное старушечье лицо исказилось улыбкой. Повезло моим спутникам, что они сейчас со стороны себя не видят, все-таки отвисшая челюсть вряд ли может считаться украшением.

Первым отмер Габриэль.

– Бережиня, – потрясенно присвистнул он. – Ксения, снимаю шляпу!

Зря я все-таки считала себя самой сведущей в происходящем. Объяснит мне кто-нибудь, как все это безобразие называется?

– У тебя же нет шляпы! – подловила ангела Линка, за что тут же получила щелчок по носу.

– Какого лешего? – Я наконец-то смогла сгруппировать все околачивающиеся в голове вопросы в один.

Правда, ответить на него не успели: в этот миг старуха сделала то, что обещала, то есть распылилась. В самом прямом смысле этого слова. Засветившись неверным сиянием, такое ни за что не спутаешь с мягким светом свечи, она полыхнула поярче, ослепив визитеров, а когда мы проморгались, над кроватью витало лишь облачко пыли. Да и оно там надолго не задержалось: не пойми откуда налетевший порыв ветра прицельно зашвырнул его на страницы раскрытой книги.

Я хотела возмутиться таким откровенно неуважительным отношением к явно старинному и, вне всякого сомнения, ценному фолианту, но передумала. Сама книга, судя по ее поведению, не имела ничего против. Блеснув в последний раз, она зашелестела страницами и прихлопнулась обложкой.

С ума сойти! Способности к логическому мышлению (или вообще хоть к какой умственной деятельности) ушли в бессрочный отпуск, уступив место хроническому непониманию. Дурдом на колесиках!

– Итак, я жду объяснений, – прервал долгую тишину Алекс, в очередной раз демонстрируя свое потрясающее самообладание. Разве что голос звучал слишком ровно, свидетельствуя о том, что истинные чувства властелина запрятаны где-то очень глубоко. – Ксения, Габриэль… Кто первый?

Точно не я. Мой словарный запас сейчас ограничен междометиями. Это если не считать почерпнутого из многодневного общения с одним ангелом.

Мы все, не сговариваясь, сели прямо на пол. Единственный стул весьма хлипкого вида никто занять не решился. Все-таки к своей пятой точке каждый относился с должным уважением, да и любителей падать не нашлось. Хорошо хоть пол оказался чистым, а то с такими темпами на все приключения одежды не напасешься. И так уже третий дорожный костюм. Благо я сообразила захватить парочку запасных, когда мы уезжали из Моренска, столицы Белтании – крупнейшего государства на материке. Они оказались очень кстати: предыдущий был до того извазюкан в крови Алекса, что даже магия его отчистить не смогла.

– Это была бережиня, – видя, что я просто не в состоянии давать какие-либо объяснения, заговорил Габриэль.

– Я рад, – сквозь зубы процедил властелин. Похоже, я сильно ошибалась: он в ярости. Потому как не выносит, когда хоть что-то выходит из-под контроля. – Может быть, теперь ты объяснишь, что это за нечисть?

– Да не нечисть она, а полубогиня. Была.

Ох ничего себе! Все чудесатей и чудесатей. Хотя чему я, собственно, удивляюсь? Разве мы хоть раз без казуса обошлись? Что-то не припомню. Чувствую, до эльфов мы разве что к весне доберемся. К следующей.

– Да сплыла, – вставил Лап и поспешно юркнул под стол. Подальше от сверкающих глаз властелина.

– И чем нам это грозит? – практично поинтересовался Дармир.

– Мелкими неприятностями, – передернул плечами ангел. – Видите ли, бережиня является хранительницей Книги Судеб. Не просто же так она закопалась в этом домишке. А поскольку старая владелица Книги только что распылилась, стало быть, среди нас сейчас находится новая бережиня.

– Ксения! – возопил властелин и на всякий случай основательно вцепился в меня, чуть в очередной раз не придушив. Если так дальше пойдет, то нерадостная перспектива встретиться когда-нибудь с Власом лицом к лицу становится весьма туманной.

– А что сразу я? – насилу выпутавшись из его загребущих рук, запротестовала я. – Хватит того, что мне тебя с целой долиной в придачу на хранение выдали. А тут еще и судьбы какие-то всучить пытаются. А меня кто-нибудь спросил? Нет уж!

– Тогда за каким надом тебя сюда понесло? – Поняв, что объект хранения я менять не собираюсь (можно подумать, от моего желания хоть раз что-то зависело!), Алекс взял себя в руки, предварительно выпустив из них меня, и принялся за решение насущных вопросов. Как разумно заметил Дармир, чем быстрее мы покончим с внеплановыми делами, тем быстрее окажемся в Светлом лесу.

Пришлось объяснять.

– Во-первых, я здесь уже была. Во сне. – Рассказ о странном видении вышел довольно путаным. Все-таки сны – на то и сны, чтобы их видеть, чувствовать, но уж никак не объяснять. Сложное это дело. Во всяком случае, у меня получилось как-то невнятно. – Во-вторых, я просто почувствовала, что нам сюда зачем-то надо. – Объяснить, зачем именно, я была не в состоянии даже себе, не то что другим. Впрочем, судя по тому, что здесь недавно произошло, вывод напрашивается сам собой. – И вообще здесь Власом воняет.

В свете последнего замечания новая бережиня как-то разом перестала всех интересовать.

– Ты знала об этом и все равно сюда пошла? – начал опять закипать властелин. Да уж, связался со мной на свою голову. Так от его извечного спокойствия скоро одно нервное расстройство останется.

– Я знала, что его уже здесь нет, – попыталась я успокоить Алекса, пока он в очередной раз не разошелся. – Такое впечатление, будто он пользуется телепортами наподобие того, через который из Ардрады слиняли псевдохранительница Рогенда и этот недоделанный властелин Лео. Объяснить иначе тот факт, что я понятия не имею, в какую сторону он отсюда направился, не могу.

– А ты не подумала, что здесь нас могли поджидать очередные наемники? Или еще какая пакость? – Успокаиваться он определенно не хотел. Нет, я точно на него дурно влияю.

Честно? Нет. Все-таки этот загадочный Влас, если судить по тому, что я о нем уже знаю, не настолько банален, чтобы прибегать в четвертый раз к одной и той же уловке. Тем более что три предыдущие попытки с треском провалились. Но эти размышления я предпочла оставить при себе. Не стоит при Алексе делать комплименты умственным способностям, пускай и довольно узконаправленным (преимущественно на крупные пакости), его злейшего врага.

– Слушай, – с выражением неподдельного участия на лице влез ангел, – зачем долго ждать? Давай я сам ее хорошенько тресну! Сразу поумнеет, гарантирую! И даже чувство самосохранения появится.

Вот гад! Нет поблизости приличных врагов, так он уже об меня руки почесать размечтался.

Алекс раздраженно махнул рукой:

– Лучше бы ты сказал, что нам с этим талмудом судьбоносным делать, потому как делить свою хранительницу с этой кучкой макулатуры я не намерен. Самому мало!

Я фыркнула. Как всегда, моя судьба решается без моего непосредственного участия. Обидно.

Надо срочно исправлять такую вопиющую несправедливость.

– Все просто, – заявила я, вставая и направляясь к книге. – Кого она признает, тот и есть новая бережиня.

– Та, – поправил меня Габриэль. – Бережиней может стать только женщина.

Тем лучше, круг поиска сужается.

Подойдя к книге, я некоторое время просто стояла и разглядывала ее. Красивая. И кожа на обложке такая мягкая, словно не многовекового фолианта касаешься, а человека за руку берешь. При этой мысли меня прошибла нервная дрожь. И цвета моего любимого опять же, красного. Нет, скорее бордового, но все равно красиво. Да еще как подумаешь, что там внутри судьбы тысяч людей, вообще голова кругом идет.

Все, пора завязывать с этим созерцанием, а то я так точно до чего-нибудь додумаюсь. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение, и осторожно открыла книгу. Сердце тревожно замерло в предвкушении.

Капризничать она не стала и позволила заглянуть под обложку. Вот какая, не то что некоторые! Я скрипнула зубами, с досадой вспомнив руководство по магии крови, невесть зачем прихваченное из Боллаты, так без дела и валяющееся в сумке. Не забыть бы спросить властелина.



Этим прикосновение к великому и ограничилось. Я задумчиво пошелестела девственно-чистыми страницами, правда, сильно пожелтевшими от времени. Старательно, просто до боли в глазах, вглядывалась в пустоту, но так ничего и не увидела. Что и требовалось доказать.

– Это не я! – радостно провозгласила я, возвращаясь на свое место.

Рядом вздохнул с облегчением Алекс.

Вот только у книги (или у судьбы, а может, у обеих сразу) имелось собственное мнение по данному вопросу. Не успела я усесться, как она, шелестя страницами и помахивая обложкой, слетела со своего места и, заложив крутой вираж, опустилась прямо в центр нашего полукруга.

Мамочки! Я нервно пискнула и поспешно заползла за Алекса. А потом вообще вцепилась в него едва ли не крепче, чем он в меня недавно. Просто так, на всякой случай. Мало ли.

Но новых действий летучая книга не предпринимала, продолжая просто лежать на полу. Мы все невольно принялись напряженно всматриваться в нее. Даже я, осмелев, осторожно высунулась из-за плеча властелина. Ничего не изменилось. Пустые страницы. Может, она только в особых случаях что-нибудь показывает?

– Линка! – окликнул Габриэль нашу мелочь.

– А я вообще читать не умею! – беззаботно заявила малявка.

Действительно, нашел кого бережиней объявить! С таким же успехом мог бы и сам ею заделаться. Или вон Лапусу предложил бы.

– Давайте поскорее уйдем отсюда, – тихо проговорила Люба. – Мне здесь как-то не по себе.

Женщина первой поднялась и направилась к выходу. Мы ее горячо поддержали. В конце концов бережиня, ее книга и вся прочая судьбоносная дребедень – это вообще не наши проблемы. Я уже раз десять пожалела, что поддалась на уговоры интуиции и сунулась сюда. Вечно из-за моей безголовости друзьям страдать приходится.

Ага, уйдешь тут, как же! Книга снова зашелестела, взлетела, нагнала Любу уже на пороге и, захлопнувшись, отвесила ей ладный подзатыльник. Ух ты, не хуже чем у Габриэля получилось!

Женщина слабо ойкнула и уходить раздумала.

Мы дружно замерли, ошарашенно взирая то на Любу, то на лежащую у ее ног книгу. Не уверена, что хочу знать, что все это значит.

И отчего это вид у нее такой виноватый?

– Извините, – прошептала женщина, еле сдерживая слезы.

– И далеко ты собралась? – усмехнулся ангел. Весело ему, видите ли. Посмотрела бы, как бы он заговорил, кабы его не пойми кем сделали!

– П-просто… я не хочу… здесь… – Люба, уже не таясь, захлюпала носом.

– Да я про то, что ты собственность свою забыла, – пояснил ангел, поднимая книгу и вкладывая ее в руки перепуганной женщине. И, довольно бесцеремонно вытолкнув ее за дверь, припечатал: – Бережиня. Нашли кому доверить. Всегда знал, с бабы никогда проку не будет.

Но книга явно считала иначе: следующий подзатыльник получил уже ангел. И самое интересное – мгновенно заткнулся. Наконец-то и на него управа нашлась! Всегда бы так.

– Откуда ты вообще про этих бережинь знаешь? – спросил Алекс, запрыгивая в седло. Судя по всему, ни в библиотеке Академии, ни в его личной о бережинях не было ни слова, иначе не блестели бы сейчас так азартно глаза травника. Едва властелин понял, что на его хранительницу никто не претендует, в нем заговорил бывший маг.

– Чему ты удивляешься? В ангелах ведь тоже есть толика крови богов.

Какие, однако, щедрые эти боги! Интересно, им самим хоть что-нибудь осталось?

– Но в Любе-то ее нет, – резонно заметил Дармир. В отличие от властелина он вполне адекватно отнесся к новому статусу жены. Во всяком случае, не стенал, руки не заламывал, волосы на себе не рвал, на окружающих не кидался и вообще старательно делал вид, что так и было задумано. Сдать бы к нему Алекса на перевоспитание. А то, чувствую, еще немного, и он меня к себе цепями прикует, сказав, что так оно и было.

– Теперь есть, – как ни в чем не бывало заявил ангел. – Можете считать, что провидение выкинуло хитрый финт.

– А что ты там видишь? – Пожирающее меня любопытство наконец вылезло наружу.

Люба ничего не ответила, но на ее лице крупными рунами было написано, что она бы предпочла больше никогда не видеть эту книгу. Сунув злополучный фолиант за пазуху, женщина отвернулась. Надеюсь, она не считает меня виноватой в том, что стала бережиней?

– Просто я подумала, – обиженно проворчала я, – раз уж ты стала владелицей судьбоносной книги, почему бы нам это не использовать?

Впереди уже замаячил Великий путь. Наконец-то! Мы и так слишком много времени потеряли по моей глупости. Я не удержалась и обернулась: ни избушки, ни тропинки за нашими спинами уже не было. Даже следы лошадиных копыт, и те пропали. М-да, какие только тайны и загадки не встретишь на свете…

– Как использовать? – подала голос Люба. Все же, несмотря на шок от столь резких изменений в жизни, она не могла не понять, что в моих словах есть определенная доля здравого смысла. Да и домой ей хотелось не меньше моего.

– Ты бы могла написать в Книге Судеб, что мы победили Власа…

– Закатай губу обратно, – посоветовал вредный Габриэль. – Бережиня не пишет Книгу Судеб, она ее читает. А кто в ней пишет, даже богам неведомо.

Ну вот и помечтать уже нельзя!

– Тогда скажи…

– И уж тем более она не гадалка, – довольно грубо одернул меня ангел. – Ксюша, уймись уже наконец. Не до тебя сейчас.

Я обиженно засопела, но отстала. Вот так всегда: я тут для них стараюсь, а они… Можно подумать, мне больше всех надо!


Как я и ожидала, ни до каких эльфов мы к вечеру не добрались. И вовсе не потому, что не успевали. Просто одна крылатая личность ни в какую не возжелала тащиться на ночь глядя «в этот эльфятник». Мол, до утра ушастые никуда не денутся, а значит, можно отложить посещение эльфячьего царства как минимум на несколько часов. Ангел свернул в небольшую деревушку всего в каком-то часе езды от Светлого леса, и нам волей-неволей пришлось следовать за ним. Не бросать же этого болезного одного. А то он, чувствую, таких дел натворит, что форменное безобразие, учиненное мной у храма, покажется невинной шалостью.

Выторгованная отсрочка на Габриэля плодотворного действия не оказала. С каждым шагом он все больше мрачнел и к тому времени, когда мы въехали в деревушку, напоминал коршуна, готового в любой момент броситься на добычу. Прямая напряженная спина, цепкий взгляд, сжатые в тонкую нитку губы. Скулы заострились, из-за чего и без того худое лицо вытянулось еще сильнее. Образ довершали крылья, которые ангел специально расправил во всю ширь.

Красиво, конечно, но жутко неудобно. И дело даже не в том, что они задевали редких прохожих. Те, наткнувшись на разъяренный взгляд ангела, предпочитали считать, что прямо-таки с пеленок мечтали быть пришибленными здоровенным черным крылом, и никаких претензий не предъявляли. Правильно, а то ведь одним крылом этот тип может и не ограничиться. Зато, помимо селян, Габриэль цеплял своими пернатыми частями тела деревья, заборы, а в один особо удачный момент чуть не улетел прямо в колодец.

Но окончательно меня добил Алекс. Он даже не пытался призвать ангела хоть к какому-то подобию порядка. Напротив, властелин усиленно делал вид, будто ничего особенного не происходит. А то, что крыша одного крылатого субъекта нуждается в основательной реставрации, – это так, мелочи жизни.

Деревушка при ближайшем рассмотрении оказалась небольшим городком, гордо именующимся Эльзаром. Даже сюда ушастые «эль» всунули. И о своей лучезарности не забыли. А в остальном все как положено. И городские стены имелись, и ворота (правда, эта конструкция скорее походила на невысокий кованый забор с большой калиткой, а судя по темным веткам, основательно оплетающим изящную изгородь, летом это великолепие еще и зеленеет), и даже стража при них.

Городок мне понравился. Аккуратные маленькие домики с почти игрушечными заборчиками (даже я при желании переступить смогу), возле каждого скромный, но даже зимой ухоженный сад. Несколько озер, покрытых тонким до прозрачности льдом, который, казалось, треснет от малейшего прикосновения. Дорожки тщательно очищены от снега. Такое чувство, что ни одна снежинка не валяется в неположенном месте. Впрочем, так, наверное, и есть, не зря Габриэль назвал эльфов неплохими стихийниками.

Эльзар напоминал филиал Светлого леса. Большинство пришибленных Габриэлем личностей имели длинноватые и чуть заостренные кверху ушки, что само по себе не прибавляло крылатому хорошего настроения. А если еще вспомнить, что завтра утром, хочет он того или нет, мы таки доберемся до эльфийского царства, то… инстинкт самосохранения настоятельно советует мне держаться от ангела подальше. А еще лучше – его самого где-нибудь запереть, дабы это недоразумение темнокрылое ничего не учудило.

Не забыть бы выяснить, чем бедные эльфы ему так насолили.

Как я поняла, живут в Эльзаре в основном смешанные семьи, где один из супругов эльф, а второй… в общем, кто угодно. В Светлом лесу не приветствовали межрасовые браки, все-таки заносчивость эльфов, которые считали себя едва ли не высокороднее самих богов (повезло еще ушастым, что высказать подобное мнение небожителям лично им пока ни разу не представилось случая), брала свое. Вот и приходилось наименее высокомерным искать себе место за пределами эльфийского государства.

В свете всего этого у меня просто не мог не возникнуть вопрос: если эльфы к своим сородичам, не укладывающимся в рамки традиций, так относятся, то что ждет в Светлом лесу нас? Тем более с мраморным Фабиэлем, уменьшенным до размеров игрушки, в сумке. М-да, ситуация…

Постоялый двор мы нашли быстро, по характерному шуму и светящимся в столь поздний час окнам. Внутри было немногоэльфно и уж тем более немноголюдно. Всего-то один стол был занят в располагающейся на первом этаже харчевне. За ним что-то бурно праздновали пятеро эльфов (или полуэльфов, леший разберет этих ушастых) холеной наружности, периодически поднимая высокие серебряные кружки. Рядом ушастые демонстративно разложили свои мечи. Изящные – не будь здесь их хозяев, я бы посчитала, что они женские и носятся просто так, для украшения. На одной лишь рукояти драгоценных камней едва ли не больше, чем во всем наряде какой-нибудь мамзели, собравшейся на великосветское мероприятие. А острие настолько расписано рунами, что по нему впору грамоте учиться. Ну кому еще, кроме представителей расы дивных эльфов, взбредет в голову так украшать оружие?

Нам выделили целых две комнаты на втором этаже, просторных и чистых, но без излишеств. Сам хозяин, мужчина неопределенного возраста с довольно приятной внешностью, проводил постояльцев наверх и долго расхваливал пристанище, предлагаемое на ближайшую ночь. Можно подумать, мы навечно здесь собрались поселиться.

Кстати, это был обыкновенный человеческий мужчина, без всяких эльфийских или каких-нибудь еще примесей. По крайней мере на вид. Еще бы, ведь эльфы считали ниже своего достоинства заниматься торговлей или ремеслом. Если, конечно, это ремесло не касается их оружия или еще чего-нибудь настолько же уникального, вызывающего бурю восхищения.

Об оплате хозяин заикаться не спешил, что наводило на нехорошие подозрения, учитывая предыдущий опыт. Вот сейчас как заломит цену…

– Сколько с нас? – не выдержал Алекс. Подозреваю, его посетили примерно те же мысли.

– Понимаете… тут такое дело… – замялся тот, не зная, с чего начать.

– Какое еще дело? – переспросил Габриэль, раздраженно помахивая крыльями.

– Да вы говорите, не стесняйтесь, – улыбкой подбодрила владельца постоялого двора Люба, выступая вперед и загораживая собой ангела. Правильно, нечего человека зазря пугать.

– Не надо мне от вас денег, – подумав, выдал тот. И в ответ на недоуменные взгляды пояснил: – Мне нужна услуга.

– Прибить околачивающихся внизу ушастых? – радостно осклабился Габриэль, высунувшись поверх Любиной макушки. – Не вопрос!

Я тихо фыркнула. Вот ведь неуемный!

– Нет, бить никого не надо, – испуганно замахал руками мужчина. Бедняга. Между прочим, его беспокойство вполне понятно: к специфическому чувству юмора этого ангела еще привыкнуть надо. Я вон и по сей день не всегда понимаю, шутит он или говорит всерьез. – Дело в том, что в моей конюшне завелся мелкий бес. Уже трех коней попортил. И ладно бы моих, так нет – этот шельмец нарочно выбирает лошадей постояльцев! Сами понимаете, убытки. Да и репутация заведения страдает. Чем я только не пробовал его извести…

– Наша ведьма временно не колдует, – непререкаемо заявил властелин, по-хозяйски приобнимая меня за плечи, дабы у меня не возникло соблазна согласиться.

Вот еще! Нет, мне, разумеется, любопытно. Но сейчас я устала, замерзла, и вообще мне лень. К тому же я все равно не знаю, как справиться с мелким пакостником. Посему лучше не позориться.

Мужчина окинул меня чуть удивленным взором, и стало очевидно, что он вообще не признал во мне магичку. Подумаешь, ничем не примечательная девчонка с котом на руках. Да таких по Великому пути небось по сто штук в день шляется! Так что же, каждую за мага принимать? Смешно.

– А пусть ваш бес с моим разберется, – расхрабрившись, предложил хозяин. – Тогда я с вас денег не возьму.

Опять двадцать пять! Неужто по Габриэлю не видно, что он ангел? Я невольно поморщилась. Чувствую, крылатый сейчас с кем-то разберется! Причем так разберется, что ночевать мы будем под очередной елкой. Ну что за жизнь!

Вопреки ожиданиям Габриэль никого не убил. Даже не попытался. Кажется, я переоценила его кровожадность. Вместо этого крылатый снял с плеча ханатту, традиционное оружие ангелов, и стал спускаться вниз по лестнице.

Ух ты, похоже, согласился! Вот бы посмотреть на изгнание мелкого шкодника посредством ханатты хоть одним глазком… Но окончательно размечтаться помешал властелин, захлопнувший дверь прямо перед моим носом. Спровадив хозяина, Алекс завалился на кровать и раскатисто засмеялся.

Немного обустроившись и смыв с себя усталость, мы, не дожидаясь Габриэля, отправились ужинать. Признаться, я так разомлела в тепле, что готова была сейчас же завалиться спать, посадив свой растущий организм на диету до завтрашнего утра. Но Алексу эта идея почему-то не понравилась. Самым наглым образом он поломал все мои сонные планы, чуть ли не за шкирку стащив меня вниз.

Впрочем, я не слишком сопротивлялась. Дневное приключение лишило нас обеда, завтрак был уже очень давно, а из кухни прилетали такие запахи, что впору слюной захлебнуться. Как же все-таки хорошо, когда есть кто-то, кто знает, что тебе действительно нужно!

Вдоволь насладившись вкуснющими ароматами, я поняла, что сейчас просто язык проглочу, если немедленно не переключусь на что-нибудь другое. Все же умение ждать никогда не числилось в списке моих достоинств. Ну что так долго-то? Садюги!

Спутники тоже как-то притихли. Развалившийся на стуле Дармир то и дело бросал жадные взгляды в сторону кухни, Люба задумчиво постукивала кончиками пальцев по обложке книги, с которой теперь не расставалась ни на мгновение, а Линка ухитрилась задремать, так и не дождавшись еды.

Один Алекс оставался сосредоточенным. Взгромоздив на столешницу локоть, он подпер кулаком подбородок и пристально рассматривал меня. Благо наблюдательный пункт он выбрал вполне удобный, как раз напротив.

Я почувствовала, как на щеки медленно наползает румянец. Под таким взглядом и расплавиться недолго. Никогда бы не подумала, что в холодных, серых глазах может быть столько тепла.

– Потрясающе, – наконец выдал он.

– Что именно?

– Очевидно, мне досталась единственная в Белтании ведьма, которая умеет краснеть.

Я скептически хмыкнула. Тоже мне положительная черта.

– Если нам сейчас же не принесут ужин, ты рискуешь ее лишиться, – проворчала я. Чтобы было понятно – я не шучу и действительно собираюсь вот-вот умереть с голоду.

Но устроить показательную голодную смерть было не суждено. Из кухни вынырнула эльфийка с тяжеленным, доверху уставленным разнообразной едой, подносом в холеных руках. Я окинула ее немного завистливым взглядом и заметно заскучала. Везет же некоторым! Высокая (я в лучшем случае достану макушкой ей до подбородка), фигуристая, светловолосая красавица с томным взором – просто ожившая мечта любого мужчины.

«И, судя по всему, жена хозяина постоялого двора», – очень кстати подумалось мне, прежде чем потревоженный аппетит успел окончательно удрать. Вот и хорошо, потому что моему развивающемуся организму такие стрессы противопоказаны. А стоило в пределах видимости появиться тарелке, наполненной кусочками хорошо прожаренного мяса и неизвестного зеленого овоща, отдаленно напоминающего огурец, как сознание категорически отказалось реагировать на внешние раздражители. Хоть бы и сам Влас сейчас стоял передо мной, я бы предложила ему дождаться конца трапезы. Что там какая-то тетка ушастая!

– Почему ты так остро чувствуешь его? – невесть с чего вдруг спросил Алекс. Он так и не изменил своей задумчивой позы, полностью игнорируя принесенный ужин.

Вспомнила на свою голову! Уже и подумать спокойно нельзя. Так ведь и подавиться недолго.

– Фафо? – прошамкала я, упорно не желая отдавать ужин врагу. В буквальном смысле.

Я, разумеется, прекрасно поняла, о ком речь, но есть мне хотелось все-таки больше, нежели обсуждать насущные проблемы. Тем более что ответа на этот вопрос я все равно не знаю.

– Просто у девочки слишком чистая душа, вот она и противится злу, которым пропитана его сущность, – предположила Люба.

Ну-ну. Если так, то почему тогда этой душе именно Влас поперек горла встал? Что, другого зла поблизости не нашлось? Маловероятно.

Алекса тоже подобное объяснение не устроило. Он хмыкнул, выражая свое отношение к сказанному Любой, но продолжать разговор не стал и пододвинул к себе тарелку.

Видно, коварная судьбина всерьез решила оставить меня без ужина. Не успела я как следует прожевать кусок чего-то зеленого и хрустящего, как входная дверь широко распахнулась, впуская в зал студеный зимний ветер, а заодно и вернувшегося ангела. Габриэль быстро пересек небольшое помещение и опустился на единственный свободный стул за нашим столом. Плотоядно покосившись на выставленные яства, придвинул к себе не оприходованную никем тарелку.

Вид у ангела был взъерошенный. Сразу видно – не зря ханатту с собой таскал. А я, как обычно, пропустила все самое интересное… Как ни старалась, но представить, как он с ханаттой в руках гоняется за бесом по всей конюшне, почему-то не смогла. Оказывается, у меня на редкость скупая фантазия.

Тем временем из-за кухонной двери снова вынырнула эльфийка. На сей раз ее поднос был уставлен кружками, и явно не с парным молоком. Молодое эльфийское вино являлось своего рода благодарностью за оказанную услугу. «Однако на серебряные кружки, как у тех эльфов, хозяева не расщедрились», – невольно отметила про себя я. Да, Ксюша, разбаловалась ты за свою недолгую бытность хранительницей. А ведь скажи кто еще хоть полгода назад, что я буду вот так запросто сидеть на постоялом дворе за тридевять земель от своей лесной избушки, да еще в компании таких личностей, о существовании которых ранее даже не догадывалась, и воротить нос от эльфийского вина, потому что мне его, видите ли, не в ту кружку налили… Точно приложила бы такого горе-предсказателя чем-нибудь потяжелее в целях вправления мозгов.

Составив кружки на стол, эльфийка подмигнула Габриэлю и уплыла прочь. Я попыталась спрятать смешок в кулаке. И как бедный ангел все это терпит? И главное, что эти дамочки в нем находят? Я, к примеру, долгое время на него вообще смотреть не могла без содрогания. Не то что глазки строить.

Вино оказалось довольно приятным, чуть кисловатым на вкус. А вот аппетит пал в неравной схватке с проснувшимся любопытством.

– Как там бес, изгнался? – спросила я, уже не веря, что вредный ангел сжалится и поведает о своих подвигах. Видит же, паршивец, как мучаюсь!

– Угум, – сообщил Габриэль, не прекращая жевать.

Совсем совесть потерял.

– Габриэль! – затормошила я его за крыло. – Хватит жрать! Мне же интересно!

Ангел страдальчески вздохнул, но жевательный процесс временно прервал.

– У тебя слишком буйная фантазия, – наконец заявил он. – Небось уже успела вообразить себе поединок не на жизнь, а на смерть?

– Ну как-то так, – осторожно подтвердила я.

– Так вот, ничего такого не было.

– А как же бес? – забеспокоилась я. Не хватало еще, чтобы нас посреди ночи вон выгнали.

– Его там уже нет.

– Еще скажи, что он удалился абсолютно добровольно, не забыв поблагодарить за оказанное гостеприимство, – вставил шпильку Дармир.

– Так и было, – как ни в чем не бывало подтвердил ангел. И, сполна насладившись выражением наших вытянувшихся лиц, продолжил: – Но только после того, как я показал ему лаз в винный погреб.

Кто бы просветил: все ангелы такие же зловредные или нам уникальный экземпляр достался?

– А по твоему виду не скажешь, что мирные переговоры вел, – обиженно протянула я.

Чернокрылый пожал плечами.

– Подумаешь, немного размялся. – Остается надеяться, что результаты этой разминки хозяева заметят не раньше, чем мы уедем. – Еще чего не хватало – чтобы я эльфам помогал!

Ага, сделал ближнему гадость себе на радость. Но что-то этой радости ни в одном глазу не видно.

– Кажется, я ослышался, – к нам от своего стола повернулся симпатичный эльф, – или здесь действительно кто-то имеет что-то против дивного народа?

Я чуть не взвыла в голос. Ну что за день такой! Сперва бережиня, потом ангел со своими причудами, теперь эльфы на голову свалились. Причем, судя по задранным носам и опасно поблескивающим глазам, настроены они явно не мило поболтать. Похоже, боги нас сегодня особенно любят. Знать бы еще – за что.

– Ну я имею, – с ленцой протянул ангел, не удостоив эльфа даже беглым взглядом. Хотя это еще ничего не значит. Иногда крылатый умудряется проявить такие чудеса наблюдательности, что я задаюсь вопросом, нет ли у него на затылке еще одной пары глаз. – Что дальше?

Эльф настолько опешил от наглости Габриэля, что не сразу нашелся с ответом. Это дало мне несколько спокойных мгновений, дабы разглядеть заносчивого представителя дивного народа.

Ничего примечательного, эльф как эльф. Может быть, полукровка, если учесть, где мы находимся. Пожалуй, последнее вероятнее всего. Изящный, я бы даже сказала хрупкий, особенно по сравнению с высоким и отнюдь не мелким ангелом. Зеленоглазый. Одет вычурно, опять же в зеленое. Ушки остренькие торчат. Тут я всерьез задалась вопросом, почему дивные не носят серег. По-моему, с их более чем приметными ушами было бы очень уместно. Или уши у них – предмет особого поклонения, как крылья у ангелов? Ой, что-то я отвлеклась…

– Ты, презренный рэй’тхи [1], смеешь оскорблять лучезарного? – брезгливо поинтересовался эльф и, изящным движением подхватив меч, направился к нашему столу.

Сотрапезники мгновенно поддержали своего надменного товарища. И кто придумал все эти байки про неземное обаяние ушастых? Лично я в выстроившейся перед нашим столом троице никакого очарования не наблюдала. Одна сплошная гордыня, крупными рунами написанная на трех задранных носах. Еще бы Фабиэля рядом поставить – и будет просто картина маслом.

Габриэль широко зевнул, но все же изволил повернуться к пристроившимся за его спиной эльфам. Вид у ангела был такой, будто он на полном серьезе ожидал, что те незамедлительно падут перед ним ниц и станут исступленно лобзать его сапоги. Эльфам до такого еще расти и расти.

– Ты, деточка, этим прутиком тут не размахивай, – наставительно протянул ангел, видя, что враждебно настроенные ушастые проявлять должного почтения к его крылатой персоне не собираются. – Так ведь и пораниться недолго.

У эльфов разве что пар из ушей не пошел.

– Сейчас я тебя так пораню, – зашипел самый заносчивый из них, замахиваясь изящным мечом, – вылетишь отсюда не хуже, чем из своего Воздушного града!

Я взвизгнула и в мгновение ока оказалась на столе. Под ногой что-то противно чавкнуло, потом хряпнуло, но никакие внешние раздражители не могли помешать инстинкту самосохранения спасать вверенную ему меня. На кончиках пальцев обеих рук уже светились фаерболы.

– Не надо ему помогать, – попросил Алекс, стаскивая меня со стола и усаживая к себе на колени. – Сам справится.

Помогать? И не думала. Разве что засветить обоим – и ангелу, и эльфу – в лоб чем-нибудь примиряющим, чтобы сидели тихо и нормальным людям настроение не портили. А то всегда из-за одного-двух дураков приличным гражданам покой лишь снится.

Помощь Габриэлю действительно не требовалась. Наглый эльф напоролся на то, за что, собственно, боролся. Как говорится, болтал языком до тех пор, пока не пришлось отмахиваться руками.

Ангел проворно уклонился от первого удара и выхватил ханатту. Но воспользоваться ею ему почти не пришлось. Нет, эльфы, несмотря на кажущуюся хрупкость, слабаками вовсе не были. Это заметно хотя бы по отточенным до автоматизма движениям. Но их противником стал ангел, а одного этого, как я уже не раз успела убедиться, вполне достаточно, чтобы по возможности не лезть на рожон. К тому же у этого конкретного ангела (по причине, пока мне неизвестной) на дивных большой зуб. Габриэль стремился не только как следует наподдать ненавистным ушастым, но как можно ощутимее унизить их. Что ему прекрасно удалось.

Один взмах ханаттой – и эльфийский меч, жалобно тренькнув, переломился пополам. Его хозяин недоверчиво уставился на жалкий обрубок в своей руке. Ух ты! И после этого мне кто-то будет говорить, что эльфийское оружие одно из самых лучших?

Линка, последовав моему недавнему примеру, запрыгнула на стол и издала победный клич, призванный воодушевить крылатого на дальнейшие подвиги.

Не знаю, оценил ли Габриэль столь бурную поддержку, но два других эльфийских меча постигла та же участь. После чего наш темнокрылый герой сграбастал всех троих ушастых за шкирку и просто выкинул за дверь.

– Сегодня здесь я гуляю, – бросил им вдогонку низверженный, после чего вернулся на место и залпом осушил свою кружку.

– Ух ты! – Малявка спрыгнула со стола и попыталась повиснуть у него на шее. Не дотянулась. – Я тоже так хочу! Научишь? Научишь?

– Перетопчешься, – буркнул себе под нос Габриэль, жестом подзывая вынырнувшую из кухни молоденькую служанку.

Глава 2

Утром я была счастливо лишена головной боли вкупе со всеми прочими симптомами похмелья сугубо потому, что один властелин не растерял еще навыков травника. За это мы все (исключая Линку, которая единственная по причине малолетства не принимала участия в возлияниях накануне вечером) были готовы расцеловать его. Правда, до дела дошло лишь в моем случае, да и то я промазала (все же гудящая голова не идет на пользу координации), после чего к запрету колдовать прибавился еще один – пить.

Чувствую, такими темпами скоро и дышать можно будет только с разрешения. И самое противное, что меня это ни капельки не раздражает.

На процедуре вливания в бедных нас антипохмельного зелья сострадание властелина, собственно, и закончилось. На него посмотреть – решишь, что вчера травник вообще где-то в другом месте был, уж слишком бодро он выглядел. И вскочил, как обычно, в жуткую рань, даже светать еще не собиралось.

От завтрака мы отказались дружным мычанием на четыре голоса. Все-таки зелье было не заговоренное, следовательно, действовало намного медленнее, чем могло бы. Но ждать, пока мы все оклемаемся, никто (в злобном лице одного властелина) не собирался.

– А нечего было пить, если не умеешь, – непререкаемо заявил он, что в равной мере относилось к каждому. После чего распихал постанывающих на все лады нас по седлам, и мы двинулись в путь.

Оказавшись на холоде, я довольно быстро стала приходить в норму. Осторожно пошевелив всеми частями тела по очереди, поняла, что ничего нужного вроде бы отваливаться не собирается. Значит, жизнь потихоньку налаживается. Правда, водички ужасно хочется, но об этом, так и быть, промолчу.

Чтобы я еще раз связалась с этим крылатым недоразумением? Нет уж, зареклась! Гуманнее будет добровольно Власу сдаться. Тот хоть сразу убьет, а тут мучайся еще.

Кстати, о крылатых… Габриэль заметно присмирел, и вряд ли причиной тому послужила головная боль. Хотя и это, конечно, тоже. Но совершенно очевидно, насколько я успела его изучить, – выпендриваться он больше не собирается. И сейчас с мрачной обреченностью просто движется вперед.

О том, что нас ждет в Светлом лесу, я и сама не могла думать без нервной дрожи. Все-таки не на пикник собрались. А ну как эти эльфы заодно с Власом, что тогда? Нагнетать обстановку раньше времени не хотелось, и я предпочитала благоразумно молчать.

Совсем скоро мы должны были подъехать к Светлому лесу. Здесь я просто не могу не пояснить, что на самом деле, то есть официально, эльфийское государство имеет вполне эльфийское название – Альтэл’лявия. Естественно, запомнить, а тем более выговорить его никто не мог. Вот и называли кто Светлым лесом (это название, кстати, в ходу и у самих ушастых), кто Старым лесом, а кто попросту Рощей.

– Ты как? – повернулась я к Габриэлю. Не то чтобы он выглядел совсем уж умирающим – наоборот. Стараясь не показывать виду, что что-то не так, нацепил на лицо маску холодного безразличия. Именно она-то его и выдавала.

Впрочем, если уж быть совсем откровенной, не только она. Была еще наша с Алексом связь. Помнится, властелин как-то сказал, что всегда чувствует каждого, кому хотя бы однажды отдал частицу своего существа. В последнее время благодаря крепнущим с каждым днем внутренним ниточкам я начинала чувствовать то же самое. Конечно, не столь остро, как это, наверное, ощущает Алекс и пока еще незначительный круг личностей, но все же.

В общем, я точно знала, что Габриэлю сейчас несладко. А он хоть и гадость крылатая, но своя ведь, родная. Жалко его.

Ангел наградил меня долгим взглядом и очень тихо, чтобы услышала только я, ответил:

– Переживу.

Жизнеутверждающе, ничего не скажешь. И вид, главное, такой, будто его на плаху ведут.

– Тебе незачем туда идти. – Я попыталась бросить ему спасительную соломинку. – Мы вполне справимся и без тебя. Подождал бы нас на постоялом дворе. Или пусть Алекс озадачит тебя каким-нибудь поручением, все равно ведь дел у нас еще – лопатой не разгребешь. А так и душевное равновесие сохранил бы, и пользу принес опять же.

– Ну спасибо, хранительница, – резко перебил ангел и негодующе уставился на меня. – За оказанное, так сказать, доверие. Удружила!

С досады я больно прикусила язык. Вот ведь чудо с крылышками! Вместо того чтобы (как поступил бы любой здравомыслящий людь или нелюдь) увильнуть от явно напрягающего визита, он, напротив, рвется туда сломя крылья. Еще и на попытки помочь топорщится.

И когда наконец во мне мудрость, по статусу полагающаяся хранительнице, прорежется? Без нее как без рук. Остается лишь тихо восхищаться Алексом, который едет себе молча и к подданным (или подопечным?) с всякими глупостями не цепляется. И как ему удается безошибочно распознавать, когда действительно нужна помощь, а когда лучше промолчать? И самое главное: когда я сама этому научусь? Как бы поздно не было.

– Чем они тебе так насолили? – попыталась я сменить тему. Впрочем, тут же поняла, насколько неудачно. Но слово, как известно, не фаербол – обратно не впитаешь. А хотелось бы.

– Судя по тому, как трепетно он их любит, – влез ехавший передо мной Дармир, – так еще и приправили. И наверняка поджарили.

– Если кое-кто сейчас же не заткнется, – меланхолично протянул ангел, – я его сам зажарю. На медленном огне.

Я тихо подхихикнула. Да уж, этим двоим только в балагане выступать.

– Ксюша, как думаешь, если их продать в бродячий цирк, много дадут? – Примерно те же мысли посетили кошачью голову, и рыжая морда не преминула их тут же высказать.

Настроение быстро улучшалось. Что нам какие-то эльфы? Вот сейчас быстренько выскажем ушастым все претензии, приведем в чувство Фабиэля, выясним у него, где засел Влас, – и в путь. А там, глядишь, и до дома недалеко.

– Молчи уж, половик мохнатый, – беззлобно (интересно, это на него так вино повлияло или выпавшая вчера возможность накостылять по шее эльфам?) отмахнулся Габриэль. И обратился ко мне: – Ты хоть знаешь, что дивные – единственная раса, с которой ангелы не брезгуют поддерживать хоть какое-то подобие отношений?

Я старательно покопалась в своих знаниях, но на том месте, где, по логике, должна присутствовать информация об иных расах, нашла зияющую дыру. Я, безусловно, в курсе, что эльфы – это такие существа с ушками и неземным обаянием, а ангелы – все из себя белоснежные, прекрасные и во всех отношениях положительные. Однако эти знания не выдержали столкновения с реальностью, разбившись сотней осколков об ушастого предателя Фабиэля и черного, не в меру язвительного Габриэля. Вот и верь после этого сказкам да легендам.

– Я и отправился к ним, когда меня выгнали из дома, – правильно расценив мое молчание, поведал Габриэль. – Передвигаться приходилось пешком, потому что крылья после длительного общения со всеми дознавателями были сломаны. Сама понимаешь, скорости это не добавляло. Когда я наконец постучал в ворота Светлого леса, вид у меня был не очень-то презентабельный. Да и к тому времени я уже чернеть начал…

Слегка поднявшееся настроение мигом рухнуло обратно. Да эти ангелы… хуже Власа, вот! Тот хоть белым и пушистым не притворяется. А они! Как казнить – так это они слишком светлые, а как, не разобравшись в ситуации, изгнать человека (тьфу, ангела! Но что он, не человек теперь, что ли?) да крылья ему поломать – это они первые.

Теперь понятно, почему Габриэль не хочет к ним возвращаться.

– А эльфы, оказывается, только того и ждали, – продолжил он. – Тоже мне друзья заклятые! Когда мы с родителями в составе посольства приезжали в Светлый лес, эти лицемеры в ножки кланялись. А как увидели меня у ворот… В общем, я даже в темнице такого унижения не испытывал. Отыгрались они на мне за все свои любезности фальшивые.

Заводить с ушастыми близкое знакомство резко расхотелось. Сколько едем, а ничего хорошего о них еще ни разу не слышала. Не к добру это.

И как ему удается так спокойно рассказывать? Я бы даже сказала – отстраненно. Будто и не о себе.

– В свой эльфятник они меня так и не впустили. Сил куда-то идти уже не было, да и куда идти? Вот я и остался стоять перед воротами живой статуей поверженного ангела. На радость этим подлюкам лопоухим. Не помню, сколько я там простоял… Впрочем, все, что со мной тогда происходило, воспринимается как кошмарный сон. К счастью, на моем пути тогда встретился Алекс. Повезло мне.

– Это ты на моем пути встретился, – поправил Алекс. Оказывается, душевные излияния ангела слушала не я одна. Даже Лапус ради такого случая из сумки выбрался, навострив уши. – Нашел где стать. Прямо посреди дороги.

– Более-менее соображать я начал уже в Боллате, – закончил свой рассказ Габриэль. – К тому времени я был уже совсем черный.

Обернувшись, я глянула на его бледное лицо и поняла, что он сейчас имеет в виду отнюдь не внешность. Внутри противно царапнулось.

– Кстати, он стал первым, кому я действительно помог своим даром, – вдруг сказал Алекс.

– А как же остальные жители долины? – изумилась я. Сегодня просто день откровений какой-то.

– Видишь ли, я не первый властелин Боллаты. Остальным помогли до меня, так что достаточно было всего лишь немного подпитывать их.

Ничего себе! А я-то гадала, как это он так долго продержался без хранительницы.


Я была бы не я, если бы за оставшийся, совсем недлинный путь до Светлого леса не умудрилась создать очередную проблему. Вот уж что у меня лучше всего получается. И совсем не специально, честно!

На этот раз я была не виновата. Просто подпруга у Бэгги ослабла, а я, увлеченная историей Габриэля, не успела вовремя заметить такую малость. Ощутив, что соскальзываю в сугроб, я пронзительно завизжала. Все встрепенулись. Я и сама испугалась невероятно.

Алекс привычно схватился за меч и отрастил клыки. Что ни говори, а инстинкт не пропьешь. Габриэль попытался поймать меня, но от этого стало только хуже. Поймать-то он поймал, но не меня, а мою сумку. Бэгги же, и без того шокированная тем фактом, что ее бестолковая хозяйка вдруг научилась летать, повышенное внимание ангела к своему крупу расценила явно неправильно (а что бедной коняшке оставалось думать? Вид у Габриэля кровожадный, а тут еще и руки тянет к самому дорогому. Доказывай потом, что ты для жаркого непригодна!) и со всей дури дернулась в сторону. Хорошо хоть в противоположную, а то я массаж сегодня не заказывала.

От повторения моего кульбита ангела спасли крылья. Везет же некоторым! А тем, кому не везет (то есть мне), остается лежать в сугробе и молча завидовать. Хотя грех жаловаться – лежится здесь на удивление мягко. Я бы даже сказала – комфортно. Может, ну его, этот Светлый лес?

– Сейчас же слезь с меня! Раздавишь ведь, – яростно зашипел откуда-то снизу Лап. – Алекс, чур ее больше шоколадом не кормить!

Ну вот, даже полежать спокойно не дали. Что за жизнь! И вообще, отчего это всем вдруг стало так весело? Где положенное в таких случаях сочувствие? Мрак просто.

– Не выдумывай, Лапус. Тут даже ухватиться не за что, кроме воротника. – Отсмеявшись, властелин за шкирку вытащил меня из сугроба.

Теперь уже зашипела я и замахнулась на Алекса. Что-то он не в меру разошелся. Ишь какой, ухватиться ему не за что!

– Но-но, – затрясся в новом приступе смеха властелин. – Я же чисто в благородных целях.

– Я тебе покажу «в благородных целях»! – продолжала наступать я. – Хватательный рефлекс у него прорезался! Раньше думать надо было. А теперь поздно: хранительница обмену и возврату не подлежит.

– Сразу видно – идеальная пара, – умилился Дармир и понимающе покосился на жену.

Люба никак не прореагировала. Она вообще после того, как мы посетили бережиню, ходила словно тень, не сюсюкала с Линкой, не пыталась, по обыкновению, кого-нибудь накормить, не звала меня детонькой и даже не попробовала выступить миротворцем вчера на постоялом дворе. Я всерьез начала опасаться за моральное здоровье новоиспеченной бережини.

– Эй, вы! Может, отложите семейные разборки на потом? – не проникся моментом Габриэль. – А то здесь на одного зрителя стало больше.

Выяснение отношений пришлось срочно сворачивать. Ладно, я ему это еще припомню. Если сама не забуду.

Повертевшись на месте, я ничего подозрительного не углядела и уже начала подозревать ангела в саботировании нашей с Алексом очередной семейной ссоры. Правда, шуточной, но все-таки. Но сосредоточенные лица мужчин быстро рассеяли подозрения.

Так даже ангелы не шутят. А у нашего так вообще с чувством юмора проблемы.

Алекс привычно запихал меня за спину и обнажил меч. Я решила не возникать и вести себя тихо. По крайней мере, пока они не разберутся что к чему. Мне же не трудно, если для пользы дела. Да и самой, признаться, интересно, какая еще напасть свалилась на наши бедные головы.

Габриэль бросил вопросительный взгляд на властелина. Так и не дождавшись никакой видимой реакции, набросил поводья на куст и сошел с дороги. Никогда не понимала их манеру общаться. То вообще без слов, то с помощью загадочных выражений. Поди разбери.

Внимательно вглядевшись в сторону, куда утопал ангел, я так ничего из ряда вон выходящего и не заметила. Глубокий снег доходил крылатому почти до колена. Это с его-то ростом! Никаких посторонних следов на белоснежном покрывале не наблюдалось. Еще бы, какой дурак туда полезет! А главное, зачем, если рядом дорога есть.

Габриэль дураком тоже не был. Сделав пару шагов и оценив все неудобство пешего передвижения, он расправил крылья. Красотища! Надо как-нибудь на досуге попросить меня покатать… Ой, о чем это я!

И что ему там не понравилось? Лес как лес, правда, заснеженный, но это как раз нормально – зима на дворе. Покрытые снегом кустарники казались отлитыми из серебра. Вот когда понимаешь, что красоту, подобную той, что создает природа, ни одним эльфам со всей их лучезарностью сотворить не под силу. Высоченные деревья с толстенными стволами напоминали сказочных великанов. И никаких леших между ними не бегало, я бы точно заметила. Так, а это что еще такое?

Из-за одного особо толстого ствола торчали… уши. Нет, правда. Длинные такие, остренькие. Ни за что бы их не заметила, если бы их кончики нервно не подрагивали. От холода, наверное.

Пока я медленно утрачивала дар речи, а все остальные с любопытством наблюдали за происходящим, Габриэль наконец долетел до убежища коварной ушастой личности и, ухватившись за единственную видимую ее часть, вытащил лазутчика на свет.

Это был эльф, кто бы сомневался. Вернее, эльфенок. Подросток лет двенадцати. Тощий, блондинистый, ушастенький. В зеленом, под цвет глаз, дорожном костюме. На поясе висели ножны, украшенные драгоценными камнями, а из них торчала не менее вычурная рукоять не то короткого меча, не то длинного кинжала.

В общем, типичный эльф, ничего занятного. Вот только почему он так трясется? Неужто нашего ангела испугался? Это вряд ли, уши ведь еще раньше дергались, я только потому его и заметила.

Тем временем Габриэль мягко приземлился рядом с нами, но свою добычу так и не отпустил, продолжая держать эльфеныша за уши. «Больно, наверное», – невольно посочувствовала я мальчишке. Все-таки на коварного злодея он никак не походил, уж больно мордашка невинная. Ангел мог бы и не слишком стараться.

– Что это с ним? – подозрительно спросила я и невежливо ткнула в раскрасневшегося и странно дергающегося эльфа пальцем. – Что за нервная дрожь?

– Он смеется, – расшифровал странные конвульсии Габриэль и ехидно добавил: – Над тобой, между прочим.

Я окончательно обиделась и спряталась за Алекса. Уже и с лошади упасть без свидетелей нельзя! И вообще, что здесь смешного-то? Сами бы попробовали.

– А ты хорош ржать! – отчаявшись дождаться, пока эльфеныш успокоится, рявкнул ангел и для пущей убедительности хорошенько его встряхнул. – Развели тут балаган!

Дивному такое обращение с его драгоценными ушами не понравилось, все веселье как ветром сдуло. Он страдальчески пискнул, дернулся и попытался схватиться за пострадавшие, уже изрядно покрасневшие отростки. Впрочем, безрезультатно – ангел и не думал его отпускать. Даже на ноги не поставил, вредина.

– Пусти меня, – пропищал мальчишка. – Немедленно!

На что Габриэль только хмыкнул с ехидцей.

– Кто ты такой и зачем за нами шпионил? – строго спросил властелин. Да уж, под таким двусторонним напором признаешься даже в том, чего и в мыслях не было, лишь бы отстали. Я бы точно призналась.

– Я н-не шпионил…

– Неужели? – сощурился серый глаз.

– Я просто мимо шел, – вполне убедительно соврал эльфеныш. – Я вестовой. Меня хозяин в Эльзар послал за…

Ну да, а еще ты этого хозяина предварительно раздел. Или у эльфов принято так слуг наряжать?

– А дорогами ты принципиально не пользуешься? – усмехнулся Алекс.

– Брехня, – подтвердил мои догадки Габриэль.

– Почему брехня-то сразу? – попытался возмутиться пленник.

Вышло неубедительно. По крайней мере, ни Алекса, ни Габриэля фальшивое возмущение мальчишки не впечатлило, и их взгляды сделались еще более многообещающими. Просто разбойники с большой дороги! Если бы не знала их, сама бы прониклась по самое некуда.

– Потому, ваше высочество, – мило улыбнулся ангел, – что врать нехорошо. Вам разве не говорили? Хотя чего от этих лопоухих еще ждать.

– Но откуда вы… – Эльфеныш попытался задрать голову, дабы заглянуть ангелу в лицо, но захваченные в плен уши не способствовали таким выкрутасам.

– Ты лучше не рыпайся, – предупредил Габриэль. – А то я из твоих ушей сейчас такую композицию сооружу – закачаешься.

Эльфенок устрашился до нужной кондиции и дергаться послушно перестал. Правда, при этом скорчил такую мину, что даже Габриэль вполне искренне улыбнулся.

Да, забавная у него мимика. С таким выражением лица злодейских планов точно не придумывают.

– А правда, как ты узнал? – выглянула я из-за властелина.

Габриэль заметно смутился и попытался ответить вопросом на вопрос:

– Какая разница? Главное, что вот это, – ангел выразительно потряс парнишкой, – их эльфячий принц. Нет, ну вы только поглядите на их подлую ушастую натуру: мы до них еще даже не доехали, а они нам уже нагадить пытаются. Никакой им веры!

– Ты мне зубы не заговаривай, – не дала я увести себя от щекотливой темы. Шагнув вперед, уперла руки в бока – пусть знает, я настроена серьезно. – Ты что, еще и мысли читать умеешь?

– Ксения! – простонал Алекс. – Где твоя логика?

Хотела бы я сама это знать.

– Читать мысли он, конечно, не умеет, – решил все-таки внести ясность властелин. Знает ведь, от меня по-другому не отделаешься. – Но коль уж он способен внушать определенные эмоции, стало быть, и некоторые грани сущности увидеть может.

– Но только самые важные, – поддержал его ангел. – Что ты думаешь обо мне, я не знаю.

– Если так дальше пойдет, скоро узнаешь, – проворчала я, но расспросы временно прекратила.

Объектом всеобщего внимания снова стал эльфийский принц.

– Значит, ты сын Чезариэля, – скорее утвердительно, нежели вопросительно проговорил Алекс. И когда эльф кивнул, скомандовал: – Габриэль, отпусти его.

Эльфеныш шмякнулся наземь. Сперва на четвереньки, но быстро встал, отряхнулся и напустил на себя самый важный вид, на какой был способен. Правда, способностей у него пока явно маловато. Видно, надменность у эльфов – качество все же не врожденное. Или конкретно этого боги обделили.

– Позвольте представиться, – чуть поклонился паренек, – Вэхитэль Ромиус эль’Альтэль, наследный принц Альтэл’лявии.

И как ему живется с таким имечком? Бедный. Надо будет на досуге выяснить, как его домашние называют, потому что правильно произнести эльфийское имя мой язык навряд ли сумеет. В этом я, еще общаясь с Рудиком, убедилась.

– Какая прелесть, – пробурчал себе под нос чернокрылый. Судя по каменной физиономии, он не слишком рад столь высокому знакомству.

– Алексэрт Боллатский, – кивнул властелин и выудил меня из-за спины. – Леди Ксения, моя хранительница.

Дальше Алекс по очереди представил эльфийскому наследнику всех остальных, начиная с мрачного Габриэля и заканчивая сверкающей любопытными глазенками Линкой. Мальчишка слушал вполуха, и как только приличия были соблюдены, радостно выпалил:

– Ух ты! Никогда не видел настоящего властелина!

– А какого видел? – подшутил над детской непосредственностью Алекс.

– Никакого, – беззаботно отозвался мальчишка. – Вот здорово! Мне в лесу все обзавидуются.

– Так как, говоришь, ты здесь оказался? – припомнил Алекс так и оставшийся без ответа вопрос.

– Я… это… – замялся эльфеныш, – ну… в общем…

– Ты сбежал из дома! – радостно завопила Линка. – Уважаю.

Люба шикнула на мелочь, и той пришлось замолкнуть. Однако восхищенный блеск в глазах никуда не делся.

– Это правда? – строго вопросил властелин.

Принц понуро кивнул:

– Знаете, как там скучно?

– Что ж, – вздохнул Алекс (как ни странно, с облегчением), – в таком случае, ваше высочество, мы вынуждены сопроводить вас домой.

– И чем я так провинился перед богами! – горестно вздохнул юный эльф. – Ушами, что ли, не вышел? В третий раз сбежать из дома не могу!

Научить его, что ли… А то у меня какой-никакой опыт имеется.

Планы менялись на глазах. Алекс сбросил плащ и натянул поверх одежды бело-золотую хламиду, в которой обычно встречался с жителями долины в День Согласия. И я поняла, что визит в Светлый лес становится официальным.

– Нельзя было сразу так сделать? – поинтересовалась я, наблюдая за его действиями.

– Нельзя.

– Почему? – Знаю, вопрос, наверное, глупый. Но быть единственной, кто ничегошеньки в происходящем не понимает, тоже не улыбается. Вот и пришлось выбирать из двух зол меньшее.

– Это все равно что на лбу большими рунами написать, что я властелин.

– Ну и подумаешь! Что в этом такого? – удивилась я. – В конце концов ты ничем не хуже любого другого правителя.

– Жаль только, им об этом сообщить забыли.

– Ксюша, ни у одного нормального правителя государство из-под земли не вырастает, – сжалился надо мной Габриэль. – Улавливаешь разницу?

– Теперь, кажется, да, – кивнула я. – Кого-то душит большая жаба?

Покончив с переодеванием, Алекс занялся приведением моего транспортного средства в порядок. А заодно решил, отведя нашу компанию в сторонку, дать последние наставления.

– Ксения… – начал, как всегда, с меня.

– Знаю, знаю! Буду сидеть тихо, как мышь под веником.

– Хорошо. – В мою способность не создавать вокруг себя хаос Алекс вряд ли поверил, но развивать тему не стал. И на том спасибо. – И постарайся держаться поближе ко мне. Ты все же хранительница, пора начинать соответствовать своему положению.

А вот про подобные обязательства раньше надо было предупреждать. Тогда бы я хоть подумать успела, надо оно мне или… Впрочем, что тут думать, все равно от него никуда не денешься.

– Габриэль… – Властелин переключился на ангела. Не одну меня, оказывается, надо воспитывать. – Мы пробудем в Светлом лесу не больше пары дней. Постарайся за это время никого не убить…

– Конечно, – подозрительно легко согласился крылатый. – Буду тише воды ниже травы. В худшем случае съезжу по какой-нибудь ушастой харе…

– …и не покалечить, – обломал ангелу весь кайф Алекс.

Габриэль разочарованно вздохнул, но настаивать не стал.

– Да, и еще… Надеюсь, все понимают, что распространяться о том, что с нами путешествует бережиня, не стоит?

Дармир с Любой, к которым последнее замечание относилось в первую очередь, слаженно закивали.

А дальше начался откровенный грабеж. Причем средь бела дня. Мою лошадку, к которой я успела основательно прикипеть, и не только душой, отдали юному наследнику эльфячьего престола, дабы не задевать его ушастое самолюбие. Мол, хватит уже того, что мы его с почетом эскортируем в родной лес, где венценосные родители всенепременно намылят бесшабашному сыночку уши.

«Хочется верить, что одними ушами они не ограничатся», – мрачно подумала я. А мне что же теперь, пешком идти?

Но все оказалось не так уж плохо. Топать до самого Светлого леса на своих двоих мне никто не предлагал. Алекс усадил меня впереди себя, и мы наконец-то двинулись в путь. Будем надеяться, что оставшаяся его часть пройдет без приключений.

Все мстительные мысли из головы благополучно улетучились. Правда, на смену им тут же пожаловали другие, не менее вредоносные.

– Хорошо тебе, – проворчала я рыжей моське, выглядывающей из моей сумки. – Пара лишних килограммов кота только красит.

– Тебе-то что беспокоиться? – хитро сверкнул желтыми глазюками кошак. – Твой властелин будет тебя любить, даже если ты потолстеешь на все двадцать.

Алекс ни подтверждать, ни опровергать кошачье утверждение не стал. Он хмыкнул мне в макушку, но и этого было вполне достаточно. Пришлось в срочном порядке смущенно прятать покрасневшее лицо под капюшоном.


Эльфийская граница заслуживает отдельного описания.

Сначала мне почудилось, будто лес стал гуще. Деревья становились все выше, раскидистее, а иногда попадались такие высоченные, что казалось, их верхушки упираются прямо в облака, нависшие над землей серыми клочьями. У меня даже в глазах потемнело от такого зрелища, поистине головокружительного.

Увлеченная лицезрением красот окружающей природы, я не сразу заметила, что дорога уткнулась в витые двустворчатые ворота. Собственно, и немудрено, ведь по цвету они буквально сливались с обступившими их деревьями и воспринимались как очередное хитросплетение ветвей. А с обеих сторон от входа в Светлый лес, насколько хватало глаз, почетным караулом росли многовековые дубы, прижимаясь друг к другу и причудливо переплетаясь сучьями. Деревья были поистине исполинских размеров – втроем не обхватишь. Они-то и служили границей.

Впечатляющее зрелище. Вот интересно, мне одной здесь думается, что за этим скрывается некий подвох? Как бы там ни было, но внутри, где-то очень глубоко, прочно поселилось беспокойство. Всего лишь маленький червячок, но и его вполне хватило, чтобы насторожиться.

Ворота были украшены (другой цели их стояния здесь я не вижу) парой эльфов с луками за плечами. Глупо. С подобным оружием им следовало бы на самой верхней ветке сидеть, а не на открытом пространстве выплясывать. Даже такая не обремененная особыми знаниями о ратном деле (за исключением полученных опытным путем) особа, как я, это понимает. Как же подобное объяснить? Дань многовековым традициям? Скорее всего так.

В руках стражники держали стяги со знаком царского дома Альтэл’лявии – дубовым листочком со сверкающим солнцем в середине. И к чему эта сдвинутость на растительности?

– Стихийная магия эльфов служит для поддержания баланса в природе, – пояснил Алекс. – Собственно, в этом их предназначение.

– Кто вы и что вам нужно в Свет… в Альтэл’лявии? – хрустальным ручьем влился в уши вопрос, заданный одним из стражей.

– О! Ваше высочество? – заметил принца другой и изящно поклонился. – Простите, мы не ожидали вас здесь увидеть.

Определиться с ответом высочеству помешал Алекс, выдвинувшись вперед с таким видом, что даже Фабиэлю с его высокомерием впору было бы удавиться от зависти. Жаль, он этого так и не увидел.

Я же окончательно уверилась, что до полноценной хранительницы (вернее, такой, какую заслуживает Алекс) мне еще расти и расти. Эх, надо было поучиться у Рогенды, пока была возможность!

– Я Алексэрт Боллатский, властелин тринадцатой долины, – величественно заговорил мужчина. – Мы с друзьями случайно наткнулись на вашего принца в лесу и сочли своим долгом проводить его домой.

Не будь Алекс властелином, сопровождение принца в отчий лес на этом могло и закончиться. Но стражники были настолько заняты глазением на столь редкого гостя, что напрочь забыли о своей дивности, лучезарности и всех прочих достоинствах, дающих, по мнению ушастых, им право задирать нос перед каждым встречным.

Под прицелом двух пар любопытных зеленых глаз мне стало неуютно. Нечто подобное, наверное, должны ощущать животные в зверинце. Противно, и в ушастую физиономию плюнуть захотелось со страшной силой. Вот только очень сомневаюсь, что такие выкрутасы сильно поспособствуют налаживанию дипломатических отношений. Я изо всех сил вжалась спиной в грудь Алекса и постаралась казаться как можно менее заметной.

Зато теперь я понимаю, почему властелин предпочел путешествовать инкогнито. И полностью поддерживаю эту здравую мысль. Если бы на нас везде так реагировали, сейчас в лучшем случае мы стояли бы у ворот Старинска, первом пункте нашего путешествия.

– Вы собираетесь держать нас здесь до весны? – первым потерял терпение эльфийский принц, как там его… Ну вот, уже благополучно забыла.

– Простите, ваше высочество, – смутились стражники и, дабы не показать этого несвойственного дивным чувства, принялись усиленно кланяться.

Когда все полагающиеся принцу поклоны были отвешены, перед нами наконец открыли ворота. Как оказалось, насчет ветвей я права. Один из эльфов взмахнул рукой и произнес что-то напевное на древнеэльфийском наречии. Ветви ожили. Сначала в воротах обозначились створки, потом стала видна каждая веточка в хитром плетении. Еще через мгновение все это зашевелилось, закопошилось, словно растревоженный клубок змей, и стало расползаться по сторонам. Пока перед нами снова не показался Великий путь.

– Эй, стойте! – окликнула нас стража. – Этот тоже с вами? – Эльфы дружно кивнули на Габриэля.

Жаль я раньше не подумала накинуть на него морок. Как бы теперь чего не вышло…

– Вы что-то имеете против? – Серые глаза опасно сощурились.

На месте ушастых я, даже если бы имела, ни за что бы не призналась. А на своем месте – спрятала руку поглубже в рукав и сотворила фаербол. Надеюсь, все же зря. Не совсем же эти стражи ополоумели, чтобы средь бела дня напасть на нас. Мы же теперь вроде как официальное посольство, а не первые встречные.

– Никогда еще нога рэй’тхи не ступала на благословенные земли Альтэл’лявии, – гордо заявил один из блюстителей покоя эльфийской державы. – Таковы наши традиции.

Я не удержалась и фыркнула. Тоже мне проблема! Он и полететь может.

– В этот раз традициям придется изменить, – твердо сказал властелин.

«Нет, он все-таки молодец!» – мысленно восхитилась я. Так командовать в чужом царстве – для этого особый талант нужен. «Или особый психоз», – услужливо подсказал внутренний голос, который я вежливо попросила заткнуться. И без него тошно.

– Он мой гость, – попытался вмешаться наследник престола. Хм… мальчишка хотя бы догадывается, кого защищает?

Габриэль честно держал данное Алексу слово и не задирался. Даже на явное оскорбление никак не прореагировал. Мне уже любопытно стало, насколько его хватит. И главное, кому за нынешнее спокойствие ангела потом придется получать по шее. Вот это, пожалуй, самый серьезный вопрос.

– Боюсь, ваше высочество еще слишком юны, чтобы принимать подобные решения, – осторожно возразил страж. – Мы не можем пропустить этого… это существо. Во всяком случае, до особого распоряжения его величества.

С такими успехами мы здесь корни почище этих дубов пустим!

Обиженное высочество уже открыло рот, чтобы продолжить пререкания, да так и застыло. Доблестные стражи тоже замерли, явив собой весьма живописную композицию на тему оскорбленного негодования. Так, похоже, я что-то пропустила…

Оглянувшись на предмет спора, с удивлением обнаружила, что за то время, пока мы тут пререкались, он успел куда-то подеваться. Причем весьма надежно. Черная зверюга стоит на месте, злобно пофыркивает и копытом уже приличных размеров лунку в твердом камне проковыряла, а вот хозяина нет как не было. Испарился он, что ли?

Ничего более умного я придумать не успела, потому что почувствовала, как меня подхватывают чьи-то руки… В следующую секунду я взлетела! Все-таки даже от этой вредины крылатой может быть польза. Ведь как знал, что я полетать мечтала!

Провожаемые ошарашенными взглядами, мы устремились к открытому проходу. В прошлый раз ситуация не слишком располагала к наслаждению полетом, зато сейчас я полностью отдалась новым необыкновенным ощущениям, даже глаза прикрыла. Потрясающе! Огромные черные крылья двигались размашисто, но при этом плавно. Впечатление складывалось такое, словно мы скользим по холодному воздуху. К тому же я вдруг поняла, что совершенно не боюсь высоты.

Эх, жалко, сама летать не умею! Левитация – это совсем не то. Во-первых, ей долго обучаться, а с моими сомнительными талантами лучше и вовсе не браться. А во-вторых, судя по почерпнутым из энциклопедии знаниям, маг, даже владеющий этим искусством в совершенстве, не может расслабиться ни на мгновение. Он должен постоянно контролировать свое тело, если, конечно, не хочет, чтобы ощущение свободного полета стало для него последним воспоминанием в жизни. Все же магия магией, а закон земного тяготения никто не отменял.

Я расправила руки, имитируя крылья, и помахала Алексу. Властелин страдальчески поморщился (мол, просил ведь не выделываться), но скрыть тронувшую губы улыбку не смог. Все же он совсем не такой строгий, каким иногда пытается казаться.

От упоения полетом меня оторвала дубовая ветка, стрелой пролетевшая всего в полуметре от крыла Габриэля. Взвизгнув от неожиданности, я намертво вцепилась в ангела.

Так вот где был подвох! Деревья выпустили свои ветви на охоту. Как оказалось, дубы служили не только границей, но и защитой. Вот паршивцы лопоухие!

Когда следующая ветка просвистела прямо у кончика носа, летать мне резко разонравилось и, как никогда в жизни, захотелось почувствовать под ногами твердую почву. Желательно, чтобы столкновение с ней не было очень уж болезненным. Внезапно проснувшаяся тяга к острым ощущениям забылась вечным сном, погребенная инстинктом самосохранения.

Но у Габриэля летный опыт все же был, и немалый. Достать нас ни одной деревяшке еще не удалось. А они, надо признать, очень старались. Впрочем, ангел быстро сообразил: сейчас не время и не место для развлечений. Тем более с такой ценной ношей в руках, под пристальным взглядом властелина. Низверженный заложил крутой вираж, разом уходя от всей атакующей растительности, и завис уже по другую сторону эльфийской границы. Ветви звонко хлестнули воздух и с обиженным шипением расползлись по своим местам.

– В топку их, – внес весьма ценное предложение крылатый. Выглядел он, несмотря на непривычный румянец на щеках и сбившееся дыхание, донельзя довольным.

С внутренней стороны никаких дубов не было и в помине. Вдоль границы тянулась полоса изящных березок.

Поняв, что мы в безопасности, процессия двинулась вперед.

– А ну, стоять! – опомнились стражи. – Вы забыли уплатить въездную пошлину.

Своего наследника они тоже раскошелиться заставят? Или к нему здесь все же особое отношение?

– Значит, так: по пять золотых с каждого и штраф пятьдесят золотых за вот этого. – Эльф ткнул пальцем с наманикюренным и подозрительно блестящим ногтем в ангела. Вот же скряга!

Но Алекс спорить не стал и послушно отсчитал названную сумму.

Едва наши спутники оказались на безопасном расстоянии от агрессивно настроенных дубов, Габриэль вернул меня Алексу и сам мягко опустился в седло. И как он только может ездить на подобном монстре?

Властелин же вообще повел себя самым странным образом – стоило мне оказаться у него в руках, как он тут же… крепко поцеловал меня. Впервые при всех. Словно обозначил свою территорию.

– Нашел время самоутверждаться, – проворчала я, пытаясь скрыть замешательство. Но мое праведное возмущение осталось без ответа. Что тут скажешь, когда и так все ясно. Кому-то сильно мешают жить собственнические замашки, а крайняя, как обычно, я.

– Не говори мне, что он и здесь успел раньше нас, – попросил бывший маг. Похоже, не я одна заметила явное преимущество врагов.

– Как хочешь, могу и промолчать.

– Вот леший!

– Да шучу я, шучу! – быстро пошла я на попятную. А то его инфаркт хватит. Что я тогда буду делать с таким наследством? К тому же Власом здесь и не пахло. В буквальном смысле. – Не было его здесь.

– Эдак я с тобой точно когда-нибудь умом тронусь! Нашла чем шутить, – включил властелина Алекс.

Я скорчила ему рожу и без тени раскаяния выговорила:

– Ну извини.

– Вот так-то лучше.

Алекс уставился на дорогу, а у меня наконец появилась возможность оглядеться. Все-таки в Светлом лесу я раньше не бывала, да и вряд ли еще когда доведется. А царство эльфов, между прочим, считается самым красивым на материке. Обидно будет что-нибудь пропустить.

Первое, что бросилось в глаза, – полное отсутствие снега. По бокам дороги обильно зеленела травка. И тепло, будто и не зима вовсе. Так бывает либо поздней весной, либо ранней осенью, когда деревья радуют глаз зеленым убранством, цветы источают нежные ароматы, на все лады чирикают разномастные пташки, а солнце не только светит, но и вполне ощутимо греет. В общем, со временем года я так и не определилась, зато вынырнула из капюшона и подставила лицо ласковым солнечным лучам, по которым за время зимних холодов успела соскучиться. Много ли человеку для счастья надо!

Видно, не зря в народе говорят: «Не готовь полушубок с лета – может статься, что зиму тебе доведется провести в Светлом лесу».

Город чем-то напоминал Эльзар. Все же эльфы – они везде эльфы. Те же маленькие изящные домики с балконами и садами, где росли неведомые мне деревья. Определить сезон по ним тоже не удалось, потому как одни еще лишь цвели, а другие уже вовсю плодоносили. Безобразие! Договорились бы хоть, а то сбивают с толку бедных путников. Из цветов мне знакомы лишь розы, растущие буквально у каждого дома. Что ни говори, но при всех своих недостатках создавать красоту эльфы умеют. В этом им не откажешь.

По мере углубления в эльфийские владения улочки становились все шире, а дома, пестревшие всеми оттенками зеленого и почему-то голубого, – все изящнее. Теперь их часто украшали симпатичные башенки со шпилями, а в каждом саду обязательно журчал фонтан. Причем журчали они как-то по-особенному, словно сквозь хрустальный плеск воды проклевывался мелодичный голосок, напевая нечто неведомое, но от этого не менее завораживающее.

– Ты уверен, что их царь нас примет? – обеспокоилась я насущными делами. Досадно было бы проделать такой путь и получить от ворот поворот.

– Чезариэль-то? – удивился Алекс. – Конечно.

– Вы знакомы?

Я ему поражаюсь. Он что, каждого подлюгу на материке знает? Хотя с таким бурным прошлым, какое было у Алекса, это как раз немудрено.

– Разумеется.

– Скажи еще, что вы вместе в прихвостнях у Власа ходили, – неожиданно заинтересовался Дармир. Ему-то что? Или тоже записаться решил?

– Не скажу, – разочаровал лекаря властелин. – Но вот сматывались от Власа мы и правда вместе. На тот момент Зарри не то что царем не был – ему даже до старшего принца было далеко. А что случилось с Кайэлем? – Последний вопрос адресовался юному эльфийскому наследнику.

– Да ничего, – пожал тот остренькими плечиками. – Дядя отказался от прав на престол в пользу моего отца.

Ну и дела. Интересно на того дядю посмотреть. Наверное, единственный вменяемый эльф во всем царстве. Или самый главный псих.

Дворцовая площадь здесь гордо именовалась площадью Тысячи Фонтанов. И название свое полностью оправдывала. Стоило нам только оказаться в самом сердце города, как меня буквально ослепил блеск фонтанов, точное количество которых сосчитать так и не удалось. Их было много, очень много. Самые разнообразные растения были запечатлены в серебре и извергали из себя бесконечные потоки воды. А в журчащих струйках, словно играя, путались проказливые солнечные лучи, создавая невероятные блики. Одних радуг здесь висело не меньше десятка.

А в центре всего этого великолепия возвышался белоснежный дворец с четырьмя башенками и огромным куполом. Точно такой же, но уменьшенный в сотню раз, я видела в Моренске на базарной площади, в лавке статуэток. К дворцу мы и направились.

Стражи здесь не было, так что незваным гостям никто не препятствовал. Уже хорошо. Как объяснил Алекс, все эльфы считаются дивными, лучезарными, блистательными и прочее-прочее-прочее, поэтому любой из них может свободно явиться во дворец. За безопасность здесь и вовсе не тревожатся, так как все ушастые априори непогрешимы, а для посторонних есть граница. Видимо, сегодня случился прецедент.

Несмотря на отсутствие запретов, на проходной двор царское жилище никак не походило. По пути к тронному залу, куда нашу делегацию уверенно вел принц, нам попалось всего два эльфа, да и те, занятые своими делами, не обратили на чужаков никакого внимания.

Завтрак, за которым мы застали его величество, проходил в узком кругу. Кроме собственно величества, восседающего на серебряном троне с украшенными сапфирами спинкой и подлокотниками, за столом сидели еще двое эльфов. Всей высокопоставленной троице прислуживал единственный слуга.

Первым порывом было удрать отсюда куда подальше. Вторым – спрятаться за Алекса и вцепиться в него покрепче. Пока не дошло до дела, пришлось в срочном порядке и особо жесткой форме напоминать себе, что я как-никак хранительница. Второе лицо в долине, между прочим. И вообще, я Алексу обещала вести себя нормально. Как ни странно, помогло.

Восседающий на троне эльф меньше всего походил на царя. Или это я себе как-то по-другому представляла эльфийского правителя. Более внушительным, так сказать. И, что уж греха таить, более высокомерным. Сперва даже решила, что сам Чезариэль вышел прогуляться, а эта наглая ушастая личность вздумала примерить на себя его трон. Но такое вряд ли могло случиться.

Надменности на округлом лице его ушастого величества было маловато. Вот ведь, впервые вижу пухленького эльфа. Я-то думала, все представители дивного народа – просто верх изящества. А у этого румяные щечки и пузико из-под камзола торчит. Но, как ни удивительно, легкая полнота Чезариэлю даже к лицу.

Царские сотрапезники тоже отнюдь не являлись заурядными эльфами. Один из них – тот, который сидел по левую руку от царя, – поразил мое воображение темными (не светлее, чем крылья Габриэля) волосами. По этой причине я едва не приняла его за полукровку, но, хвала богам, вовремя вспомнила, где нахожусь. Ох и ничего ж себе!

От второго я вообще целую минуту глаз не могла отвести. Представляю, что обо мне подумали эти дивные!

Он был светловолосым, как и большинство эльфов. Но его шевелюра имела не серебристый оттенок, как у сородичей, а скорее наводила на мысль о хорошо вызревших колосьях пшеницы. Глаза зеленые, но совсем не яркие, при неопределенном освещении их с легкостью можно принять за серые или голубые. Лицо незнакомца выражало задумчивую иронию. Он явно не страдает чрезмерным осознанием собственной лучезарности. Да и одет в черный бархат, в то время как другие эльфы предпочитают легкие ткани и светлые расцветки. В общем, от нормального эльфа в этом непонятном товарище были разве что уши. Но и тут он выпендрился – в левую мочку вдел тоненькое золотое колечко. Это при том, что дивные любят золото разве что в виде денег. М-да…

Явление нежданных гостей, мягко говоря, удивило хозяев. Чезариэль так и застыл с открытым ртом, не донеся до него вилку с чем-то изумрудным, подозрительно напоминающим траву. Похлопал глазами, видимо, пытаясь прогнать видение, но не тут-то было. Мы и не подумали никуда деться.

– Лекс? – сам себе не веря, выдохнул царь эльфов и даже привстал, будто пытаясь получше разглядеть посетителей.

– Теперь меня зовут Алекс, – чуть усмехнулся властелин. Потом все же вспомнил о приличиях, чуть поклонился и представился по всей форме. И представил меня. Стоит ли говорить, что после этого последовал новый виток немого изумления?

Слабонервные какие-то эльфы пошли. Пока Чезариэль обалдело хлопал ресницами, припоминая, не продуло ли ему где мозги, я лихорадочно пыталась сообразить, что сейчас полагается сделать. Как назло, все поклоны, реверансы и вежливые обороты смешались в моей многострадальной голове в сплошной кулеш. Я решила не рисковать понапрасну и ограничиться вежливой улыбкой. Которой, впрочем, вполне хватило, чтобы Чезариэль вместе с троном свалился под стол с несусветным грохотом… Мама!

– Ксения! – рявкнул Алекс, хватая меня за руку, но было уже поздно.

Вот леший, только не это! Меня угораздило напрочь забыть про фаербол, который я так и не удосужилась впитать. Зато умудрилась нечаянно отпустить, и совершенно случайно он угодил в царский лоб. О боги, теперь мне точно конец! Не хватало только, чтобы эльфы подумали, будто я пыталась покуситься на их царя. Объясняй им теперь, что я просто с головой временами не дружу, а так вполне мирная и вообще белая и пушистая.

– Ой! – жалобно пискнула я. – Извините, я нечаянно…

Дивные, до этого подозрительно поглядывающие на нас, нелепо хрюкнули и стали съезжать со своих стульев вслед за правителем. Да уж, дурной пример заразителен.

– Ну и взрывная же у тебя хранительница! – присвистнула показавшаяся над столом башка Чезариэля. Выглядел царь забавно: весь в черных разводах и с подпаленными бровями. Даже я, несмотря на стыд, яркими пятнами проступивший на щеках, не удержалась от смешка. – Она всегда такая?

– Бывает и хуже, – проворчал Алекс и покрепче ухватил меня за руку, дабы не надумала утворить что-нибудь еще.

– Что ж, – проговорил его величество, вылезая из-под стола целиком и утирая лицо поданным слугой полотенцем, – будем считать, что все необходимые приличия соблюдены. Садитесь и рассказывайте, что вас ко мне привело.

Взаимные расшаркивания Чезариэль предпочел быстренько свернуть. Это он вовремя, потому как следующий на очереди был Габриэль. А если бы ангел, вдохновившись моим примером, не удержал в руках ханатту, одними бровями Зарри не отделался бы.

Фух, кажется, обошлось!

Пока Алекс довольно сухо, без лишних подробностей и эмоций, рассказывал эльфам о причине нашего визита, я постепенно приходила в себя. Все же ничто не проходит так быстро, как угрызения совести. Тем более что не все так плохо, раз уж меня сразу не прибили. По крайней мере, с юмором у местных обитателей точно порядок. Может, зря я о них так плохо думала?

– Вот это да! – восхитился темноволосый эльф. Нам, конечно, представили всех присутствующих за столом, но я это благополучно прослушала, поэтому он для меня так и остался просто эльфом с темными волосами. – Вы нашли Фабиэля!

– К сожалению, не могу разделить твоей радости, – не стал скрывать недовольства властелин. Постойте-ка… Он что, и с этим близко знаком? Вон как уверенно «тыкает».

– Может, поведаете, как ваш подданный докатился до жизни такой? – вмешался Дармир.

– Сами бы не прочь узнать, – горестно вздохнул Чезариэль. – Мы за ним уже два года по всему материку гоняемся.

– А что так? – ехидно фыркнул Габриэль. – Противный Фабиэль выковырял самый большой камень из парадной короны?

Никакой короны на царственном лбу не блестело, и шутка ангела могла показаться вполне уместной. Вот только почему над столом вдруг повисло это неловкое молчание?

– Нет, – очень тихо проговорил брюнетистый эльф. – Он всего лишь убил жену Чезариэля, которая, кстати, была моей сестрой, и стащил из хранилища артефактов очень опасные амулеты.

– Случайно не те, которые твой предшественник, – властелин обвиняюще ткнул пальцем в царя, – выторговал у Власа в обмен на какую-то услугу?

Правитель пристыженно кивнул. Кончики его ушей при этом дрогнули и порозовели.

– Но мы ими никогда не пользовались, – попытался оправдаться Чезариэль. – О них вообще благополучно забыли, пока Фабиэль не напомнил.

– Зато этот мерзавец и его дружки нашли им применение! – продолжал беситься Алекс. – С помощью такой вот штуковины в моей долине убили ребенка!

– Я ничего об этом не знал…

Ну да. Можно подумать, если бы он знал о планах наших врагов, кому-то стало бы легче.

– Зарри, неужели ты думаешь, что я притащился за тридевять земель лишь для того, чтобы услышать твои оправдания? – прорычал властелин.

– Нет, – Чезариэль наконец вспомнил, что главный здесь все-таки он, – но послушать их тебе все же придется. И вообще, успокойся, пока я вас всех не послал на тридевять букв!

Судя по яростному блеску в глазах, Алекс всерьез намеревался объяснить эльфу, насколько тот не прав. Не нравится мне эта затея… Не дома ведь.

Сидящему по другую сторону от меня Габриэлю ситуация тоже не слишком нравилась, иначе с чего бы он стал пинать меня ногой под столом? Больно, между прочим. И синяк теперь будет. Вот паршивец крылатый, я тебе это еще припомню!

Повернувшись к ангелу, дабы высказать свое пришибленное мнение, я наткнулась на многозначительный взгляд багровых глаз. Нашел время глазки строить. Но ведь как лучше хотел. «Все равно припомню», – мрачно решила я и осторожно взяла Алекса за руку. Это еще вопрос, кого и кому из нас боги ниспослали.

Властелин шумно выдохнул, но высказываться не стал. Уже лучше. Похоже, его хваленое самообладание наконец взяло верх.

– Сейчас мы вряд ли договоримся, – неожиданно заговорил блондинистый эльф, не произнесший до сих пор ни слова. – Поэтому предлагаю нашим гостям для начала устроиться на новом месте и отдохнуть с дороги. Решением проблем займемся вечером.

Так и подмывало спросить, когда это у нас успели появиться общие проблемы, но я сдержалась. Вечером узнаю. Надеюсь, он не подразумевал под проблемой излишне назойливых гостей.

– Может быть, теперь кто-нибудь объяснит, как с вами оказался мой сын? – задал еще один немаловажный вопрос Чезариэль, прежде чем мы успели удалиться.

– Понимаешь, пап… – Принц попытался на ходу придумать что-нибудь убедительное. Не вышло.

– И что тебе дома не сидится! – раздосадованно воскликнул царь. При этом он так закатил глаза, что я всерьез забеспокоилась, как бы его величество не хлопнулся в обморок. Обошлось.

– У меня от скуки скоро уши отвалятся, – заныл наследник. – Я хочу мир посмотреть, а вы меня в четырех стенах держите! Я задыхаюсь в вашем дворце!

Я хмыкнула. До чего, оказывается, несправедлива жизнь. Я бы все отдала, чтобы тихо сидеть в своей долине, и никаких приключений мне не надо. Вот только кто бы это объяснил богам или кому там еще. А эльфеныш на свободу, видите ли, хочет. Вот только кто бы ему втолковал, что в больших количествах эта свобода опасна для здоровья. Так и получается, что одни мечтают вдохнуть жизнь полной грудью, а другие от нее задыхаются.

– С границей пора что-то делать, – задумчиво побарабанил по столу костяшками пальцев светловолосый эльф. – А то не царство дивного народа, а какой-то проходной двор, да простит меня ваше великолепие!


– Странные они, – удивлялась я, пока мы блуждали вслед за слугой по бесконечным коридорам.

– Почему? – Алекс моих чувств, похоже, не разделял.

– Я тоже представлял себе этот визит несколько по-иному, – задумчиво протянул Габриэль.

– Неправильные какие-то эльфы, – поддакнула ангелу Линка. После выступления крылатого на постоялом дворе смышленая мелочь до сих пор сверкала на него восхищенными глазами, разве что удочерить не просила.

– Погодите, это их наше явление из колеи выбило, – махнул рукой Дармир. – К вечеру оправятся, и дивность из ушей полезет.

Я тихо вздохнула. Хорошо, если так. Потому что менять свое представление об обитателях Светлого леса я не расположена. Да и ждать от них на каждом шагу нового фортеля как-то не хочется. Впрочем, кто бы говорил…

– Зачем ты накинулся на Чезариэля? – подозрительно спросила я у Алекса. – Сам же просил нас вести себя потише.

– А вы, можно подумать, послушали, – поддел властелин. Чувствую, он мне этот злосчастный фаербол до старости вспоминать будет.

– Я же извинилась!

– А я не сдержался!

– Ксюша, ты на него плохо влияешь, – расхохотался Габриэль. – Раньше этот властелин проявлял не больше эмоций, чем прошлогодний пень.

– Почему Чезариэль позволил тебе так с ним говорить? – не отставала я. По моим представлениям, если не за фаербол, то за поведение Алекса, который не только разговаривал с эльфийским правителем как с равным, но еще и в чем-то обвинял его, нас уже давно должны были с треском выставить вон. Но вместо этого почему-то отправили отдыхать. Или это такой эльфячий юмор: отдохнули, гости дорогие, а теперь пора и честь знать?

– Потому что он мне должен, – спокойно заявил Алекс.

Ничего себе!

– И много его величество тебе задолжал? – полюбопытствовал Дармир.

– Жизнь. Причем дважды.

Эльфы не только поселили нас во дворце, но и выделили каждому по отдельной комнате. Кроме меня, конечно (и тут обделили!). Они справедливо полагали, что властелин с хранительницей, как муж и жена, должны жить вместе. Я, разумеется, против соседства с Алексом ничего не имею, даже наоборот. Правда, мне еще немного странно слышать о нем как о своем супруге, ну да ничего, привыкну.

Комната оказалась просторной и светлой, отделанной в бледно-зеленых тонах. Два огромных окна возвышались от пола до самого потолка, впуская по-летнему ласковые солнечные лучи. Ноги утопали в ворсистом ковре. Большая кровать с прозрачным, едва различимым балдахином, стенной шкаф, где некто неведомый уже успел разложить наши вещи (особой щепетильностью эльфы, судя по всему, не страдают), мягкий диван, пара глубоких кресел и стол – вот и вся обстановка. Из магии – только светильники да иллюзия на потолке в виде все того же дубового листа.

Оглядев сие великолепие, я вдруг задалась вопросом: чем же нам придется расплачиваться за такой аттракцион невиданной щедрости? Не похоже, чтобы ушастые делали что-то просто так. Разве что из благодарности, да и то слабо верится.

– Что-то не так? – заметил мое кислое выражение лица Алекс.

Я слабо улыбнулась и с сожалением покосилась на пустой стол:

– Могли бы и покормить. – Все же урчащий желудок мало способствует хорошему настроению. К столу-то нас эльфы пригласили, а вот к завтраку – нет. Тоже мне гостеприимство!

– Скорее всего вечером будет банкет.

Утешил!

– Откуда ты знаешь? – не уверовала я в хлебосольность хозяев. Вроде Чезариэль ничего такого не говорил.

– Просто я хорошо знаю эльфов, – усмехнулся Алекс, вытягиваясь в кресле. – Они сделают все, чтобы мы надолго запомнили этот визит.

Ну-ну. Надеюсь, предполагаются сугубо хорошие воспоминания.

Как же все-таки приятно вытряхнуть себя из тесного дорожного костюма и впервые за много дней влезть в платье! А еще вымыться в теплой воде и подремать на нормальной кровати. С такими темпами я скоро напрочь забуду, как выглядит нормальная жизнь. И все из-за какого-то хмыря, которому в Замирье не сиделось. И зачем вылез, спрашивается? Встречу – точно в морду плюну.

Разлепить глаза я соблаговолила, лишь когда за окном зажглась первая звезда, а в дверь деликатно поскребся слуга и сообщил, что через час нас ожидает его величество. Пришлось срочно заканчивать праздник лени и спешно приводить себя в порядок. Вернее, в такой вид, в каком не стыдно появиться перед царем. А то я и так свою репутацию изрядно подмочила – вернее, поджарила.

Хорошо еще, что единственное свое приличное платье в сумку запихнуть догадалась. Не знаю, чем я тогда думала (наверное, жадностью), но сейчас оно оказалось очень кстати.

Алекс все то время, пока я спала, просидел над картой. Прихорашиваться для лучезарных он и не думал, продолжая лениво изучать разложенную на столе схему, изредка проводя на ней пальцем одному ему понятные линии.

Самое время разобраться со всем, что я до сих пор недопоняла.

Засыпав властелина вопросами, наконец-то выяснила, кто есть кто. С Чезариэлем и так все ясно. Царь – он и у эльфов царь. Темноволосый эльф оказался главным магом Альтэл’лявии. А светловолосый – главнокомандующим эльфийской армией и по совместительству тем самым Кайэлем, который уступил трон нынешнему государю. Впрочем, как выяснилось, отнюдь не из братских чувств, а потому, что в свое время женился на человеческой женщине. Стало быть, если бы он не сделал этот широкий жест добровольно, его бы вообще из леса выставили, не посмотрев на то, что он наследник престола.

Но главное, Алекс настоятельно просил держаться от этой троицы как можно дальше. Можно подумать, я с ними дружбу водить собралась!

Банкет устроили на просторной террасе, увитой виноградными лозами. Было уже темно, поэтому над столами, гусеницей тянувшимися от одного края террасы к другому, парили магические светильники в форме звезд. В воздухе витал довольно приятный аромат неведомых цветов, вазы с которыми тут и там виднелись меж яствами. Мелодичный птичий щебет настраивал на вполне романтический лад. Даже подозрительно поглядывающие на нас эльфы не смогли испортить поднявшееся настроение.

Чезариэль в окружении своих приближенных (за исключением принца, которого все же наказали за побег) с важным видом восседал во главе стола. Нас – я имею в виду себя, Алекса и Габриэля, потому что Люба и Дармир, сославшись на усталость, участвовать в празднестве отказались, а Линка давным-давно десятый сон видела, – как почетных гостей усадили напротив него. Наверное, чтобы царственная компания своим видом портила аппетит незваным гостям. Хотя кто кому – это еще вопрос. Как бы им самим не остаться голодными под прожигающим насквозь взором Габриэля. А то у него такой вид…

– Ты ошибся дверью, – с внезапно проснувшейся вредностью шепнула я ангелу, пока мы шли к своим местам. – Поминки – дальше по коридору.

Он вздрогнул и нервно спросил:

– Что, так заметно?

– Ага. Ты бы хоть улыбнулся для разнообразия.

Ангел решил, что его зверское выражение лица плохо способствует установлению если не дружеских, то хотя бы взаимовыгодных отношений с надменными эльфами, попытался последовать моему совету и оскалился. Получилось впечатляюще. По крайней мере, двое особенно слабонервных эльфов прониклись и попытались укрыться от крылатого за вазой с пышными белоснежными цветами.

– Да не скалься ты, а улыбнись нормально. Не умеешь, что ли?

Габриэль неопределенно пожал плечами и нацепил на лицо прежнее умеренно-злобное выражение.

– Я, Чезариэль Флориан эль’Альтэль, правитель Альтэл’лявии, благороднейший из благородных, лучезарнейший из лучезарных, мудрейший из мудрых…

Вот это самомнение! Я сжала губы поплотнее, чтобы удержать смешок. Уж больно прочувствованно Зарри пел дифирамбы себе любимому. И что самое забавное – на лицах других эльфов застыло такое восхищенное выражение, словно они и вправду искренне считали этого мужчину, похожего на пирожок, завернутый с зеленую салфетку, образцом всех мыслимых и немыслимых достоинств.

– Обычно эльфы ведут себя более адекватно, – наклонившись ко мне, прошептал Алекс. – Подозреваю, этот маленький спектакль специально для нас.

Ничего себе «маленький»! Чезариэль уже добрых полчаса распинается, а хвалебные эпитеты все не заканчиваются. Между прочим, мог бы быть и повежливее со своим спасителем.

– Может, запустишь в него еще чем-нибудь? – внес вполне конструктивное предложение Габриэль, раздраженно поглядывая на самозабвенно вещающее величество.

– С удовольствием, – воодушевилась я и уже начала в мыслях перебирать известные заклинания.

– …рад приветствовать наших гостей в царстве дивного народа. – То ли царственный эльф заметил наши перешептывания, то ли ему самому вдруг надоело болтать, но театр одного актера поспешно свернулся до лучших времен.

Судя по выставленным на столе яствам, эльфы и в еде отдавали предпочтение зеленому. Нашему вниманию (точнее, аппетиту) предлагались в основном салаты, но и здесь дивные остались верны себе, то есть проявили недюжинную фантазию. Порой в одном блюде соседствовали продукты, доселе в моем сознании просто несовместимые. Например, давешний зеленый овощ с расплавленным шоколадом. Специфические у некоторых вкусы. Или это я в своем захолустье совсем от жизни отстала?

В общем, для такой любознательной особы, как я, это было именно то, что лекарь прописал. Главное, чтобы не отравили, а то с этих лопоухих станется.

Когда мы утолили первый голод, началась развлекательная программа. Поначалу я, признаться, забеспокоилась. Кто их, эльфов, знает, с их-то тягой ко всему необыкновенному? Но природная утонченность дивных победила, и никаких спецэффектов, способных нанести существенный урон моей неокрепшей детской психике, не последовало.

Песни буквально заворожили. Струящиеся, нежные голоса трех прекрасных эльфиек так и переливались, сплетаясь в замысловатый узор, точно волосы в косу, и рождая протяжную, мелодичную, печальную балладу. Даже не зная эльфийского, я поняла: они поют о любви. Мечтательно подперев подбородок ладонью, заслушалась.

Никакого музыкального сопровождения я не заметила. Складывалось впечатление, будто сам вечер аккомпанирует сладкоголосым эльфийкам переливчатыми птичьими трелями.

Вскоре на импровизированной сцене появились первые танцующие парочки, и я с интересом стала за ними следить. Это было бесподобно! Эльфы плавно кружились под журчащую музыку, ничуть не уступая в грациозности парящим над их головами пестрым бабочкам.

Я так, само собой, не умела. Да что уж там – я и с человеческими-то танцами не особенно знакома. Да меня никто и не приглашал…

Зато пригласили Алекса.

– Алексэрт? – раздалось прямо над ухом.

Обернувшись, я увидела красивую эльфийку в струящемся, полупрозрачном, будто сотканном из воздуха, платье. В ее зеленых с поволокой глазах светилась такая радость, что если бы Алекс не сидел, девушка наверняка забыла бы о своей лучезарности и прилагающихся к ней правилах приличия и бросилась бы властелину на шею.

– Айлиниэль? – Он отреагировал на появление старой знакомой довольно спокойно, но тем не менее поднялся и позволил увлечь себя в сторону танцующих.

Музыка сразу перестала казаться такой уж завораживающей. А от запаха цветов меня вообще замутило. И на кой было расставлять их здесь в таких количествах?

– Вставай, – вклинился в сжигающее изнутри раздражение тягучий голос ангела.

– Что? – Я не сразу поняла, чего от меня хотят.

– Не соблаговолит ли хранительница оторвать свой тощий зад от стула? – с ехидцей вопросил Габриэль и повел рукой, проследив за которой, я заметила, что мы остались последними, кто еще сидел за столом.

Ух ты! Да никак он решил меня на танец пригласить? Вот так неожиданность. Не то чтобы крылатый плохо ко мне относился, вовсе нет. Просто Габриэль ни на мгновение не забывал о своем ангельском происхождении. И вел себя соответствующе, то есть во сто крат высокомернее любого эльфа. Разумеется, когда сам этого хотел. А хотел он в последнее время все реже…

Я тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и встала. В конце концов почему бы не попробовать? Не уронил же он меня, когда мы через границу перелетали. Глядишь, и в этот раз обойдется. Тем более что от некоторых властелинов все равно сегодня, чувствую, толку не будет. Вон как его блондиночка остроухая сцапала, мне даже завидно стало. Вернее, стало бы, если бы они танцевали нормально, а так… Топчутся, считай, на одном месте, разговаривают о чем-то, а у Алекса вид, будто у матерого дознавателя во время беседы с особо упертым подследственным. Скучно.

Стоило нам подняться, как стол исчез вместе со всеми яствами.

Надо срочно заняться делом, пока я не успела напридумывать себе бог знает что или утворить очередную глупость. Я многозначительно покосилась на ангела – давай, мол, веди меня куда-нибудь. А то замерли тут, как два истукана.

В ответ он наградил меня недоуменным взглядом. Такой облом!

– Леди Ксения, – едва заметно поклонился главный маг Светлого леса и протянул руку.

Вздрогнув от неожиданности, я постаралась скрыть смущение за улыбкой. Этого еще не хватало для полноты ощущений! Ладно Габриэль, он давно успел привыкнуть к моей бестолковой персоне. Если я во время танца отдавлю ему ногу, то самое страшное, что мне грозит, – парочка едких комментариев. Я бы даже дуться не стала, потому как с недавних пор взяла себе за правило на ангелов не обижаться. Себе дороже.

А тут… Леший бы покусал этих эльфов! И что теперь делать прикажете?

Я попыталась соорудить из своего тела, мигом ставшего деревянным, некое подобие реверанса. Не знаю, что там в итоге получилось, но его магичество своих намерений пока не изменил. А жаль. Значит, темноволосый эльф еще не успел оценить всех масштабов предстоящей катастрофы. Что ж, ему же хуже. Я со спокойной совестью (по причине ее отсутствия) в мыслях поставила себе зачет. Для первого раза сгодится.

Видимо, подсознание справедливо решило, что без лишних стрессов оно как-нибудь обойдется. Все свои последующие движения я воспринимала несколько отстраненно. Замысловатые движения, перетекания из одной позы в другую, грациозные повороты… Полностью расслабившись, я доверилась инстинктам. Телом словно управлял кто-то другой. Судя по тому, что я до сих пор не опозорилась, танцевать этот кто-то умел. В отличие от меня.

– Вам у нас нравится? – поинтересовался мой партнер, когда предыдущая мелодия смолкла, а новая еще не успела зазвучать.

– Да, – был ему односложный ответ. А что еще я могу сказать?

– С’эльлест, – поклон больше походил на легкий кивок, – к вашим услугам.

Неужели у меня настолько красноречивая мимика, что он догадался о том, что его имя напрочь выветрилось из моей памяти? Или же я просто не стала исключением?

– Для вас просто Селест, – смилостивился эльф, с удовлетворением наблюдая за моими жалкими потугами правильно произнести заковыристое имечко. Все же не приспособлена человеческая артикуляция к эльфийскому языку.

– Очень приятно.

Здесь я, конечно, слукавила, но что не сделаешь во имя дипломатии. К тому же мне вроде как по статусу положено.

– Леди Ксения, – продолжая снисходительно улыбаться, проговорил Селест, – среди ваших предков случайно не было эльфов?

– Что?

– Ваши глаза зеленее, чем у многих эльфиек. Вот я и предположил, что ваша… скажем, прабабка, согрешила с дивным.

Действия опередили не только слова, но и мысли. Безропотно сносить оскорбления я не нанималась!

– Надеюсь, что нет, – холодно сверкнула я глазами, наблюдая, как на бледной щеке спесивого эльфа разгорается красный след от ладони.

Угрызений совести я не испытала, даже когда поняла, что натворила. Лишь легкое удивление от столь несвойственного моей спокойной натуре поступка.

– Тебя здесь терпят, – сбросив доброжелательную личину, зашипел остроухий, – сугубо потому, что ты каким-то чудом стала хранительницей Лекса. В противном случае ноги твоей в Светлом лесу не было бы! Настоятельно советую: заруби мои слова на своем наглом носу и держись поближе к своему властелину. Иначе случиться может все что угодно.

Угроза прозвучала многообещающе. Но испугаться, а тем более определиться с ответом я не успела – не до того было. В противоположном конце террасы мелькнул смутно знакомый силуэт.

Уже галлюцинации начинаются? Мамочки!.. Я даже на носочки привстала, чтобы лучше разглядеть свой обман зрения. Да откуда ему здесь взяться? Так, надо срочно выяснить, чем нас кормили за ужином. И не было ли в каком-нибудь особенно изысканном блюде чего ядовитого…

Благополучно забыв про эльфа вместе с его угрозами, я рванулась в сторону, куда недавно протопал блондинистый глюк. Поймаю – точно что-нибудь отравляющее скормлю, дабы бедную меня пугать неповадно было.

– Что ты так переполошилась? – ухватил меня за запястье Габриэль. Следит за мной, что ли? – Он пытался сделать тебе комплимент.

– Да ну его! – поспешно отмахнулась я. – Скажи лучше, ты тут случайно парня – тощего, блондинистого, со спесивой физиономией – не встречал?

– Ксюша, – заржал крылатый, – если ты вдруг забыла, мы находимся в эльфячьем царстве. Здесь все парни тощие, блондинистые, а уж про их физиономии я вообще молчу!


Отловить Даника мне так и не удалось. Равно как и убедиться в том, что моего противного родственничка, сына тетушки Нилиссы, здесь нет.

– Все, что сказал Зарри насчет Фабиэля, правда, – сообщил Алекс.

Было раннее утро, и мы как раз собирались к эльфам, дабы обсудить наши, неожиданно ставшие общими, проблемы. Если уж быть совсем честной, то в тронный зал пригласили одного властелина. А я так, под руками путалась, потихоньку прикидывая, как бы увязаться за ним.

– Это тебе вчерашняя блондиночка нашептала? – Я даже не пыталась скрывать свое скептическое отношение к столь соблазнительным информаторам.

– Айлиниэль? – переспросил Алекс, безуспешно пытаясь пригладить длинные волосы, которые в мокром виде немного кудрявились. – Да, она.

– А, ну тогда конечно.

Мужчина на мгновение замер, наградил удивленным взглядом свое отражение в зеркале и резко развернулся ко мне:

– Даже боюсь подумать, что ты успела себе напредставлять… – Кажется, до него только сейчас дошла вся двусмысленность вчерашней ситуации. Ну-ну. Теперь стоит тут, смущается, даже покраснел слегка.

И что я, интересно знать, должна сделать? Сцену ревности закатить? Не дождется. Буду я еще на всяких эльфиек глазастых распыляться!

– Больно надо! – фыркнула я, выуживая из своих вещей одну из многочисленных баночек, всученных мне Рудиком в первый день пребывания в Боллате, плеснула на ладонь немного ее содержимого и блаженно принюхалась.

Похлопала чистой рукой по плечу это чудо растрепанное, давая знак сесть, и принялась приводить в порядок его шевелюру. Жесткие серые пряди скользили, точно нити в руках умелой пряхи. По мере того как их хозяин приобретал относительно приличный вид, моя обида на него таяла.

– Что там представлять? Как ты оттачиваешь на ней свою властелинистость? Спасибо, я это и так ежедневно вижу.

– Вот как? – Алекс был даже немного разочарован.

– Вот так, – удовлетворенно изрекла я, расправляя по его плечам струящиеся пряди. Не хуже чем у любого эльфа получилось. Конечно, со скидкой на грязно-серый цвет.

Не признаваться же ему, что вчера я всерьез прикидывала наиболее болезненные способы убийства одной остроухой красотки?

– Все было именно так, как говорит Чезариэль, – продолжил властелин.

Я задумчиво покрутила в руках баночку с настоем, вернула ее на место, затем тщательно вымыла руки в тазике с мыльной водой, насухо вытерла махровым полотенцем и ответила:

– Я бы на твоем месте не была так уверена.

Ну вот! Не успела оглянуться, как стала подозрительней Габриэля.

– Ксения… – Алекс подошел ко мне, взял за плечи, разворачивая к себе, и проникновенно заглянул в глаза. – Айлин – мой друг. И она ничем не отличается от Габриэля, Любы или Дармира.

– А еще она эльфийка, – попыталась я спустить властелина на грешную землю. – И вполне логично, что она защищает своего царя.

– Я ей верю.

– А я – нет!

– С каких это пор ты перестала доверять моему чутью? – Алекс воспользовался запрещенным приемом, который вкупе с нежным поглаживанием по волосам (знает ведь, коварный, где мое слабое место, – я разве что не замурлыкала от удовольствия) принес ожидаемый результат.

– Ладно, сдаюсь, – проворчала я. Тем более что никаких разумных доводов у меня все равно нет. Других – тоже нет. И Власа здесь даже в помине не было. А спорила я просто так, из вредности. – Она тебе тоже жизнью обязана?

– Нет, мы учились вместе. Я знаю Айлин не намного меньше, чем себя самого.

Вот оно что! Надо же… А я-то посчитала дивную своей ровесницей или около того. Забавно.

Признаться, я и сама не подозревала ушастых (за исключением одного конкретного) ни в чем особенном. Им в вину можно вменить разве что чрезмерное самомнение, но оно пока еще злодеянием не считается (вот и хорошо, иначе не летать бы мне больше).

Продолжить разговор помешал деликатный стук в дверь. Появившийся слуга вежливо напомнил, что его величество давно нас ожидает. Я хмыкнула про себя. Неужели пять минут – это «давно»?

Алекс решил поторопиться, дабы не осложнять и без того не слишком простые взаимоотношения с эльфами. Я тенью проскользнула за властелином в тронный зал и пристроилась у стеночки. Самое темное место выбрала. Авось не заметят.

Только сейчас появилась нормальная возможность оглядеться в святая святых Чезариэля. В прошлый-то раз было не до того: сперва я набедокурила, потом Алекс накинулся на его эльфячье величество (меня так и подмывало называть царя Зарриком хотя бы в мыслях), а потом нас вообще выпроводили. А поглядеть здесь, между прочим, есть на что. Вот я и наверстывала упущенное.

Тронный зал напоминал миниатюрный лес. Просторное помещение заливал яркий солнечный свет, растительная роспись на стенах создавала ощущение более объемного пространства: не впечататься лбом в стену мне помог исключительно здравый смысл. Под ногами мягким зеленым ковром стлался мох, скрадывая звуки шагов. Тут и там шелестели листочками серебристые березки, на ветках которых выводили трели вполне настоящие птицы. Дышалось здесь на удивление легко, чистый воздух до того напоен травяными запахами, что у меня даже голова закружилась.

Трон казался естественным продолжением большущего дуба. Довольно странное сочетание утонченности, вычурности и природной гармонии.

А напротив него возвышалась мраморная статуя, рядом с которой наблюдалось странное оживление. Я даже отлипла от стены, с которой так старательно пыталась слиться, дабы разглядеть, что там происходит.

Судя по всему, процесс возвращения Фабиэлю его нормальных размеров у ушастых намертво застопорился. Иначе с чего бы дивным расхаживать вокруг этого мраморного воплощения подлости с таким видом, будто мы им не их же собственного эльфа вернули, а слежалого упыря приволокли?

Но окончательно меня ввергло в шок даже не это. Подумаешь, не могут расколдовать предателя ушастого! Тоже мне маги стихийные. В том, что, как обычно, все придется делать самой, сомнений не возникало. С моим-то везением.

А вот то, что среди лучезарных вполне себе мирно расхаживает Даник, – это уже плохо. Уж лучше бы мой… кем он там мне приходится?.. кузен оказался видением – на семейные разборки я сейчас абсолютно не настроена. Хотя пара вопросов к нему все же имеется.

Властелин приблизился к эльфам, перекинулся с ними парой фраз. По сморщившимся физиономиям лучезарных – будто их целый лимон разжевать заставили, а запить не дали – я поняла, что речь шла отнюдь не о погоде. Упрямый блеск серых глаз подтверждал мои домыслы. Похоже, Алекс решил окончательно послать все многовековые традиции дивного народа к лешему и наплевать на этикет. Растолкав магов, он буквально навис над Чезариэлем – тот был намного ниже властелина – и принялся энергично что-то ему втолковывать.

Голоса эльфов вперемешку с птичьими руладами мешали расслышать, что именно говорили друг другу правители, но все и так было ясно. Причина спора стояла аккурат посреди зала, запечатленная в мраморе, и деваться никуда не собиралась.

«Какой он все-таки красивый», – неожиданно для себя с гордостью подумала я, глядя на яростно сверкающего глазами властелина.

«Извращенка», – прозвучало из самого далекого уголка существа. Вздрогнув, я крепко сдавила виски вмиг заледеневшими пальцами. Только раздвоения личности для полной коллекции психозов не хватает.

От пронзительного взгляда прозрачно-голубых глаз у меня зачесался кончик носа. Что он уставился? Чуть дырку не прожег. Соскучился, что ли? Так я сейчас быстро напомню кое-кому о родственных чувствах и всей прелести их отсутствия.

Но осуществиться моим кровожадным планам оказалось не суждено. Не успела я сделать и двух шагов по направлению к столь некстати свалившемуся на голову родственничку, как обо мне вспомнили:

– Ксения, хватит прятаться. Быстро иди сюда.

Я одарила властелина раздраженным взглядом. Мало того что совсем не вовремя, так еще и сильно напоминает команду «ко мне!». Вот и выходи после этого замуж: не успел окольцевать – уже дрессирует.

О Данике пришлось временно забыть.

– Только наличие благородного воспитания не позволяет мне спорить с тобой.

Упрямый властелин действовал Чезариэлю на нервы едва ли не больше, чем беломраморный Фабиэль. Тот хоть молча стоит и не возникает.

– Да ну? – фыркнул Алекс. – А по-моему, отсутствие должного образования мешает тебе согласиться с моими доводами.

Я наградила мужчин вопросительным взглядом. И за какой нечистью я им понадобилась? Вроде и без моей помощи неплохо ругаются.

– Хранительница, – натянуто улыбнулся царственный эльф, – надеюсь, вы соблаговолите просветить нас насчет того, что вы сделали с этим существом, недостойным именоваться эльфом?

– Как это – что? – опешила я. – Обездвижила, конечно.

– Должен признать, у вас довольно радикальные методы, – ядовито улыбнулся Селест, пристально уставившись на меня.

От такого пристального внимания высокопоставленных особ захотелось спрятаться куда подальше. И желательно пожизненно.

– Какие есть, – буркнула я. – А если не нравится, надо было самим ловить его, а не сидеть и ждать, пока за вас это сделает кто-нибудь другой.

– Лекс, где ты ее нашел? – с улыбкой спросил Кайэль. Причем в отличие от своих собратьев он улыбался абсолютно искренне. – Мне всегда казалось, что притягиваются лишь противоположности.

– Мне тоже, – отозвался Алекс, окидывая меня взглядом, от которого мурашки по спине побежали.

Эй, мы так не договаривались!

– Тогда, я думаю, вы не откажетесь вернуть ему первозданный облик? – Селест испытующе посмотрел на меня. Это что, вызов?

– Может, лучше вас к нему, а? – выдвинула я встречное предложение. – Какой цвет предпочитаете: белый, черный? Хотя лично для вас и по большой дружбе я готова расстараться на зеленый. Соглашайтесь, а то передумаю!

– Ксения, уймись наконец, – попросил Алекс и, обращаясь к эльфам, пояснил: – Я устал повторять: это вышло случайно. Она не сможет ничем помочь.

– Пусть хотя бы попытается, – продолжал настаивать на своем его величество.

– Неужто ты допускаешь, что девчонка, которая настоящей магии в глаза не видела, сумеет больше, чем все твои многочисленные маги? – сменил тактику властелин.

Да уж, в гильдии с таким талантом к дипломатии ему бы цены не было. Теперь, кажется, я начинаю понимать, почему магистр Измир так вцепился в бывшего ученика.

– Я попробую, – тихо сказала я. В конце концов, может, получится. А если и нет, то они хотя бы грызться перестанут.

Прикрыв глаза, я стала вспоминать, что происходило тогда у ручья. Фабиэль ранил Алекса и пытался было убить меня. Я пробовала колдовать, пытаясь хоть как-то защититься, но что-то пошло не так. А потом, видимо, оборвавшееся заклинание каким-то образом совместилось с заклинанием пут, и получилось то, что получилось.

Исправлять собственные ошибки сложнее всего.

Кое-как собравшись с мыслями, я зашептала нужные слова, не особо, впрочем, надеясь, что сработает. И, как всегда, ошиблась. Внутри поднималась знакомая энергия. Вот только она не напоминала огромную волну, готовую смести все на своем пути, как это бывало обычно. Сила текла словно играючи.

Кончики пальцев привычно кольнуло, тело обдало жаром… и ничего. Фабиэль как был мраморным, так и остался. Вот гад!

Разочарованная и опустошенная, я упала на мох.

– Ксения! – тут же бросился ко мне Алекс.

Эльфы продолжали стоять как ни в чем не бывало, будто по-тихому надеялись, что я сейчас благополучно окочурюсь и одним назойливым гостем станет меньше.

Нет уж, такого удовольствия я им точно не доставлю!

Пришлось срочно собирать остатки сил и, опираясь на руку властелина, принимать вертикальное положение.

Моей неудаче никто не удивился. Если уж десяток магистров потерпели поражение, то что говорить о девчонке-недоучке. Несколько пар зеленых глаз наградили меня снисходительными взглядами, после чего дивные потеряли всякий интерес к моей скромной персоне. Вот и хорошо. Пристальное внимание ушастых уже начинало напрягать.

Близость Алекса, все еще державшего меня за руку, помогла быстро прийти в себя. Странное это было чувство. Непривычное. Я подпитывалась от него, словно маг от источника силы. С той лишь разницей, что энергия, уютным коконом окружившая меня со всех сторон, не казалась чужой. Нет никакой необходимости ее приручать, доказывать, что ты главный. Тепло было таким близким, таким родным, что в какой-то момент я засомневалась: действительно ли оно идет снаружи?

Теперь, пожалуй, я понимаю, почему принято считать, что у властелина и хранительницы одна душа на двоих.

Эльфам было не до нас. Воспользовавшись моментом, лучезарные собрались в кружок и с самым загадочным видом засовещались. Не у дел остались только мы с Алексом, поглощенные друг другом, и Даник, который с небрежным видом прохаживался по залу.

Я искоса поглядела на кузена и поняла: долгого обстоятельного разговора не избежать. Можно сколько угодно корчить из себя великовозрастное дитятко, но инстинкт самосохранения – это святое. Уж слишком много вопросов накопилось к этому паршивцу. Начиная с того, что хотела со мной сделать тетушка, и заканчивая его неожиданным появлением в Светлом лесу. И я им задам, не будь я хранительницей! Даже если для этого придется прибегнуть к так называемым радикальным методам.

Должна же я объяснить властелину, кем мне приходится этот блондинистый тип. К тому же давно пора. Не люблю врать. Просто терпеть ненавижу! А в этом случае не сказать правду – все равно что обмануть. Так что лучше бы мне поторопиться.

– Хватит уже шептаться, – не выдержал властелин. – Или вы там очередную подлянку планируете?

Эльфы единогласно вздрогнули и словно по команде повернулись к нам.

– Хочу напомнить, – выступил вперед Чезариэль, – что издавна дивный народ придерживался традиции не вмешиваться в людские дела…

Глубокомысленный вид и прочувствованная пафосная речь делали Зарри еще более комичным, чем он был и без того. Я не смогла удержаться от колкого замечания:

– Но поскольку людьми нас назвать уже затруднительно, вы решили снизойти до наших проблем.

Да что эти ушастые себе позволяют? Мало того что мнят себя центром мироздания, так еще и других унизить случая не упускают. А у самих, между прочим, царицу прямо под носом убили, опасные артефакты сперли, а они и не чешутся! Или это тоже эльфийская традиция: расслабиться и ждать, пока отыщется какой-нибудь дурак и сделает все за тебя? И почему в дураках вечно мы ходим?

Алекс шикнул на разбушевавшуюся меня и поспешил заслонить собой от эльфов. Вернее, их от меня, пока у его хранительницы снова голос не прорезался.

– …но поскольку вы – наши друзья и мы косвенным образом также причастны к вашим бедам – Фабиэль все же был эльфом – я готов оказать посильную помощь в вашем нелегком деле борьбы со злом, – закончил царь свой пламенный пассаж.

Вот это завернул! Неужели нельзя было нормально сказать, что надежды расколдовать Фабиэля нет?

– И в чем же эта помощь будет выражаться? – чуть приподнял бровь Алекс.

– Когда наступит час решающего сражения, мы выделим вам сотню наших лучших воинов.

Я разочарованно вздохнула. И всего-то? Нет, это, конечно, замечательно, вот только на кой нам воины, если сражаться не с кем? Сомневаюсь, что Влас горит желанием встретиться с Алексом лицом к лицу. Иначе сразу бы заявился, а не жалил исподтишка. М-да, надо поразмыслить об этом на досуге.

– А что взамен? – высунулась я из-за плеча властелина. Дружба дружбой, а в бескорыстность дивных я не верю.

– Думаю, – ответил вместо брата Кайэль, – нас вполне устроит, если вы, леди Ксения, перестанете считать нас беспринципными чудовищами.

С ответом я не нашлась. Поди разбери их. После вчерашнего инцидента Селеста я опасалась, Зарри просто не могла воспринимать всерьез, а вот Кайэлю верила. Сама не знаю почему. Просто было в его взгляде, манере держаться и говорить что-то подкупающее.

Вот и я купилась, неожиданно для себя осознав, что не просто верю, но и доверяю ему.

Мало мне было Фабиэля? Я в шоке.


– А-ну, стой! – заорала я стремительно удаляющейся по коридору спине Даника. – Стой, кому говорю! – И, подхватив юбки, понеслась вслед за ним.

Нахальный кузен (кажется, наглость – наша семейная черта) сделал вид, будто не расслышал моих воплей, и ускорил шаг. Вот гаденыш! Поймаю – прибью.

– Что тебе? – недружелюбно буркнул родственник, когда я буквально повисла у него на руке, и попытался высвободить костлявую конечность.

Не удалось – я вцепилась на совесть.

– Есть разговор. – Теперь бы отдышаться.

Даник окинул меня подозрительным взглядом и скривился:

– Еще чего!

Он рванулся, я упрямо не отпускала, и через минуту мы сцепились, как два помойных кота, которые никак не могут поделить протухший кусок мяса. По крайней мере, шипели и рычали не хуже. Хорошо хоть комплекция у нас примерно одинаковая. Правда, в колдовстве я не чета Данику, но в пылу драки мы оба напрочь забыли об этом немаловажном факте.

Несколько минут мы бесформенной кучей катались по полу, кусаясь, царапаясь и лягаясь. Пару раз мне даже удалось хорошенько приложить братика. Да и сама получила симпатичную ссадину на щеке. Дурдом, нечего сказать. Это, наверное, одинокое детство мне боком вылезло, раз уж я на первого встречного родственника с кулаками набросилась. Совсем крыша едет.

Закончилась моя первая в жизни драка как-то неожиданно. Меня с силой отшвырнуло от Даника и больно приложило о стену. Вот поганец, вспомнил-таки! Ну ничего, я тебе сейчас такого наколдую… только продышусь…

Когда в глазах просветлело и я наконец смогла оглядеться, передо мной предстала презабавнейшая картина. Даник, шипя, кашляя и покряхтывая, отскребал себя от противоположной стены. А в центре коридора стояла… Айлиниэль.

Вот леший… Только не это. Кто угодно, лишь бы не она!

– Что здесь происходит? – вопросила блондиночка, изогнув тонкую бровь. – Леди Ксения?

О боги, узнала! Интересно, как? Нас ведь, насколько я помню, друг другу не представляли.

– Что здесь произошло? – продолжала засыпать нас вопросами эльфийка. – Почему вы дрались? Леди Ксения, почему вы бродите по коридорам одна? И где Алексэрт?

От такого изобилия вопросов, задаваемых тонким высоким голосом, быстро начала пухнуть голова. Вот привязалась! Шла бы себе спокойно мимо, так нет же! И кто просил лезть, спрашивается?

Впервые мы с Даником были абсолютно солидарны. В смысле оба не имели ни малейшего желания объясняться с приставучей Айлин. Вот и продолжали сидеть на полу, то и дело бросая друг на друга, а заодно и на эльфийку недружелюбные взгляды.

Кстати, выглядел кузен немногим лучше меня (себя-то я со стороны не видела, но зато чувствовала саднящую щеку, да и несколько царапин помельче имелось): из носа тоненькой струйкой стекала кровь, оставляя темные следы на светло-голубом камзоле, губа прокушена. Нет, это он, конечно, сам. Я его туда не кусала!

Поняв, насколько глупо выглядит ситуация, я, дабы побыстрее отделаться от Айлин, ткнула пальцем в дверь тронного зала. Алекс вместе с тройкой царственных эльфов все еще находился там, обговаривая подробности стратегического союза. Ушастые ведь и сами считают себя непревзойденными мастерами интриг. А значит, кому, как не им, строить козни Власу.

Но Айлин даже не двинулась с места.

– А дрались вы почему?

Даник густо покраснел и вполне отчетливо скрипнул зубами:

– Эта чокнутая напала на меня. Не мог же я ударить женщину фаерболом. Но, должен признать, очень хотелось, – мстительно добавил он.

Я чуть не задохнулась от возмущения. Нет, ну вы это слышали? Заклинанием он, значит, не мог, а ногтями и зубами – за милую душу! Вот паразит. У нас определенно много общего.

– Что он здесь вообще делает? – вопросила я свидетельницу родственной потасовки.

– Чезариэль давно просил Измира прислать мага, – ответила эльфийка. – И вот буквально за день до вашего приезда из Академии прибыл молодой специалист.

Оказывается, все предельно просто. Впрочем, не могу не признать, Данику самое место среди дивных. Думаю, он здесь неплохо приживется.

На этом запланированный разговор и закончился. М-да, негусто. Айлин помогла мне подняться, распрощалась с Даником и вызвалась сопроводить меня до гостевых покоев. Наверное, чтобы бешеная ведьма по пути еще кого не покусала.

Понурив голову, я тащилась вслед за грациозной эльфийкой. И почему со мной вечно не обходится без приключений? Мало того что перед этой фифой опозорилась, так она ведь еще Алексу нажалуется. Да и с Даником я не закончила. Впрочем, надо признать, наша стычка произвела довольно странный эффект: былой неприязни к блондинистому родственничку я уже не испытывала. Но пообщаться с ним все-таки ой как хотела.

– Не рассказывай ничего Алексу, ладно? – затолкав последние остатки гордости куда подальше, жалобно попросила я.

Айлин обернулась через плечо и задорно улыбнулась:

– Значит, ты не имеешь привычки кидаться с кулаками на первого встречного?

– Нет, – чуть расслабилась я. – К тому же Дан – не первый встречный. – Поймав недоуменный взгляд дивной, пояснила: – Мы родственники. Дальние.

Взгляд Айлин сделался еще более растерянным.

– Вот даже как? – выдавила она. – Не бойся, ничего я не скажу твоему властелину.

– Спасибо. – Хоть одной проблемой меньше.

– Да что уж там! – засмеялась Айлиниэль. Ее мелодичный смех серебряным колокольчиком отскакивал от каменных стен коридора. – По тебе и так все видно.

Этого я, кстати, не учла. Поняв, что разговор с Алексом выйдет совсем не таким, как хотелось бы, я заметно приуныла. Только внеплановой головомойки для полного счастья не хватало.

Айлин, заметив мой скорбный вид, снова заливисто рассмеялась и прибавила шагу. Вот только шли мы уже совсем в другую сторону. Даже я, которая в трех соснах запросто заблудиться может, это сразу заметила. Но возражений не имела: не похоже, чтобы эта эльфийка была ко мне враждебно настроена.

Как и следовало ожидать, она повела меня в свои покои. Комната, где мы разместились, была просторная и светлая, отделанная, к моему удивлению, в бледно-розовых тонах. Как выяснилось, не все эльфы предпочитают зелень. Помещение представляло собой что-то среднее между гостевой и рабочим кабинетом. По крайней мере, мягкий диван, пара глубоких кресел, чайный столик и пушистый ковер под ногами наводили на мысли о первой, а стеллажи с разными пузырьками, в которых настаивались всевозможные примочки да притирки, явно напоминали о втором.

Усадив меня в кресло, эльфийка с азартным видом принялась переставлять свои склянки в поисках нужной.

– Ты тоже травница! – явилась запоздалая догадка. А чего я, собственно, ожидала, если она училась вместе с Алексом? Не некроманткой же ей быть.

– Каждый эльф немного травник, – не оборачиваясь, пожала изящными плечиками Айлин. – А вообще, я маг-практик. Специализируюсь на магии земли. О, нашла!

В руках дивная держала небольшой стеклянный пузырек, наполненный густой коричневатой жижей. Мерзкой даже на вид. Хм… может, я ошиблась насчет ее благих намерений?

Зубами вытащив пробку, Айлин поднесла емкость к носу и с блаженным видом принюхалась. По комнате стал расползаться кисловатый запах.

– Зачем Чезариэлю понадобился человеческий маг, когда у вас своих девать некуда? – полюбопытствовала я, пока хозяйка апартаментов проводила лечебные мероприятия.

Вылив на ладонь немного горчичного цвета жидкости, эльфийка принялась осторожно размазывать ее по моей щеке. Потом капнула понемногу на царапины помельче. Вопреки ожиданиям совсем не жгло. Ну ни капельки! Напротив, по лицу и рукам стал растекаться приятный холодок.

– Для закрепления межрасовых контактов, это во-первых, – пристраивая пробку на ее законное место, ответила Айлин. – Чтобы не говорили, будто мы, эльфы, нос задираем перед другими расами. А во-вторых – дивным легко дается только магия, связанная с природой. Все прочие виды колдовства требуют от нас существенных энергетических затрат.

Решив, что для первого раза узнала достаточно, расспросы я прекратила. Айлин убрала лекарство на полку, потом осторожно стерла его остатки с моей щеки. Оглядев результат, мы обе остались довольны: на коже не осталось ни следа. Разве что небольшое покраснение, но и оно, судя по ощущениям, в ближайшее время обещало сойти.

Но отпускать меня подобру-поздорову восвояси никто не собирался. В мгновение ока на столе появились блюдо с аппетитными фруктами, кувшин с прозрачным, золотистым напитком, источающим еле уловимый цветочный аромат, пара изящных серебряных кубков и жестяная коробочка с шоколадом.

– Как ты узнала меня? – В глубине души опять проснулось любопытство. Или оно и не засыпало? – Нас ведь вчера не представили.

– Ну ты чудная! – хихикнула Айлин, разливая ароматный (подозреваю, что не без градусов) напиток по кубкам. – По-твоему, люди по Альтэл’лявии толпами ходят? Нет, у нас здесь каждого чужака знает в лицо даже тот, кто его ни разу не видел. Да и Лекс, то есть Алекс, много о тебе рассказывал.

Да ну? А мне-то показалось, он все больше слушал.

– И что рассказывал? – прищурилась я, делая первый осторожный глоток. Напиток напоминал вино и цветочный чай одновременно. Но на вкус оказался таким же приятным, как и на нюх. – Что я его хранительница?

– Нет, – качнула белокурой головкой эльфийка, и ее симпатичные остренькие ушки шевельнулись в такт. – Что ты его жена. – И, подумав, добавила: – Знаешь, ведь на самом деле важно не то, что человек говорит, а то, как он это говорит. Ты действительно дорога ему, уж поверь мне. За свои годы в подобных вещах я научилась разбираться безошибочно.

Сколько было этих самых лет, я тактично спрашивать не стала.

Неведомый напиток (надеюсь, это все же не приворотное зелье) оказался ближе к вину, нежели к чаю. Уже после первого глотка все лишние мысли из головы выветрились, а по телу растеклась приятная нега. После второго кубка я поняла, что проще всего недоверие растворяется в градусосодержащих жидкостях. А после третьего – начала жалеть о том, что у меня никогда не было настоящих подруг.

– А я ревновала, – доверительно призналась я, отставляя в сторону опустевший кубок.

– Ну и дура! – фыркнула Айлин. – Мы с Алексом лет сто знакомы. Фигурально выражаясь, конечно. Я еще не так стара. Если бы я собиралась в него влюбиться, то сделала бы это еще в Академии.

– Он хороший, – мечтательно вздохнула я. – И краси-ивый…

– Ага, только с этим занудой со скуки помереть можно, – прыснула эльфийка, приканчивая свое вино, и тоже отставила кубок. – А вот ваш чернявенький очень даже ничего.

Я засмеялась в ответ и запустила свою загребущую лапку в коробочку с шоколадом. Все-таки что ни говори, а вся моя подозрительность вкупе с неожиданно проснувшейся ревностью одной съеденной шоколадки не стоят.

Глава 3

За прошедшую минуту я успела сделать три дела разом: опробовать недавно вычитанное в энциклопедии заклинание, разнести полкомнаты и довести до инфаркта кота.

– Вот ведь леший! – простонала я, пытаясь самостоятельно выкарабкаться из-под рухнувшего прямо на меня шкафа. Не сказать чтобы получилось – ногу придавило конкретно. А ведь еще прибираться придется… Да-а, поколдовала, называется!

– Дурья твоя башка, – не согласился со мной Лапус, отвоевывая у громоздкого кресла притиснутый кончик хвоста. На этом нелегком поприще кошак достиг значительно больших успехов, хоть и оставил торчать из-под фигурной ножки здоровенный клок шерсти. – Кто ж так магичит!

– Я! – гордо заявило мое магичество.

Дверь резко распахнулась и ударилась о стену. Мы на пару с котом испуганно вжали голову в плечи. Сейчас устроит нам властелин коллективное промывание мозгов! Это не говоря о том, что я в который раз не сдержала обещание не прибегать к магии. Уж очень мне понравилось это заклятие: вроде бы боевое, но особых навыков не требует. И моих сил должно было хватить.

Впрочем, их действительно оказалось достаточно. Не хватило ума.

На пороге стоял растрепанный Даник и ошалело вращал глазами. В его руках пульсировали готовые сорваться в любое мгновение заклинания. От неожиданности я потеряла дар речи.

Кузен оценил ситуацию в трех словах, не особо заморачиваясь на их цензурности, сердито фыркнул и впитал энергетические сгустки.

– Полностью с тобой согласна, – глубокомысленно кивнула я. – Может быть, теперь ты вытащишь меня отсюда?

Даник коротко ругнулся и грациозно повел рукой. Весь учиненный мною бардак быстренько рассосался по своим местам. Ура, от длительной уборки я, кажется, избавлена!

Родственнику, видно, понравилось меня удивлять. Он не только не стал высказываться на тему того, чем я, по его мнению, здесь занималась, но даже помог подняться и усадил в кресло. И какая муха его укусила? Или бешеная ведьма?

Я осторожно потрогала ушибленную ногу и пришла к неутешительному выводу: без помощи Алекса или Айлин не обойтись. Пострадавшая лодыжка болела и уже начала припухать.

– Так что ты там хотела мне сказать? – вполне миролюбиво спросил неожиданный спаситель, устраиваясь напротив.

Обалдеть! Еще вчера мы готовы были поубивать друг друга, а сейчас по воле кого-то с зашкаливающей фантазией и садистскими замашками сидим здесь и, кажется, собираемся налаживать некое подобие родственных отношений. Мрак.

– Я подумала, тебя тетушка послала, – повинилась я.

– Делать ей больше нечего, – фыркнул Даник. – Она забыла о тебе на следующий же день.

– Правда? – Я недоверчиво уставилась на кузена, силясь разглядеть в его облике хотя бы малейший признак вранья. Но тщетно, ни один мускул не дрогнул на холеном лице. – А как же ритуал?

– Какой такой ритуал?

– Ну тот, который она собиралась провести со мной… А еще она опоила меня сонным зельем, чтобы я не сбежала.

– Не мели чушь! – начал злиться Даник. – Это тебе с перепугу всего поначудилось. И не поил тебя никто ничем. Просто ты устала, вот и захотела спать.

Ну-ну. То-то и оно, что не захотела. К своему счастью. В противном случае, подозреваю, не сидеть бы мне сейчас в этом уютном кресле.

Я еле удержалась от того, чтобы не начать спорить с ним, доказывая свою правоту. Хвала богам, вовремя спохватилась. Выходит, про подслушанный разговор тетушка не знает. Так стоит ли просвещать?

Да и насчет блондинистого кузена опять возникли некоторые сомнения. С одной стороны, я не могу этого не признать, он меня спас, да и сейчас помог. И вообще, пребывание Даника в Светлом лесу выглядит вполне оправданным. По крайней мере внешне. Но с другой – интуиция упорно нашептывает, что не все в этой истории так гладко.

Конечно, он может и не знать о коварных планах своей матери… Вот только почему я в это не верю?

– Теперь тебе и подавно нечего бояться, – словно подслушав мои мысли, продолжил Дан. – Я тут недавно заглянул в летопись рода… Ты к нашей семье больше не принадлежишь. Пускай теперь твой муженек с тобой мучается.

Да кто бы возражал, только не я!

На несколько долгих мгновений в разговоре повисла пауза. Больше сказать друг другу нам было нечего. Даник встал и, не прощаясь, направился к выходу.

Бац! Я аж подпрыгнула в кресле…

Дверь с грохотом распахнулась, хорошенько приложив кузена по лбу, отчего тот, тоненько взвизгнув, плюхнулся на пятую точку и уже с пола высказал все, что думает о так некстати появившемся властелине. Алекс, кстати, был не намного лучшего мнения о моем блондинистом родственничке, о чем свидетельствовали гневно сверкающие глаза, топорщащиеся клыки и обнаженный меч.

Какая прелесть! Просто картина маслом.

– Какого лешего здесь происходит? – рявкнул властелин, переводя взгляд с меня на Даника. – Он тебе что-то сделал?

Понятно. Судя по всему, когда мне на ногу рухнул шкаф, Алекс почувствовал, что с его хранительницей что-то не так, и бросился на помощь. Вот только Даник успел раньше. Не иначе как под дверью дежурил.

М-да, немаленький, однако, у Чезариэля дворец: пока Алекс добрался до меня, мы с братиком уже и поговорить успели… Хотя сколько там того разговора было!

– Ничего, – поспешно заверила я разгневанного властелина. – Это я сама ногу подвернула.

– А он тогда что здесь делает? – Алекс недоверчиво воззрился на гостя.

– Так, зашел по-родственному, – буркнул Даник, утирая рукавом кровь, обильно вытекающую из разбитого носа. Везучесть, похоже, у нас тоже семейная.

Блондин поднялся и гордо удалился.

Я так и согнулась пополам со смеху.

– Не вижу ничего смешного, – проворчал Алекс, убирая меч.

Он опустился передо мной на корточки и принялся осматривать пострадавшую конечность. Все-таки удобно иметь под боком персонального лекаря.

Пожалуй, лучшего времени для серьезного разговора не найти. Властелин слушал не перебивая. Разве что одобрительно хмыкнул в том месте, где я сообщила, что моя (теперь уже бывшая) семья никаких претензий на мой счет не имеет. Еще бы! Даже если бы эти самые претензии существовали, очень скоро от них не осталось бы и воспоминаний, явись властелин к тетушке. С его-то упертостью!

Завязав кончики тугой повязки бантиком, Алекс прижался щекой к моей ноге и тихо выдохнул:

– Ну почему с тобой вечно так, а?

Хотя его голос звучал скорее устало, нежели страстно, по многострадальной конечности от щиколотки к бедру пробежала стайка мурашек. Блаженно зажмурившись, я запустила руку в его волосы.

В такие моменты особенно остро ощущаю себя его частицей. Это же надо: никаких обвинений в скрытничанье, глупых вопросов, требований сидеть тихо за его спиной и не высовываться… А я-то внутренне настроилась на допрос с пристрастием! Причем как минимум.

Какой же он все-таки… Понятливый. Родной. Мой. И не надо мне другого!

Но все хорошее, как известно, быстро заканчивается. Алекс, взяв с меня обещание вести себя хорошо (то есть проспать до его возвращения), снова отправился к Чезариэлю. Пользуясь случаем, властелин решил заняться налаживанием межгосударственных контактов. Все же превосходное качество эльфийского оружия признал даже Габриэль. Я уж молчу про шоколад, который так и тает во рту! Мм… Неплохо бы иметь возможность лакомиться им дома. Собственно, этим вопросом и занимался сейчас Алекс, раз уж мы все равно здесь. А то когда еще доведется! Хотя как по мне, так лучше бы и вовсе не довелось.

В общем, наш отъезд отложился еще на день.

Довольно долго я честно старалась уснуть, ворочаясь с боку на бок. Даже овец считала – не помогло. Вот ведь невезуха: как надо срочно собрать мысли в кучу и подумать о чем-то важном, так глаза сами собой слипаются, а как искренне соберешься вздремнуть, так фиг с маслом. Что за жизнь!

Махнув рукой на бесплодные попытки уснуть, я встала и направилась к двери. В конце концов ничего страшного не случится, если я немножко погуляю, правда? Я ведь ничего толком не видела, кроме площади Тысячи Фонтанов. А хотелось бы. Очень-очень!

В крайнем случае возьму с собой Айлин.

Приняв это благоразумное решение, я уверенно углубилась в сплетения коридоров. Но звезды, очевидно, были настроены категорически против: в ответ на стук из-за двери эльфийки не раздалось ни звука. Я постучала еще раз, потом еще и, так и не дождавшись ответа, потопала прочь.

Ну и ладно. Обойдусь без нее.

Запланированная обзорная прогулка по землям дивных ограничилась площадью. Сразу за ней начинался небольшой лесок. Там я и застряла.

Тенистый лес до боли напомнил о доме, где прошло детство. Или о Боллате. Я позволила себе предаться ностальгии, бродя среди деревьев и вслушиваясь в шум крон, вдыхая наполненный свежестью и прохладой воздух, наслаждаясь заливистыми птичьими трелями.

Неизвестно, представится ли мне другая такая возможность.

Шелковистая травка легонько щекотала босые ступни. Я покосилась на туфли в своих руках, весело засмеялась и принялась кружиться. Как же все-таки здорово хоть ненадолго почувствовать себя свободной! Бабушка в свое время весь язык об меня стесала, пытаясь объяснить, что хоть мы и живем в лесу, все равно должны оставаться леди.

Но леди из меня не вышло. По крайней мере, в ее понимании.

Как-то незаметно для себя я оказалась на опушке. Под ногами пестрым ковром буйно стелились перецветы. Похоже, ушастые решили не заморачиваться с временем года и остановились на всех четырех. Не удивлюсь, если где-нибудь неподалеку обнаружится заснеженная пустошь с ледяными скульптурами.

Наклонившись, я прильнула носом к цветку и вдохнула знакомый аромат. Голова мгновенно закружилась. Вообще-то вдыхать запах этих цветов не рекомендуется. От него начинает болеть голова, да и прочие симптомы похмелья налицо. Правда, без предварительных хоть сколько-нибудь приятных ощущений.

Но мне эти цветы всегда нравились. Может быть, потому что красные, а может, у меня просто все не как у людей.

Когда головокружение отступило, я сорвала парочку перецветов и вплела себе в волосы. И снова радостно закружилась. Конечно, вряд ли дивные оценят такую красоту, но сейчас меня никто не видит! Значит, можно немного посходить с ума.

Полянка закончилась как-то внезапно. Просто я вдруг поймала себя на том, что стою на вершине довольно высокого холма, пологий спуск которого уходит далеко вниз. А там, внизу, насколько хватало глаз, раскинулась лазурная поверхность воды.

Я никогда в жизни не видела моря. Поэтому в первый момент с приоткрытым от удивления ртом принялась вглядываться в открывшееся взору зрелище. Лазурная даль словно играла, покрываясь рябью и отражая солнечные лучи. Красота-а!

Но как только первый шок от увиденного прошел, сознание зацепилось за одну маленькую неточность. Покопавшись в памяти, я выудила оттуда карту, которую давеча с таким восхищением разглядывала, и обиженно фыркнула. Как же, море! Какое, к лешему, море, когда вокруг сплошной лес?

Вот ведь проходимцы ушастые!

Конечно, это иллюзия. Мастерски сделанная, но тем не менее. В лучшем случае здесь могло быть небольшое озерцо. Я еле сдержала порыв резануть руку, дабы разглядеть, что да как. Но прав Габриэль: не стоит попусту заниматься членовредительством. Устроившись прямо на траве, я прикрыла глаза. И сама не заметила, как провалилась в сон.

Правильно говорят: дурак спит – дурное снится. Вот и мне привиделся полный бред. Впрочем, я от себя ничего другого и не ожидала.

…Было холодно. Очень холодно. Сырой воздух безжалостно леденил лицо и руки, с легкостью проникал за шиворот, пробираясь до самых костей. Дыхание вырывалось струйками пара. Меня сразу начала сотрясать крупная дрожь. Никогда не могла спокойно сносить мороз. Стоило первому листу окраситься в багрянец, как я тут же закутывалась во что-нибудь теплое, и так до поздней весны.

Дернул же меня леший отправиться на прогулку в одном платье!

В громоздком кресле довольно обшарпанного вида сидел мужчина. В зале, где я оказалась, царил полумрак. Толком рассмотреть внешность сидящего мне не удалось. Единственное, что смогла точно определить, – усталость, которая буквально сочилась из его опущенных плеч. Тяжело навалившись на массивный подлокотник, он отрывисто, с присвистом дышал.

А у его ног, словно верный пес, скрючилась женщина. Болезненно худая, я бы даже сказала изможденная, она уселась прямо на холодный каменный пол, уложив темноволосую голову мужчине на колени.

Эта картина меня заворожила.

Я бы, наверное, до скончания веков простояла в немом оцепенении и точно превратилась в ледышку, если бы меня не отвлекло странное свечение. Оно казалось совершенно неуместным в этом мертвом зале.

Задрав голову, я обнаружила реющую под потолком арку из белоснежного камня. Светилась именно она. Парило это совместное детище архитектуры и магии отнюдь не самостоятельно, а вместе с куском каменного пола, грубо выдранного из его изначального места обитания. До боли знакомого пола, надо сказать… Ох и ничего ж себе! Это же украденный портал! Значит…

Влас!

До обоняния с опозданием докатилась знакомая приторно-сладкая вонь. Завтрак жалобно попросился наружу.

А в мозгу отчаянно забилась мысль об открытой мышеловке. Ведьмоловке…

Попытка закричать произвела на свет только глухой хрип. Я стала осторожно пятиться к противоположной стене. Все планы мести как-то разом забылись. В голове царил полный вакуум. Чувствую, стукни меня сейчас кто по черепушке – гул будет стоять на весь Светлый лес.

Боги, о чем я только думаю? В такой момент!

Влас неожиданно выпрямился и посмотрел прямо мне в лицо. Сердце жалобно сжалось, пропустив несколько ударов, а затем, совершив невероятный кульбит, ухнуло куда-то в область подвальных помещений. Если, конечно, таковые здесь имеются.

– Эй, с тобой все в порядке? – спросил Влас испуганным девичьим голоском…

Я резко распахнула глаза. Лес… перецветы… иллюзорное море… Надо мной склонилась незнакомая эльфийка.

Фух! Пожалуй, можно перевести дыхание. Это был лишь сон.

«Пронесло», – подумала я, стараясь дышать как можно ровнее.

«На этот раз – да», – подтвердил внутренний голос. В отчаянных попытках взять себя в руки я не обратила на него ровным счетом никакого внимания.

Какого же лешего мне так холодно?..

– С тобой что-то случилось? – переспросила девушка, видя мою явно неадекватную реакцию.

– Угу, – угрюмо подтвердила я и принялась усиленно дышать на озябшие пальцы. В такую-то жару. – Ты меня только что разбудила. Такой сон досмотреть не дала!

– Ну извини, – скуксилась невольная спасительница. – Я не специально.

Это она шутит, что ли? Или у эльфов принято прощения за спасение просить?

– Спасибо! – благодарно выдохнула я.

Конечно, можно было повредничать и заявить, что она наглейшим образом прервала самый сладкий сон в моей жизни и теперь должна мне, как источник – колдуну, но я не стала. Видно, вредность сейчас пребывает примерно там же, где и душа. В пятках.

Пришлось в срочном порядке проводить внутренние мероприятия по водворению обеих на положенное место. А то куда же я без них?

По мере того как я успокаивалась, внутри осторожно зашевелилось любопытство (вот уж никаким страхом не задушишь!), и я принялась разглядывать новую знакомую. Пока еще не совсем знакомую, но это дело поправимое.

Так вот, передо мной стояла вполне типичная эльфийка. Хрупкая и чуть испуганная. Без малейшего намека на высокомерие. Светловолосая, но ее волосы были не белоснежными и не серебристыми, а имели теплый пшеничный оттенок, как у Кайэля. Большие темно-зеленые глаза взирали на мир с неприкрытым изумлением. Худенькую фигурку обтягивало простое голубое платье без всяких изысков.

Впечатление она производила приятное.

– Ксения, – представилась я, намеренно пропустив «хранительницу». Скорее всего дивная и так в курсе. А если нет, то мне даже лучше: хоть с одним человеком (тьфу ты, эльфом) без всяких расшаркиваний пообщаюсь. – Но лучше просто Ксюша.

– Луна… – Моя собеседница вдруг осеклась, но уже в следующее мгновение с улыбкой продолжила: – Лунаэль. Но лучше просто Луна.

На том и порешили.

Новая знакомая оказалась милой собеседницей, и уже к вечеру я поняла, что мы подружились. Луна, всем своим видом напоминающая беззащитного олененка, не могла не нравиться. К тому же она была моей ровесницей, так что общий язык нашелся как бы сам собой.

Я и не заметила, как на лес опустились густые сумерки. А обнаружив сей прискорбный факт, тут же засобиралась во дворец. Алекс там, наверное, уже с ума сходит!

Луна проводила меня до площади Тысячи Фонтанов и, махнув на прощанье рукой, отправилась домой. Судя по ее наряду, жила она ближе к границе. По сути, это мне надо было ее провожать.

Некоторое время я так и стояла посреди площади, глядя вслед уходящей эльфийке. Что-то в ней все же не так, голову даю на отсечение! Несмотря на внешнюю миловидность, облик девушки лишен определенной гармонии. Какая-то деталь казалась явно лишней. Вот только что это за деталь?

Когда Лунаэль окончательно скрылась из виду, я решила отложить все загадки как минимум до завтра и отправилась во дворец. Меня наверняка обыскались. Ох и попадет же мне сейчас от властелина! Обещала ведь сидеть тихо. И выйти совсем ненадолго собиралась. Думала, к тому времени, когда Алекс вернется от Чезариэля, я пять раз возвратиться успею.

Внутри царило непривычное оживление. Обычно степенные, полные осознания собственной важности эльфы носились, словно фурии, шелестя роскошными одеяниями. И лица у них были, мягко сказать, взволнованные.

Неужто меня ищут?

Мысленно отругав себя за безответственность, я прибавила шагу.

– Ксения! – Габриэль приземлился прямо передо мной, и я благополучно на него налетела. – Хвала богам! Мы уж подумали, тебя тоже похитили.

Видеть беспокойство на лице крылатого, которое тот обычно скрывал за маской вредности или холодного равнодушия, – сплошное удовольствие. Ой… подождите-ка… О чем это он?

– Что значит «тоже»?

Вот ведь!.. Уже и на несколько часов их оставить нельзя!

– Где тебя носило? – Взбешенный властелин ухватил меня за плечи и хорошенько тряхнул. – Ты хоть понимаешь, что мы тут все чуть с ума не посходили?!

Надо же какие мы нежные!

– И незачем так орать, – смущенно проворчала я, выворачиваясь из цепких рук. – Я гуляла.

– Гуляла?! – прорычал властелин и попытался меня зацапать обратно. – А предупредить нельзя было?

– А связь тебе на что дана? – вполне резонно поинтересовалась я, отступая за Габриэля. Нормально, да? Сами думают неизвестно каким органом, а в крайних, как всегда, я хожу. Нет уж, на сей раз я так не играю! – И вообще, объяснит мне кто-нибудь, что здесь происходит, или как?

– Люба пропала, – просветил меня Алекс, ероша волосы, которые и без того торчали во все стороны. – Вот мы и решили, что вас обеих похитили.

Паникеры! Чувствую, меня теперь точно под замок посадят, да еще и стражу к двери приставят.

– Почему сразу «похитили»? – сморщила я носик. – Может, она тоже прогуляться вышла, а вы тут такой хай подняли.

– Не может, – покачал темноволосой головой ангел. – У нее там такой бардак… Короче, прогулка носила принудительный характер.

Да уж, ситуация…

– Ты пригляди тут за всем, – наказал властелин крылатому, – а я пока отведу эту пропажу в наши покои.

Алекс крепко подхватил меня под локоток и настойчиво увлек в сторону лестницы. Я даже возмутиться толком не успела. Да и смысла нет. Все равно этому упертому властелину не докажешь, что от меня тоже может быть польза. Правда, я еще не придумала, какая именно.

– Тебе не кажется, что мы идем немного не туда? – подозрительно уточнила я, когда мы пропустили нужный поворот и оказались в совершенно незнакомом коридоре.

– Отнюдь, – ухмыльнулся Алекс. – Помощь хорошего мага сейчас будет очень кстати. Ты осмотришь комнаты Любы и Дармира на наличие энергетических следов.

От удивления я встала как вкопанная и пару раз хватанула ртом воздух. Неужели в придачу к на редкость самостоятельному внутреннему голосу у меня еще и слуховые галлюцинации появились?

– Знаешь, – наконец обрела я дар речи, – до хорошего мага мне, как эльфу до ангела.

– По крайней мере, тебе я доверяю. Уже одно это дорогого стоит.

Ох… Пожалуй, в чем-то он прав. К тому же недостаток моих умений с лихвой восполнится его знаниями. А под чутким руководством властелина даже такой неуч, как я, что-нибудь да наколдует. Однако думать, что именно, совсем не хочется.

– Почему мы идем окольными ходами? Нет, я, конечно, давно поняла, что легких путей ты не ищешь, но…

– Там полно эльфов, – резко перебил Алекс и ускорил шаг, мне приходилось буквально вприпрыжку бежать за ним, – которые и без того не в восторге от моих методов. Не стоит лишний раз их дразнить.

Разумно. Да и мне без прицелов их недоверчивых взглядов будет легче сосредоточиться. Разглядеть энергетический след на самом деле совсем не сложно. При желании это сумеет даже одаренный первокурсник, а у меня как-никак небольшой магический опыт имеется. Коплю помаленьку. Глядишь, через несколько лет и магистру Измиру не стыдно будет на глаза показаться.

Тот факт, что какие-то следы там остались, вообще не ставится под сомнение. Даже если похититель не колдовал. Ему достаточно было всего-навсего иметь при себе заряженный амулет, заговоренный меч или еще что, имеющее хотя бы отдаленное отношение к магии.

Следовательно, отыскать Любу возможно. Надо только очень сильно постараться.

– А где был Дармир, пока его жену похищали? – озвучила я еще один немаловажный вопрос.

– Со мной у Зарри, – развеял подозрения властелин. – Видишь ли, у него есть некоторый опыт в торговых делах, вот я и решил, что мне может понадобиться его совет.

Нет, я так скоро окосею от удивления! Чтобы самоуверенный Алекс, с его-то упрямством способный доказать собственную правоту даже камню, спросил чьего-то совета? Похоже, я в этой жизни что-то не понимаю… Негромкий шорох совсем рядом не дал мне додумать, что именно.

– Подожди!.. – Я всем своим весом повисла на руке спутника, заставляя его остановиться.

Послышался стук подбитых сапог по полу. В таких при всем желании трудно остаться неуслышанным. Вот почему их надевают разве что в дорогу. Затем шипящий шепот и совсем уж странная возня.

– Кажется, оттуда, – чуть шевельнул губами Алекс, кивая куда-то вправо.

Многозначительно переглянувшись, мы, стараясь ступать как можно осторожнее, дабы не быть раньше времени обнаруженными, двинулись в обозначенном направлении.

Коридор в том месте резко уходил вправо. Заметили мы это далеко не сразу, все же не у себя дома разгуливаем, вот и оказались на самом виду. Как всегда, все пошло не по плану. Плюнув на неудавшуюся конспирацию, я повела рукой и выпустила из ладони круглого золотистого светлячка.

Нас здесь не ждали. Мужчина (если быть точной – эльф), крепко удерживавший Любу, побледнел и ругнулся сквозь зубы. Невыразительно как-то у него вышло, не чета нашему ангелу. Вот отвоюем у него бережиню – всенепременно предложу Алексу сдать эту мерзкую лопоухую личность крылатому на перевоспитание. Пускай душу отведет.

– Стойте на месте и не вздумайте шелохнуться, – угрожающе прошипел похититель. – Не то ей конец.

Властелин смерил противника оценивающим взглядом и изрек:

– Не посмеешь.

– Думаешь, тебя испугаюсь?

Эльф явно нервничал: кинжал, который он прижимал к горлу Любы, заметно подрагивал. Судя по всему, не только наши планы сегодня с треском проваливаются.

Бережиня не делала ни малейших попыток освободиться, лишь судорожно прижимала к груди Книгу Судеб. В ее глазах застыл страх.

Окинув взглядом оружие, я пришла к выводу, что оно явно не эльфийское. Слишком грубая работа. Никаких драгоценностей, рун. Магии скорее всего тоже нет. Посредственно.

«Скучно, не правда ли?» – лениво поинтересовался внутренний голос. Пришлось отвлечься на то, чтобы коротко изложить этому весельчаку маршрут, по которому ему рекомендуется пойти. И желательно там остаться. Словесная карта вышла на удивление красочная, все-таки у меня ввиду тесного общения с некоторыми личностями фантазия стала весьма буйная.

– Зато отравленный, – самодовольно сообщил подлюга-эльф, правильно истолковав мой взгляд.

Хотя зря я завысила статус этого ушастого. Он был полукровкой. Возможно, всего на треть или четверть. Короче, от дивных этому лопоухому субъекту достались лишь уши, да и те отличались разве что легкой заостренностью, размером же ничуть не превосходили человеческие.

Вот теперь все понятно. Этот на голову ущербный недоэльф настолько уязвлен неполнотой своей принадлежности к дивным, что решил доказать им и нам заодно, что на что-то способен. И не нашел ничего лучше, чем податься к Власу. В принципе неудивительно, ведь подобное, как известно, притягивает подобное. А тому зачем-то потребовалась книга. Что из этого вышло, мы имеем счастье лицезреть здесь и сейчас.

Где-то в глубине души стала подниматься злоба. Одного в посмертье заклинило и, вместо того чтобы запихнуть куда-нибудь подальше, выкинуло на наши бедные головы. Другой самоутвердиться захотел. За каждым кустом поджидает свора наемников. От собственной семьи уже не знаешь чего ждать. А расхлебывать все эти помои, как всегда, приходится нам! Какого лешего, в конце-то концов?

Чтобы не допустить стихийного выброса силы, как случилось со мной в Страшном лесу, я изо всех сил сжала руки в кулаки, безжалостно вонзая ногти в ладони. Под пальцами тут же стало мокро.

Только хуже сделала. Но осознала свою ошибку слишком поздно, исправить уже ничего не могла.

Ярость схлынула так же внезапно, как и пришла. И по вдруг ставшему ватным телу свободно гуляла чистая магия, доставляя почти ни с чем не сравнимое удовольствие. Разве что… но сейчас не об этом.

Энергия легким покалыванием пробежалась от пяточек до макушки и обратно, словно ища выход. Это был один из тех редких моментов, когда я ее чувствовала. Магии было совсем немного, но она была, и была моя. Что еще надо молодой ведьме, чтобы забыть обо всех насущных проблемах?

Выход сила нашла в красных лунках, оставленных на ладошках ногтями, и окутала руки голубым свечением.

Недоэльф забавно выпучил глаза и что-то закричал. Слов я не расслышала, зачарованная своими ощущениями. Глупый. Неужели ему невдомек, что этих жалких крох слишком мало, чтобы причинить ему настоящий вред? Слишком мало крови. Хотя… не у него одного здесь есть оружие. Обручальное кольцо с меня еще никто не снимал.

Но меня опередили.

Алекс не упустил столь удачно выпавший шанс. В воздухе сверкнула серебристая молния. Раздался вскрик. Кажется, властелин оценил всю бесполезность ножей в сапогах и переместил один из клинков в рукав. Как кстати!

Брошенный нож угодил в правое плечо ушастика, заставив его выронить кинжал, который со звоном покатился по каменному полу. Люба, не теряя времени даром, закрепила эффект от действий властелина методом приложения похитителя судьбоносным талмудом по дурной голове. Потом не утерпела и добавила еще один удар. На этот раз под дых. Подлый недоэльф со стоном осел на пол.

Подтолкнув благополучно спасенную бережиню ко мне, Алекс наклонился за кинжалом.

– Дурак, – кривясь от боли, зашипел несостоявшийся похититель. – Такую удачу проворонить! У тебя могло быть все, останься ты рядом с господином, а ты выбрал безвестное прозябанье в какой-то дыре…

В серебристых глазах появился опасный блеск.

– Знаешь, – в голосе властелина послышались вкрадчивые нотки, – несмотря на все перемены, кое-что в человеке не меняется никогда. – Алекс резко повернулся к полулежащему на полу ушастику, ухватился за рукоять, торчащую из его плеча, и неспешно провернул. Не в меру разговорчивый враг взвыл от боли и покрылся испариной, а властелин продолжил: – Не надо меня злить.

Стоит ли говорить о том, что дивные соизволили появиться, когда в них уже не было никакой нужды.


Я сидела на подоконнике и тоскливо вглядывалась в потоки дождя за окном. Оказывается, непогода даже в Светлом лесу случается. А я-то думала, ушастые полностью контролируют природу… Но ливень, яростно барабанящий в стекло, полностью опровергал подобные предположения.

Настроение было гаже некуда. На душе противно скреблись даже не кошки – тигры. И тянуло не то разреветься в три ручья, что для меня само по себе странно, – плачу я редко, не то хорошенько постучаться бестолковой головой о стенку. Правда, толку с последнего все равно не будет. Это в коридоре стены каменные, а в комнатах они обиты мягкими тканями.

Сегодня мне исполнилось восемнадцать.

Год назад я была уверена, что к этому времени стану дипломированной ведьмой. Но эта мечта развеялась, стоило попасть в Боллату и сделаться хранительницей. Спокойной жизни, собственного властелина и бытового колдовства в случае крайней надобности мне бы вполне хватило. Так и эти планы разлетелись вдребезги, потому что чья-то подлая душонка возжелала мести. У, ненавижу!

Подсознательно я отчего-то была свято уверена, что вместе с совершеннолетием наступит и «повзросление». Появится рассудительность, перестанет тянуть на детские шалости. А главное, придет ответ на глобальный вопрос «что делать?».

Не случилось. По ощущениям сегодняшний день ничем не отличался от вчерашнего. И от всех прочих тоже.

От невеселых раздумий отвлек настойчивый стук в дверь. Между прочим, в третий раз за утро… Безобразие. Никакого личного пространства!

– Чего надо? – рыкнула я. – Сказала же – не выйду!

Уже и поразмышлять спокойно не дадут!

– Ксения…

Молчу.

– Зарри устраивает торжественный обед, – принялся соблазнять меня Алекс. – Если хочешь знать, в твою честь.

– Вот и обедайте себе, я-то здесь при чем? – сквозь зубы огрызнулась я. И тут до меня дошло. Откуда они знают?.. Я ведь даже Алексу не говорила. И ляпнула вслух: – Неужели наша связь настолько сильна?

– Разумеется, – отозвался властелин, посмеиваясь. – Но в данном конкретном случае нашу связь зовут Дан.

Вот ведь гнусный предатель! Мало я ему нос разбила.

– Можешь передать ему от меня в глаз, – предложила я. – Все равно не выйду.

Разумеется, если властелин очень захочет войти, какая-то там дверь ему помехой не будет, но могу я хотя бы сегодня повредничать в свое удовольствие? К тому же мне и вправду о многом надо подумать.

За дверью ненадолго воцарилось молчание. Но не успела я порадоваться, что меня наконец оставили в покое, как слух уловил тяжелые шаги нескольких пар ног, шепот… а потом – видно, решили окончательно меня добить – зазвучала музыка. Судя по звуку, источник находился прямо у двери. Мелодичный, протяжный мотив лился тоненькой струйкой, постепенно смывая раздражение. Появилась почти физическая потребность закрыть глаза, расслабиться и унестись вместе с переливчатой мелодией в загадочные дали грез.

– А я и не прошу. – В голосе Алекса отчетливо различались бархатные нотки.

Да ну? А зачем, скажи на милость, ты мне голову дуришь тогда?

– Правда? – заинтересовалась я и даже спустила ноги с подоконника. – И что же ты делаешь?

Нет, мне правда интересно! Тут уже не до самокопания.

– Приглашаю тебя на танец, – невозмутимо сообщил он.

Хм… и они еще меня считают слегка чокнутой. Тут вообще полная клиника.

– Что, прямо сквозь стену? – тупо переспросила я, вставая.

– Ну да, – довольным голосом заявил властелин. – Подойди к двери.

Да уж, повезло с мужем, ничего не скажешь! Тут я поймала себя на мысли, что впервые, хоть и не вслух, назвала Алекса мужем. Ох и ничего ж себе! Это сегодняшний день так на меня влияет или просто… Я покачала головой, невольно улыбнувшись, и сделала несколько шагов по направлению к двери.

– Я тебе поклонился и протянул руку. – Он безошибочно поймал момент, когда я встала точно в указанном месте.

Прекрасно понимая всю бредовость ситуации, я протянула руку, попутно озвучивая свои действия. А дальше… мы танцевали. И было уже не важно, что со стороны это выглядело, мягко говоря, абсурдно. Прикрыв глаза, я целиком и полностью отдалась ощущениям и, кажется, лишь сейчас узнала, что же такое эти пресловутые бабочки в животе.

О каком тут затворничестве может идти речь?

Прямо у двери аккуратной горкой были сложены подарки: шоколад от эльфов, несколько флакончиков с ароматными притирками от Айлин, новенький сборник заклинаний от Любы и Дармира и нечто в плотном черном футляре от Габриэля. Чуть приподняв крышку, я искренне ахнула. Совсем не обязательно быть таким же страстным любителем оружия, как наш крылатый, чтобы оценить великолепие подобного шедевра. Тонкий темный клинок, казалось, был соткан из густой тьмы, которая клубилась, заманчиво извивалась, на глазах сплетаясь в опасное оружие.

Не удержавшись, я поддалась искушению и осторожно коснулась указательным пальцем холодного острия. И вскрикнула: ладонь словно пронзили тысячи невидимых игл. Больно не было, скорее неожиданно. И щекотно.

Но все в минуту прошло. Рука непроизвольно переместилась на рукоять – легла на нее нежно, но в то же время уверенно. Словно взяла за руку любимого мужчину. Мне оставалось в который раз удивиться самой себе. С каких это пор любовь к оружию стала передаваться воздушно-капельным путем? По крайней мере, других причин появления сего странного чувства я не нахожу.

Острие полыхнуло пронзительно-ярким светом, на мгновение ослепив меня, и затихло. Проморгавшись, я обнаружила, что клинок заметно посветлел и стал отливать алым, будто какой-то сумасшедший мастер разбрызгал внутри него несколько капель крови. Тьмой же осталась только рукоять.

– Поздравляю, – слегка улыбнулся Алекс. – Он принял тебя.

– Что это? – ошарашенно выдохнула я, тупо разглядывая невесть откуда взявшийся на ладони неглубокий порез. И когда успела, спрашивается? Ни на минуту себя без присмотра оставить нельзя!

– Шейдэс, – ответил властелин.

Мне это загадочное слово не говорило ровным счетом ничего.

– Это ты сейчас ругнулся, да? – наморщила я лоб, возвращая таинственное оружие в футляр. Конечно, этот загадочный шейдэс просто восхитителен, но опыт показывает, что меня лучше держать как можно дальше от каких бы то ни было колюще-режущих предметов. Так что судьба ему так и лежать в сумке, рядом с плетью Рогенды.

– Извини, – вздохнул Алекс, приваливаясь к каменной стене. – Этот клинок называется шейдэс – клинок тьмы. И сделать его может только черный ангел из тьмы, которую он должен взять из глубин своей души. Габриэль изготовил его специально для тебя.

– Зачем? – Я все еще ничего не понимала. – Ведь и своим-то пользоваться толком не умею.

– Здесь не нужны никакие навыки, – мягко произнес властелин, осторожно забирая из моих рук футляр и вместе с другими подарками занося в комнату. – Главное, что он тебя признал. Значит, счел достойной.

– Что-то сомневаюсь, что это могло бы сильно помочь в бою, – скептически скривилась я. Конечно, ни в каких боях, тем более с оружием в руках, принимать участие в мои планы пока не входило, но надо же в конце концов знать, с чем имеешь дело.

– Лишь это тебе и поможет, – туманно изрек властелин и поспешил сменить тему: – Теперь, пожалуй, можно перейти и к моему подарку.

Перед глазами тут же появился небольшой серебряный ларчик, доверху наполненный драгоценностями. От удивления я во второй раз за утро впала в ступор. Я уже почти привыкла к своему высокому статусу, но в такие моменты все же несколько теряюсь. Подумать только! Еще совсем недавно я и помыслить не могла о таких богатствах, а тут целый ларец. Чувствуя себя сорокой, дорвавшейся до очередной блестяшки, я запустила руку в украшения. Чего здесь только не было! Кольца с самыми разнообразными камнями, переливающиеся всеми цветами радуги, браслеты и цепочки от совсем тоненьких, как паутинка, до массивных и тяжеленных уже на вид, серьги, ожерелья, даже парочка налобных украшений.

– Это фамильные драгоценности, – пояснил Алекс. – Теперь они твои.

– Спасибо, конечно, – с трудом выдавила я, – но тебе не кажется, что путешествовать с таким богатством сродни самоубийству? Тем более в нашем случае.

– Нет, – качнул седой головой властелин, – не кажется. Родовая магия распространяется и на них. Их невозможно украсть.

Последнее заявление несколько успокоило, но надеть на себя что-либо из новоиспеченной собственности я так и не решилась. Так что к обеду спускалась в чем была. Знаю, глупо, но себя ведь не переделаешь…

Весь оставшийся день прошел в праздничных гуляньях. Расщедрились эльфы, ничего не скажешь. Не ожидала от них.

Сначала был торжественный обед, в конце которого подали именинный пирог. Вернее, несколько пирогов, потому что одного на всех собравшихся точно бы не хватило. Дивные, очевидно, окончательно решив сразить меня, вели себя вполне нормально, то есть носов не задирали, пафосных речей не толкали и даже о насущных проблемах не вспоминали. Так что чувствовала я себя вполне комфортно.

Потом вполне предсказуемо зазвучала уже знакомая мелодия, столы вместе с яствами испарились, и начались танцы. Алекс в этот раз старался держаться рядом и ни на каких эльфиек не отвлекался. Но даже несмотря на это, мне пришлось потанцевать с Габриэлем, тройкой царственных дивных, наследником и еще с несколькими совершенно незнакомыми эльфами. В итоге к вечеру я поймала себя на том, что мои движения стали едва ли не легче, чем у любой из порхающих здесь ушастых блондинок.

– Веселишься, кузина? – раздалось прямо над ухом.

Я вздрогнула и резко обернулась. Надеюсь, хотя бы он не потащит меня танцевать.

– Я уж думала, ты не появишься.

Даник горделиво вздернул подбородок:

– Да я, в общем-то, тоже так думал. Компания здесь, мягко говоря, неприятная, музыка заунывная и вина далеко не самые лучшие. Но разве я мог пропустить праздник совершеннолетия собственной кузины?

Уж лучше бы пропустил. Мне бы хоть настроение никто не портил.

– Что тебе от меня надо? – весьма недружелюбно поинтересовалась я. Вот ведь свалился на мою бедную голову!

– Пришел вручить подарок. – Пошарив по карманам, парень вытащил на свет небольшой мешочек из черного бархата. – Вот, возьми. Насколько я помню, он тебе понравился.

Потянув за концы шелкового шнурка, которым был перевязан презент, я вытряхнула на ладонь содержимое бархатного мешочка. Это оказался портрет моей матери. Тот самый, на который я битый час глазела в доме тетушки, только уменьшенный во много раз.

Неожиданно, надо сказать… Нужные слова никак не хотели подбираться. Им мешали смешанные чувства, которые в данный момент походили на растрепанный клубок. Вот мы и стояли друг напротив друга, обмениваясь смущенно-растерянными взглядами.

Спасла положение Луна. Вернее, сначала ко мне подошел один из эльфов, отвечающих за магическое сопровождение праздника, и сообщил, что меня разыскивает подруга. Учитывая, что Айлин меня поздравила еще с утра, это могла быть только Лунаэль.

Вот и чудно. Похоже, у этой эльфийки просто дар появляться в самый нужный момент. Кивнув Данику на прощанье, а заодно и в знак благодарности, я спустилась с террасы и устремилась в указанную сторону.

Это был сад. Оказавшись в зеленом коридоре идеально подстриженных кустов, я, признаться, слегка растерялась и в который раз подумала о низком происхождении своей новой знакомой. Иначе с чего бы ей самой не подойти ко мне? Впрочем, и эта версия трещала по швам: еще в первый день пребывания в царстве дивных я заметила, что социальные различия здесь совсем невелики. Но другой теории просто не было, и пришлось спешно переключать мысли на что-нибудь менее загадочное.

В воздухе плавали магические светильники, озаряя сад неясным светом. Оказывается, уже успело стемнеть, а я и не заметила! То и дело на глаза попадались уединившиеся парочки, впрочем, не обращавшие никакого внимания на мою скромную персону. О маршруте я особенно не задумывалась, просто шла в заданном направлении.

Шла довольно долго и уже начала беспокоиться, не заблудилась ли, когда меня схватили чьи-то руки и рывком втащили в глубь кустов. С перепугу я чуть не завизжала на весь сад (вот весело было бы!), но меня остановила Луна, нервно озирающаяся по сторонам.

– Тиш-ш-ше!.. – зашипела блондиночка, зарываясь глубже в куст.

Тонкие ветки больно впились в спину даже через ткань платья, заставив поморщиться и передернуть плечами.

А она сильная. По крайней мере для девчонки.

– Ты меня чуть до смерти не испугала, – пожаловалась я. Тоже мне лазутчица.

– Тише ты! – снова шикнула Лунаэль. – Нас не должны увидеть.

Я так и знала.

– От кого ты прячешься?

Эльфийка испуганно заглянула мне в глаза и, нервно теребя прядь волос, ответила:

– Моя матушка очень строгая. Нет, ты не подумай, на самом деле она хорошая, но суровая. Если узнает, что я вышла из дома так поздно, да еще без разрешения, мне несдобровать. Не выдавай меня, ладно?

Сочувственный вздох вырвался сам собой. Как раз это я прекрасно понимаю. Сама всю жизнь прожила с бабушкой, которая мягким нравом не отличалась. Ее послушать, так во мне все было неправильно! Но при этом я точно знаю – подобным образом проявлялась ее забота. Весьма своеобразно, но все же.

– Не выдам, – пообещала я подруге.

– Вот и хорошо, – успокоилась Луна. – До меня дошли слухи, что у тебя сегодня тоже день рождения.

Утвердительно кивнув, я проворчала:

– В вашем лесу хоть что-нибудь в тайне оставить можно?

Дивная с воодушевлением затрясла головой.

– Постой-ка… Почему «тоже»? Разве у кого-то еще…

– У меня, – заговорщическим шепотом призналась Лунаэль и тут же напомнила: – Но об этом – молчок.

Я послушно кивнула.

– Держи, это тебе. – Она протянула мне длинную витую серебряную цепочку, к обоим концам которой были прикреплены прозрачные кристаллы. Странное украшение. Интересно, его вообще носят?

Именно этот вопрос я и озвучила, принимая из рук подруги любопытный дар.

– Не совсем, – улыбнулась та. – Это артефакт. Называется «Путь к себе». Когда тебе будет совсем плохо и ты не сможешь решить, что же делать, накинь цепочку на шею, соедини кристаллы…

– …и удавись, – попробовала пошутить я, но Лунаэль такого юмора не оценила.

– …и он тебя приведет туда, где ты нужна больше всего, – закончила эльфийка.

Надеюсь, мне так и не придется воспользоваться этой штукой. Хотя с моим-то везением…


Отъезд был назначен на завтра, поэтому, распрощавшись с Луной, я поспешила в свои покои, дабы хорошенько выспаться. Предчувствую, что утром Алекс заставит подняться в несусветную рань. Ни статус хранительницы, ни тем более положение жены существенных поблажек со стороны властелина мне не дают. В такие моменты волей-неволей начинаешь задумываться: а на кой оно мне вообще надо?

Впрочем, что это я?.. Надо. Еще как надо!

Оказавшись в комнате, я запихнула новые подарки в сумку и пришла к выводу, что все не так уж плохо. Да, у нас куча проблем, но ведь мне никто не предлагает справляться с ними в одиночку. Есть Алекс и верные друзья, а значит – рано вешать нос. В крайнем случае воспользуюсь кристаллами, которые дала Лунаэль. Но думать об этом совсем не хочется.

Взгляд наткнулся на серебряный кубок с темно-красной жидкостью, стоящий на столе. И я поняла, что жутко хочу пить. Просто умираю от жажды! Но вообще-то странно, что он здесь оказался. Лично я ничего подобного в спальню точно не приносила. Алекс – тоже. Насколько я успела изучить властелина, годы работы в лаборатории сделали из него несусветного чистюлю. У этого педанта каждая булавка лежит на строго отведенном месте, что уж говорить о каком-то там кубке!

Неужели эльфы позаботились?

Принюхавшись, я уловила довольно сильный запах пряностей. И довольно приятный, надо заметить. Сам же кубок был еще чуть теплый. Мм… кажется, это именно то, что мне сейчас так нужно!

Отринув все сомнения, я обхватила его за серебряные бока, подошла к открытому окну и, поглядывая сверху вниз на все еще оживленную террасу, сделала несколько осторожных глотков. Судя по терпкому вкусу, это подогретое вино с приправами. Наверняка сильно разбавленное: даже когда показалось дно, особого опьянения все еще не ощущалось. Разве что по телу разлилось еле уловимое тепло.

Чуть прикрыв глаза, я подставила разгоряченное лицо легкому вечернему ветерку.

Тут меня и скрутило. Дыхание сперло, воздух, заполняющий легкие, обжег, словно раскаленная лава. Я судорожно закашлялась, ухватившись за широкий подоконник, и стала оседать на пол. В глазах резко потемнело…


– Ты издеваешься? – Властелин недоверчиво воззрился на царственного эльфа. – У тебя прямо под носом невесть что творится, а ты упорно делаешь вид, что как бы ни при чем.

Несколько последних дней Алекс никак не мог определиться со своим отношением к сложившейся ситуации вообще и к Чезариэлю в частности. С одной стороны, в Светлом лесу дела действительно обстоят неважно. Но когда в ситуацию замешан Влас, еще и не того ожидать можно – это Алексэрт неоднократно проверил на собственном опыте. А с другой стороны, он привык считать Зарри если не другом, то как минимум приятелем.

– Эти ушастые всегда ни при чем, – скривился ангел, лениво постукивая ханаттой по ладони. – Только боком это выходит почему-то нам.

Эльфийский царь мученически вздохнул и меланхолично отозвался:

– Две сотни.

От шквала возмущения, уже готового было обрушиться на него, дивного спасли две капли, одна из которых оставила бурый след на белоснежных одеждах властелина, а другая мазанула докучливого гостя по щеке.

В первый момент опешили все трое. Но всего на мгновение. Не тратя времени на выяснение происхождения странных брызг, ангел перехватил оружие поудобнее и плавно перетек в боевую позицию.

– Стража! – неожиданно тонким голосом вскричало его величество.

Музыка тотчас стихла, танцующие замерли, и терраса стала наполняться вооруженными воинами.

Спокойствие сохранял один властелин. Окинув изучающим взглядом все еще свежее пятно на рукаве, он стер со щеки темные разводы и поднес испачканные пальцы к лицу. Резко втянул в себя воздух, секунду помедлил, и в звенящей тишине раздался его голос:

– Вино, цукаты, немного имбиря и… – тут нутро Алекса буквально захлестнула огненная волна, начисто смывая остатки самообладания, – яд.

Последнее слово властелин выдохнул со свистом. Круто развернувшись, он бросился к лестнице, на ходу трансформируясь.

«С каждым разом смена ипостаси проходит все легче», – наверное, единственной не занятой болью частью сознания отметил он. Боли – его боли – теперь нет, да и времени перевоплощение стало занимать значительно меньше. Если Ксения не перестанет влипать во всевозможные неприятности, которые ей непонятно каким чудом удается находить с завидным постоянством, процесс скоро обещает стать вполне контролируемым.

Вот только такую цену Алекс платить не готов.

Хранительница в нелепой скрюченной позе лежала прямо на ковре. Ее тело без конца сотрясали конвульсии, на раскрасневшемся лице выступили частые бисеринки пота. Побелевшими пальцами девушка что было сил цеплялась за длинный ворс ковра, на котором тоже виднелись бурые разводы. Но пролитое вино здесь совершенно ни при чем.

– Ксения… – Голос вдруг стал чужим и упорно не желал слушаться.

Алекс подскочил к ней и осторожно отцепил от ковра, крепко прижимая к себе. Хрупкое тело сильно изогнулось в его руках, с приоткрытых губ сорвался еле различимый всхлип, и она обмякла.

Все остальное казалось просто дурным сном. Девушку уложили на кровать и тщательно укутали в одеяла, но она не переставала дрожать. Алекс, чтобы делать хоть что-нибудь, принялся дышать на ее руки, силясь их согреть. Помогало, но ненадолго.

Вот, значит, что должен ощутить человек, из которого вынули душу. Это не идет ни в какое сравнение с привычной опустошенностью после Дня Согласия. И даже когда он добровольно опечатал свою магию, не было так мучительно больно. Как выяснилось, страдания близкого человека могут ранить куда острее своих собственных.

Просто сидеть и смотреть, как умирает единственная светлая частичка твоего существа, невыносимо. Алексэрт уже сделал все, что мог, но этого было ничтожно мало. Яд он определил еще тогда, по запаху. Не напрасно в свое время молодой травник снискал славу одного из сильнейших магов Белтании. Да и в гильдию первого встречного вряд ли бы пригласили.

Отрава оказалась довольно редкой. Как следствие – противоядие тоже. Вызванные Чезариэлем лекари только разводили руками. Лучшее, что они смогли сделать, – это напоить хранительницу зельем, которое способно замедлить действие выпитого вещества. Но не остановить.

Все же измельчали нынче лучезарные. От былого коварства не осталось и следа. Алекс готов побиться об заклад: случись подобное при ком-нибудь из предшественников Зарри, ему мигом бы притащили целую коллекцию ядов и противоядий от них. А сейчас…

Ближайшее место, где можно достать лекарство, – Академия. А до нее, даже если очень поспешить, не меньше недели пути.

А у них нет и дня!

Разумеется, Алекс и сам мог изготовить нужное зелье. Более того, властелин готов был в этом поклясться, никто не справится с этим лучше его. Но и здесь удача повернулась к нему… в общем, филейной частью – у эльфов не оказалось одного очень редкого и столь необходимого сейчас ингредиента. Цветков клотса [2]. Что, собственно, совсем неудивительно: дивные – хранители природы, вряд ли они стали бы держать у себя подобную мерзость. На это, судя по всему, и делался расчет.

А вот Алекс держал. Будь они сейчас в его особняке в Моренске или в Боллате, проблема спасения хранительницы уже была бы решена.

– Я полечу в Академию, – выдернул властелина из горьких раздумий тягучий голос ангела.

– Бессмысленно, – неожиданно спокойным голосом отозвался тот, поднимаясь. – Все равно не успеешь.

– Все же это лучше, чем просто сидеть и ждать, когда она… – Заканчивать фразу крылатый не стал. Все и так все прекрасно поняли.

Алекс окинул долгим взором сжавшуюся под ворохом одеял девушку. На огромном ложе она казалась особенно беззащитной. Видеть, как медленно погибает та, ради которой только и стоит за что-то бороться, невыносимо.

– Зарри, прикажи настроить телепорт на Академию, – решительно произнес властелин. – Дармир, ты отправишься к Измиру и, если потребуется, вытрясешь из него это проклятое противоядие.

Перспективе «вытрясать» что-либо из директора Академии лекарь совсем не обрадовался, но между гневом властелина и гневом магистра благоразумно выбрал второе. Там, может, еще пронесет, а вот здесь уже вряд ли.

– Габриэль, – кивнул Алекс ангелу, когда Чезариэль увел лекаря вместе с магами к телепорту, – найди мне эту мразь. Хоть из-под земли достань!

– С удовольствием, – сверкнул темными глазами крылатый. – Об этом можно было и не просить.

– А ты, – властелин наконец обратил внимание на тихо сидящую в углу бережиню, – сейчас подробно расскажешь ему, где искать и кого именно.

– Но я не могу… – слабо запротестовала женщина. Таким своего властелина она еще не видела.

– Придется смочь, – холодно бросил мужчина, возвращаясь к Ксении.

Он даже не обернулся на звук закрывающейся двери – это Габриэль увлек бережиню в коридор, дабы та не попалась властелину под горячую руку.

– Ну же, девочка, потерпи еще немного. Я знаю, ты гораздо сильнее, чем кажешься, – еле сдерживая рвущееся наружу отчаяние, зашептал он, крепко прижимая Ксению к себе. – Леший бы их всех побрал, что ж так долго-то! Клянусь всеми богами, я самолично залью в глотку все имеющиеся у меня яды тому, кто это с тобой сделал!

Ожидание тянулось бесконечно. Мгновения сменяли друг друга, а Дармира все не было. Надежда таяла на глазах.

Ксению перестало трясти. Теперь она лежала так тихо, что Алексу периодически начинало казаться, что девушка не дышит. К счастью, это был только страх. Хранительница упрямо продолжала цепляться за жизнь, и Алексэрт невольно испытал чувство гордости за это хрупкое существо, которому по его вине приходится переживать весь этот кошмар.

Из полузабытья властелина вывело деликатное покашливание. Мужчина вздрогнул и повернулся на звук.

Первое, что бросилось в глаза, – небольшой стеклянный пузырек с мутной, совсем не привлекательной на вид жидкостью. Наконец-то! Схватив спасительную склянку, Алекс даже не обратил внимания на то, что принес зелье вовсе не Дармир.

Избавившись от своей ноши, белокурая эльфийка судорожно вздохнула и опрометью вылетела за дверь. Спасена!

Алекс осторожно приподнял голову Ксении и принялся понемногу вливать лекарство ей в рот. В воздухе сразу же запахло гнилью. Все же использование в качестве ингредиентов всякой гадости (особенно если она ранее являлась частью кого-то живого) не придает вареву ни приятного вкуса, ни тонкого аромата. Но иногда случается так, что без этого не обойтись.

Девушка даже не пыталась сопротивляться. Оставшихся сил ей хватало лишь на то, чтобы глотать. Тут уж не до вкуса и запаха!

– Вот и умница. – Властелин поставил опустевший флакон на небольшой столик у кровати и нежно провел носом по виску жены. Она вполне предсказуемо пахла лекарствами. – Теперь все точно будет хорошо.

На этой идиллической ноте и распахнулась дверь, впуская в гостевые покои целую толпу посетителей. Первым с выражением вселенской скорби на округлом лице шел его царское величество в сопровождении двоих приближенных и нескольких лекарей. Рядом с ними нервно переминался с ноги на ногу Дармир и брезгливо морщил аристократический нос Даник.

– Три сотни и ни воином больше, – провозгласил Чезариэль, тщетно пытаясь скрыть виноватый вид под маской степенной царственности.

Сперва Алекс хотел послать царя куда подальше вместе с его помощью, но передумал. После всего пережитого на властелина вдруг навалилась апатия, препираться с дивными ему было лень. В конце концов почему бы не воспользоваться ситуацией, раз уж ушастые сами предлагают?

– Идет, – кивнул Алексэрт, потихоньку поглаживая притихшую Ксению по волосам и даже не посмотрев в сторону собравшихся.

Трое высокопоставленных эльфов обменялись недоуменными взглядами.

– И ты так просто соглашаешься? – озвучил всеобщее замешательство Кайэль.

– А в чем, собственно, проблема? – настала пора удивляться властелину.

– Эм-м… – замялся воин, старательно избегая смотреть в глаза Алексэрту, – противоядие-то мы так и не получили. Магистра Измира не оказалось на месте.

– Постой-ка, – резко перебил его Алекс. – Тогда откуда взялось это? – Он задумчиво повертел в руках оставшийся из-под зелья пузырек.

Ответом ему стало гробовое молчание.

– А ты вообще уверен, что там было именно то, что нужно? – решился уточнить царь.

– Сам-то ты как думаешь? Стал бы я поить свою жену невесть чем?

Сомневаться в его компетентности (по крайней мере, вслух) никто не осмелился.

Дверь в который раз за день с грохотом отворилась, и Алекс не удержался от зубовного скрежета. Неужели нельзя потише? Не проходной двор ведь!

В комнату, бесцеремонно расталкивая эльфов, стремительно вошел Габриэль. Да не один. Вслед за ангелом появилась и бережиня. Судя по их довольному виду, консенсус все же был достигнут. Впрочем, зная крылатого, сомневаться в этом не приходилось.

Люба же впервые за много дней выглядела живой. Не ожившей по недоразумению тенью, а живой женщиной. Даже румянец на щеках проступил. Похоже, ей наконец удалось примириться со своей новой сущностью, а что для этого сделал ангел, история умалчивает. Вернее, сейчас не до расспросов.

Одной рукой женщина трепетно прижимала к пышной груди Книгу Судеб, а другой крепко удерживала узкое запястье зареванной эльфийки. Та извивалась змеей, да и шипела не хуже. Разве что ядом не плевалась. Зато ругалась так, что даже обитателям городских трущоб было чему поучиться.

Алекс окинул презрительным взглядом это вопящее создание и неожиданно для себя задумался, а стоит ли считать комплиментом слова «красивая, как эльфийка»?

– Вот, – кивнул ангел в сторону вырывающейся дивной, – отравительница собственной персоной.

– Вы уверены? – на всякий случай уточнил властелин. Желание придушить собственными руками обидчика Ксении никуда не испарилось, но досадно было бы схватить не того.

– Так в Книге Судеб написано, – подтвердила Люба.

– Вот и славно, – усмехнулся Алексэрт и взял со стола кубок. Конечно, в нем осталось слишком мало, даже глотка не будет. Этого явно недостаточно, чтобы отравить, но зато хватит, чтобы эта тварь ушастая провела несколько не самых приятных часов в жизни. Причем самых запоминающихся, это Алекс ей гарантировал.

К тому же смертную казнь в Альтэл’лявии еще никто не отменял. А за покушение, пусть и неудачное, на супругу главы дружественного государства (в подписанном вчера торговом соглашении Боллата значилась именно таковым) ей грозило именно это. Так что днем раньше, днем позже, не все ли равно?

Взглянув в поразительно бесстрастное лицо властелина, эльфийка оцепенела, словно кролик перед удавом. Даже дергаться перестала.

– Пить… – Голос был до того слабым, что напоминал скорее шелест сухих листьев. Но этого вполне хватило, чтобы заставить властелина остановиться.

– Пить… – повторила Ксения, изо всех сил пытаясь приподнять набрякшие веки и даже не подозревая, что этим спасла свою неудавшуюся убийцу от справедливого возмездия.


– Надо поблагодарить Лунаэль, – настаивала я. – Как-никак она спасла мне жизнь. Глупо было бы умереть в собственный день рождения.

Вещи были собраны, лошади оседланы, а мы – готовы к отъезду. Эльфы целой толпой вышли провожать загостившихся визитеров. Небось радуются, что наконец-то избавились.

Несмотря на чудом появившееся лекарство, я провалялась в постели без малого две недели. Таких подарков мне еще не дарили! А чего я, в общем-то, хотела? Сама ведь знаю, что большей гадости, чем та, которую человек может сотворить себе сам, ему никто не сделает. Вот теперь и мучаюсь.

На время выздоровления меня окружили трепетным вниманием. Алекс даже не пытался скрыть беспокойство о моей бестолковой персоне. Бедный. И досталась же ему жена! Надо срочно перевоспитываться.

Пришедшая в себя Люба непрестанно ворковала надо мной, то и дело пытаясь скормить что-нибудь жутко полезное, чем вызывала стабильный перекос на лице Дармира. Не любит наш лекарь, как я заметила, делить внимание жены с кем-то еще. А что поделаешь, когда в ней материнский инстинкт проснулся, а поблизости я, вся такая болезная? Вот и попалась в заботливые руки бережини.

Но больше всех меня удивил Кайэль. Этот странный эльф стал едва ли не самым частым гостем в наших покоях, к вящему раздражению Алекса. Властелина вполне можно понять: был у нас тут недавно один такой. Да и я сама, живо помня опыт общения с Фабиэлем, записывать дивного в число друзей не спешила. Даже несмотря на то, что доверие к нему поселилось в душе чуть ли не с первой нашей встречи.

Именно от него я и узнала историю своего несостоявшегося отравления.

Все оказалось до противности обыденно. Я-то уж напридумывала себе, что это злобные козни Власа. Ан нет, поспешила я назначить его единственным злодеем на материке. Нашлись и другие. Правда, помельче, но все равно неприятные личности.

Как выяснилось, у Фабиэля была невеста. И это именно она, прознав о судьбе жениха, решила отомстить. Правда, изначальной целью был властелин, но огребла, как всегда, я.

Луна же как сквозь землю провалилась. Мало того что она так и не сподобилась меня навестить – расспросы о ней тоже ничего не дали. Кайэль, который, по его заверениям, знал в лицо каждого эльфа в Светлом лесу, при упоминании имени моей спасительницы немало удивился и даже поинтересовался, не вызывает ли выпитый мной яд запоздалых галлюцинаций.

В общем, понятно лишь то, что ничего не понятно.

– И где ты собираешься ее искать? – не проявил должного энтузиазма Алекс. – Будь ей нужна твоя благодарность, сама бы явилась.

Последнее замечание я предпочла пропустить мимо ушей. Что-то упорно подсказывало: мы еще обязательно встретимся. Вот только при каких обстоятельствах и будет ли эта встреча приятной, оставалось загадкой.

– Кажется, я нашел что-то занятное, – самодовольно сообщил ангел, выныривая откуда-то из-за фонтанов.

В Габриэле тоже произошли некоторые метаморфозы. Это я заметила сразу, едва он ступил на площадь. А приглядевшись, поняла, какие именно. Крылья. Их не было. Теперь о его ангельском происхождении свидетельствовало только неповторимое (даже эльфам скопировать не удавалось!) выражение надменности на красивом лице.

– Где тебя носит? – проворчал Дармир, без особой легкости забираясь в седло. Все же преклонный возраст с жаждой приключений редко соседствует. – Мы уже битый час здесь стоим.

– Поехали, вы должны это увидеть, – скомандовал ангел, запрыгивая на своего черного монстра. – Все равно по пути.

Распрощались мы быстро, опустив все полагающиеся расшаркивания. Дивные разве что не прослезились от радости, но все же умудрились сохранить приличествующий положению вид. Выглядело это примерно так: «Как жаль, что вы наконец-то покидаете нас!»

– Я провожу вас до границы, – вдруг предложил Кайэль. – Самому интересно, что там нарыл ваш крылатый.

Габриэль наградил эльфа уничижительным взглядом, но промолчал.

Даже немного жаль уезжать. Ничего хорошего ближайшее будущее не сулит. Ни в Академии, ни в Кавигате с распростертыми объятиями нас никто не ждет. Да и Влас давненько никак себя не проявлял. Не к добру это.

– Кай! – окликнула я едущего впереди эльфа и пришпорила Бэгги, стремясь поравняться с ним. – А что стало с той девушкой?

Дивный ничуть не удивился. Наоборот, мне показалось, он давно ждал этого вопроса.

– С Поммэль? – на всякий случай уточнил он и, дождавшись моего кивка, сообщил: – Пока ничего. Она заперта и ждет наказания. Ты ведь знаешь, что твой муж потребовал, чтобы ее казнили? И я думаю, он прав.

Как раз в том, что Алекс поступит именно так, я не сомневалась. Даже какой-то частью своего существа была согласна с властелином. В конце концов не по головке же за такие выкрутасы гладить? Но другая часть меня была против.

– Отпустите ее, – тихо попросила я, лихорадочно пытаясь придумать какие-нибудь аргументы на случай, если Кай сейчас откажет. – Не хочу, чтобы из-за меня кого-то убили.

Эльф победно ухмыльнулся и сверкнул зелеными глазами:

– Так и знал, что ты это скажешь! Поэтому и попридержал казнь до вашего отъезда. Ладно, я поговорю с Зарри.

– Спасибо. – Словно камень с души свалился.

– Пока не за что, – отмахнулся он и неожиданно добавил: – Мне жаль, что вы уезжаете, леди Ксения.

– Мне тоже, – честно призналась я. – Немного.

И тут в мою голову заползла неожиданная догадка…

– Только не говори, что ты в меня влюбился!

Кайэль сперва опешил, а когда смысл услышанного все же дошел до него, глухо и как-то совсем невесело рассмеялся:

– Вынужден тебя разочаровать – нет. Просто ты очень похожа на одну девушку.

Ничего себе! Нет, ну это нормально вообще? Он же вроде как женат, даже от трона ради супруги отказался… Разве не так?

– Попробовал бы он, – очень тихо, но от этого не менее угрожающе произнес Алекс, – и эльфийская армия враз лишилась бы своего главнокомандующего.

Вечно все услышит. Властелин, что с него возьмешь!

За разговором я и не заметила, как изменился окружающий пейзаж. Лес стал гуще, дома же, наоборот, встречались все реже. Чем ближе мы подъезжали к границе, тем прохладнее становилось. Сырой воздух мигом проник за воротник и пощекотал шею. Кожа мгновенно покрылась пупырышками.

Спутникам хоть бы что, они, казалось, даже не заметили перемен в погоде, а вот я вскоре вполне выразительно застучала зубами. Что поделаешь, всегда была мерзлячкой. Пришлось делать внеплановую остановку, чтобы закутаться в плащ и натянуть перчатки.

– Опять тебя куда-то боги несут, – проворчал потревоженный кот, которого пришлось вытряхнуть из сумки, чтобы добраться до вещей. – Нет чтобы попросить у лучезарных временного пристанища и отсидеться в Светлом лесу, пока все не уляжется. Уверен, эльфы бы в такой малости нам не отказали. А проблемы должны решать все-таки мужчины.

Я замерла и во все глаза уставилась на разворчавшегося кошака. Ладно Алекс, с ним все давно понятно, но с каких пор Лап моей нянькой заделался?

– Молчи уж, пылесборник, – фыркнула я, поспешно запихивая отъевшегося на эльфийских харчах Лапуса в сумку. Если так дальше пойдет, скоро начну его с мягкой игрушкой путать.

Оскорбленный в лучших чувствах кот обиженно муркнул и отстал.

– Между прочим, в словах этого пушистого создания есть доля истины, – задумчиво проговорил Кай. – Ты можешь оставаться у нас сколько потребуется.

И что они все заладили? Я уже не ребенок. И с магией у меня неплохо. И вообще я хранительница или кто? Неужели всю жизнь придется доказывать, что я тоже имею право голоса, когда речь идет о моей судьбе?

Поймав мой умоляющий взгляд, Алекс тяжко вздохнул и тронул поводья. Хоть этот высказываться не стал.

Домик, куда мы прибыли, был маленький, но симпатичный. Сам из белого камня, с темной крышей, а вокруг – яблоневый сад. Выглядело это просто, но мило. Особенно если учесть, что дивные помешаны на всяческих изысках и обычных плодовых деревьев я в Светлом лесу пока не встречала.

Именно здесь, как выяснил Габриэль, и жила (вернее, скрывалась) Луна.

«Да, пожалуй, это место ей идеально подходит», – решила я после беглого осмотра и шагнула вслед за Алексом на каменное крылечко.

Внутри домик был еще меньше, чем казался снаружи. Всего одна комната, да и то небольшая.

– Луна! – громко позвала я. – Ты здесь?

Откуда именно должна была вылезти эльфийка, – потайных закутков здесь вроде не наблюдалось, – я не подумала.

– Не ори, – шикнул Габриэль, отодвигая меня в сторону. – Не видишь разве, что здесь никого нет? Сбежала твоя спасительница.

Судя по обстановке, красоту тут ценили намного больше, нежели удобство. Мягкий голубой диван, чайный столик с двумя полупустыми чашками, ворсистый ковер, книжный шкаф и туалетный столик. Довольно странно… Ну, что кровати нет, это я еще могу понять. Спать ведь и на диване можно. А вот отсутствие всякого намека на кухню меня, признаться, покоробило. Не воздухом же она питалась?

Осторожно обхватив одну из чашек за округлые бока, я почувствовала, что она не остыла. Действительно странно… Ощущение складывается такое, будто отсюда уходили в большой спешке.

И даже забыли кое-что.

На туалетном столике сиротливо лежали две тряпочки телесного цвета. Во всяком случае, назвать их по-другому у меня с первого взгляда не получилось.

Любопытство уже в который раз взяло верх над чувством самосохранения, я шагнула вперед и подхватила один из лоскутков. Надо же, теплый… Ухватившись за кончик, я повернула свою находку на свет, дабы как следует разглядеть.

Задавленное было чувство самосохранения осторожно встрепенулось, а потом и вовсе взвыло. В моей руке жалким обрывком обвисло… ухо. Длинное и чуть заостренное. Эльфийское.

Ненастоящее, конечно. Но до сих пор теплое, будто Луна (теперь уже точно не «эль») только что сняла этот элемент своего маскарадного костюма.

Ведь как чувствовала, что с ней что-то не так! У всех нормальных эльфов уши немного двигаются. При кивке, быстрой ходьбе да мало ли еще когда! А у нее торчали, словно деревянные. Как я могла это проглядеть?

Швырнув эту гадость обратно, я молнией вылетела вон. Находиться внутри стало противно до дрожи.

Глава 4

– Далеко еще? – в конце концов не выдержала я. – Где вообще находится эта ваша Кавигата?

Третий день пути плавно клонился к вечеру, а ничего хоть сколько-нибудь похожего на властелинову долину, тем более первую, каковой являлась Кавигата, на заснеженном горизонте не маячило. Если мои скромные познания в географии не врут, ехали мы в сторону Академии, а столь непонятное соседство представить отчего-то не получалось.

– Понятия не имею, – вполне спокойно отозвался властелин.

Я едва не уронила челюсть в сугроб.

– Что? Ты сейчас пошутил, ведь правда? – Надежда отчаянно попыталась выжить. К тому же с трудом верилось, что Алекс может чего-то не знать. И вовсе не потому, что я его идеализирую, просто не тот он человек, чтобы пустить события на самотек. Этому властелину обязательно надо контролировать ситуацию.

– Я серьезен как никогда. – В голосе не проскользнуло ни одной насмешливой интонации, даже крошечного намека на нее, отчего мне вдруг остро захотелось вцепиться Алексу в волосы. В чисто воспитательных целях, так сказать. Чтобы неповадно было водить нас незнамо где.

– Но как же так? – Раздражение вырвалось отчаянным воплем. – Ты ведь уже бывал там!

В мозгу вдруг всплыла так восхитившая и оттого прочно запомнившаяся карта. После недолгого копошения в памяти я пришла к выводу, что не видела на ней не только Кавигаты, но и ни одной долины вообще. Интересненько…

– Все очень просто, – вдоволь насладившись моим праведным возмущением, снизошел до объяснений муж. Странные у него методы, надо сказать. – Если помнишь, я уже говорил, что прижиться в долине может далеко не каждый. Не считая тех, кто в ней родился, к нам попадают люди, нуждающиеся в помощи властелина. Для них это единственный способ выжить.

Я утвердительно кивнула, но от вопроса все же не удержалась:

– Получается, если первым подпитываться от властелина нет необходимости, то со сменой поколений в нем вообще отпадет надобность?

Не хотелось бы в один прекрасный момент получить ускорительный пинок пониже спины.

– Ксения, хочу тебе напомнить: я не только губка для негативной энергии, но и какой-никакой правитель. И эти обязанности с меня уже вряд ли кто снимет, так что не отвлекайся.

Умеет он, однако, успокоить.

– Так вот, – продолжал Алекс, – в большинстве случаев страждущие находят путь в долину самостоятельно. Но с Кавигатой дела обстоят в точности наоборот.

– Это как? – тупо переспросила я. Бегающая по всему материку в поисках подходящих жителей долина в мои представления о мире почему-то не вписывалась.

– Очень просто, – подтвердил самые бредовые предположения Дармир. – Она сама их находит.

Вот это, называется, влипли. Если я все поняла правильно, то бродить нам здесь еще и бродить. И что ж я такая везучая-то?

– А нас туда хоть пустят? – на всякий случай уточнила я. Учитывая напряженные взаимоотношения Алекса с Советом долин, об этом стоит беспокоиться.

– Не факт, – по-прежнему невозмутимо ответил властелин.

Не нравится мне это его спокойствие…

– Могут и собак натравить, – поддакнул лекарь.

– Как раз это-то нам и не страшно, – хихикнула я, выразительно косясь на Габриэля.

Ангел сделал вид, что не заметил шпильки в свой адрес, и даже не поглядел в мою сторону. Так, понятно. Участвовать в разговоре он не желает. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

Я перевела взгляд на Дармира и призадумалась. Любопытный персонаж наш лекарь. О его врачевательных талантах сказать ничего не могу. На себе, хвала богам, не проверяла. Но вот познания Дармира в области политики, торговли и даже внутреннего устройства долин (причем такие познания, что даже Алекс не гнушается обращаться к нему за советом) наводят на определенные мысли.

– Я замерзла, – вклинился в размышления недовольный детский голосок, – и есть хочется.

Надо же! Оказывается, наша мелочь может вести себя как нормальный ребенок. То есть ныть, капризничать и жаловаться. Я-то полагала, что Линка нашим мужчинам может составить конкуренцию в непрошибаемости. Или это эльфы, поместившие девочку на время нашего пребывания в Светлом лесу в одну из своих детских, на нее так повлияли?

Как бы там ни было, малявка права, пора думать о ночлеге. Уже темнеет, а вокруг ничего, хоть сколько-нибудь похожего на постоялый двор не предвидится. Перспектива заночевать в лесу меня, мягко говоря, не вдохновляет.

– До ближайшего жилья очень далеко? – спросила Люба, обеспокоенно поглядывая на девочку. За прошедшее время бережиня окончательно пришла в себя, полностью смирившись со своей новой сущностью, и больше поводов для беспокойства не давала.

– Прилично, – обрадовал нас властелин. – В село въедем глубокой ночью.

Скорее всего, по закону подлости, постоялого двора там не окажется. Придется проситься к кому-нибудь на ночлег. Вот обрадуются хозяева заявившимся среди ночи постояльцам! Хорошо если еще пустят.

Спутники тоже прекрасно понимали, сколь нерадужные перспективы маячат впереди, и заметно приуныли.

– Это если по дороге ехать, – в установившейся тишине протянул Габриэль. – А вот если свернуть… скажем, вправо…

– А там огонек! – громко поделилась радостью со всем темным лесом Линка и ткнула пальцем куда-то во тьму.

Мы, не сговариваясь, дружно повернули головы в указанную сторону.

Да, среди темных стволов деревьев действительно просматривалась светящаяся точка. Но на свет окна она совсем не походила. Во-первых, слишком маленькая, а во-вторых, она двигалась, постепенно приближаясь к нам.

Властелин натянул поводья, приказывая Дару остановиться, и наши лошади тоже замерли, следуя примеру вожака. Я с трудом проглотила готовый сорваться крик о том, что в таких случаях полагается сматываться побыстрее, а не стоять, дожидаясь, кто же сейчас выйдет из-за деревьев. Потому что никто дружественный оттуда поздним вечером, как правило, не выходит. Разве что очередной леший…

Звук шагов сделался более отчетливым. Потом к нему прибавился хруст ломаемых веток, и на дорогу вышла женщина. Летящий впереди нее светлячок позволял неплохо разглядеть магичку. Высокая, худая, в забранных в тугой узел волосах проскальзывают редкие седые ниточки, черные глаза глядят цепко, словно она заранее знает все твои постыдные тайны, острые скулы и сурово сжатые губы выдают тот еще характер. Да, чувствую, попали мы…

Возмутительница спокойствия остановилась прямо посреди дороги, преградив нам путь, и выжидательно уставилась на Алекса.

– Розмария? – неуверенно проговорил властелин, словно пробуя каждый звук произнесенного имени на зуб.

Поначалу я решила, что это очередная старая знакомая Алекса из прошлой жизни. Наподобие Айлин. Но, приглядевшись получше, поняла: эта странная особа старше властелина на… да она ему в прабабки годится! Все же хоть маги и стареют гораздо медленнее людей, прошедшие годы крепко отпечатываются на их лицах, плещутся в глазах, сквозят в манере себя держать. В общем, свою истинную суть скрыть не так-то просто.

– Вы наконец решили оказать нам честь? – насмешливо спросил Дармир.

Во второй раз за вечер я пришла к выводу, что, в сущности, не знаю об этом человеке ровным счетом ничего. Нет, лекарь отнюдь не был скрытным. Совсем наоборот – доброжелательный, под стать своей жене, он любил поговорить и казался вполне добродушным. Конечно, за исключением тех редких в последнее время моментов, когда начинал препираться с Габриэлем. Да и то мне иногда начинает казаться, что у этих двоих просто стиль общения такой, ни о какой вражде нет и речи.

Но, несмотря на все это, могу с полной уверенностью сказать о нем лишь то, что он лекарь и муж Любы. Все. Дальше идут сплошные вопросы. Почему Алекс настолько приблизил к себе эту пару? Откуда у простого лекаря такое образование? И главное, что происходит с ним сейчас?

Мужчина весь как-то подобрался, приосанился, в его движениях засквозило едва ли не царское величие. Пожалуй, даже Чезариэлю было бы чему у него поучиться. Мне оставалось в немом удивлении во все глаза наблюдать за происходящим. Какого лешего здесь происходит?

– Не стану скрывать, я была против, – холодно бросила эта загадочная Розмария. – Идемте.

Развернувшись, она направилась в ту же сторону, откуда появилась.

Лично я не испытывала ни малейшего желания следовать за ней. Мало ли куда нас заведет эта тетка? Помнится, до сих пор внеплановые отклонения от намеченного маршрута ничего хорошего не приносили. Но властелин послушно спешился и, взяв Дара под уздцы, стал углубляться в лес. Нам ничего не оставалось, кроме как последовать его примеру.

Шли довольно долго. Споткнувшись в третий раз о припорошенный снегом пенек и насилу удержавшись от падения, я тоже наколдовала упитанного светлячка. Все-таки умения совершенствуются с опытом. Не хуже, чем у нашей провожатой получилось! Теперь хоть стало видно, куда ступаешь.

Приглядевшись, я лишний раз уверилась, что никакой тропинки здесь и в помине не было. Сомнения закопошились в душе с утроенной силой. Куда эта ведьма старая так уверенно нас ведет? Благодаря сотворенному мной комочку света темнота под ногами разбавилась, но вот разобрать, что творится вокруг, теперь и вовсе стало невозможно. Хотя что я в лесу не видела?

– Ты что-нибудь понимаешь? – обернулась я к ангелу.

– Лишь то, что долина все же нашла нас. – Но радости по поводу благополучного достижения еще одного пункта назначения на мрачном лице Габриэля не наблюдалось.

Зато меня отпустило. Какой бы прием ни ожидал нас в Кавигате, это все же лучше, чем бесцельно скитаться по лесу в поисках первой долины. Решили же они зачем-то нас впустить, даже Розмарию навстречу отправили. Значит, Совету долин от нас что-то понадобилось.

И вообще они с нами еще за долину Ардраду не рассчитались. А долг, как известно, платежом опасен.

В любом случае мы стали еще на шаг ближе к дому…


Погруженная во мрак долина на первый взгляд ничем не отличалась от небольшого провинциального городишки наподобие Эльзара. Ни тебе границы, ни еще чего необычного. Я даже врат не заметила.

– Для вас уже подготовили гостевой дом, – сообщила Розмария, целеустремленно шагая по расчищенной от снега дорожке в глубь селения.

Интересно, кто она? Если местная хранительница, то мне здесь уже не нравится.

– А где врата? – не удержала я рвущееся наружу любопытство.

Розмария остановилась и не спеша обернулась. Мне потребовалось сделать над собой нечеловеческое усилие, чтобы остаться стоять на месте – под пронзительным взглядом этой странной женщины я почувствовала себя голой.

М-да… На ее фоне даже Габриэль красавчиком и душкой покажется.

– Мы через них вошли, – с расстановкой ответила она. Так, словно объясняла элементарную истину на голову ущербному собеседнику.

Я скрипнула зубами, но постаралась придать голосу соответствующее моему статусу величие:

– Извините, я их не заметила.

– Неудивительно, ведь они невидимы. Как, впрочем, и вся долина для обычного человека.

Домик нам выделили вполне уютный. Двухэтажное строение из белого камня разместилось как раз напротив местной ратуши. Наверняка чтобы гости постоянно находились на виду у Совета долин.

Ощущение, что за мной наблюдают, четко обозначилось неприятным зудом между лопаток. Ох, чувствую, как только вся эта история закончится, прочно засяду в Боллате, и никаким шоколадом меня оттуда не выманишь. Хватит с меня «дружеских» визитов!

Большую часть первого этажа занимала просторная зала с пылающим камином. Похоже, нас здесь уже давненько караулили. Тогда за каким лешим заставили без малого три дня по лесу плутать? Ведь могли же еще на выезде от дивных подобрать. Вот бессовестные!

На столе нас дожидался поднос, прикрытый белоснежной салфеткой. Вот ведь… Даже о горячем ужине позаботились. Главное только, чтобы не отравили. А то опыт имеется.

Наспех приведя себя в порядок, мы уселись за стол.

– Кто эта женщина? – полюбопытствовала я, старательно кромсая кусок мяса и размазывая подозрительного вида подливу по тарелке в попытке сделать вид, что ем. Близкое знакомство с отдельными представителями эльфийской расы доверия к окружающим не прибавляет. До сих пор к еде, приготовление которой происходило не на моих глазах, отношусь настороженно.

– Розмария? – переспросил властелин.

– Да, она.

– Местная провидица. Это она предсказала появление Ардрады.

Вилка со стуком полетела на пол. А я не спешила ее поднимать.

– Ты хочешь сказать – Боллаты?..

– Он хотел сказать именно то, что сказал, – довольно грубо одернул меня Дармир. – Раз уж ты по недоразумению стала хранительницей, стоило бы озаботиться изучением истории своей долины. Боллата к тому времени уже существовала. – Сказав это, лекарь резко поднялся, едва не опрокинув стул, и стремительно удалился.

– Что это с ним? – удивленно спросила я, вместо того чтобы обидеться.

Над столом повисло долгое молчание. Ну вот, мало того что сама голодной осталась, так еще и окружающим аппетит изрядно подпортила. Молодец, ничего не скажешь!

– Потом объясню, – наконец проговорил Алекс и уткнулся взглядом в тарелку.

Люба с Габриэлем последовали его примеру. Мелкой же вообще все наши разговоры были глубоко безразличны. Ее сейчас больше интересовало, как бы устроиться поудобнее и уснуть. Габриэлю тоже пришлось проститься с мечтой о сытном ужине и нести задремавшего ребенка наверх.

Разложив свои озябшие косточки у камина, на пушистой шкуре неведомого зверя, я стала размышлять. Количество вопросов возрастает с каждым днем, а ответы находиться не спешат. Итак, что мы имеем? Правильно, ничего хорошего. Целый ворох проблем, требующих срочного решения.

Во-первых, наш лекарь. Дармир рядом, поэтому с ним надо разобраться в первую очередь. Не хотелось бы сюрпризов с его стороны в ближайшем будущем. И без того тошно.

Во-вторых, завтра мы предстанем перед Советом долин, и это меня пугает, пожалуй, сильнее всего. И не одну меня. Алекс хоть и пытается казаться невозмутимым, но я-то знаю, каково ему сейчас. Ситуация – хуже не придумаешь, так еще и к этим заведомо враждебно настроенным товарищам на поклон идти пришлось. И не один раз – предстоящий визит в Академию пока никто не отменял.

Да и кто знает, что можно ожидать от членов Совета? Боллата долиной так официально и не названа, стало быть, мы здесь на птичьих правах. Но с другой стороны, именно мы разоблачили ардрадскую парочку, в то время как эти умники бездействовали. Следовательно, за ними должок.

В-третьих, Луна или как там ее. Сбрасывать со счетов эту странную особу, так успешно выдававшую себя за эльфийку, я не спешила. Не просто же так она спасла мне жизнь. И не из дружеских побуждений, в этом я почти уверена. В нашем положении даже пакость никто за просто так не сделает! А тут…

– Все будет хорошо, – попытался обнадежить Алекс, опускаясь рядом.

Надо полагать, выражение лица у меня то еще, раз уж обычно сдержанный властелин решил подбодрить.

– Сам-то ты в это веришь? – усмехнулась я, прижимаясь спиной к его груди.

Потом чуть повернула голову, тычась носом в распахнутый ворот рубахи, чтобы вдохнуть привычный травяной запах. Алекс, как всегда, подействовал на меня успокаивающе. Все тягостные думы постепенно стали отходить на второй план. По телу расползлось приятное тепло. Рядом с властелином я всегда чувствовала себя защищенной.

Вот так бы и пролежала целую вечность…

– Стараюсь. – Горячее дыхание щекотало мне макушку.

Так, надо срочно призывать себя к порядку и переходить к делу, пока я не растеклась здесь лужицей.

– «Потом» наступило, – как можно тверже, дабы у Алекса ненароком не возникло желания увильнуть от разговора, напомнила я. – Так что там с Дармиром?

Властелин шумно вздохнул, чуть отстранился, и его пальцы привычно скользнули по моим волосам.

– Я ведь тебе говорил, что у Боллаты до меня был другой властелин? – Я сосредоточенно кивнула. – Так вот, это был Дармир. А Люба, как ты понимаешь, была его хранительницей.

Сказать, что я удивлена, значит, не сказать ничего. Бывают же на свете чудеса! Никогда бы не подумала, что эти двое… И как долго им удавалось скрывать свою тайну! Просто невероятно.

– Зачем же им понадобился ты? – решила я окончательно разобраться в ситуации, раз уж мы все равно начали этот разговор. – Властительствовали бы себе потихоньку!

– Дармир лишился дара.

– Как? Разве это вообще возможно?

Боги, с кем я связалась! С такими успехами хроническое удивление скоро намертво отпечатается на моем лице. И как я тогда ходить буду, вся перекошенная?

– Как оказалось, возможно. Он совершил непростительную ошибку – использовал дар во зло. По вине Дармира погибли двое его подданных.

– А Люба? – В то, что она могла натворить нечто подобное, я бы не поверила при всем желании.

– А что Люба? – пожал плечами властелин. – Она была хранительницей, пока ее муж был властелином.

– То есть, ты хочешь сказать, что я тоже…

– Конечно. – Алекс не дал закончить мысль. – Дар властелина распространяется на целую долину. Заметь, лишь на его долину, в Ардраде или где-нибудь еще я бессилен. А дар хранительницы может помочь только одному властелину.

Полезная информация. Надо запомнить.

– Что именно натворил Дармир, ты, конечно, не знаешь? – решила я на всякий случай уточнить. Вдруг повезет?

Алекс качнул головой:

– Мне известно то, что я уже тебе рассказал. А почему тебя это так интересует?

– Любопытно, – пожала я плечами и беспечно улыбнулась. – Знаешь ли, с женщинами это иногда случается.

Оставив так и не доплетенную косу, Алекс притянул меня к себе, легонько куснул мочку уха, а потом и вовсе уложил на мягкую шкуру.

– Коль уж ты вспомнила, что являешься женщиной… – Его губы мягко потерлись о мои, лишая всякой возможности, да и желания мыслить здраво.

Прикрыв глаза, я инстинктивно потянулась к мужу.

Что я там говорила о том, что долг платежом опасен? Кажется, супружеских задолженностей это касается в еще большей степени.

– Кхе-кхем…

Это было не совсем то, что я ожидала услышать от Алекса в продолжение фразы. Да и голос чужой… Я вздрогнула и открыла глаза, силясь разглядеть хоть что-нибудь из-за плеча нависшего надо мной властелина. Та-а-ак… Кем бы ни был этот блондинчик, он мне уже не нравится!

Раздраженно поморщившись, Алекс поднялся на ноги. Собственно, на этом активные действия со стороны властелина и закончились. Право начать разговор он предоставил ночному гостю.

Я, конечно, все понимаю, но можно было хоть постучать! Как себя вести, когда тебя застали в весьма недвусмысленном положении, хоть и с собственным мужем, я не знала, поэтому не стала даже вставать, усиленно делая вид, будто мне все равно. Из-под полуопущенных ресниц принялась осторожно разглядывать незваного визитера.

С виду парень был примерно ровесником Даника. Высокий, загорелый, светлые волосы собраны в хвост, чтобы не мешали, прямой и чуть усталый взгляд голубых глаз. Одет явно не по погоде: в коричневую куртку и штаны весьма потертого вида.

В целом, если отвлечься от ситуации, никаких отрицательных эмоций он не вызывал. Кто же это? Неужели Совет в честь нашего прибытия решил устроить экстренное ночное заседание и прислал за нами слугу?

Гость смущенно переступил с ноги на ногу, продолжая молчать. Алекс тоже молчал, из вредности. Правильно, нечего к людям в неурочный час вламываться! Но спать-то хочется… Они что, до утра в гляделки играть собрались?

– Хватит уже глазки строить, – с трудом подавив зевок, потребовала я. – Говори, что надо, а лучше утром приходи.

– Прошу прощения, что помешал…

С такими темпами, пока он дойдет до причины столь позднего визита, как раз утро и наступит.

– С кем имею честь? – решил сжалиться над парнем (а скорее всего надо мной) Алекс и направил разговор в нужное русло.

– Велес, – с легким кивком вместо полагающегося поклона представился тот. Вот даже как? Но не успела я основательно удивиться, как он продолжил: – Властелин Кавигаты.

Да у них тут, я смотрю, количество властелинов на одну долину просто зашкаливает!

Алекс коротко представился и занял одно из глубоких кресел справа от камина, взглядом предложив Велесу сесть напротив.

– Выходит, это правда.

– Вы про отца? – уточнил молодой человек. – Да, он мертв.

– Отца? – отчего-то удивился властелин. – Так ты сын Садара? Вот уж не думал, что подобное возможно.

Велес тяжело вздохнул. Судя по его виду, Алекс далеко не первый, кто удивлен его новым положением. И что здесь странного? Наследуют же принцы трон, так чем сыновья властелинов хуже?

Любопытство мгновенно оттеснило сон на самый край сознания. Я перетекла в сидячее положение и приготовилась ловить каждое слово.

– И что Совет? – насмешливо приподняв серую бровь, продолжал допытываться Алекс.

В который раз я почувствовала себя слепым котенком, тычущимся во все стороны в поисках миски с молоком. Вроде бы все слова понятны, а информации ноль. Наверное, вместо уроков волшебства, быстро сошедших на нет, стоило попросить властелина просветить меня в области междолинных отношений. Пользы явно было бы больше.

– Меня не признали, – не стал скрывать новоявленный властелин, заставив меня сменить гнев на милость. Всегда уважала честность.

Зато теперь, кажется, стало понятно, почему он заявился к нам среди ночи, вместо того чтобы дождаться заседания Совета. Кстати, ему там вообще позволят присутствовать?

– Знакомая история, – хмыкнул Алекс. – Ничего иного от этих снобов я и не ожидал. Где они нашли проблему на этот раз?

– Там, где ее нет, – дал волю справедливому негодованию Велес. – Я совсем недавно стал властелином. Сам не знаю, как это получилось. И, как вы понимаете, хранительницы у меня нет.

Вот и еще одна тайна долин раскрыта. Не мы одни такие уникумы.

– Плохо, – покачал головой Алекс. – Очень плохо.

– Да она мне и не нужна!

– Неужели? – вкрадчиво поинтересовался мой муж. – Сколько Дней Согласия ты уже провел?

Я фыркнула. Нашел с кем спорить!

– Один, – честно сознался молодой человек.

– И как впечатления?

– Терпимо. – Голос Велеса предательски дрогнул, а на лице отразились все «терпимые» ощущения. Да-а, не умеешь врать – не берись.

– Сделаю вид, что поверил, – неожиданно проговорил Алекс, меняя тему. – Итак, с Садаром понятно. Он мертв потому, что в долине появился новый властелин. Что там с Советом? Хотелось бы знать заранее, чего от них стоит ожидать.

– Да в общем-то ничего особенного, – подумав, изрек Велес. – Мы получили ваше письмо. Хранительница у вас теперь есть, а других претензий к Боллате и не предъявлялось. Насколько мне известно, ваш статус властелина официально признан, и Боллата может полноправно называться властелиновой долиной.

Какая прелесть! Жаль только, что их признанием Власу в лоб не засветишь и обратно его в Замирье не затолкаешь.

– Тогда какого лешего они не отвечали? – возмутился Алекс.

– И почему так долго нас не впускали? – поддержала я его.

Молодой властелин опустил глаза и смущенно проговорил:

– Это не они. Совет вам ответил, однако переслать письмо мы не смогли. И принять вас готовы были еще у Светлого леса…

– Что же помешало? – полюбопытствовал властелин, скептически поглядывая на собеседника. Судя по всему, прошлый опыт общения с Советом долин доверия к его представителям у него не оставил.

– Я.

– ?!!

Богатству языка (а тем более в умелых устах) я никогда не перестану удивляться.

– Властелин должен полностью контролировать долину. Без этого ни письмо не отправишь, так как невозможно что-либо отослать из ниоткуда, ни границу открыться не заставишь. А у меня с этим проблемы.

И он еще утверждает, что способен обойтись без хранительницы? Мрак.

Видно, эти мысли четко обозначились на моем лице. Велес вдруг повернулся и выпалил:

– Я не собираюсь жениться сугубо потому, что этого требуют правила!

На мгновение серые глаза Алекса полыхнули, и мне показалось, что юноше уже не избежать нудной отповеди. Но властелин отчего-то передумал.

– Как знаешь. Что они собираются делать с Ардрадой?

– А что они могут с ней сделать? Лишнего властелина у нас нет, а ни один из имеющихся двенадцати разжиться новыми подопечными точно не согласится. Что тут поделаешь?

– Ясно, – кивнул Алекс. – Эту проблему они тоже милостиво сгрузили на меня. Так зачем, говоришь, ты пришел?

– Во-первых, представиться, – принялся перечислять наш властелинистый гость. – Не уверен, что завтра у меня будет такая возможность. Во-вторых, заверить в своих добрых намерениях и предложить посильную помощь в борьбе с чудовищем, называющим себя Власом. Враг одной долины – наш общий враг. И конечно, сказать, что я готов оказать вам небольшую услугу.

– Какую еще услугу? – не понял Алекс. – Что-то не припомню, чтобы я о чем-то просил.

– Как это – какую? Должны же вы наконец пожениться. Или собираетесь проводить церемонию самостоятельно?

Что-то я совсем перестала ориентироваться в происходящем. Мне, разумеется, хочется настоящую свадьбу со всеми полагающимися обрядами, кучей гостей с подарками и прочими атрибутами празднества. Этого, пожалуй, любая девушка хотела бы. Но сейчас ситуация совсем не располагает, даже я это прекрасно понимаю.

– Постойте-ка, – прервала я мужчин, – разве мы уже не женаты?

– По людским меркам – да, – задумчиво отозвался Алекс, привычно ероша волосы. – Но для долин ты по-прежнему остаешься моей невестой.

Я чуть не взвыла в голос. Неужели так трудно было раньше сказать? Почему мне вечно приходится каждую кроху информации из него буквально по капле выжимать? Конспиратор, лешего ему в дедушки!

– И что же ты рассчитываешь получить взамен? – заинтересовался предложением властелин.

– Неужели не понятно? – поразился Велес. – Ты должен попытаться убедить Совет признать меня. Ну или на худой конец оставить в покое.

Самое удивительное, что Алекс согласился. Даже торговаться не стал.


На заседание Совета я собиралась как на войну.

Особое внимание уделила внешности. Извлеченное из безразмерной сумки платье оказалось жутко мятым. Пришлось битый час потратить на то, чтобы привести его хотя бы в относительное подобие порядка. Хвала богам, резерв бунтовать не пытался, а то бы я до вечера провозилась. Легкий макияж, элегантная прическа – конечно, до Рудика мне далеко, но и я уже кое-чему научилась. По крайней мере, спустя почти два часа мучений, щедро сдобренных весьма выразительным шипением, в котором изредка проскальзывали заковыристые выражения, явно позаимствованные у Габриэля, в зеркале отражалась очень даже миловидная девушка. Такую и к властелинам привести не стыдно, не то что к их посланцам.

Сегодня я даже решилась надеть кое-что из фамильных драгоценностей. Серьги с крупными рубинами, изящное колье и кольцо. Чувствовала себя непривычно, но оно того стоило. Пусть знают – перед ними хранительница, а не какая-то девка с улицы.

Критически оглядев свое отражение в зеркале, я впервые в жизни осталась полностью им довольна. Магия вроде в порядке, амулеты при мне. Даже подаренный Габриэлем клинок к поясу прицепила. Производить впечатление – так неизгладимое!

– Сколько можно копаться? – В приоткрывшуюся дверь сунулась темноволосая голова ангела и возмущенно сверкнула глазами-вишнями.

– Имей терпение. – Алекс, уже обряженный в бело-золотую хламиду властелина, чинно восседал в кресле и не без интереса следил за процессом подготовки к выходу в свет. – Судя по всему, моя хранительница решила сразить наповал весь Совет долин. А я вот сижу и гадаю, как отреагируют властелины, лишившись своих представителей…

Я постаралась повернуться так, чтобы не было видно мордашки, раскрасневшейся от едва сдерживаемого смеха. Тоже мне ревнивец! Хотя… занятно было бы и в самом деле поглядеть, как он поведет себя в подобной ситуации. Но этому любопытству не суждено быть удовлетворенным, все же я еще не настолько чокнулась.

– Можешь ей передать, что этих ископаемых уже ничем не проймешь, – фыркнул Габриэль, ухватив за шкирку Линку, которая по привычке пыталась прощемиться мимо него в комнату. Мелкая досадливо пискнула и переключила внимание на висящую за спиной ангела ханатту. – Разве что особо действенным настоем от ревматизма. И вообще, мы уже давно опоздали.

– Ничего, пускай подождут, им полезно. – Бросив последний взгляд в зеркало, я пришла к выводу, что наконец готова, и направилась к двери.

Заодно и узнаем, как члены Совета в действительности настроены. Чем сильнее они разозлятся, тем больше полезной информации можно будет услышать. Если уж обычно сдержанного Алекса периодически прошибает, то что говорить об этих старичках. Тем более что их должно быть двенадцать. Кто-нибудь обязательно проболтается. Если, конечно, есть о чем.

О боги, и когда я только успела стать такой прагматичной!

Улицу пересекали в молчании. Алекс, как всегда, казался безмятежно-спокойным. Я, вцепившись в руку властелина ледяной ладошкой, тоже пыталась притвориться, что ни капельки не боюсь. Уверена, внешне так и смотрелось. Внутри же… нервы отплясывали неизвестный танец, больно впиваясь каблучками в мои бедные внутренности.

Габриэль с притихшей Линкой на руках и Люба с Дармиром почтительно держались позади, словно подчеркивая высокий статус правящей пары. Зачем было тащить мелкую на это сомнительное мероприятие, понятия не имею, но задавать лишних вопросов не стала. Надеюсь, они знают что делают.

Народу в огромном зале присутствовало несколько больше, чем я ожидала. Одиннадцать членов Совета были преисполнены чувства собственной важности и усиленно делали вид, будто от них все еще что-то зависит. Я прошлась по «старичкам» внимательным взглядом и пришла к выводу, что их возраст Габриэль несколько преувеличил. Двое и в самом деле оказались не первой (и даже не второй!) молодости, но остальные выглядели лет на сорок – сорок пять и ни в каких лекарствах скорее всего не нуждались.

Двенадцатым был Велес. Он, собственно, и восседал во главе длинного стола. По давно сложившейся традиции, Кавигату в Совете представлял сам властелин. Он же являлся его главой. Вот и пришлось представителям других долин, скрипя от досады зубами, позволить молодому человеку присутствовать на заседании. Правда, под чутким надзором Розмарии, но это уже мелочь, хоть и неприятная.

Рядом с сыном за столом переговоров сидела бывшая хранительница, женщина примерно Любиных лет, с вьющимися каштановыми волосами и лучистыми карими глазами. Также там находились трое советников покойного Садара. Какова их роль в предстоящих переговорах, я так и не поняла, но на всякий случай насторожилась.

При нашем появлении все присутствующие в зале встали и почтительно кивнули. Если вспомнить о довольно натянутых взаимоотношениях, доселе существовавших между Алексом и Советом, можно считать, это достаточно теплый прием.

Выказав все приличествующие ситуации знаки почтения, мы заняли свои места.

– Позвольте от лица всего Совета долин выразить вам благодарность за своевременное вмешательство в дела Ардрады, – поднявшись со своего места, чинно проговорил черноволосый мужчина лет сорока, обряженный в роскошное одеяние из черного бархата. – С этого дня Боллата является полноправной долиной, а мы готовы принять в свои ряды вашего представителя.

Такую ответственную миссию, как проведение переговоров со свалившимися словно снег на голову нами, Велесу не доверили. Молодого властелина вообще старались не замечать. Он тоже не стремился принимать активное участие в решении насущных проблем и сидел так тихо, будто хотел слиться со своим креслом. Только крепко сцепленные руки выдавали напряжение.

С любопытством оглядев мужчину, принявшего на себя главенствующую роль, я про себя решила, что этот человек, пожалуй, вполне может вызвать доверие, если бы в его карих глазах не было столько хитрости. Я бы даже сказала, коварства. В глубине души осторожно шевельнулась пока еще не совсем оформившаяся догадка.

– Несказанно рад, что вы наконец удостоили нас этой чести, – не смог сдержать сарказма Алекс.

К счастью, члены Совета благоразумно проигнорировали его выпад.

Интересно, только я заметила, что властелин специально не назвал собеседника по имени?

– Вы представляете здесь Ардраду, верно? – озвучила я свое предположение, прервав их обмен любезностями, за что удостоилась незаметного тычка от Дармира и благодарного взгляда от Алекса.

– Именно так, хранительница, – скупо улыбнулся мужчина. – И надеюсь, впредь ничего не изменится.

Понятно теперь, почему он поторопился задвинуть подальше Велеса и взять на себя, пусть и временно, обязанности главы Совета. Шкуру свою спасает. Боится потерять теплое местечко. Вот ведь прохиндей! Такому палец в рот не клади, всю руку отгрызет по самую шею. А потом еще будет уверять, что он тебе одолжение сделал.

– Почему вы решили, что мы представляем угрозу существующему положению вещей? – подхватил Алекс.

Искоса глянув на властелина, я неожиданно для себя подумала, что еще немного – и мы научимся чувствовать друг друга не хуже, чем Рогенда и Лео.

– Потому что так и есть, – скривился наш собеседник. – Как бы там ни было, но вы приняли на себя опеку над нашей долиной и теперь вам решать судьбу Ардрады. До появления нового властелина, разумеется.

Но Алекса подобная перспектива совершенно не вдохновила. И меня, кстати, тоже.

– В таком случае я советовал бы вам поторопиться с его поисками, потому что лично у меня нет ни времени, ни желания заниматься чужими проблемами.

Ага, свои бы кто решить помог.

– Это следует понимать так, что вы отказываетесь? – уточнил самый, пожалуй, старший из собравшихся в зале.

Вот ведь странные! Еще совсем недавно они и одну долину ему доверить не хотели, а теперь вторую всучить пытаются. Где, спрашивается, логика?

– Нет, всего лишь настоятельно рекомендую поспешить.

Сразу несколько членов Совета подозрительно переглянулись и выразительно покосились на Розмарию. Что-то мне усердно подсказывает – не все тут так просто…

– Тогда, возможно, ваш друг заинтересуется нашим предложением? – вступила в разговор провидица, взглядом указывая на Габриэля.

– Я?! – Ангел подскочил как ужаленный.

– Но он же не… – начала было я, но почти сразу осеклась, пораженная осенившей меня догадкой. Вот и еще один узелок распутался. – Так вы с самого начала знали?

– Разумеется, – нервно передернула костлявыми плечами, затянутыми в черное шерстяное платье, Розмария. – Но долине нужен был властелин.

– Пусть даже и фальшивый, – еле сдерживая ярость, прошипел Алекс. – А ничего, что этот властелин чуть не угробил своих подданных?

– Так не угробил же! – отмахнулась она. Вот стерва.

Я с трудом подавила желание вскочить и вцепиться ей в волосы. Ну как так можно!

А вот Габриэль сдерживаться не посчитал нужным. Поднявшись, он перегнулся через стол, так чтобы его лицо приблизилось к лицу провидицы на расстояние вдоха, и негромко, но очень убедительно высказал ей все, что думает о ситуации в целом и о ней лично. Да и вообще о жизни.

Жаль только, я ни слова не поняла из его речи, потому как произносилась она на неизвестном мне языке, тягучем и каком-то… рычащем, на диво подходящем ангелу. Догадываться о смысле высказываний пришлось по интонациям. Благо это оказалось не слишком сложно. Да и вытянувшееся лицо Розмарии, попеременно меняющее цвет от бледного до синевы до насыщенно-красного, служило не хуже любого словаря.

Завершив свой прочувствованный монолог, Габриэль стремительно унесся прочь. Забытая Линка проводила ангела растерянным взглядом, соскользнула с высокого для нее кресла и, волоча за собой тяжеленную ханатту, направилась за ним.

– Ну нет так нет, – выдавила Розмария, пытаясь вернуть перекошенное лицо на место. – Мы же не настаиваем.

Итак, проблему с Ардрадой решить не удалось. Точнее, Совет ее как раз таки успешно разрешил, спихнув на нас. Знают ведь, проходимцы, что никуда не денемся. Но вопросы для обсуждения на этом не закончились.

Далее на повестке дня стоял Влас. О нем спорили едва ли не дольше, чем о злосчастной Ардраде, будь она неладна. В конечном счете, заверив нас в своей солидарности и заранее одобрив любые меры, которые надумает принять Алекс, дабы окончательно уничтожить врага, члены Совета расщедрились на весьма туманное обещание в случае крайней необходимости оказать посильную помощь.

Разумеется, определять, когда эта необходимость наступит (как по мне, так она уже давным-давно наступила), они предоставили себе.

– Если ни у кого из присутствующих больше нет вопросов, требующих вмешательства Совета долин, я предлагаю считать заседание закрытым, – наконец поставил финальную точку в этих бессмысленных переливаниях из пустого в порожнее черноволосый представитель Ардрады.

– Есть, – довольно бесцеремонно прервал его Алекс, заставив меня недовольно поморщиться. Ему-то что от этих снобов понадобилось? – Я хочу знать, почему Велес не признан властелином.

– Неужели это надо объяснять? – скривилась Розмария. – С нас и одного желающего самоубиться особо изощренным способом было вполне достаточно.

– Как видишь, я протянул чуть дольше, чем ты рассчитывала, – саркастически заметил властелин.

– Тебе просто повезло, – отмахнулась провидица. – А он еще мальчишка. Куда ему! Не потянет.

Судя по выражению лица, Алекс был полностью с ней согласен, но из вредности продолжал спорить. Да и обещание, данное ночью Велесу, никто пока не отменял.

– Как властелин Боллаты я признаю нового властелина Кавигаты. – Немного подумав, он добавил: – И как временный попечитель Ардрады – тоже.

– Отлично, – равнодушно согласилась женщина. – Два голоса против десяти. Или, может, найдутся еще желающие присоединиться к этому безумию?

Она окинула пронзительным взором всех собравшихся в зале. Желающих, конечно, не сыскалось. Кто бы сомневался! Никто из членов Совета не отважился принять подобное решение, не посоветовавшись со своим властелином. Да и с мрачной провидицей, как я заметила, здесь предпочитали не связываться.

Вот ведь старая перечница!

Но сегодня явно не ее день, потому что в зале присутствую я. Раз уж никто другой не может ничего сделать, придется брать ситуацию в свои руки.

– Дайте нам пару дней, и хранительница у него будет, – выпалила я прежде, чем успела хотя бы осознать, что делаю.

А когда до меня наконец дошло, было уже поздно. Слово ведь не заклинание – обратно не впитаешь и по своему разумению не переделаешь. С трудом проглотив вставший в горле ком, я подняла глаза и отважно (от дурости смелеют, теперь я это точно знаю) посмотрела на Розмарию.

– Что ж… Если так, то желаю вам удачи, хранительница, – с неприязнью проговорила провидица, после чего, не прощаясь, покинула зал.

Оставшиеся сверлили меня напряженными взорами.

О боги, что же я наделала-то?

«Нажила врага и дала слово, которое не сможешь сдержать», – услужливо просветил меня голос разума. Где ж он раньше-то был!

Так, Ксения, спокойствие и еще раз спокойствие. О всяких странных голосах будешь думать потом. Сейчас надо срочно соображать, как выпутаться из щекотливых обстоятельств.


По укоренившейся в толще веков традиции, нареченные (звучит почти так же, как «обреченные») не должны видеться целую неделю перед обрядом соединения. За это время предполагалось покончить с последними формальностями.

В первую очередь богатыми дарами умасливались боги-покровители, дабы у них впоследствии не возникло соблазна пакостить новоиспеченным супругам. Это, пожалуй, самая сложная из «формальностей», поскольку безвозмездно у нас даже обитатели Воздушного града ничего не делают. А запросы у них не чета людским.

Далее предстояло заручиться согласием главы рода, чтобы невеста наконец смогла стать частью новой семьи. Здесь проблем меньше. Всего-то решить, какую часть приданого старший в роду получит за свое «дозволяю». И только после этого очередь доходит до семей, которые в перспективе должны породниться.

Ах да, я же еще не упомянула о многочисленных предсвадебных обрядах… Жуть, не правда ли?

К счастью, вся эта предсвадебная суматоха обошла меня стороной. Оба маги, мы не имели никаких покровителей, просить у самого себя дозволения на брак Алекс не собирался, приданого у меня не было и в помине (не считая кота, но на такое прожорливое добро ни один уважающий себя глава рода в жизни не позарится), а с тетушкой и ее семейством я бы предпочла в ближайшее время не встречаться.

Да и торчать целую неделю в Кавигате только для того, чтобы провести несколько никому не нужных обрядов, Алекс не пожелал. Как-нибудь обойдемся.

– Ты точно уверен, что хочешь на ней жениться? – скептически уточнил Габриэль, подозрительно поглядывая на стоящую перед зеркалом меня.

Гордо вздернув подбородок, я расправила плечи и внимательно оглядела свое отражение. При виде него даже у меня не осталось ни малейших сомнений в брачных намерениях властелина. Еще бы!

Из зазеркалья лукаво поглядывала искрящимися зелеными глазами настоящая красавица. Даже не верится, что это я! Пышное, белое с золотым, в тон парадному облачению властелина, платье идеально скрывало излишнюю худобу, подчеркивая, где нужно, формы. Декольте хоть и присутствовало, но серьезных опасений не внушало. Единственным недостатком сего чудного наряда был, пожалуй, чересчур узкий корсет, в который меня безжалостно запихнули, так что я всерьез начала сомневаться, что когда-нибудь смогу отодрать от спины намертво прилипший к ней живот. А ведь еще есть куда-то надо!

Но что только не вытерпишь ради собственной свадьбы.

Кстати, платье было не мое. Даже наитемнейшая магия не смогла бы помочь сшить свадебный наряд всего за одну ночь. Вот мне его и пожертвовали с хозяйского плеча. Вернее, с плеча местной хранительницы, теперь уже бывшей. Мать Велеса, Люсинда, оказалась довольно приятной женщиной. Проникшись ко мне теплыми чувствами за хоть и безнадежную, но все же попытку помочь ее сыну, она приняла активное участие в поспешных приготовлениях к свадебному обряду.

О том, чем этот самый обряд у властелинов отличается от общепринятого, я имела весьма смутное представление. Спрашивать принципиально не стала, зачем зря нагнетать атмосферу, в любом случае через несколько часов все станет ясно, а просвещать меня никто не спешил. Ну и ладно, все равно в конечном счете ничего не изменится. Ближе, чем мы есть, уже просто некуда.

– Имей в виду, брак похуже смертного приговора будет. Там хоть мучиться недолго, – не унимался ангел.

Я лучезарно улыбнулась и, поправив выбившийся локон, который, кстати, тоже был делом рук Люсинды, стрельнула тщательно подведенными глазками в сторону властелина.

– Уймись уже наконец, – проворчал он и вперил грозный взор в разбушевавшегося ангела.

Алекс выглядел еще более величественным, чем обычно. Даже седина его сейчас не портила. Скорее придавала царственный вид. Да, именно таким и должен быть настоящий властелин – степенным, мудрым, внушительным.

Он повернулся, демонстративно игнорируя шпильки крылатого, и наши взгляды на мгновение встретились. В серебряных глазах царило просто невероятное спокойствие. И кто сказал, что накануне свадьбы молодым положено нервничать? Лично я была безмятежна, словно море в безветренную погоду. Внутри прочно поселилась уверенность, что так и должно было случиться.

И, готова поклясться, властелин тоже в этом не сомневался.

– Ты же от нее теперь вовек не избавишься, – не оставлял попыток образумить друга Габриэль.

Зря я раньше не догадалась выдворить всю эту ораву за дверь. В конце концов жених мог бы готовиться к обряду где-нибудь в другом месте.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно улыбнулся Алекс. – Она от меня тоже.

– Слу-ушай… – протянул Лап, мягко перепрыгивая с дивана, где только что безмятежно дрых, на стол, чтобы его кошачье величество было лучше видно. И слышно. – А не подыскать ли тебе на правах властелина невесту этому крылатому шутничку? А то он скоро обратно побелеет от зависти.

А что, хорошая идея! Только где мы найдем вредную, язвительную девицу, помешанную на оружии, которая согласится всю оставшуюся жизнь мучиться с этим чудом крылатым?

– Как только вернемся в Боллату, займусь поиском подходящей кандидатуры, – в полной мере оценил котовое предложение Алекс.

– Что-о?!! – взвыл крылатый. – Не посмеешь!

– Ну что ты так нервничаешь? – запричитал вредный кошак, беззвучно переступая лапами по столешнице. – Мы же для тебя стараемся.

– Если ты сейчас не заткнешься, морда хвостатая, я для тебя так расстараюсь… – Но закончить угрозу, а тем более воплотить ее ангелу не дали.

Дверь широко распахнулась, и в комнату бодро вошел Велес. А стучать его, интересно, не учили? Мало ли на какой стадии он мог застать мои предсвадебные приготовления!

Я издала возмущенный возглас, но облекать праведное раздражение в более понятную для окружающих форму не стала. В конце концов в наши с Алексом покои и так набилось столько народу, что одним зрителем больше, одним меньше – какая, в сущности, разница?

– Кольца, – не здороваясь, проговорил Велес и протянул руку.

В отличие от нас он выглядел напряженным. Странно, с чего бы? Ведь насколько я понимаю, ничего особенного от молодого властелина не требуется…

Мгновение помедлив, Алекс снял с пальца темный ободок и положил в раскрытую ладонь Велеса. Я попыталась последовать его примеру, но потерпела неудачу. Вот леший! Кольцо, обычно сохранявшее невидимость, даже сейчас не подумало появиться. А я-то была искренне уверена, что полностью контролирую его! Наивная.

– Момент, – выдавила я, затравленно озираясь и лихорадочно соображая, как справиться с некстати взбунтовавшимся украшением.

Последующие три попытки результатов не дали. Я шипела, ругалась (правда, мысленно) и клятвенно обещала обрушить на несговорчивое колечко все кары, какие только смогла придумать (тоже мысленно). Но оно не реагировало.

Ну почему именно сегодня? Даже замуж выйти без приключений не получается. Ну что за жизнь!

Так… Показалось или где-то на задворках сознания послышался гаденький такой смешок? Уж лучше бы показалось. Вот паразит, а!

Разозлившись, я собрала все силы и отчаянно воззвала к кольцу. Не забыть бы, когда представится случай, попросить у Алекса нормальное. Слишком уж много заморочек у волшебных украшений для бедной маленькой меня.

Внутренний голос крякнул, словно его ударили под дых, и принялся усиленно хватать ртом воздух. На пол золотистой змейкой соскользнуло мое обручальное кольцо.

– Ксения? – На меня обеспокоенно смотрели серебристые глаза.

Вдаваться в подробности не хотелось. Мило улыбнувшись, я пожала плечами. Мол, что с меня возьмешь – знал ведь, с кем связывался.

Мое кольцо тоже перекочевало к Велесу, Люсинда ободряюще похлопала сына по плечу, и он поспешно откланялся. Кажется, я наконец-то поняла причину нервозности молодого человека: обряд соединения он проводит впервые, да еще на глазах у всей долины. Да и Совет будет оценивать каждое движение молодого властелина. Тут у кого угодно нервы сдадут!

Люсинда в последний раз поправила платье, взбила непослушные локоны и от души щипанула меня за щеки.

– Ай! – вскрикнула я, прижимая прохладные ладошки к лицу.

– Естественный румянец тебе не помешает, – невозмутимо пояснила бывшая хранительница. – А то гости подумают, что мы собрались по прямо противоположному поводу.

Предложить ей, что ли, Габриэля за что-нибудь пощипать? В чисто профилактических целях.

– Ты такая краси-и-ивая! – восхищенно протянула Линка, сверкая синими глазками.

Я потупилась, смущенная детской непосредственностью.

– Вот вырастешь, и такая же будешь, – пообещала девочке Люба и ласково потрепала ее по макушке.

– Не, – насупилась мелкая, – я хранительницей быть не хочу. Буду наемницей.

И почему меня это не удивляет? Вечно все не как у людей получается. Если муж – то обязательно властелин, если ангел – то черный (и что-то мне подсказывает – единственный в своем роде), ребенок – и тот подозрительно воинственный. Но самое забавное, что мне все это жуть как нравится!

– Хватит болтать, – вмешался Дармир. – Времени осталось не так много, а тебе еще предстоит решить, кто передаст тебя мужу.

Все выжидательно уставились на меня. А я, как всегда, ничего не понимала. Это «как всегда» нравилось мне уже значительно меньше.

– По традиции, к обряду хранительницу должен привести кто-то из ближайшего окружения. Тот, кому ты безоговорочно доверяешь.

Окинув долгим взглядом комнату вместе с собравшимися в ней личностями, я призадумалась. По большому счету, все они одинаково мне дороги. Мягкая, теплая Люба, ворчливый Дармир, мрачный Габриэль… Каждому из них я безоговорочно доверяла. Прекрасно при этом понимая, что любой из близких может оказаться тем самым предателем, который завелся в Боллате и тайно сотрудничал с Власом.

Ненавижу такие ситуации!

Сделав несколько осторожных шагов, я протянула руку лениво развалившемуся в кресле ангелу. И смутилась еще больше, заметив, как дрожат мои пальцы. Как же хочется провалиться сквозь землю!

Судя по недоверию, проскользнувшему на смуглом лице, Габриэль никак не ожидал подобного. Мне даже показалось, что в багровых глазах на мгновение проскользнуло что-то теплое, впрочем, быстро сменившись привычным иронично-мрачным прищуром.

Он резко поднялся, чуть не сбив меня с ног, смущенно (смущенно!) отступил на шаг и протянул… ханатту. Негодующий вопль так и застрял у меня в горле. Дернул же меня леший связаться с этим недоразумением крылатым!

– Эм… в общем, я согласен. – Габриэль задумчиво поскреб подбородок и ханатту все-таки убрал. Теперь он протягивал мне руку.

– Кажется, теперь я понимаю, почему при всей своей смазливой внешности ты все еще не женат, – не упустил повода поехидничать кот. – Ты всегда у протянувшей тебе руку девушки перед носом ханаттой машешь?

– Нет, но идея хорошая, – хмыкнул Габриэль, скрывая усмешку. – Может, хоть тогда они ко мне руки тянуть перестанут?

Выяснилось, что обряд соединения будет проходить в храме. Этот небезынтересный факт меня слегка удивил: в Боллате ничего подобного не было. Алекс проводил свадебные обряды для жителей долины прямо в ратуше. Но, видимо, властелин и хранительница все же несколько отличаются от своих подданных, не зря же их брачный обряд отчего-то назван соединением, и в Кавигате специально для этого загадочного действа был построен настоящий храм.

Именно туда и отправился Алекс, прихватив с собой всех остальных. За исключением Габриэля, разумеется, который должен был сопроводить меня к месту назначения.

Пока же, оставшись наедине с неразговорчивым ангелом, я бесцельно топталась посреди комнаты (сесть нельзя, чтобы не помять платье) и задавалась вопросом, что же сейчас будет. Зря я все-таки не поинтересовалась этим раньше, пока было у кого спросить.

Отгадка явилась довольно быстро. Постучав в дверь, она вошла, не дожидаясь разрешения, поставила на стол, по которому еще совсем недавно прохаживался Лап, золотой кубок, инкрустированный крупными рубинами, и удалилась, соблазнительно вихляя бедрами и с надеждой поглядывая в сторону ангела.

Пожалуй, я с ним согласна: ханатта – вещь в хозяйстве порой просто незаменимая.

В кубке было вино. Самое обыкновенное, даже ни капли не подозрительное. Та-ак, интересненько…

– Это еще зачем? – наморщила я лоб. – Они что думают, на трезвую голову я на него не позарюсь?

Вот ведь странные. Да я всеми четырьмя конечностями готова вцепиться в этого властелина!

– Лискора является частью обряда, – просветил меня Габриэль. – Она поможет тебе открыться для соединения. Пей давай!

Что-то мне как-то не по себе…

Но спорить не стала и маленькими глоточками послушно осушила кубок. Гм… вроде разницы никакой не чувствую.

С виду храм напоминал вторую ратушу (наверняка то место, где властелин принимает посетителей, называется как-то по-другому, но как именно, я спросить не удосужилась, вот и использовала знакомое название). Такое же неприметное здание из серого камня, только с едва различимым куполом. И даже никак не украшенное по случаю такого знаменательного в моей жизни события. И гостей самый минимум: за исключением наших спутников, в просторном зале, где мы оказались, присутствовали члены Совета и приближенные властелина Кавигаты.

Негусто. Честно говоря, я представляла себе празднество несколько в другом свете.

Стоило нам показаться в дверном проеме, как словно из ниоткуда зазвучала негромкая плавная мелодия. На мой вкус, какая-то уж слишком заунывная. Вместо приличествующего такому случаю веселья она навевала зевоту. А может, это выпитая лискора на меня так подействовала?

Все присутствующие синхронно повернули головы в нашу сторону. Я вцепилась покрепче в руку Габриэля и затаила дыхание. Тело бросило в жар. Так, и кто здесь недавно хвастался, что совершенно не нервничает?

Габриэль уверенно двигался вперед. Лишь теперь до меня дошло, зачем нужен сопровождающий. Без него я бы и двух шагов сделать не смогла. Ноги стали ватными, по телу разлилась расслабляющая нега, а сознание густой пеленой застлал туман. Вдруг накатило ощущение полной нереальности происходящего, словно все это было сном.

Шаг, другой… и просторный зал затопила яркая вспышка света, на мгновение ослепив меня. Я усиленно заморгала, стараясь унять резь в глазах. И только когда зрение относительно восстановилось, краем сознания бесстрастно отметила причину резкой смены освещения.

Под ногами ярким светом горела пентаграмма. На полу четко выделялся огромный круг с пятиконечной звездой внутри. Прочие же линии, символы и руны казались почти прозрачными. Такого плетения видеть мне еще не приходилось. Даже пентакль, уничтоженный в Ардраде, рядом с этим чудом магии казался детской шалостью.

В самом центре круга стоял Велес. Молодой властелин больше не выглядел неопытным мальчишкой. Вместо старой потертой куртки на нем красовалась парадная хламида насыщенного бордового цвета с редкими вкраплениями золотого – еще одна деталь, отличающая властителя Кавигаты от остальных властелинов. Выражение на его лице было одухотворенное и в то же время сосредоточенное, излучающее важность момента.

Сейчас он уже не казался моим ровесником. Более того, неожиданно для себя я совершенно четко осознала, что сегодня в этом храме только один властелин.

Алекс стоял по правую руку от властителя Кавигаты. По тому, как отчаянно серые глаза впились в мое лицо, я поняла: его тоже проняло. Неужели, несмотря ни на что, боялся, что передумаю? Перехватив его напряженный взгляд, я едва различимо улыбнулась и постаралась сосредоточиться на предстоящем обряде.

Передав меня Велесу, Габриэль присоединился к зрителям. Я же, обосновавшись по левую руку от молодого властелина, успела заметить, как полыхнула золотом пентаграмма и Велес воздел руки к куполу, прежде чем сознание окончательно стало напоминать кисель.

Происходящее (по крайней мере, то, что происходило снаружи) воспринималось с трудом. Я слушала заунывное бормотание Велеса под тихую протяжную музыку, перемежающееся редкими фразами Алекса, и вроде бы даже сама что-то говорила, но смысл сказанного до меня не доходил. Мы двигались, ведомые властелином. Пентаграмма то начинала яростно полыхать, то затихала, но все это меня мало интересовало.

Внутри же я чувствовала себя… раскрытой. Другого определения своему состоянию сознание, одурманенное лискорой, подобрать не смогло. Меня буквально омывала энергия. Но это ощущение совсем не походило на уже привычную магию, когда силу приходится контролировать каждое мгновение. Сейчас же чувство такое, словно принимаешь солнечные ванны в погожий денек. Мм… приятно…

Энергия лилась ровным потоком, теплая, родная, знакомая. И в какой-то момент я не выдержала и стала осторожно вбирать ее в себя, отдавая столько же взамен. Ниточки переплетались, связываясь в узелки, которые с каждым движением становились все менее заметными и в конце концов полностью растворялись.

Теперь мне, кажется, понятен смысл выражения «единое целое».

Жар сменился обжигающим холодом, точно вся кровь в жилах замерзла. С чувством выполненного долга я стала оседать на каменный пол. Пентаграмма блеснула в последний раз и потухла, слившись с темными камнями, будто ее здесь никогда и не было. Все одиннадцать членов Совета разом заговорили.

Когда сжимающий холод немного отступил, я поняла, что так и сижу прямо на полу. Поднимать меня никто не спешил. В зале стояла тишина.

Велес с горящими глазами что-то шептал Люсинде. Небось хвастался перед матерью своей первой победой. Алекс сидел рядом со мной, бледный, но жутко довольный. Больше в зале никого не было.

Так вот оно какое, это соединение! Миленький такой обрядик, ничего не скажешь. Что ж… Велес скрепил наш союз, Совет долин засвидетельствовал.

Теперь нас даже Влас не разлучит.

Глава 5

На праздник собралась вся долина. Принимая бесконечные пожелания счастливой семейной жизни и чисто символические подарки, я впервые за последнее время почувствовала себя почти как дома. Почти. Все же мы не в Боллате, нельзя ни на миг забывать об этом. Да и все эти люди поздравляют скорее своего нового властелина с его пусть маленькой, но все-таки победой, нежели нас.

Я тоже искренне радовалась за Велеса. Как же здорово, что хотя бы ему удалось утереть нос этим спесивым снобам из Совета. Мелочь, а приятно. И будет приятно вдвойне, когда я найду способ достать ему хранительницу.

Так, об этом я сегодня не думаю! Могу я хоть в день собственной свадьбы расслабиться?

После обряда мы оба были немного рассеяны. Пожалуй, в положении хранительницы тоже есть свои минусы. Голова гудела, тело так и норовило превратиться в желе (вот когда я порадовалась излишне тугому корсету), а глаза упорно слипались, но я упрямо продолжала улыбаться. Когда поздравительная часть закончилась и мы наконец заняли свои места за столом, установленном в том же зале, где вчера проходило заседание, я позволила себе немного размякнуть.

Есть не хотелось совершенно. Да и опасно это в таком облачении. Вот я и сидела, лениво ковыряясь вилкой в тарелке с салатом и скользя взглядом по собравшимся. Как это, оказывается, интересно – наблюдать за людьми!

Стоило выйти из храма, как на Габриэля буквально налетели местные барышни, от которых ему не удалось отделаться и по сей час. Ангел с выражением бесконечного страдания на лице слушал их восторженный щебет, но на совсем уж агрессивные меры по спасению себя из наманикюренных ручек соблазнительных захватчиц пока не решался. Правда, пару раз пытался улизнуть по-тихому, но обе попытки с треском провалились. Приходилось стоически терпеть. Ох, чувствую, припомнит он мне еще свои мучения!

Велес казался совершенно измученным, но в то же время полностью довольным собой. Еще бы! Такую подлянку этим снобам устроил, даже мне завидно стало! Люсинда буквально светилась от гордости за сына. Члены Совета, имен которых я, кстати, так до сих пор и не узнала, сохраняли ледяное спокойствие. А вот Розмария… провидица не пожелала делать хорошую мину при плохой игре и удалилась в неизвестном направлении сразу после соединения.

Внутри меня шевельнулась жалость. Намучается Велес с ней…

Дармир с Любой оживленно шушукались. Я отчего-то сразу решила, что она его успокаивает. И чем наш лекарь вечно недоволен? Вот уж правду говорят: как бы хорошо не было человеку, ему всегда будет плохо.

Но поразмыслить как следует о причинах внеочередного приступа брюзжания у мужа бережини я не успела, потому что в Лапусе вдруг проснулось сострадание. Видать, вредный кошак действительно проникся к ангелу нежными чувствами.

Гордо прошествовав через весь стол, между делом совершенно случайно (ну-ну!) опрокинув кубок представителя Ардрады, Лап остановился напротив Габриэля, оглядел желтыми глазюками атакующих ангела девушек и промурчал:

– А мне, между прочим, тоже женской ласки хочется… Мр?

Девушки восторженно запищали.

Да уж, судя по всему, с магией у них тут действительно напряженно. Во всяком случае, ни одного коллеги поблизости я не ощущала, да и заклинаний, кроме совсем простеньких, бытовых, не видела. Прямо как в Боллате.

Эта мысль немного подбодрила. Все не так уж плохо. По крайней мере, могло быть хуже. Вот только почему меня упорно не оставляет в покое противное предчувствие, что это «хуже» не за горами?

Отогнав подальше мрачные раздумья, я обнаружила, что Габриэля за столом уже нет. По-видимому, ангел умудрился смыться, пока его поклонницы забавлялись говорящим котом. Зато мне теперь придется спасать Лапуса.

Когда тарелки опустели, а члены Совета удалились по своим неотложным делам, началась самая веселая часть празднества – танцы. Они мало походили на то изысканное действо, в котором мне довелось поучаствовать в Светлом лесу. Скорее это можно сравнить с народным гулянием в крупном селе. Никаких отточенных па и журчащей музыки. Половине собравшихся упитанный мишка как наступил на ухо, так по сей день там и топчется. Музыкальное сопровождение жители долины обеспечивали своими силами: какой инструмент дома нашелся, тот и притащили, и играли по очереди кто на чем умел.

Зато было весело. Всю сонливость как рукой сняло. Не страшась запутаться в пышных юбках и упасть, я ухватила Алекса под руку и вытащила в круг танцующих.

На остаток вечера удалось забыться. Словно не было нависшей над нами опасности, до сих пор не выявленного предателя, а также Власа, невесть как выбравшегося из Замирья, и таинственным образом исчезнувшей Луны. Лискора вскоре полностью выветрилась, унося с собой слабость. Я танцевала с Алексом, Велесом, Дармиром и даже с Линкой, пока хватило сил.

Жаль все же, что Габриэль удрал. У него бы отбоя от девушек не было. Не умеет наш ангел развлекаться!

Не чувствуя под собой ног, пыхтя и отдуваясь, я плюхнулась на стул и потянулась к кувшину с водой. Пить хотелось неимоверно. Но рука, так и не дотянувшись до кувшина, зависла над столом…

В гуще танцующих на миг проскользнул знакомый силуэт. Я даже привстала, изо всех сил напрягая зрение, в надежде снова поймать взглядом светловолосую макушку. Нет, ничего. Неужто показалось?

Пить как-то сразу расхотелось, веселиться – тоже. Надо срочно проверить свою догадку, пока она не превратилась в паранойю. Встав, я стремительно направилась в ту сторону, где недавно прошествовало светловолосое видение.

И откуда она могла здесь взяться? Впрочем, когда речь заходит об этой особе, я уже ничему не удивляюсь. Как показывает опыт, что-что, а появляться и исчезать в самый неожиданный момент она умеет, в этом ей не откажешь.

Протолкавшись между танцующими, я выпала в темный коридор. И когда стемнеть успело? Пришлось потратить несколько лишних мгновений, чтобы сотворить себе источник света. Но это того стоило – я успела разглядеть скрывшуюся за поворотом спину, обтянутую черным платьем, по которой разметались светлые пряди. Вот леший, хоть бы раз ошибиться! Ненавижу, когда я права в подобных вещах.

Придерживая подол, припустила за поспешно удаляющейся Луной. Вот ведь бесовка! Погоди ж ты у меня! Поймаю – весь дух вытрясу.

Путающиеся под ногами тяжелые юбки скорости передвижению не добавляли. Но упорства мне не занимать (не зря же говорят – с кем поведешься…), и вскоре беглянка была настигнута.

– Стой, зараза блондинистая! – рявкнула я, хватая ее за рукав.

Луна послушно остановилась. Такой покладистости я от нее никак не ожидала, поэтому не нашла ничего лучше, чем спросить:

– Что ты здесь делаешь? – Конечно, вопрос далеко не первой важности, но другого в тот момент просто в голову не пришло.

– Не могла пропустить твою свадьбу, – робко улыбнулась девушка.

Час от часу не легче.

– С каких это пор тебя так волнует моя судьба? – подозрительно осведомилась я, но рукав все же отпустила. Не похоже, чтобы она собиралась убегать.

– Может быть, с тех самых, как я спасла тебе жизнь? – предположила Луна, хитро поглядывая на меня. – С чего такое недоверие?

Я чуть не подавилась своим возмущением:

– И ты еще спрашиваешь! Я же совсем ничего о тебе не знаю. От кого ты скрывалась у дивных? Зачем нацепила фальшивые уши? Почему сбежала? И главное, как ты сюда попала? Это же долина, а не село какое-нибудь! Насколько мне известно, для обычного человека она невидима.

Луна молча выслушала мой эмоциональный монолог, даже глазом не моргнув, после чего спокойно резюмировала:

– Значит, я необычная.

– Да уж, это я заметила…

– Ну не сердись, – заканючила блондиночка. – Я тебе непременно все объясню. Вот увидишь, у тебя не останется ни единого повода не доверять мне.

Нервно поведя плечами, я согласно кивнула. Хорошо, если так.

– Давай, я тебя слушаю.

– Что, прямо здесь? – пошла на попятную эта хитрюга. – А если нас твой властелин застукает?

– Ну и что? – не поняла я. Тоже мне, нашла кого бояться. Можно подумать, он меня с любовником здесь поймает!

– А то, – подивилась моей непонятливости подруга. – Это ты ему жена любимая, да еще хранительница к тому же, а вот я – мерзкая обманщица. Как думаешь, что он со мной сделает, встретив на собственной свадьбе?

Хм… А она в чем-то права. По головке уж точно не погладит.

– Будет лучше, если ты потом ему сама все расскажешь, – продолжала увещевать Луна, видя мои сомнения. – К тому же каяться перед одной тобой мне будет гораздо легче.

– Ладно, – наконец сдалась я. Ох, чувствую, доброта меня погубит!

– Вот и чудно, – вздохнула с облегчением блондинка. – Приходи утром ко мне, там и поговорим. Заодно и с матушкой познакомишься.

И она принялась путано объяснять дорогу.

Уверенности в том, что я поступаю правильно, соглашаясь на это сомнительное мероприятие втайне от Алекса, у меня не было. Но согласие уже дано, отступать некуда. Да и ее искренность подкупает.

– Я буду ждать! – Луна порывисто обняла меня и направилась к выходу.

Оставшись стоять на месте, я какое-то время глядела ей вслед, как тогда, в Светлом лесу. Теперь, без этих фальшивых ушей, ее образ казался на удивление гармоничным. Пожалуй, эта голубоглазая блондинка была самой красивой из всех, кого я только видела.

– До завтра, Луна…

– Меня зовут Луная, – обернувшись, негромко сказала она и скрылась за поворотом.


По пути к Лунае я изо всех сил старалась убедить себя, что делаю верный шаг. Получалось плохо.

Несмотря на всю свою таинственность, Луна вызывала доверие. Не знаю почему. Вроде умом я прекрасно понимала, что все эти ее неожиданные появления и исчезновения более чем подозрительны. А вот сердцем, несмотря ни на что, считала эту девушку своей подругой и хотела верить ей. К тому же на ее стороне очень весомый довод: она спасла мне жизнь. Нет, правда! Если бы блондинка желала мне зла, ей достаточно было бы просто ничего не делать, и к этому времени мое хладное тельце уже благополучно начало бы тлеть где-нибудь в землях Светлого леса.

Да и не мы поймали Луну, она сама пришла. И обещала объяснить свое странное поведение.

Вот только почему от этого не намного легче? Осознание того, что, тайно встречаясь с Лунаей, я обманываю Алекса, не давало покоя. Хотя, если подумать, часто ли он ставил меня в известность относительно своих планов?

Нет, это совсем другое!

Я сильно тряхнула головой, отгоняя к лешему все свои терзания. Нашла повод! Разговор с Лунаей должен многое расставить по местам, а потом и с друзьями объясниться можно. Пусть видят – и я кое на что гожусь.

Попытка не пытка. А если не получится, тогда и угрызениями совести помучаюсь.

Утро было прекрасным. Морозец в последние дни ослаб, видно, решив дать нам передышку. Солнышко же, напротив, вздумало порадовать, явив свой золотистый кругляш. Его проказливые лучики рассыпались по всей округе, заставив скопившиеся за время холодов сугробы переливаться всеми цветами радуги.

Вдохнув полной грудью напоенный зимней прохладой воздух, я улыбнулась. Все будет хорошо! Просто не может не быть в такой чудесный день.

Небольшой бревенчатый домик появился перед глазами как-то уж слишком неожиданно. Тропка резко свернула вправо – и вот он, пункт назначения. И все бы ничего, но я готова на крови поклясться, что в тот вечер, когда мы пришли в Кавигату, его здесь и в помине не было. И поворота этого тоже.

Пришлось призвать на помощь всю свою смелость, чтобы не броситься прочь, подальше от этого заколдованного места. Я, конечно, слышала о специальных артефактах, которыми пользуются маги, не желающие осчастливить своей персоной какой-нибудь постоялый двор. Но коли даже у магистра Измира не было ничего подобного, со спокойной совестью посчитала их сказками. Верит же простой люд, что на деревенской ярмарке можно всего за пару серебряных монет купить настоящее любовное зелье! Чем же хуже замок карманных размеров?

Надо признать, с «замком» я слегка погорячилась. Это строение даже домом назвать можно с большой натяжкой. Так, домишко. Я не удержалась и фыркнула. Разбаловала меня жизнь хранительницы. С такими темпами я скоро начну считать все, что не дотягивает до дворца, недостойным моей властелинистой персоны. А ведь еще недавно сама жила в избушке на порядок хуже этой, и ничего, была полностью довольна своим существованием!

Взобравшись на деревянное крыльцо, мелодично поскрипывающее под ногами, я громко постучала в дверь. Из-за нее тут же послышались торопливые шаги. Очевидно, меня ждали.

– Входи, – натянуто улыбнулась Луная, появляясь на пороге. – Я уж думала, ты не придешь.

Я неопределенно пожала плечами и шагнула внутрь. Надо же, она сомневалась… С чего бы это, интересно?

Комната, где мы оказались, изысками не поражала. Стол, пара стульев, буфет, рядом с которым приткнулась незаметная дверца. Окна плотно занавешены тяжелыми шторами, освещение же создавали плавающие над нашими головами светлячки. Штук пять, не меньше.

– Ты ведьма? – Это было скорее утверждение, нежели вопрос.

Девушка заметно смутилась и даже чуть покраснела.

– Да, но я мало что умею. Если честно, почти ничего. Так, балуюсь иногда по мелочи. Вот моя матушка – она настоящая колдунья. Даже в Академии училась!

– А ты, значит, нет? – Я окончательно перестала что-либо понимать. Судя по светлякам и по тому, как одним легким щелчком пальцев Луная заставила запылать огонь в очаге, дар у нее все же есть. Может быть, даже сильнее моего. Что же тогда?

– Меня матушка не отпустила, – грустно созналась блондинка. – Видишь ли, у нее довольно натянутые отношения с магистром Измиром… Вот я и осталась без диплома.

Сочувственно вздохнув, я опустилась на один из стульев. Жалко мне ее. По себе ведь знаю, каково это, когда кто-то пытается управлять твоей судьбой по своему усмотрению. Приятного мало, пусть даже намерения изначально были самые что ни на есть благие.

Вскоре передо мной появилась высокая кружка с ароматным чаем. Втянув травяной дух, который с недавних пор прочно ассоциировался с одним властелином, я зажмурилась от удовольствия. На губы выползла глупая улыбка.

– Твой властелин любит тебя? – вернул меня к реальности неожиданный вопрос.

Я вздрогнула и подняла глаза на собеседницу. Она смотрела так внимательно, словно от моего ответа зависело что-то очень важное.

– Думаю, да, – осторожно проговорила я, обнимая замерзшими ладонями бока кружки. В комнате вдруг стало прохладно.

– А ты? – Тонкие пальчики Лунаи нервно комкали слишком длинные рукава платья.

– И я.

По лицу девушки скользнуло виноватое выражение. Странный у нас разговор получается… Не усидев на месте, она вскочила и заметалась по комнате. Да что с ней, в конце концов, такое?

– Уходи. – Тихий голосок Лунаи прозвучал неожиданно решительно.

– Что? – возмутилась я. Нет, она точно ненормальная.

– Тебе лучше уйти, – повторила девушка, не меняя тона. – И чем быстрее и тише, тем лучше. Ну иди же! – Последние слова она почти выкрикнула.

Я даже не шелохнулась.

– Вот еще! Помнится, кто-то обещал дать ответы на все мои вопросы. Так что держи слово! С места не сдвинусь, пока мы не поговорим. – Когда надо, я тоже умею быть решительной. Вот так.

Луная хотела возразить, но не успела. В комнате появилось новое действующее лицо, одним своим присутствием заставившее девушку испуганно вжаться в стену.

Женщина стояла возле той самой маленькой дверцы у буфета. Свет туда почти не падал, поэтому рассмотреть ее как следует не удалось. Из полумрака я смогла выхватить взглядом только тонкий стан, довольно высокий рост (на целую голову выше меня!), копну длинных темных волос и черное платье с расширяющимися книзу рукавами. Такое же, как у Лунаи.

– Что же ты, дорогая, так невежлива с гостьей, – укоризненно произнесла она.

Ее голос заставил меня вздрогнуть. Было в нем что-то такое, пробирающее до самого нутра.

Вот она, грозная матушка собственной персоной. Я бросила сочувственный взгляд на притихшую Лунаю и попыталась улыбнуться, чтобы хоть как-то ее подбодрить. Не дело это – собственной матери бояться. Моя бабушка тоже строгой была, но я же трястись не начинала при одном ее приближении и слиться с предметами интерьера не пыталась.

Блондинка подбодряться категорически не пожелала и по стеночке отступила в самый дальний угол.

– Прости… – виновато прошептала она, и в огромных голубых глазах заблестели слезы.

К кому именно обращалась Луная, я не поняла, но на всякий случай переключила внимание на так некстати появившуюся женщину. Та продолжала стоять на месте и на слова дочери не реагировала.

Стоп. Что-то мне во всей этой ситуации не нравится… Еще мгновение, и мне удалось выделить неприятно царапающее чувство из того сумбура, который царил в голове. Определенно, где-то эту тетку я уже видела. Вот только где? Времени на обдумывания у меня не было.

Получать ответы на свои вопросы как-то расхотелось. Чем я вообще думала, когда согласилась прийти сюда? Да еще Алексу ничего не сказала! И вообще никому не сказала… Сколько раз мне надо огрести, чтобы появилось элементарное чувство самосохранения?

Будь на моем месте кто-нибудь другой, с удовольствием задала бы ему этот вопрос. Ответ был бы очень познавательным. Но самой себе мне сказать решительно нечего. Вдохновившись примером подруги, я стала осторожно пятиться к двери. Оставаться здесь дольше нельзя, просто кожей это чувствую.

– Ну куда же ты? – медовым голоском пропела женщина и шагнула вперед.

Теплые лучики светлячка тут же осветили ее. Я замерла, точно загипнотизированная бездонными черными глазами, в которых напрочь отсутствовало всякое выражение. Лишь безграничная, затягивающая в глубь зрачков пустота.

– Мне пора, – с трудом выдавила я, пытаясь заставить себя двигаться. Не сразу, но получилось.

Губы женщины сложились в жуткую, пустую улыбку:

– Так быстро? Мы ведь еще даже не познакомились…

Вот леший! С какой стати ко мне привязалась эта ненормальная? Вспомнив, что с сумасшедшими лучше не спорить, я решила впервые за утро поступить благоразумно и представилась:

– Ксения, рада была познакомиться. – На самом деле, конечно, не особенно, но об этом мы, так уж и быть, тактично умолчим. – Но теперь мне действительно пора.

– А меня зовут Данута, – не обращая никакого внимания на мои слова, продолжала она. – Ты, наверное, много обо мне слышала, не правда ли?

Данута?! Та самая, которая, по словам Алекса, была ближайшей помощницей Власа и до сих пор не оставила надежду на то, что он вернет себе былое величие? Та самая, которая пыталась подсунуть Алексу фальшивую хранительницу? Собственную дочь, между прочим! Та самая, которая убила родителей Линки, а ее саму бросила в наполненном тенями доме?

М-да, с таким размахом я еще не влипала.

Не знаю, каким чудом мне удалось устоять на ногах, но я искренне благодарна своей выносливости. Проявлять слабость перед этой мерзавкой не хотелось. Много чести! Впрочем, сохранить хотя бы внешнее хладнокровие и способность мыслить здраво в этой ситуации непросто. Для этого пришлось напомнить себе, что я как-никак хранительница, ведьма. Если не вернусь, друзья просто-напросто не смогут подробно высказать все, что они думают о моем безрассудном поступке. Последний довод, как ни странно, возымел самое сильное действие, и мне наконец удалось взять себя в руки.

Первым делом попыталась избежать перспективы дальнейшего общения с Данутой и рванула к двери. На что вражиня только скептически хмыкнула. Вскоре стало понятно почему.

Попытку побега пресекли самым бессовестным образом. И кто! Какая-то там ворона! То есть ворон, но это уже детали. Здоровенная черная птица вылетела из той же двери, откуда ранее появилась ее хозяйка, настигла меня и от всей своей зловредной души клюнула в плечо. Потеряв равновесие, я обидно рухнула на деревянный пол, всего каких-то пару шагов не дойдя до заветной двери. Вот никогда бы не подумала, что в какой-то пташке может быть такая силища! Откуда бы ей взяться?

Ответ пришел очень быстро, стоило лишь обернуться. Вот получить его я была совсем не рада. На том месте, где всего мгновение назад парил ворон, стоял мужчина. Такой толстый, что, казалось, после его появления в комнате совсем не осталось свободного места. Даже дышать стало трудно. Одет он был в черные кожаные штаны и такую же куртку, что добавляло его фигуре массивности.

Действовал он на меня подавляюще. Вот сейчас как наступит своей ногой-колодкой в высоком сапоге на толстой подошве на бедную маленькую меня – и все, поминай как звали. С трудом проглотив подступивший к горлу ком, я заставила себя дышать ровно и на всякий случай отползла подальше от опасного типа.

И только тогда мою голову посетила запоздавшая мысль: «А ведь он совсем не похож на Власа из сна…» Тогда кто же это? Да и можно ли вообще верить этому сну?

Но слабый внутренний голос настойчиво подсказывал, что можно.

– Райган, – укрепила мою веру в собственную интуицию Данута, – бери девчонку и тащи сюда. У нас мало времени, ее могут хватиться.

– Да, госпожа, – громогласно объявил тот и вперил в меня свои глазки-бусинки.

И тут меня прорвало:

– Мамочки! Оборотень! Спасите, помогите! Убивают!

Не обращая ни малейшего внимания на вопли, от которых у меня самой уши закладывало, Райган схватил за ворот моего платья и поволок к той самой дверце.

– Тише, – ткнула меня в бок неожиданно оказавшаяся рядом Луная. – Хоть сейчас послушайся. Все равно тебе не сбежать, так что постарайся расслабиться. Чем спокойнее ты себя ведешь, тем быстрее все это закончится.

Ага, нашла дуру! Они меня тут убивают, а я должна молчать и радоваться. Может, еще самой на ножичек (или какое там орудие они избрали для моего умерщвления) насадиться, дабы избавить дорогих врагов от лишних усилий?

– Не дождетесь, – мстительно прошипела я и заорала еще громче.

Комнатка, скрывавшаяся за дверью, напоминала лабораторию Алекса в Моренске, только уменьшенную раза в три. Окон здесь не было, свет давали магические светильники. Причем, судя по блеклому свечению, их давненько следовало бы подпитать. На стенах в хаотичном порядке развешаны травы вперемешку с неизвестными инструментами, на полках громоздились пыльные книги и склянки с подозрительными жидкостями. От затхлого воздуха, ударившего в нос, стоило Райгану переступить порог и закрыть за собой дверь, я перестала кричать и закашлялась. На глаза навернулись слезы.

Да уж, такого бедлама Алекс в своей лаборатории никогда бы не допустил.

В центре помещения стоял длинный прямоугольный стол. На него меня и сгрузили. Встретившись спиной с деревянной столешницей, я в мыслях высказала много интересного относительно родословной своих обидчиков и попыталась принять сидячее положение. За что тут же получила увесистый подзатыльник от великана Райгана и предпочла затихнуть. До поры до времени…

Чем занимается Данута, я не видела. Прочно обосновавшийся у стола оборотень закрывал весь обзор. Но ощущение неумолимо надвигающейся неприятности меня еще ни разу не подводило.

Вскоре слуха достиг едва уловимый треск, а нос уловил запах… такой бывает, когда где-то поблизости разводят костер. Невзирая на всю опасность положения, любопытство оказалось сильней, и я осторожно повернула голову. Сперва в одну сторону, потом в другую.

Но это ничего не дало. Единственное, что попало в поле зрения, – край черного платья Дануты. Все. Вот леший!

– Убьешь меня? – Я решила использовать старую как мир тактику и разговорить ее. Вдруг меня и вправду хватятся и будут искать? Довольно слабая, но надежда.

– Нет, что ты, – отозвалась женщина голосом наглой кошки, только что сожравшей крынку хозяйской сметаны и разлегшейся вздремнуть прямо на месте преступления.

Ага, так я ей и поверила!

Помогла мне, сама того не подозревая, Луная.

Девушка появилась в комнате с дымящимся кубком в руках. Меня усадили и подсунули варево. Сопротивляться не было смысла. Разве что затрещину получу, а то и не одну.

И тут меня озарило. Я же ведьма! Вот ведь дура безголовая!!! Решив не терять время на то, чтобы вспомнить какое-нибудь заклинание позаковыристей, я попыталась сотворить фаербол. Самый большой, на который только способна, чтобы засветить им в чью-то наглую рожу.

Собрала необходимое количество энергии, представила желаемое, придала необходимую форму и… Очередной облом не заставил себя долго ждать. Я взвыла от боли, огненной вспышкой пронзившей мозг, и выронила кубок. По красной ткани моего любимого платья расползалось темное пятно.

Признаться, я ожидала, что меня как минимум прибьют. Ладно еще Луная, но ни Райган, ни тем более Данута не производили впечатление особ с чувством юмора, способных погладить по головке за такие вот выходки. Разве что чем-нибудь особо увесистым.

– А ты молодец, – чуть хрипловато рассмеялась женщина. – Храбрая девочка.

– Спасибо, – буркнула я, набравшись смелости повернуться к ней.

И снова никаких агрессивных мер не последовало.

– Не трать понапрасну силы. На этот дом наложены родовые чары. Колдовать здесь может лишь его хозяин.

– Ты?

– Я, – отозвался Райган, заставив меня округлить глаза от удивления. Как же она ему доверяет, если находится на его территории, заведомо лишенная магии?

– Луная, там еще что-нибудь осталось?

Девушка кивнула.

– Неси. И проследи, чтобы наша гостья выпила все до последней капли.

Пока блондинка ходила за новой порцией зелья, у меня появилось время оглядеться. У изголовья (если, конечно, так можно сказать применительно к столешнице) обнаружилась жаровня. В ней негромко потрескивал огонь, нагревая неизвестную мне металлическую штуку.

Информации увиденное не прибавило.

Луная вернулась быстро. Без лишних разговоров я приняла из ее рук кубок и осушила несколькими большими глотками, не почувствовав ни вкуса, ни запаха. А, к лешему! Даже если там яд.

– Не бойся, – прошептала Луная, отставляя в сторону опустевший бокал, и погладила меня по волосам. – Это всего лишь обезболивающее.

– Чт-то?..

– Не хочешь же ты умереть раньше времени от болевого шока? – утешила меня Данута, приближаясь к столу.

Движение бровью – и Райган мощным толчком опрокинул меня на спину, после чего надежно зафиксировал руки над головой. Мне сделалось не просто страшно, а ОЧЕНЬ СТРАШНО. Прекрасно осознавая всю бессмысленность своих усилий, я отчаянно забилась в надежде вырваться.

В руках Лунаи блеснул нож. Послышался треск разрезаемой ткани, и рукав наряда полетел на пол. Мое платье! Единственное приличное платье, которое у меня когда-либо было!

Из глаз потекли соленые ручейки. Девушка ободрительно погладила меня по щеке и отступила в сторону.

Ее место заняла Данута. Я чуть с ума не сошла, когда увидела, что именно она держит в руках. На конце длинного металлического стержня алым пятном горел коготь. Крик вырвался наружу жалким всхлипом.

«…Я мнил себя едва ли не главным Власовым соратником, хотя видел его всего раз в жизни, когда получил свое клеймо», – вспомнила я слова Лео. О боги, какая же я идиотка! Только я могла принять клеймо за татуировку.

– Мы могли бы избежать всего этого, если бы у тебя хватило ума не спутаться с этим гнусным предателем, – проворковала Данута. – Успокойся, это не смертельно.

– Лучше бы ты меня убила.

Глава 6

Очнулась я от холода, который успел окутать все тело ледяным коконом. С усилием приоткрыв один глаз, огляделась, насколько это было возможно не шевелясь, и обнаружила, что лежу прямо на снегу.

Холод и боль дурманили, навевали дремоту. Сил не осталось даже на то, чтобы дрожать. Хотелось улечься на пушистое снежное покрывало, закрыть глаза и на время забыть о существовании реальности.

Но отметив краем сознания, что рука, оставшаяся без рукава, и щека уже начинают терять чувствительность, благоразумно заставила себя сесть. Получилось, хотя и не сразу. В голове гудело, в висках давило, а перед глазами плясали темные круги, отчего я едва не вернулась в затяжной обморок.

Плечо горело огнем. «Да, это Влас хорошо придумал, – неожиданно для себя отметила я. – Если человек готов ради тебя терпеть такую боль, значит, он готов на многое. Вот только тот же Лео, фальшивый властелин Ардрады, в отличие от меня пошел на это добровольно, пусть и по глупости». В душе пламенной волной поднималась ненависть. Ничего, мы еще встретимся! И в следующий раз я не буду такой беспомощной.

Как тогда, во сне. Как сейчас…

Подгоняемая этими мыслями, я кое-как поднялась на ноги и побрела в сторону гостевого дома. Главное, не нарваться по дороге на кого-нибудь из местных жителей. Представляю, что они подумают о хранительнице, разгуливающей по чужой долине в драном платье. Плащик-то мой эти паршивки прикарманили!

Во избежание эксцессов я постаралась закрыть пострадавшее плечо волосами и ускорила шаг. Кстати, таинственным образом появившийся дом так же и исчез. Как сквозь землю провалился. Из чего можно сделать вывод, что я оказалась права относительно его происхождения.

Солнце сияло довольно высоко, следовательно, уже полдень. Денек оставался таким же погожим: солнечным, самую малость морозным и совершенно безветренным. Насладиться временным расположением природы мешало чувство полного опустошения, словно меня выпотрошили. А ведь еще Велесу хранительницу искать!

– Вот ты где, – раздалось прямо за спиной.

Я заметно вздрогнула, чуть не рухнув в сугроб от неожиданности.

– Фу, напугал, – попеняла я словно из воздуха появившемуся Габриэлю. Но тут же мысленно призналась себе, что именно его мне и хотелось сейчас увидеть. Потому что ангел единственный из всех, кого я знаю, способен просто молчать и быть рядом.

– Это кто еще кого напугал, – проворчал Габриэль, но комментировать мой плачевный вид не стал, просто стянул свой плащ и набросил мне на плечи.

Некоторое время шли молча. Представляю, как, наверное, комично выглядела со стороны наша парочка. Меня все еще водило из стороны в сторону. Чтобы сохранить равновесие, пришлось вцепиться в руку ангела. Тот скривился, но промолчал. Плащ же, естественно, оказался слишком велик. Да что там велик, я почти утонула в нем! Полы даже поддержать не пыталась, отчего сзади за мной тащился черный шлейф.

Наконец я не выдержала этого молчания:

– Как ты меня нашел?

– Алекс забеспокоился, тебя же с самого утра не было видно. А к нему, как назло, опять Совет прилип. Они, видите ли, желают знать, как вы собираетесь искать хранительницу для Велеса. Сама понимаешь, от этих пиявок так просто не отделаешься. Вот он и попросил глянуть, где тебя носит.

Я мысленно помянула Лунаю вместе с ее чокнутой мамашей очень злым словом. Впрочем, сама виновата. Думать ведь надо, с кем связываешься! А теперь мало того что сама огребла по самое не хочу, так еще и Алекса подставила. В конце концов это я обещала решить проблему властелина Кавигаты.

– И?

– Я всю долину вдоль и поперек обшарил, а тебя нигде нет. Думал уже взлетать. Тут ко мне девица подходит и говорит, что видела тебя около врат. Велес пока не может нормально управлять долиной, вот они и открываются когда вздумается.

Это ответ на вопрос, как в долину могли попасть посторонние.

– Блондинистая, большеглазая и смазливая? – на всякий случай уточнила я.

– Ну да. Ты ее знаешь?

Вот ведь мерзавки! Все рассчитали. Даже о том, чтобы я насмерть не замерзла, валяясь в сугробе, позаботились.

– Ты тоже. Это Луна. Вернее, Луная.

Все сказанное ангелом далее являлось настолько изысканной бранью, что я с трудом подавила желание попросить его повторить помедленнее, дабы успеть записать. Рано или поздно судьбина еще сведет меня с этими дамочками, вот тогда бы я им и процитировала.

– Что она с тобой сделала? – высказавшись, обеспокоился мой спутник.

Я молчала и напряженно сопела, комкая здоровой рукой длинный рукав плаща. Рассказать хотелось, но в то же время…

– Не скажешь? Я ведь по ауре вижу, что не по головке погладила…

– А что с моей аурой? – заинтересовалась я, выторговав еще несколько мгновений «на подумать».

– Ничего хорошего. И Алекс вряд ли сможет помочь тебе. Обычно дар властелина на его хранительницу не распространяется.

Теперь понятно, почему он так трясется надо мной. Бедный. И почему боги не послали ему кого-нибудь более везучего? Впрочем, на крайний случай есть Велес. Его, конечно, полноценным властелином пока не назовешь, но я в него верю.

– Расскажу, – наконец решилась я. – Но при условии, что Алекс ничего не узнает.

– Ксения!

Глупо было его об этом просить.

– То есть узнает, – поспешно поправилась я. – Но от меня. И не сейчас, мне надо еще переварить.

– Идет, – кивнул Габриэль, и я начала рассказ.


Плотно прикрыв за собой дверь, я тихо порадовалась, что Алекса все еще нет. Разумеется, тесное общение с Советом сложно назвать приятным времяпрепровождением, но это всяко лучше, чем если бы властелин увидел меня теперь. Тогда бы я уже не отвертелась.

Нет, обманывать Габриэля я даже не думала. Зряшное это занятие, пустая трата сил. Все равно ведь узнает. Но с правдой решила повременить. У Алекса и без меня хлопот предостаточно, к чему добавлять новые? В конце концов я не слишком пострадала. Плечо поболит несколько дней и перестанет. Душевные раны тоже затянутся, я себя знаю. Так к чему его беспокоить?

Суть плана Дануты оказалась проста. На меня ей плевать. Кто я для нее? По сути, никто. Так, козявка надоедливая. Прихлопнул и забыл. Но вот Алекс – гнусный предатель, кость, застрявшая в горле. От такого просто так не отмахнешься. Вот они и достали властелина. Через меня.

Но тут Данута просчиталась. Я тоже не прочь сделать гадость врагу.

Первым делом разожгла камин. Когда желтые языки пламени расползлись по поленьям, полностью охватив их, быстро стянула с себя платье, скомкала и сунула в огонь. Вот так-то лучше. Жалко, конечно, ну да ничего. Вернемся в Боллату, Рудик новое сошьет.

Это если вернемся. А если нет, так зачем мне тогда платье?

Успокоившись этими безрадостными мыслями, направилась в ванную. Горячая вода всегда действовала на меня самым волшебным образом, помогая расслабиться и собраться с мыслями. Но, уже взявшись за ручку двери, заметила, что в комнате в мое отсутствие появился один лишний предмет.

На деревянном столике у кровати в свете камина поблескивал небольшой стеклянный пузырек. Странно… Не припомню, чтобы Алекс его здесь оставлял.

Подгоняемая любопытством, я взяла его и принялась вертеть в руках. Разве что не обнюхала. Пока не обнаружила надпись, нацарапанную серебристыми чернилами на донышке. «Обезболивающее».

Вот леший, и здесь ничего не упустили! Я едва удержалась, чтобы не швырнуть находку о стену. Не думают же эти чокнутые, что я и в самом деле стану это пить?

Так и не определившись, что же делать с лекарством, которое с равной вероятностью могло оказаться и сильнодействующим ядом, я вернула пузырек на место и отправилась принимать водные процедуры.

Окунувшись в обжигающе-горячую воду, начала понемногу расслабляться. Напряжение постепенно отступало, сменяясь легкой сонливостью. Жгучий ком в груди рассосался, и дышать стало легче. Желание разрыдаться, вместе со злостью и страхом, пусть не прошло, но отступило в самый темный закуток сознания и затихло.

Ткнувшись носом в уже подостывшую воду, я встрепенулась, разгоняя негу, и принялась судорожно отплевываться. Слух уловил звук открывшейся двери. Все, пора закругляться. Не хватало еще, чтобы он вошел и увидел то, что до поры до времени видеть не следует.

Наспех одевшись и обернув мокрые волосы полотенцем, я выпорхнула из ванной и тут же оказалась в крепких объятиях.

– Задушишь, – предупредила я Алекса и поморщилась, когда он случайно задел плечо, тут же отозвавшееся резкой болью.

– Извини, – послушно покаялся муж и ослабил хватку, но рук не разжал, а уселся вместе со мной в кресло. – Еще немного…

Что эти изверги с ним делали, раз властелину вдруг потребовалось настолько тесное общение с хранительницей? Почти как после Дня Согласия, когда он впервые меня поцеловал.

– Алекс… – многозначительно протянула я, требовательно заглядывая мужу в глаза. Он промычал нечто нечленораздельное и попытался уткнуться мне в плечо. Вот ведь горе луковое. – Какого лешего?..

– Сегодня в Кавигате был День Согласия, – пришлось ему сознаться.

Я сдавленно зашипела. Так вот почему улицы были пустынны настолько, что даже появление, а затем и исчезновение дома (пусть на самой окраине, но мог же хоть кто-нибудь мимо пройти) осталось незамеченным.

– И ты, разумеется, просто не смог остаться в стороне, – раздраженно проворчала я. Хотя, признаться, злилась больше на себя: вместо того чтобы быть рядом с ним, как и положено, зачем-то отправилась искать приключения. След от которых теперь до конца жизни будет украшать плечо.

– Совет попросил поприсутствовать.

– Но ты же не можешь использовать свой дар в чужой долине или я что-то путаю? – не унималась я. Не люблю, когда что-то не понимаю.

– Изначально предполагалось, что я возьму на себя вопросы, не требующие обращения к дару. Кавигата – самая старая долина, поэтому таких вопросов здесь большинство. – Поняв, что от хранительницы сегодня пользы мало, Алекс таки отпустил меня, решив прибегнуть к запасному методу – горячей ванне. – Но получилось так, как получилось.

– Но Габриэль мне сказал, что властелин может использовать дар только в пределах своей долины…

– Когда я впервые помог ему, мы находились далеко от Боллаты. Просто Габриэль был без сознания и помнить этого не может.

Проводив Алекса взглядом, я глубоко вздохнула и принялась вытирать влажные пряди. Волосы у меня длинные и не сказать что послушные, поэтому времени на приведение их в порядок потребовалось немало.

Чего только случайно не узнаешь… Например, что властелины – те еще хитрюги, прикрывающиеся байкой об ограничении дара территорией долины. Хотя их тоже можно понять, приятного в способности раздирать свою ауру на куски мало. Тут бы хоть с собственными обязанностями управиться, не то что ближнему помогать!

Похоже, мне достался единственный в своем роде экземпляр. Вымирающий вид, можно сказать.

Не успела я заползти под одеяло и закрыть глаза, как этот самый экземпляр скрипнул дверью ванной, тихонько щелкнул пальцами, погасив магические светильники, и прошлепал босыми ногами по полу в сторону кровати. С трудом подавив желание обернуться, я постаралась зарыться носом поглубже в подушку, но даже это не помешало уловить исходящий от Алекса едва различимый запах трав. Внутри, где-то в области живота, разом стало тепло и уютно.

Почувствовав, как прогнулся под немалым весом матрас, я свернулась клубочком, подтянув колени к груди, и приготовилась отбыть в бархатные объятия сна. Но мой усталый порыв с треском обломали.

Сильная горячая рука прошлась по волосам, по спине и остановилась на талии, легким движением заставив повернуться к мужу лицом. От такой осязаемой близости я благополучно забыла о раненом плече и опустила руку, которой собиралась отпихиваться, ему на спину.

Решив, что я полностью одобряю его действия, Алекс крепко прижал меня к себе и…

У-у-у!.. Плечо! В глазах потемнело от боли. Да уж, особой выносливостью я никогда не отличалась.

Взвыв бешеной гарпией, я выскочила из-под одеяла и сама не заметила, как очутилась в противоположном конце комнаты. И уже оттуда, облокотившись на стол и пытаясь унять бешеное биение сердца, взирала на растерянно хлопающего глазами властелина.

Сначала я испугалась. А ну как он окончательно решит, что я на всю голову стукнутая, и всерьез задумается, нужна ли ему такая хранительница? Тем более жена. Или, что еще хуже, передумает насчет своего обещания дождаться завершения всей этой истории с Власом? Еще вчера я бы не сильно расстроилась. Кто знает, чем все это может закончиться. Но сегодня…

– Ксения, – отмер наконец он, – я прекрасно помню, что дал слово, и не собираюсь его нарушать. Но я же вижу, с тобой что-то происходит…

Тоже мне провидец выискался!

– С нами со всеми сейчас что-то происходит. – Я устало потерла лицо руками.

– Так иди сюда, я попытаюсь тебе помочь.

И только тут до меня дошло, каковы в действительности были его намерения. Естественно, никуда идти я даже не подумала.

– Ксения! – Обычно спокойные серые глаза решительно сверкнули.

– Ты не можешь подпитывать свою хранительницу, – победно заявила я, отгораживаясь от него столом.

– Но зато я могу попытаться забрать твои страдания, – невозмутимо предложил он, вставая и направляясь в мою сторону.

– Ни за что!

– Чего ты испугалась? – продолжал увещевать муж, наступая. – Тебе не будет больно.

Та-ак… помнится, нечто подобное я сегодня уже слышала.

– Зато тебе – будет, – очень тихо произнесла я.


От самокопания и планомерного разжигания гнева в душе меня спасла проблема поиска хранительницы, вставшая во весь рост на следующее же утро. Дальше тянуть с выполнением обещания уже просто некуда, через день мы должны отбыть в Академию. А оставлять после себя повисшие в воздухе обязательства ой как не хочется.

Погода баловала Кавигату ярким солнышком уже второй день. Снег теперь не только сверкал и переливался всеми цветами радуги, но и местами подтаял, превратившись в чавкающую серую кашицу под ногами. И даже какая-то оголтелая птаха, решив, что пора завязывать с зимним отпуском, расчирикалась прямо под моим окном.

По всему видно, дело идет к весне. Вот только почему-то меня это совсем не радует.

Измеряя шагами комнату, я с трудом удерживалась, чтобы не постучаться головой о стену. Может, хоть так мозги на место встанут! Решение проблемы вертелось на краю мыслей, топталось на пороге сознания, но находиться упорно не желало.

Стук собственных каблуков дико раздражал. Остановившись у подоконника, я не выдержала и со всей дури саданула по нему ладонью. Плечо сразу же отозвалось противной тягучей болью, словно огнем обдавшей всю руку. Сдавленно сообщив злосчастному подоконнику все, что о нем думаю, я обессиленно опустилась прямо на пол.

– Долго страдать собираешься? – полюбопытствовал Лап, до сего момента внимательно следивший за моими хаотичными передвижениями по комнате.

– Я не страдаю, я думаю.

– Что-то не заметно, – усомнился наглый кошак, запрыгивая на стол и гордо, аки заправский лев, прогуливаясь. – Если б и правда думала, давно бы отправилась к тому, кто действительно может помочь. А ты только круги тут нарезаешь. С такими успехами я скоро косоглазие заработаю!

– Какой смысл идти к Розмарии, если она и так ясно дала понять, что, судя по ее видениям, хранительницы у Велеса нет? – пожала плечами я. Особым желанием встречаться с этой старой перечницей я не горю, что, собственно, и неудивительно.

– Если доверять ее видениям, то у Алекса хранительницы тоже не предвиделось, – ехидно муркнул кот. – Надеюсь, в своем существовании ты не сомневаешься?

Что тут возразишь? Временами этот усатый-полосатый выдает очень дельные мысли.

– Кто говорит про Розмарию? – продолжал между тем Лапус. – Она, конечно, провидица и все такое, но либо она просто не хочет, чтобы у Кавигаты появился новый властелин, либо уже слишком стара. Я имел в виду Любу.

Я изумленно, снизу вверх, уставилась на восседающего на столе, словно на пьедестале, кота. Странно, как это мне самой не пришло в голову, что предатель мог завестись не только в Боллате.

В любом случае бережиня даже в сравнение не идет с какой-то там провидицей. Решение было принято, и я, целеустремленно сверкая глазами, направилась на поиски Любы.

Не факт, разумеется, что она согласится помочь. Все же не для того ей Книга Судеб дана. Но удалось же Габриэлю однажды уговорить ее, значит, и мне не стоит терять надежду.

Вот с такими оптимистическими мыслями я выскользнула в холл. И кого же я там увидела? По закону подлости, именно того, кого меньше всего хотела.

Розмария чинно восседала на диванчике с чашкой чая в руках и о чем-то беседовала с нашей бережиней. Причем выглядело все так, словно женщины – самые что ни на есть закадычные приятельницы. Обычно строгая провидица даже улыбалась. Кому сказать – не поверит! Хотя, надо признать, Люба способна растопить любое, даже самое черствое сердце.

В первый момент я слегка растерялась. Прерывать такую идиллию совсем не хотелось. Но я же не конфету пришла попросить! Тут дело важное, не терпящее отлагательств.

И я отважно шагнула к женщинам.

– Хранительница, – натянуто поприветствовала меня Розмария.

Судя по поджатым губам и колючему взгляду, встрече она не рада. Более того, после памятной выходки на заседании совета провидица наверняка крупными рунами вписала меня в список врагов. Под одним из первых номеров.

– Ксюшенька, деточка, проснулась? – в свойственной ей манере обрадовалась моему появлению Люба. – Посиди с нами.

Я не преминула воспользоваться предложением. Теперь осталось придумать, как избавиться от Розмарии. Может, я и ошибаюсь на ее счет, но предосторожность лишней не бывает. Как раз вчера на собственной шкуре убедилась в правоте этой житейской мудрости. В самом буквальном смысле, до сих пор плечо болит жутко.

Плюхнувшись рядом с провидицей, я лучезарно улыбнулась. Люба тут же захлопотала, наливая чай. Мм, с пирожками… И когда только успела?

Но теплая атмосфера безвозвратно рассеялась. Несмотря на все усилия бережини, в комнате повисло напряженное молчание, которое вскоре было прервано коротким прощанием уходящей провидицы. Я скрыла торжествующую улыбку.

– Не знала, что вы подруги. – Удивленный комментарий вырвался помимо моей воли. Все же представить этих двух женщин сплетничающими о пирожках было выше моих сил.

– Я ведь раньше тоже хранительницей была, – немного грустно ответила бережиня. Вздрогнув, я едва не опрокинула на себя горячий чай. Неожиданно! Раньше она избегала разговоров о прошлом в моем присутствии. – Разумеется, нам приходилось общаться.

Естественно, ведь хранительница, невзирая на отсутствие строго регламентированных обязанностей, является вторым лицом в долине. Пора бы уже привыкнуть.

– На самом деле, – Люба мягко потрепала меня по руке, – Розмария намного лучше, чем пытается казаться. Просто не все умеют это разглядеть.

– Может, она слишком уж старательно скрывает свою кроткую сущность? – проворчала я.

– Всегда помни о том, кто ты, – неожиданно твердо проговорила бывшая хранительница. – Быть женой того, кто лечит искалеченные души, непросто. Постарайся приложить хотя бы немного усилий, чтобы помочь ему.

Что это всех вдруг потянуло на воспитательные беседы? К сожалению, дар властелина мне не передался, да и способностью ангела видеть ауру я не обладаю. Откуда мне знать, что у этой мрачной с виду провидицы на уме? А быть белой и пушистой я не нанималась. И так огребла по пятое число.

Хотя, признаться, сейчас меня больше всего интересовала совсем не Розмария. Она, вне всякого сомнения, личность любопытная, но на фоне Дануты как-то теряется. Жаль, я не удосужилась расспросить о ней поподробнее, когда был подходящий случай. Теперь сделать это, не вызвав лишних вопросов, будет трудно. А ведь эта особа весьма привлекла мое внимание! Эксцентричная дамочка… Жду не дождусь нашей следующей встречи.

Хм… какие неожиданные мысли. Тут бы хоть от предыдущего общения отойти!

– Мне нужна твоя помощь, – заявила я, отрываясь от своих раздумий.

– Конечно, – мгновенно согласилась Люба, тепло улыбаясь.

Как опрометчиво. Мало ли о чем я могу попросить.

– Ты, кажется, не поняла. – Надо срочно расставить все по местам. – Мне нужна помощь бережини. Дело в том…

– Я знаю. – Женщина выставила вперед руку, заставив меня проглотить все заранее подготовленные аргументы. Как-то даже обидно, честное слово! Я старалась, целую речь состряпала, а она сразу соглашается, даже не выслушав. Непорядок! – И я уже прочла судьбу Велеса.

– Правда? – оживилась я. – И что там? Где искать его хранительницу?

Люба немного помолчала, затем взяла лежащую рядом книгу и принялась выводить на обложке одной ей видимые узоры.

– Розмария права: у Велеса нет хранительницы в этом мире.

Мне подурнело. Кажется, обещание и вправду становится невыполнимым.

– О боги…

– Ксения, – терпеливо повторила бережиня, – я сказала, что у него нет хранительницы в этоммире…

Судя по всему, эти самые боги только что меня услышали! Всегда подозревала, что юмор у них своеобразный.

– Значит, она есть в другом? – с надеждой переспросила я.


Будучи твердо уверена в моей ведьминской несостоятельности, леди Ариадна в те редкие моменты, когда все же вспоминала о необходимости научить любимую внучку хоть чему-нибудь, щедро изливала на мою бедную голову свои теоретические знания. Покопавшись в мыслях, я всегда могла выудить оттуда самую разнообразную, зачастую совершенно ненужную и, что особенно обидно, обрывочную информацию.

Вот, например, я точно знала, что оказаться в гостях у лешего – великая честь. А почему так, понятия не имею. Точно так же дела обстоят и с познаниями о мире. Вернее, о мирах. Из бабушкиных рассказов мне было известно, что их много, самых разнообразных, со своими богами и без оных, населенных людьми, другими существами или вовсе пустынных. Но на этом мои немногочисленные познания, собственно, и заканчивались.

Гипотетически я, конечно, могу предположить, что раз уж эти миры существуют, должен быть и способ перемещаться между ними. Взять тот же портал в Замирье. Но эта гипотеза трещала по швам по причине отсутствия реальных знаний.

Люба же что могла уже сделала. Все же близкая дружба с бережиней может оказаться очень полезной.

Итак, девушка, предназначенная Велесу в хранительницы, преспокойненько живет себе в ином мире и ни сном ни духом не знает о поджидающих ее в скором времени переменах. А их уготовано немало, это я из собственного опыта общения с властелинами знаю. Так что заблаговременно сочувствую.

Саму бы кто пожалел! И какой леший меня за язык тянул? Вот умела бы я промолчать когда надо, мы бы уже на пути к Академии были. А так… мне всего-то придется на скорую руку соорудить портал для перехода и впихать туда властелина Кавигаты!

И если верить Книге Судеб, все непременно получится. Легче легкого, просто раз плюнуть! Угу, желательно через левое плечо, чтобы больше, не приведи боги, ни во что подобное не вляпаться.

Хотелось бы мне глянуть на того чудика, что эту книгу пишет. Ну вот как можно было доверить такую ответственную миссию косорукой и бестолковой мне? Я же про другие миры знаю только, что они есть, портал в глаза не видела (разве что во сне), да и заклинания у меня правильно выходят через два на третье. К тому же я еще диплом-то не получила!

Костеря на все лады неразумную себя, я торопливо шла к дому Розмарии. Вслед за мной, бережно прижимая Книгу Судеб к пышной груди, мелко семенила бережиня. Вряд ли Люба сможет помочь чем-то еще, но от одного ее присутствия вера в благоприятный исход авантюры заметно крепла.

Несмотря на все мои отговорки, визита к провидице избежать не удалось. Видно, боги меня все же любят. Знать бы еще за что! Я неожиданно поймала себя на том, что за свою недолгую бытность хранительницей успела привыкнуть к тому, что мой статус действует на окружающих довольно своеобразно. В конце концов не каждый может похвастаться дружескими отношениями с царственными эльфами или, к примеру, с той же бережиней.

К хорошему, как выяснилось, привыкаешь быстро, вот и я не стала исключением. И теперь оказаться в роли просящей, да еще на чужой территории, мне совсем не улыбалось. Но другого выхода нет.

Хорошо хоть цель полностью оправдывает необходимость поступиться самолюбием. Как выяснилось, Розмария – одна из старейших жительниц Кавигаты. Боюсь даже вообразить, сколько ей стукнуло! А по сведениям, полученным из книги, где-то в Кавигате есть портал. Один из немногих, до которых гильдия еще не добралась. Само собой, кто же их пустит в долину-то!

Вот нам и предстояло выведать у провидицы, где находится это чудо древнейшей магии. А если еще вспомнить о ее отношении к новоявленному властелину и о том, что портал нужен именно ему, разговор обещал быть приятным во всех отношениях.

Дом, где жила Розмария, оказался под стать хозяйке. Добротное строение из темного камня со сводчатой крышей подозрительно взирало на мир узенькими оконцами, плотно завешенными изнутри темно-зелеными шторами. Высокий забор также не создавал ложных иллюзий относительно гостеприимства местной обитательницы.

Собравшись с духом, я уверенно толкнула калитку. Поддавшись с заунывным скрипом, она впустила гостей во двор. Никакого сада здесь не было, даже одинокого деревца не росло, отчего ощущение мрачного запустения лишь усиливалось. Единственным украшением двора служила приземистая собачья конура, из которой торчала местами ржавая цепь.

Пожалуй, я бы тоже озверела, живя в подобном месте. Хотя… не дом красит хозяина.

Я уверенно двинулась по расчищенной от снега дорожке к высокому каменному крыльцу, чем незамедлительно вызвала гнев четырехлапого стража. Пес, хромая (видно, лет ему немногим меньше, чем самой провидице), вылез из конуры и с хриплым лаем ринулся на незваных гостий.

Вскрик вырвался прежде, чем до меня дошло, что бояться нечего. Цепь хоть и ржавая, но еще довольно крепкая. Вряд ли у агрессивно настроенной псины получится покуситься на какую-нибудь нужную часть моего тела. Пришлось спешно брать себя в руки и возвращать ушедшую в пятки душу на положенное место. Как раз вовремя: услышав собачий лай и мой крик, на крыльцо выплыла Розмария.

Продумать разговор в деталях я не успела, так что начала с главного:

– Вы были правы, у Велеса действительно нет хранительницы. Но Любе удалось найти подходящую девушку в другом мире, поэтому нам нужен портал.

Провидица слегка опешила от этих слов и скрылась в доме, жестом пригласив нас следовать за ней.

Внутри, как и снаружи, обиталище Розмарии выглядело довольно аскетично. Мы разместились в просторной комнате с узкими окнами, призванной здесь исполнять роль гостиной. Стены, обитые темной тканью, действовали на меня давяще. Ковра не было и в помине. Пара жестких диванов, поставленных друг против друга, кресло, в котором разместилась хозяйка, низенький столик со стоящим на нем шаром для прорицаний и большой шкаф со всякой всячиной – вот и все. Никаких картин, эльфийских статуэток и прочих милых женскому сердцу мелочей.

– Я гляжу, тебе наглости не занимать, – протянула провидица и даже немного подалась вперед, пристально всматриваясь в мое лицо. И что она там увидеть хочет? – Молодец, девочка, далеко пойдешь!

Это я-то наглая? Ну-ну. Хорошо, со стороны не видно, как отчаянно сжимается все внутри, а страх бешеными ударами сердца пульсирует в висках. Но раз уж Розмария расщедрилась на такой сомнительный комплимент, держать лицо у меня получается.

– Далеко мне не надо, – отрезала я. – Только до портала.

Мне показалось или провидица действительно посмотрела на меня с уважением? Надо же… И почему люди начинают считаться с тобой исключительно после того, как нарвутся на откровенное хамство?

Впрочем, было в ее глазах и еще кое-что… Тщательно скрываемая грусть. Все же Люба бесконечно права: приглядевшись, можно увидеть много интересного. Как бы я хотела обладать хотя бы крошечной частицей ее мудрости!

– Надеюсь, бережиня предупредила, что портал находится в нерабочем состоянии?

Мне стоило огромных усилий сохранить невозмутимый вид под испытующим взглядом мрачной провидицы. Конечно же нет! И что они все за моду взяли выдавать информацию кусками? Так ведь и свихнуться недолго.

Вслух я возмущаться не стала, но того и не требовалось. Уверена, Розмария и так все прекрасно поняла. Но комментировать по каким-то своим причинам не стала, за что я ей искренне благодарна.

– Ксеньюшка у нас ведьма, – ответила вместо меня Люба, – так что с активацией портала проблем возникнуть не должно.

Я еле сдержалась, чтобы не взвыть в голос. Почему все хоть раз не могло пройти гладко?

Портал находился в храме. Том самом, где Велес проводил обряд соединения, только зал другой. Судя по затхлому воздуху и свисающей с потолка паутине, им действительно давненько не пользовались. Что ж, будем наверстывать упущенное. Я чихнула и пробормотала себе под нос простенькое бытовое заклинание, призванное навести тут чистоту. Пауков боюсь до трясучки. Как, впрочем, мышей, тараканов и всей остальной мелкой и противной живности.

Женщины одарили меня благодарными взглядами. Что ни говори, а маг в долине нужен.

В квадратной каменной плите, расположенной ровно посреди зала, признать портал было затруднительно. По крайней мере, он совсем не походил на арку, увиденную мной во сне. Пфе, даже вспоминать не хочется! Из этого делаем вывод, что верить всяким снам и подозрительным голосам в голове надо с большой опаской.

Как эта штука вообще работает? Скорее всего надо встать на платформу, и тогда заложенная в портале сила доставит путешественника по мирам… боюсь даже представить куда.

Эта теория тут же была проверена на практике. Опершись на руку бережини, я забралась на каменную плиту и какое-то время с умным видом стояла на ней, но ничего занятного так и не произошло. Конечно, его же еще активировать надо!

Уже слезая, я случайно выхватила глазом огромную пентаграмму, выдолбленную прямо на потолке. Приглядевшись, обнаружила ее точную копию у себя под ногами. То есть основную ее часть, которую закрывала каменная плита, я, конечно, видеть не могла, но вот выглядывающие из-под нее края почти уже стершегося рисунка – это да. Хм… все интересней и интересней!

– Помощь нужна? – раздался от порога голос Алекса, вызвав во мне бурю радости.

Которая, впрочем, была совсем недолгой: вслед за властелином в зале появились Габриэль, Дармир, Велес и Совет долин в полном составе. И если с первыми тремя я еще худо-бедно могла смириться, то присутствие остальных одиннадцати сильно усложняло задачу. Опозориться при таком количестве народу, в большинстве своем настроенного отнюдь не дружелюбно, очень не хочется.

– Еще как, – утвердительно кивнула я и, когда он подошел ближе, прошипела: – Ты бы сюда всю долину привел!

– Совет изъявил желание присутствовать. – Алекс бросил на меня сочувственный взгляд и ободряюще положил руку на плечо.

– Постой-ка… Они что, думают, я прямо сейчас активирую портал и перенесу Велеса к его хранительнице?

Мамочки!..

– Именно. И я не стал их разубеждать.

Меня с головой накрыло непреодолимое желание провалиться сквозь землю. Или самой куда-нибудь перенестись. Куда угодно, хоть к Власу!

Так, Ксения, спокойно. Только не паниковать.

– Итак, – властелин сбросил плащ и закатал рукава рубахи по локоть, всем своим видом демонстрируя, что готов помогать не одним только присутствием, – что тут у нас?

Я махнула рукой. Положение плачевное, сдвигов в лучшую сторону не предвидится.

– Ясно. – Алекс понял без слов. – Даже не спрашиваю, знаешь ли ты, что с этим делать.

А что тут спрашивать, когда по мне и без того видно, что понятия не имею. Ни малейшего. Сбегать за энциклопедией, что ли?

– Значит, так, – проговорил мой ходячий кладезь знаний, – слушай и запоминай.

Покорно кивнув, я обратилась в слух. Благо члены Совета предпочли наблюдать за происходящим, стоя у двери. Вряд ли им интересно, о чем мы здесь шепчемся. Мало ли какие супружеские тайны обсуждаем? Для этих истуканов важен результат, и совершенно безразлично, как мы его добьемся.

Одна лишь Розмария не отрывала от меня своего пронзающего насквозь взгляда и презрительно кривила уголки губ. В голову невольно закралась крамольная мысль: «Может быть, напрасно Люба так доверяет этой женщине?»

– Порталы бывают двух видов, – отвлек меня от ненужных размышлений Алекс. – Постоянно действующие и разовые. Первые излучают собственную энергию и нацелены на вполне конкретное место, как, к примеру, похищенный Власом. Вторые – подпитываются энергией мага через парные пентаграммы.

Ему бы лекции в Академии читать. Такой педагогический талант пропадает, прямо жалко.

– То есть я должна зарядить пентаграммы? – дрожащим голосом переспросила я. Знать бы еще, как это делается!

– Быстро схватываешь, – расщедрился на похвалу муж. – Как думаешь, справишься?

Несмотря на то что вопрос был чисто риторический, я ответила честно:

– Нет.

Можно подумать, это что-то меняет.

– Должна, – не терпящим пререканий тоном изрек властелин. – Раньше надо было свои способности оценивать. Теперь они с тебя так просто не слезут.

Я покосилась на взирающих на нас с постными минами представителей долин и поняла, что он прав. До тех пор пока проблема Велеса не будет решена, нас просто не выпустят из Кавигаты. Как меня угораздило впутаться в эту авантюру? Но отступать поздно. Где они найдут другого мага?

– Тогда хоть объясни, что делать, – сдавленно попросила я. – Ты же у нас эксперт в области магии.

Испустив тяжкий вздох, Алекс пустился в витиеватые разъяснения. Нет, по этому властелину действительно Академия плачет! Причем горючими слезами. Чего не скажешь обо мне.

Битый час добросовестно вслушивалась в заумь, которую он нес, и поняла только то, что ничего не поняла. Может, права была бабушка – никудышная из меня магичка? Нет, так не пойдет. Отставить самоуничижительные мысли! Тем более что помочь Велесу действительно надо. Как же он без хранительницы будет?

И тут меня озарило. Может, ведьма из меня и не лучшая, но зато хранительница неплохая. Сомневаться в этом поводов не представлялось. А значит…

– Замолчи. – Я обреченно махнула рукой. – Все равно я ни слова не понимаю.

Алекс осекся на полуслове и метнул в меня гневный взгляд:

– А ты постарайся.

Но по тону властелина стало ясно: он и сам не особенно верит в успех мероприятия.

– Давай смотреть правде в глаза. – По-моему, весьма уместное предложение. – Даже лишенный силы, ты больше маг, чем я.

– Вот как? – Серая бровь выгнулась ироничной дугой. – Но даже я понятия не имею, что ты вытворяла у храма.

– Положим, в этом ты не одинок…

– Не хочешь повторить?

В задумчивости обойдя вокруг портала, я наконец решилась. Будь что будет!

– У меня есть идея получше. – Нервно улыбнувшись, я подошла к мужу вплотную и, встав на цыпочки, доверчиво заглянула в серебристые глаза, в надежде отбить последнюю охоту спорить.

– Посторонних в долину не пустят, – на всякий случай предупредил муж. Можно подумать, я сама этого не понимаю. – Тем более в эту.

– Они нам и не нужны. Сами справимся.

Стоило начать говорить, как в душе прочно поселилась уверенность в правильности принятого решения.

– Каким же это образом? – Теперь серебряные глаза вместо иронии горели исследовательским интересом. О да, я в нем не ошиблась!

– Моими силами и твоим мастерством.

– ?!!

Так и знала, что отказаться от любопытного эксперимента он не сможет.

– Ну зачем же реагировать так бурно? – заканючила я, намертво вцепляясь в ворот его рубахи, дабы у властелина не возникло соблазна развернуться и уйти. То есть соблазн-то, конечно, возник, но реализовать его он не смог. – Хотя бы выслушай, что я предлагаю. А потом можешь назвать меня сумасшедшей.

– Мы оба чокнутые, – покачал головой Алекс. – Рассказывай, какая еще бредовая идея посетила твою светлую голову.

Теперь в пространные объяснения пустилась я. Но, несмотря на весь сумбур, общий смысл монолога властелин уловил. И даже умственные способности своей хранительницы оценивать не стал, что не может не радовать.

Идея моя была проста до безобразия. Удивляюсь, как это мы раньше до такого не додумались. Многих сложностей избежать могли.

Решение наших проблем – не конкретно этой, но и многих последующих – состояло в том, чтобы, как я уже сказала, объединить мой магический дар с его навыками. Конечно, не бог весть что, но все же. Иначе зачем мне муж-властелин дан?

– Это авантюра чистой воды, – бормотал благоверный себе под нос, расхаживая по залу. Но по всему было видно: мне удалось его зацепить. Как бы там ни было, в глубине души Алекс навсегда останется магом. Причем одним из лучших. Ни за что не поверю, что он упустит такой шанс вернуть себе хотя бы небольшую часть былых возможностей.

– Можешь же ты забирать чужую боль, – продолжала увещевать я. – Так почему бы не попробовать черпать во мне силу?

– И ты так просто согласишься на это? – Легонько подцепив пальцами подбородок, Алекс заставил меня запрокинуть голову и принялся внимательно вглядываться в лицо. Видно, все еще надеялся, что это глупая шутка.

Я нетерпеливо вывернулась и пожала плечами. Почему бы и нет? По-моему, это лучший выход. Да и толку от властелина будет стократ больше, нежели от меня.

– Нет никаких гарантий, – продолжал нудить этот великий маг. Ну-ну. Если бы все действительно было настолько безнадежно, ты бы и слушать меня не стал.

– Я в тебя верю. Это лучшая гарантия.

Алекс сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и на мгновение крепко-крепко прижал меня к себе. Решился!

– Удачи.

К кому из нас относилось это пожелание, я так и не поняла.

Отстранившись, он сделал присутствующим знак подойти ближе.

Никогда не считала себя любительницей приключений. Бывало, конечно, что и на меня находило. Под созерцание серой пелены дождя за окном нет-нет да и закрадывались в голову фантазии о дальних краях и невероятных свершениях. Но это были всего лишь мечты. Мне бы и в голову не пришло желать этого всерьез.

Но сейчас я была спокойна. Интуиция твердила, что мы поступаем совершенно правильно, а самолюбие мстительно радовалось при виде ничего не понимающих окружающих. Но, пожалуй, самой большой наградой для меня были серебристые глаза, сверкающие азартным предвкушением.

Сейчас что-то будет…

Встав немного позади меня, Алекс прикрыл глаза, настраиваясь. Его руки мягко опустились мне на плечи, плавно переместились к ладоням и принялись растирать их, пока мои вечно мерзнущие пальцы не потеплели. Отвлекаемая внешними раздражителями, я не сразу смогла сосредоточиться на новом ощущении. Хм… а властелин был прав – это не только совсем не больно, но даже в чем-то приятно. Словно внутри тебя гуляет теплый летний ветерок.

Судя по тому, что его дыхание оставалось ровным, Алекс тоже не испытывал никакого дискомфорта. Может, стоит ввести эту практику на постоянной основе?

Полностью расслабившись, я откинула голову к нему на грудь и почувствовала, как по телу заструилась магия. Словно колдовала я сама. Так и знала, что у нас все получится!

Вскоре кончики пальцев характерно закололо, и Алекс, заставив меня опуститься на пол, прямо на брошенный им плащ, положил мои руки на край пентаграммы. Вот никогда бы не подумала, что оказаться марионеткой в чьих-то руках может быть так приятно! Правда, в тех руках, которым безгранично доверяешь, и только на время, но все же.

Рисунок под пальцами запульсировал, неверно замерцал, а потом и вовсе стал разгораться зеленым светом. Глядя, как точно такой же узор проявляется и на потолке, я не смогла сдержать удовлетворенную улыбку. Впервые у меня все так гладко выходит! Ладно, не у меня, у нас, но от этого не менее радостно.

Не знаю, что такого сделал Алекс, но я не прилагала абсолютно никаких усилий. Сила текла ровным ручейком, и хотя свой резерв я по-прежнему не чувствовала, проблем с магией не возникало. Да уж, видимо, мой муж действительно хороший маг. Не зря магистр Измир до сих пор мечтает заполучить его.

Когда обе пентаграммы разгорелись достаточно ярко, Алекс помог мне встать и, сделав Велесу знак подойти ближе, стал быстро произносить слова заклинания. Голову застлал густой туман, мешая сосредоточиться на том, что говорит властелин. Да и не нужно это было – все равно от меня сейчас ничего не зависит.

Пентаграмма полыхнула изумрудным и погасла, отдав всю свою энергию порталу. Над каменной плитой заклубилось зеленоватое марево. На меня вдруг накатила такая слабость, что если бы не Алекс, вовремя подхвативший под руку, переместиться в параллельный мир довелось бы не Велесу.

На всякий случай поплотнее прижав меня к себе, Алекс указал властелину Кавигаты на активизировавшийся портал:

– Готов?

Велес сосредоточенно кивнул. Молодого властелина тут же обступили Люба и Розмария, на два голоса втолковывая ему план дальнейших действий. Но я уже ничего не слушала, обессиленно повиснув на руках мужа. Утомительное это занятие – помогать ближнему! Тем более если безвозмездно.

Портал полыхнул, поглощая парня. Марево рассеялось, оставив после себя только едкий запах, от которого на глаза навернулись слезы.

Получилось! Мы с Алексом торжествующе переглянулись и синхронно чихнули.


К тому времени, когда в зале стало возможно нормально дышать, все уже разбрелись по своим делам. Я сидела прямо на каменной плите портала, понемногу приходя в себя. Чувство морального удовлетворения – лучшее лекарство, в том числе и для измученной души. Наверное, поэтому я и не ощущала истощения резерва. А должна бы.

Из чистого любопытства воззвала к силе и повела рукой – с пальцев тут же сорвался кругленький светлячок. Все-таки я молодец! Вернее, мы молодцы.

– Собирайтесь. Мы уезжаем, – бросил Алекс и направился к двери.

Это что еще за новости? Я аж подскочила.

– Что значит – уезжаем? А как же Велес?

Ничего не понимаю… Ведь все так хорошо начиналось, не можем же мы его бросить! Да еще в чужом мире. Это же просто подло!

– А что Велес? – Властелин даже не изволил остановиться.

Пришлось мне вставать с насиженного места и семенить за ним следом.

– Как это – что? Ему еще назад возвращаться, если ты вдруг запамятовал.

Алекс тяжело вздохнул и, сдавшись под моим напором, остановился.

– Ксения, послушай меня внимательно. – Повернувшись, он взял меня за плечи, придвигая к себе. – Мы уже сделали все что могли. Дальнейшее развитие событий целиком и полностью зависит от него. Велес сам должен отыскать свою хранительницу, договориться с ней, и только тогда они оба смогут вернуться в этот мир.

Я ошеломленно уставилась на мужа. Оказывается, все намного сложнее, чем представлялось поначалу.

– Но как же они вернутся? Портал-то активировать будет некому.

– Его и не надо активировать, – терпеливо втолковывал Алекс. За время, проведенное вместе, властелин успел неплохо изучить меня, посему знает, что я не угомонюсь, пока не получу вразумительные ответы на все свои вопросы. – Не беспокойся за него. Розмария уже позаботилась об этом. А нам сейчас лучше заняться собственными проблемами. Они, к сожалению, сами по себе никуда не испарятся.

Даже так? Лично я ни за что бы не стала полагаться на помощь провидицы. Пусть ни в чем конкретном ее уличить пока не удалось, но доверия эта особа по-прежнему не внушает. Не внушает, и все, хоть тресни! Но властелин прав: пора уже и о себе подумать.

– Эй, голубки, хватит уже обниматься, – беспардонно прервал мои раздумья тягучий голос. – Вы как-никак в храме.

Нет, я его точно когда-нибудь тресну! Тоже мне взял моду приставать в самый «подходящий» момент. С такими успехами этот крылатый скоро начнет среди ночи к нам в окошко стучаться, в целях сохранения моей девичьей чести, так сказать. И тот факт, что я вроде как замужем, ему вряд ли помешает.

– Тебя что-то смущает? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– А то! Так ведь и до более активных действий недолго.

Нет, ну что я говорила? Вот же извращенец!

– А ты отвернись!

Ангел собрался было ответить мне что-нибудь в том же духе, но под строгим взглядом властелина предпочел сменить тему:

– Так нас отпускают?

– Более того, даже обещают посильную помощь. Так что поторапливайтесь. Если не будем терять время, до вечера успеем преодолеть приличный отрезок пути.

Я лихорадочно запихивала в сумку то немногое, что успела достать, стараясь ничего не забыть. Чувствую, спешные сборы скоро превратятся в привычку. Утешает лишь одно: Академия – последний промежуточный пункт перед встречей с Власом.

Впрочем, это слабое утешение. В глубине души я не сомневалась, что Алекс догадывается, где искать этого мерзавца с его шайкой. Но грядущая встреча особого оптимизма не внушала. Как, впрочем, и надежды, что за ней последует что-то еще.

– Ксения… – окликнул меня властелин, вырывая из горьких раздумий.

Пришлось временно прервать свое занятие и обернуться к нему.

Алекс был уже полностью готов и даже вещи снести вниз успел. Кажется, я, как всегда, закопалась.

– Надеюсь, ты не забыла, что обещала мне по возможности не колдовать?

Недовольно скривившись, я удивленно посмотрела на мужа. С чего это он решил напомнить об обещании, которое было уже раз десять нарушено?

– С тобой забудешь, – проворчала я. – Разве это все еще имеет значение? Мне отчего-то казалось, у нас неплохо выходит.

Властелин устало привалился плечом к дверному косяку. В какой-то момент я решила, что отвечать он не станет. Или ограничится чем-то вроде «потому что я так сказал». Но ошиблась.

– Это не было важно, пока я не прикоснулся к твоей магии, – наконец проговорил Алекс, привычным жестом взъерошивая волосы.

– Сейчас-то что изменилось? – Мне отчего-то живо вспомнилось все произошедшее у храма. И стало как-то не по себе.

Очень сомневаюсь, что этот властелин стал бы разводить панику на пустом месте. Все же и я его неплохо узнать успела. Значит, дело нешуточное.

– Я видел твой резерв, – напомнил он. – Это не твоя магия. Понятия не имею, как такое возможно. У самого до сих пор в голове не укладывается. Но ты… как бы это проще сказать… нечто вроде проводника, не более того. Понимаешь?

От неожиданности я с размаху плюхнулась в кресло и несколько бесконечных мгновений продолжала бессмысленно хлопать глазами, пока наконец не осознала, что он не шутит.

– Ну вот! – Я попыталась разрядить атмосферу, а заодно и вытащить себя из ступора, в который меня вогнало его заявление. – А я-то уже успела возомнить себя великой магичкой… Какой облом!

Но Алекс моей самоиронии не оценил.

– Как ты не понимаешь, – строго проговорил он, нависая надо мной, – что это все более чем серьезно? Мало того что магия по большей части темная, так еще и совершенно неизвестная. Я, конечно, могу ошибаться, но все же предпочитаю доверять своему опыту.

Кое-как сморгнув подступившие слезы, я осторожно спросила:

– Думаешь, это опасно?

Властелин утвердительно кивнул:

– Очень вероятно, что да. Плохо уже то, что ты резерв свой не чувствуешь, а стало быть, не можешь в полной мере управлять собственными действиями.

Хоть и возникло желание возразить, отстаивая свое право делать то единственное, что у меня хоть как-то получается, но никаких мало-мальски вразумительных аргументов не нашлось. Он прав. Как всегда!

Интересно, бабушка знала об этом? Скорее всего, иначе зачем бы ей годами вбивать мне в голову уверенность в собственной бездарности.

Обозначив согласие коротким кивком, я вознамерилась было продолжить прерванное занятие, но Алекс меня остановил. С легкостью выдернув из кресла, властелин крепко прижал меня к себе, на мгновение зарывшись лицом в растрепавшиеся волосы.

Первого же вдоха, который принес с собой слабый, едва уловимый травяной запах, оказалось достаточно, чтобы успокоить вконец расшатавшиеся нервы и немного прийти в себя. Подумаешь, магией пользоваться нельзя! Ну и что? Большую часть своей жизни обходилась практически без нее, вот и сейчас как-нибудь перебьюсь.

В крайнем случае на всякое «нельзя» найдется свое «если очень хочется, то можно». А в том, что такой случай не заставит себя долго ждать, лично у меня сомнений не возникало.

Осторожно высвободившись из уютных объятий, я принялась с удвоенным рвением запихивать оставшиеся вещи в сумку. Не люблю опаздывать. Да и комментариев ангела по поводу нашего долгого отсутствия хотелось бы избежать.

Когда сборы были закончены, Алекс подхватил мою сумку и скрылся за дверью. Ненадолго задержавшись, я методично застегнула плащ, расправила волосы, слегка взбив их руками, и бросила прощальный взгляд в зеркало. Что ж, не так и плохо… За прошедшие недели во мне действительно начали происходить некоторые изменения. Повзрослела, что ли. И держаться стала несколько по-иному. Теперь я чувствовала себя в первую очередь хранительницей, а не наивной девчонкой, которая большую часть жизни провела в глуши, или бездарной магичкой, которая упорно пытается доказать себе и окружающим, что чего-то стоит.

Торопливо спустившись на первый этаж, я буквально нос к носу столкнулась с бережиней. Похоже, не я одна сегодня пунктуальностью не отличалась.

Люба с задумчивым видом стояла у лестницы, преграждая мне путь, и привычно вглядывалась в Книгу Судеб. Неужели она ее даже через обложку читать может? Помедлив немного, но так и не дождавшись от женщины каких-либо активных действий, я осторожно тронула ее за рукав:

– Надеюсь, хотя бы с магистром Измиром все пройдет гладко. Не хотелось бы застрять в Академии на несколько дней. Что там говорит по этому поводу твоя книга?

Вот знаю же, что вряд ли ответит, а удержаться все равно не могу. Ничего не поделаешь, человеку свойственно желание предугадать неприятности. А потом с радостным «авось пронесет!» в них же и вляпаться.

– Не знаю, – меланхолично протянула Люба, но из прострации все же выпала и сделала шаг в сторону, позволяя мне пройти.

Но любопытство уже было разбужено, а бороться с ним я никогда не умела.

– Разве ты не можешь увидеть в книге любое событие, какое только пожелаешь? – вопросила я, любознательно сверкая глазами. Даже чуть приподняла обложку, но взгляду открылись все те же девственно-чистые страницы. Разве что пожелтевшие от времени.

– Могу, – очень тихо, словно нехотя, признала женщина. – Но не уверена, что хочу этого. Ты знаешь, в книге есть такие страницы, взглянуть на которые боюсь даже я.

Глава 7

В пути время летело практически незаметно. Привыкла уже, наверное, к постоянно сменяющим друг друга природным декорациям, изредка разбавленным крошечными деревеньками – дворов в десять, не больше. Жаль только, к холоду, нахально заползающему за воротник, приспособиться никак не удавалось.

По моим нехитрым подсчетам, до Академии оставалось не так уж и далеко. Завтра к полудню будем на месте. Значит, есть еще несколько часов, чтобы морально подготовиться. Вряд ли встреча с магистром Измиром будет приятной. Для Алекса особенно, но и для меня тоже. До сих пор помню тот разговор в Старинске.

Уж слишком старый маг предан своему делу. Наверное, поэтому для него потеря даже такой не представляющей собой ничего стоящего магички, как я, кажется настоящей трагедией. Что и говорить об одном из сильнейших воспитанников Академии за последние несколько десятков лет! Магистр возлагал на него большие надежды.

Но господину директору придется смириться с существующим положением вещей. Рано или поздно до него это дойдет. В способности моего благоверного донести до ближнего свою мысль сомневаться не приходится.

Вот бы все проблемы решались так просто! На меня снова накатило ощущение того, что во всей длиннющей цепи событий, произошедших со мной в последнее время, недостает одного-единственного звена. А без него и остальные соединить друг с другом никак не удается.

Властелин считает, что Власом движет ненависть к нему и, как следствие, жажда мести. Я, конечно, нисколько не сомневаюсь в его выводах. Алекс умный, он знает что говорит. Но пора бы уже и своей головой подумать.

Если цель – Алекс, то зачем было убивать бабушку? Чем им леди Ариадна не угодила? А Колин? Родители Линки? Сомневаюсь, что просто в силу природной мерзопакостности характера убийцы. В поступках такого маститого колдуна, как Влас, должна быть определенная логика. Вот только я ее в упор не вижу.

И самое главное – почему они отпустили меня? Не спорю, клеймо на плече хранительницы должно было больно задеть властелина. Но моя смерть его бы вообще убила! В самом буквальном смысле. Не сразу, конечно. Зато медленно и мучительно.

Разве не о таком должен мечтать каждый уважающий себя враг? Выходит, что нет.

Через некоторое время я окончательно запуталась в своих рассуждениях. Пора прекращать, все равно от пустых раздумий толку не будет. Да и голова уже пухнет.

– Кто такая эта Данута? – вроде бы между прочим полюбопытствовала я и тут же заметила, как встрепенулась и недовольно засопела Линка.

Оттепель продлилась недолго, и зима вновь принялась утверждаться в своих правах. Морозец здорово щипал за щеки, заставляя отчаянно кутаться в плащ. Пальцы, затянутые в подбитые мехом перчатки, начинали неприятно неметь, поэтому приходилось их постоянно разминать.

Но зато красиво… Пожалуй, утопающие в снежном серебре деревья – самое прекрасное, что можно себе вообразить. Хотя зачем что-то воображать? Вот они, все как на ладони. Живые, настоящие, спящие. Это ли не подлинное волшебство?

На посеребренную снегом землю плавно опускались сумерки, окутывая все сущее синеватой дымкой. Алекс ехал впереди, напряженно осматриваясь по сторонам. Пора было искать место для ночлега.

Вопрос явно поставил властелина в тупик. Он обернулся и наградил меня тяжелым подозрительным взглядом, но все же решил ответить:

– Так сразу и не объяснишь… Для нее Влас с его идеями не был способом подняться или получить свободу от надоевших правил, как для большинства. Он был для нее чем-то большим. Как и она для него. Но я тогда этого не понимал.

– Очередная глупышка, которой этот мерзавец заморочил мозги? – сочувственно произнесла Люба.

А я в очередной раз поразилась способности бережини сопереживать даже врагу. Даже такой отъявленной негодяйке, как Данута.

– Не думаю. – Взгляд Алекса снова устремился вперед, но ничего хоть сколько-нибудь пригодного для ночлега в обозримом пространстве видно пока не было. – Эта сама кого хочешь заморочит. Скорее Влас нашел в ней необходимые задатки, которые целенаправленно развивал. И надо сказать, она оказалась достойна своего учителя.

– Они были любовниками? – Габриэль скорее утверждал, чем спрашивал.

Вот и замечательно. Теперь так все выглядит, будто этот разговор интересен не мне одной. И совсем даже не подозрительно.

– Понятия не имею, – раздраженно поморщился Алекс. – Мы не так часто пересекались. Всего-то раза два, не больше.

Крылатый неопределенно хмыкнул, но развивать дальше эту прелюбопытнейшую тему не стал. Впрочем, вид у ангела был такой, словно он получил вполне определенный ответ.

– И нечего так гаденько ухмыляться! – неожиданно вспылил Дармир, сверкая на Габриэля чуть прищуренными глазами. – Вечно ты все к одному сводишь, точно голова в другую сторону и не работает вовсе.

Вспышке лекаря удивились все. Даже Алекс оглянулся, и я заметила на лице властелина легкое беспокойство. Что ж, он прав. С этими двоими давно пора что-то делать.

– Мне по статусу положено. – Ангел ничуть не обиделся. Даже, напротив, попытался отшутиться.

Вот только я кожей чувствовала, что выпад лекаря в этот раз шуткой не был. И тот не замедлил подтвердить мои опасения:

– Вот как? А я думал, по определению. Неправильно как-то получается: к созданию демонов ты вроде как отношения не имеешь, а низвержение снимать никто не торопится. Значит, что?.. Правильно, гордому званию черного ангела надо соответствовать.

Тут он, конечно, перегнул палку. Габриэль словно окаменел.

– У тебя совсем крыша поехала? – зло прошипел он.

Да уж, есть с чего взбеситься. Не ожидала я такого от нашего лекаря. Понимаю, конечно, что обстановка нынче нервная, но это же не повод на окружающих срываться.

– Твою пытается догнать, – не остался в долгу Дармир.

В воздухе заискрило. Привычная для этих двоих перепалка вот-вот угрожала перерасти в серьезный конфликт.

– Моя хоть в сторону предательства не кренилась.

– Хватит! – Я и сама не ожидала, что голос прозвучит так твердо. Можно сказать, повелительно. – Успокойтесь оба. Живо! А не то вы сейчас такого друг другу наговорите – самим же потом стыдно будет.

Как ни странно, мои слова возымели определенное действие. Во всяком случае, на Габриэля, потому что я отчетливо услышала, как Дармир за моей спиной проворчал что-то нечленораздельное. И, готова поклясться, не предназначенное для нежных женских ушек.

Но инцидент был исчерпан, поэтому я предпочла сделать вид, что в столь юном возрасте у меня уже появляются проблемы со слухом.

Сколько же еще должно пройти времени, прежде чем он примет меня как хранительницу?

– Молодец, Ксюша. – На меня скосились блестящие глаза-вишни. – Можешь ведь показать зубки, когда захочешь.

– Не хочу, – устало вздохнула я и невольно поднесла руку к начавшему ощутимо покалывать виску. – Но с вами по-другому не получается.

Село вынырнуло из темноты неожиданно. Десятка два добротных домов, обнесенных невысоким, но крепким на вид забором. Ворота еще не закрыли на ночь, а в большинстве окон угадывались золотистые отблески свечей.

Первая радость от предвкушения того, что мои замерзшие косточки скоро окажутся в долгожданном тепле, на мгновение сменилась настороженностью. Кто знает, что это за место? Не хотелось бы снова нарваться на неприятности.

– Поселок. – Видно, Алекс здесь уже бывал. – Тут живет обслуга Академии. Вернее, только те, кто магами не являются. Думаю, мы будем на месте даже раньше, чем я предполагал.

Мне насилу удалось сдержать разочарованный вздох. Неужто даже погреться не удастся? Это я уже молчу про поесть и поспать.

Властелин не иначе как ощутил коллективное негодование, бурной волной несшееся ему в спину: он все же спешился и зашагал к одному из домов.

– Но заночуем мы здесь.

Впустили нас сразу и без лишних разговоров предложили ужин и ночлег. О деньгах никто даже не заикнулся. Из чего я сделала вывод, что либо Алекса здесь хорошо знают, либо у хозяев уже вошло в привычку, что их дом служит перевалочным пунктом для магов, желающих попасть в Академию. Не сильно удивлюсь, если магистр Измир за это еще и доплачивает.

– Не думала, что в Академии работают не только маги, – заметила я, снимая плащ и протягивая руки к огню.

Внутри дом был простой, но уютный и, что самое главное, теплый. Помимо пышущей жаром печки, у которой вертелась хозяйка – бойкая тетка лет сорока, – ярко полыхал очаг. Около него-то я и обосновалась, опустившись на широкую лавку, обтянутую мохнатой шкурой. Точно такие же были разбросаны по полу вместо ковров. Наверное, хозяин промышлял охотой.

– Что здесь удивительного? Там ведь еще и повара в столовой есть, и конюшие, и работники прочих хозяйственных построек. Или ты воображала, что всю грязную работу выполняют сами магистры? – Моя наивность не на шутку развеселила Алекса.

Скоро на расшитой цветами скатерти выстроились миски, чашки да плошки с предлагаемыми яствами, и мы расселись вокруг стола.

Ужин прошел быстро, почти в полном молчании. Все же этот день был необычайно долгим и насыщенным, и мы все устали. Расправившись с едой в своей тарелке, я вернулась к огню. Замерзшее тело усиленно старалось напитаться теплом впрок.

– Ты сказала ему? – раздалось у самого уха.

Я вздрогнула. Вечно он самый подходящий момент выберет и все удовольствие поломает. Не иначе как нарочно!

– Нет еще.

В багровых глазах ангела появилось выражение крайнего неодобрения. Только этого мне для полного счастья сейчас не хватало.

– Что ты имел в виду, когда говорил о предательстве? – Я задала первый попавшийся вопрос, лишь бы избежать нового витка упреков.

– Да ничего… – Габриэль явно смутился.

Он говорит правду – в этом никаких сомнений нет. Но мое любопытство уже успело зацепиться за одну очень интересную деталь.

– Ты ведь видишь ауру всех, так?

Ангел брезгливо скривился:

– Если бы я внимательно рассматривал ауру каждого встречного, давно бы уже рехнулся. – Всегда подозревала, что излишним человеколюбием этот крылатый не страдает. – Нет, я вижу только тех, кто мне по каким-то причинам интересен.

– А мы? – Я в упор глядела на него. – Мы тебе интересны?

Взгляд Габриэль не отвел и ответил честно:

– Ты – да. В самом начале это было необходимо. Но друзей я стараюсь не просматривать.

– Почему? – Будь у меня такая возможность, не уверена, что хватило бы сил ею не воспользоваться.

– Только до этого унизиться не хватало!

Хм… Что-то слабо верится.

– Значит, в ауру Дармира ты тоже не заглядывал?

Неужели я права и их постоянные стычки – не более чем своеобразная манера общения? Впрочем, это стало ясно еще тогда, у храма. Но что-то все равно настораживало…

– Никогда. – Габриэль качнул темноволосой головой и серьезно поглядел на меня. – Ты не смотри, что мы вечно грыземся. На самом деле я готов горло перегрызть за любого из вас. И за этого паршивого лекаришку в том числе.


Из зыбкого утреннего сна меня выдернул кот, мягко переступающий когтистыми лапами по моей спине. Я потянулась, заворчала, попыталась перевернуться и тут же наткнулась на сопящую под боком Линку, от которой и огребла вполне ощутимый пинок. День, определенно, задался…

Вот зараза рыжая, хоть бы когти втянул!

– Что-то не припомню, чтобы заказывала массаж, – проворчала я, усиленно пытаясь разлепить глаза. Получилось. Попытки эдак с третьей.

– И тебе доброго утра, – провозгласил кошак бодрым до омерзения голосом, даже не подумав приостановить свою ведьмопротивную деятельность. – Хватит дрыхнуть. Так ты все самое интересное проспишь!

Что может случиться интересного, когда еще не рассвело толком, я предположить не рискнула, а потому попыталась снова зарыться носом в одеяло. Но раздражающий фактор в виде наглой усатой морды никуда деваться не собирался. Более того, вопиющее невнимание к его рыжей персоне коту явно не понравилось. За что и поплатилась моя бедная спинка.

Вот гаденыш! И как эта туша только умудряется везде просачиваться?

Шипя и ругаясь, я выползла из-под одеяла, обозрела мирно дремлющих Линку и Любу и с обреченным вздохом стала натягивать дорожный костюм.

За окном, щедро разукрашенным морозными узорами, постепенно рассеивались предрассветные сумерки. Последняя звезда уже потухла, но поблекший диск луны все еще был вполне различим. Село просыпалось. Скрипели калитки, со стуком распахивались ставни, сонно гавкнул пару раз чей-то пес, совсем близко зазвучал стук топора.

– Уж лучше бы мне бабушка какое путное наследство оставила, – настроение с утра было слегка брюзгливое, – а не будильник четвероногий. Вот скажи, какой с тебя прок? Только ешь, спишь да на нервы действуешь!

Лап с видом оскорбленного достоинства оглядел меня желтыми глазюками, горящими в полумраке комнаты, словно два фаербола. Но, похоже, сам призадумался над моим изречением, разве что лапой в затылке не поскреб.

– Между прочим, от тебя толку не больше, – наконец выдал кот. – Но ты к тому же еще и в неприятности с завидной регулярностью вляпаться умудряешься. Так что это еще большой вопрос, кто кому в наследство достался.

От такой неслыханной наглости я опешила и с ответом нашлась далеко не сразу. А когда наконец придумала его, кота и след простыл. Ну что за несправедливость!

Из комнаты, которую хозяева нам уступили, меня выманил запах меда и трав. Мне он отчего-то напомнил о летнем луге.

Алекс нашелся у очага. Облаченный в парадные одежды властелина, травник сосредоточенно помешивал булькающее варево. Надо же, и хламиду свою белоснежную закапать не боится…

Стараясь ступать как можно тише, я приблизилась к нему и осторожно обняла за плечи. Потерлась щекой, вдыхая аромат трав, который исходил не только от зелья. Мм…

– Решил переквалифицироваться в стряпуху? – насмешливо полюбопытствовала я. – Не думала, что мы в таком бедственном положении.

Муж деликатно отодвинул меня в сторону, в последний раз помешал клокочущую жидкость, после чего снял котелок с огня и перелил его содержимое в кружку.

– Всего лишь пытаюсь отблагодарить хозяев за гостеприимство, – выговорил он, придирчиво принюхиваясь к результату своих трудов. Судя по всему, остался вполне доволен. – У хозяев сынишка болеет. Вроде ничего серьезного, но кашель сухой, противный, и жар уже неделю не спадает.

Я сочувственно вздохнула и отошла, чтобы не мешать. Но у властелина на мой счет были свои планы.

– Хорошо, что ты уже встала, – заявил он. – Иди-ка сюда. Мне нужна твоя магия.

Не знай я, для чего именно, вряд ли бы удержалась от соблазна высказать все, что думаю по этому поводу. Нет, ну нормально, да? Мне, значит, даже светлячок несчастный сотворить нельзя, а некоторым самоуверенным властелинам любая темная магия нипочем? Вот она – железная логика моего благоверного во всей красе!

К счастью, моего здравомыслия все же хватило, чтобы вовремя прикусить язык. Не время спорить, да и не место. Что мне, магии для родного мужа жалко? Тем более чужой.

– Не волнуйся, – Алекс понял мое замешательство по-своему, – это совершенно безопасно. У меня достаточно опыта, чтобы полностью контролировать ситуацию.

– Не смею сомневаться, – фыркнула я и шагнула к нему.

Дальше ситуация повторилась. Осторожно коснувшись моего сознания, властелин подцепил ниточку силы и направил в нужное русло. Ощущения еще не успели забыться с прошлого раза, никаких неожиданностей не предвиделось. Поэтому я предпочла полностью расслабиться и на мгновение позволила себе стать его частью. И когда руки согрелись в горячих ладонях Алекса, мерцающая зеленая ниточка протянулась от моих пальцев к зелью. Слов заклинания я не расслышала, но уверена, они были произнесены.

– Передай Габриэлю, что на его безрассудство у меня отвара не хватит, – сказал властелин и скрылся за дверью.

Смысла его изречения я не поняла, но набросила плащ и послушно поплелась выполнять поручение. Может, морозный утренний воздух поможет проснуться окончательно.

Крылатый обнаружился на заднем дворе. Черный плащ мрачным знаменем был развешен на заборе, и его уже успела облюбовать тощая хозяйская кошка. Рубаха расстегнута почти до середины, рукава закатаны. Казалось, Габриэля нисколько не волновал тот факт, что на дворе зима. Ангел колол дрова. Хорошо хоть не ханаттой!

Признаться, я впала в легкий ступор. Просто картина маслом, честное слово! Не знаю, кто пристроил его к этой деятельности, но получалось у темнокрылого неплохо. Может, у него призвание?

Взмокший и слегка растрепанный, Габриэль меньше всего сейчас походил на представителя одной из редчайших рас. Впрочем, его вообще сложно навскидку причислить к этим белоснежным существам. Как и к кому бы то ни было еще. Он у нас один такой. Редкий, можно сказать, уникальный экземпляр. А вот интересно…

Я взвизгнула и с трудом успела отскочить от летящей прямо под ноги щепки. С такими успехами они меня точно когда-нибудь угробят! И никакого Власа не надо.

– Вот упырь! – «радостно» сообщил ангел и, одним сильным движением вонзив топор в колоду, направился ко мне.

– Что, так похожа? – притворно изумилась я. Ничего удивительного. С моим-то везением да с такими-то друзьями!

– Ты что под руку лезешь? – грозно осведомился он. – Новых увечий захотелось?

Какая забота! Тьфу ты, оказывается, это заразно.

– Закругляйся уже. – Я с усилием подавила отчаянный зевок. – Конечно, я понимаю, что ты наконец нашел дело по душе, но Алекс хочет выехать как можно скорее. Надеюсь, хоть позавтракать успеем.

– Как несправедлива жизнь, – страдальчески затянул крылатый. – Может, я только и мечтал, что топором помахать? Пользу хоть какую-то принести. А тут ты со своим завтраком!

Вид у него был до того разнесчастный, что я не выдержала и рассмеялась.

– Не переживай, – принялась я утешать друга. – Совсем скоро мы будем в Академии. Можешь предложить магистру Измиру свои услуги. Уверена, он обрадуется. Знаешь, сколько дров на целую Академию надо?

Честно говоря, я и сама понятия не имела, сколько Академии требуется топлива, но Габриэль, выслушав мое предложение, поспешно «утешился» и решил не искушать судьбу. Мало ли что хранительнице еще в голову взбредет.

– Ты их ненавидишь? – Я наконец рискнула задать давно назревший вопрос.

Ангел подхватил плащ, чем заслужил громкое неодобрение рассевшейся на нем кошки, и мы направились к дому.

– Кого? – Габриэль казался слегка удивленным.

– Своих крылатых сородичей. – Я нетерпеливо тряхнула головой. – Ангелов!

Он задумался. Надолго задумался. Судя по напряженному молчанию и хмурому виду – впервые. Неужели раньше никогда не задавал себе этот вопрос? Или что-то успело измениться?..

– Да нет, – ответил низверженный, когда мы уже подошли к крыльцу. – Не ненавижу. Мне до них вообще дела нет. Пусть бы жили, если далеко и тихо. Главное, чтобы меня не трогали.

Я посчитала тему исчерпанной. Хорошо, если то, что он говорит, правда. Чтобы жить дальше, о прошлом лучше забыть.

Стремясь как можно скорее восполнить недостаток сна едой, я первая взбежала по ступеням, потянула ручку двери и собралась шагнуть через порог, но была остановлена Габриэлем. Крылатый крепко ухватил меня за плечо и потянул назад.

И что на этот раз не так?

Но слова так и не прозвучали. Они были подавлены вишневым взглядом, выразительно указывающим куда-то в сторону. Мысленно простившись с завтраком, я принялась высматривать, что же могло так насторожить ангела.

И ничего интересного не обнаружила. Дармир склонился над ведром и плескал водой на лицо. Пфе… Никогда не понимала, как это некоторые предпочитают умываться исключительно холодной водой. Я, конечно, тоже иногда так поступала, но исключительно в тех редких случаях, когда не представлялось возможности согреть ее. А потом куталась во что-нибудь теплое и долго дрожала.

Веранда не отапливалась, поэтому стоящий к ним спиной лекарь открытой двери пока не заметил. Что же привлекло внимание Габриэля? Явно не голая спина Дармира.

Повернувшись, я наградила крылатого негодующим взором. Но наглый тип, как и следовало ожидать, не особо проникся. Неужели одна я чувствую себя так, словно подглядываю в замочную скважину? Мерзко.

Ощутимый тычок в спину заставил меня снова обратить внимание на лекаря. Тот как раз закончил свои водные процедуры и выпрямился.

И я увидела его плечо…


Сказать, что я была поражена, – значит, не сказать ничего. В душе пестрым клубком сплелись самые разные эмоции. Удивление, недоверие, ярость и боль от предательства человека, которому доверяла, и надежда на то, что когтю, выжженному на плече лекаря, есть другое, менее болезненное для меня объяснение.

Но трудно не признать, что этот самый коготь и есть объяснение. Вот он – предатель. Человек, которому Алекс доверял как себе. Тут мне очень кстати вспомнилась та ночь, когда нас на пару с ангелом одолело дурное предчувствие и мы с Алексом бродили по Боллате в поисках затаившегося злодея. Безрезультатно. А ведь именно очередная стычка с Дармиром сбила Габриэля со следа. К тому же, по словам властелина, лекарь неплохо владеет гипнозом. Следовательно, временное помутнение рассудка у Тины, едва не убившей своего ребенка, – тоже его рук дело. И разумеется, Дармиру ничего не стоило, притаившись где-нибудь неподалеку, открыть один из смертоносных амулетов. Стало быть, гибель мальчишки Колина тоже на совести нашего лекаря.

От этих жутких догадок, вихрем пронесшихся в голове, мне подурнело. Наивная до глупости иллюзия, что все это нелепые домыслы, таяла на глазах. Чтобы кубарем не скатиться с крыльца или, еще хуже, не влететь в дом, устроив мерзавцу допрос с пристрастием, пришлось ухватиться за Габриэля обеими руками.

Ангел был ошарашен не меньше моего. Но Габриэль не был бы Габриэлем, если бы хоть на мгновение показал свое истинное состояние.

Крылатый среагировал очень быстро и, прежде чем Дармир успел нас заметить, бесшумно притворил дверь, едва ли не за шкирку оттащив меня за угол.

Хорошо, что хоть на кого-то можно положиться!

Прислонившись к холодной стене, я прикрыла глаза и постаралась немного успокоиться. Не время истерить. Надо срочно придумывать, как быть дальше.

– Надеюсь, ты не собираешься запустить этим в меня? – подозрительно уточнил Габриэль.

Спешно возвратившись в реальность, я обнаружила, что мои руки полыхают изумрудным пламенем. Ох и ничего ж себе! Нет, мне, само собой, рассказывали, что, когда маг злится, его лучше обходить дальней стороной. Но ведь речь шла о настоящих магах. Куда мне до них.

Впрочем, после того, что вчера сказал Алекс…

Я покачала головой и сжала руки в кулаки, чтобы впитать вырвавшуюся энергию. Со своими внутренними неожиданностями буду разбираться позже. Тут хоть бы от внешних ноги унести подобру-поздорову.

Успокоившись на мой счет, крылатый, не стесняясь в выражениях, принялся высказывать свое отношение к сложившейся ситуации. В целом я с ним согласна, поэтому прерывать не спешила. К тому же тягучий голос ангела успокаивал и помогал сосредоточиться.

Нет, ну каков Дармир, а! Это ж надо было так виртуозно притворяться. Ладно я – я вообще существо наивное. Временами. Про властелина, так уж и быть, промолчу. В конце концов именно Дармир с Любой дали ему шанс на новую жизнь. Но как этому проходимцу удалось запудрить мозг подозрительному Габриэлю? Вопрос без ответа.

– Как думаешь, Люба знает? – Я решилась вклиниться в забористый монолог крылатого, лишь когда тот пошел по третьему кругу. Все же и у Габриэля словарный запас не безграничен.

Прервавшись на полуслове, ангел задумчиво моргнул, потом еще раз, после чего его способность мыслить цензурно наконец восстановилась.

– Нет! – Чернокрылый принялся энергично трясти головой. – Думаю… Вернее, надеюсь, что нет. А ты?

Мне отчетливо вспомнились слова, сказанные бережиней накануне отъезда из Кавигаты: «В книге есть такие страницы, взглянуть на которые боюсь даже я».

– Нет. – Я печально улыбнулась одними уголками губ и уверенно покачала головой. – Я это точно знаю.

Габриэль вздохнул с облегчением и скомандовал:

– Сейчас же идем к Алексу. Если у кого и есть право спрашивать с Дармира, то именно у него.

С этим при всем желании не поспоришь.

– Ты имеешь в виду его статус? – на всякий случай уточнила я. Мало ли чего я еще не знаю. С этими товарищами нужно ухо востро держать.

– И его тоже, – отозвался ангел, стремительно увлекая меня к двери. – Но вообще-то я к тому, что если бы не великодушное позволение нового властелина, проштрафившаяся правящая пара была бы изгнана. Алекс решил поиграть в благородство. Насколько я знаю, он даже с Советом из-за этого в очередной раз рассорился.

Я даже не удивилась, что все снова оказалось совсем не так, как представлялось изначально. Привыкаю, наверное.

Мы миновали пустую веранду и вошли в дом, где буквально нос к носу столкнулись с раздраженным властелином.

– Где вас носит? – недовольно поинтересовался мой муж. – Если бы я не знал вас обоих, уже начал бы ревновать.

От ответной реплики в том же тоне меня удержала, пожалуй, необходимость срочно посвятить властелина в сложившуюся ситуацию. Интуиция подсказывала – медлить ни в коем случае нельзя. А выяснять отношения будет еще время.

– Помнится, ты говорил, что среди пришедших к тебе в День Согласия ни разу не почувствовал предателя? – без долгих предисловий перешла я к волнующей теме.

– Я и сейчас готов подписаться под каждым словом, – немного растерянно проговорил Алекс.

Вот даже как? О-о-очень занятно!

– Но ты ведь не копаешься в душе у каждого! – горячо возразила я и принялась нервно постукивать пальцами по дверному косяку. – Сам же говорил, что большинство жителей долины приходят с бытовыми проблемами.

Муж устало взъерошил волосы:

– Верно. Не копаюсь. Но в этот день я полностью открыт, и если бы в ком-то было что-то подозрительное, от меня бы это не укрылось.

Вполне справедливо. Ведь не каждый может признаться, какая именно помощь ему нужна. Из некоторых гордецов боль приходится вытаскивать буквально по крупицам, я сама была тому свидетельницей в тот единственный раз.

– И что же, в Боллате нет никого, кто бы упорно избегал ритуала? – Этот вопрос был задан уже более спокойным тоном.

Благоверный наградил меня немного странным взглядом, но к лешему не послал, что радует. У него ведь тоже запас терпения может иссякнуть.

– От него освобождаются дети, не достигшие совершеннолетия, как ты помнишь.

Я помню. Колина…

– Но чтобы кто-то так прямо избегал… Нет. – Но с отрицательным ответом Алекс несколько поспешил, что тут же заметил сам и быстро поправился: – Впрочем, один такой все же имеется.

– Дармир! – нетерпеливо перебила я, довольная, что все ниточки сходятся.

Властелин моего энтузиазма не разделял.

– Дармир? – Седая бровь удивленно приподнялась. – Он-то здесь при чем?

Теперь настала моя очередь недоумевать. Что ни говори, а с такими друзьями ни в чем нельзя быть до конца уверенной. В подобные моменты даже немного жаль, что я не бережиня. Книги Судеб на них не хватает!

– А что, ни при чем, скажешь? – оторопело выдохнула я.

Алекс молча кивнул.

– Кто же тогда? – У меня, разумеется, буйная фантазия, но с таким исходным материалом даже она прийти к толковому выводу не способна.

– Я. – Габриэль, во время нашего разговора спокойно восседавший на стуле, делая вид, будто его здесь вообще нет, наконец решил напомнить о своей крылатой персоне. – Или ты ожидала чего-то другого?

Несколько мгновений я ошарашенно хлопала глазами, не в силах произнести ни слова. Действительно, а чего я ждала? Что гордый ангел по поводу и без будет нестись к властелину? Ну-ну. Такое даже в самой смелой фантазии не представится. Хватит уже того, что он позволил помочь себе однажды.

Так и не найдясь с вразумительным ответом, я отрицательно качнула головой.

– Может быть, теперь вы, двое, объясните мне, какого лешего здесь творится и что значит весь этот разговор? – властно потребовал Алекс.

«Двое» вопросительно переглянулись, решая, кому же достанется эта сомнительная честь. Победила я, так что отдуваться пришлось чернокрылому.

Изложение событий из уст ангела было четким и лаконичным, полностью лишенным эмоциональной окраски. Все же хорошо, что он успел выпустить пар, иначе не только Дармир, но и все местные жители сбежались бы, привлеченные его бранью. А так – лишь сухие факты.

Дармир и клеймо, которое мы имели неосторожность увидеть на его плече. А также наши предположения по данному поводу. Вывод же властелину предлагалось сделать самостоятельно.

По тому, как расширились зрачки Алекса, а радужная оболочка по цвету слилась с острием его меча, можно было понять, что этот самый вывод не слишком отличался от наших с Габриэлем измышлений. Но высказывать результаты своей умственной деятельности вслух он не стал.

Да этого и не требовалось.


Прошлый опыт подсказывал, что ледяное спокойствие и некоторая отрешенность Алекса могут оказаться куда опаснее, нежели вполне осязаемая злость Габриэля. И пусть лично мне ничто не угрожало (по крайней мере, со стороны властелина), желание быстренько испариться возникло как бы само собой.

Страшно даже представить, что он сделает с Дармиром!

Хотя… А с какой, собственно, радости я должна беспокоиться за этого предателя? Он-то о нас не особо пекся, когда один из похищенных у эльфов амулетов в долину протаскивал! И хорошо еще, если один.

Я непроизвольно запустила руку в карман и коснулась кончиками пальцев холодного металлического кругляша, одного из мерзких смертоносных амулетов. Разумеется, использовать я его не собиралась. Никогда. Тем более против Дармира, каким бы мерзавцем тот не оказался. Но запасливость натуры брала свое.

– Дармир! – требовательно рыкнул властелин.

– Книга! – вторила ему Люба.

Не успели мы сообразить, что к чему, как заспанная бережиня вынырнула из отведенной женщинам комнаты, окинула нас слегка потерянным взглядом и спешно запахнулась в плащ, пытаясь скрыть под ним длинную белоснежную ночную сорочку, щедро украшенную рюшами.

– Моя книга пропала… – Голос женщины дрогнул, в нем явственно проскальзывали истерические нотки.

Только этого нам еще не хватало!

– Люба, приди в себя! – Габриэль схватил ее за плечи и хорошенько тряхнул. – Ты – бережиня. Книга Судеб не может пропасть!

Та всхлипнула и удрученно опустила голову. Кажется, нас ожидает обильный слезоразлив.

– Еще как может! – радостно возвестила Линка, выскакивая вслед за Любой с ханаттой наперевес.

Я фыркнула. Если уж малявка каким-то непостижимым образом уволокла у крылатого из-под носа его любимую игрушку, то что мешает сделать ноги Книге Судеб? Лично я уже ничему не удивлюсь.

– Ее Дармир унес, – подтвердила мои самые худшие опасения девочка.

Дела! Зря мы все решили, что лекарь так переживал из-за нового статуса жены и неизвестных последствий, которые подобный поворот событий мог с собой принести. Этот паразит за свою шкуру трясся! Как же, Люба ведь могла узнать из книги обо всех его подленьких делишках!

Судя по перекошенным лицам мужчин, их посетили примерно те же мысли.

– А раньше сказать нельзя было? – Властелин был вне себя от гнева.

Впрочем, на Линку его настроение совершенно не произвело впечатления. Подумаешь, захотелось человеку поорать. Что с того? Может, он связки голосовые разрабатывает.

Девчушка скорчила о-очень выразительную рожицу и с грохотом опустила ханатту на пол, чем выманила из-за печи хозяйку. Та окинула нашу весьма колоритную компанию подозрительным взглядом, наверняка про себя вопросила богов, за какие такие заслуги они ниспослали на ее голову этих буйно помешанных постояльцев, и, не дождавшись от высших сил ответа, с тяжким вздохом нырнула обратно.

Как же я ее понимаю! Вот только мне от них уже не отделаться.

– Куда он ее дел? – Алекс, как всегда, быстро справился с эмоциями и попытался направить бушующую энергию на решение насущных проблем.

– Хороший вопрос. – Габриэль поднял ханатту и теперь задумчиво постукивал ею по руке. – Вероятно, туда же, куда делся сам. В доме его точно нет. И как только этот гад мимо нас просочился?

У меня вырвался горький смешок:

– Ты так самозабвенно ругался, что под боком спокойно мог медведь, обвешанный колокольчиками, прошествовать.

– Сама-то ты что в тот момент делала? – пробурчал немного смущенный ангел.

– Не поверишь – за тобой повторяла. Только мысленно.

Первому наша перепалка надоела властелину.

– Прекращайте вы уже болтать, – рявкнул мой муж, внушительно поблескивая стальными глазами. – Габриэль, ты быстро идешь на конюшню и проверяешь, все ли лошади на месте. Я осмотрю дом на предмет иных следов побега. Вы, – властелин обвел грозным взором меня, Любу и Линку, – тихо сидите в комнате и не высовываетесь, пока не разрешу. И поторапливайтесь, мы и так потеряли слишком много времени!

Пререкаться смысла не было. Поэтому я кое-как заставила себя проглотить рвущиеся наружу протесты и вполне спокойно спросила:

– Не ты ли мне как-то говорил, что властелин чувствует каждого, кому хотя бы раз отдал кусочек своей души?

Габриэль застыл в дверях и принялся жадно вслушиваться в наш разговор.

– Говорил, – недовольно подтвердил Алекс. – И что из этого? Если ты намекаешь на то, что я должен чувствовать Дармира, то вынужден тебя разочаровать. Он ни разу не прибегал к моей помощи.

– Как?! – воскликнули мы в один голос с ангелом.

– Очень просто. Это было частью сделки. Я становлюсь властелином Боллаты, а взамен позволяю прежней правящей паре беспрепятственно жить в долине и уважаю решение Дармира не обнажать передо мной свой внутренний мир. Его можно понять. Дармир – человек гордый, и уже одного того, что он потерял дар, было вполне достаточно. Я посчитал, что не стоит унижать его еще больше, вот и согласился. Как видно, напрасно.

В глазах потемнело от бешенства. Я вскочила с насиженного места и заметалась по комнате.

Тоже мне самый благородный нашелся! Думал он! Быстро же мой властелин забыл свою прошлую жизнь, а заодно и то, что тех, кому доверяешь, для начала неплохо бы и проверить.

Дармир с Любой тоже хороши. Властелином они его сделали. Ага, как же! Можно подумать, это они ему на блюдечке с серебряной каемочкой дар принесли.

Если бы Алекс вовремя не схватил меня и не прижал к себе, я бы вряд ли удержалась от соблазна вцепиться бережине в волосы. Ну или проклятием каким, на худой конец, запустить. Чтобы впредь неповадно было.

– Ксения, успокойся.

Легко ему говорить. Тут у кого угодно нервы не выдержат. Моей неокрепшей психике такие встряски противопоказаны. Но высказать все это не представлялось возможным: намертво зажатая в тисках его рук, я и дышала-то с трудом.

– Обряд соединения необратим, – неожиданно заговорила Люба. В повисшей тишине обычно глухой голос женщины казался громогласным. – Мы с ним навсегда останемся единым целым. Тебе ли не знать этого, хранительница?

Я прекратила биться в руках властелина и подняла на бережиню внимательный взгляд. Даже дышать забыла. Чувствовала, она пытается сказать нечто очень важное.

– Да, Дармир отказался открыть Алексэрту свою душу, – продолжила она, и я вдруг поймала себя на мысли, что никогда раньше ее голос не звучал так твердо. – Но это сделала я.

Чтобы переварить услышанное, мне потребовалось время.

Положим, у Алекса действительно была веская причина доверять лекарю. А в искренности Любы не сомневалась даже я. Но это не меняет главного: Дармир сбежал и, что самое невероятное, прихватил с собой книгу. Поверить в последнее было сложнее всего. Я ведь собственными глазами видела, на что способен судьбоносный фолиант, когда ему что-то не нравится. А кое-кто и на собственном загривке прочувствовал все прелести тесного общения с вредной книженцией!

Нет, я решительно ничего не понимаю.

– Как видишь, дорогая женушка, у меня не было повода сомневаться в верности Дармира, – с расстановкой произнес властелин и наконец разжал стальные объятия.

– За исключением того, что ты ненароком занял его место, – не смогла не напомнить я. Ненавижу, когда я не права.

– Я занял свое место, – поправил меня он, недобро сверкая глазами.

А я тихо порадовалась, что прихожусь этому властелину не только женой, но и хранительницей. Ляпни такую глупость кто другой – бедняге точно не сносить бы головы.

Вволю повыяснять отношения нам в очередной раз не дали.

– Его лошадь на месте. – Я и не заметила, как ангел ушел, поэтому его возвращение оказалось вдвойне неожиданным. – Зато вот это я нашел на крыльце. – В руке ангела покачивался амулет-телепорт. – Скорее всего он услышал нас и понял, что влип. Вот и поспешил удрать, прежде чем Алекс обо всем узнает.

Еще один амулет-телепорт? Хм… неплохо Фабиэль эльфов пощипал. Интересно, что еще прихватил этот ушастый из хранилища артефактов?

Алекс коротко ругнулся, впрочем, без особого энтузиазма. Первая волна ярости давно схлынула, оставив после себя легкую апатию. Властелин тяжело опустился на стул и настойчиво потянул меня за собой. Я инстинктивно подчинилась. Все раздражение, неприятно будоражащее сознание, вмиг испарилось.

Связь властелина и хранительницы сильнее любых эмоций. И когда она успела окрепнуть? Тонкая ниточка, заставившая меня сбежать из Боллаты и последовать за ним, незаметно превратилась в толстенный канат, состоящий, по ощущениям, из живых молний.

Губы невольно тронула легкая улыбка. Я привычно опустила руки на плечи мужа и прикрыла глаза. Кончики пальцев едва уловимо кольнуло, в глазах потемнело. Но уже в следующее мгновение все было в норме.

Алекс шумно вздохнул и откинулся на спинку стула. М-да, здорово его вся эта история с Дармиром задела…

За завтраком царило гробовое молчание. День и начаться-то толком не успел, а мы все были вымотаны и морально, и физически. Боюсь даже представить, что в Академии будет.

Из распахнувшейся настежь двери повеяло холодом. Я поежилась и придвинулась поближе к Алексу. Должна же от наличия мужа в моей жизни быть хоть какая-то польза!

– Ваш лекарь просил передать, – хозяин осторожно затворил за собой дверь, стянул кожух и уселся на свободный стул, – что не стал дожидаться, пока вы позавтракаете, и поехал вперед.

Ага, поехал… Скажи еще – на метле полетел!

– Это все? – требовательно уточнил Алекс.

– Ну… – поскреб в затылке мужик, припоминая. – Еще он сказал, что позднее сам вас найдет. И…

– …что ему можно верить, несмотря ни на что, – договорил за него кот, выныривая откуда-то из-за печи. Судя по отвисшему едва ли не до пола кошачьему пузу, обаяние Лапуса таки произвело на хозяйку должное впечатление. Да уж, вот кому голодная смерть точно не грозит. Даже с такой нерадивой хозяйкой, как я. – И действовал он, руководствуясь исключительно благими намерениями. Тьфу, большего бреда я за все свои девять жизней не слышал!

Число вопросов без ответа стремительно увеличивалось. Слова Дармира можно считать почти чистосердечным признанием. Но о его истинных намерениях судить пока рано. По крайней мере, мне отчаянно хотелось верить, что Люба и Алекс в нем не ошиблись.

И не мне одной. Я заметила, как Габриэль ободряюще похлопал печальную бережиню по руке. Та уныло улыбнулась в ответ и уткнулась взглядом в пустую тарелку.

– Что ты обо всем этом думаешь? – спросила я Алекса, когда мы уже вышли во двор.

Он неопределенно пожал плечами в ответ.

– Что нам лучше поторопиться. – Властелин помог мне оседлать Бэгги и теперь занимался Даром. – Поверь, самое трудное еще впереди.

– Я про Дармира. Ты ему веришь?

Алекс нахмурился (хотя, казалось бы, куда уж больше) и после недолгих раздумий ответил:

– Не знаю. Но Люба верит, а это уже немало. Однако вопросов и впрямь многовато.

Это точно. Что есть, то есть. Главное теперь – поймать того, кто сможет дать на них ответы.

Из дома вышли остальные наши спутники. Габриэль запихнул бережиню в седло и со зверским видом принялся втолковывать Линке, сгорбившейся под тяжестью меча Алекса, что оружие – детям не игрушка. Я усмехнулась. Ну-ну, попробовал бы кто-нибудь ему самому об этом рассказать.

– К слову о странностях, – Алекс приподнял меня, чтобы помочь забраться на лошадь, да так и замер, – как ты узнала клеймо?

Эм… Какой интересный вопрос! А главное, своевременный.

А Лео что же, зря битый час старательно демонстрировал мне свои худосочные телеса? Или мне по статусу не положено других мужчин замечать? Не удивлюсь, если у властелинов и на этот счет какая-нибудь заморочка имеется.

Но вслух я сказала совсем другое:

– Может, потому и узнала, что у меня с недавних пор такое же?..

Глава 8

Весь оставшийся путь до Академии я предусмотрительно плелась в хвосте, чтобы нечаянно не попасться властелину под горячую руку. Эх, будь моя воля, сей же час сквозь землю провалилась бы! Хоть к самим демонам, только бы не видеть стального блеска в серых глазах да нахально выглядывающих из-под губ кончиков острых клыков.

Алекс был очень зол. Да от него разве что искры не летели! Даже Габриэль предпочел слегка отстать и все больше помалкивал, дабы не дергать лишний раз лютующего друга. А то не приведи боги его гнев перейдет в более осязаемую для нас стадию…

В свете всего вышеперечисленного тот факт, что мою, казалось бы провинившуюся, персону подробный разбор полетов благополучно миновал, вызывал недоумение. Вместо того чтобы как минимум придушить свою бестолковую женушку, властелин бросил короткое:

– Позже мы к этому еще вернемся, – и предпочел предаваться тихой ярости в полном молчании. Разумеется, после того, как заставил меня все подробно рассказать и про Лунаю, и про Дануту, и про собственную глупую доверчивость.

Так что я предпочитала не высовываться. По крайней мере, пока он не возьмет себя в руки. Здорово благоверного проняло, раз уж дело до неконтролируемой трансформации дошло. Пусть даже и частичной, одной лишь клыкастостью отделался, но все равно приятного мало.

К тому времени, когда над белоснежными верхушками деревьев показались башни Академии, у меня уже начали сдавать нервы. Не многовато ли для одного дня? Предательство и побег Дармира, взбешенный властелин, магистр Измир, маячащий где-то на горизонте… Покой нам и не снится.

Вскоре деревья расступились, и перед нами, насколько хватало глаз, протянулись высоченные каменные стены. Сердце сладко сжалось, и я не удержалась от восхищенного возгласа. Вот она – самая заветная мечта детства!

Никогда прежде не доводилось видеть Академию снаружи. Бабушка переносила нас сразу в телепортационный зал. Единственное место во всем замке, куда можно было беспрепятственно перемещаться. Остальные же помещения были так мастерски зачарованы, что, по слухам, даже самые маститые магистры не смогли бы просочиться сквозь те чары.

У ворот пришлось спешиться. Последней на фиолетовые камни Великого пути соскользнула Линка. Само собой, не без помощи Габриэля. Стоило ногам девочки ступить на землю, как створки дрогнули, сверкнули ярко-алыми всполохами и разъехались в стороны.

Алекс уверенно шагнул вперед. У нас же не оставалось иного выбора, кроме как последовать примеру властелина.

Я принялась самозабвенно глазеть по сторонам. Широченный двор, испещренный паутинкой расчищенных дорожек; сад; закованный в толстый слой льда пруд; многочисленные хозяйственные постройки; высоченный замок из темного камня с башенками, витражами и бесчисленными лестницами – все здесь вызывало у меня неприкрытое восхищение.

Но наибольший интерес пробуждали люди. Вернее, студенты, потому что никого из преподавателей на нашем пути пока не попадалось.

Подумать только! Будущие маги. Ладно, не только маги. Насколько мне известно, в Академии сейчас существует три факультета: видения, где обучаются всякого рода провидцы; знания – для магов-теоретиков (куда, собственно, относилась и я, пусть и заочно); и умения – факультет, где учат магов-практиков всех мастей.

А ведь я тоже могла бы учиться здесь. Заниматься настоящей магией, а не создавать пустую видимость. Но при леди Ариадне о таком даже заикаться было бессмысленно.

– Ксения, закрой наконец рот, это уже просто неприлично, – прошипел Алекс и крепко ухватил меня за руку.

Признаться, последнее было очень кстати. Академия казалась своего рода другим измерением. И то, что оно являлось совершенно незнакомым, лишь сильнее притягивало. Так и потеряться недолго!

Пришлось в срочном порядке заталкивать любопытство как можно дальше (до лучших времен) и спешно семенить за властелином.

На нас, к слову сказать, тоже поглядывали не без интереса. Далеко не всякий магистр мог похвастаться тем, что видел собственными глазами одного из властелинов. Долины для магов закрыты, а с дружескими визитами по соседям мы не ездим. На самом деле просто не зовут, но мы гордо задираем нос и делаем вид, что не очень-то и хотелось.

А тут простые студенты! Некоторые из них были примерно моего возраста, другие – чуть старше Линки. Но будущие маги сразу поняли, кто сейчас идет через двор к парадному входу в замок. Уж слишком приметными были белые с золотом одежды моего мужа. А разглядев клыки и тонкую полоску чешуек на щеке Алекса, питомцы магистра Измира вообще пришли в дикий восторг.

Не обошли вниманием и Габриэля. Как же, представитель одной из редчайших и наиболее закрытых рас! Да еще черный. Вполне может статься, что единственный в своем роде. По крайней мере, лично я о других низвергнутых ангелах ничего не слышала.

Но в отличие от Алекса, который шествовал по территории Академии с совершенно невозмутимым видом, Габриэлю столь пристальное внимание к его крылатой персоне совершенно не импонировало. Ангел даже капюшон на голову натянул, желая укрыться от взглядов любознательных студентов.

Женская же часть нашей компании видимого интереса у окружающих не вызывала. Вряд ли кто-то распознал во мне хранительницу. Судя по наморщенным носам и осторожному шепотку, раздающемуся за спиной, меня приняли за очередную доморощенную ведьмочку, возжелавшую экстерном сдать экзамены и получить диплом магички. В общем-то они не слишком далеки от истины.

Встречал нас сам магистр Измир. Откуда он узнал, когда именно ждать гостей?

Одного беглого взгляда оказалось вполне достаточно, чтобы заметить, как сильно он сдал. Только внешне лет на десять – пятнадцать постарел, а для мага, тем более такого уровня, это кое-что да значит.

Вывод напрашивался сам собой. Скорее всего Измир знает про Власа. А может, и про все остальное.

– Я надеялся, что причиной твоего возвращения в эти стены станут несколько иные обстоятельства, – поприветствовал господин директор своего блудного ученика, – но даже сейчас не могу не признать, что рад тебя видеть. Пожалуй, больше, чем кого бы то ни было за последние пару десятков лет.

Так, с этим стариканом все ясно. Чувствую, его даже внеочередное появление Власа не исправит. И с чего он к Алексу прилип? Неужели в Академии перевелись талантливые маги?

– Мы по делу и ненадолго, – поспешил уточнить властелин, пока учителя не понесло по накатанной колее. – Полагаю, вы должны быть в курсе последних событий.

Миновав просторный холл, мы поднялись по лестнице, поплутали по извилистым коридорам и наконец остановились в одном из них. Сомневаюсь, что здесь живут студенты, слишком уж тихо. Вероятнее всего, мы в гостевой части замка.

– Разумеется, – чинно кивнул Измир. – Но об этом после. Вам стоит отдохнуть с дороги и перекусить, разговор обещает быть долгим. Я взял на себя смелость выделить вам покои.

Господин директор сделал широкий жест рукой, указывая на несколько совершенно одинаковых с виду дверей.

Тут нас поджидал сюрприз – каждому досталась отдельная комната. Даже Линке. Мне, естественно, тоже, к вящему неудовольствию благоверного. Может быть, в другом настроении он бы еще промолчал, но сейчас…

– Магистр, – с присвистом выдохнул властелин, отращивая клыки повнушительнее, – если вы вдруг забыли, эта леди – моя жена.

С этими словами он настойчиво выдвинул меня вперед, чтобы пожилой маг имел возможность как следует разглядеть мою скромную особу.

– В самом деле? – Директор Академии придирчиво осмотрел меня и чуть приподнял кустистую бровь. Так вот у кого мой дражайший супруг перенял этот жест!

Я смущенно покраснела и поспешила вновь спрятаться за широкой спиной Алекса.

– Дважды, – самодовольно сообщил властелин. – По человеческим обрядам и по нашим. Надеюсь, для вас этого достаточно?

Измир лукаво сверкнул ярко-голубыми глазами и с усмешкой ответил:

– Более чем. Но вынужден напомнить, что это Академия, а не постоялый двор. И твоя хранительница к тому же является моей студенткой. Так что изволь соблюдать приличия, пока я не назначил ей наказание!

Моему возмущению не было предела. Вот же вредный старикашка!

Но угроза возымела нужное действие – Алекс дальше спорить не стал. Только скрипнул клыками в знак крайнего неодобрения и направился к своей двери.

– Глаз с нее не спускай, – строго наказал он вьющемуся у моих ног коту и скрылся в отведенных ему покоях.

Лапус понятливо муркнул и вперил в пожилого директора немигающий взгляд желтых глаз. Я с удовольствием последовала примеру своей живности. Шантажист несчастный! А еще директор Академии!

В воздухе запахло паленым.

Глянув на магистра, я обнаружила, что ворот его мантии украшают небольшие язычки пламени. Настоящего… Мамочки!

– Лапус?! – Вот уж не знала, что мой кот умеет воспламенять взглядом!

Кошак выразительно чихнул и с отчаянным фырком метнулся в сторону. Я попыталась сделать то же самое, но, запутавшись в коте, плаще и сумке с пожитками, чуть не рухнула позорно на пол. Вот леший!

На счастье, удержаться в вертикальном положении мне все же удалось. Ну и денек! Час от часу не легче.

Из-за спины послышались сдавленные смешки. Похоже, мое перепуганное до одури лицо кого-то здорово позабавило. У-у-у, зараза крылатая! Погоди, я до тебя еще доберусь! Вот только шутничка одного седобородого потушу.

И прежде чем старый маг успел щелкнуть пальцами, чтобы избавиться от пламени, это сделала я, опередив его всего на мгновение. Заклятие, некогда проверенное на Алексе и Габриэле, сработало безотказно.

Ангел вместе с Линкой буквально покатились со смеху. Даже Люба не удержалась от улыбки. Конечно, им-то что! А вот мне сейчас, чувствую, влетит по пятое число. А все потому, что кому-то вдруг захотелось разыграть бедную студентку. Знал же, что особыми познаниями в магии не блещу.

А я что же, виновата, что у меня чувство юмора сегодня в отсутствующих числится? Пускай теперь не жалуются. Сами напросились.

– Напомните-ка мне, леди Ксения, – подозрительно спокойно вопросил промокший до нитки магистр Измир, – на каком факультете вы обучаетесь?

С чувством выполненного долга я обозрела внушительную лужицу, растекшуюся у ног мага, и обреченно созналась:

– Факультет знания, господин директор.

Тот понимающе хмыкнул и взмахнул рукой, заставив учиненное мной безобразие с шипением испариться.

– Что ж, это многое объясняет. И какие же именно знания вас интересуют?

Соблазн солгать или попросту отмолчаться был велик. В свете последних событий перспектива получения диплома виделась весьма туманной. Да и нужен ли он мне вообще, этот диплом?

Но, собрав остатки смелости, я все же ответила честно:

– Магия крови.

И что все так уставились? Будто я слежалый зомби, самолично заявившийся на дом к некроманту с просьбой упокоить его, причем бесплатно.

– Эй, отомрите вы уже наконец! – потребовала я, нервно комкая рукав плаща.

Первым пришел в себя ангел:

– Ксюша, скажи, что ты сейчас пошутила…


Я в третий раз перечитала абзац и, осознав всю бессмысленность этой деятельности, резко захлопнула энциклопедию. Потом отложила ее в сторону и глубоко вздохнула. Стены главного магического учебного заведения Белтании мало способствовали пробуждению тяги к знаниям. Или это одна я такая неправильная?

Раздражение острыми коготочками царапалось внутри, мешая сосредоточиться на чтении. В директорский кабинет меня не пригласили. Да и не только меня. Магистр изъявил желание побеседовать с властелином наедине.

А мне тут с ума сходи в неведении! Сидеть на месте не было сил. Чтобы хоть на что-то переключиться, я вскочила и принялась бродить из угла в угол.

К слову сказать, отведенная мне комната оказалась просторной и в меру удобной. Правда, немного мрачноватой, но это уже мелочи. Главным же недостатком (и единственным, если честно) было отсутствие в ней Алекса. Все же я успела привыкнуть, что он все время где-то поблизости. Так оно спокойнее, что ли.

Высокая кровать под тяжелым балдахином, пара массивных кресел и стол, толстый ковер на полу и плавающие под потолком магические светильники. Наверное, здесь останавливаются чиновники из гильдии во время своих визитов в Академию. В шкафу, встроенном в стену, нашлась забытая кем-то из прежних постояльцев куртка со знаками гильдии на рукаве, что еще раз подтвердило мои догадки.

Алекс хотел от господина директора не так уж много. Всего-то чтобы тот расколдовал Фабиэля и вытряс из него информацию о том, где засел Влас. Учитывая возможности магистра, для него это не составит труда.

Сомнений в том, что Измир согласится, не возникало. Не станет же он сидеть и ждать, когда мерзкий колдун разделается с нами и снова примется за осуществление своих коварных планов, направленных на приобретение власти. А где этой самой власти больше всего? Правильно, в Академии. Не зря с Измиром даже Совет двенадцати не всегда может поспорить.

На худой конец, кого-нибудь другого пошлет. У него ведь целая Академия магов в распоряжении, причем не самых слабых. Так что по поводу желания старого мага оказать нам посильную помощь можно не переживать. Возжелает и окажет, никуда не денется.

Меня вывело из себя другое. Снова все напрочь забыли о том, что я вроде как хранительница, а не мимо проползала. И снова, в который уже раз, самые важные решения принимаются без моего непосредственного участия. А тут еще магистр Измир так некстати вспомнил, что я все еще являюсь его студенткой. Теперь от него так просто не отделаешься. Похлеще Власа вцепится.

Ведь как чувствовала, что ничего хорошего из этого визита не получится!

Наконец коту надоело мое мельтешение.

– Что ты мечешься, как тигрица в клетке? – сонно пробубнил Лапус, разбуженный вышагиваниями взад-вперед. Ковер, конечно, приглушал звук шагов, но для чуткого кошачьего уха они казались барабанной дробью. – Иди уже!

Я замерла и недоуменно моргнула:

– Куда?

– Мышей ловить! – зло рявкнул кошак. Легко спрыгнув с кресла, на котором дремал до этого, он, гордо задрав хвост, прошествовал к двери. – Всему-то тебя учить надо.

Не дожидаясь приглашения, я поспешила за ним. Уж на что, на что, а на очередную глупость меня дважды подбивать никогда не приходилось!

Оказавшись перед закрытой дверью директорского кабинета, я тихо порадовалась тому, что не решилась на эту авантюру в одиночку. Без рыжего ориентира точно бы заплутала в хитросплетении коридоров и лестниц. И как он в них ориентируется?

Впрочем, радости хватило ненадолго. Дверь вполне ожидаемо оказалась заговорена от подслушивания. Почему-то раньше я об этом не подумала. Соблюдение элементарной осторожности еще никому не вредило. Напротив, если бы Измир регулярно пренебрегал этим простым правилом, гордое звание директора Академии сейчас носил бы кто-нибудь другой.

Прикрыв глаза, я постаралась сосредоточиться на плетении.

Ничего себе! Мне магия столь высокого уровня даже в самых смелых мечтах не виделась. Я раздосадованно закусила губу. Задачка оказалась бедной маленькой мне несколько не по зубам.

Хотя… Есть, вообще-то, один способ. Я задумчиво покрутила на пальце кольцо, готовое по малейшему желанию хозяйки обратиться в кинжал. Потом покосилась на ладонь и отрицательно качнула головой. Нет, это еще большая глупость, чем пытаться подслушивать под дверью кабинета одного из сильнейших магов не то что Белтании – всего материка.

Поймают – по головке не погладят.

Не успела сделать над собой последнее усилие, не позволяя мысленному призыву дойти до кольца, как чары рассеялись сами собой. Я принялась ошалело озираться в поисках причины такого неожиданного везения. Опыт общения с всякими властелинистыми личностями настойчиво подсказывал, что ничего хорошего из таких вот неожиданностей, как правило, не выходит.

– Лекс, скажи своей хранительнице, чтобы быстрей определялась, собирается она подслушивать или нет, – проворчал старый маг, но в его голосе отчетливо слышался смех. – А то уже голова болеть начинает. Все же в моем преклонном возрасте сложно долго сдерживать такие чары.

Как ни прискорбно это осознавать, но опыт оказался прав. Кровь бросилась в лицо, даже кончикам ушей досталось. Но я поспешно призвала себя к порядку, подхватила кота и, растянув губы в очаровательной улыбке, решительно распахнула дверь.

Меня тут же удостоили двумя недовольными взглядами. А чего они, собственно, хотели? Чтобы я тихо-мирно осталась в стороне? Вот уж нет, не дождутся. Я как ни в чем не бывало прошествовала к свободному креслу и опустилась в него, по-прежнему держа кота под мышкой. Тот нервно молотил хвостом, но высвободиться не пытался. И правильно, все равно не отпущу. Так уютнее, когда родное существо под боком.

– Ты вообще соображаешь, что творишь? – шикнул Алекс и крепко сжал мою руку, дабы у его безголовой женушки не появилось соблазна выкинуть что-нибудь еще. – Ну я с тобой еще поговорю! Позже.

Предчувствуя длительное и очень нудное промывание мозгов, я заметно заскучала. Вот ведь… властелин, по-другому и не обзовешь!

– Не ценишь ты меня, – картинно завздыхала я, принимая самый разнесчастный вид. – Смотри, я ведь и обидеться могу. Вот подамся в вольные маги, ищи потом другую хранительницу где хочешь!

– Вижу, леди Ксения, вам уже наскучила замужняя жизнь? – Старый маг едва ли не руки потирал в предвкушении. – Если надумаете сбежать от своего клыкастого мужа, я всегда готов предоставить вам политическое убежище, так сказать. Приму в ряды студентов, с постоянным проживанием в Академии. У нас как раз место недавно освободилось.

В отличие от меня он не шутил. Что-то не нравится мне такой поворот событий.

– Вы соглашайтесь, не пожалеете, – не унимался старикан, даже за бороду себя дернул. – А то я этого пройдоху знаю: сперва женится на тебе два раза, чтобы уж наверняка, а потом ты и шагу без его дозволения не сделаешь.

М-да, перспектива… И почему, интересно, она меня совершенно не пугает? Я перевела взгляд с тихонько посмеивающегося в бороду директора на Алекса, гневно сверкающего серыми глазами, а заодно и полным набором клыков, и вдруг отчетливо поняла – почему.

– Эй вы, двое, не могли бы вы заняться освобождением бедной хранительницы от злого и страшного властелина как-нибудь в другой раз? – возмутился этот самый властелин и сдавил мою руку еще крепче. – Сейчас есть дела поважнее.

Я поморщилась от боли, но дергаться не стала. Напротив, осторожно погладила одну из проступивших на тыльной стороне его ладони темных пластинок. И с чего бесится, спрашивается? Неужели правда поверил, что я променяю Боллату на год жизни в Академии?

– Не надейся, – я изо всех сил старалась не рассмеяться, – от меня легко не избавиться.

– Я так и подумал, – буркнул благоверный и переключил внимание на Измира.

Как выяснилось из последующего разговора, господин директор еще до моего появления успел согласиться самолично отправиться к эльфам и привести в чувство Фабиэля. А услышав об обещанной дивными и Советом помощи в битве с Власом, решил последовать их примеру.

Вот и замечательно, теперь у нас еще и маги будут! Настоящие маги, не то что я.

Когда самые важные вопросы были оговорены, последовал вполне предсказуемый виток уговоров Алекса «образумиться», послать к лешему эту злосчастную долину и возвратиться в гильдию, в Академию и вообще к «нормальной» жизни. Властелин стоически выслушал все увещевания своего учителя, но в ответ лишь покачал головой. С некоторых пор для него нормальное существование вне долины стало невозможным. Жаль, что господин директор этого так и не понял.

Пока они спорили, я с любопытством разглядывала кабинет. Вряд ли мне еще раз выпадет такая возможность, значит, надо ловить момент.

А неплохо господин директор здесь устроился! Массивный стол красного дерева и тяжелые кресла, обитые кожей, создавали атмосферу величия и уюта одновременно. По стенам были развешаны роскошные гобелены, толстый ковер под ногами не давал холоду, источаемому каменным полом, просочиться в помещение, а тяжелые портьеры на окнах пропускали самый минимум света. Под потолком парили магические светильники, куда ж без них.

Взгляд лениво скользнул по резному дубовому шкафу, заставленному книгами, папками и свитками, перетек на уютно потрескивающий камин, на небольшую дверцу в самом дальнем углу, явно ведущую в директорские апартаменты, и остановился на женском портрете, висящем на стене. Родственница? Может быть, жена?

В облике незнакомки проскользнуло что-то отдаленно знакомое. Я встрепенулась, инстинктивно подалась вперед и принялась жадно всматриваться в изображение. Платье напоминало одно из тех, что я видела в доме Алекса, прическа была слишком сложной, таких уже давно не делают, да и краска кое-где начала трескаться, – по всему выходило, что портрет писался давно. Так почему же изображенная на нем женщина словно магнитом притягивает мой взор?

Я еще раз внимательно вгляделась в ее облик. Темные волосы, карие, почти черные глаза, горделивая осанка… Нет, я ее точно где-то видела! Но где?

– Ксения, ты меня слышишь? – Резкий окрик властелина оторвал меня от созерцания знакомой незнакомки и заставил вернуться в реальность.

– А… Что?..

– Опять ты где-то витаешь, – устыдил меня властелин. – То, что говорит магистр Измир, – правда? Ты изучаешь магию крови?

Ну вот, опять начинается! Я испустила мученический вздох и страдальчески закатила глаза. Изучаю? Это слишком громко сказано, особенно если учесть нынешний объем моей дипломной работы. Скорее за мной просто числится такая тема.

– Чисто теоретически, – поспешно заверила я мужчин, которые взирали на меня как два барана на новые ворота.

– Как же я мог такое пропустить! – потрясенно воскликнул старый маг и принялся задумчиво теребить заплетенную в косу бороду.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как неопределенно пожать плечами. А что, собственно, я могла ему ответить? О том, что магия крови является одним из запрещенных знаний, я узнала только после того, как попала в Боллату. Как, впрочем, и о том, что таковые вообще существуют. Леди Ариадна не торопилась меня просвещать.

Но как раз это меня давно не удивляет. Непонятным остается другое: почему я сама ни разу не пыталась о чем-то спросить? Неужели не любопытно было?

Выдавать ответ на этот риторический вопрос сознание категорически отказывалось.

– Почему же ты выбрала столь странную для теоретика область деятельности? – справедливо поинтересовался магистр. Пока я пребывала в раздумьях, он успел полностью прийти в себя и теперь взирал на меня с недоумением.

Под взглядом ярко-голубых глаз я поежилась. Странный он какой-то. Никак не определится, как ко мне обращаться. То совсем официально, на «вы», и хранительницей обзовет, а сейчас вот по-простому, словно перед ним кто-то из его питомцев.

Впрочем, в каком-то смысле это так и есть.

«Вот только надолго ли?» – ехидно вопросил внутренний голос. И я не могла с ним не согласиться. Чтобы быть хранительницей, никакие дипломы не требуются. А хорошей магички из меня все равно не получится. Жаль, конечно, но все, что ни делается, к лучшему.

– А я не выбирала, – честно ответила я и, поймав на себе два удивленных взора, пояснила: – Так решила моя бабушка.

Последовало долгое молчание, во время которого я кожей чувствовала, как сгущается атмосфера. Изумление господина директора становилось почти осязаемым.

– Вот, значит, как? – с трудом выдохнув, протянул старый маг.

И чем он, спрашивается, недоволен? Подумаешь, магия крови! Я ведь на деле ее применять не собираюсь. Ну, почти… В конце концов задание для каждого студента заверяется директором Академии лично. До сих пор помню, как во время наших наездов сюда бабушка надолго скрывалась в его кабинете. Измир не мог не знать. Что же тогда так удивляет господина мага?

– Ксения, как, говоришь, звали твою бабушку? – настороженно осведомился Алекс, внимательно вглядываясь в мое лицо.


В коридоре было темно хоть глаз выколи. Я осторожно погладила дрожащий комочек света, притаившийся на ладони, и шагнула за порог. Знаю, бродить ночью по Академии – не особо хорошая идея. К тому же я обещала Алексу, когда мы расставались на лестнице, что до утра доживу без приключений. И не магичить тоже обещала…

Но ничего не поделаешь. Да и причина уважительная имеется. Уж слишком подозрительно ведет себя господин директор. Вопросы странные задает, с обращением никак определиться не может. А недавно вообще заявил, что был неплохо знаком с бабушкой. Вроде бы они даже вместе учились. После чего спешно свернул разговор и поспешил спровадить нас из своего кабинета, прикрывшись важными директорскими делами.

Ну-ну. Даже мой кот в эту откровенную чушь не поверил.

Лапус рыжей молнией устремился вперед, указывая дорогу. Я бросилась за ним, стараясь не очень громко топать. Это крыло замка пустует, но мало ли что. Мало ли кто. Лишняя осторожность лишней редко бывает.

– И что тебе не спится, – бурчал кот, уверенно шествуя по лабиринту из коридоров. – В библиотеку ей приспичило! Ночью! Неужто тяга к знаниям проснулась? В первый раз за восемнадцать лет. Или крыша окончательно уехала? Властелина на тебя не хватает.

Я невольно улыбнулась. Как раз таки хватает. Каких только глупостей не наделаешь ради некоторых властелинов.

– По части занудства ты его успешно замещаешь.

Так под кошачье ворчание мы миновали несколько длиннющих коридоров, спустились на первый этаж, пересекли холл и остановились перед резной двустворчатой дверью. Вот она, библиотека. Стараясь не думать, сколько правил сейчас нарушаю, я прошептала отпирающее заклинание.

Получилось на удивление быстро – с первого раза. Окрыленная этим маленьким успехом, я толкнула дверь и шагнула в темноту. Светлячок, сорвавшись с ладони, мигом озарил тусклым светом столы с приставленными к ним стульями и бесчисленные стеллажи. Невероятное количество всего! Кажется, Алекс ничуть не преувеличивал, утверждая, что здесь хранится величайшая коллекция книг на всем материке.

У меня глаза разбегались. И как, скажите на милость, во всем этом многообразии отыскать необходимое?

Но поразмыслить об этом как следует я не успела. Стоило сделать всего несколько шагов, как все тело пронзила жгучая боль. Я вскрикнула, облокотилась на край одного из столов и принялась судорожно глотать воздух. Вот леший!

Послышался едва различимый щелчок, и боль исчезла так же внезапно, как появилась. Выпрямившись, я с замиранием сердца принялась оглядываться вокруг. Никого… Кажется, я только что сломала нехилый такой щит. Интересно, кто-нибудь это почувствует? Объясняться с разбуженным среди ночи библиотекарем мне почему-то совсем не улыбалось.

Время шло, а по мою провинившуюся душу никто являться не торопился. Ну и ладно, не больно-то и хотелось! Осмелев, я принялась бродить между стеллажами, жадно вглядываясь в корешки книг.

Естественно, тома по магии крови не стояли на самом видном месте. Тело начала пробирать нервная дрожь. Так ведь и до утра ничего не найдешь! А разжиться достоверной информацией по данной теме позарез надо. Уж очень правдоподобным выглядело удивление господина директора. Конечно, можно обо всем расспросить Алекса, но… он и так весь клыкастый ходит. Злить властелина еще больше не хотелось. Вот отойдет немного, тогда и поговорить можно будет.

– Нашел! – гордо провозгласил Лап и практически беззвучно спрыгнул с одной из полок.

Я благодарно почесала кота за ухом. Что бы я без тебя, полосатый, делала?

Устроившись на подоконнике, спряталась за тяжелой бархатной шторой и принялась листать толстенный фолиант.

За остаток ночи узнала о магии крови в разы больше, нежели за всю свою жизнь. Оказывается, даже то заклинание, с помощью которого мы с Алексом уничтожили ардрадский пентакль, – не более чем детская шалость. Из разряда тех, на которые гильдия смотрит сквозь пальцы. Для настоящих обрядов на крови нескольких капель будет маловато. Попадались такие, где нужны едва ли не ведра алой жидкости. Понятно, что не своей…

Я отложила книгу в сторону и поежилась от отвращения. Неужели бабушка действительно хотела, чтобы я занималась подобной мерзостью? Неужели она правда думала, будто я смогу? В голове яркой картинкой стали всплывать обряды, о которых только что прочитала. Наравне с технологией проведения отдельных ритуалов в книге приводились и реальные факты из прошлого, призванные объяснить причины, по которым гильдия решилась внести такую магию в разряд запрещенных видов знания.

Ноги чесались сей же час рвануть к Измиру с просьбой освободить меня от изучения этой темы. Можно заодно и от диплома. С обязанностями хранительницы я и без него справлюсь, а от магии в моем исполнении пока ничего, кроме проблем, не получалось. В конце концов, когда все утрясется, можно будет подать в гильдию заявку, чтобы нам прислали нормального мага. Долине он не помешает.

Останавливало лишь то, что столь странную область изучения для меня выбрала бабушка. И явно неспроста. Пусть сейчас и выяснилось, что я ничего толком не знаю ни о ней, ни о себе, но в одном сомневаться не приходится: леди Ариадна никак не походила на чокнутую ведьму. Она точно знала, что и зачем делала.

Теперь об этом должна узнать и я.

Дверь с тихим скрипом отворилась, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Похоже, не одна я решила почитать на сон грядущий… Или уже правильнее будет сказать – с утра пораньше?

Пришедший легонько щелкнул пальцами, и все огромное помещение залилось ярким светом. Я раздраженно поморщилась. Показушник!

Не заметить меня он не мог, поэтому отсиживаться и дальше за шторой смысла не было. Я осторожно высунула нос из своего укрытия и, не сдержавшись, тихонько ойкнула. Вот леший! И за какие заслуги мне так везет?

Всего в нескольких шагах от подоконника, на который я забралась прямо с ногами, стоял магистр Измир и задумчиво поглаживал все так же заплетенную в косу белоснежную бороду. Вот это, называется, влипла! Ой, чувствую, сейчас что-то будет…

– Леди Ксения, – старый маг приветственно склонил голову, – рад обнаружить, что ваша тяга к знаниям столь сильна.

Я смущенно зарделась и поспешила принять вертикальное положение.

– Не спалось. К тому же посещение библиотеки для студентов ведь не запрещено, верно?

Если такой запрет и существует, всегда можно сделать вид, что я о нем ни сном ни духом.

– В особенности ночью и в отсутствие библиотекаря, – хитро усмехнулся директор Академии. Впрочем, это ни капли не помогло ему скрыть усталость, сквозившую в каждом движении. – Но буду честен, я сам отослал его и даже снял щит, на который вы так неосторожно нарвались.

– Зачем? – Моему удивлению не было границ.

Господин директор выдвинул из-за стола стул, тяжело опустился на него и смерил меня задумчивым взглядом.

– Ты должна была узнать, с чем в действительности имеешь дело.

Ну вот. Опять!

– Теперь я знаю. Что дальше?

Неприятно, когда с тобой играют, как кошка с мышью. Раздражение медленно нарастало. Да как он вообще узнал, что я решусь на ночную вылазку в хранилище книг?

Наверное, последний вопрос я все-таки задала вслух, потому что Измир ответил:

– Ариадна поступила бы точно так же. А ты ее внучка, как бы там ни было.

Медленный глубокий вздох помог мне взять себя в руки.

– Отлично. Может быть, теперь вы просветите меня, за какой нечистью я вам понадобилась? – Знаю, грубо. Но других слов для этого старого интригана просто не нашлось.

– Храбрая девочка, – скупо похвалил магистр, но взгляд его неожиданно стал жестким. – Надеюсь, присутствие духа не изменит тебе, когда ты окажешься в лапах Власа. Он ведь не только знал все те обряды, о которых ты недавно читала, но и регулярно их использовал.

При воспоминании о встрече с колдуном во сне мне поплохело. К горлу подступил противный ком.

– Впрочем, – уже совсем другим тоном продолжил господин директор, – если все закончится хорошо, я приму от вас диплом на любую тему.

Что будет, если все закончится плохо, я предпочла не выяснять. Уж что-что, а воображение у меня богатое.

Так, пора сворачивать этот разговор. А то вон уже руки дрожат, как у заправского пропойцы. Оглядевшись в поисках кота и не обнаружив рыжего проныры в пределах видимости, я решила последовать его примеру.

– И еще одно. – Бархатистый голос мага настиг меня уже на подступах к двери. – Передай своему властелину, что я все-таки не вечен. Когда-нибудь место директора Академии освободится, и у меня нет на примете более достойного претендента.

Ничего себе! Вот это новости! Я даже обернулась, чтобы взглянуть в лицо старому магу. Но ничего интересного не увидела: Измир выглядел очень спокойным и даже слегка отрешенным. Только очень уставшим.

– Алекс ни за что не согласится! – горячо выпалила я и шагнула к двери.

– А ты все равно передай, – настойчиво повторил Измир.

Я снова остановилась. Инстинкт самосохранения просто вопил, что надо побыстрее убираться отсюда, но какое-то непонятное чувство не позволяло перешагнуть порог. Не все еще сказано.

– Сколько тебе исполнилось, девочка?

Я опешила от такого вопроса и во все глаза уставилась на мага.

– Лет восемнадцать, не больше, – сам ответил он на свой вопрос. – У меня внуки твоего возраста. И знаешь, я не пожелал бы мужа-властелина для своей внучки.

– А директора Академии, значит, пожелали бы?

Ответа я дожидаться не стала и опрометью вылетела за дверь. Хватит на сегодня разговоров по душам. Если повезет, успею еще немного поспать, прежде чем Алекс всех перебудит и мы снова двинемся в путь.


Не успела дверь за спиной затвориться, как в тот же миг я очутилась в кольце сильных рук. Меня чуть приподняли, впечатали спиной в стену и очень недовольно поинтересовались:

– Я должен знать, где пропадала моя хранительница большую часть ночи.

Хорошо хоть «с кем» спросить не додумался.

Оправившись от испуга, я запрокинула голову и поймала взгляд мужа. И тут же застыла от неожиданности. Сердце, забыв о своих прямых обязанностях, пропустило удар.

В глубине серебристо-серых глаз властелина разгоралось алое пламя.

Это я еще молчу о том, что клыкастость так никуда и не делась, а лицо благоверного продолжало радовать взор темными пластинками-чешуйками.

Красавец, ничего не скажешь!

– Ты еще злишься? – тихо спросила я и осторожно провела самыми кончиками пальцев по чешуйчатой щеке.

Алекс вздрогнул. Потом со свистом втянул воздух сквозь сжатые клыки, перехватил меня покрепче и решительно припал к губам. Словно глоток воды сделал.

Сперва я, признаться, опешила. Все-таки раньше мой довольно сдержанный муж всегда контролировал эмоции. По крайней мере, старался. А тут… Мало того что накинулся, будто голодающий на мясное рагу, так еще и с клыками.

А клыки-то только с виду такие большие да острые. А так… Совсем не мешают. Я зажмурилась, прислушиваясь к обрушившимся на меня ощущениям. Мм… Приятно!

Властелин резко прервал поцелуй и отстранился. Я разочарованно закопошилась в его руках.

– Не на тебя, – хрипло выдохнул он и поставил меня на пол.

Ощутив твердую поверхность под ногами, я почувствовала себя увереннее. Кажется, на сегодня мы закончили. Жаль, конечно, но так оно даже лучше. Как бы мне ни хотелось намертво вцепиться в этого властелина и в ближайшую сотню лет никуда его не отпускать, не следует забывать, что сейчас не время. Влас на горизонте маячит. Завтра (то есть уже сегодня) вставать рано и вообще…

Мысленные самоуговоры помогли призвать себя к порядку и восстановить дыхание. А заодно и некое подобие спокойствия. Надо сказать, очень шаткое ввиду присутствия поблизости одной клыкастой персоны.

Но, как выяснилось, расслабилась я рановато. Глаза мужа окончательно приобрели алый цвет. Дыхание его участилось, а на шее бешено запульсировала жилка.

Я и рыпнуться не успела, как ворот рубахи затрещал в потемневших пальцах властелина. Вот же леший! Так никакой одежды не напасешься! Но, несмотря на волну негодования, по плечам разбежались предательские мурашки. Алекс рывком потянул разорванную рубаху вниз – ровно настолько, чтобы освободить изуродованное плечо.

– Но однажды Данута окажется в моих руках… – угрожающе предрек мой муж.

Перед глазами живо всплыла давешняя сцена с эльфом, на свою беду вздумавшим похитить Любу. Я невольно поежилась. Не позавидуешь мерзавке!

Когтистый палец скользнул по коже и осторожно обвел очертания клейма. С моих губ слетел удивленный возглас. Боги, что он делает? Вот уж не знаю, какие мысли бродили в седой голове моего благоверного, но в следующий миг я почувствовала, как место когтя занял язык. Шероховатый и чуть удлиненный. Который, впрочем, буквально на глазах принимал нормальные очертания.

Потом исчезли когти, а вслед за ними стала постепенно растворяться чешуя. Даже алый блеск в глазах померк, уступив место привычному серому цвету. Лишь клыки остались прежними.

Алекс наконец оставил в покое мое многострадальное плечо и снова накрыл губы поцелуем. Теплым, доверчивым, нежным. Я не без интереса поймала себя на том, что отвечаю, крепко прижимаясь к сильному телу и запутавшись пальцами в жестких серых прядях.

– Доверься мне, – едва различимо шевельнул губами муж, прервав на мгновение свою ведьмоугодную деятельность, и подхватил меня на руки.

Я прильнула щекой к его плечу и, не сдержавшись, дотронулась до вызывающе торчащего клыка. Пожалуй, будь на его месте кто-то другой, я бы как минимум испугалась, а так…

– Давным-давно, клыкастый мой!

Из глубины серебристых глаз снова выглянули алые искры.

– Ты знаешь… клыки у властелинов появляются не только в моменты ярости, но и… кхм… в более интимных ситуациях.

А за окном уже наступал рассвет.


Самое удивительное, что выспаться все же удалось.

Блаженно потянувшись, я нехотя разлепила глаза. В комнате было светло. Сквозь искусно разрисованное морозными узорами окно проникали солнечные лучи и щедро золотили все, до чего только могли дотянуться.

– Алекс просил передать, чтобы ты собиралась. – Лап запрыгнул на кровать, неспешно прошествовал вверх по одеялу и вольготно растянулся на примятой подушке. – Выезжаем после обеда.

Настроение было преотличнейшее. Хотелось кружиться по комнате и мурлыкать себе под нос какой-нибудь незатейливый мотивчик. И совершенно не хотелось никуда тащиться через заснеженный лес. Но деваться было некуда.

– И куда на этот раз мы направляемся? – решила просветиться я, видя, что никто другой информировать хранительницу не торопится.

– В гильдию.

Я так и села.

– Куда-а?!

Лап раздраженно вздыбил шерсть:

– Куда слышала. – И, обозрев выражение хронического непонимания на моем лице, добавил: – Что тебя так удивляет? Между прочим, Влас – это тебе не ардрадская парочка. Такой противник куда опаснее. Вот Измир и решил заручиться поддержкой остальных магов. И передал через Алекса письмо к Совету двенадцати.

Вот даже как.

– Что же он сам к ним не отправился? – Этот вопрос мне показался вполне оправданным. – До Акриса ведь рукой подать.

Старый интриган решил выехать на нас. Небось втихаря надеется, что Алекса посетит ностальгия по былым временам и он решит снова податься в маги. Интересно, это вообще возможно?

– Магистр еще на рассвете телепортировался в Старый лес, Фабиэля расколдовывать.

Хорошее настроение чуть померкло. На душе стало тревожно. Слишком уж быстро развиваются события. Если так будет продолжаться, то встреча с Власом не просто не за горами, а за ближайшим поворотом поджидает нашу компанию.

– Да эти маги нас даже слушать не захотят! – нервно воскликнула я и наконец заставила себя выбраться из-под одеяла. – Сам знаешь, как они относятся к властелинам.

Кот махнул лапой в ответ на мое беспокойство.

– Еще как захотят! Стараниями господина директора наш властелин по сей день формально является одним из магов. Кстати, ты знала, что твой супруг когда-то входил в число тех самых двенадцати? Да что там входил, до сих пор входит!

О боги! Кого вы послали на мою бедную голову? Что-то многовато тайн у этого властелина. Только успевай разгадывать.

Покончив с утренним туалетом, я принялась торопливо запихивать в сумку те немногочисленные пожитки, которые накануне вечером успела из нее достать. Но и это много времени не заняло. Нищему собраться – только подпоясаться.

И тут мою буйную головушку посетил один весьма любопытный вопрос. Покрутив его мысленно и так и эдак, я удивилась про себя столь позднему его появлению и осторожно скосила глаз на возлежащего на подушке кота. Ничего не подозревающий Лапус умиротворенно мурчал и явно намеревался вот-вот задремать.

Погоди ж ты у меня, рыжий прохвост! С небывалой для себя прытью я метнулась в сторону кровати и сцапала безмятежно мурчащего кота за упитанные бока. Тот недоуменно мявкнул и уставился на вконец сбрендившую хозяйку огромными желтыми глазищами. Но отпустить какую-нибудь колкость на тему более чем странного поведения не успел.

Я водрузила кота на стол, а сама опустилась прямо на пол, так чтобы оказаться с ним лицом к морде.

– Скажи-ка мне, дорогой друг, долго ты у леди Ариадны жил? – Уверенности в голосе явно недостает, но отступать я не намерена.

Кошак округлил глаза еще больше и принялся нервно бить хвостом по сторонам.

– Твоя бабка меня еще месячным котенком приютила, – наконец проговорил он. – Восемнадцатый год пошел. Для обычного кота это очень долго, а вот для ведьминого… сама понимаешь. Все зависит от желания хозяйки.

По моим нехитрым подсчетам, все совпадает.

– Стало быть, ты успел немало узнать о своей благодетельнице. И о ее внучке, ведь правда? – Под моим пристальным взглядом кот забеспокоился еще больше.

Да и саму пробрало, если честно. Перед глазами заплясали красные круги, в висках запульсировала боль, которая с каждым мгновением все нарастала. Пришлось вцепиться в край стола, чтобы не упасть. Это еще что за новости!

– Кто мои родители? – из последних сил просипела я, испугавшись, что если промедлю еще хоть миг, неожиданно возникший вопрос снова выветрится из головы. – Ты же знаешь, правда?

Голова болела так, что хотелось заорать в голос. Пальцы, конвульсивно сжимавшие столешницу, онемели и начали легонько покалывать, то ли от перенапряжения, то ли по вине бурлившей внутри силы.

Лап зашипел, распушился в рыжий комок шерсти и стал пятиться к противоположному краю стола. Желтые глазюки перепуганно сверкали.

– Попытаешься удрать – огребешь фаерболом между глаз, – подозрительно спокойно проинформировала я кота относительно дальнейших перспектив его рыжего существования. Голос был словно чужой.

В том, что силенок на колдовство хватит, сомнений почему-то не возникало. И правильно, у таких чокнутых, как я, сил обычно много.

Уж не знаю, что его впечатлило больше – голос, который звучал, как из бочки, или смысл сказанного, – но кот послушно замер и новых попыток к бегству не предпринимал.

– Про отца я не знаю, – медленно, будто специально растягивая время, заговорил Лапус.

Я утвердительно кивнула, подспудно чувствуя, что он говорит правду.

Из носа побежала теплая струйка.

– А мать твоя была ведьмой, как и бабка, – не замечая моего плачевного состояния, продолжал кот.

В общем-то неудивительно, кем же ей еще быть? Остается только догадываться, в кого же я такая бесталанная уродилась. При такой-то родословной.

– Нормальной, надеюсь? – горько усмехнулась я. – Не чета мне. Ты хоть раз ее видел?

И тут боль и магия наконец «заметили» друг друга. Я вскрикнула и рухнула на ковер. Вместе со столом, потому что пальцы разжать так и не удосужилась. И с котом, который, вконец ошалев от происходящего, не успел вовремя спрыгнуть с заваливающегося на бок стола.

Один бесконечный миг мне казалось, что выдержать бешеную схватку магии и боли выше моих сил. В глазах окончательно потемнело, на лбу выступила испарина. Чтобы хоть как-то отвлечься от сводящей с ума боли, я принялась исступленно царапать ковер, ломая ногти.

Боги, что же это такое?!

Надо позвать на помощь. Собрать последние силенки и закричать. Я знаю, у меня получится. Нужно только как следует испугаться. Хотя куда уж больше-то? Алекс услышит, почувствует, что с его хранительницей что-то не так. Уже, наверное, почувствовал. По крайней мере должен был.

Ободренная этой мыслью, я заставила себя открыть рот, но вырвался из него совсем не крик о помощи.

– Потерпи, девочка, уже недолго осталось. – На том, что я сказала это мужским голосом, я вообще предпочла не заморачиваться. Так ведь и до окончательного заворота мозгов недалеко. – Ты мне живой нужна. И желательно вменяемой.

Ну-ну. Себе, вообще-то, тоже.

В висках неприятно кольнуло. Тело в последний раз свело судорогой.

Невероятно, но боль действительно стала понемногу отступать – таинственный голос, вырвавшийся из моих уст, не солгал. Сперва медленно, по капельке, потом тоненькой струйкой, а потом… точно плотину прорвало. Вот она была, а вот уже и следа не осталось. Только слабость, мешающая подняться.

– Ага, нормальней некуда, – проворчал кот, насилу вылезая из-под стола и сердито встряхиваясь. – Появлялась она раза два. Я потом еще три дня с вздыбленной шерстью ходил!

До налившегося свинцом сознания смысл услышанного дошел далеко не сразу. А когда все-таки дошел…

– Ксения!.. – Дверь с грохотом распахнулась, являя перепуганного и опять клыкасто-чешуйчатого властелина. На этот раз еще и крылатого. – Тебя и на миг без присмотра оставить нельзя. Что у вас здесь за погром?

– Какого лешего это было? – присоединилась я к его вопросу и вопрошающе воззрилась на Лапуса.

Кот виновато прижал ушки и предусмотрительно отступил подальше от властелина.

– Кажется, ты только что одним махом снесла все блоки, которые годами ставила твоя бабка, – смущенно выдавил кошак.

Мы с Алексом понимающе переглянулись.

– В том-то и дело, что не я.

Властелин отшвырнул в сторону стол и крепко прижал меня к себе. Я судорожно обхватила его за шею и прикрыла глаза, вдыхая привычный травяной запах. Но даже несмотря на такую успокаивающую близость мужа, меня продолжала бить мелкая противная дрожь. Пережитый шок давал о себе знать.

С шелестом распахнулись крылья и обернулись вокруг моего дрожащего тела теплым живым коконом. Алекс горячими сухими губами скользнул по виску и зашептал что-то успокаивающее. Я благодарно ткнулась ему в шею и наконец позволила себе расслабиться.

Бедный. И за что тебе такая я досталась?

Глава 9

– Значит, теперь у меня не будет проблем с магией? – взволнованно спросила я, с надеждой поглядывая на властелина. – И я наконец смогу нормально колдовать?

Алекс не спешил с ответом. С самого момента отъезда он не произнес ни слова. Поглощенный своими мыслями, даже уступил место во главе процессии Габриэлю. Вряд ли того это сильно обрадовало, учитывая, что, помимо Линки, к нему в попутчики бесцеремонно навязался еще и Лапус. Но крылатый стоически терпел все тяготы переезда. Видно, уже предвкушал встречу с магами. Иначе с чего бы ему то и дело плотоядненько коситься на ханатту?

– Мечтать не вредно, – обломал все радужные планы на будущее вредный ангел.

– Это еще почему? – вмиг упавшим голосом спросила я.

Габриэль та еще язва, но, надо признать, все его выпады в конечном счете оказывались справедливыми. Я еще после памятного посещения села людоедов поняла, что к нему лучше прислушиваться. Да и в других случаях интуиция темного ангела нас еще ни разу не подводила. Взять хоть Дармира… Вот собачились они, собачились – и что из этого вышло?

– А ты у друга своего полосатого спроси.

Из сумки, притороченной к луке седла, послышалось весьма выразительное шебуршание, и через мгновение не стало видно даже выглядывавших оттуда кончиков рыжих ушей. Ага, спросишь его, пожалуй. Дохлый номер.

Кот вообще после давешнего разговора старался держаться от меня подальше. Не то все же чувствовал за собой вину, не то до сих пор опасался горячей встречи с обещанным огненным шариком. Кто его разберет.

Но Лап, видно, окончательно решил убедить нас в своей непредсказуемости, потому что из сумки послышалось приглушенное:

– Не будешь ты нормально колдовать. Никогда.

– Почему?

Как же мне все это надоело! Сплошные странности. Уже и шагу не ступишь, чтобы болезненно не наткнуться на какую-нибудь из них.

– Потому что, прежде чем поставить блоки, твоя бабка вытянула из тебя почти весь дар. Самую малость оставила, чтобы на нужные в быту заклинания хватало.

У меня глаза на лоб полезли от кошачьего заявления. Ну почему со мной вечно так? И за что?

– Старухе крупно повезло, что Влас добрался до нее раньше меня, – с ненавистью выдохнул Алекс, но быстро спохватился: – Прости.

Я равнодушно пожала плечами и уставилась на фиолетовый камень под лошадиными копытами. Главное сейчас – не думать об этом. И постараться не чувствовать. Иначе просто рехнусь.

Раздавленная глыбой реальности надежда робко шевельнулась на дне души и затихла. В конце концов я хранительница, и этого уже никто не изменит. Проживу как-нибудь и без магии.

Что же тогда так пусто внутри стало? Слезы так и норовят на глаза навернуться…

– У меня еще остались знакомые среди магов, – медленно проговорил властелин. – И некоторые очень даже неплохи. Если хочешь, можно показать тебя кому-нибудь из них. Все равно в Акрис едем.

Для полного счастья не хватает, чтобы меня разным магам показывали, как какую-нибудь зверюшку диковинную. Вот просто всю жизнь об этом мечтала! Спасибо, бабушка, удружила!

Но высказываться вслух я все же поостереглась – мужа пожалела. Он и так последние два дня весь клыкастый ходит. По моей, между прочим, милости. Только сейчас понемногу стал в норму приходить, а тут такое.

К тому же могу себе представить, чего гордому Алексэрту стоило это предложение. Лучше я просто покачаю головой, и закроем эту тему.

– Точно?

– Ксеньюшка права, – неожиданно поддержала меня Люба. – Что сделано, то сделано. Своим вмешательством вы только все испортите.

Если бы серые глаза моего благоверного умели метать молнии, бережиня уже свалилась бы под копыта лошадям.

– К тому же ты их целую вечность не видел. – Габриэль, как всегда, подошел к вопросу с чисто рациональной стороны. – Может, за это время твои знакомые успели спеться с Власом. Не стоит выдавать свои слабости кому попало.

Не признать правоту ангела было невозможно при всем желании, поэтому разговор завял сам собой за неимением встречных аргументов.

Монотонный стук копыт успокаивал, а мерное покачивание убаюкивало. Ох как бы опять в лесу не заночевать! Заходящее солнце уже выкрасило белоснежные изваяния деревьев в красное золото, а столица магов появляться на горизонте все не торопится.

– Далеко еще? – нетерпеливо спросила я и повернулась к властелину в ожидании ответа. На лесную ночевку я сегодня определенно не настроена.

– Прилично. До темноты вряд ли поспеем, слишком поздно выехали.

Я горестно вздохнула и постаралась сосредоточиться на чем-то другом. Разныться сейчас недоставало. Тогда не только кот, но и все остальные чего доброго от вконец расклеившейся меня шарахаться начнут.

Ладно, положим, с даром, вернее, его отсутствием, кое-как разобрались. Обидно, конечно, но претензии предъявлять уже некому. Точнее, есть, но, боюсь, на некромантию у меня силенок не хватит. Значит, надо прекращать скулить и пора начинать думать о более насущных проблемах.

Например, что я стану делать, встретившись с Власом? Или с Данутой? Да, на худой конец, хоть с Лунаей! Зная мое везение, можно с уверенностью утверждать, что это произойдет в самый неподходящий момент. Когда рядом не будет никого из друзей, чтобы защитить бестолковую хранительницу.

Да и не дело это, чтобы Алекс, отложив заботы о том, как затолкать мерзкого колдуна обратно в Замирье, носился со мной. Такая перспектива меня совсем не устраивает! Значит, надо срочно придумывать, что я сама смогу противопоставить врагам. Кроме чужой и подозрительно темной силы, сопровождаемой назойливым внутренним голосом, разумеется. Этот вариант меня тоже не устраивает. Все же, сражаясь со злом, совсем не обязательно опускаться до его уровня.

И тут сознание неожиданно кольнула догадка.

– Ты ведь много знаешь о магии, да? – осторожно начала я и покосилась на мужа в ожидании какой-нибудь реакции.

Та не замедлила последовать.

– Иногда даже больше, чем хотелось бы, – недовольно проворчал властелин. – Но помнится, мы договаривались, что вопрос магии для тебя временно закрыт.

Дальше последовала уже привычная познавательно-ругательная лекция об опасности чужого дара для непонятливой меня, перемежающаяся с отчаянными призывами стряхнуть наконец пыль с чувства самосохранения и хотя бы изредка использовать оное по назначению.

Я слушала вполуха, с большим вниманием разглядывая проплывающие мимо коричневатые сосенки, серебристые березки, вековые дубы. Передвигались мы не слишком быстро. Габриэль не спешил пускать своего коня в галоп, мы же покорно следовали примеру ангела как временного главы нашего небольшого отряда.

Из-за пышного, высеребренного инеем куста робко выглянул белоснежный заяц и с настороженным любопытством уставился на потревоживших его покой путников. Ни за что бы не заметила зверька, если бы не темные сверкающие глазенки.

Губы тронула невольная улыбка.

– Ксения! – ворвался в уши грозный рявк властелина. – Ты меня вообще слушаешь?

Пришлось в срочном порядке возвращать на лицо осмысленное выражение.

– Конечно же нет, – честно призналась я, невинно хлопая глазками. – Но, если хочешь, могу подробно пересказать весь твой прочувствованный монолог.

Спереди сдавленно крякнули. Возмущенный таким вопиющим безобразием властелин вперил пронизывающий взгляд в облаченную в черное спину. Да так, что у Габриэля промеж лопаток засвербело. Иначе с чего это крылатый так нервно плечами повел?

Вот что значит годы практики! Сохранять невозмутимое выражение лица больше не было сил, и я начала потихоньку подхихикивать. Через мгновение ко мне присоединились Линка с Габриэлем. Даже из оккупированной котом сумки донесся придушенный хрюк.

– Совсем от рук отбились, – мученически вздохнул Алекс и возвел глаза к безучастному небу. Которое, кстати, уже начинало темнеть. Или проблема ночлега сегодня волнует одну меня?

Я жалобно уставилась на хмурого мужа и заканючила:

– Может, выключишь ненадолго властелина? У меня к тебе вопрос. Или будет лучше, если я накинусь с ним на первого встреченного в Акрисе мага?

Алекс насмешливо фыркнул (наверное, представил картинку) и благосклонно кивнул:

– Ладно уж, горе луковое, спрашивай, что хотела. Но знай, рисковать своей хранительницей я не намерен. Ты слишком тяжело мне досталась, чтобы вот так просто потерять тебя из-за одного мстительного идиота, который никак не может успокоиться.

Можно подумать, я сама только и думаю, как бы вляпаться в очередные неприятности. Мне и так приключений в жизни предостаточно! Как связалась с одним властелином сероглазым, так они за мной буквально по пятам ходят, в нехилом таком количестве. Только успевай улепетывать.

– Ты когда-нибудь слышал про заклинание Острого Огня? – Понятия не имею, почему я вспомнила о нем именно сейчас. Просто слова, сказанные бабушкой перед смертью, вдруг стали казаться очень важными. И вообще в мыслях стало как-то… светло, что ли.

Может быть, виной тому сломанные блоки?

У Алекса глаза сделались квадратные от удивления. И не у него одного. Габриэль обернулся и с подозрением покосился на меня. Хм… Давненько я не наблюдала за ним такого вот взгляда. Наверное, с тех пор, как рассказывала историю своего появления в долине.

И что я такого спросила, чтобы это заставило крылатого поступиться своим принципам не просматривать ауру друзей?

– Я-то, положим, слышал, – наконец выговорил властелин и строго сдвинул седые брови. – Но вот где ты набралась подобной гадости?

– Бабушка собиралась рассказать мне о нем, но не успела, – честно призналась я.

Впрочем, властелина это ничуть не успокоило. Напротив, он лишь сильнее напрягся, как-то весь подобрался и стал похож на затаившегося перед прыжком зверя. Почувствовав скверное настроение хозяина, Дар нервно фыркнул и принялся прясть ушами.

– Знаешь, родная, – голосом, не предвещающим ничего хорошего, изрек мой благоверный, – с каждым твоим упоминанием о ней я все больше жалею, что не успел познакомиться с этой загадочной леди.

И не говори! Вы бы определенно нашли друг друга.

Но высказать эту мысль вслух я не успела. Бэгги резко шарахнулась вправо, едва не сбросив зазевавшуюся наездницу в сугроб, и мне пришлось изо всех сил вцепиться в поводья, дабы избежать этой печальной участи. К счастью, лошадка быстро успокоилась, и я все же осталась в седле.

Другие животные вели себя не лучше. Правда, сбросить всадников не пытались, но тем не менее заметно нервничали. Будто чувствовали приближающуюся опасность.

Я прислушалась, но никаких подозрительных звуков из леса не доносилось. Только свист ветра среди веток да потрескивание деревьев. Где-то очень далеко провыл одинокий волк. Вполне обычные для вечернего леса звуки. Внутренний голос на пару с интуицией тоже бессовестно помалкивали, предоставляя мне делать выводы самостоятельно.

Габриэль сосредоточенно вглядывался вперед. И что он там узрел? Я даже привстала на стременах, но в сгустившихся сумерках ничего толком разглядеть не смогла. Впрочем, ощущение опасности от крылатого не исходило. Скорее – сосредоточенного любопытства.

Примерно те же эмоции читались на лице властелина. Со скидкой на то, что мой супруг был явно раздосадован вынужденной остановкой и не считал нужным этого скрывать.

Постойте-ка… Остановкой?

Только сейчас до меня дошло, что мы давным-давно никуда не едем.

– Ксюша, организуй-ка какой-нибудь источник света, – не обращая внимания на недавний запрет властелина, попросил ангел.

Покосившись на мужа и не встретив возражений, я привычно взмахнула рукой.

Спорхнувший с пальцев светлячок бесстрастно высветил огромный валун, лежащий аккурат посреди дороги. Это что еще за шутка юмора?! Тоже мне Великий путь!

– Оригинальные здесь у них декорации, ничего не скажешь, – присвистнул Габриэль.

Алекс презрительно скривился и кивнул куда-то вбок, попутно разворачивая Дара. Я направила светящийся шарик в указанном направлении и едва сдержалась, чтобы не захохотать в голос. Совсем нервы никуда не годятся.

Среди деревьев змеилась узенькая тропинка. Подозрительно чистая – на ней не было ни снежинки. Именно туда уверенно свернул властелин. Мы, задумчиво переглянувшись, последовали его примеру.

Уже съехав с Великого пути, я заметила покосившийся указатель «Большая дорога».

Как поэтично… Или лучше сказать – комично?

Выстроившись цепочкой, мы не спеша двинулись вперед. Все же на большую дорогу эта тропка никак не тянет. По ней и в одиночку-то проехать затруднительно. Жесткие ветки больно хлестали по лицу, за шиворот беспардонно заваливались снежные комья, к тому же я постоянно боялась, что лошадь споткнется и сломает себе что-нибудь. Или мне. В общем не путешествие, а сплошное удовольствие.

Но сюрпризы на этом не закончились. Напротив, они только начинались…

Где-то неподалеку послышались стук копыт и разговоры. Прислушавшись, я уловила, что звуки становятся все громче. Судя по всему, две процессии двигались навстречу друг другу.

– Зато в лесу ночевать не придется, – невозмутимо сообщил властелин.

Но я его оптимизма не разделяла.

Еще немного – и навстречу нам выехала весьма колоритная группа. С десяток вооруженных до зубов мужчин. Судя по отсутствию характерных повязок – не наемники. Хотя… Если вспомнить, где мы находимся… Кем же им еще быть?

Компания подобралась разношерстная. От плечистых и волосатых мужиков, в которых явственно проглядывалась толика тролльей или орочьей крови, до субтильных юношей. Ни одного мага я не почувствовала. Хоть это радует.

Разбойники щеголяли цветастыми одеждами, пестрыми шевелюрами (Рудика бы точно удар хватил!), немереным количеством сверкающих драгоценными камнями украшений, сережками, торчащими из самых неожиданных мест, и золотыми зубами. От такого разноцветья рябило в глазах.

Может, я наконец свихнулась?..

Взгляд непроизвольно задержался на одном из них. Это был худощавый брюнет, смуглый, черноглазый, облаченный в голубой дорожный костюм. На плечи мужчины была небрежно наброшена рыжая шуба. А в правом ухе покачивалась золотая сережка с изумрудом.

В отличие от остальной компании брюнет вовсе не выглядел комично. И меньше всего походил на разбойника. Скорее на прогуливающегося аристократа. И плевать, что едва ли не ночью и в глухом лесу.

Я невольно залюбовалась темноволосым незнакомцем. Обалденный… Жаль только, что гад.

Тем временем красавчик уверенно выдвинулся вперед, из чего можно было сделать вывод, что он здесь главный. Ага, главный гад. Звучит!

– Ну, что ли, добрый вечер, родственнички, – белозубо улыбнулся брюнет.

Я еще раз окинула его заинтересованным взглядом и окончательно усомнилась в своих недавних выводах. Не тянет это чудо природы на разбойника в моем представлении. Не тянет – и все, хоть тресни!

Впрочем, судя по зверским оскалам на довольных рожах его дружков, вряд ли он просто проходил мимо.

– А ты, я смотрю, все дурачишься, – укоризненно покачал седовласой головой властелин, но в его глазах проблеснули веселые искры.

Так что же это получается, неужели они знакомы?

Подтверждая мою догадку, Алекс тронул поводья, заставив Дара сделать несколько шагов вперед, и крепко пожал протянутую руку.

Вот даже как? Я изумленно взирала на эту картину. Все чудесатей и чудесатей!

– Да вот, – скромно потупился парень, – развлекаюсь в меру сил своих. Злодействую потихоньку.

– А что же Измир? – Алекс уже откровенно усмехался.

И правда, странно как-то… Не может же господин директор смотреть сквозь пальцы на логово разбойников едва ли не у стен Академии! Или может?

– Бесится, – довольно заявил красавчик и дал отмашку своему почетному эскорту.

Вся колоритная группа испарилась точно по мановению волшебной палочки. Вот это я понимаю – авторитет!

Тем временем незнакомец наконец заметил меня, одарил чарующей улыбкой и принялся укорять моего супруга:

– Что же ты не предупредил, что женишься? Я бы хоть подарок прислал.

– Еще чего не хватало! – ужаснулся властелин. – Вслед за твоим подарком всенепременно бы явился его хозяин и обвинил меня в пособничестве разбойникам и перекупке краденого. Упаси боги от таких даров!

– Тогда хоть бы на свадьбу пригласил! – не желал униматься разбойник.

– Чтобы вы мне всю долину разнесли? – насмешливо фыркнул мой муж. – Нет уж, уволь! К тому же все получилось несколько… кхм… неожиданно.

Наблюдая за словесными баталиями этой парочки, я сама не заметила, как успокоилась. На душе потеплело, а все проблемы вдруг стали казаться такими далекими. Кроме совсем уж насущных: нестерпимо хотелось согреться, поесть и завалиться спать. Именно в таком порядке.

– Моя хранительница Ксения. – Властелин все же вспомнил о моем существовании. Потом коротко представил всех остальных.

– Филипп, – кивнул парень, продолжая очаровательно улыбаться. – Но лучше просто Фил. Прошу следовать за мной.

Наконец-то, я уже разве что не посинела от холода. И зубами не стучала из чистого упрямства.

Фил развернул своего жеребца и устремился куда-то в глубь леса. Судя по тому, как уверенно он продвигался вперед, разбойничий лагерь располагался здесь уже не один месяц, а то и год. И куда только маги глядят?

– А этот Фил мне определенно нравится, – заявила я, завидев невдалеке огни.

Нет, ну правда! Очень даже симпатичный разбойник. И глаза у него добрые, хоть и черные. И ни капельки не холодные, даже, наоборот, смешливые.

Думаю, мы подружимся.

Судя по тому, что никакой видимой реакции со стороны благоверного не последовало, он был со мной полностью согласен.

– Крыльями чувствую, от него будут проблемы, – не смог не добавить бочку дегтя в мою ложку меда Габриэль. Кто бы сомневался!

– Бедовый он, – чуть слышно отозвалась бережиня.

– Зато какой краси-ивый! – восхищенно протянула Линка и тут же спрятала покрасневшую мордашку в складках плаща ангела.

Никак не ожидавшая от мелкой подобного заявления, я на этот раз все же оказалась в сугробе.


Лагерь встретил нас четырьмя большими кострами, нестройным гомоном и запахом жарящегося на вертеле дикого кабана. Признаться, я ожидала чего-то более… впечатляющего, что ли. А тут ничего так, вполне себе уютненько.

Большая круглая поляна была тщательно расчищена от снега. Огромные мохнатые ели надежно скрывали вотчину разбойников от посторонних глаз и защищали от пронизывающих ветров. Рассевшиеся у огня мужики в ожидании ужина пытались что-то бренчать на гитаре. Выходило не очень. Предсмертные стоны несчастного инструмента покоробили даже мой не слишком притязательный слух.

Здесь же обнаружилось несколько шалашей из ельника, изнутри и снаружи тщательно утепленных звериными шкурами. В одном из них нам и предстояло провести ночь. Все лучше, чем под открытым небом, пусть и с охранными контурами, не позволяющими замерзнуть.

Магии в разбойничьем лагере не наблюдалось и в помине. Озадаченная ее отсутствием, я пристала с расспросами к Алексу и вскоре выяснила, что Фил, оказывается, ярый противник колдовства. Почему так, мне предлагалось спросить у него самого.

Разумеется, доканывать своим вездесущим любопытством обаятельного разбойника я не стала, но про себя решила быть поосторожнее. Мало ли как этот красавчик относится к магам. Доказывай потом, что я к этим господам могу быть причислена разве что с очень большой натяжкой.

Тьфу ты! Просто седая старина какая-то!

Переодевшись в сухое, мы пристроились к одному из костров и сразу же получили по жестяной миске, доверху наполненной золотистым рисом с кусочками мяса.

Я с энтузиазмом схватила источающую головокружительный аромат жестянку и в мгновение ока проглотила все до последней крупинки. Даже будь там яд, меня бы это навряд ли остановило.

– Как думаешь, почему Измир ничего не предпринимает против всего этого? – лениво спросила я расслабившегося и подобревшего властелина, красноречиво обводя рукой поляну.

Тот заметно удивился, что выражалось в уже давным-давно ставшем привычном жесте – чуть приподнятой брови.

– А что, по-твоему, он должен сделать?

Хм… И он еще спрашивает?

– Разве по законам Белтании за разбойничество не вешают?

Алекс добродушно усмехнулся и притянул меня поближе к себе:

– Вешают. Если поймают… Не думаешь же ты, что господин директор позволит устроить облаву на собственного сына?

– Сына?! – Я была поражена. – Не знала, что у Измира есть сын.

Впрочем, куда больше меня впечатлил род деятельности директорского отпрыска. Хотя чему я, собственно, удивляюсь? Старый маг – точно такой же человек, как и все мы, пусть и директор Академии.

– И даже не один, – рассмеялся над моей наивностью властелин. – С его старшей дочерью ты уже имела несчастье познакомиться.

Я старательно наморщила лоб, но ничего подобного припомнить так и не удалось.

– Точно? Что-то я запамятовала…

– Данута, – подсказал благоверный. – Правда, насколько я помню, у него есть еще одна дочь, но она тихо живет в Моренске и ни в каких мутных историях замечена не была. А Фил – самый младший. Он лишен дара с рождения, вот и чудит.

Но я уже не слушала. Подумать только! Данута! Мерзкая гадина, оставившая на моем плече отметину, – дочь магистра Измира! А я, как обычно, обо всем узнаю едва ли не последней. Обидно.

– А раньше ты не мог сказать? – Руки так и чесались отвесить ему хороший подзатыльник. Совсем совесть потерял!

– Мог, – невозмутимо сообщил властелин и попытался зарыться носом в мои волосы, но я уклонилась.

– Так почему не сказал? – зашипела я. Получилось не хуже, чем у гадюки, которой ненароком оттоптали хвост.

– Вот поэтому и не сказал.

Я досадливо скрипнула зубами, но продолжать этот бессмысленный спор поленилась. Властелин – это диагноз, притом неизлечимый. А в случае с моим благоверным, искренне уверенном, что он прав всегда и во всем, так и вовсе – приговор.

Наевшиеся и заметно повеселевшие разбойники принялись мучить несчастную гитару с удвоенным рвением. Пришлось в целях сохранения слуха как такового переместиться подальше от источника жутких звуков. Отгородившись от горе-музыкантов (гитара передавалась по кругу, но справиться с капризным инструментом пока не удалось никому) широкой спиной Алекса, я немного расслабилась. Взгляд лениво заскользил по поляне.

У соседнего костра несколько здоровенных детин терзали многострадальную гитару. Рядом играли в кости и азартно спорили о результатах. Тут и там слышались обыкновенные мужские разговоры: об оружии, о последнем набеге, о женщинах (которых, кстати, я здесь пока не видела), о бочонке доброго вина, который вчера удалось умыкнуть прямо из-под носа растяпы-возницы, следовавшего с обозом в Академию. Кое-кто очень тихо, чтобы, не приведи боги, не услыхал Фил, даже пытался рассуждать о магии. Иногда до меня доносились скабрезные шуточки и сальные анекдоты. Жизнь в лагере шла своим чередом.

Разбойники, и до того не внушавшие должного страха, теперь и вовсе воспринимались как старые знакомые. В глубине души уютным клубком свернулось чувство защищенности. Спокойно здесь. Будто и не в разбойничьем лагере находишься, а в собственной долине. Почти.

Пожалуй, я бы не отказалась от такого «эскорта» до самого Акриса. А лучше – пока не победим Власа. Может, подкинуть властелину мыслишку?

Быстрее всех сдался Габриэль. Видно, сказки о белоснежных и возвышенных ангелах, коротающих дни за музицированием и сочинением стихов, не на пустом месте возникли. Во всяком случае, судя по гримасе отвращения, прочно обосновавшейся на физиономии крылатого, пресловутый медведь его уши благополучно обошел стороной.

Ангел стремительно переместился к соседнему костру и бесцеремонно распихал разбойников, расчищая себе место. Те окинули его оценивающими взглядами и нарываться не стали. Молодцы, умные бандюги. Предусмотрительные.

Габриэль потянулся за гитарой. Мужикам уже и самим стало интересно, что же у него получится. А может, просто захотелось поглядеть на позор нахального гостя. В любом случае инструмент крылатому отдали без разговоров.

Внимательно оглядев протянутую гитару, ангел брезгливо поморщился (небось тоже ворованная!), но за неимением лучшего с азартом принялся подкручивать струны. Вся поляна, затаив дыхание, наблюдала за его манипуляциями.

Наконец с приготовлениями было покончено.

Тягучая, словно патока, мелодия окутала поляну черным бархатом. Густая, рычащая, но в то же время певучая, струящаяся. Романтичная. Я не понимала ни слова, но готова была поклясться, что ангел поет о любви. Его голос мягко обволакивал, ненавязчиво проникал в самое существо, порождая трепет.

Даже матерых разбойников с большой дороги (в самом буквальном смысле этого слова!) проняло, что уж говорить обо мне! Веки опустились сами собой, голова уютно склонилась к плечу властелина. А перед закрытыми глазами замелькали красочные образы, сменяя друг друга с головокружительной быстротой.

Я и вообразить себе не могла, что в душе чернокрылого бушуют такие чувства. На глаза стала наворачиваться предательская влага.

Музыка оборвалась неожиданно.

И воцарилась просто нереальная тишина. Я вздрогнула, лишившись такого манящего покрова из грез, и едва ли не силой разлепила глаза. И обнаружила себя уютно устроившейся у Алекса на коленях. Когда только успела, спрашивается.

Разбойники, казалось, и дышать-то забыли. Каждый боялся нарушить звенящее молчание первым и окончательно развеять остатки волшебного флера, окружившего нас в те минуты, пока пел ангел. И морды у них были до того просветленные, хоть сейчас стройным шагом к дознавателю и на виселицу.

Гибриэль задумчиво обвел взглядом круг поляны, неопределенно пожал плечами и, прихватив ханатту, скрылся в темноте. Видно, понял, что перестарался.

– Ты это… – осторожно царапнул меня по руке Лап, – прости меня.

Так, кажется, меня посетили слуховые галлюцинации… Я недоверчиво воззрилась на кота в ожидании хоть какого-нибудь подвоха. Но его не последовало. Напротив, рыжая моська выглядела до того разнесчастной, что даже мое переполненное обидой сердце дрогнуло.

В конце концов этот полосатый прохвост – мой друг. А друзей иногда приходится прощать. Нет, по-хорошему, конечно, следовало дуться долго и правдоподобно, дабы его рыжая совесть окончательно пришла в рабочее состояние, но ведь все равно придется мириться. Так что здесь без вариантов.

Я осторожно погладила кошака, а потом и вовсе сгребла упитанную тушу в охапку и прижала к груди, бессовестно зарывшись замерзшим носом в пушистый мех.

– Надеюсь, секреты у тебя закончились, – вполне мирно выдохнула я, перекрывая раскатистое урчание. – Потому что если нет – одним огненным шариком ты у меня не отделаешься.

Не забыть бы сказать Габриэлю, что его крылатой персоне цены не будет в тайной службе какого-нибудь короля. Вы только представьте! Одну песенку сбренчал, и все во всем мигом признались, раскаялись и воспылали желанием понести заслуженное наказание. С такими талантами никакой ханатты не надо!

– Острый Огонь – одно из сильнейших заклятий на крови, – медленно, словно все еще раздумывая, стоит ли вообще возвращаться к этой теме, выговорил Алекс.

А вот это уже занятно! Я встрепенулась, сбросила с себя остатки расслабленной неги и принялась жадно ловить каждое слово бывшего мага. Интуиция подсказывала, что он может рассказать куда больше, чем энциклопедия, мирно лежащая на дне безразмерной сумки. Если захочет.

– Оно полностью испепеляет противника, но перед этим вытягивает из него все жизненные силы и отдает их хозяину. Жуткая мерзость. Надеюсь, тебе не надо объяснять, что оно давным-давно запрещено?

Пфе… Я отрицательно мотнула головой. Страшно даже подумать, до чего надо дойти, чтобы опуститься до такого.

– А ты… – Инстинкт самосохранения был категорически против, но не спросить я не могла.

– Я – нет, – успокоил меня властелин. – Но зато Острый Огонь был любимым заклинанием Власа. Впрочем, судя по тому, что осталось от ардрадского посыльного и твоего дома, где вы жили с Ариадной, за прошедшие полвека мало что изменилось.

Грядущая встреча обещает быть недолгой.

– Постой-ка! – Я вскочила и принялась нервно вышагивать подле костра – так думается легче. – С посыльным все относительно сходится, хотя я в упор не понимаю, чем он помешал колдуну. Но как Власу удалось уничтожить мой дом?

Властелин устало потер виски и невидяще уставился на огонь. Этого не знал даже он.

Какое-то время я безмолвно разглядывала отблески пламени в серых глазах. Расцвеченная бликами, радужка отливала красным. Казалось, что огонь не отражается, а горит в зрачках.

– Думаю, скоро у нас будет возможность спросить его лично, – наконец проговорил Алекс.

Ага, вот только возможность прочувствовать ответ на своей шкуре меня совсем не вдохновляет.

Всеобщее оцепенение давно спало, и жизнь в лагере закипела с новой силой. Местные обитатели вернулись к прерванным занятиям. Правда, терзать несчастную гитару больше никто не пытался. Поняли бандюги, что с ангелом им не сравниться. Зато наиболее активные решили поразмяться на сон грядущий и обнажили мечи. Вернувшийся Габриэль поддержал эту затею обоими крыльями, и теперь на поляне стоял такой лязг – хоть уши затыкай.

Впрочем, Линке, мирно посапывающей на коленях у бережини, это нисколько не мешало. Да и меня уже тянуло забраться в выделенный нам шалаш и последовать ее примеру.

Но все планы на отдых наглым образом обломал Фил. Красавчик вырос прямо передо мной, точно из-под земли. Понятия не имею, где его носило все это время, вот только голубой костюм успели сменить золотистые одежды, а сам разбойник выглядел подозрительно отдохнувшим. Хорошо ему!

– Ну что, родственнички, поговорим?


Пригнувшись, я нырнула под прикрывающую вход шкуру… да так и замерла в нелепой скрюченной позе и с приоткрытым от удивления ртом. Ох ничего ж себе! Хорошо нынче живут лесные разбойники!

Небольшой с виду шалашик из еловых лапок на поверку оказался просторным домом. Видно, неприязнь Фила к колдовству оказалась не настолько сильной, чтобы отказывать себе в привычных удобствах. А в том, что обаятельный разбойник привык жить в роскоши, сомневаться не приходилось. Сын директора Академии как-никак!

Вот я и созерцала в немом изумлении помещение, буквально ослепляющее блеском золота. Аляповато, конечно, да и не факт, что не иллюзия, но зато вполне в духе этого шалопая.

Меня настойчиво отодвинули с прохода, и из-за шкуры, с этой стороны выглядевшей как дубовая дверь с бронзовым орнаментом, появился слегка встрепанный Габриэль. Вслед за ним показались Люба и потирающая заспанные глазенки Линка. Непонятно ведь, с кем именно и о чем собрался говорить Филипп. Вот они и решили не отставать.

Ангел прошелся взглядом по сверкающей комнате и скептически фыркнул, но высказаться не успел.

– Даже изгнанный и облаченный в лохмотья король остается королем, – высокомерно заявил хозяин сверкающих апартаментов. Впрочем, сам тут же не выдержал и громко рассмеялся. И, повернувшись ко мне, с почти детской непосредственностью спросил: – Ну как? Нравится?

Я внимательно оглядела расшитые золотом «лохмотья» и весь остальной антураж и пожала плечами. Со сверкающими безделушками здесь явный перебор.

– Скажи-ка мне, позер несчастный, – властелин опасно сузил глаза, – Измир хоть в курсе, что его малолетний оболтус основательно пощипал хранилище артефактов? Или, может, он сам тебе отдал мейсы? [3]

Парень мгновенно погрустнел. Все-таки властелин – он и в чужих владениях властелин. Себя так легко не переделаешь. А нарываться на неприятности молодому разбойнику не хотелось. Особенно памятуя о былых «подвигах» моего благоверного.

Получить по шее Фил вряд ли боялся, а вот магии – весьма. Не боялся, просто опасался. Но настолько, что это уловила даже я.

И правильно, на Алексе ведь не написано, что с колдовством он покончил раз и навсегда. Пусть побаиваются, целее будем.

– Как же, даст он! – принялся страдальчески вздыхать разбойник. – У этого старого хрыча монетки медной не допросишься, пока сам не украдешь!

– Насколько я вижу, ты и без его подаяний не бедствуешь.

– Все сам, все сам! – Фил широким жестом обвел помещение. – Здесь ограбишь, там украдешь. Только тем и перебиваюсь.

Меня уже заметно потряхивало от смеха. Вот же шут гороховый!

– Ты давай выкладывай, что тебе нужно. – Властелина уже начали утомлять картинные стенания разбойника. – Нам завтра вставать рано.

– И кстати, – совершенно не к месту встряла я, – что это ты к нашему семейству примазываешься? Уже во второй раз, между прочим.

Фил пристально оглядел собравшихся, кивнул своим мыслям и указал на мягкий диван и пару кресел под золотистыми накидками, предлагая устроиться поудобнее. Разговор обещал быть долгим.

– Я так и думал, что этот старый интриган в директорской мантии ничего вам не сказал! – непонятно чему обрадовался парень. – Совсем старик с головой не дружит. Его, наверное, еще во время инициации посохом бога Хисаэрта по черепушке приложили! – Причем так основательно, что даже на детях аукнулось. – Моя старшая сестра всегда была… эм… со странностями. Помню, еще в детстве такое откалывала!.. Родители с ума сходили. То кота материного гадостью какой-то вонючей намажет (три дня отмыть не могли, даже магия не взяла), то пыточную в подвале устроит. От Данки даже домашние призраки со скоростью заклинания улепетывали. А когда у нее дар пробудился, тут вообще все за головы похватались…

Уж не знаю, чего разбойнику хотелось больше: просветить нас об истинном положении вещей или напакостить любимому папочке (подозреваю, что все-таки второе), но несло его основательно. А я слушала. И каждое слово, сказанное Филиппом, тяжелым камнем ложилось на душу.

Прошли годы, и Данута из нелюдимой девочки выросла в прекрасную девушку. К тому же, несмотря на свои порой жестокие выходки, ведьмой она оказалась талантливой. Да и о папочке-директоре забывать не стоит.

От женихов отбоя не было. По словам Фила, даже племянник самого короля не смог остаться равнодушным к красоте молодой магички. Но все, невзирая на деньги и звания, получали в лучшем случае холодный и не слишком вежливый отказ. В худшем – какое-нибудь особо изощренное проклятие.

– Мой принц еще появится, – загадочно улыбаясь, заявляла девушка. – Из другого мира ведь путь не близкий…

И вот однажды она привела к Измиру странно одетого молодого человека. Незнакомец представился Власом и заявил, что давно мечтает попробовать себя в роли преподавателя.

Впервые старшая дочь просила его об услуге, и Измир не смог отказать. Решил приглядеться к колдуну получше. И даже смотрел сквозь пальцы на то обстоятельство, что он не только словно с неба свалился, но и умудрился каким-то непостижимым образом обойти гильдию, не получить звание ни магистра, ни даже заурядного мастера. А уж последнее-то присваивается каждому выпускнику Академии. Без исключения.

Однако такого студента господин директор, как ни старался, вспомнить не смог. Стареет, не иначе.

За следующие несколько месяцев новый преподаватель не дал ни единого повода для нареканий. Студентам нравился, да и дело свое знал отлично. Даже с самим Измиром мог посоперничать в силе. Единственный недостаток Власа заключался в том, что его полюбила Данута.

Этого Измир допустить не мог. Чтобы его любимая старшая дочь связала свою жизнь с непонятно откуда взявшимся колдуном без роду без племени? Никогда такого не будет!

Влас молча выслушал гневную отповедь несостоявшегося тестя и спокойно принял отказ.

А через год началась война.

– Данка послала всех к… в общем, далеко и сбежала с Власом, – горячо возмущался Фил. – И после этого у них еще хватает наглости утверждать, что это я – позор семьи!

– Все это, конечно, очень познавательно, – властелин задумчиво побарабанил пальцами по мягкому подлокотнику, – и несколько отличается от общеизвестной версии событий. Но будь так любезен, объясни, чего ради ты решил рассказать нам эту старую сказку?

Филипп плутовато улыбнулся, выдержал недолгую паузу, дабы иметь возможность насладиться нашими заинтересованными лицами, и наконец продолжил:

– Так вот, сбежала она, значит, а через год у них родилась дочь.

Тут уж я не могла не вмешаться:

– Знаю! Луная.

Черные глаза разбойника удивленно округлились:

– При чем здесь Луная? Мою племянницу зовут Ксения, и ты с ней знакома как никто другой.

Сердце пропустило удар. Это такая глупая шутка, да?

– Ну-ка повтори, что ты сейчас сказал, – очень тихо попросил Алекс. Серые глаза сделались совсем темными и напоминали грозовое небо. Разве что молнии не сверкают.

– Он сказал, что твоя хранительница – дочь Власа, – вклинился Габриэль. Видно, ангелу тоже опротивела довольная физиономия разбойника.

– Стойте! – закричала я, вскакивая. – Этого просто не может быть. С момента того, о чем нам сейчас рассказал Фил, прошло около двадцати лет. А мне только недавно исполнилось восемнадцать! Люба, ну скажи же им!

У меня сейчас было два желания: проснуться и провериться на наличие помутнения рассудка.

Бережиня покачала головой:

– Мне жаль, но этот мальчик сказал правду.

В глазах потемнело, и я снова плюхнулась на диван.

– Есть заклинание, производящее совмещение временных пластов, – пояснил Фил. – Когда Измир и Ариадна узнали о твоем существовании, они решили выкрасть тебя. Вроде как хотели защитить, но я бы на твоем месте не слишком в это верил. Маги, тем более эти двое, ничего не делают просто так.

Сердце обожгло болью. Вот, значит, как? Интересно, дар из меня вытянули тоже из благих побуждений?

– А чтобы Влас вас не достал, тебя и Ариадну перебросили в будущее. Недалеко, всего на пару-тройку десятков лет. Помню, заклинание всем Советом плели…

Боги, почему все это происходит именно со мной?

Под изучающими взглядами друзей сделалось неуютно. И нестерпимо захотелось смеяться. Тело затрясло… и из глаз брызнули слезы. Крупные капли обжигали щеки, скатывались вниз, к подбородку, и оставляли мокрые следы на темной ткани дорожного костюма.

Алекс поднялся и, не сказав ни слова, вышел вон. Я рванулась было следом, но была остановлена Любой.

– Не ходи за ним. – Женщина схватила меня за рукав, заставляя остаться на месте. – Лучше его сейчас не трогать.

Глава 10

Мир рухнул. Разбился о жесткую поверхность реальности. Разлетелся на сотни осколков и сложился заново.

Только это был уже совсем другой мир. Чужой. Враждебный.

Алекс так и не пришел. Я прождала его до глубокой ночи, не раздеваясь и не ложась в постель. Вздрагивала от каждого шороха, в надежде услышать скрип отворяемой двери или шаги. Каждый раз напрасно.

За окном мейса царил искусственный пейзаж. Лето, деревья в темной зелени и звезды. Такие крупные, что казалось, они висят прямо над головой. Протяни руку – и дотронешься.

И тишина. Иллюзорное окно не пропускало ни звука из реального мира.

Слезинка сорвалась с ресниц и прочертила на щеке кривую дорожку. Сердце жгла обида. Ну почему это происходит именно со мной? В конце концов так просто нечестно!

«Не смей киснуть, – возмущенно прошипели в самом дальнем закутке сознания. – Он не стоит твоих слез».

Явился! Даже соскучиться не успела.

– Стоит, – упрямо возразила я, но реветь передумала.

Что ж теперь будет-то? И представить страшно. Алекс не потерпит рядом с собой дочь злейшего врага, пусть даже она ему трижды хранительница. Это властелин дал ясно понять уже сейчас. Выкинет из долины. И из жизни…

«Так не лучше ли самой уйти, пока тебя не вышвырнули, как паршивую дворнягу?» – снова ожил голос.

Я закусила губу и крепко зажмурилась, стараясь удержать рвущуюся наружу панику. Только не сейчас!

«Ты подумай, – разливался соловьем невидимый собеседник, – всего несколько шагов – и полная свобода! Никто тебе не указывает, никто не запрещает колдовать и не жужжит в уши о постоянной опасности».

Ага, а еще никто не защитит в случае чего. Не поддержит. Не прочитает очередную нудную нотацию.

«Трусиха! Где твоя тяга к приключениям?»

– Атрофировалась. За последние несколько месяцев у меня этих приключений столько было – до сих пор не верится, что жива осталась.

Со сдавленным шипением я сползла на пол и уткнулась лбом в колени. Кажется, на этот раз влипла по-крупному. Подсказал бы еще кто, где искать выход из этой бредовой ситуации.

Хотя… кто-то только что подсказал.

«Прекращай себя жалеть и быстро уходи отсюда! – потерял терпение непрошеный советчик. – Имей смелость принять хотя бы одно самостоятельное решение в жизни!»

Надо же, какие мы настырные! И зачем это, интересно, тебе так хочется увести меня из лагеря?

– Заткнись, – невежливо буркнула я и усилием воли в самом деле заставила его замолчать. – И не мешай думать.

«Что тут думать? – Голос звучал почти неразличимо. – Сматываться надо!»

После чего в мыслях наконец воцарилась долгожданная тишина.

Что ж, если я собираюсь что-то предпринять, следует сделать это сейчас. Потому что потом может быть уже поздно.

Первым делом стоит убедиться, что все спокойно. Я осторожно выглянула из теплого укрытия. Вокруг было темно и очень тихо. Лагерь спал, и вместе с ним, казалось, задремал весь лес. Ни единого шороха не пробивалось из-за огромных елей, почетным караулом окруживших поляну.

У единственного оставшегося гореть костра сидел властелин и с задумчивым видом шевелил палкой угольки. Сердце болезненно сжалось. На глаза снова навернулись слезы.

Неужели это конец?

Верить в подобное не хотелось. Я упрямо тряхнула головой, сгоняя уже выступившие слезы. Не сейчас. Надо собираться, если хочу уйти до рассвета.

Видно, лимит неприятностей на сегодня был уже исчерпан. Первое, что я обнаружила, заглянув в сумку, – энциклопедия. Да и нужное заклинание отыскалось на удивление быстро. К чему бы это?

Здесь я, конечно, перестраховывалась. Разбойники и так десятый сон видят. И какое им дело до вздумавшей прогуляться посреди ночи меня? Правильно, никакого. А вот объяснений с властелином хотелось бы избежать.

Слова полились сами собой, и в текст подглядывать не пришлось. Капризный резерв не сопротивлялся. По ощущениям, так и вовсе помогал.

Как интересно… Я торопливо договорила последнюю строчку и впитала лишнюю энергию. Все, теперь можно идти.

Укрытый сонным пологом лагерь казался мертвым. Если верить энциклопедии, у меня есть как минимум сутки, чтобы убраться отсюда подальше. Правда, с трудом верилось, что по прошествии указанного времени меня станут искать.

Ладно, об этом лучше не думать.

Отвязав Бэгги от коновязи, я взгромоздила на нее сумку, но сама забираться в седло не спешила. Ноги упорно не желали лезть в стремена и так и норовили увести хозяйку в противоположную сторону. И я подчинилась. Никогда не была способна запретить себе сделать глупость.

Догорающий костер разукрасил лицо властелина причудливыми тенями. Алекс беспокойно метался во сне. На мгновение мне даже показалось, что сейчас он проснется, схватит бестолковую женушку в охапку и никуда не отпустит. Но заклинание действовало безотказно. Даже на него.

Пальцы осторожно коснулись серых прядей, потом соскользнули на щеку, оставляя за собой чешуйчатую дорожку. Я медленно, стараясь запомнить, вдохнула легкий травяной запах.

Руку обдало жаром, и в темноте блеснуло появившееся кольцо. Не обращая внимания на боль, я улыбнулась, смахнула набежавшие слезы и попыталась стянуть его с пальца. То неожиданно поддалось.

Ошеломленная внезапным успехом, я не сразу заметила кота. Лап устроился неподалеку и с укором сверкал на меня горящими в темноте глазюками.

– Не знаю, как вы, люди, а мы, коты, так с друзьями не поступаем, – осуждающе сообщила моя рыжая совесть. – Он любит тебя.

Я вздрогнула, как от пощечины.

Кольцо соскользнуло в руку властелина.

– Он меня не простит.

– Вот дура! – выплюнул Лапус и выразительно постучал лапой по лбу.

Но спорить с котом настроения не было.

– Мы уезжаем, – бросила я, направляясь к лошади. Тоже мне самый умный нашелся! Можно подумать, я сама в восторге от того, что приходится тащиться неизвестно куда посреди ночи. Но делать нечего. Странный голос прав, лучше уйти самой, пока не выставили. Да и интуиция упорно нашептывает, что это будет не напрасно.

– Я с тобой не иду, – раздалось из-за спины.

Кошачье заявление заставило меня остановиться. Нет, ну что за день, а! Еще и этот показывать характер надумал.

– Лап… – Но кота в пределах видимости уже не было.

Удрал. И даже хвостом на прощанье не помахал.

Я забралась в седло и решительно дернула за поводья, направляя свою лошадку прочь из разбойничьего лагеря. Впереди плыл пузатый светлячок, освещая узкую тропку.

– Ксения…

От легкого шороха, отозвавшегося в ушах до боли знакомым голосом, поводья чуть не вывалились из рук. Я с надеждой обернулась.

Лагерь по-прежнему спал. И властелин тоже. Я крепко сдавила коленями лошадиные бока.

Показалось, наверное…


Просыпаться было тяжело. Мало того что глаза категорически не желали открываться, так еще и голова просто раскалывалась, а во рту был такой вкус, будто из сточной канавы хлебнул.

Насилу приняв горизонтальное положение, ангел нашарил ханатту и, пошатываясь и ругаясь, выбрался из мейса.

– Ксюшка, хорош дрыхнуть! – заорал он. – Ну-ка наколдуй мне что-нибудь исцеляющее. А желательно еще и протрезвляющее, хотя убей – не помню, когда это я успел напиться!

Холодное зимнее солнце уже клонилось к закату. А на всю поляну раздавался дружный раскатистый храп. Крылатый удивленно присвистнул и быстрым шагом направился к сидящему у потухшего костра властелину.

– Ее нигде нет, – растерянно развел руками тот. – Вот ведь неуемная! И куда понесло? Одну! Давно не огребала?!

Габриэль ошалело уставился на друга:

– Как – нет? Ты уверен?

Алекс утвердительно склонил голову и принялся задумчиво вертеть в пальцах тонкое золотое колечко. Еще бы! Конечно же он уверен.

– Но хуже всего то, что я ее совершенно не чувствую.

– Да… дела…

По уму, следовало еще вчера предположить, что неугомонная хранительница что-нибудь выкинет, и глаз с нее не спускать. Но дельные мысли, как известно, приходят чаще всего именно тогда, когда в них уже нет надобности.

Это ж надо, весь лагерь заколдовала!

– Властелин! – На поляне появилась бережиня. Вид у нее был слегка потрепанный, даже полубогине толика заклятия перепала. – Больше медлить нельзя, пора выезжать.

Алексэрт неспешно поднялся, окинул женщину сумрачным взглядом и тихо спросил:

– Где моя жена?

Топтавшаяся за ее спиной Линка поспешила переметнуться поближе к ангелу.

– Мне плевать, что тебе не позволено читать книгу вслух! Найди мне ее!!!

Бережиня печально улыбнулась. На самом деле строгого запрета на помощь смертным не было. Просто людям, как, впрочем, и нелюдям, свойственно учиться лишь на собственных ошибках. По-другому до них не доходит. Вот и не стоит мешать им эти ошибки совершать.

– Уже, – кивнула женщина. – Ксеньюшка в безопасности. Но где именно, я скажу после того, как мы побываем в гильдии. И так уже задержались.

Властелин устало вздохнул и попытался взять себя в руки. В чем-то бережиня права. Надо спешить. Если выехать прямо сейчас, есть шанс добраться до Акриса раньше, чем закроются городские ворота.

Но боги, как же трудно мыслить здраво, когда единственному дорогому тебе существу угрожает опасность! Чем она вообще думала? Неужто не понимает, что они здесь все с ума сходят?

Теплая рука, опустившаяся на плечо, заставила властелина вздрогнуть.

– Я знаю, что в последнее время твое доверие ко мне под большим вопросом, – осторожно начала Люба. – Но поверь, с ней ничего не случится. Ничего непоправимого.

Он не ответил. Молча кивнул и направился к лошадям. Оставаться здесь дольше не было смысла. Друзья поспешно последовали за ним.

– Эй, стойте! – донесся вдогонку крик Фила. Мгновение спустя разбойник и сам появился в поле зрения, на ходу застегивая сюртук. Вслед за ним семенил здоровенный детина, услужливо придерживая шубу господина. – Я с вами. То есть мы.

Друзья обменялись удивленными взглядами.

– Это еще с какой радости? – полюбопытствовал ангел. Эксцентричный сынок директора Академии его раздражал.

– Последние мозги сквозняками выдуло? – вторил ему Алексэрт. Только возжелавшего приключений недоросля ему сейчас недостает! Можно подумать, своих проблем мало.

Филипп, казалось, нисколько не обиделся. Покончив с одеванием, молодой человек кивнул своему сопровождающему. Тот словно этого и ждал. По лагерю пронесся такой свист, что у гостей с непривычки уши позакладывало и на глаза навернулись слезы.

– Зря вы так. – Фил с укором поглядел на властелина. – Я, между прочим, помочь хочу.

Вокруг меж тем развилась кипучая деятельность. Мужики вскочили как по команде (хотя почему «как»?) и принялись суматошно носиться по поляне, одеваясь и собирая оружие.

Габриэль не без интереса поглядывал на все это лишь на первый взгляд хаотичное действо. Надо же! По сосредоточенным лицам бандюг ни за что не скажешь, что еще несколько мгновений назад они находились под действием сонного полога. А неплохо мальчишка своих подручных выдрессировал!

– Спасибо, ты уже помог. – Властелин мрачно сплюнул под ноги и запрыгнул в седло.

Но Фил отступать не собирался. Быстро повторив маневр властелина, молодой человек пристроился в хвосте процессии. А вслед за ним и остальные разбойники.

Алекс с досадой скрипнул зубами и мрачно спросил:

– Зачем тебе это надо? Решил подложить упыря сестренке?

– Видишь ли, – смущенно кашлянул парень, зябко кутаясь в слишком широкую (не иначе как с чужого плеча) шубу, – я не хотел, чтобы все так вышло. Ну, с моей племянницей… Будем исправлять.

– Эту магичку беспокойную даже Влас вряд ли исправит, – хмыкнул Габриэль, выводя своего коня вперед.


С Великого пути я съехала при первой же возможности. И правильно сделала. Не успела моя спина скрыться в темноте, как послышался грохот тяжеленной кареты, сопровождаемый возгласами кучера, понукающего лошадей. И кому в такую рань не спится?

Узкая, но утоптанная тропка змейкой вилась среди деревьев и с каждым шагом уводила меня все дальше и дальше от друзей. Плывущий впереди светлячок озарял золотистым светом низко висящие ветки и торчащие из-под земли заледеневшие корни. Конечно, не бог весть что, но хоть без травм обойдемся. Если повезет…

Ехать в одиночку по ночному лесу оказалось страшно. Это в лагере, в окружении нескольких десятков мужчин, у меня смелости было хоть отбавляй. А тут… То волк вдалеке провоет, то сова ухнет, то ветка какая хрустнет, а у меня душа в пятки уходит и сердце колотится, как у загнанного зайца. Ничего не скажешь, героиня!

Сколько времени придется провести в седле, я могла лишь догадываться. Как и о том, когда же наступит долгожданный рассвет. Надеюсь, интуиция, подсказавшая свернуть именно здесь, была права и поблизости все же найдется какое-нибудь селение.

Хотя что я там буду делать, без денег и никого не зная? Ох сложный вопрос, однако.

В кошель властелина я не полезла намеренно. Знаю, глупость сморозила, но по-другому было никак нельзя. Не хватало еще, чтобы Алекс меня воровкой посчитал! Достаточно уже и того, что у его хранительницы родословная подкачала. Лишними грехами нам разживаться ни к чему. Ему небось и так даже вспоминать о бракованной женушке противно.

Вот я и не решилась стащить хотя бы пару монет. Да и ларец с драгоценностями предпочла оставить. Алекс ни за что бы не отдал их мне, если бы знал…

Насилу подавив очередной горестный вздох, я затолкала мысли о прошлом подальше. Сейчас надо в срочном порядке решать, что делать дальше.

Вариант с возвращением в Академию отпал сразу же. Оказаться во власти магистра Измира мне совсем не улыбалось. Особенно после того, что я о нем узнала вчера. Наверняка господин директор постарается использовать новообретенную внучку, дабы вправить мозги сбежавшему ученику. И плевать, какие у нас там отношения, ритуал соединения необратим. А значит…

Правильно, диплом мне уже не светит. Ну и леший с ним! Плакать по этому поводу не собираюсь.

Конечно, можно было бы прибиться к какому-нибудь селу и заделаться деревенской знахаркой… Но проблема с Власом от этого никуда не денется. Сомневаюсь, что мерзкий колдун отправится в Замирье по доброй воле. Стало быть, рано или поздно они с Алексом встретятся, и большой вопрос, кто выйдет из этой схватки победителем.

Нельзя этого допускать! Решение созрело мгновенно. На мое счастье, есть еще добрых полдня в запасе. А там… будь что будет! В конце концов от жизни властелина зависит целая долина, а я… Так он хотя бы будет знать, что я не такая, как они.

Поглощенная своими думами, я не сразу заметила, что тропка оборвалась, уткнувшись в небольшое селеньице. Три десятка дворов плюс хозяйственные постройки – ничего необычного. Разве что невысокое каменное строение, разместившееся ровно в центре села. Храм, не иначе. Вот только кому из богов принадлежит, определить не смогла. Даже несколько статуй, изображавших субтильного паренька с плутоватым взглядом, попавшихся на пути, мало чем помогли.

Разве что теперь я знаю – у них здесь наверняка есть не только маг, но и парочка жрецов. Какая прелесть!

– Откуда к нам такая красивая да одна? – не слишком вежливо поинтересовалась дородная тетка, по пояс высунувшись из окна. И мороз ей не помеха! – Негоже девице в одиночку по лесам шастать. Здесь у нас знаешь, сколько швали всякой околачивается? Коли просто ограбят – почитай, легко отделалась!

То-то, смотрю, ты не боишься к проезжим путницам цепляться! Мало ли кем я могла оказаться, а?

– Пускай попробуют. – Я гордо вскинула подбородок и беззвучно шевельнула губами.

С пальцев мгновенно сорвалась небольшая, юркая молния, неспешно преодолела разделяющее нас расстояние и, вдоволь покрасовавшись, стукнулась о теткин нос и разлетелась золотистыми искорками.

– Так ты никак ведьма? – выдала та, потирая покрасневший кончик носа.

– Ага.

Селянка просияла и, накинув на плечи цветастый платок, опрометью выскочила из дома. Хорошо хоть через дверь.

– Ой госпожа ведьма, – торопливо затараторила она, – нам вас сами боги послали!

Ну-ну. Разве что в наказание.

Значит, думать, как расплатиться за временную крышу над головой и завтрак, не придется. Вот и славно. А то я уже весь мозг сломала, соображая, что бы им здесь такого наколдовать, чтобы нерадивую ведьму потом мокрым веником не выгнали.

Оказывается, все гораздо проще.

Осмелев, я первым делом потребовала пристроить меня куда-нибудь отдохнуть, а желательно еще и накормить. Селянка к такой наглости отнеслась спокойно. Видать, привычная. Село ведь почти у самого Акриса находится, так что заезжие маги здесь наверняка частенько появляются.

– Завелся у нас пакостник, – вещала тетка, вызвавшаяся лично проводить меня до постоялого двора. – Крупного зла не делает, гадит по мелочи. Кур таскает, зерно подъедает. Корову мою напугал так, что она дня три не доилась. У-у-у, стервь!

Что-то подобное я уже слышала. Наверняка очередной мелкий бес развлекается. Или еще какая нечисть. Вряд ли что серьезное.

– Разве у вас своего мага нет? – спросило мое любопытство.

Не хотелось бы обзавестись неожиданным конкурентом.

– Отчего ж ему не быть? – удивилась тетка. – Есть, конечно. Еще по осени из гильдии прислали.

– И?..

– Так проходимец он! – возмущенно запыхтела провожатая. – Почитай, еще больший, чем та нечисть! Обращались к нему, так этот прохиндей нам такую цену заломил! Десяток шкодников прокормить можно.

Постоялый двор оказался совсем маленьким, но зато чистым. Для сравнительно небольшого села и это немалая роскошь.

Выскочивший нам навстречу хозяин – пузатый мужичонка с блестящей лысиной и маленькими цепкими глазками – внимательно оглядел меня и вынес вердикт:

– Десять золотых.

Я едва не присвистнула. И то лишь потому, что не умела. Денежная у меня, оказывается, профессия! Это если за вполне обыденную для магички работу столько платят, то сколько же…

– Пятнадцать, – решила рискнуть я. Интуиция подсказывала, что местный маг все равно запросил бы больше. – Плюс еда и какая-нибудь комната.

Мужик одобрительно усмехнулся:

– Тогда ты мне еще и амбар от крыс заговоришь. Ну что, по рукам?

Я согласно закивала.

Успешно выполнив свою миссию по сопровождению госпожи ведьмы до постоялого двора, тетка распрощалась и удалилась. А мужичонка, представившийся Енькой, повел меня устраиваться на новом месте.

С постояльцами сегодня было негусто, всего-то один мужик, вроде как лекарь, поэтому комнатка мне досталась вполне приличная. Вещи распаковывать смысла не было, посему я ограничилась тем, что бросила сумку возле шкафа, наскоро привела себя в порядок и потопала завтракать.

– А ты с нечистью-то справишься, девка? – забеспокоился Енька, выставляя передо мной дымящуюся миску.

Не знаю, как с нечистью, но с мелким бесенышем – точно. С такой ерундой паршивый наемник управится. И возьмет за свои услуги куда дешевле. Вот только вам я об этом сообщать не собираюсь.

– Не-эчисть, – протянула я, медленно выкладывая перед собой шейдэс. – Нечисть – это очень даже хорошо.

Мужик судорожно сглотнул и предпочел убраться от моего стола подальше. Сомневаюсь, что он понял, что это такое. Но клинок тьмы и без того выглядит впечатляюще. Я презрительно фыркнула и принялась за еду.


После завтрака и короткого отдыха (уснуть я так и не смогла) настало время отрабатывать монеты, часть которых уже весело звенели на дне кармана.

Начать решила с того, о чем имею хотя бы приблизительное понятие, и потопала в амбар. Бытовая магия, как правило, требует минимальных усилий, поэтому бабушка не гнушалась пристраивать меня к всевозможным домашним делам.

Стало быть, заговорить амбар от грызунов труда не составит. Дома же получалось. Хотя кто знает, почему у нас мышей не было… Может быть, дело вовсе не в заклинаниях, а в стойком кошачьем духе, которым пропах каждый угол моего прежнего жилища?

Эх, давно это было… Теперь уже кажется, что в прошлой жизни.

Раздумья закончились вместе с последним словом заклятия. Теперь на очереди шкодник.

Отыскать беса, если таковой здесь действительно имеется, будет несложно. Простенькое поисковое заклинание – и вот он, тепленький. Но вот как быть с нечистиком потом, представлялось с трудом.

Я мрачно покосилась на торчащий из-за пояса шейдэс и резко мотнула головой. Убивать точно не стану, пусть и хочется просто до жути испытать клинок в деле. Жалко бесенка. Поди такой же неприкаянный, хоть и нечисть. Усыпить? Тоже не вариант. Проснется ведь и опять шкодничать начнет. А меня шарлатанкой посчитают.

Значит, надо договариваться. Я кивнула неожиданно нашедшемуся решению и тихо выскользнула за ворота. Сперва надо оглядеться, а заклинание прочитать всегда успею.

Вскоре слух уловил хрупанье снега за спиной. Я замерла, прислушиваясь. Может, эхо моих шагов? Ага, как же! Стайка мальчишек неотступно следовала за мной, в надежде хоть одним глазком поглядеть на великую волшбу в исполнении госпожи ведьмы.

Только вас мне еще не хватало! Совсем страх потеряли. Никакого уважения к мастеру магии, пускай и несостоявшемуся.

Ничего, сейчас я вас разгоню! Только пятки засверкают! Вытащив из-за пояса шейдэс, я принялась самозабвенно вырисовывать на снегу ничего не значащие символы. Будет вам великая волшба!

– А теперь мне нужна кровавая жертва! – громко, чтобы все услышали, провозгласила я, с умным видом оглядывая получившиеся художества. Еще и клинком потрясла для пущего эффекта. Чтобы сомнений в моих самых жутких намерениях ни у кого не возникло.

Как они улепетывали!

Вот бы и с бесом все так же просто оказалось…

Я вымученно улыбнулась и убрала «ритуальное» оружие обратно за пояс. Пожалуй, если бы клинок тьмы обладал голосом (или его создатель находился где-нибудь поблизости), он бы всенепременно высказал нерадивой хозяйке все, что думает по поводу бездарного использования столь мощного артефакта.

А я что? Знал ведь, кому свою тьму доверяет…

Заклинание поиска сплелось на удивление быстро. И это при том, что времени попрактиковаться у меня не было. Возможности тоже, как-то не доводилось раньше. Пожалуй, в лучшие времена я бы всенепременно обрадовалась такой удаче, но сейчас… Сейчас мне доподлинно известно, что если тебе вовремя везет – значит, это кому-нибудь нужно.

Да и подозрительно оживившаяся «не моя» часть сознания лишь подтверждала эту мысль. Кажется, я наконец научилась вычленять чуждые движения разума. Жаль, что поздно.

Шкодник и вправду оказался бесом.

Совсем еще маленький нечистик походил на мохнатого зверька с остренькими ушками и забавной кисточкой на длинном хвосте. Пакостник спал, свернувшись компактным клубочком и пищаще похрапывая. Видно, не пришла еще пора охотиться. Или просто проголодаться не успел.

Какой же он все-таки милый! Прямо будить жалко. Эх, вот бы себе такого питомца завести! Ну и что с того, что нечисть? Подумаешь! Ведьма я или кто?

«Ты себе сперва дом заведи, – раздраженно прервал мои грезы внутренний голос, – а потом о питомцах думай».

М-да, тут он, пожалуй, прав… Я недовольно скривилась и снова обнажила клинок. Надо быстрей заканчивать с чужими проблемами и переходить к решению собственных.

Почувствовав поблизости нечисть, шейдэс как-то подозрительно оживился. Густая тьма непроницаемой дымкой заклубилась вдоль острия, которое удлинялось буквально на глазах. Приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы просто удержать оружие в руках.

Надо же какой самостоятельный! В кого бы это?

Бес сонно пошевелился, тоненько взвизгнул и поднялся на лапки. Видно, тоже почувствовал неладное.

– Не вздумай дать деру, – предупредила я. Интересно, он меня вообще понимает? – Все равно поймаю. Только тогда я уже не буду такой доброй.

Шкодник немного попятился и жалобно заскулил, но рыпаться не рискнул. Видно, все-таки понимает.

– Ч-чего ж-желает гспжа ведьма? – проблеял нечистик, с подозрением поглядывая на извивающуюся в моих руках тьму.

Признаться, я и сама неотрывно следила за шейдэсом. Так, на всякий случай.

– Чтобы даже лапы твоей в этом селе больше не было. И в близлежащих тоже, – потребовала я, выразительно поведя клинком. Тьма так и тянулась к жертве. И если бы не рука хозяйки, крепко сжимающая рукоять… – Иначе я использую его по назначению.

Бесеныш понятливо тряхнул головой и короткими перебежками стал пробираться к выходу.

Фу-х! Я обессиленно осела на дощатый пол. С мелкими делами вроде покончено. Теперь и про Власа подумать можно. Тем более что сонный полог уже наверняка развеялся.

Но расслабилась я рановато. Раздавшееся за спиной рычание заставило обернуться. И очень вовремя. Что-то тяжелое и теплое с силой впечаталось в грудь, опрокинув меня на лопатки. От неожиданности я выронила шейдэс, и тот откатился на несколько шагов.

Тьма шипела (или это все-таки был сидящий на мне бес?) и извивалась, но без моей помощи достать врага не могла. Вот же леший! Это надо было так вляпаться! Бес зарычал еще яростнее и обнажил неожиданно внушительные зубки. Мамочки!

Клычки клацнули у самой моей шеи.

Щелк… Свись… Чавк!

На лицо хлынула черная зловонная жижа, а у самого кончика носа промелькнуло лезвие меча.

– Правило номер один для практикующего мага, – бесстрастно проговорил до боли знакомый голос, – никогда не пытайся договориться с нечистью.

Спустя всего мгновение мертвый, мокрый и отчаянно смердящий бес был отброшен в сторону, а надо мной склонился спаситель, протягивая руку. В голубых глазах плескалось искреннее беспокойство.

– Ты?! – не то обрадованно, не то возмущенно выдохнула я. Но руку все-таки приняла.

– Хранительница ожидала увидеть кого-то другого? – слегка удивленно поинтересовался Дармир и осторожно подтолкнул ногой шейдэс. Кожа на сапоге тут же расползлась. Не понравилось клинку чужое прикосновение.

Честно говоря, да. Я имела глупость надеяться, что Влас явится за мной лично.

– Твоего хозяина. – Клинок вернулся на положенное ему место.

– У меня нет хозяина.

Дармир подобрал пучок прошлогодней соломы и принялся методично оттирать лезвие от склизких следов близкой встречи с бесом.

Я презрительно скривилась:

– А Влас, значит, твой добрый друг? Ну-ну. Ты, главное, не забудь, что дружба с ним, как правило, односторонняя. Очень скоро ты станешь им не нужен, и тогда…

Лекарь устало облокотился на меч и тихо проговорил:

– Знаю. Но пока я им еще нужен, я могу помочь вам. Так что не упрямься и дослушай меня до конца.

Помочь? Это он так шутит, наверное. Тоже мне благодетель выискался!

– Тина и Колин – твоих рук дело? – прямо спросила я, пока он не успел задурить мне голову окончательно.

Дармир поморщился и утвердительно кивнул. Хоть врать не стал, и то радует.

– Такая помощь мне не нужна.

– Поверь, я действительно хочу помочь, – настаивал мужчина. – И тогда хотел. Да, Алексэрт должен был умереть, но зато это могло спасти всю долину.

– И освободить место властелина для тебя! Интересно, как ты намеревался его занять?

Старый лекарь неопределенно пожал плечами:

– Ну… крылатому ведь предложили стать властелином Ардрады. Чем же я хуже?

Мне вдруг стало противно. Как же все, оказывается, было просто! В случае смерти Алекса Боллата могла надолго, если не навсегда, остаться без властелина. А тут он. Пусть без дара, но зато с опытом правления долиной.

А Алекс-то другом его считал. И не подозревал до недавнего времени, какую змею пригрел. Да уж, правду говорят: как бы хорошо не жил человек, ему всегда будет плохо. Вот и нашему лекарю оказалось мало быть одним из доверенных лиц властелина. Ему самому белую мантию подавай!

– Каковы бы ни были твои намерения, они не стоят жизни Колина. Ничьей жизни. Так что или веди меня к Власу, или убирайся к лешему. Даже в одном сарае находиться с тобой мерзко.

Осознав, что спорить со мной бесполезно, мужчина повернулся и, не сказав ни слова, скрылся в дверном проеме. Я так же молча последовала за ним.

Шли мы недолго. Из-за темноты, плотно окутавшей неширокие улочки селения, я не сразу сообразила, что конечным пунктом этой ночной прогулки является все тот же постоялый двор.

Енька встретил меня как родную. Еще бы, заляпанная кровью нечисти одежда как нельзя лучше свидетельствовала об успешном избавлении от шкодника. А главное, окончательном и бесповоротном.

Я на ходу кивнула хозяину, забрала оставшиеся монеты и, поспешно отказавшись от ужина, потопала вслед за Дармиром.

– Так Влас тоже здесь? – Лекаря я нагнала уже у своей двери. – Мог бы сразу сказать.

– Нет, разумеется. Что бы ему тут делать? Твой отец дожидается блудную дочь в своем прежнем доме, недалеко от Акриса.

Я разве что не зашипела от разочарования.

– Тогда чего ради мы вернулись на постоялый двор?

– Потому что где-то в твоей сумке лежит то, что поможет тебе до него добраться, – спокойно ответил этот подлый предатель.

Как я сама не догадалась-то?! Вот, оказывается, куда должен меня привести «Путь к себе». Ай да Луная!

Рука уже толкнула дверь, когда меня остановил вопрос:

– Может, все же скажешь, где их искать?

И облегчить тебе задачу? Вот уж нет.

– Понятия не имею. – Дверь со стуком захлопнулась прямо перед носом бывшего друга.

Даже не сомневаюсь, что он все равно найдет их. В конце концов ритуал соединения срока годности не имеет. Просто без меня Дармиру потребуется на это чуть больше времени. Вот и славно.

Расставаться с вещами было жаль, но тащить с собой сумку с милым сердцу добром, да еще и лошадь в придачу (животинку тоже жалко!), когда не знаешь, понадобится ли тебе все это, глупо. Останусь в живых – вернусь. Но что-то очень сомневаюсь, что Влас неожиданно воспылал ко мне родственными чувствами.

Прохладное серебро скользнуло по коже, заставив поежиться. Спокойно, Ксения, осталось совсем немного.

Я сделала глубокий вдох и соединила кристаллы.

Глава 11

Дыхание сперло, а глаза застлала густая пелена. Но всего на мгновение. Когда же зрение прояснилось, я обнаружила себя стоящей на каменном крыльце старого дома. На шее все еще болталась цепочка, но теперь она была не более чем украшением. Артефакт свое дело сделал, и магия покинула его.

Дом был самый обычный и ничем запоминающимся не выделялся. Двухэтажное строение из темного камня, кованые ворота, высоченный забор. Наверняка в округе найдется не один похожий. Зачем меня перенесло именно сюда? Почему не внутрь?

Неужто дают шанс одуматься?

Я резко тряхнула головой, разгоняя лишние мысли. Нет времени сомневаться. Да и других вариантов тоже нет.

Рука решительно потянулась к массивному кольцу.

В ожидании ответа я стала разглядывать прилегающий к дому дворик. Не то чтобы мне уж очень интересно, просто надо срочно чем-нибудь себя занять. Чтобы не так страшно было.

Кажется, когда-то здесь был сад… Но сейчас вокруг остро чувствовалась атмосфера запустения. Даже ночная тьма не могла ее скрыть. Мертвые, иссохшие деревья острыми когтями-ветками тянулись к небу, со стены паклей свисал некогда буйный плющ, а прямо у крыльца начиналось жидкое месиво из снега, грязи и мусора.

Может, артефакт ошибся и мне совсем не сюда?

Дверь приоткрылась с противным скрипом, загубив едва успевшую проклюнуться надежду. Вот так всегда! Того, кто стоял на пороге, я узнала сразу и непроизвольно поежилась. Надеюсь, не слишком заметно?

Райган выпучил глаза от неожиданности. Наверное, не каждую ночь к ним враги по собственной воле приходят. Еще и без оружия. Ведь шейдэс, надежно спрятанный под рукавом и льнущий к руке, словно ласковый котенок, не в счет, правда? Да и амулет, который я так и не отдала Алексу, тоже. Какое же это оружие? Так, милые сердцу мелочи, с которыми расставаться оказалось жалко.

Мои мстительные мысли прервал оклемавшийся от удивления оборотень. Одобрительно каркнув (в буквальном смысле этого слова!), он сграбастал меня огромными ручищами, закинул на плечо и поволок в темноту дома.

– Эй, поосторожнее там! – возмутилась я и изо всех сил лягнула этого невежу ногой. – Разве так дорогих гостей встречают?

Ворон на мою реплику никак не отреагировал, разве что перехватил поудобнее. Судя по всему, гости баловали этот дом своим присутствием нечасто.

Так мы миновали тесный захламленный холл и узкий коридор и оказались в просторном зале. Мерцающий портал освещал лишь небольшую его часть, остальное же пространство терялось в полумраке.

Это место я бы узнала из тысячи. Как и мужчину, откинувшегося в неудобном даже на вид кресле. Повела носом и лишь утвердилась в своих догадках. Ну здравствуй, Влас!

Так, теперь главное – сохранять спокойствие. В конце концов это не сон. Здесь второго шанса не будет.

– Опять ты приволок какую-то падаль? – хрипловато осведомилась Данута, выступая из темноты.

Теперь можно начинать бояться.

К горлу подкатил противный ком, тело прошибла крупная дрожь. Находиться в непосредственной близости от этой ведьмы было выше моих сил.

Все присутствующие словно по команде повернули головы. Кстати, народу здесь собралось намного больше, нежели в моем сне. В самом дальнем углу, забравшись в кресло с ногами, сидела Луная, тут же обнаружились тетушка Нилисса и нервно оглядывающийся по сторонам Даник. Семейство в полном составе! Разве что господина директора недостает.

– Госпожа… – Оборотень сделал попытку поклониться, но висящая на плече ноша сильно стесняла движения.

– Отпусти ее, идиот, – холодно велела ведьма, и я кулем рухнула на каменный пол. Тоже мне гостеприимство!

Хотя… надо признать, что наблюдать картинку в нормальном, а не перевернутом положении гораздо удобнее.

– Добро пожаловать, дочь, – негромко поприветствовал меня Влас, так и не соизволивший подняться с насиженного места.

Я сдавленно зашипела, в глазах потемнело от ярости. Да как он смеет! После всего!.. Не особенно задумываясь о последствиях, я подскочила, не обращая внимания на ноющую боль в ноге, рванула к благостно улыбающемуся Власу и от всей души плюнула ему в морду.

– Еще с осени мечтала!

Опешили все.

А я что? Или, может быть, дочери главного злодея положено вести себя как-то иначе? Ну так раньше говорить надо было, я же еще к новому статусу непривычная…

Первой отмерла Данута. Всем бы такую реакцию! Ведьма стрелой подлетела ко мне и отвесила звонкую пощечину. Хотела и вторую добавить, но Влас помешал, перехватив ее руку у самого моего лица.

– Не стоит, – мягко проговорил колдун, а я неожиданно для себя отметила, какой приятный у него голос. – Девочка не подумала.

Теперь уже челюсть отпала у меня. С чего это мы такие добренькие, хотелось бы знать?

Данута презрительно скривилась, всем своим видом показывая, что придерживается иного мнения в вопросах воспитания детей, но покорно отступила в сторону.

В голове кружились многочисленные обвинения, которые хотелось бросить ему, но язык словно прирос к небу. Собраться с мыслями никак не удавалось.

– Луная, устрой где-нибудь свою сестру. У нас не так много времени, – продолжал колдун. – Уверен, мой дражайший тесть уже справился с чарами, и этот языкатый дивный наверняка успел выболтать все, что знал. Да и до Лекса скоро дойдет, где именно я скрываюсь. Хотелось бы встретить его во всеоружии, поэтому ритуал надо провести как можно скорее.

Блондинка бесшумно скользнула ко мне и попыталась вывести вон из зала, но я не поддалась.

– Сестра? Статуя? Ритуал?

– Как много вопросов, – усмехнулся Влас.

А я между тем заглянула в его глаза (тоже ведь давно хотела!). Зеленые, как мои. Вопреки ожиданиям ничего необычного или хотя бы неприятного в них не было. Глаза как глаза. Разве что чуть насмешливые и безумно усталые.

К своему ужасу вдруг осознала, насколько мы похожи. Глаза, волосы, овал лица… Даже в манере держаться что-то проскальзывало.

– И я обязательно на них отвечу. Но не сейчас.

Луная тащила меня за собой все настойчивее, и я решила не сопротивляться. Заодно будет время подумать, как быть дальше.

Уже в дверном проеме я не утерпела и обернулась. Данута снова опустилась на пол у его ног, прямо как в моем сне. Пришлось сильно закусить губу. Может, хоть боль прояснит мысли… В душу неспешной поступью хищника закрадывались сомнения.

– Вы оба сумасшедшие! – обвиняюще выдохнула я, отчаянно надеясь остаться неуслышанной.

Ведьма нарочито медленно повернулась и вперила в меня свои страшные глаза:

– Нет. Только я.


В свете последних событий то обстоятельство, что в гильдии все прошло относительно гладко, казалось властелину как минимум подозрительным. И претензий к нему не предъявили (конечно, никогда не поздно, но все же), и помощь посильную пообещали, и даже на ночлег предложили остаться. Правда, от последнего Алекс предпочел отказаться. Провести ночь в этом гадючнике – то еще удовольствие.

К тому же ему было куда податься.

– Итак, – начал Алексэрт, едва за его спиной успела закрыться массивная дверь, – теперь я хочу знать, где находится моя жена. И попробуй только…

По вкрадчивым ноткам, явственно проскальзывающим в голосе властелина, было ясно: шутить он не намерен.

– Где-то совсем близко, – поспешно отозвалась бережиня. – С ней Дармир. Можешь не волноваться, он не даст Ксеньюшку в обиду.

Алекс так и замер с поводьями в руках. На миг бывшему магу показалось, что он сошел с ума. Или это бережиня без своего судьбоносного талмуда окончательно сбрендила. Да, последнее все-таки более вероятно.

– Что?! – прошипел мужчина. Руки так и чесались придушить ополоумевшую полубогиню. – И ты говоришь мне об этом только сейчас?

– Да не волнуйся ты так, – принялась увещевать Люба, на всякий случай отгородившись от взбешенного властелина лошадью. – Ничего с твоей хранительницей не случится.

Ему бы такую уверенность!

– Пока Дармир рядом, с ней может произойти все что угодно, – раздраженно возразил властелин. При мысли, что его Ксения сейчас неизвестно где, да еще и в компании этого мерзавца, темнело в глазах, а от его хваленого самообладания не оставалось даже воспоминаний.

– Он сумеет ее защитить! – горячо возразила Люба.

– Может, вы вообще заодно?

Бережиня задохнулась от возмущения и поспешно отвернулась, скрывая набежавшие слезы.

– Ты бы думал, что говоришь, – вмешался в их спор крылатый. – Я даже не представляю, каково тебе сейчас, но мы все переживаем за Ксюшу. А обижать Любу я не позволю.

Властелин скользнул безразличным взглядом по другу, которому вдруг вздумалось поиграть в благородство, и уже собрался было послать его к лешему, как откуда-то снизу раздался жалобный писк:

– Не ссорьтесь… – Линка легонько дернула мужчину за край плаща.

Это отрезвило. Что он делает? Вместо того чтобы хоть попытаться разыскать сбежавшую женушку, срывается на друзьях. Только перегрызться сейчас не хватало. С таким же успехом можно сразу идти к Власу сдаваться. Еще и пузырек с ядом прихватить, чтобы колдуну руки марать не пришлось.

– Даже не думали. – Алекс попытался улыбнуться. Это ж надо, еще и ребенка напугал!

– Ладно, хорош мостовую протирать, – ангел легко запрыгнул в седло и усадил впереди себя насупившуюся девочку, – нам еще на ночлег устраиваться.

Алекс привычно занял место во главе их небольшой процессии и тронул поводья. Вот только направлялся он вовсе не к ближайшему постоялому двору.

И что этой девчонке взбрело в голову? Куда ее понесло? Неужели сама не понимает, насколько это опасно?

Но больше всего властелина мучил вопрос «почему?». Он ведь специально старался держаться подальше от нее, пока бушевавшая в душе ярость не уляжется. Боялся обидеть ненароком – девочке и без того несладко. И что в итоге?

Вот ведь ведьма неуемная! Хоть бы денег взять додумалась!

– Поймаю – точно прибью, – мрачно предрек властелин, подстегивая Дара. Надо успеть миновать городские ворота, пока их не закрыли.

– Хочется верить, – фыркнул ангел и поспешил сменить тему: – Думаешь, успеем добраться до Академии?

Маловероятно, если учесть, что недолговечное зимнее солнце успело закатиться за горизонт.

– Нет.

– У меня складывается стойкое ощущение, что у тебя в каждой подворотне по знакомому сидит, – поморщился крылатый. Не знаешь уже, радоваться или огорчаться столь обширным связям властелина.

– Предполагалось, что я буду работать в гильдии. Стало быть, большую часть года жить в Акрисе. Глупо было бы не обзавестись здесь крышей над головой.

В свое время Алексэрт здраво рассудил, что, учитывая его близкую дружбу с Власом, жить в городе опасно. Слишком много посторонних глаз. Мало ли что? Пойдут слухи – даже покровительство директора Академии не спасет. Вот и купил неприметный домик за стенами города. И от гильдии недалеко, и в относительной безопасности.

К тому же тогда многие так поступали. Видно, не только молодому травнику было что скрывать.

Фил со своими разбойниками поджидал их у ближайшей развилки. Судя по довольным до противности физиономиям, эта компания времени зря не теряла.

– Что-то вы долго, – посетовал Филипп, пристраиваясь поближе к властелину. – Я уже околел весь.

Алекс равнодушно пожал плечами и пришпорил коня. Сейчас не до стенаний директорского балбеса. Надо как можно быстрее добраться до дома и связаться с Измиром, дабы обговорить хотя бы примерный план действий.

На службе в гильдии состоят лучшие поисковики. Властелин готов поспорить, что место, где находится логово Власа, будет известно уже к утру.

– Пришлось пообщаться с главой стражи. Что-то на дорогах небезопасно стало. Совсем от всяких преступных элементов спасу нет.

Молодой человек сдавленно крякнул и собрался было высказать все, что думает по поводу подобных шуточек, но…

– Я гляжу, вы тут опять кого-то грабанули?

Вот же… Откуда он узнал? Одно слово – властелин.

– Всего-то заезжего купчишку облапошили, – признался разбойник, подкидывая на ладони туго набитый кошель. – Сам виноват. Нечего ушами хлопать!

Алекс недобро покосился на измировского отпрыска, но промолчал. Не до него сейчас. Пускай старый маг сам со своим дитятком разбирается. А ему одной Ксении с ее ребячеством более чем достаточно.

– Вот именно, – подтвердил Габриэль.

Подброшенный в очередной раз кошель обратно так и не вернулся.

– Ах ты бессовестный ворюга! – взвыл Фил, пытаясь отобрать честно уворованное.

– От такого же слышу, – отмахнулся крылатый, убирая кошель подальше. Так оно целее будет.

А что, выгодное это дело – справедливость восстанавливать.

Вскоре с Великого пути пришлось съехать. Хорошо хоть дорога оказалась широкой и утоптанной – сказывалось соседство с крупным городом. Да и домики вдоль нее понатыканы частенько.

Наконец показался нужный. Небольшое каменное строение с черепичной крышей мало чем отличалось от своих собратьев. Для магов важнее удобство, нежели архитектурные изыски.

Прибывшие спешились да так и замерли, удивленно глядя на вольготно рассевшегося прямо на крыльце человека.

Габриэль выругался – беззлобно, но вдохновенно.

– Ты? – Алекс не поверил своим глазам. – Да как у тебя наглости хватило явиться?!

Лекарь демонстративно отбросил меч в сторону, всем своим видом показывая, что прибыл с миром:

– Я пришел, чтобы помочь. Ты знаешь, где сейчас твоя хранительница?

– Догадываюсь.

Ножи появились в руках властелина просто молниеносно. Находись поблизости Ксения, он бы наверняка трансформировался, а так… Пришлось использовать подручные средства.

Холодное лезвие в мгновение ока оказалось у шеи Дармира. Тот принялся отчаянно вырываться, но преимущество было явно не на его стороне.

– Как ты посмел отдать ее Власу? Подонок! Ты хоть понимаешь, что я с тобой сделаю, если с ее головы упадет хотя бы один волос? – У Алекса в глазах потемнело от бешенства.

– Выслушай его! – взмолилась Люба.

Но властелин ее не слышал. Тогда бережиня метнулась к сцепившимся мужчинам и всем своим далеко не маленьким весом повисла на руке Алекса.

– Не смей защищать эту мразь! У меня нет ни единой причины оставлять его в живых.

Крупная алая капля скользнула по шее лекаря и скрылась за воротом.

– А он твою Ксению пожалел… – решила прибегнуть к последнему аргументу перепуганная бережиня и не прогадала.

Властелин тут же ослабил хватку.


Это больше походило на сон. Я даже пощипала себя за руку, дабы удостовериться, что происходящее – не какой-нибудь затянувшийся кошмар. Ну что сказать – проснуться я, конечно, не проснулась, но неприятных ощущений себе добавила. Как будто без того мало было!

Комната оказалась самой обычной, правда, холодной до жути. И огонь не разожжешь – в камине ни щепочки. А без дров никакая магия не согреет.

Я обреченно вздохнула, проследила за облачком пара, вырвавшимся изо рта, и забралась с ногами в кресло. Надо срочно решать, что делать дальше.

Да так и задремала… Видно, мой организм к мыслительной деятельности совсем не приспособлен.

Проснулась уже на кровати. Осторожно пошевелилась, потом осмелела и от души потянулась, разминая затекшее тело. Вроде бы и выспалась, а усталость так никуда и не ушла. Плечи словно свинцом налились.

Зато тепло…

Тепло?! Я резко распахнула глаза. Так и есть – чья-то заботливая рука плотно укутала меня в одеяло.

Ну-ну. Я же им для ритуала здоровая нужна. Знать бы еще, для какого!

В кресле сидел Влас. Колдун устало откинулся на спинку и прикрыл глаза. Подавив неожиданно возникшее желание забиться в самый дальний угол, я приподнялась на локте и принялась разглядывать его. Пока есть такая возможность, надо пользоваться.

Со стороны посмотреть – обычный мужчина. Встретишь такого на улице – спокойно пройдешь мимо, а потом даже и не вспомнишь. Ни за что не подумаешь, что колдун, да еще такая сволочь.

В теплом свете камина он уже не казался столь бледным. Худой, правда… Может, это у нас семейное? Темные волосы разметались по плечам и почти сливались с черной рубахой.

– Ненавидишь меня? – буднично спросил Влас, не открывая глаз.

Я вздрогнула и поплотнее закуталась в одеяло.

– Сам-то как думаешь?

Колдун шумно вздохнул и наконец поглядел на меня.

– Так и думаю. – И после недолгой паузы добавил: – Хотя совершенно не понимаю, за что.

Тут уж я полыхнула здоровым возмущением:

– А за то, что ты уже несколько раз пытался меня убить, и сейчас, кажется, у самой цели, я тебе денежное вознаграждение выдать должна?!

Нет, ну где это слыхано? Он еще отпираться будет!

– Я? – вполне правдоподобно изумился Влас. – Тебя? Не было такого.

Так, спокойно, Ксения. У каждого психа своя программа.

– Как же, не было! А наемники на постоялом дворе? А Рогенда? Фабиэль?

– Ребята перестарались, – мрачно хохотнул папик. – Всегда считал, хочешь сделать что-то хорошо – делай сам. Справиться с Рогендой я тебе даже помог. А ушастый не собирался причинять тебе зла. Он должен был доставить тебя ко мне.

Как у него все складно получается!

– А этот ваш ритуал? Что ты собираешься со мной сделать?

Колдун поднялся и принялся расхаживать взад-вперед.

– Неужто сама еще не поняла? Я думал, ты умнее.

– Вся в тебя. – Удержаться от шпильки было трудно.

Но Влас на последнюю реплику внимания не обратил.

– У тебя есть то, что принадлежит мне. Естественно, я желаю получить свою собственность обратно.

И тут меня озарило:

– Дар!

«Вот дура!» – взвыл инстинкт самосохранения. Это надо было совсем мозгов не иметь, чтобы сюда явиться.

– Именно. Перед последней встречей с Лексом я здорово опасался попасться. Уж очень он напирал. Окажись я в лапах гильдии, в лучшем случае меня бы убили. В худшем – могли опечатать дар. Вот я и решил припрятать большую его часть до лучших времен. Кто же знал, что эти самые времена наступят так нескоро?

Это ж надо! Я всю жизнь хранила в себе прорву магии, а узнаю об этом только сейчас. Вот вечно со мной так…

– Не бойся, – папик истолковал мои заблестевшие глаза по-своему, – это не больно. Ты даже не заметишь, что чего-то лишилась.

Звучит многообещающе. По позвоночнику пробежал озноб.

– А потом?

– Я убью твоего властелина и каждого, кто посмеет сунуться сюда, и вернусь в свой мир. Ты и Данута пойдете со мной. Ах да, придется взять еще Лунаю.

Так вот зачем ему нужен был портал! Молодец, все продумал.

И как теперь выкручиваться?

Глава 12

– Значит, так, – напутствовал Измир, – ты пробираешься в дом, разведываешь обстановку и возвращаешься к нам. Голос не подавать, никому на глаза не попадаться и вообще вести себя как можно тише. Твоя задача – просто поглядеть, что там да как.

Кот недоверчиво сверкнул желтыми глазюками на деловито вышагивающего взад-вперед бородатого мага. От золотистой пудры, которой его щедро осыпали от усов до кончика хвоста, все зудело, и нестерпимо хотелось не то чесаться, не то чихать.

Нашли кота отпущения! Сами бы попробовали обмазаться какой-то магической гадостью и сунуться к Власу. Так нет же! А ведь ему потом еще придется все это слизывать… При этой мысли Лапуса передернуло, и он все-таки чихнул. На что только не пойдешь ради одной бестолковой ведьмы!

– Лап, ты слышал, что сказал магистр Измир? – спокойно спросил властелин. И только блестящие холодной сталью глаза выдавали истинное состояние мужчины.

Рыжий сосредоточенно кивнул и выписал хвостом неровную дугу.

– Молодец. А теперь забудь весь тот бред, что он здесь наговорил, и слушай меня. Первым делом найдешь Ксению и убедишься, что с ней все в порядке. Она должна знать, что мы рядом. Потом пройдешься по дому. Меня интересует, сколько там людей и есть ли маги.

Лап согласно муркнул и милостиво позволил двум совсем еще молодым мастерам подновить заклинания.

– Алексэрт! – возмутился господин директор, до которого только сейчас дошло, что его ненавязчиво так отодвинули в сторону. – У нас просто нет времени возиться с твоей взбалмошной хранительницей! Сейчас надо отбросить эмоции и…

Ярость, сверкнувшая в серых глазах, заставила пожилого мага резко оборвать свою пламенную речь.

– Во-первых, она не взбалмошная, – вкрадчиво прошипел Алекс. – И не смейте говорить о моей жене в таком тоне! Вы ее совсем не знаете. Если Ксения туда пошла, значит, решила, что поступает правильно. Во-вторых, мне плевать на вашу грызню с Власом. Да и на свою в данный момент – тоже. В первую очередь я собираюсь вытащить оттуда свою хранительницу. И в-главных – не вынуждайте меня напоминать, по чьей вине все это происходит.

Решив, что пререкаться эти двое могут бесконечно, кот поспешил удалиться. Учитель и бывший ученик определенно друг друга стоят. Пожалуй, Измир все же прав, из Алекса мог бы выйти отменный директор Академии.

Мог бы, если бы ему так вовремя не поставили мозги на место.


На какой-то миг предложение Власа показалось мне даже заманчивым. Если, конечно, исключить из него первую часть с убийством властелина. В конце концов что меня здесь держит?

Но потом вспомнилось остальное: бабушка, сгоревший дом, горстка пепла на снегу – все, что осталось от Колина, и спокойные серебристые глаза. Они так и не отпустили меня. И вряд ли когда отпустят.

Рука скользнула в карман и решительно сжала холодный кругляш. Проблема выбора уже не стояла. Надо действовать, если я не хочу, чтобы эти двое встретились.

– Идем. – Мелодичный голосок, раздавшийся прямо над ухом, заставил вздрогнуть. За своими мыслями я как-то умудрилась проглядеть появление блондинки.

О, да она еще и не одна!

Даник покровительственно приобнял Лунаю за плечи. Девушка едва уловимо покраснела, смущенно улыбнулась и торопливо заправила якобы выбившуюся прядь за ухо.

Я презрительно скривилась и попыталась отвернуться. Подальше от двух пар лучистых голубых глаз. Нашли время!

– К ритуалу все готово, – поторопил меня кузен. – Ты же не станешь создавать проблемы?

Стану. Но не прямо сейчас.

И пожалуй, не вам.

Пришлось подниматься с нагретого места и топать к двери.

– Так ты моя сестра? – вяло полюбопытствовала я, просто чтобы не молчать. – Странно… Мы не слишком похожи.

Разомлевшее в натопленной комнате тело непроизвольно сжалось от холода. По ногам то и дело скользили сквозняки. Даже Лунаю проняло.

– Я приемная дочь Дануты, – пояснила блондинка. – Если Влас меня не прогонит, я буду твоей сестрой.

Э… Я сейчас не ослышалась?

Срочно захотелось остановиться и основательно приложиться лбом о ближайшую твердую поверхность. Может, хоть это мне мозги вправит.

– Скажи еще, что она кошек бездомных подбирает и нечисть бродячую подкармливает в свободное от мерзопакостных деяний время! Сейчас зарыдаю от умиления.

Луна осуждающе покосилась на меня:

– Зачем ты так? Она и без того натерпелась.

– Когда твой муженек столкнул Власа в Замирье, а тебя забрала Ариадна, – принялся объяснять Даник, – тетке совсем плохо было. Измир даже подумал, что она умом тронулась. Вот и подсунул первого попавшегося младенца, чтобы она только кричать перестала. Думал, не разберется.

– А она сразу поняла, что я ей чужая, – грустно улыбнулась Луная. – Но не бросила. Дочкой называет.

Повезло тебе. Меня вот клеймом осчастливила. Но вслух я этого так и не произнесла. Пожалела сестренку.

Мы немного поплутали по коридорам, спустились по узкой винтовой лестнице (я себе чуть шею с непривычки не свернула), после чего оказались в просторном подвале. Стоит ли говорить, что здесь было еще холоднее? Дыхание вырывалось облачками пара. Скрыть то и дело пробегающую по телу дрожь я уже не могла.

По всему просторному помещению были расставлены свечи в массивных бронзовых подсвечниках. Многочисленные лепестки пламени тоже дрожали от холода и излучали тусклое золотистое сияние. Вот никогда бы не подумала, что свет свечей может быть холодным. Как выяснилось, очень даже может. Или это все от страха?

В центре подземного зала находился огромный алтарь из темного камня. Я непроизвольно сглотнула и попятилась. Происходящее нравилось мне все меньше. Надеюсь, они не собираются принести меня в жертву какому-нибудь иномирному божеству?

Действующих лиц явно прибавилось. Помимо уже знакомых мне родственничков, у алтаря пристроились еще двое мужчин. Оба маги. И не из слабых, раз уж их силу даже я почувствовала.

Значит, у Власа до сих пор остаются сторонники. Уверена, этими двумя их ряды не ограничиваются. Уж слишком чувствуется чужое присутствие в доме. Воздух так и искрит магией.

Даник и Луная поспешили отступить в самый дальний угол. Свет туда почти не падал, поэтому их лиц я видеть не могла. Но, уверена, они с интересом наблюдают за происходящим.

Да я бы и сама с удовольствием понаблюдала, если бы все это происходило не со мной.

Рядом словно из-под земли вырос Райган и настойчиво подтолкнул меня к каменному возвышению. Размечтались!

– Вот еще! Ни за что туда не лягу! Он же холодный. Еще отморожу себе что-нибудь нужное. А у меня, между прочим, все нужное. Каждая часть тела мне по-своему мила, и ни с одной из них я расстаться не готова.

Послышались сдавленные смешки.

– Кажется, мозги ты уже отморозила, – скривилась Данута. Но с места не двинулась – это утешает. – Хотя, чего я, собственно, ждала после стольких лет, проведенных в обществе моей дражайшей мамочки? Ложись на алтарь, пока я тебя сама не уложила!

– Попробуй! – вызывающе предложила я, вынимая руку из кармана.

На сей раз я открывала амулет вполне осознанно. Вот только от этого было не менее противно. Кого он посчитает наиболее опасным? Власа? Дануту? Или кого-то другого?

Я крепко зажмурилась, не желая видеть это снова.

Металлический кругляш со звоном покатился по полу. Все присутствующие замерли, до меня не доносилось ни звука. Пришлось приоткрыть один глаз, дабы убедиться, что амулет сработал.

Вот же… вся нечисть, вместе взятая!

Таких провалов еще не случалось даже у меня. Раскрывшийся амулет жалобно тренькнул, испустил струйку дыма и… все! Все остались на своих местах.

Замешательство продлилось недолго. Черные глаза Дануты полыхнули ненавистью, и она шагнула ко мне, но была остановлена Власом. Какая трогательная забота!

– По крайней мере, с ней будет весело, – хмыкнул папочка, успокаивающе поглаживая ее по руке. – А то с тех пор, как я превратил Влада в статую, дома совсем уныло стало.

Хм… Кажется, это у нас семейное. Но выяснять, кто такой этот Влад, я не торопилась.

– Даже самый захудалый маг, создавая амулет, заботится, чтобы его творение не использовали против него же самого. Неужели ты обо мне такого низкого мнения, что решила, будто я пренебрег элементарными правилами безопасности?

С ответом я не нашлась. Что тут скажешь? Видно, с мозгами у меня действительно туго, раз я до такой простой истины не додумалась. Молодец, Ксения! Есть чем гордиться! И друзьям (пусть и бывшим) не помогла, и сама вляпалась по самое не балуй.

– Что ж, приступим, – скомандовал колдун.

Прежде чем я смогла хотя бы шелохнуться, меня схватили чьи-то руки и, не особенно церемонясь, потащили к алтарю.

Возмущенный вопль так и застрял в горле. И на что я рассчитывала, когда явилась сюда? Возомнила себя крутой магичкой. Друзьям помочь хотела! А что в итоге?

Кто теперь поможет мне?

Спина больно впечаталась в холодные камни. У-у-у, чтоб вас всех!.. Никакого сострадания к сирым и убогим! Желание рыпаться отпало само собой.

Я прикрыла глаза и постаралась не думать о происходящем. Это было несложно – от страха я не могла думать ни о чем вообще. Вот же дура! Ну зачем я сюда поперлась?

Словно издалека до слуха донесся неразборчивый шепот. Ритуал начался. Кто же его проводит? Судя по голосу, скорее всего Данута. Но открыть глаза, чтобы удостовериться в своей правоте, я не решилась. От страха, кажется, даже дышать забыла.

Голову резко приподняли, и в губы ткнулся холодный край кубка. Сопротивляться нет смысла. Я послушно стала глотать вязкую, как кисель, пахнущую полынью жидкость. Не отравят же меня и в самом деле?

Противное зелье никак не хотело глотаться и так и норовило отправиться обратно. Я судорожно хватала воздух, изо всех сил стараясь не сделать грязное дело. Удалось. Насилу справившись с бунтующим организмом, я устало опустилась на холодные камни алтаря.

Пускай делают со мной что хотят. Мне уже все равно.

Где-то вдалеке несколько голосов нараспев читали заклинания, слышался скрежет металла по камню, нос улавливал уже ставшую привычной приторно-сладкую вонь.

И тут началось…

«Не бойся. Это не больно».

Внутри все скрутило от боли. Где-то в области солнечного сплетения стал разрастаться горячий, пульсирующий ком, готовый вырваться наружу. Я закричала и рванулась изо всех сил, но скатиться с ненавистного алтаря не смогла. Тело не слушалось. Оно словно прилипло к каменной плите.

Поднимающаяся энергия жгла, точно огнем. В какой-то момент мне уже начало казаться, что она разорвет меня. Я кричала, металась, в исступлении царапала камни, заламывая ногти до крови, но вырваться из плена алтаря не удавалось.

Боги, неужели это никогда не закончится?.. Где спасительная темнота, когда она так нужна? Я успела раз сто проклясть свою глупость вместе с новоприобретенными родственничками, а мучения все не прекращались. За что мне все это?!

Глаза резанул яркий свет, и внутри словно натянутая струна лопнула. По щекам покатились крупные слезинки.

Боль пошла на убыль.

В изящных ладонях Власа засветились зеленью заклинания. Колдун с тенью недоверия покосился на них и торжествующе рассмеялся.

«Ты даже не заметишь, что чего-то лишилась».

Обманщик!

Как можно не заметить поселившуюся внутри пустоту?


Приходила в себя медленно.

В первый раз, с трудом разлепив глаза, нос к носу столкнулась с Данутой и поспешила провалиться обратно, в спасительное беспамятство.

Во второй повезло меньше. В том смысле, что сознание вернулось окончательно и бесповоротно. А за компанию с ним – тянущая боль во всем теле и щемящая пустота в душе.

– Гадкая девчонка! – воскликнула ведьма, стоило мне открыть глаза. – Чуть не сдохла в самый неподходящий момент. Как бы мы потом из тебя дар доставали?

Даже жаль, что такой простой выход не пришел мне в голову раньше.

Кое-как оглядевшись, я обнаружила, что зал опустел и почти все свечи погасли. Ничто, за исключением все еще лежащей на каменном алтаре меня, не напоминало о том, что здесь недавно произошло. Впрочем, недавно ли? Кто знает, сколько я тут провалялась. С них станется…

– Вот же немочь, – раздраженно сверкнула глазами женщина и резко приподняла мою голову, неспешно вливая в рот приятно пахнущий мятой отвар.

Я послушно проглотила все до последней капли и снова закрыла глаза. Сил совсем не осталось.

– А она точно не… того? – прогундосили откуда-то сбоку.

– Точнее некуда, – буркнула Данута. – Чего ради, по-твоему, я столько над ней просидела? Сделала все, что могла. Отлежится – будет как новенькая. Все, уноси ее отсюда.

Райган осторожно подхватил меня на руки и действительно куда-то понес. Но пункта назначения я не дождалась, провалившись в зыбкий сон еще на середине лестницы.


Вокруг было темно.

Кряхтя и постанывая, я села. Боли больше не ощущалось, но противная слабость никуда не ушла. Как и щемящее чувство пустоты, будто лишилась чего-то важного. Хотелось уткнуться в подушку и разреветься, но сил не было даже на это.

Глаза упорно не желали привыкать к темноте. Помедлив мгновение, я решила, что терять нечего, и неуверенно повела рукой.

Ничего. А где обещанный бытовой минимум?

Ну, родственнички! И тут облапошили!

Пришлось вставать и искать свечу. Когда крошечный язычок пламени разбавил темноту, я почувствовала себя увереннее. Хотя что делать, по-прежнему не представляла. Бежать? Некуда. Да и вряд ли получится – дом буквально кишит магами. И где Влас их только откопал?

Руку робко лизнули. Вздрогнув от неожиданности, я опустила взгляд. В ладонь мягко скользнула рукоять шейдэса.

Вот он, мой шанс!

Но спокойно порадоваться мне, как всегда, не дали. Предчувствие стайкой холодных мурашек пробежало по спине. Вокруг происходило нечто необъяснимое.

Дверь дрогнула, и по ней, словно по водной глади, стали расходиться круги. Забыв про усталость, я поспешно отскочила в самый дальний угол и уже оттуда наблюдала за странным явлением.

Может, это ритуал осложнения дал? Ага, на голову. На всякий случай крепко зажмурилась и даже пару раз от души ущипнула себя за руку… Не помогло. Противная деревяшка упорно не желала вести себя, как подобает нормальной двери.

Впрочем, надежда на то, что я просто сошла с ума, все еще есть.

И тут сквозь злосчастную дверь просунулась упитанная рыжая морда. А за ней появилось и все остальное. На радостях я чуть свечу не уронила.

– Лапус!!! – заверещала я, бросаясь к коту. Но тут же притормозила и поспешно зажала рот ладонями. Не хватало еще лишнее внимание привлечь! – Как ты меня нашел?

– Дармир подсказал, – пояснил кот.

Отставив свечу, от беды подальше, я бухнулась прямо на пол и сгребла увесистую рыжую тушу в объятия. Из глаз брызнули счастливые слезы.

– Ты еще высморкайся в меня, – проворчал вредный хвостатый, – и радость от встречи можно будет назвать полной.

Я радостно всхлипнула и наконец оставила его в покое.

– Вот уж не знала, что ты умеешь ходить сквозь стены…

– Шутишь? – фыркнул мой рыжий друг. – Там сейчас столько магов, что остается только удивляться, как я еще летать не научился.

И, словно в подтверждение своих слов, кот выразительно чихнул. С него тут же посыпалась золотистая пыль.

– Так Алекс… – с надеждой начала я и во все глаза уставилась на Лапуса.

– Не волнуйся, на месте твой властелин. Правда, злится, так что нагоняя тебе не избежать, – мстительно уточнил кошак. – Не волнуйся, скоро они придут за тобой. Вот только эльфов дождутся – у них там телепорт заклинило, как всегда, вовремя – и обязательно придут.

– Поздно, – ошарашенно выдохнула я. – Влас успел провести ритуал. Он теперь сильный.

Какая же я дура! Принесла Власу силу на блюдечке с золотой каемочкой.

– Ничего, справятся как-нибудь. Ты, главное, дождись их.

Куда ж я денусь?

– Ладно, пошел я. Мне еще надо глянуть, что там в доме делается.

Проводив взглядом пушистого лазутчика, я привалилась спиной к стене и счастливо улыбнулась. Он не ненавидит меня!

Ради этого и дара лишиться не жалко.

– Вижу, тебе стало лучше, – удовлетворенно отметил Влас, появляясь посреди комнаты.

Я испуганно отпрянула. Хвала богам, он не застал здесь Лапа.

– Идем. – Колдун рывком поднял меня на ноги и потащил за собой.

Хорошо хоть телепортироваться не стал. Никогда не любила этот способ перемещения. Чувство такое, будто тонешь. И ведь не знаешь, вынырнешь или нет.

– Что тебе на этот раз надо? – прошипела я, безрезультатно пытаясь высвободить руку. – Решил провести очередной ритуал?

Папочка удивленно приподнял брови. Надо признать, выглядел он на порядок лучше. Бледность сошла, от усталости не осталось и следа, глаза азартно сверкают. Чувствую, справиться с ним будет непросто.

– Обязательно, но чуть позже. Вот разберусь с назойливыми врагами и попытаюсь вернуть тебе дар.

Что он там сейчас сказал?.. Я так и застыла в немом изумлении. Вернее, застыла бы, если бы папик не тащил меня неумолимо за собой. Сильный же, зараза!

– Но разве это возможно?

Влас коротко хохотнул:

– Возможно все, если не стесняться в средствах. Раз уж нам удалось изъять из тебя мой дар, почему бы не проделать это с кем-нибудь еще. Для тебя, – торжествующе произнес он. – Считай, это будет мой подарок.

От предложения сходить к лешему вместе со своими подарками меня удержало лишь то, что мы наконец достигли пункта назначения. Им оказался тот самый зал с порталом. С одной лишь разницей: каменная арка больше не парила в воздухе. Она стояла на полу. Так, словно находилась здесь всегда.

– И какого лешего все это значит? – забеспокоилась я.

– Я провожу вас в свой мир, – просветил меня папик. Данута и Луная уже стояли возле портала. – Потом закончу здесь дела и присоединюсь к вам.

Только не это!

– Пожалуйста, оставь меня здесь, – взмолилась я, но он отрицательно качнул головой. – Неужели ты не видишь, что поступаешь со мной так же, как Измир когда-то поступил с вами?

Влас дернулся, точно от пощечины, но упрямо продолжал толкать меня к порталу. Только не сейчас!

Данута взяла Лунаю за руку, и они двинулись вслед за нами. Даник вцепился в подлокотники кресла так, что те едва не хрустнули. Тетушка Нилисса успокаивающе погладила сына по светловолосой голове и что-то зашептала на ухо. Вокруг сновали незнакомые маги…

И тут я решилась.

– Видят боги, я этого не хотела! – Клинок тьмы разрезал свет, струящийся из каменной арки, и…

– Нет!!! – Голос Лунаи отдался в ушах перезвоном серебряных колокольчиков, и она метнулась вперед, закрывая собой Власа.

Глава 13

Знай я, что на самом деле представляет собой шейдэс, ни за что бы не решилась использовать его.

Лунаю медленно окутывала тьма. Девушка жалобно всхлипнула и стала оседать на пол. Мамочки! Что же я наделала!

– Я не хотела… – Шейдэс беззвучно упал на пол.

– Не хотела?! – ядовито прошипела Данута, с силой отталкивая меня в сторону. Да так, что я, оступившись, едва не угодила в портал. К счастью, удержать равновесие все же удалось. Хотя… уж и не знаю, что в нынешней ситуации было бы лучше.

Впрочем, обо мне тут же забыли. Данута склонилась над блондинкой и принялась что-то лихорадочно шептать, торопливо выводя руками незнакомые пассы. Судя по сбившемуся дыханию, то и дело проскальзывающей ругани и бешено сверкающим глазам, получалось не очень.

Через мгновение к ней присоединился Даник, а за ним и остальные подтянулись. Даже неизвестно откуда взявшийся здесь Дармир присел над бьющейся в конвульсиях девушкой. Боги, только бы у них все получилось!

Зябко обхватив себя за плечи, я с надеждой наблюдала за происходящим. Магию я больше чувствовать не могла, но готова поклясться, ее здесь столько, что на десяток магистров хватит.

Несмотря на все действия волшебников, тьма продолжала растекаться по телу девушки, причиняя той жуткую боль. Луна кричала, отчаянно дергалась и так и норовила вывернуться из рук лекарей. Бедная. Я ведь не нарочно. Кто же знал, что ты готова пожертвовать собой ради такого чудовища, как Влас?

По щекам побежали горячие капли. Ну почему все так, а? Я ведь только защищалась! А получилось, как всегда, леший знает что. Тоже мне нашлась воительница! И Габриэль хорош. Мне и обычное-то оружие в руки давать нельзя, что уж говорить о таком…

Слезы обжигали щеки, но вытирать их я не пыталась. Неужели по моей вине погибнет единственное существо в этой семье, у которого еще есть сердце?

– Ну же, Влас, – тихонько зашептала я, – сделай хоть что-нибудь! Ведь не зря тебя считают одним из сильнейших колдунов.

Услышав меня, папик раздраженно поморщился.

– Сама бы попробовала, раз такая умная, – проворчал он. – Тот, кто дал тебе этот клинок, действовал наверняка. Даже я бессилен против него.

Вот даже как? Я с подозрением покосилась на лежащий на полу шейдэс. Но поднимать его не спешила. Сейчас клинок тьмы мало чем отличался от обыкновенного кинжала. Например, эльфийского. Кровавая роспись вполне может сойти за украшение, ушастые обожают подобные штучки.

Насытившаяся тьма замерла где-то в глубине острия. До поры до времени. Пока хозяйка не позволит ей снова выйти на охоту.

Неужели Габриэль действительно думал, что я смогу?

Почему бы и нет. Еще совсем недавно я и сама так считала. А сейчас… Да я по доброй воле готова в Замирье отправиться, лишь бы ничего этого не было!

Поняв, что остановить тьму не удастся, маги решили сменить тактику. Исходящее от рук Дануты бледно-желтое сияние сделалось золотистым. Выползающая из раны темнота помедлила немного и потянулась на свет. Ведьма удовлетворенно хмыкнула и стряхнула с ладоней темные клочья.

И все по новой. Снова, снова и снова. Я уже потеряла счет действиям ведьмы, а сдвигов не было и в помине.

Видно, Луная им по-своему дорога, иначе не стали бы тратить драгоценное время на спасение моей блондинистой сестрички. Как ни странно, эта мысль меня успокоила. Не все еще потеряно. Раз уж Влас дважды нашел лазейку между мирами, чтобы только быть со своей Данутой, значит, и здесь что-нибудь придумает. А мне сейчас надо о себе позаботиться.

На цыпочках я стала подбираться к шейдэсу. Впрочем, эта предосторожность была напрасной. Поглощенные спасением Луны, родственнички даже не смотрели в мою сторону. Вот и хорошо. Может, под шумок и удрать удастся…

– Дармир, убери ее отсюда, – словно прочитав мои мысли, велел папик. – Кажется, к нам пожаловали гости.

С этими словами он осторожно поднял Лунаю и в сопровождении Дануты и Даника, который усердно пытался повторить действия тетки, скрылся в одном из коридоров.

– А с тобой я еще разберусь, – обернулась ко мне ведьма. Но сейчас ей было совсем не до установления родственных связей с вновь обретенной дочерью, так что особого значения угрозе я не придала. Может, хоть здесь пронесет?

Скрываться больше не было смысла, поэтому я просто сунула клинок за пояс. Сомневаюсь, что у лекаря хватит смелости хотя бы попытаться отобрать его. Впрочем, если уж быть совсем честной, то и я навряд ли решусь воспользоваться им снова. Это для таких, как Влас, любые средства хороши.

Дармир приглашающе махнул рукой и первым зашагал по коридору. Делать нечего, пришлось топать за ним.

– Это ты хорошо с клинком придумала, – неожиданно похвалил меня бывший друг. – Теперь твой властелин точно успеет добраться до тебя раньше, чем они свою дочурку выходят.

– Что?! – задохнулась от возмущения я.

Да как он вообще мог такое подумать? Хотя чему я здесь удивляюсь, спрашивается? Он же всех по себе судит.

– Ничего я не придумывала. Все вышло совершенно случайно.

Мужчина глянул на меня через плечо и пренебрежительно заметил:

– И ты еще хранительницей называешься! Дитя неразумное. О себе позаботиться не можешь, а туда же!

Можно подумать, я сама в хранительницы набилась. Ишь как его распирает! Всю благообразную личину как ветром сдуло. Голубые глаза сверкают ненавистью, того и гляди сейчас стукнет. А все потому, что я имела неосторожность получить власть, которую он по праву считает своей. И которая ни мне, ни Алексу даром не нужна, вот только Дармиру этого уже не понять.

Ответная гадость уже вертелась на языке, но я предпочла ее проглотить. Будет еще время. Вот справимся с Власом, тогда и придется нашему лекарю ответить за все свои подвиги.

– Зачем ты нам помогаешь, если так ненавидишь?

– Не вам, – покачал головой бывший властелин. – Я помогаю своей жене. Ты ведь по себе должна знать, что такое соединение. А впрочем, что ты понимаешь.

– Больше, чем ты думаешь.

И чтобы не продолжать этот бессмысленный разговор, я поспешила скрыться за знакомой дверью. В замке тут же повернулся ключ.


– Не везет мне с зятьями, – удрученно покачал седой головой старый маг. – Только один нормальный попался.

– Скажите лучше, что только Марий пляшет под вашу дудку, – фыркнул властелин. – Ждать больше нельзя. Выступаем! А если кто-то не согласен с моим решением, может катиться к лешему. Или к любой другой нечисти, по своему усмотрению.

По залу прошел одобрительный шумок. Господин директор недовольно скривился, но спорить не стал. Остается надеяться, это этот упрямый мальчишка знает, что делает.

Предводители отрядов тут же направились к властелину для дальнейшего инструктажа. С отрядом из Боллаты прибыл Эхтор, да еще и кузнеца ардрадского с собой прихватил на всякий случай. Лишние руки, да еще с оружием, им сейчас не помешают.

Остальные долины представляла Розмария. Облаченная в сверкающий черный доспех, провидица сейчас вовсе не выглядела слабой женщиной весьма преклонных лет. Она была воином. Мужчины, особенно эльфы, не без любопытства косились в ее сторону, но предусмотрительно держались поодаль. Даже ни одного колкого замечания в адрес этой мрачной особы отпустить не решились. На свое счастье.

Во главе наконец появившихся дивных стоял сам Кайэль. Неслыханная честь, между прочим. Чтобы член царского дома, предводитель армии Альтэл’лявии и один из лучших эльфийских воинов покинул свое государство ради человеческого колдуна… Такого даже на памяти магистра Измира не случалось. А господин директор за свою долгую даже для мага жизнь повидал немало.

Магов, присланных из гильдии, возглавлял высокий сухощавый человек с пронзительным взглядом. Под таким невольно сжимаешься и начинаешь вспоминать свои последние прегрешения. Мало ли… По цепкому, неприятному взгляду и странному желтоватому цвету кожи можно было догадаться, что специализируется он отнюдь не на общедоступных видах магии.

«Некромант. Очередная игрушка Измира, – определил про себя Алекс. – Наверняка неплохо знаком с магией крови. А возможно, и с чем-нибудь поинтереснее».

Конечно, до Власа даже всем им вместе взятым как до Воздушного града и обратно, но это уже кое-что. Гораздо лучше, чем стайка безусых воспитанников Академии, что неуверенно топчется в соседнем зале. Эти хоть понимают, к кому идут.

– Падальщик, – с отвращением произнес Габриэль, нисколько не заботясь о том, что его могут услышать. – Пригодится.

Союзники обступили разложенную на столе многократно увеличенную карту и приготовились внимать властелину. Господин директор смиренно обосновался чуть в стороне. Так, чтобы хорошо видеть карту и в то же время не мозолить глаза собравшимся.

В том, что Алексэрт взял руководство штурмом вражеского убежища на себя, старый магистр находил и положительные моменты. Например, возможность увидеть трансформировавшегося властелина. Да и выяснить, чему мальчик научился за прошедшие годы, тоже не помешает. Так, на всякий случай.

К тому же Влас тоже никогда не жаловался на отсутствие воображения и всегда находил способ неприятно удивить ненавистного тестя. А если еще вспомнить о существовании внучки-хранительницы и приплести сюда темного ангела, единственного в своем роде, насколько знал Измир, то грядущая ночь обещает быть интересной. Но, к сожалению, абсолютно непредсказуемой. А этого господин директор жуть как не любил. Посему предпочитал оставаться немного в стороне. Вроде и помог, но без риска для своей обремененной властью и, как следствие, многочисленными обязательствами персоны.

Треньк!

– Фырк! Апчхи!!!

Раздумья Измира и стратегические разглагольствования Алекса прервало появление кота. Все присутствующие в зале, не сговариваясь, повернули головы в сторону хвостатого разведчика.

Явление кота народу удалось в полной мере. Оказавшись объектом всеобщего внимания, Лап смутился, встряхнулся, со вкусом чихнул и наконец выпалил:

– Мы опоздали. Влас забрал у Ксении дар.

Особой неожиданностью для властелина эта новость не стала. Алекс ожидал чего-то подобного. Вполне в духе Власа – использовать собственную дочь вместо тайника, запрятав в ней свою силу. И теперь он просто забрал то, что считал своим по праву. Да так, в общем-то, и было! Пожалуй, не вмешайся в это Измир с Ариадной, все могло бы еще обойтись.

Но сейчас… Алекс даже представить боялся, каково бедной девочке. Вспомнить хотя бы его самого в первые дни после добровольного отлучения. Или того же Эльхиора. При мысли о старом знакомом властелина прошибла крупная дрожь. Надо спешить, пока его хранительница опять не наделала глупостей.

Терпеливо выслушав кошачью болтовню, ничего нового властелин для себя не открыл. Разумеется, нашлись маги, готовые вновь рискнуть всем ради Власа. Вернее, ради того, чтобы никогда больше не слышать слово «нельзя». Даже несмотря на то что гильдия предпочитает закры