Book: Всё потерять, чтобы найти



Все потерять, чтобы найти.


Глава 1

Слезы ползли по щекам и падали на руки, затянутые в черные лайковые перчатки, сцепленные на груди в попытке сохранить хотя бы немного тепла. В этот страшный для меня день, несмотря на середину весны, все еще стояла прохладная погода, и изредка начинал накрапывать дождь. Напротив меня стояли три пожилые женщины, приходской батюшка и немного подальше - трое неопрятных мужиков, которые копали могилу, ожидая когда мы простимся с телом усопшей. Я стояла, замерзая на холодном ветру, и все еще не могла поверить, что теперь осталась совсем одна, и вот сейчас последнего дорого мне человека закапывают в землю у меня на глазах. Собрав волю в кулак, чтобы не позволить истерике и рыданиям вырваться наружу, задрала голову к небесам и в отчаянии взмолилась, чтобы там мою любимую бабушку приняли как можно радушнее, ведь она заслужила свое место в раю. Капли дождя, попадая на лицо и смешиваясь со слезами, стекали на черную ветровку, уже сильно промокшую. Казалось, что небеса плачут, страдая вместе со мной над потерей, разделяя боль и одиночество.

Бросив первую горсть земли на крышку гроба, навсегда спрятавшую тело бабушки, я отошла в сторонку, вслед за мной тоже самое сделали и три ее старые подруги, которые, узнав о ее смерти, взяли меня под свое покровительство. Они уже три дня не отходят от меня ни на шаг, помогая делом и советом. Даже представить себе не могла, чтобы со мной было, если бы не их ненавязчивая забота и помощь в организации похорон, в очередной раз убедившись, что на свете все-таки есть настоящая дружба, несмотря на то, что у меня самой кроме бабушки и этих трех пожилых женщин никогда не было ни подруг, ни друзей. После того как могилу полностью закопали, и свидетели моего горя удалились по разным делам, я продолжала стоять возле холмика и не могла отвести взгляда от скромного креста с фотографией, потом, словно очнувшись, положила две розы, которые сжимала в руках, между могилами родных и любимых людей: бабушки и матери, которая шесть лет назад умерла от рака почек. Все это время бабушка заменяла мне и маму, и подруг, которых никогда не было.

Забывшись, я не заметила, как наступили сумерки и обратила на это внимание только когда раздался перезвон мобильного. Достав его из сумки и ответив на звонок, поняла, что уже поздно, и меня давно ждут дома бабушкины подруги, чтобы помянуть усопшую. Медленно поднявшись со скамейки, еще раз посмотрела на фотографии родных и мысленно попрощавшись, побрела к выходу с кладбища. В душе как будто все умерло. Не думала, что это произойдет так быстро, нет, я, конечно, знала, что бабушка умрет, и даже знала, как это произойдет, лишь не угадала со временем. Бабуля ни на что не жаловалась и, не смотря на свои семьдесят лет, была достаточно здоровой и бодрой женщиной. Еще четыре дня назад она прыгала, словно молодая козочка, вместе со мной, когда узнала, что именно меня пригласили на международный конкурс по вокалу, который должен пройти во Франции. Всю жизнь мечтала стать оперной певицей и для этого мама и бабушка сделали все, что могли. Я с отличием окончила музыкальную школу и консерваторию. У меня были хорошие учителя и инструменты и самые лучшие на свете родные, которые в любых обстоятельствах были рядом и поддерживали, не смотря на все трудности с которыми я сталкивалась из-за своей аномалии.

Думаю, именно поэтому природа наградила меня таким чистым и глубоким голосом, ведь она, отобрав одно, взамен всегда дает что-то другое. Лишенная возможности нормального общения, я получила певческий дар, таким образом общаясь с внешним миром и, исполняя какую-нибудь арию, словно проживала жизнь героини музыкального произведения, выплескивая во время исполнения все скопившиеся эмоции и нерастраченные чувства.

После поминок, которые больше напоминали наши старые душевные посиделки, проводила горько вздыхающих женщин и больше не в состоянии выносить боль, поселившуюся в груди, не раздеваясь легла в кровать. Завернувшись в одеяло, словно в кокон, безуспешно пыталась заставить себя заснуть, но перегруженный печальными событиями, мозг никак не хотел отключаться, и я словно сомнамбула уставившись в потолок, следила за скользящими по нему тенями или отсветами фар проезжавщих по улице машин. Только когда небо высветлила наступающая заря, наконец, смежила веки и провалилась в тяжелые объятия кошмаров из моих снов.

Глава 2

Я стояла на сцене оперного театра и с замиранием сердца замолчала, закончив выступление. Через пару секунд зал взорвался аплодисментами и овациями. Я наслаждалась своим триумфом и, прикрыв глаза, сквозь ресницы наблюдала за зрителями. Наконец и на моей улице наступил праздник. С сегодняшнего дня жизнь изменится, в этом я, как никогда и ни в чем другом, была уверена. Эта уверенность разрасталась с каждой секундой все сильнее, заставляя поверить в, казалось бы, ранее несбыточное.

Выходя из театра и встретившись с репортерами, поблагодарила всех за поддержку и веру в меня и, главное, на весь мир заявила, кто вместе со мной заслужил сегодняшнюю награду, и благодаря кому отныне мой голос будет звучать на самых лучших оперных сценах всего мира. Родным, которые так и не смогли дожить до этого дня и разделить славу и успех вместе со мной. Ликование немного омрачалось тоской и горечью, что в такой день даже некому позвонить, разделив свое счастье и триумф. Одиночество радостным не бывает, а ведь теперь только оно - мой вечный спутник. Больше некому пожаловаться и не к кому прижаться, в поисках тепла и ласки, а главное, больше нет никого, кто поможет или защитит в случае чего.

Зайдя, наконец, в номер и закрыв дверь, устало скинула туфли на высоком каблуке и неизменные, длинные, черные перчатки до локтя - не смотря на начало лета, снова ощутила внутри себя холод. Встав под горячий душ, я хотела хоть немного отогреться и привести свои чувства и мысли в порядок. Сегодня был чрезвычайно тяжелый и насыщенный день, и струи воды немного помогли снять накопившиеся напряжение и усталость. Согревшись, закуталась в теплый махровый халат и, заварив себе чаю, присела в кресло, вяло перебирая в голове события прошедшего дня. Сегодня мне предложили заключить контракты несколько ведущих и известных агентств мира. Даже захотели сделать меня лицом какой-то фирмы в рекламных видеороликах. Да, скоро из бедной девочки, пожалуй, стану одной из самых богатых женщин страны. А вот интересно, теперь, когда я стала так знаменита, как скоро обо мне вспомнит отец. Не успела об этом подумать, как зазвонил сотовый и, к моему удивлению, на дисплее высветился папин номер. Поколебавшись, с трудом заставила себя принять вызов.

- Я слушаю, отец!

В моем голосе он без труда слышались едва сдерживаемые злость и горечь.

- Привет малышка, хотел тебя поздравить. Ты бесподобно выступала. О тебе все наши соседи говорят и все восхищаются тобой. Особенно я, родная. Я так рад, так рад. Приезжай к нам в гости! Увидишься, наконец, с сестрой и братом, они меня уже совсем замучили просьбами об этом. Знаю как ты занята, но может все-таки хоть сейчас вырвешься и приедешь с ними познакомиться? А, доченька?

Его заискивающий тон и этот быстрый монолог, заставили меня всю сжаться, и с трудом сдерживаясь, мягко спросить.

- Папа, а ты помнишь, как я тебе два месяца назад звонила, просила помочь с похоронами бабушки. Странно, ты обещал перезвонить как только утрясешь все с работой, но так и не позвонил. А вот теперь вдруг вспомнил обо мне. Насколько знаю, ты двадцать с лишним лет обо мне вспоминаешь только один раз в год, когда открытку посылаешь на день рождения или пока платил маме алименты на меня. И я более чем уверена, что вспоминал ты меня не совсем ласковыми словами. А уж с родственниками знакомить не только не хотел, но даже панически боялся. Так вот, ответь теперь на вопрос, папуля, что же изменилось, от чего вдруг, спустя двадцать с лишним лет, у тебя проснулась совесть, или отцовские чувства появились? - последнее я уже практически кричала. Он пару мгновений молчал, а потом ответил. Грубо и уже привычно.

- Ты похожа на свою мать, такая же злая и ничего не прощающая. Красивая, как ангел и проклятая сатаной. В тебе от меня ничего нет, и я ни за что на свете не хотел, чтобы ты даже на метр приближалась к моим детям, тем более, касалась их своими погаными руками. Мне от тебя нужны только деньги, и если по хорошему не дашь, я всем репортерам расскажу о твоем проклятом секрете, доченька. Думаю, у тебя прибавится поклонников, или уменьшиться, точно не знаю, но проблем будет много - это я тебе гарантирую, сучка проклятая.

Пока пыталась переварить все, что сейчас сказал мой собственный отец, он просто бросил трубку. Устало облокотившись на спинку кресла в гостиной моего номера отеля в центре Парижа, задумалась над его словами. Моя мама действительно была очень красива, но никакого проклятия на ней уж точно не было. Только, наверное, как говорят гадалки, венец безбрачия. После того, как отец узнал, чем наградила меня природа, он избил мать, обвиняя ее в измене, и, быстро собрав свои вещички, покинул наш дом. Мне тогда исполнилось всего три года, и с тех пор я его не видела, только иногда слышала по телефону и получала открытки после их не сильно мирного развода. После того как нас бросил отец, мама несколько раз заводила серьезные отношения, но из-за меня они долго не продолжались. Либо ухажеры, узнав о моем секрете, сбегали сами, либо мама выгоняла их, узнав что-нибудь неприятное для себя. Со временем она окончательно потеряла надежду выйти замуж по любви и заводила короткие, ничего не значащие романы. Так сказать, для женского здоровья. К сожалению, ее здоровью это не помогло и она очень быстро сгорела от рака.

Поев у себя в номере, пошла в ванную подготовиться ко сну. Выходя, я услышала легкий стук в дверь. Решив, что это официант решил забрать грязную посуду, не раздумывая, открыла, замерев с открытым ртом от неожиданности. Прямо передо мной стоял мужчина выше среднего роста, золотистый блондин с густой гривой волос, спускавшихся ниже плеч, напоминающий рокера. Все бы ничего, если бы не чисто выбритый правый висок на котором, светилась татуировка странного животного, напоминающего пуму или рысь. Он смотрел прямо в глаза, и я в недоумении уставилась на его вытянутые кошачьи зрачки на золотисто-желтой радужке, затем мы услышали странный свист и шуршание в конце темного коридора, он плавно скользнул внутрь, закрыв мне рот ладонью и, втолкнув в номер, закрыл дверь.

Все произошло довольно неожиданно, поэтому я не сразу отреагировала и, застыв, практически повисла в его руках. Он так крепко сжимал мой рот рукой в перчатке, что уже не сомневалась в том, что к утру, если оно для меня наступит, все лицо будет одним сплошным синяком. Мужчина тоже замер, прислушиваясь к чему-то за дверью, по крайней мере, лично я ничего не услышала, и это с моим-то идеальным слухом. Но видимо, ему даже через дверь было все хорошо слышно, потому что через пару секунд он еще крепче зажал мне рот, вызвав еще большую боль, чуть ли не ломая зубы и челюсть, и оттащил вглубь комнаты к креслу. Я попыталась сопротивляться и укусила его за ладонь, но он не отреагировал, снова замерев и прислушавшись, глухо прошептал, посмотрев мне в глаза.

- Прости, человечка, у меня слишком мало времени, чтобы найти другой способ, поэтому выбора нет, а у тебя, к сожалению, больше не будет надежды на прекрасное будущее. Зато, благодаря тебе, она появиться у меня.

Он приподнял меня второй рукой за ягодицы и опустил в кресло, присев рядом на колени и прижав собой нижнюю часть моего тела, в то же время моя голова свесилась через подлокотник, обнажая грудь и горло. Таким способом обездвижив, он сделал меня совсем беззащитной и уязвимой. Бросив взгляд на грудь, в распахнувшемся махровом халате, снова наклонившись к моему лицу, прохрипел слишком низким для человека голосом.

- Не смотря на то, что пустая, ты так прекрасна. Прости за боль, но мне нужна энергия твоей крови, чтобы уйти от охотников. И к сожалению, мой приз гораздо ценнее твоей жизни.

Услышав последние слова и сообразив, что сейчас умру от рук этого маньяка как последняя безропотная овца, начала отчаянно извиваться и брыкаться, вцепившись в его руки, пытаясь ослабить хватку, чтобы закричать, позвать на помощь. Но он держал меня просто с чудовищной силой и пару секунд с сожалением разглядывал. Я снова с силой сжала зубы, впиваясь в ладонь и прокусывая кожу на ней. Его приторно-сладкая кровь попала в рот, вызывая приступ тошноты и отвращения, но я продолжала с еще большим усилием вгрызаться в его плоть, пытаясь заставить разжать ладонь. Одной рукой он еще сильнее прижал мое тело к креслу, а другой, схватив за волосы, с силой потянул к полу. При этом его лицо заострилось, сильно выступили челюсти, сплющился нос и сузились глаза. Наблюдая за этой трансформаций снизу вверх, я никак не могла поверить в происходящее, не брежу ли, но в следующую секунду руки соскользнули с его закрытых перчатками ладоней на голую кожу запястий, и сознание затопили образы: сиреневое небо, невероятные цвета флоры, жуткие в своем обличии звери, множество людей и каких-то событий. Все пронеслось за секунду, последнее жуткое видение задержалось на мгновение и ушло вслед за остальными. А за ними пришла боль. Невыразимая боль от того, что мне разорвали горло и жадными быстрыми глотками, пили кровь, не брезгуя кусками плоти. На попытку закричать вырвался лишь булькающий хрип. И мне показалось, что он слишком сильно похож на хрип умирающего животного, страх наполнял тело, усиливая адскую боль, разрывающую горло. Он словно упивался кровью, я же, уже находясь на краешке сознания, почти не ощущала боль, отстраняясь от нее, меня постепенно охватывал холод, сковывая все большую поверхность тела.

С трудом разлепив веки, сквозь плавающий перед глазами туман, посмотрела на своего убийцу, который в этот момент отстранился и все с тем же сожалением смотрел на мое изуродованное тело. Его лицо, даже залитое кровью, приобрело прежнюю привлекательность и человеческие черты, но они теперь навсегда отпечатались в моем сознании искаженные трансформацией, вызывающие дикий ужас и отвращение. А еще на краю смерти, я испытывала... сожаление, совершенно не понятное чувство к нечеловеку, который не раздумывая пожертвовал моей жизнью. Он хотел встать с колен, когда я схватила его за руку, хотя слово "схватила" - не совсем подходит в данной ситуации, скорее, пыталась удержать на его руку своей, с диким трудом прохрипев свои последние слова.

- Ты еще не знаешь, но уже проиграл игру, я видела твоего убийцу. Мне жаль тебя, твоя смерть будет намного хуже моей.

Я смотрела на него, чувствуя, как кровь продолжает вытекать из разорванного горла вместе с жизнью, а он, вздрогнув, отстранился от меня и, вытерев ладонью окровавленный рот, быстро встал на ноги. За дверью послышался шорох и мой мучитель, отскочив в сторону начал совершать странные пассы руками, словно танцуя, кружился вокруг себя. Неожиданно, даже сквозь боль и туман, застилающий глаза, я заметила белую дымку, окутавшую его тело, и в эту секунду раздался грохот и дверь, с треском соскочив с петель, упала внутрь, а вслед за ней в номер скользнули две тени, закутанные в черные длинные плащи с капюшонами на головах. Тени, застыв на секунду, оценивая обстановку и разглядывая меня, уперлись взглядом в убийцу, который в этот момент, хлопнув ладонями, исчез в белой дымке, висевшей небольшим облачком возле зашторенного окна. Одна из теней, вытянув руки, ринулась в это облачко, выкрикивая непонятные слова, вслед за ним бросился и второй "плащ", и оба, достигнув цели, исчезли. В следующее мгновение облако рассеялось, оставив о себе только воспоминание в моем умирающем сознании. Я скорее почувствовала, чем увидела, не имея возможности даже чуть-чуть пошевелиться из-за окоченевшего тела, как в проеме выбитой двери появился кто-то еще, вслед за этим раздался душераздирающий женский крик и мужская нецензурная речь. Но меня это уже не волновало, потому что сознание скользнуло в темноту.

Глава 3

Свет впереди так манил, что душа кричала от боли и желания скорее добраться до него. До этого такого родного, надежного света, но тело, налитое тяжестью тянуло вниз, в пустоту и я падала в бесконечный колодец, а сверху, казалось, давили огромные глыбы камней. Словно кто-то решил похоронить меня в этом колодце заживо. Испытав дикий ужас от посетившей мысли, я пришла в себя. Не открывая глаз, краем уха услышала участившийся писк, совпадающий с бешеными скачками моего испуганного сердца, приглушенный шум вокруг и тихую, размеренную, человеческую речь. Мысленно просканировав тело, поняла, что хоть и испытываю ощущение, будто меня переехал каток, особенно тщательно проехавшийся по горлу и груди, но в остальном, "прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо". От пришедшей в голову смешной песенки стало легче, и я открыла глаза.



Раздающийся рядом со мной писк оказался прибором, измеряющим давление и пульс, шум вокруг издавали пациенты и медперсонал, мелькающие за прозрачной перегородкой, отделяющей бокс, в котором я лежала, от основного коридора. С трудом повернув голову, столкнулась с взглядами трех людей, полукругом стоявших в ногах кровати и радостно, с облегчением взирающих на меня: солидная женщина пятидесяти лет и двое мужчин явно французского типа. Один из них, в медицинской униформе, с голубыми глазами, кривым орлиным носом и синеватым от щетины подбородком, чуть сдвинув очки, устало потер переносицу. Второй, жгучий черноглазый брюнет, хотел было направиться сразу ко мне, но был удержан мужчиной в очках, который сам подошел ко мне и, присев на стул, рядом с кроватью, мягко и успокаивающе заговорил на английском.

- Здравствуйте, как вы себя чувствуете, мадемуазель?

Прикрыв глаза, еще раз мысленно прошлась по своему телу и, оценив его состояние как удовлетворительное, хотела ответить, но из горла раздался лишь едва слышный хрип, после которого осталось ощущение, что по моей глотке прошлись наждачной бумагой, оставив после себя саднящую боль. От ужаса распахнулись глаза. Заметив мое состояние, мужчина хотел положить на руку свою ладонь, но я инстинктивно резко ее убрала, не испытывая в данный момент желания окунаться в его прошлую и будущую жизнь. Неверно истолковав мое поведение, он убрал свою руку и так же тихо начал говорить.

- Не волнуйтесь, мадемуазель Савинова, сейчас вы находитесь в Центральном парижском госпитале, вы в полной безопасности и теперь вашей жизни и, к счастью, здоровью ничего не угрожает. Вы моя пациентка. Меня зовут доктор Фостьен, это - он повернул голову к женщине - хирургу, проводивший операцию по спасению Вашей жизни, доктор Элиза Ману, а это - кивок в сторону другого мужчины - инспектор криминальной полиции месье Этьен Круаз, он ведет расследование по поводу нападения на Вас и очень бы хотел побеседовать с Вами, когда будете в состоянии дать показания. Я бы хотел сразу сообщить, чтобы Вы не волновались, все расходы, связанные с лечением и отправкой домой взяли на себя организаторы конкурса.

Пока он говорил и представлял стоящих рядом мужчину и женщину, до меня дошло слово конкурс, и в мозгу словно бомба взорвалась. Я вспомнила все, что произошло после него. В подробностях! Причем не только случившееся, но и то что ВИДЕЛА прикоснувшись к своему не состоявшемуся убийце. Снова боль и ужас затопили сознание и, сжав кулаки, я дугой выгнулась на кровати, сквозь стиснутые зубы издав хриплый стон. Вокруг зашумели, засуетились, и через минуту почувствовала легкий укол в руку, а затем меня снова накрыла темнота.

Второе пробуждение прошло гораздо легче и даже как-то привычнее. Открыв глаза заметила, что возле кровати, сидя на стуле и облокотившись на нее, спит инспектор. Снова прикрыв глаза, долго думала о том, что теперь со мной будет дальше. Во-первых, о чем можно рассказать инспектору, во-вторых, жизненно важно узнать, что стало с моим голосом. Одна мысль о его потере вызывала панический ужас, который с каждой секундой, грозил вылиться в истерику, и мне стоило огромных усилий и силы воли подавить ее в самом зародыше. Так что сейчас мне нужна была информация и, судя по голодным позывам желудка, еще и еда. Снова перевела взгляд на инспектора, и, с трудом переборов отвращение к тому, что сейчас делаю, взяла его за рукав, и, положив его руку, располагавшуюся вдоль моего тела на кровати на свою, прикрыла глаза. Картинки и образы выстроились в очереди, спеша донести до меня информацию о прошлом своего обладателя. Узнав все, что было нужно, резко отдернула свою руку, от этого движения он проснулся и, моргнув прогоняя сон, уставился на меня.

- О, простите меня, мадемуазель, я непростительно повел себя, заснув практически на Вашей кровати.

Я поняла, что легким флиртом он пытается чуть сгладить свой интерес и ожидание моей реакции, заодно оценивая мое настроение после повторного пробуждения. Я все еще переваривала информацию о ходе расследования, полученную из его воспоминаний, и пребывала в шоке от того, что ему сообщили врачи о моем состоянии. Перед глазами все еще стояла картина того, что он увидел, обнаружив меня с разорванным горлом в залитом кровью номере отеля. Он был потрясен происшедшим и тем, что подобное произошло с талантливой певицей, которая теперь, по заверениям врачей, не то что петь, говорить будет с трудом. Так что на моей карьере можно поставить большой и жирный крест. Да и расследование моего дела поставило весь их отдел в тупик. Все что видели свидетели - это как в номер ворвались двое в плащах, а потом неожиданно исчезли, причем каким-то мистическим образом, ведь никто не видел как они выходили, а из номера, находящегося на шестом этаже, выпорхнуть им бы вряд ли удалось. Вот и думали-гадали все, что же произошло, и зачем было совершать такое нечеловеческое зверство, над красивой девушкой, так прекрасно поющей и к тому же, судя по информации, полученной от коллег из России, ведущей практически монашеский образ жизни. Все эти мысли инспектора Круазо пронеслись передо мной, обрисовав полную картину того, что со мной произошло после нападения и частично - безрадостное будущее без возможности петь. И стало неимоверно больнее, чем тогда когда меня убивали. Ведь голос - это моя связь с миром, мое общение с ним и мое выражение эмоций и чувств, а теперь я отрезана от него. Благодаря своему проклятию, я понятия не имею, что меня ждет дальше и чем дальше зарабатывать на жизнь. Чем вообще жить? Тяжкие раздумья осторожно прервал Круазо.

- Мадемуазель, я понимаю как Вам сейчас непросто, но нам придется поговорить о том, что с Вами произошло. Нам очень важны Ваши показания, без них мы лишь на ощупь ищем дорогу к преступнику, который сотворил с Вами подобное.

Устало посмотрела на него и сиплым шепотом, напрягаясь, прошептала.

- Я и так потеряла все, что имела и не хочу провести остаток своих дней в психушке, рассказав Вам все, что думаю. Поэтому ограничусь только голыми фактами.

Сделав глубокий вздох и глотнув через трубочку воды, из стоявшего на тумбочке стакана, чтобы успокоить пылающее горло, продолжила, игнорируя шокированный взгляд инспектора.

- Я вернулась в номер после выступления, поела, и выходила из ванной, когда в дверь постучали, открыла, подумав, что пришел официант за посудой, вместо него ко мне в номер ворвался мужчина. Высокий, не мощный, но чрезвычайно сильный, зажав мне рот рукой, завалил на кресло и зубами разодрал горло. Больше я ничего не видела, потому что потеряла сознание. Мужчину я, конечно, опишу, но уверена, что вы его никогда не найдете и мое дело так и останется не раскрытым.

Немного помолчав, я горько прошептала.

- Он сказал, что его приз гораздо ценнее моей жизни, а тем более моего голоса, и не важно, что лично для меня голос - это вся моя жизнь. Он, скорее всего, не думал, что после того, что со мной сделал, я смогу выжить. Думаю, врачей я тоже удивила своей живучестью. Да?

Он пристально смотрел на меня, то ли пытаясь выяснить в своем ли я уме, то ли как вытянуть из меня более подробное и правдивое описание происшествия, но я, не получив ответа, только отвела глаза и уставилась на скользящие тени за ширмой, прикрывающей коридор.

- Вы уверены, что больше нечего добавить, мадемуазель Савинова? Может хотя бы попробуете рассказать как все было на самом деле, а я уже сам решу можно ли в это верить или нет. И еще, я хотел бы сказать Вам, мне жаль, что у Вас так жестоко отобрали такой потрясающий голос, столь кардинально изменив дальнейшую жизнь. Но ведь Вы можете найти для себя другое занятие. Главное, что Вы живы. Действительно, Вы во всех смыслах уникальная женщина. Прекрасная, талантливая и сумевшая выжить там, где любой другой не смог бы. Поистине Вас берегут много ангелов-хранителей, и не стоит хоронить себя так рано. Уверен, что Вас ждет счастливое будущее. И происшедшее со временем забудется, как страшный сон.

Меня от его слов передернуло. Ведь он не знал, что я такое и почему, потеряв голос, потеряла все, что имела, и не думая выплеснула на него весь свой гнев и отчаяние. Не обращая внимания на жуткую боль, раздирающую горло, зашептала, цедя слова сквозь зубы.

- Инспектор, вы ничего обо мне не знаете, а делаете такие скоропалительные, а, главное, пустые выводы. Мне исполнилось три года, отец поздно пришел домой и начал рассказывать маме, какой тяжелый сегодня выдался день. В тот момент он держал меня за руку, и я поняла, более того, увидела чем же он на самом деле занимался: гулял с двумя друзьями и кучей проституток в сауне. Я была слишком мала, поэтому очень подробно рассказала обо всем маме и ему. Мама была в шоке, папа - тоже, он решил, что мама за ним следила вместе со мной и, поругавшись, они разошлись по комнатам. Потом произошла еще пара подобных ситуаций, и когда до родителей, наконец, дошло чем наградила их дочь природа, папа, обозвав меня сатанинским отродием, ушел из дома. Развелся с мамой и за двадцать два года после этого общался со мной только по телефону и с помощью открыток. А в тот вечер, перед тем как меня чуть не убили, он позвонил и потребовал денег. Ведь я стала знаменитой и, возможно, в перспективе - богатой. Причем получив отказ, отец начал шантажировать меня именно тем, что расскажет об этом всему миру. Из-за моего проклятия, мама так и не смогла снова выйти замуж, обрести счастье с другим мужчиной, но опять же, благодаря этим способностям, мы иногда играли в лотерею и выигрывали деньги, позволявшие жить совсем не плохо. Но ведь именно из-за дара, обернувшегося проклятьем, она так и не смогла еще раз полюбить, с моей помощью проверяя всех своих любовников и избавляясь от них, не найдя идеала. А я? Вы думаете, я добровольно живу отшельницей, не имея ни друзей, ни врагов. Просто любой, кто коснется меня, раскрывает свое прошлое со всеми его ошибками, терзаниями и ужасами. А вот кого коснусь я, одаривает своим будущим, каким бы оно ни было. И я не вправе изменить что-либо. Ведь я пыталась в детстве и юности несколько раз помочь близким людям, кого-то спасти от смерти, кого-то предостеречь от ошибок. Вы думаете, меня хоть кто-то послушал? Нет! Полагаете, легко видеть последствия чужих ошибок или смерть, не в силах помочь, зная и молча наблюдая за развитием событий? Я не могу ни с кем сблизиться, не могу ни кому довериться. Потому что меня будут либо бояться, либо считать сумасшедшей, либо используют в своих целях. Теперь прикасаться к другим - словно наступить в навозную кучу и хорошенько в ней потоптаться. Так как вы считаете, какое меня теперь ждет будущее? Мой голос - это возможность общения и связи с миром. Возможность зарабатывать, обеспечивая себе достойную жизнь и безопасность, а что теперь ждет? Я не знаю! Хотите, я расскажу, что Вас ждет в будущем!!!

Я схватила за руку, не успевшего отреагировать на мои слова Этьена и, раскрывшись, пустила в себя его будущее. То что я увидела, ужаснуло, побледнев, просипела уже совсем онемевшим от боли горлом.

- Если Вы мне тоже не поверите, погибните. Прошу Вас, нет, просто умоляю - наденьте бронежилет, как только выйдите из больницы. И не снимайте его до утра, заклинаю вас. Хотя бы просто ради шутки поверьте мне, пожалуйста. Я не буду Вам рассказывать что произойдет, потому что Вы можете изменить свое будущее, и эта пуля, все равно настигнет вас, просто при других обстоятельствах.

Он выдернул из моей хватки ладонь и, вытерев ее о штаны, словно в чем-то испачкался, встал со стула и направился из палаты. На пороге он нервно обернулся и, извинившись, попрощался уже выходя в коридор. А я так и осталась лежать, молча глотая слезы. После легкого обеда, принесенного улыбающейся медсестрой, я провалилась в тревожный сон. Следующие пару дней только лежала, погрузившись в невеселые думы, беседовала с врачами и ела, набирая совсем растраченные силы и килограммы. Врачи объяснили, что из-за огромной кровопотери мне сделали переливание крови, но все равно, у меня наблюдается сильнейшая анемия и воспаление некоторых органов, с которым они не очень успешно борются. Горло восстановили, как смогли справились с тяжелейшими повреждениями. И если внешне, со временем, это будет не так заметно, то внутри шрамы никуда не денутся и голос не вернется. Постоянно держалась довольно высокая температура, которую не могли сбить никакие лекарства. И пока мне рекомендовали полный постельный режим для успешного лечения. Я лежала, не зная что же мне делать дальше и до сих пор не в силах полностью осознать и принять случившееся и увиденное в будущем своего несостоявшегося убийцы. Это не может, не должно быть правдой и, тем не менее, проклятие еще ни разу не ошибалось и не обманывало меня. И как теперь жить с ТАКИМ знанием?

Проснувшись, я заметила, что в ногах кровати стоит человек и увлеченно щелкает фотокамерой, снимая меня. "Репортер!" - Озарило вспышкой паники и злости. В тот момент, когда я тянулась к кнопке вызова персонала, в комнату вошел инспектор Круазо и, заметив репортера, в бешенстве схватил его за шиворот и выволок за дверь, предварительно отобрав камеру. Через пару минут он вернулся в палату и молчком сел на уже привычный стул возле меня, и, собравшись с силами и, возможно, мыслями, произнес.

- Простите, Ваша охрана немного отвлеклась, и эта репортерская крыса смогла пробраться к Вам в палату, больше этого не повториться. Я удалил все Ваши фотографии на камере, так что с этим тоже ни каких проблем не будет.

Он немного помялся, а потом, словно прыгнул в воду с головой.

- Спасибо, что подсказали про бронежилет. После того как я тогда ушел, все-таки выполнил Вашу просьбу и надел его, хотя, честно признаться, чувствовал себя полным идиотом. Но через несколько часов стал свидетелем ограбления инкассаторов и помог им отбиться от грабителей. Если бы не бронежилет, то сейчас я бы лежал в морге с двумя дырками в груди и животе, до сих пор ребра и живот болят от силы удара. Бррр... Так что вы мне, можно сказать, спасли жизнь. Теперь ребята из отдела считают меня провидцем, раз я заблаговременно нацепил этот чертов жилет. Так и не решился им объяснить, почему мне пришло в голову это сделать. Знаете, что я подумал. Обладая таким даром как у Вас, можно столько дел раскрыть. У нас столько преступлений висит не раскрытыми!

Я в ужасе посмотрела на него и прошептала.

- Неужели Вы не поняли, то что я тогда рассказала. Ведь мне повезло, что Вы хороший человек, адекватно отреагировавший на предсказание. Я же не просто вижу, а пропускаю видения сквозь себя. Чувствую их. Некоторые долгие годы приходят в себя после того, как с ними произошло всего одно страшное событие из жизни, а я вижу и чувствую их у разных людей и не в единичном количестве. А вы сейчас предложили мне наблюдать и раскрывать преступления, убийства, да я просто сойду с ума после пары из них. Даже при самом хорошем исходе на нормального человека точно похожа не буду. Так что извините, но как-нибудь без меня раскрывайте свои залежавшиеся дела, я такой работы даже врагу не пожелаю, не то что себе.

Он сконфуженно посмотрел на меня, а я замолчала, потому что после длинной речи снова заболело горло. Еще раз поблагодарив за неожиданное спасение и, сделав попытку добиться от меня правдивого рассказа о происшедшем и так не достигнув желаемого, он удалился.

Я тупо пялилась в телевизор, заново переживая услышанные новости. По всем каналам все еще муссировались разные версии случившейся со мной трагедии. За последние пару дней меня навестила куча народа: парочка представителей конкурса, мои наставники и сопровождающие их лица, представители страховой компании, и снова - Круазо. Прямо проходной двор, честное слово, а не больница. Меня все эти люди уже не просто напрягали, а скажем так, вызывали глухое раздражение, поэтому через две недели после госпитализации, так до конца и не долечившись, выписалась из больницы и благодаря помощи и содействию Этьена Круазо, забрав свои вещи из отеля, покинула Францию.

Глава 4

Из зеркала в собственной ванной на меня смотрела странная расплывшаяся рожа. По-другому не скажешь, глядя на плавающий овал лица и щелки вместо глаз. Нос огромной грушей свисал до верхней губы, практически касаясь ее. Создавалось впечатление, что лицо пыталось определиться какую же форму ему принять и никак не могло принять решение. Три дня назад вернувшись из Франции, с трудом избежав общения с встречавшими в аэропорте репортерами и другими заинтересованными лицами, словно мышь в норе, забилась в своей квартире, не желая никого видеть и слышать. До сих пор испытывая неприятную слабость и озноб - температура по-прежнему не проходила - я, словно привидение, слонялась по квартире, не решаясь выйти на улицу. Меня в очередной раз выручили старые бабушкины подруги, дружно обеспечивая вкусной готовой снедью собственного приготовления и полностью загрузив холодильник продуктами. Не отвечая на телефонные звонки и ни с кем больше не общаясь, я просуществовала так три дня и вот, на утро четвертого увидела это. Судорожно распахнув халат, я с ужасом поняла, что и тело, словно горячий воск свечи, поползло, размазывая очертания и теряя свои истинные формы. Я кинулась к телефону, схватив его дрожащими руками, набрала 03. Услышав знакомое "Скорая", замерла, прижав трубку к уху. И что же я им скажу. Что я, словно воск, таю, или что меня недавно погрыз монстр в человеческом обличье, а может, что у меня две с половиной недели температура держится от тридцати семи до тридцати девяти и, скорее всего, именно по этому галлюцинации возникают. Осторожно отключив телефон, снова направилась в ванную, пытаясь при этом не шуметь и не издавать лишних звуков. Потом, когда до измученного сознания дошло, что я, словно партизан в тылу врага, пробираюсь бесшумно в собственную ванную, расхохоталась не обращая внимания на саднящее, с трудом заживающее горло. Да, подобными темпами, я очень скоро сама попрошусь в психушку. Мысленно отмахнувшись от всего и почувствовав себя чуть увереннее, задрав подбородок, зашла в ванную и, сглотнув слюну, все еще нерешительно посмотрела на себя в зеркало. Уффф... Там отражалась я и только я. Стройная, чуть выше среднего роста платиновая блондинка с серебряными глазами и мраморной кожей - настоящая снежная королева. Из-за такой внешности и необходимости всегда носить перчатки, чтобы защитить сознание от видений, в школе меня именно так и называли. Выражение красота - страшная сила в моем случае не срабатывало. Красота не творила чудеса и удивительные вещи, а со временем меня вообще научились практически не замечать. Снова осмотрев себя, облегченно вздохнула и вышла из ванной, решив, что синие круги под глазами и выпирающие кости на теле радости не добавляют, пошла усиленно питаться и поднимать гемоглобин.



К вечеру температура несколько раз меняла свое значение, и два раза я снова наблюдала огарок свечи в зеркалах. Меня так трясло, что даже ложку в руках не могла удержать. Начало казаться, что действительно схожу с ума, но при этом идти к психиатру как-то не слишком хотелось. Я решила сделать ход конем и во время очередного "свечного приступа", схватила фотоаппарат и сделала несколько фотографий, чтобы просто убедиться, что это не галлюцинации. После того, как в зеркале на меня снова смотрела моя прежняя, еще более-менее симпатичная физиономия, с замирающим сердцем прокрутив сделанные фотки, поняла, что с головой у меня вроде все в порядке, а вот с телом... как-то не очень. Удалив все фотографии, положила фотоаппарат подальше и, закутавшись в одеяло, завалилась спать. Напрягать дополнительно и так сильно пострадавшую психику не хотелось.

На следующий день, снова столкнувшись с вчерашней проблемой потери формы тела, я уже не раздумывала. Собрав вещи и содержимое холодильника пока находилась в стабильном состоянии, которое незаметно для других контролировала с помощью зеркала и очень большого количества одежды, отдала ключи от квартиры и немного денег на ее содержание подругам бабушки и на своей старой "королле", покинула город. Уж если и сходить с ума, то подальше от людей, благо у нас в Подмосковье есть, так называемый "домик в деревне".

Быстро заскочив в супермаркет, я купила продукты, необходимые на длительное время и другие мелкие, но такие нужные в деревне вещи, и покинула территорию асфальта и бетона. До нашей дачи, добралась только к вечеру и, загнав на участок машину и перенеся все вещи в дом, закрыла ее чехлом, чтобы не привлекать совершенно ненужного внимания любопытных. Наш старый, бревенчатый, с печкой и баней, дом стоял на краю деревни возле самого леса. В другое время я бы сюда одна никогда не поехала, потому что боялась леса и темноты. А теперь, после смерти бабушки и мамы, осталась совсем одна и даже позвать, или просто довериться было попросту некому. "Да... дожилась, мать! Помрешь и никто не узнает, где могилка твоя, Дарина". - пробурчала себе под нос.

Поняв, что начала разговаривать сама с собой, совсем загрустила, - может собаку завести и спокойней будет, - и поговорить с ней тоже приятно. Все лучше, чем одной в темноте на краю леса. Тут хоть кричи-обкричись - на помощь никто не придет, да и некому. Деревня все больше дичала и пустела. Шестнадцать жилых дворов и куча пустых домов, которые даже сейчас, в середине лета, пустовали. Хорошо, что хоть электричество еще не отрубили, а то мне тут совсем худо было бы. Сразу подключив старенький дребезжащий холодильник, загрузила в него продукты. Расставила консервы и разложила все вещи по шкафчикам и полочкам, протерла везде пыль и помыла полы, потом постелила привезенное с собой белье и, наскоро ополоснувшись в тазике теплой водичкой и перекусив, легла спать.

Меня разбудила боль. Не просто боль, а боль с большой буквы, от которой меня скрутило в бараний рог, причем в буквальном смысле, до хруста костей. Когда через несколько мгновений она отступила, я почувствовала облегчение такой силы, что не выдержала и заплакала от счастья. Я тихонько лежала, а слезы стекали по лицу на подушку, растекаясь темным, соленым пятном. От страха лишним движением вызвать новый приступ, боялась даже пошевелить пальцем, чтобы вытереть мокрые щеки, даже вдохнуть поглубже, чтобы успокоиться. И только сейчас поняла, что все это время, прошедшее с того кошмарного вечера, когда на меня напал монстр, я не плакала ни разу, находясь словно в прострации или шоке от случившегося. Как будто со стороны наблюдала за собой, окружающими людьми и событиями, которые происходили. Внутри меня образовалась пустота, которая, словно черная дыра, поглощала все эмоции, страхи и чувства, и вот теперь эта дыра, наконец, заполнилась до отказа, и скопившееся грозило вылиться наружу, разрывая грудь от тоски, боли, одиночества, крушения надежд и утрату мечты о свободе и безопасности. Хоть всегда верила, что надежда умирает последней, так неужели же сама уже смирилась с тем, что я живой труп! Уже умерла. Но ведь даже тогда, лежа с разорванным горлом, истекающая кровью, с ощущением чужой приторной крови у во рту, хотела жить и до последнего верила. Даже не знаю во что именно, но главное, верила. А теперь лежу здесь, будто на краю мира, укрывшись ото всех, и боюсь пошевелиться. Кошмар, как я до этого докатилась?

Смешно вспомнить, что моей красоте многие завидовали, певческому таланту предрекали большое будущее, а уникальными способностями хотели воспользоваться. Кто в благих целях, а кто - в откровенно низменных. Неужели теперь, я никому не нужна, даже самой себе. Придя к таким неутешительным выводам и почувствовав сухость в горле, попыталась встать с постели. Пойти напиться что ли? Не судьба...

Следующую пару суток запомнила смутно. Иногда все-таки приходила в сознание и, кое-как доковыляв до кухни, что-то ела, пытаясь заглушить дикий голод и боль в желудке, а спустя какое-то время снова проваливалась в преисподнюю, где царили только мрак, боль и ужас. Просто рай для мазохиста, а я к ним, к сожалению, не относилась. Ситуацию усугубляло то, что не могла понять причину подобного состояния. Несколько раз придя в более-менее четкое сознание, пыталась ползти к двери, чтобы добраться до машины, с намерением отправиться за помощью, любой помощью. Но каждый раз, отчего-то вспоминая трансформированную рожу моего несостоявшегося убийцы и эффектное появление-исчезновение теней в плащах, решала, что мне уже никто не поможет. И подопытным объектом, равно как и пациентом психоневрологической клиники, как-то тоже не сильно хотелось оказаться. Поэтому терпела, как могла. Разговор с собой перешел на мысленный, потому что очень скоро мой и так сиплый шепот перешел на хрип, а после очередной волны боли он исчез. Дом вместе со мной погряз в тишине и боли, от которой молча корчилась в очередных судорогах, скручивающих тело.

Очнулась на полу в рвотных массах и что там еще подо мной было, выяснять желания не было. С трудом приподнявшись на окровавленных и сбитых о деревянные доски руках, попыталась встать. С третьей попытки подняться, наконец, удалось и я, цепляясь за стены и мебель, поплелась на кухню, испытывая нестерпимую жажду и дикий голод. Скорее всего, изначальные животные инстинкты сработали. Поесть, попить, сходить в туалет и больше ни одной светлой разумной мысли. Трясущимися руками открыв банку тушенки, не разжевывая, жадно съела ее содержимое, затем утолила жажду, проглотив пол-литра воды, и уже более уверенно вернулась назад.

В ужасе оглядела комнату. Все вверх дном, на полу вонючие нечистоты, царапины от моих ногтей, бурые пятна засохшей крови, а в окно светит заходящее солнце, делая картину еще непригляднее. С трудом передвигаясь, словно заведенная, отдраила весь дом, с остервенением убирая все следы и запахи того, что со мной тут творилось, а потом выйдя на задний двор, с таким же тщанием до скрипа, едва не сдирая кожу, отмывала свое многострадальное тело, грязные всклокоченные волосы в бочке с дождевой водой. Ополоснувшись чистой колодезной водой, наконец, ощутила удовольствие от чистоты и свежести, вместе с которыми пришла твердая уверенность, что боль больше не вернется и самое плохое позади. Я верила, а значит - снова жива. Позитивное настроение придало бодрости и сил. Поеживаясь от вечерней прохлады, вернулась в дом. Приготовив нормальный ужин, решила поужинать при свечах, прилично одевшись. Словно извиняясь перед собой за прошедшие дни, когда вела себя подобно животному.

Следующая ночь принесла долгожданное чувство покоя и уверенности в завтрашнем дне, щедро подарив хороший отдых. Повалявшись подольше, наслаждаясь теплом и комфортом, наконец, резво вскочила и, прибрав постель и одевшись, пошла завтракать. За раскрытым окном пели птицы, трещали кузнечики и ярко светило солнце, наполняя тело чудесной легкостью, от которой хотелось петь и танцевать. Немного погрустив от того, что петь теперь не могу, включила плеер и, поправив бретельки на легком синем трикотажном платье, пританцовывая под музыку, готовила манную кашу на сухом молоке. Очень полезная пища для моего многострадального горла. Надо жить позитивно и с улыбкой смотреть в завтрашний день, иначе не миновать мне психушки. Хотя после всего улыбаться было трудновато, но ведь жизнь продолжается, как правильно недавно заметил Этьен. И вообще, с удивлением поняла, что побывав на краю бездны, по-другому начала относиться к жизни, решив более легко и ярко проживать каждую отведенную мне богом минуту. Ведь она в любой момент может оказаться последней.

Глава 5

Сидя на ступеньках крыльца и жмурясь от удовольствия, пила сладкий кофе с молоком, смотрела на окружающий мир и радовалась. Просто радовалась тому, что светит солнце и теплыми лучиками ласкает бледную кожу на щеках. Радовалась, глядя на то, как забредшие ко мне во двор соседские куры деловито сновали в поисках еды, а между ними прыгали воробьи. Радовалась запаху полыни и пижмы, растущих возле забора, зеленому цвету травы, покрытой маленькими блестящими капельками росы. Красоты природы, чистый воздух и тишина вокруг наполняли душу покоем и умиротворением. Сейчас не хотелось никуда возвращаться, просто сидеть тут на крылечке и наслаждаться покоем. Надо учиться жить одной и не страдать от мысли, что навсегда останусь одна, не смогу выйти замуж, нарожать детей и, вообще, иметь семью. И если сначала препятствием был мой дар-проклятие, то теперь к нему добавилось то, что я не знала что из себя представляю, и какой заразой меня наградил нелюдь-мучитель. Рисковать и передавать по наследству непонятно что не стану однозначно. И тут душа заныла от сознания, что никогда не почувствует родного тепла, любви, нежности и ласки, что не сможет поделиться этим с близкими и родными и не почувствует этого сама.

Вытерев слезу, ползущую по щеке, сначала услышала шум моторов, а потом увидела две машины иностранного производства, судя по расцветке - такси. Обе машины притормозили возле моих ворот, из каждой вышли по двое мужчин. Легкий взмах руки одного из них, и обе машины, словно очнувшись, рванули прочь, развернувшись с такой скоростью, что последняя, плохо войдя в поворот, задела бампером забор, но не останавливаясь, удалилась. Странно, однако, все это. На репортеров не похожи, и я, почувствовав неладное, встала и напряглась, пристально их разглядывая.

Первые двое мужчин, одетые в пиджаки похожие на сталинские: черного цвета, наглухо застегнутые под самым горлом, были высокими брюнетами с густой гривой волос с выбритыми правыми висками и темными глазами. При виде их создалось стойкое ощущение как будто передо мной две породистые собаки, преследующие добычу, настолько цепкий и все подмечающий взгляд у них был. Такие не похожие друг на друга и в тоже время, настолько одинаковые в своем поведении. Двое других - голубоглазый блондин с выбритыми висками и шатен среднего роста были одеты в легкие белые рубашки до середины бедра и черные льняные брюки. Эти двое поразили холодными и отстраненными взглядами, словно смотрели сквозь меня или глубоко внутрь себя. Когда они подошли поближе и я подробнее разглядела блестящие тату на выбритых висках, захотелось завизжать от страха, потому что стало очевидно, что это, судя по всему, нелюди, похожие на того убийцу.

Чашка выпала из рук и покатилась по ступенькам, расплескивая горячий кофе, а я, прижав руки к горлу, в панике металась взглядом по бесстрастным лицам мужчин, пришедших явно по мою душу. Ведь судя по их пристальным взглядам, сомнений, что пришли именно за мной, больше не было. "Хорошо, что не завела собачку!" - Пришла в голову исключительно своевременная мысль. Я влетела в дом и захлопнула дверь, заперев ее на щеколду. Оглядев окна, кинулась к ним, с громким стуком запирая каждое. Выскочив из спальни, увидела, что все четверо стояли посреди комнаты на фоне выломанной двери и, не мигая, наблюдали за моими действиями. А я, замерев словно жалкий бандерлог перед Каа, была не в силах оторвать от них взгляд. Снова заболели горло и голова, но я не смела даже шелохнуться, боясь лишним движением спровоцировать этих животных. Их тату странным образом светились у каждого с разной интенсивностью, различаясь изображениями животных на выбритой коже. Двое брюнетов обладали тату с изображением зверя, похожего на волка, у шатена - хищная птица, расправившая крылья, а вот у блондина на каждом из висков был изображен кто-то из семейства кошачьих, причем одинаковых слева и справа. Когда посмотрела на блондина, он, не глядя на меня, словно ушел в свои мысли, при этом взглядом буравя пол гостиной и слегка хмурясь. Два брюнета с любопытством и явным сожалением смотрели на меня, потом один из них подошел практически в плотную, от чего у меня спазмом страха свело горло. Я не отрываясь смотрела на него чуть задрав подбородок, из последних сил демонстрируя свою непокорность и силу духа, которой, увы, было с гулькин нос. Но если я должна сейчас умереть, то достойно, а не валяясь у них в ногах, как половая тряпка. Не зря мой прадед во Вторую мировую полком командовал и всю войну прошел до самого Берлина. Его кровь сейчас во мне бурлила, не давая склонить голову, сжаться и забиться в ужасе в какую-нибудь щель, словно глупый пингвин. Ведь все равно эти волки отовсюду достанут и съедят. Сжав кулаки, посмотрела ему в глаза, при этом холодея от ужаса. Он спокойно наблюдал за мной, потом с сожалением в голосе произнес.

- Жаль, такая красивая, но чужая и к тому же, пустая. Я на себе прочувствовал, что с тобой сделал Валурик и удивлен, что ты смогла выжить после этого. Подобное упорство заслуживает чести, даже не смотря на то, что нам потребовалось немало времени, чтобы отыскать тебя. Я подарю тебе быструю смерть, не бойся меня, чужая.

Почувствовав, как глаза начинают застилать слезы отчаяния, шепотом спросила, все еще закрывая руками в защищающем жесте горло, понимая всю его бессмысленность и наивность.

- За что меня так наказывают, что я вам сделала? Вы уже забрали мой голос и теперь второй раз хотите забрать мою жизнь. За что?

Странно, но я заметила легкое чувство вины, промелькнувшее у него в глазах и все тоже сожаление о том, что ему все равно придется сделать со мной.

- Прости, но у нас нет выбора, ты свидетельница нашего появления в вашем мире. Наш закон не позволяет оставлять свидетелей в живых. В случившемся с тобой вина Валурика, и он понесет заслуженное наказание. Никто из участников игр не вправе прибегать к энергии крови в чужих мирах. Он признан победителем игр, но теперь его победу аннулируют.

- И это все? Вы заберете мою жизнь, а у него только заберут победу? И вы считаете это равноценным!!!

Я, выпучив глаза, смотрела на него не в силах поверить, какая самонадеянность и чувство полного превосходства над другими.

- Чужая, ты просто не знаешь нашего мира, поэтому не понимаешь нас. Мы слишком малочисленны, чтобы разбрасываться любым из нас и если бы знала суть игр, то поняла бы, насколько сильно наказан Валурик. Прости, но у нас не так много времени для дискуссий. Пора приступать. Он двумя руками с силой отвел мои руки от горла, заставив сердце забиться с утроенной скоростью от ужаса и отчаяния. Теперь все, мне конец. Но в этот момент в комнате раздался сильный и громкий голос.

- Нет, подожди, ищущий, с ней что-то не то. Неужели ты не почувствовал странность?

Блондин подошел к нам и, дождавшись когда брюнет уберет от меня руки, прошептал надо мной три слова и провел своей широкой ладонью вдоль лица, не прикасаясь. Под его ладонью стало жарко, и в этот момент я почувствовала, как по коже побежали горячие пятна. В полном ступоре опустив голову, смотрела как по моим голым рукам и ногам, стремительно меняя форму, носятся серебристые пятна. Не обращая на мужчин внимания, я подняла руки и завороженно смотрела на хаотичное движение серебрянок, которые то забегали на пальцы, то быстренько сбегали под мышку, то снова мигрировали в новое место. С горящими от любопытства глазами, посмотрела на блондина и заметила, что не только он, но и трое других, подойдя вплотную, шокированно смотрят на меня. Первым не выдержал шатен.

- Этого не может быть, неинициированная чужая. Как это возможно без дара?

Резко взглянув на меня, спросил.

- Ты владеешь способностью управлять энергией, девочка?

Я тупо смотрела на него, пытаясь понять, что ему от меня надо, и в чем заключается смысл владения энергией. А потом просто пожала плечами, снова увлекшись серебрянками. Почему-то глядя сейчас на них, чувствовала не только тепло, которое они разносили по всему телу, но и то что теперь я не одна. Глупая мысль, особенно учитывая тот факт, что это всего лишь пятна, и к тому же, меня скоро будут снова убивать. Между тем, бегающее тепло распространялось по всему телу, согревая душу и заполняя пустоту в сердце.

- С этого момента ее судьба входит в компетенцию Совета, и это не наша забота. Надеюсь, господа ищущие смогут без помощи смотрящих организовать переход.

Все это блондин проговорил на одном дыхании и с довольной ухмылкой на губах.

- Возможно благодаря нам, господа, на следующих играх появится новый приз. Хм, клянусь своими крыльями, весьма рад этому.

Шатен довольно улыбался, глядя на меня, меня же от этой голодной хищной улыбки передернуло. Но в груди встрепенулась надежда, что смерть немного отложили на потом, что ж, приложу максимум усилий, чтобы оказаться как можно дальше от нее. Как можно ДАЛЬШЕ! До сих пор молчавший второй брюнет, задумчиво смотревший на меня, вдруг злорадно засмеялся.

- Я очень хочу увидеть рожу Валурика, когда он узнает, что не только лишился победы, но и пропустил такое сокровище. Ведь вполне возможно, что она может стать его парой. Представляю, как долго он будет жевать свой никчемный хвост, безголовый мальчишка.

Он и его напарник вышли вперед и начали уже виденный ранее танец. А я замерла, гадая, что со мной будет дальше. Но неизвестность быстро закончилась, потому что как только появилось знакомое облако, меня подхватили под руки и вместе со мной прошли сквозь него. Я ничего не видела и не слышала, только образы и видения, которые стремительно проносились сквозь меня, смешиваясь в единую кашу из-за того, что оба мужчины крепко держали меня за голые руки. Страшные видения прошлого обоих ищущих настолько поглотили сознание, что я попыталась с силой вырваться из их плена, пытаясь закричать. Не может быть, чтобы столько событий, смертей и потерь вместились в одну такую короткую жизнь! Все разом прекратилось, как и давление их рук на мои предплечья. Обнаружив себя лежащей на странном мозаичном полу в позе эмбриона, с трудом перевела дух и, вытерев мокрый от пота лоб, села на пол, приводя свои мысли и платье в порядок, убирая тягостные последствия избытка не слишком позитивной информации. И хотя я с трудом смогла продраться сквозь путанные и скомканные картины их прошлого, но все же смогла понять, что живут они долго, ну просто неприлично долго,

и оба мужчины мечтают обрести свою избранницу. Не просто мечтают, а скажем так, словно маньяки одержимы этой идеей. И они не люди, теперь я уверена в этом. Я видела события, оставившие сильный эмоциональный отпечаток в их прошлом. Их первое обращение или инициацию. Преследование добычи, которая не всегда добыча была неразумной. Страшные бои и дикие страстные танцы на перекрестке трех лун их планеты. Пробуждение дара и его первое путешествие сквозь их тела, единение со стихией. Их зверей, а точнее, их сущность! Которая после инициации проявляется на виске. Так что насколько я поняла, судьба свела меня с полуживотными. К тому же владеющими своеобразной магией. Подробности я не уловила, но ведь их переход больше мне ни о чем другом сказать не может. Поэтому просто приняла к сведению, что они маги, к тому же - оборотни. Да еще из другого мира. Мои размышления прервал напряженный голос блондина.

- Чужая, с тобой все в порядке?

Сфокусировав взгляд, посмотрела на них и, оглядевшись вокруг, поняла, что нахожусь в большом зале, а сквозь стрельчатые окна начинает пробивается сиреневый свет, благодаря которому темные стены помещения приобретали мягкий оттенок, и рассеивалась гнетущая темнота. Открыв рот, я снова осмотрелась вокруг уже не в силах удивляться, и просто спросила.

- А мы уже где?

- В цитадели Верховного Совета и императора. Ты находишься в нашем мире, на планете Траван. Расскажи, от чего тебе стало плохо при переходе, наша энергия еще ни на кого так плохо не влияла как на тебя. Почему?

Блондин, закончив речь, в упор посмотрел на меня, я же сглотнула, чуть увлажняя пересохшее горло и сипло прошептала.

- Когда ко мне прикасаются, вижу чужое прошлое, оно проходит сквозь меня, вызывая не слишком приятные ощущения, а сейчас они оба, мотнула головой в сторону брюнетов, сделали это одновременно. У ваших спутников оказалась весьма длинная и насыщенная событиями жизнь, поэтому мне стало плохо. Если возможно, больше не прикасайтесь ко мне. Пожалуйста. И... Извините, но у меня так сильно пересохло горло, можно немного воды. Иначе говорить я скоро совсем не смогу.

Блондин, с расширившимися от удивления глазами, секунду рассматривал меня, потом обернулся к остальным мужчинам, которые с не меньшим интересом делали то же самое.

- Она не пустая, это может объяснить некоторые моменты, но это же невероятно! Первая смотрящая за всю историю Травана.

Он немного завис, явно что-то планируя, потом, резко повернувшись к шатену, коротко приказал.

- Ты должен доложить Совету клана об этом происшествии.

Снова обернувшись ко мне, присел на корточки рядом и мягко заговорил. Я отметила, что теперь на меня смотрели не просто с любопытством и мужским интересом. Теперь изучали глазами археолога, обнаружившего новый артефакт в давно забытой и исследованной гробнице, - с неверием и жаждой чуда.

- Прости, чужая, но тебе придется немного потерпеть. Мы сейчас выйдем из зала телепорта и по дороге сможем раздобыть воду.

Он автоматически протянул руку, чтобы помочь мне встать, но тут же ее отдернул, словно обжегся. Ничего не объясняя, сделал шаг в сторону и, выжидая, замер. Судя по всему, не сильно хочет делиться своим пошлым. Кряхтя и опираясь о пол руками, с трудом поднялась и, оправив уже порядком помятое платье, последовала за своими сопровождающими. Они, окружив меня со всех сторон, направились в сторону высоких дверей. Как только мы вышли за двери, шатен, коротко склонив голову в прощальном вежливом поклоне, быстро удалился в противоположную нашему пути сторону. Я шла, разглядывая стены, и напряженно размышляла о будущем, и о том, с чем столкнулась в последнее время. Переваривая информацию, что оборотни все-таки существуют, а также магия и другие миры, пыталась разобраться - что меня может ждать дальше. Теоретически, как я поняла, появился шанс выжить благодаря серебрянкам, все еще бегающим по телу и согревающим своим живым теплом. Плюс мой проклятый дар и тут уже успел проявить себя, но, слава богу, принес, я надеюсь, пока только пользу. Но вот этот нездоровый интерес в их глазах в отношении моей персоны с уникальным даром сильно беспокоил и напрягал. Рассказывать, что к тому же еще и будущее могу видеть, я не торопилась. Лучше сделать этот секрет джокером. Вполне возможно, в будущем он сможет превратиться в старшую козырную карту, способную спасти мне жизнь. А пока, не имея полного расклада на руках, решила не гадать и не переливать из пустого в порожнее, а плыть по течению.

Пару раз мы столкнулись с удивленно взирающими на меня мужчинами, одному из которых блондин велел принести воды. Буквально через минуту на подносе мне подали графин с водой и бокал. Я выпила весь графин и только после этого ощутила некоторый прилив сил. Наш поход продолжался минут десять, мы шли многочисленными коридорами, и в итоге, неожиданно для меня, пройдя очередной немаленький зал, уперлись в приличных размеров приемную. Там за огромным столом восседал мужчина- секретарь, как я его назвала про себя, и недоверчиво, взирал на блондина, который потребовал прямо сейчас собрать основной состав Совета. Подойдя к окну в ожидании приглашения и выглянув наружу из раскрытых створок окна, замерла, забыв как дышать. Сиреневое солнце и золотая луна смотрели на меня с голубого небосвода. Сиреневатые облака носились по небу наперегонки, а между ними парили птицы и крылатые звери. У меня от удивления приоткрылся рот и я, словно ребенок, не могла наглядеться на подобное чудо. Неожиданно, мимо медленно проплыл плоский диск, на котором сидели мужчина и женщина и мило переговаривались, держась за руки. Так приятно все и спокойно. Из-за высоты подоконника земли было не видно, но и так было понятно, что я, действительно, не на Земле. Вспомнив как дышать, глубоко вдохнула чистый воздух, не изгаженный выхлопными газами, и попыталась в очередной раз чуть-чуть успокоиться и прочистить мозги. Удавалось с трудом.

- Чужая, нам пора, ради тебя собран Совет и они ждут.

Обернувшись, наткнулась на улыбающегося брюнета-ищущего, который, подойдя ко мне, вытянул руку в направлении высоких узких дверей в приглашающем жесте. Нервно сглотнув горькую от страха слюну, неуверенно шагнула к дверям, возле которых замер с жадным любопытством разглядывающий меня секретарь. Впереди шел блондин, за ним - один из брюнетов, а следом - я. Замыкал шествие второй ищущий горячо дыша в макушку, от чего по коже побежали недовольные и испуганные мурашки. Впереди идущие встали таким образом, чтобы мы образовали веер. Оказавшись посредине, наконец увидела тех, кто будет решать мою дальнейшую судьбу, и сердце снова скатилось куда-то в пятки.

Глава 6

Прямо перед нами за огромным длинным столом, сидели одиннадцать мужчин и молча смотрели на нас. Какое многообразие образов: цвет глаз, кожи, волос; и судя по тату, имеющих разные виды сущностей. Сидящих судей, мысленно отнесла их к этой категории, объединял только отстраненно-холодный взгляд, которым они сначала наградили моих спутников, и чуть более любопытный и заинтересованный - достался мне. Быстро оглядев всех мужчин, взглядом невольно задержалась на сидящем прямо напротив меня, в центре, следящим за мной, чуть хмуря брови. Не могла сразу понять чем он так сильно привлек мое внимание, но тем не менее, никак не хотела отрывать от него своих глаз. Мощный, судя по торсу, возвышающемуся над столом, смуглый, с зелеными травяными глазами в обрамлении черных густых ресниц и бровей, великолепная черная грива волос, скованная в длинный, высокий хвост, водопадом спадала на спину. Крупные, сильные руки, сжатые в кулаки, неподвижно лежащие на столе. Красивый! Но не той приторной красотой, какую любят демонстрировать земные журналы и модные дефиле. Этот являл образец настоящей мужской красоты, созданной не только матушкой-природой и поколениями предков, но и силой воли, твердостью духа и характера, а также многолетней мудростью и опытом воина. С того места где стояла, не смогла разглядеть какая татушка изображена на его правом выбритом виске. Я поняла, что мой интерес к его персоне заметил не только он, но и остальные находящиеся в этом небольшом зале мужчины. Все по-прежнему молча уставились на меня еще пристальнее, а я от такого внимания к себе опустила голову, покраснев от смущения и стыда, и все же не удержалась, и снова бросила быстрый взгляд на него. Он также пристально смотрел на меня, и только его кулаки чуть побелели от напряжения. Странно это! Сидящий справа от него мужчина с яркими красными волосами, собранными в похожий конский хвост, и двумя выбритыми висками перевел взгляд с меня на блондина и озвучил вопрос, который явно интересовал всех.

- Смотрящий Вальдос, на каком основании вы созвали Высший Совет Дуовитов? И почему на нем присутствует чужая?

Блондин низко поклонился, перед тем как ответить, а потом, словно скоро получит Нобелевскую премию, гордо задрав подбородок, ответил.

- Проводя установленную законом проверку после окончания брачных игр и расследуя поданную охотниками жалобу на претендующего на победу Валурика из рода Быстрых, мы выявили ряд нарушений, и одно из них стоит перед вами. Рен Валурик нарушил главный закон Травана, воспользовавшись энергией крови чужих, благодаря чему смог уйти от охотников на последнем этапе и выиграть гонку. Более того, он чуть не убил и не изуродовал женщину, чужую, практически полностью иссушив ее. Не знаю, что послужило катализатором процесса, но эта Чужая стала пока еще неинициированным Дуовитом, пройдя полную трансформацию. К тому же обладает даром. И вы не поверите каким. Смотрящей! И очень сильной смотрящей, хочу вам заметить. Ей хватает только прикосновения, чтобы начать видеть. Правда, как я узнал, от этого она испытывает боль и ей становиться плохо, но я думаю, при соответствующем обучении и обретении второй сущности сможет контролировать свой дар. И это означает, что она сможет улучшить наш генофонд, ренваны. Я так же думаю, что именно тот факт, что она не пустая, помог ей преодолеть барьер между мирами, чтобы получить возможность пройти изменение. Ввиду всех вышеперечисленных фактов, как старший группы расследования, принял решение вынести ее судьбу на ваш суд. По моему мнению, уже тот факт, что она сможет принять участие в брачных играх в следующем сезоне, может отменить действие закона об устранении свидетелей нашего присутствия в чужих мирах. Она стала Дуовитом и теперь ее судьба в ваших руках, ренваны.

Красноголовый удивленно переглянулся с остальными, а "мой" брюнет все так же продолжал неотрывно сканировать меня взглядом, от которого уже по всему телу толпами бегали мурашки наперегонки с блестяшками. В груди странно тлел маленький уголек, а по телу, все быстрее набирая скорость, носились серебрянки. Их передвижение уже походило на световые вспышки то там, то здесь. Я вся застыла от напряжения и со страхом слушала их разговор, переводя свой взор с одного на другого. О том, что у меня такой сильный "дар", я знала и без посторонних, и это только покоробило, а не впечатлило. Если бы не он, жила бы я счастливой жизнью обычной человеческой женщины, а не влипала бы регулярно в разные дурно пахнущие неприятности. А они так ему радуются. Ведь не им всем с ним жить. В полном одиночестве, в страхе, снимая перчатки только дома, чтобы не дай бог к кому-нибудь прикоснуться и столкнуться с чужим прошлым или будущим. Даже к родным мне людям я старалась не прикасаться лишний раз. А ведь мне, как и всем остальным людям, хотелось тепла, ласки и заботы. Очень хотелось. Про мужскую ласку вообще молчу, о ней я боялась даже мечтать, чтобы окончательно не уйти в депрессию. Не хочу жить, как моя мама, не доверяя никому и всех проверяя, и каждый раз прикасаясь к своему мужчине видеть все его прошлое и будущее. Его ошибки и слабости, страхи и гадости. За двадцать пять лет жизни я убедилась - идеалов нет и безупречным прошлым или будущим никто не обладает. Поэтому сама добровольно отдалилась, чтобы сохранить рассудок и не потерять веру в доброе и прекрасное.

Красноголовый как-то неуверенно посмотрел на мужчину моей мечты и, не дождавшись от него какой-либо реакции, снова обернулся к нам.

- Назови себя, Чужая, и расскажи, как произошло твое изменение.

Услышав, что обращаются ко мне, с трудом собрав в кучу разбегающиеся мысли. Мозг в данный момент почему-то плохо работал. Упершись глазами в лицо "своего" брюнета, начала говорить с большим трудом выталкивая слова. Мужчина чуть подался вперед и, разжав ладони, упер их в стол и все так же молча буравил меня своими изумрудными глазами.

- Меня зовут Дарина Савинова, я оперная певица. Была! Три недели назад, после концерта, я отдыхала в номере парижского отеля, ко мне постучались, и я открыла. В дверях стоял мужчина, который, не долго думая, разодрал мне горло зубами и выпил мою кровь, а то что не допил - разлилось по полу. Как только следом ворвались два его преследователя, он открыл магический портал и удрал, а меня чудом спасли люди, которые вовремя оказались рядом. Самое обидное, что он сказал, что его приз ценнее моей жизни. И мне было бы интересно узнать о призе, ради которого этот зверь хотел меня убить. Из-за него я лишилась главного, своего голоса, а ведь петь - это все что я умею и люблю. Благодаря ему, я могла обеспечивать свою безопасность и нормально жить, а теперь даже говорю с трудом. И сейчас вынуждена стоять перед вами и ждать вердикта жить мне или нет.

К концу своей речи я уже скрипела, словно не смазанная дверь, и замолчав, опустила голову, попытавшись тайком вытереть некстати навернувшиеся слезы. Опять сырость развожу. Нервы совсем ни к черту, потому что плакала я очень редко, а теперь - практически все время.

- Он делился своей кровью с тобой, Дарина Савинова?

Красный тоже подался вперед с нетерпением ожидая моего ответа, как и остальные судьи, с горящими любопытством глазами, не исключая моих провожатых, которые обернувшись, напряженно смотрели на меня. Я лишь отрицательно помотала головой, но вспомнив тот злополучный вечер и почувствовав холод страха внутри, прошептала.

- Я сопротивлялась, как могла, но он гораздо сильнее меня и единственное, что мне удалось - это укусить его за ладонь. Сильно! До крови! И честно говоря, она такая противная, что меня чуть не стошнило, но он мне рукой рот зажимал, чтобы не орала. Поэтому пришлось глотать.

От нахлынувших воспоминаний меня всю перекосило, снова возникло ощущение тошноты и горечи во рту. Да, подобного деликатеса мне в жизни не забыть. Бррр!!! И вообще, рассказывая как покусала их соотечественника, начала чувствовать себя неловко, все ниже опускала голову, разорвав контакт с такими яркими горящими глазами. Даже показалось, что в тот момент, когда рассказывала про свои мучения, его глаза почернели и сузились в щелки, поэтому решила, что просто пригрезилось. Ха, а может он злится за то, что я так с его земляком плохо поступила. Практически искалечила беднягу. От этой злой иронии, мне вдруг стало больно и еще больше обидно за себя. А ведь он мне понравился. Сильно! Впервые мне понравился мужчина, и на тебе, мало того, что не человек, а иномирный оборотень, так еще и прибить меня хочет. Горько вздохнув, я неосознанно подняла руку и потерла саднящее горло, потом осознав свое движение, опустила, и замерла словно изваяние, уставившись на сиреневое небо, видневшееся в распахнутом окне. Не буду! Не буду больше думать о нем и смотреть на него не буду. Все равно безнадежно. Кто он и кто теперь я!!!

- Чужая, мы не владеем магией. Мы управляем энергией, просто то как мы это делаем, выглядит для непосвященных странно. Но ты привыкнешь, я думаю, довольно быстро. - произнес самый старый мужчина, практически весь седой и с двумя татушками, сидящий слева от брюнета. Он уже с интересом, вполне так по-доброму, смотрел на меня. Его слова придали мне уверенности и надежды, что возможно не все так плохо как кажется на первый взгляд. Потом секунду помолчав, он снова заговорил.

- Расскажите, Дарина Савинова, о своей семье и Вашем даре.

- Да нечего рассказывать. Перед моим рождением умер дедушка, шесть лет назад - мама из-за болезни, а три месяца назад умерла бабушка. И теперь я совсем одна. Отец жив, но он давно отказался от меня, узнав о так называемом даре. Лично ему кажется, что это проклятие. Так что с тех пор, как мне исполнилось три года, я его не видела. Кроме меня в семье подобным "даром" никто не владел. А насчет самого дара, то я не знаю что рассказывать. Если кто-то прикасается к моей голой коже, то мое сознание заполняют образы, видения и соответствующие им чувства и эмоции. Особенно сильные заставляют меня чувствовать их как свои собственные. И это не сильно приятно, поэтому я всегда хожу в закрытой одежде и в перчатках. Но сегодня гостей не ждала, поэтому была абсолютно не готова к их приему. Особенно учитывая тот факт, что в начале меня снова хотели убить.

Замолчав и не зная, что еще дополнить к уже сказанному, взглянула на "старичка". Он же коротко посмотрел на блондина Вальдоса и, повернувшись в кресле лицом к моему брюнету, тихо сказал.

- Ренван Дариан, как глава клана Смотрящих, прошу разрешения принять Дарину Савинову в свой клан. И свой род Искренних. Мы сможем начать обучение и поможем ей войти в общество дуовитов, стать его полноценным членом. Судя по интенсивности блеска ауры, ее инициация очень близка, но она ничего не знает о сущностях Травана. Это может стать проблемой.

Глава смотрящих, закончив монолог, выжидающе уставился на "моего" брюнета. А я, находясь до сих пор под впечатлением, что его имя так похоже на мое, параллельно решала хорошо это или плохо, что меня пытаются включить в какой-то род или клан. Уже начало казаться, что одиночество тоже иногда полезно. Набравшись мужества и посмотрев на Дариана, заметила, что он еще напряженнее смотрит на меня, а окружающие так же смотрят на него. И вот в этот момент, в зал Совета вошел секретарь и заявил, что вызванный младший рен из рода Быстрых доставлен для допроса и впустил мой личный кошмар.

Медленно, словно в трансе, повернулась спиной к Совету и смотрела как Валурик твердо идет навстречу мне. Нечеловеческим усилием воли удержала себя на месте, только прикрыв свое занывшее от боли горло. Расширившимися от страха глазами, встретилась с ним взглядом, от чего он, словно споткнувшись, замер напротив нас, буравя меня удивленными голубыми озерами. Я не отрываясь следила за ним и безотчетно прижалась спиной к Вальдосу, пытаясь найти укрытие или защиту. Он не дрогнул и не сдвинулся, мы так и стояли, ожидая развития событий. Краем уха услышала голос красноволосого.

- Рен Валурик из рода Быстрых, ты признаешь себя виновным в нарушении закона о запрете использования энергии крови чужих?

Валурик, не отрывая от меня взгляда и уже заметив серебрянок, весь напрягся словно перед прыжком, и коротко рыкнул.

- Признаю! И так же признаю, что это моя работа, а значит она....

Его резко прервал красный.

- Ты признан виновным. По нашим законам ты лишаешься права на победу. Твое право переходит к следующему за тобой. Ты свободен.

У меня от последнего слова заныли зубы и свело скулы, так хотелось... завыть. Всего-то лишение победы и свободен. Но как оказалось, он думал иначе. Его глаза горели алчным огнем, не отрываясь вперившись в меня.

- Я лишился победы, и ты предрекла это, Чужая. Но ты ошиблась во втором пункте своего предсказания. Я все еще жив.

Довольно посмотрев на меня, он снова перевел взгляд на судей и четко, твердо проговорил.

- Я принял ваше решение, ренваны, но теперь требую признать эту неинициированную чужую моей, потому что она носитель моей крови, значит она принадлежит мне!

От его слов кровь схлынула от лица, и меня замутило, и шатнуло в сторону. Если бы я не опиралась на Вальдоса, то наверняка бы упала. В следующую секунду произошли сразу несколько событий. Одним плавным, тягучим движением поднялся со стула Дариан, опираясь ладонями о столешницу, и в это же мгновение Валурик двинулся в мою сторону. Моя крыша, резво помахав ручкой, спешно удалилась в неизвестном направлении, а я заорав и... поскуливая, да что же это, кинулась к стенке. Добравшись до нее и обернувшись, встав в оборонительной позиции, замерла в шоке, заметив лишь смазанную тень, прыгнувшую из-за судейского стола на моего мучителя. Всего секунда и посреди зала бьется рычащий меховой клубок из тел. Еще секунда и они, разлетевшись в стороны, замерли друг против друга, а в следующее мгновение снова сцепились в схватке. Совсем растерявшись, я смотрела на огромного, жуткого монстра, похожего на черного волосатого тигра с медвежьим капканом вместо зубов, который методично драл на кровавые лоскуты крупную золотистую пуму. Этот монстр играл с пумой, словно кот с жирной мышкой. Именно играл, а кто выйдет победителем - сомнений не было. Медленно до меня доходило, что пума и есть вторая сущность Валурика, а вот кто второй понять смогла, только когда рядом со мной раздались приглушенные голоса, обсуждающие схватку.

- Что случилось с Дарианом? Я никогда за столько лет не видел его не то что злым, даже слегка нервничающим. А тут словно с ума сошел. Никогда подобного не видел.

- Я с тобой согласен, наш ледяной глава Совета что-то совсем перегрелся и это выглядит словно у него гон... А, Мархуз его забери!!! Неужели эта маленькая девочка...???

Договорить они не успели, потому что в этот момент, распоров пуме от горла до паха шкуру и отбросив его от себя, чудовище, подняв морду, трубно и торжествующе завыло. Пума, отброшенная к стене, медленно обернулась истерзанным Валуриком. Смотреть на то, что от него осталось было жутко, но видеть его затухающие голубые глаза - еще хуже. Вокруг стояла звенящая тишина, которую прервал тихий полустон и, по всей вероятности, последние слова умирающего Валурика.

- Ты не ошиблась, Чужая. А значит на Траван вернулась ВИДЯЩАЯ. Прости меня.

Его слова поразили всех, и теперь старик-смотрящий поедал меня голодным взглядом исследователя. Вальдос и сотоварищи дружно издали удивленный вздох. А вот черный монстр после этих слов быстро потрусил в мою сторону, не обращая внимания на кровавые следы, оставляемые его лапами. О том чья это кровь вопроса ни у кого не возникло. У меня от ужаса свело горло, а мысли заметались в поисках спасения, неожиданно начала сильно гореть вся кожа. Я больше не соображала, что делаю, просто искала решение, все больше вжимаясь в стенку. И вот мое больное воображение предложило выход. Ведь если я стану такой же большой и страшной, то смогу себя защитить. Наверное. Как только мысль окончательно сформировалась в голове и совместилась со страшным образом, всплывшем в сознании, у меня начались большие неприятности. Я даже не поняла, как это произошло, но через несколько мучительных секунд, словно пройдя сквозь кольцо огня, очутилась на четвереньках. Черный резко остановился и удивленно рыкнул на меня, а я частью сознания понимая, что это все не нормально, а другой - полагая, что все идет как положено, глухо зарычала, растопырив ноги. Лапы? Зарычала?!!! Ну все!

Черный резво кинулся на меня, а я, взвизгнув, кинулась наутек. Я не трус, просто хорошо бегаю, особенно когда хочу выжить. Перепрыгнув через судейский стол, попутно по кому-то пробежавшись, увидела в углу дверь и, с треском вынеся ее в коридор, двинула вдоль него. Очень скоро, сбив пару раз еще каких-то людей, выбежала наружу и уж тут я открыла в себя второе дыхание, особенно после того, как услышала цоканье огромных когтей по каменному покрытию. Бросилась в лес, петляя, будто заяц. Влетев со всего размаха в заросли, ломилась сквозь них, не разбирая дороги. Пробежав еще пару минут, решила, что удрала, и в этот момент на меня налетел смерч и, придавив к земле, вцепился в холку зубами. Шею прострелила сильная боль. Я жалобно заскулила, а смерч, лежащий на мне, глухо рычал и усиленно терся всем телом о мое. Через пару мгновений почувствовав попой все его нескромные намерения, прижав хвост и перейдя на тонкий визг, замерла. Боже!!! Ну неужели меня прямо тут, как последнюю собаку, лишат чести и достоинства. Преследователь тоже замер, давя на меня немаленьким весом, от чего дышать становилось все труднее и, очевидно осознав это, сдвинул свое массивное тело, уменьшив давление, но не позволяя вырваться из его хватки. Нервы были на пределе, но в следующий момент ощутила волшебный аромат, от которого кружилась голова, раздувались крылья носа, участилось дыхание, стремясь как можно больше поглотить запах, заполнив легкие, а еще почувствовала, как моя вторая, собачья, половина решила, что, в принципе, ничего не имеет против полежать тут под обладателем ТАКОГО аромата. Но моя человеческая часть пришла в себя и решила тактически выждать удобного момента и уйти не прощаясь. Так мы пролежали еще минуту, за которую аромат усилился в разы. Быстро привыкнув к нему, неожиданно почувствовала, что он не только дарит удовольствие, но и рождает во мне ощущение покоя и безопасности. Боль в шее ослабла, оставив после себя лишь легкий дискомфорт. Я немного успокоилась, и в этот момент жуткие челюсти разжались и отпустили. Помедлив, слегка повернула голову и в шоке уставилась на сидящего рядом абсолютно голого Дариана, который с любопытством и восторгом рассматривал меня. Я бы тоже, конечно, посмотрела на себя, но зеркала нет, и просто закрыв глаза, расслабилась. В этот момент почувствовала дикую боль, обжигающую виски. Зажав голову уже человеческими руками, застонала и тут же меня успокаивающе прижали к теплому, твердому телу. Буквально через секунду боль прошла, оставив лишь неприятный зуд. Снова поднесла руки к вискам и очень осторожно к ним прикоснулась. Ничего не болело, но пальцы нащупали голую кожу там, где раньше росли волосы. Я в ужасе уставилась на Дариана, а он крепче прижав к себе, одним движением усадив к себе на колени, глухо произнес.

- Не волнуйся, это больше не повториться. Твоя инициация прошла успешно, и теперь на правом виске обретается твоя сущность, а на левом - поселилась тень моей. Я не знал, что так быстро получится, но твоя малышка сразу приняла меня. Так что теперь ты моя!

Слушая приятный, бархатный голос с рычащими нотками, упивалась им, но услышав последние слова, снова напряглась. А еще в этот момент, я, наконец, осознала, что сижу голым задом, на коленях обнаженного малознакомого мужика, который, к тому же, претендует на нечто гораздо большее, чем просто мои девичья честь и достоинство. И только я открыла рот, страстно желая громко высказать что об этом думаю, как в голову пришла ошеломляющая мысль. Я ЕГО НЕ ВИЖУ! Мы без одежды. Он спокойно прикасается ко мне, и я его тоже трогаю, и НИЧЕГО. Никаких тебе видений или ужасов. Замерев от открывшейся картины, подняла на него изумленный взгляд и, чуть не плача от радости, прошептала.

- Я не вижу... видений... их нет. Я к тебе прикасаюсь и не вижу ни прошлого, ни будущего. Ничего! Боже, какое счастье, стоило превратиться в какую-то собаку и я наконец, избавилась от этого проклятия.

Не сдерживаясь, смеялась и плакала от счастья, обняв Дариана за шею и уткнувшись ему в ключицу мокрым носом. Он еще крепче прижал меня к себе, также уткнувшись в шею, склонившись в три погибели, довольно сопел, и поглаживал своими огромными руками. Имея такую силу быть таким нежным и заботливым! Обалдеть! Немного успокоившись, задрала голову и снова посмотрела на Дариана, выплескивая на него все свое счастье. Легкость веселья и восторга от произошедшего испарилась как туман, стоило мне заглянуть ему в глаза, я утонула, нет, скорее растворилась в их зелени. Такие красивые, глубокие, завораживающие, от которых не в моих силах отвернуться, только забыться и еще глубже погрузиться в эти омуты. Я впервые испытывала подобные ощущения, с трепетом и легким испугом наслаждалась ими, пробуя, словно вино, на вкус и запах. Мои руки, все еще обнимающие его за шею, ощутили шелковистость его черных, блестящих волос, которые в этой суматохе растрепались и теперь мягкой волной лежали на спине, доставая до земли. Его мягкие и ласковые поглаживания моей обнаженной спины, вызвали волну возбужденных мурашек и странное тепло внизу живота. Так непривычно всей кожей ощущать чужую, такую теплую бархатистую кожу. Нервно сглотнув слюну и облизав губы, я заметила, что от этого действия, его глаза быстро почернели из-за сильно расширившихся зрачков, а руки, застыв на спине, тверже прижали к мощной груди. Я занервничала еще больше, когда своей пятой точкой почувствовала, что не только его руки стали тверже, но и кое-что ниже. И это кое-что настойчиво упиралось в меня.

Подняв голову и упершись в его плечи руками, попыталась отодвинуться, но он, словно каменный, не сдвинулся даже на миллиметр. Его правая рука быстро передвинулась мне на затылок, зафиксировав лицо в нескольких сантиметрах от его. Я прерывисто вздохнула, испуганно посмотрев в уже совсем черные глаза, он же прижал свои губы к моим, словно выпивая мой выдох... Его губы стали мягче и нежнее, но рука, все еще удерживающая мою голову, не ослабила захват. С одной стороны, я испытывала страх перед ним, с другой - меня еще никто не целовал и то что я сейчас испытывала, даже в небольшой степени не отражало то, что я себе нафантазировала долгими одинокими ночами. Он будто знакомился со мной и моим телом, обводя языком контур губ, а потом, мягко проскользнув внутрь, приласкал язычок. Уррр, какой он вкусный. Поцелуй углубился и перестал быть мягким и нежным, наше первое знакомство закончилось, перейдя на новый этап.

В голове звенела пустота, мозги совсем размякли, как и тело. Я вся расплылась по нему, не отрываясь от такого волшебного рта. Он же, наоборот, весь напрягся и захватил в плен не только мой рот, но и все тело, оплетая меня ногами и руками, которые уже непрерывно блуждали по мне. Из его горла вырвалось глухое рычание, а я могла только всхлипывать и гореть в его руках. Не ведаю чем бы это для меня закончилось, но мои чуткие ушки даже в такой ситуации уловили громкие, тяжелые шаги и, очнувшись от наваждения, я резко дернулась в сторону, с трудом приходя в себя. Оглядевшись, еще раз убедилась, что совершенно голая, к тому же бесстыдная и безголовая. Боже, ну где были мои мозги пять минут назад, от всего произошедшего стало нестерпимо стыдно, и я почувствовала, как горят щеки и уши. Быстро перекинув волосы таким образом, чтобы прикрыть голую грудь, остальное прикрыла руками. С трудом решившись поднять глаза, смущенно посмотрела на Дариана и увидела только неприкрытую страсть, восхищение и как ни удивительно, - нежность в его снова позеленевших глазах. От чувств, которые он отнюдь не пытался спрятать от меня, неожиданно почувствовала себя более уверенной и счастливой, наверное. Как продуктивно прошло мое первое свидание с мужчиной! Сначала знакомство, которое никогда не забудешь, потом геройский поступок по спасению моей чести и жизни, который будет сниться в кошмарах, прогулка на природе, правда на четырех лапах и в ускоренном режиме, но ведь так не стандартно и креативно, а уж первый поцелуй вообще побил все рекорды. Не умеешь - научим, не хочешь - заставим и главное, у него не было и тени сомнений, что он все делает правильно и имеет на это полное право. Пока все эти мысли вихрем крутились в голове, их герой плавно скользнул ко мне и, отвернувшись, продемонстрировал свой крепкий зад, шикарную мощную спину, с разметавшимся черным водопадом волос. В следующую секунду из-за густых кустов на нашу полянку шагнул высокий мужчина. Выглянув из-за широкой спины Дариана, краем глаза обозрела незнакомца, который, чуть ухмыляясь, рассматривал нашу сладкую парочку. Стройный, светлокожий, платиновый блондин как и я, с необыкновенными фиолетовыми глазами и одним выбритым виском. Как только он посмотрел в мою сторону, смутилась и снова нырнула за широкую спину Дариана, уткнувшись ему между лопаток, и с удовольствием вдыхая неповторимый аромат, исходящий от кожи и волос. Немного забывшись от волшебного запаха, который мой закостеневший мозг даже не мог с чем-нибудь сравнить, провела ладонью по его волосам и пальчиками, на ощупь, стала измерять ширину плеч. Мрррр, какая гладкая кожа, твердые мускулы и блестящие шелковистые волосы, мягким ручейком стекающие по моей ладони. Красота! С небес меня вернул жуткий рык, который издал сильно напрягшийся Дариан и напряженный голос незнакомца.

- Простите, ренван Дариан, но Совет требует Видящую в зал высших решений. Я принес одежду Вам и Вашей ренне.

Он сложил небольшую стопку вещей и молча удалился в кусты, а на поляне повисла напряженная тишина. Я боялась пошевелиться и, все так же прижавшись к его спине, стояла и молчала. Наконец, он медленно развернулся, мягко обхватив мой подбородок, поднял, чтобы иметь возможность заглянуть в глаза.

- Ты правда ВИДЯЩАЯ?

Я только пожала плечами, сильно нервничая из-за своего обнаженного вида.

- Я не знаю что это значит, но могу видеть прошлое и будущее. Хотя могла, но ведь теперь не вижу. Это ведь не страшно?

Внезапная радость от того, что я теперь свободна от видений, сменилась страхом неизвестности от того, как это сообщение примет Совет. Он заметил мой страх и ласково потер кожу на моем лице, большим пальцем руки.

- Больше никогда ничего не бойся, Дарина. Ты моя, а я никому не позволю причинить тебе вред или боль. Это я тебе обещаю. А теперь давай оденемся, мне надо выяснить, что задумали эти интриганы, пока нас не было.

Стоя возле кучки одежды, с восхищением смотрела как он нагнулся, от чего волосы соскользнули со спины и она заиграла хорошо развитыми мышцами, и подняв верхний предмет, протянул его мне. Его ответный понимающий взгляд добавил мне румянца на щеках. Мысленно отвесив своему озабоченному воображению оплеуху, выхватила вещь у него из рук и, развернув, замерла. Это был голубой шелковый халат до щиколоток на длинной молнии с шелковым пояском. Интересные наряды тут носят, сильно не заморачиваясь новыми тенденциями и веяниями моды. Хотя они же оборотни! Еще мне достались сандалии, похожие на римские. Обувшись, я неожиданно вспомнила один момент, требующий немедленного разъяснения.

- Дариан, объясни, пожалуйста, а почему у некоторых одна тату, а у других - две.

- Имеющие две тату обрели своих избранников. И у мужчин, и у женщин на висках выражены их сущности и сущности пары. Чаще всего пары имеют сущность одного вида, но бывают и такие, у которых они разные. Чем сильнее интенсивность расцветки сущности, тем полнее ее связь с хозяином и у него больше возможностей пользоваться дарами, которые дает его животная половина. Моя вторая сущность называется свон, он слишком редко встречается не только в природе, но и крайне редко их духи соединяются с дуовитом. И как не странно, тебя тоже выбрал свон своей хозяйкой. Знаешь, ты также прекрасна во второй ипостаси, как и в первой. Никогда не видел серебристого свона раньше. Для меня чудо уже то, что я, наконец, обрел тебя, а мой свон встретил в тебе свою вторую половину, подходящую ему по виду, просто необъяснимая удача. Если виды сущностей не совпадают, связь между дуовитами не может быть полной.

Дариан взял меня за руку, от чего у меня по коже забегали мурашки, и повел обратно по образованной нашей, хммм, прогулкой тропинке. Незнакомец в поле видимости не появился. Я решилась продолжить.

- И что мне теперь грозит после того как на виске появился твой свон?

- Твоя сущность приняла меня, а значит мы связанная пара и теперь ты принадлежишь мне, Дарина.

Он остановился и пристально, с нажимом, смотрел мне в глаза, ища подтверждение сказанному. Но меня такое давление разозлило.

- И кто это решил, позволено ли будет узнать. Неужели у меня совсем нет никаких прав, почему я не могу решать сама? Ведь я не дуовит!

Его глаза снова почернели, а вся фигура превратилась в злобную статую.

- ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ! И никто не посмеет это оспорить. Я триста раз проходил через брачные игры и каждый раз, выходя победителем, оставался ни с чем. И вот когда я смирился с поражением и потерял надежду, тебя приводят ко мне. Ты можешь себе представить сколько усилий потребовалось, чтобы высидеть на месте столько времени, выясняя о тебе все и не имея возможности прикоснуться, глубже вдохнуть тот единственный аромат, который я мечтал ощутить более пятисот лет. По закону ты можешь мне сейчас отказать, но я потребую участия в следующих брачных играх и поверь, ЛЮБОЙ ценой их выиграю. И тогда закон будет на моей стороне, хоть и через год, но ты все равно станешь моей. Ты хочешь получить эту бессмысленную отсрочку, ренна?

Я в ступоре смотрела на него, переваривая сказанное.

- Ээээ, а сколько тебе лет, Дариан?

Он напряженно посмотрел на меня, а потом с трудом выдавил.

- Шестьсот двадцать один год, Дарина. Это много для тебя, я знаю, но дуовиты живут слишком долго, и старость приходит не на первом десятке тысячелетий. Нас осталось слишком мало и каждый на счету. Из-за войн, болезней, банальной скуки, распрей и внутренних интриг наша раса вымирает. Дети всё большая редкость, а уж рождение девочек - это благословение небес. Мы живем обособленно друг от друга, в отдельных родах или кланах. Дошло до того, что семь сотен лет назад, Совет Дуовитов принял решение о проведении брачных игр для особей мужского пола. И теперь победитель имеет право на обязательном ежегодном собрании всех незамужних женщин проверить их на наличие своей пары. Если он ее не находит, то после него такое же право получают те игроки, которые пришли вторым и третьим номером. Конкуренция слишком высока, ведь на одну женщину может претендовать несколько мужчин, подходящих ей по сущности. Из-за этого на играх борятся за победу даже не будучи уверенными, что обретут избранную, просто надеясь на чудо. У нас жестокий мир, Дарина, и играем мы не всегда честно. А теперь, зная какой приз ждет меня в случае победы, я не уступлю никому, МОЯ ренна. Так что у тебя нет шансов улизнуть от меня.

Его речь, пронизанная горечью, страхом и несгибаемой уверенностью в том, что он говорит правду, вызвала у меня ощущение обиды и жалости к нему. Обидно, что я просто приз, а не самая любимая женщина на свете. Жалко, что такой мужчина в "самом расцвете лет" страдает от одиночества так же, как и я.

- Я не хочу быть чьим-то призом!

- А чего ты хочешь, ренна? - хрипло прошептал он склонившись, требовательно и в тоже время с надеждой заглядывая мне в глаза.

- Хочу стать единственной, без которой невозможно жить и дышать. Хочу быть любимой не по принуждению, или из-за отчаяния не найти другую, а потому что я такая есть и другой просто не надо! - ответила пытаясь хоть немного скрыть горечь своих слов.

- А ты Дарина, ты сама к этому готова? Или это привилегия только мужчины любить? - ответил он, не скрывая своей бессмысленной и отчаянной надежды найти подобные чувства в ком-то близком и родном ему.

Я же смотрела на него и отчетливо понимала, что вижу малознакомого мужчину, от вида которого текут слюни и за которым пойду хоть на край света, причем долго не раздумывая. Можно сказать побегу, если только пальчиком поманит. Бог ты мой, КАК это могло случиться. Неужели жизнь меня ни чему не научила. Но ведь даже тот факт, что я его не ВИЖУ, говорит в пользу Дариана, забивая последний гвоздь в крышку гроба, где упокоены мои разумность, осторожность и практичность. Рядом с ним, они скоропостижно скончались, хотя до этого целых двадцать пять лет служили верой и правдой.

- Дар, а дети у тебя есть?

Я почему-то испугалась, ожидая ответа.

- Нет, Дарина, детей у меня нет. Вообще у дуовитов принято заводить детей в браке, найдя свою половину. Как ты понимаешь, продолжительность и образ жизни, присущие нам, весьма способствует этому. Детей заводят в паре, маленькая моя. Пара - это не просто связанные между собой сущности. Это нечто большее. Наши духи сливаются между собой, образуя единое целое, и чем сильнее слияние, тем полнее связь. Некоторые пары, у которых очень сильна связь, полностью чувствуют друг друга независимо от расстояний, мысленно общаются друг с другом. Наша связь нерасторжима. И я, наверное, огорчу тебя, единственная моя, но наша связь уже осуществилась и с каждым мгновением только крепнет. Я вижу - ты недовольна, но не отвергаешь меня, и я тебе не противен.

Только открыла рот, чтобы показательно возмутиться, как заметила, что продолжаю держать его за руку, а второй нервно перебираю его пальцы и поглаживаю запястье, в попытке успокоиться. Я покраснела, как маков цвет, от стыда даже уши вспыхнули, уже начала разъединять наши руки, как он, крепко схватив меня за руку и быстро прижав к себе, поцеловал. Как только он коснулся моих губ, снова поплыла, растекась у его ног. И если одна часть меня, громко возмущалась подобным тряпочным поведением, то вторая просто наслаждалась поцелуем и его ароматом, снова окутавшим меня с ног до головы. Мрррр!!! Все же найдя в себе силы отстраниться, я молча потопталась не глядя на него, а потом просто буркнула.

- Так не честно затыкать мне рот.

Он засмеялся уже более расслабленно и, подхватив меня на руки, легко и быстро зашагал к дворцу, сопровождаемый всеобщими любопытными взглядами. Уткнувшись ему в ямочку между ключицами, спрятала свое пламенеющее от смущения лицо.

- Скажи, а я тебе хотя бы внешне понравилась, или ты только по воле природы на меня клюнул? - Этот вопрос очень сильно меня мучил. Он остановился, все так же крепко прижимая к себе, и мягко ответил, ласково глядя в глаза.

- Меня природа не заставляет, просто она гораздо лучше знает, что нам идеально подходит. И поверь, я с ней полностью согласен. Прекрасней тебя никого не видел, ни у одной женщины нет такого восхитительного аромата, как у тебя, и такой нежной, белоснежной кожи, и волос, похожих на третью луну, освещающую ночной Траван. Наши поэты слагают ей песни. Ты идеальна, а главное, ты моя и значит лучше всех.

"Интересный вывод, а главное - бесспорный". - с облегчением подумала я.

Глава 7

Пройдя в выломанную мной недавно дверь зала Совета, а что, не только им двери в моем доме ломать, Дариан уверенно направился к своему креслу и немного выдвинув его ногой из-за стола, уселся вместе со мной. Попыталась было встать с его колен, в попытке принять более подобающий порядочной женщине вид, но тщетно, вряд ли добровольно отпустит. А разжать его руки, напоминающие стальные обручи, не удалось. Послышались редкие сдавленные смешки, и я, подняв голову, огляделась. В зале находились все судьи, с превеликим интересом и настороженностью рассматривавшие меня и Дариана. Но все таки большим вниманием пользовалась именно моя персона. Пара мужчин, находящихся ближе всех, раздувая крылья носа, все больше округляли глаза. Еще через секунду, поймав взгляд моего пленителя, резко подались в сторону от нас. Не понимая, от чего все мужчины в зале после этого, глубоко вдохнув, так же нервно отошли от нас подальше, тяжело вздохнула. Вокруг меня витал потрясающий, теперь уже любимый, запах, исходящий не только от Дариана, но и от меня. Все-таки он так усердно терся об меня, что было бы просто удивительно, если бы я им не пропахла насквозь. Но меня это не раздражало, наоборот, я упивалась его ароматом и ощущением покоя и безопасности, которые он щедро дарил. Но все же насторожило поведение остальных мужчин. Только седой смотрящий продолжал сидеть недалеко и с интересом рассматривать нас. Он же и начал говорить первым.

- Поздравляю, ренван Дариан из рода Темных, ты наконец обрел свою избранную. Не слишком ли ты сильно ее пометил?

Дариан крепче сжал руки у меня на талии и резко ответил.

- Ренван Крарус Искренний, принимаю твои поздравления и нет, я не слишком сильно ее пометил. Я хочу, чтобы каждый свободный дуовит знал кому принадлежит эта ренна и что будет с тем, кто посмеет на нее посягнуть. Лучше вы все потерпите некоторое неудобство, чем мне придется пожертвовать чьей-то жизнью. Я все-таки еще глава Высшего Совета и обязан заботиться о соблюдении закона и сохранении численности нашего народа. Поэтому надеюсь, мой аромат такой интенсивности отобьет желание у особо ретивых пытаться заявлять права на мою женщину. Мне некогда с ними возиться.

На жесткие, злые слова Дариана старик лишь понятливо ухмыльнулся, но через секунду на меня смотрел уже совсем другой человек. Или не человек? Его взгляд стал внимательным, жестким и изучающим. Словно меня сейчас препарировали как подопытную лягушку.

- Ренна Дарина, это правда, что вы предсказали проигрыш и смерть рена Валурика?

Замерла, и настороженно осмотрев остальных мужчин, которые также как и я за ними, внимательно следили за мной, тихо ответила.

- Да! После того, что он сделал, у меня осталось немного сил и жгучее желание сказать, что его смерть будет ужасней моей и что он проиграет битву.

- Значит, вы подтверждаете, что способны видеть не только прошлое, но и будущее. А значит, по нашим законам являетесь ВИДЯЩЕЙ.

Я согласно кивнула головой, а потом выпалила на одном дыхании.

- Раньше так и было, но теперь, я свободна от этого проклятия. Как только я стала собакой, ой, извините, своном, я перестала быть видящей. Потому что больше ничего не вижу.

Подняв глаза, посмотрела на Дариана, неосознанно ища его поддержки. Он тепло посмотрел мне в глаза и успокаивающе, провел ладонью по щеке. В груди что-то екнуло от его нежности, а потом почувствовала влагу в глазах. Господи, если я еще тут разрыдаюсь из-за того, что нашла, наконец, мужчину, которому стала нужна и который жизненно необходим мне самой, то вообще, наверное, от стыда сквозь землю провалюсь. Но все равно, мне было очень приятно и уютно сидеть у него на коленях, чувствовать его руки на своем теле, аромат вокруг, его нежность и заботу обо мне. Это было новое и такое желанное чувство защищенности, и я активно его осваивала. Мысли прервал удивленный возглас старика.

- Я не могу поверить, что Ваша инициация убила дар. Здесь возможна ошибка. Почему вы решили, что Ваш дар утерян?

Снова посмотрела на испуганного и расстроенного смотрящего.

- Потому что прикасаюсь к Дариану и ничего не вижу. Понимаете, ничего, и вы даже представить себе не можете, насколько я рада данному факту! - счастливо сообщила всем я.

Ренван Крарус облегченно выдохнул, и расслабившись вытянулся в кресле.

- Простите, ренна Дарина, боюсь Вас расстроить, но Вы ошибаетесь. Я вижу метку связи на Вашей шее, и все мы чувствуем связующий аромат ренвана Дариана вокруг Вас. Все перечисленное и знаки свонов, что демонстрируют Ваши виски, означает, что Ваша связь прошла успешно, и начавшееся слияние будет полным. Скажите, ренна, Вы же не можете видеть свое прошлое или будущее, я прав?

У меня хватило сил только кивнуть головой.

- Вот! Ренван Дариан Ваша истинная половина, Дарина, а это значит, что именно по этой причине Вы не можете его прочитать. Вы одно целое. И к остальным это не относиться. Можете проверить свой дар на ком угодно, хоть на мне.

От этого предложения у меня заныла шея и я, неосознанно подняв руку, потерла горящую кожу. Пальцы руки, коснувшись кожи, обнаружили неровность в виде отметины от зубов. Ощупав ее еще тщательнее, пришла к неутешительным выводам. Опять сдали нервы.

- Это ты меня так изуродовал? - прошипела, резко вскочив с колен не ожидающего такого Дариана. Он напрягся и весь подобрался, словно приготовился к прыжку.

- Да, единственная моя. Это моя метка. Она не уродует тебя, а только обозначает твою принадлежность. Все замужние женщины-дуовиты имеют такой знак. Знак своего мужчины. Если сочтешь нужным, можешь также пометить меня. - спокойно и с достоинством ответил Дариан.

Слушая его объяснения, я стояла взведенная, словно оружейный курок, готовая в любой момент сорваться и не знала, что сказать. Мало того, что меня пометили, как какой-то уличный столб, так еще и известили, что это брачная метка. Оказывается, я уже практически замужем, только узнала об этом последней. А главное, все радужные мечты о свободе от проклятия, могут разбиться, если этот старик прав. Меня терзали гнев, обида и страх потерять все недавно обретенное. Нет, я не могла во все так просто поверить, поэтому решительно подошла к смотрящему и крепко взяла его за руку, пристально глядя в глаза. Секунда! Другая! И я, закрывая глаза, вяло отпускаю его руку, выскользнувшую из ладоней так же, как глупые мечты о свободе. Все разбилось о страшную действительность. И не просто страшную, а ужасную. Опустив голову и сглотнув вязкую от горечи и боли слюну, уже не могла сдерживать своих слез, которые собираясь в уголках глаз, медленно стекали по щекам, падая на каменный пол. Что же теперь будет со мной?

В отчаянии взглянула на стоящего возле своего кресла Дариана, в тревоге смотрящего на меня. Как только он заметил мое состояние, в два шага преодолел расстояние, разделяющее нас, и прижал к себе мое мелко трясущееся от страха тело. Я знаю его всего несколько часов, но именно в этот момент поняла, что короткое время нашего знакомства больше не значит для меня ничего. Как только я оказалась в его руках, надежно прижатая к широкой груди, слушая гулко бьющееся сердце, почувствовала себя спокойнее, ощущая себя защищенной от всего вокруг. Именно сейчас я поняла некоторые вещи, которые Дариан пытался мне объяснить про нашу связь и слияние душ. Оно происходит, я это чувствую. От этого понимания стало тепло в груди. Мое внутреннее метание прервал голос красноволосого, который напряженно ждал ответа, вместе с остальными участниками этого собрания.

- Ренна, Крарус прав, или вы все-таки потеряли Ваш дар?

Я сжалась от необходимости ответить.

- Ренван Крарус оказался прав и к моему великому сожалению, я не утратила "дар". Такое везение не для меня.

- Тогда я не понимаю, почему вы молчите. Вы видели его будущее?

Собрав все оставшееся мужество в кулак и посмотрев на Краруса взглядом побитой собаки, тихо прошептала.

- Простите меня, ренван, но у Вас будущего нет. Мне очень жаль Вашу ренну, следует поторопиться к ней. У вас осталось не так много времени, чтобы побыть вместе.

В зале воцарилась тишина, а Крарус не отрываясь смотрел на меня. Потом, словно сбросив наваждение, устало откинулся на спинку своего кресла, а выглядел, будто постарел на несколько... веков. Меня потрясло, что он сразу поверил, без сомнений приняв мои слова за правду. Снова окинув меня сразу потухшими глазами, он нашел в себе силы улыбнуться мне.

- Я рад, что перед смертью говорил с тобой, ВИДЯЩАЯ. Ты нужна Травану и нашему главе особенно.

Он также устало улыбался Дариану. Потом поискал кого-то глазами в толпе мужчин и громко объявил.

- Как глава клана Смотрящих, перед лицом Высшего Совета, передаю свое право главы и члена Совета ренвану Вальдосу из рода Скользящих. Ввиду сложившейся ситуации, требую немедленного подтверждения его полномочий и прав.

Дождавшись, пока все подтвердили согласие на передачу прав и обязанностей Вальдосу, он продолжил.

- Я был рад служить с вами и защищать наш народ. Я прощаюсь с вами сейчас и хотя мне жаль так скоро расставаться, я должен вас покинуть, моя избранная ждет меня. Прощайте, и да будет с вами удача.

Выйдя из-за стола, он подошел ко мне и чуть склонившись, негромко сказал.

- Благодарю тебя, Видящая, за шанс, что дала нам с моей Иланией. Благодаря тебе мы используем каждую секунду, что нам осталась, чтобы попрощаться друг с другом в ожидании новой встречи в следующий раз. И помни Дарина, что шанс побыть еще немного вместе, нам подарила ты. Не отказывайся от того, что преподнесла тебе жизнь и прими с благодарностью данное природой.

Я не выдержала и, зарыдав, повисла у него на шее, на несколько мгновений выпав из рук Дариана. Но уже через пару секунд он оторвал меня от Краруса и снова прижал к себе. Старик молча, не оглядываясь, стремительно вышел из зала, торопясь к своей половинке. Дариан подняв меня на руки, также стремительно вынес из зала, игнорируя шокированных событиями других мужчин.

Глава 8

Я проснулась, но открывать глаза совсем не хотелось. Вчера Дариан принес меня в апартаменты, принадлежащие ему и, положив на кровать, едва попрощавшись, удалился. Я разулась, легла и снова заплакав, зарылась в его подушки лицом. Мне было плохо от вновь накатившего одиночества в этой пустой комнате и огромной кровати, в отсутствие тепла, исходящего от тела Дариана. Слишком устала от всего того, что со мной произошло за весь этот такой длинный, мучительный и все-таки потрясающий день. В окно светили две луны: большая серебристая и маленькая красноватая, сменившие на своем посту золотую луну и сиреневое солнце. В углах спальни шевелились багровые тени. Стало совсем тоскливо и страшно. Тяжело. Всего за несколько часов привыкнуть к Дариану настолько, чтобы переживать из-за его отсутствия. Неужели такое возможно? Сейчас казалось, что я знаю его не несколько часов, а много-много лет. Какой-то кусочек души уже намертво прирос к его душе и сейчас тоскливо скулил, чувствуя разлуку и опасаясь потери. Страшно, а что же будет дальше? С такими невеселыми думами незаметно погрузилась в сон.

Сиреневый лучик пробежался по лицу и, заглянул в глаза, заставив прикрыться рукой и неохотно открыть глаза. Оглядевшись поняла, что нахожусь в комнате одна. Еще раз взглядом изучив пространство, обнаружила приоткрытую дверь и быстренько встав с постели и заглянув туда, обрадовалась наличию вполне современного туалета и ванной. На скорую руку завершила утренний туалет, сполоснувшись в ванне, все время нервно оглядываясь на дверь. Замерла перед огромным зеркалом. Синее трикотажное платье в котором я сюда попала, погибло смертью храбрых при инициации и сейчас на мне был все тот же голубой шелковый халат, правда, слегка помятый. Но все равно, отсутствие нижнего белья меня сильно смущало и напрягало.

Пристально вглядываясь в отражение не нашла разительных изменений после того, что со мной произошло. Все те же длинные платиновые волосы спутанной массой лежали на плечах. Большие серебристо-серые глаза смотрели с тревогой и растерянность. Сухие, покусанные и в тоже время мягкие, красивые, четко очерченные полные губы. И так белая кожа стала еще прозрачнее, скорее всего от недоедания, болезни и постоянных терзаний. На шее алел отпечаток зубов Дариана, как дополнительное тату. Словно выбритые, виски с двумя татушками, которые переливались с разной интенсивностью блеска. Своны. Я поднесла руку к одному из них на правом виске и сразу почувствовала ее теплый радостный отклик. Не веря своим глазам и ощущениям, дотронулась еще раз и снова те же теплые, родные чувства. Внутри пробежала теплая волна, омывая все тело легкостью и счастьем, словно кто-то в такой манере меня поприветствовал. Хотелось петь и летать от восторга, ведь я теперь никогда не буду одна. Сосредоточившись на новых ощущениях, попыталась ответить тем же. Погладила своего свона на виске и мысленно передала все свои эмоции и радость от ее присутствия. Снова заглянув в зеркало, увидела усилившийся блеск тату и с удивлением заметила, что страх в глазах исчез, в них появилось, что-то новое, похожее на радость от чего они стали ярче и светлее.

Переведя взгляд на вторую тату, стояла пару минут не решаясь на еще один эксперимент. Но проверить очень захотелось, поэтому подняв руку, коснулась тату, отражающую тень свона Дариана. В тот же момент почувствовала легкий отголосок чужих эмоций. Сначала тоску и грусть, потом удивление, а затем пришла более сильная волна, включающая в себя целый чувственный коктейль из радости, удовлетворения и каким-то странным чувством голода и жажды чего-то не знакомого мне. Резко отдернув руку, я быстро забралась в кровать и залезла под одеяло, словно пытаясь защититься в нем от всех невзгод и страхов. Хотя это было так глупо. Как можно защититься от всех этих нелюдей и не совсем животных? Ведь не спасут даже стены и другие миры тоже не помогут. Везде найдут. Да и я теперь похожа на них.

Сейчас лежа одна в этой огромной постели, я переживала весь вчерашний день заново. Каждое мгновение, каждое слово и каждое действие. Все взвесив и разложив по полочкам, пришла к интригующему выводу. Не хочу возвращаться назад, на Землю. В свою пустую и одинокую квартиру, где меня никто не ждет и я никому не нужна. Здесь у меня появился хоть и призрачный пока, но шанс обрести настоящую семью и мужа, которого я не в состоянии прочитать. Найти хоть какой-то смысл в жизни. И даже мой дар перестал быть для меня проклятием. Только вот такое расплывчатое будущее, которое меня здесь ждет, смущает, и отношение ко мне Дариана еще не слишком понятное и однозначное. Было страшно даже подумать, что он исчезнет из моей жизни так же быстро, как и появился. А я и не узнаю, чем он так меня зацепил. Я конечно не уродка, наоборот, по земным меркам вполне симпатичная, даже красивая, но их женщин пока толком не видела, и сравнить себя с ними не могла. А вдруг у него уже кто-то есть? На вторых ролях, я никогда не смогу быть.

Пока меня терзали эти думы, дверь тихонько открылась, и в комнату вошел Дариан с подносом еды, приветствуя теплой радостной улыбкой. Резко села в постели, пальцами попыталась причесать спутанные волосы и, не справившись с такой простой задачей, еще больше расстроилась. Ну вот, теперь я похожа на огородное пугало. Заметив мои манипуляции и расстроенную мордочку, он поставил поднос на столик рядом с большим креслом и вышел из комнаты. Не успела я расстроиться еще больше, как он вернулся с расческой в руках и сел рядом, обхватив мою талию руками, притянул ближе к себе, и принялся возиться с моими волосами. Вначале я напряженно ждала, неизвестно чего, потом от его размеренных осторожных движений совсем успокоилась и разомлела. Он быстро привел мою голову в порядок, заплетя несложную косичку и, подхватив меня на руки, перенес в кресло рядом со столиком, усадив прямо к себе на колени. Хмм, я ведь так и привыкнуть могу, все время на руках у него находиться. Я зачарованно смотрела на его большие руки, одна из которых лежала на моем бедре, удерживая, а вторая уверенно снимала крышки с тарелок, демонстрируя несколько очень вкусно пахнущих блюд. Голод не тетка, поэтому скромничать не стала и с большим энтузиазмом принялась за еду. Заметив, что мой кормилец ничего не ест, с трудом проглотив большой кусочек мяса, посмотрела на него.

- Ты почему ничего не ешь? Здесь же много, на двоих хватит?

- Пока ждал твоего пробуждения, успел перекусить, Дарина, но спасибо за заботу и готовность разделить со мной еду.

Я с удивлением посмотрела на него, переваривая его фразу, а потом мысленно махнув на все рукой, не торопясь опустошила все тарелки. Я надеюсь, он не ужаснется моей прожорливости, ведь за последние дни я редко нормально ела, а уж моя нервная система и трансформация забрали очень много энергии. Организм требовал основательного пополнения запасов, которых у меня не было. Заметив как я вычистила последнюю тарелку и чуть не икая от обжорства, откинулась на него спиной, удовлетворенно поглаживая плотно набитый живот, Дариан все так же одной рукой удерживая меня за бедро, второй обнял за плечи крепче прижав к своей груди явно переевшую меня. Прохладным носом скользнув с макушки вдоль виска к шее, жадно вдыхал мой запах от чего по коже, толкаясь наперегонки друг с другом, побежали мурашки. Я замерла в его руках не в силах даже шевелиться и напряженно ждала продолжения. Его ладонь, медленно соскользнув с моего плеча, захватила мою и, не торопясь, осторожно переплетя наши пальцы, поднялась к его лицу. В открытую ладошку сначала уткнулся нос, а потом я почувствовала мягкое, нежное касание языка, из-за которого мои мурашки дружно сошли с ума. Язык перебрался с ладони к пальцам, потом к нему присоединились его довольно острые зубы, легкие покусывания которых не причиняли боль, а вызвали пожар внизу живота и хриплый полувздох-полустон. Осознав, что его источником является мой рот, попыталась высвободить руку из такого опасного плена, в котором, как говориться положишь пальцы, а лишишься всей руки, хотя в моем случае можно лишиться всего, а не только части тела. Он нехотя освободил мою руку, но при попытке встать с его колен, довольно твердо вернул меня на место. Сильно дергаться не решилась и просто выжидающе замерла в ожидании, что же будет дальше.

- Ты моя, Дарина, и скоро привыкнешь ко мне. Я почувствовал тебя, и такой яркий отклик меня очень обрадовал. Не ожидал, что он будет таким сильным и так скоро произойдет. Я хочу, чтобы отныне ты обращалась ко мне по любому возникшему у тебя вопросу. Если ты в состоянии, мы сегодня решим вопрос с твоим новым гардеробом. И я хотел бы показать тебе наш дом, в котором теперь будешь жить. Эта резиденция принадлежит императорскому роду, и хотя здесь для членов Высшего Совета выделены гостевые комнаты, но все же нам лучше отбыть в расположение моего рода. Там мне будет спокойнее за твою безопасность и члены семьи, будут рады представиться тебе. Дарина, если у тебя возникают какие-то желания, расскажи, их исполнение доставит мне особенное удовольствие.

Интонация, с которой он произнес последнюю фразу, снова вызвала восторженный топот мурашек по всей коже. Господи, веду себя как нимфоманка. Сижу тут у него на коленях и млею просто от слов. И его нос, все еще блуждающий по моему затылку и шее, только добавляет ярких и неприличных желаний. Да, если так и дальше пойдет, скоро кинусь на него сама с воплем: "Вася, возьмите меня! Я ваша на веки!" Чай мне не шешнадцать уже и в девках засиделась давно. Но сначала надо прояснить общую ситуацию, в которой оказалась и что ждет дальше в связи с тем, что они меня теперь именуют Видящей. Поэтому собрав себя в кучку и немного отстранившись в сторону, повернувшись к нему лицом, задала очень волнующий вопрос.

- Дариан, я хотела бы спросить. Почему этот старик поверил мне безоговорочно? Ведь я для вас Чужая и запросто могла обмануть. И вообще, очень хочется прояснить для себя все аспекты моего будущего.

- Лапушка, отныне тебя ничего не должно беспокоить. Доверься мне, я решу все проблемы, не забивай ими свою прекрасную головку.

Я даже замерла, услышав такое. Потом резко отстранившись от него, спрыгнула с колен и уперев кулаки в бока, в бешенстве посмотрела ему в глаза, и зашипела.

- Если я натуральная блондинка, это не значит, что тупая и абсолютно беспомощная. Я без тебя двадцать пять лет как-то прожила и поверь, если надо будет, и дальше спокойно проживу. Я знаю тебя всего сутки, а ты уже мне указываешь, как мне жить и с кем. И если согласилась с твоей кандидатурой на должность мужа, то это еще не значит, что ты получил право распоряжаться моей жизнью и мыслями. Ты меня понял?

Чувствуя как внутри меня словно огонь разгорается от злости и ярости, одна моя половина пыталась его затушить в ужасе от того как и что я говорю. А главное кому??? Зато вторая половина, причем животная, накручивала себя еще больше в полной уверенности, что она права и в полной безопасности, чтобы не сказала, или ни сделала. Наконец, более осторожная и практичная половина взяла ситуацию в свои руки и установила жесткий контроль над мозгами, а главное, речью и быстро захлопнула рот, чуть не прикусив язык. Тяжело дыша, прилагая титанические усилия для успокоения расшалившихся нервов взглянула на Дариана и обмерла, застыв как истукан. Он все еще сидел в кресле, но напоминал скрученную пружину, в любой момент готовую распрямиться и взлететь. Его глаза из изумрудных, превратились в черные мутные озера и отражали дикий голод. Это что, сейчас меня съедят? Его руки, сжавшие подлокотники кресла, напряглись настолько, что побелели. От всей этой картины злость улетучилась как дым от сквозняка, и я на полусогнутых ногах сделала шаг назад, не отрывая от его глаз свой взгляд. Он сделал легкое движение, запустившее цепную реакцию.

- Ой-ой-ой, мамочки!

Взвигнув, я ринулась на выход из комнаты в ужасе от того, что может сделать со мной этот мужчина после гневной речи. Наверняка убьет! Но главное, убивать, скорее всего, будет медленно и со вкусом. Вылетев в коридор, почувствовала, что на ходу перекинулась, раскидав последнюю имеющуюся у меня одежду, и уже стоя на четырех лапах поняла, насколько это удобнее и, что немаловажно, быстрее. Попадавшиеся навстречу люди, или дуовиты, прижимались к стенам и недоуменно провожали взглядом, я же летела словно ветер, спасая свою теперь уже волосатую шкуру. Пробегая по коридору, украшенному витражами, заметила краем глаза, как огромная черная тень несется позади, и постаралась увеличить отрыв между нами.

Выскочив наружу в уже знакомом месте, рванула по неплохо протоптанной вчера тропинке. Вот и старая знакомая полянка, еще сохранившая следы нашей борьбы-связи, но я не останавливаясь, пробежала дальше. Всеми фибрами своей души чувствовала, что он совсем рядом и испытывает ярость. И страх? Размышлять над темой страха на бегу было трудновато, поэтому я не сильно озаботилась этой проблемой. Отчаянная пробежка-погоня, как ни странно, начала вызывать странные в данной ситуации чувства. Восторг от скорости, от силы моего нового тела, легкие разрывались от переполнявших их новых запахов и чистоты воздуха. И удивительная мысль закралась в голову. Я больше не чувствую себя жертвой. Я хищник, и теперь в состоянии за себя постоять. Дааа!!!

Думать и бегать вредно для здоровья, причем моего. С немалой скоростью вылетев из леса, я оказалась на скалистом обрыве, с которого открывался вид на бескрайний изумрудный океан. Остановиться вовремя не смогла и, пробежав по инерции дальше, потеряв под ногами твердую поверхность, полетела вниз. Растопырив лапы, попыталась когтями зацепиться за торчащие выступы, но вырвав с мясом пару из них, полетела дальше. Мимо меня вниз скользнула в полете черная тень, и через секунду падение прервалось. Дариан в виде свона, зацепившись тремя лапами за большой выступ, висел над пропастью и, перехватив меня лапой поперек тела, крепко прижимал к себе.

Первым порывом было прижаться крепче, но потом, трезво оценив обстановку, в кои-то веки моя крыша удержалась на месте в стрессовой ситуации, постаралась успокоиться и вернуть естественный вид. Открыв глаза и заметив свои тонкие человеческие руки, облегченно вздохнула и, задрав лицо посмотрела на Дариана. Бррр! Никогда, наверное, не смогу привыкнуть к этой жуткой роже его свона. Мохнатый, широколобый, с зубами, которыми только медведей до инфаркта доводить. Только большие, зеленые глаза смотрят пристально и отражают мыслительный процесс явно не животного. Кивнув головой себе за спину, он выжидающе посмотрел на меня, в этот момент его когти сорвались с выступа и мы снова полетели вниз. Я завизжала, а он, не выпуская меня из лап, одной верхней и двумя нижними конечностями хватался за все подряд, пытаясь остановить наше скольжение по поверхности скалы. Через секунду ему это удалось, и мы снова зависли над бездной, на дне которой о скалы разбивались огромные водяные валы бушующего океана. Меня уже вовсю трясло, но не теряя времени, осторожно переползла к нему на спину и схватившись за шкуру и волосы на плечах свона, перехватила его талию ногами. От ужаса прилипла к нему словно клещ, вцепившись так, что потребуется много времени или сил, чтобы оторвать.

Как только я закончила, он рывком оттолкнулся от уступа задними лапами и взлетел наверх, преодолев сразу метра три-четыре. Его окровавленные лапы, зафиксировавшись на очередном уступе и найдя достаточно крепкую точку опоры, снова спружинили, и мы полетели вверх. Он то прыгал, то полз, цепляясь зубами и когтями за все, что возможно и, наконец, последний прыжок и мы наверху. Дариан распластался на жестком уступе, не шевелясь, я же, все так же вцепившись в него, лежала на его спине. Меня била нервная дрожь, не задумываясь над тем что делаю, зарывшись ему в шерсть лицом, вдыхала такой родной запах обещающий безопасность и заботу.

Немного успокоившись, зарыдала, сползая с его спины на большой, плоский, нагретый солнцем камень. Сильно болели пальцы, на двух из них отсутствовали ногти, это значит, что мой свон все-таки потерял пару когтей. Представляю, что тогда испытывает сейчас Дариан, ведь он нес двойную ношу. А главное, бежала твердо уверенная, что прибьют, как только поймают. А он! Он просто прыгнул в пропасть за мной, чтобы спасти, не думая о последствиях и собственной жизни. Свернувшись клубочком, зарыдала еще горше, чувствуя себя погано и опустошенно. Все чему меня учили в жизни, все принципы, стереотипы, все оказалось бесполезно. Он и его мир не вписывается ни в одну концепцию жизни, которую знаю и к которым привыкла. Я все потеряла. Родных, дом, голос, который был смыслом жизни, а теперь и все остальное, на чем держались мои представления о жизни. Как же жить дальше?!! Уже не сдерживаясь, заплакала в голос. Получается, что я предала его. Его доверие, его чувства. И свои тоже.

Глава 9

К спине прижалось горячее большое тело. Затем Дариан повернув меня к себе лицом, прижал к своей груди и начал успокаивающе гладить по волосам и спине. А я сквозь слезы несколько раз прошептала.

- Прости меня. Прости!

Прорыдавшись, почувствовала как вместе со слезами ушло напряжение, но к сожалению, в душе образовалась пустота, а по телу растекалась апатия. Мы лежали на камне, прижавшись друг к другу, похожие на инь и янь, и мне даже шевелиться не хотелось. Слушая как мерно и громко бьется его сердце в широкой груди, ощутила умиротворение, которое медленно заполняло пустоту, вытесняя безразличие. Вытянувшись вдоль его тела, обняла шею руками и, положив голову на плечо, замерла, оглядевшись. Открытое пространство, яркое сиреневое солнце и золотая луна, сиреневые пушистые облака с золотистой окантовкой медленно плывут по небосводу. Мы лежим на горячем камне, на самом краю скалы, уходящей основанием в океан и вокруг, куда бы не попадал взгляд, была вода. Странно, но пахло лесом, нагретыми солнцем камнями и терпким ароматом Дариана, но не океаном. Не было того привычного любому землянину солоноватого привкуса в воздухе от близкого присутствия океана или моря.

- Странно, морем не пахнет. - не выдержала и прокомментировала не понятный мне факт.

Он еще крепче прижал к себе, позволив ощутить его мощь и в тоже время - заботу. Он гораздо сильнее, больше меня, но в любом настроении прикасался ко мне мягко и нежно, чтобы не причинить боль.

- На Траване всего один небольшой материк, окруженный со всех сторон пресным океаном. Суша принадлежит дуовитам, а океан населяют ромулы и ксаары. Это еще две разумные и весьма развитые расы. У нас с ними мирный договор, и мы друг друга не трогаем. Но все равно с ними надо быть очень осторожными, они другие и мыслят не так как мы, сухопутные. Я прошу прощения, Дара, за то что вызвал твой гнев своими словами и напугал своим поведением. Подобного больше не повториться. Только прошу тебя, никогда, слышишь, никогда, не бойся меня и не убегай. Я НИКОГДА и ни при каких обстоятельствах не причиню тебе боли, единственная моя.

Его руки зарылись в мои волосы, мягко перебирая уже совсем растрепанную косу, а я, склонив голову, заглянула ему в лицо, тут же утонув в изумрудных озерах глаз. Почему-то именно в этот момент осознала, что мы абсолютно голые, лежащие прижавшись друг к другу, взрослые мужчина и женщина. И хотя я еще не совсем женщина, но еще минуту таких гляделок... и стану уже точно. Причем прямо тут. Попыталась отвести взгляд и разорвать зрительный контакт, не получилось. Уууу, какая у меня слабая воля, когда он рядом со мной. Внизу живота заполыхал костер, кожа стала неимоверно чувствительной и горела в тех местах, где соприкасалась с его телом. В горле пересохло, и я судорожно сглотнув слюну, облизала сухие губы. Попыталась убрать руки с его шеи, но мое тело явно жило своей жизнью и вместо моих желаний следовало своим. Руки заскользили по его плечам, мягко спускаясь к мощной и хорошо развитой мускулатуре груди, не забывая при этом наслаждаться шелковистостью кожи и теплом тела. Мысли спотыкаясь, разбежались по своим делам, стыд совсем куда-то пропал, осталось только нестерпимое желание касаться его тела. Быть вдвоем так тесно, словно у нас одна общая кожа, общее тело, что между нами нет никаких преград, быть внутри него, или чтобы он был внутри меня. Да какая разница, в конце-концов. Наверное он уловил мои мысли и эмоции, потому что радужка его глаз почернела, черты лица заострились и он набросился на мои губы, прижав к себе. Такие твердые на вид губы при соприкосновении с моими, стали мягкими и нежными. Но мягкая прелюдия длилась недолго, потом на меня обрушился ураган своих и его эмоций. Мы словно усиливали ощущения друг друга и от этого горели еще сильнее. Это уже была не страсть, а настоящее животное безумие. Вокруг клубился его запах, который забивался во все клеточки моего тела, усиливая ощущения и заставляя желать бесконечно купаться в этом аромате, пропитываясь им насквозь. Он прекратил терзать мой рот и его губы начали спускаться ниже, а я ощутила дикое желание обладать им полностью. В голове билась только одна мысль. МОЙ. Только мой и я хочу, чтобы все знали, что он только мой. В груди билось сердце, а рядом с ним что-то взорвалось от моего вопля, когда он добрался до моей груди.

- МОЙ!!! Только мой!

Выгнулась дугой под ним и ощутила аромат горной лаванды и дикого вереска, который тягучей волной окутывал моего мужчину, охотно смешиваясь с его терпким ароматом. Не знаю, что со мной произошло, но как только он резко вошел в меня, я с нечеловеческим ревом вцепилась ему в шею зубами, ощущая вкус крови во рту. И самое странное, что в отличие от крови Валурика, кровь Дариана была божественна на вкус. Поэтому я с наслаждением вылизывала оставленные зубами ранки на его шее, снова кусая, вызывая этим новую волну дрожи в наших телах. Он рычал как безумный, исполняя со мной такой древний танец любви и в конце, так же как и я, укусил, причиняя сильную боль и в тоже время усиливая тот фонтан наслаждения, который бил во мне в том месте, где мы сливались в единое целое.

Я лежала на нем не имея сил даже пошевелиться. Да и желания что-то делать у меня не было. Вокруг пели птицы, слабый ветерок обдувал разгоряченные страстью тела, а спину грело ласковое солнце. Я не отрываясь следила за облаками и водной гладью океана, в тоже время слушая умиротворяющее биение его сердца. Он гладил меня по голове, но неожиданно снял с себя и мягко положил рядом на теплый камень, нависнув надо мной и глядя в глаза. Он изучал мое лицо глазами и большой ладонью левой руки, нежно касаясь бровей, глаз, обводя пальцами скулы и губы словно изучая, впитывая образ, навечно вплавляя его в свою память. Я тоже смотрела на него и неосознанно делала то же самое. Отныне я узнаю его всегда и везде. Как бы он не изменился, все равно узнаю его. Моя душа всегда узнает его душу и уже признала свою половину, и приняла ее, слившись с ней воедино. Страшно теперь потерять то, что даже не мечтала найти и, наконец, обрела. Почувствовала как глаза закрыла пелена слез, и по щеке снова побежала мокрая дорожка. Он наклонился и собрал их губами, потом снова пристально уставился на меня, поглаживая большим пальцем руки кожу на висках держа мою голову обеими руками. В его глазах засветилось торжество, и губы изогнулись в довольной ухмылке.

- Моя Дарина!

Хрипловатый, но все равно ласкающий слух голос прозвучал восхищенно и в тоже время вылил на меня целый ушат чувств, присущих очень большому собственнику.

- Отныне ты моя, и я никому не позволю отобрать тебя у меня. Клянусь тремя лунами Травана. Я не зря ждал столько веков. Наша связь настолько сильна, что даже первое слияние я прочувствовал так, как многие пары не могут ощутить годами. Ты не просто моя пара, любимая. Ты моя истинная половина. И я очень рад, что ты только моя.

Я поняла скрытый подтекст и его радость по поводу моей невинности, но боялась поверить, боялась обмануться и снова все потерять, а так хотелось, чтобы сказанное им было правдой.

- И что будет дальше? Со мной? С нами?

Я со страхом задала эти вопросы. Он собственническим взглядом осмотрел мое нагое тело и ласкающее прошелся по нему горячей ладонью, вызывая новый огонь внизу живота, и судя по довольной улыбке, он тоже его почувствовал.

- Дальше, любимая, будет как ты захочешь. На землях рода Темных у меня большое поместье, которое теперь по праву принадлежит тебе и нашим будущим детям. Я богат, поэтому смогу удовлетворить любой твой каприз. С этого момента я принадлежу тебе, а ты - мне. После представления роду и другим кланам, закон вступит в силу, и тебя никто не сможет отобрать у меня. Даже если ты захочешь.

Последнюю фразу он произнес жестко и изучающим взглядом посмотрел на меня. Наверное в поисках этого самого желания уйти от него. Не дождется! Провела своей ладошкой по его щеке, коснулась выбритых висков с тату, пробежалась по черным волосам, которые вырвались из плена хвоста и волной стекали по плечам к земле, черным пологом скрывая от меня внешний мир и смешиваясь с моей серебристой копной.

- Не захочу!

Его зрачки расширились, практически поглотив всю радужку, а руки крепче сжали мое лицо.

- Поклянись! Поклянись, что останешься со мной навсегда и будешь принадлежать лишь мне и никому больше.

Разве можно было, всматриваясь в эти лихорадочно горящие в ожидании моего ответа глаза, соврать!

- Клянусь! Клянусь, что буду с тобой до конца и принадлежу лишь тебе и никому больше.

Дариан рвано выдохнул и нежно поцеловал сначала лоб, потом глаза и губы. Только я с силой подалась к нему, он чуть отстранился и снова приковав мой взгляд, прошептал.

- Клянусь, что отныне принадлежу тебе и только тебе и никому больше. Навсегда! Клянусь, что сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела о своей клятве и решении стать моей. Ты мое сердце, моя мечта и моя жизнь. Единственная! Теперь и до моего конца, потому что ты смысл моей жизни.

У меня в груди будто взорвался фейерверк радости и счастья, как только я услышала его слова. Почему-то поверила сразу и без сомнений. Мой! Только мой! Господи, как же хотелось петь, но даже утрата голоса теперь не вызывает боли. Горло исцелилось, и пусть я теперь говорю тихим грудным голосом, но за то что приобрела можно вытерпеть многое. Чуть потянула его на себя, дернув за волосы, он с довольным рыком приник к моему рту в жадном поцелуе.

Глава 10

- Кхе-кхе! Хмммм! Кхе-кхе! Извините меня, ренван и ренна, но вас ожидает Совет и император.

Дариан, как только раздалось первое покашливание, закрыл меня своим телом и грозно посмотрел вверх, взглядом испепеляя, посмевшего нарушить наши брачные игры. Мне же удалось выглянуть из-за его плеча и, задрав голову, тоже посмотреть вверх. Метрах в четырех над нами парила летающая тарелка, на которой сидел уже знакомый мужчина и с интересом смотрел сверху вниз на обнаженную парочку, при этом, судя по всему, не испытывая ни капли смущения. В отличие от меня! Я чувствовала, что сейчас сгорю от стыда, поэтому быстренько спряталась под Дарианом, который от моих телодвижений словно превратился в камень, а затем глухо прорычал вверх, при этом сильнее прижимая меня к себе.

- Варкас, ты свободен, и если я увижу тебя еще раз в подобной ситуации, ты станешь трупом. Ты меня понял?

- Да, ренван, я Вас понял и впредь постараюсь предупреждать заранее о своем появлении. Простите, что в очередной раз оторвал Вас от Вашей пары, но Вам следует прибыть на Совет как можно скорее. Смотрящие обратились к императору, и после их визита был собран Большой Совет и теперь требует вас обоих. Эти вещи для Вас, ренван Дариан и для Вас, ренна Дарина. Глава, я буду неподалеку и прикрою ваши спины. ЕСЛИ ЧТО!

Сверху упал пакет, вслед за этим раздалось легкое шипение, и тарелка с Варкасом удалилась. Дариан, словно ледяная статуя, не двигался с места, а рядом с моим ухом раздался неприятный звук, обернувшись на него, я заметила, что его рука прошла частичную трансформацию и в данный момент его когти в яростном порыве проскребали борозды на камне. Так, похоже не все в порядке в дуовитском королевстве. Скорее всего, началась мышиная возня вокруг моей персоны, а я только-только успокоилась и расслабилась. Видимо, он ощутил мой страх и тревогу, потому что когти исчезли, и Дариан, склонившись надо мной и глядя в глаза, твердо пообещал.

- Ты моя! И никто не сможет изменить этого. Я поклялся тебе в том, что ты никогда не пожалеешь о своем решении, а я никогда в жизни не нарушал данного слова.

Несмотря на уверенные слова, я почувствовала его страх и тревогу. Он слишком крепко держал меня в руках и чересчур пристально что-то искал в моих глазах. Захотелось убрать эту отчаянную тоску из его глаз и неуверенность в моем желании остаться с ним. Взяв его лицо в ладони, прошептала слова из какой-то песни, которую слышала на земле.

- Ты мое солнце! Если ты исчезнешь, мой мир не проснется. Будь уверен, я навсегда останусь твоей.

Короткий выдох облегчения, и Дариан уткнулся лицом в мою шею, а потом зарылся в мои разметавшиеся по камню волосы. Через мгновение он стоял на ногах, а я смогла в полной мере полюбоваться телом того, кто достался в мужья. Господи, как же я слюной не захлебнулась-то от зависти к самой себе. Черная волна волос достигала пояса, подчеркивая узкие бедра и золотистый цвет кожи. Широкие мощные плечи и грудь, длинные, волосатые, мускулистые ноги. Ну, а самое главное достоинство уже в полной мере оценила в себе и прочувствовала. Спасибо тебе, боже, я самая счастливая женщина на свете! Заметив мой восхищенный и плотоядный взгляд, Дариан довольно ухмыльнулся, и по связи пробежалось Огромное удовлетворение. А я снова покраснела, смутившись. Быстро схватив пакет и вытащив из него уже приблизительно знакомый набор вещей, оделась в золотистый халат и такого же цвета сандалии. Интересно, кто им тут вещи подбирает? Потом пришла в голову совершенно неожиданная мысль, и я, резко развернувшись, спросила.

- А как эта тарелка летает? На магии?

Дариан расхохотался и, подняв на руки, немного покружил. Мягко отпустив меня на землю, вытянул руку, показав металлический браслет на запястье.

- Родная моя, это не магия. Этот браслет-концентратор энергии. Он ее фокусирует и преобразовывает. Дуовиты способны производить и излучать энергетические потоки, а этот браслет ими управляет. Эта тарелка называется эркан, его двигатели работают за счет нашей энергии и ею же управляются. Порталы, через которые ты попала сюда, тоже. Правда на них требуется слишком много энергии, поэтому созданы были стационарные порталы в определенных местах, все в нашем мире подчинено энергии. И еще, маленькая моя. К сожалению, ты не дуовит, поэтому тебе придется немного приспособиться к нашему образу жизни. Но ты не волнуйся, я решу все наши проблемы.

Когда он сказал НАШИ проблемы, я почувствовала, что именно сейчас ко мне пришли спокойствие и уверенность, что я не одна и в безопасности. Все это не МОИ проблемы, а НАШИ. А вдвоем мы со всеми проблемами справиться сумеем. Настроение взлетело до небес. Посмотрев на него счастливыми глазами, увидела нежность в его глазах, которые тепло смотрели на меня.

- Сложно поверить!

В его глазах мелькнула тревога и он, взяв мою руку, спросил.

- Во что именно тебе сложно поверить?

- Не знаю как тебе объяснить, Дар, но мне сложно поверить, что я знаю тебя всего лишь сутки, ну или чуть больше. И за это время ты успел меня сделать своей женщиной, причем как в переносном, так и буквальном смысле. Спас мне жизнь. Заставил влюбиться и поверить в любовь с первого взгляда, над которой, я всегда раньше смеялась. Честно говоря, вообще не верила, что когда-нибудь смогу влюбиться, а уж тем более, что меня полюбят в ответ. А тут, в другом мире, в который до сих пор с трудом верю, встретила тебя, а ты в довершение всего, еще и оборотень, а теперь и я оказалась им. Да у любого от такой бурной жизни, как у меня, давно бы крышу снесло, а я тут на тему магии размышляю. Караул! И самое интересное, не могу поверить, что все это происходит со мной. Я боялась всего. Людей и их тайн, проблем, чувств, лишних эмоций, насекомых и собак, да много еще чего. Я жила в своем маленьком ограниченном мирке, где все подчиненно музыке и моему голосу. А теперь я, Дарина Савинова с планеты Земля, умерла и пока даже толком не могу определиться, что же родилось вместо нее.

Чуть расслабившись, он прижал меня к своей груди и склонившись, довольным рычащим голосом ответил.

- Родилась новая маленькая, но такая храбрая девочка, которую отныне зовут ренна Дарина из рода Темных. Пара единственного наследника своего рода и главы Высшего Совета Дуовитов. Первая Чужая, которая смогла пройти инициацию, избранница свона. Любимая, мужчина носящий в себе свона, очень часто обречен на одиночество, либо на неполную связь с носительницей более слабой сущности. И чаще всего он так сильно доминирует в паре, что женщина не может долго выдержать и либо покидает пару, либо погибает. А ты просто уникальна. В тебе сочетается слабость и большая внутренняя сила. Ты единственная, и ты МОЯ!

Я смотрела в его горящие восхищением глаза и не знала, то ли мне радоваться такому фанатическому обоготворению, или начинать беспокоиться. Но связь между нами, которая становилась крепче с каждой минутой, проведенной с ним, доносила такой калейдоскоп эмоций и чувств, и все они были настолько искренни, что более не раздумывая, решила принять такой подарок судьбы. Надо постараться сберечь и его, и себя. Нас, ведь он стал частью меня самой. Почему-то уверенность в правильности этого решения была стопроцентной.

Мы шли по дорожкам парка, со всех сторон окружающего дворец, и я все-таки не выдержала и спросила снова.

- Почему Крарус так безоговорочно мне поверил и принял то, что я сказала о его судьбе?

- Родная моя, дело в том, что он смотрящий, проживший несколько тысяч лет. Они не только видят прошлое, но со временем начинают чувствовать других, становясь довольно сильными эмпатами. Правду говорит дуовит, или ложь для них определить не сложно. А уж вас, людей, они читают, как открытую книгу. Вы слишком эмоциональны и импульсивны, и чересчур открыты. Но это понятно, ведь вы так мало живете, чтобы научиться ценить способность чувствовать, принимать и производить эмоции, свои и чужие. Одинокий дуовит с течением времени в этом отношении становиться ущербным и обделенным. Чувства притупляются, и жизнь покрывается серой тоскливой коркой, которую ничто не в силах отмыть, или стереть навсегда. Но благодаря слиянию и нашей связи с парой все меняется, и мир окрашивается в невообразимые цвета, ты снова слышишь музыку своей души, которая поет дуэтом с душой твоей пары. И песня эта так прекрасна и звучит она вечно.

Я открыв рот и автоматически переставляя ноги, слушая его монолог, сделала для себя важное открытие. Мой муж, оказывается, большой романтик под толстой шкурой свирепого свона. Новая грань в таком интересном мужчине. Я снова почувствовала радость от того, что он принадлежит мне. Ведь узнавая его все лучше, понимала, что до самой старости смогу находить что-нибудь новенькое в его характере и никогда не соскучусь.

Глава 11

Мы зашли в двустворчатые высокие двери и направились в сторону императорского приемного зала. Через минуту Дариана резко окликнули и он, остановившись, повернулся на голос, а я, задумавшись над всей ранее услышанной информацией, прошла чуть дальше, достигнув еще одних дверей. Опомнившись и оглянувшись на стоявшего всего в трех метрах от меня напряженного Дариана, почувствовала первые признаки волнения и тревоги. И именно в этот момент двери приоткрылись, и меня грубо затащили в узкий проем, ободрав при этом локоть, и затем так же молниеносно закрыли створки, перекрыв доступ Дариану. В следующую секунду в дверь ударилось что-то мощное и большое, от чего она треснула и задрожала. Мои похитители времени не теряли и, подхватив, быстро удалялись с места преступления. Отойдя от шока, я начала вырываться и орать насколько позволяли мои бедные истерзанные голосовые связки. Я звала Дариана и, судя по грохоту, треску и дикому звериному реву, раздававшимся позади, он отчаянно пытался вернуть свою законную добычу - меня. Попытки вырваться не привели к желаемому результату, и меня, словно куль, все быстрее тащили дальше, не взирая на вопли и угрозы скорой расправы над ними моего будущего супруга.

Через пару минут я замолчала и покорно дотерпела до момента, когда трое похитителей, занеся меня в какую-то комнату, оставили там, заперев снаружи. Как только последние шаги незнакомцев затихли за дверью, я заметалась по комнате в поисках спасения. И не нашла ничего! Окна на третьем этаже, прыгну - разобьюсь точно, это тебе не российские панельки, тут метров десять, не меньше. Выход только один и он заблокирован, в комнате кроме стола, пары стульев и кровати ничего не было. Сев на кровать, попыталась привести мысли в порядок, но в голове колоколом звучал страх потерять Дариана. Не только страх, но отчаяние, тоска и дикая, ни чем не сдерживаемая ярость на тех, кто посмел разлучить, отобрать, уже практически мое счастье. Не выдержав, снова заметалась по комнате, и только через пару минут дошло, что это не только мои чувства. Я даже на расстоянии чувствовала отголоски эмоций Дариана, но усиливая мои, они мешали сосредоточиться и подумать.

Усилием воли отодвинула их на задний план и, вытерев вспотевший от напряжения лоб, снова задумалась над ситуацией. Зачем меня похитили? Для какой цели? И как такое возможно, что вроде как второй человек в государстве оказался не у дел, и в данный момент в бешенстве занимается моими поисками. Дариан меня ищет, я нисколько не сомневалась. На секунду даже стало жаль тех негодяев, которые меня выкрали, потому что когда Дариан их найдет, они пожалеют, что не успели повеситься сами. Злая судьба Валурика до сих пор стоит перед глазами.

Пока я решала, что делать и с прискорбием поняла, что не смогла прийти к хоть к какому-нибудь приемлемому выводу, в коридоре послышались шаги. Решение пришло само собой, я подскочила к кровати и, засунув туда один из стульев, прикрыла его одеялом, получилось странно, но может они идиоты и купятся на нехитрый обман. Второй стул я схватила двумя руками и, застыв сбоку от двери, замерла, затаив дыхание. Дверь резко распахнулась, и в комнату вошли двое мужчин в уже знакомых рубашках смотрящих, в одном из них я узнала Вальдоса. Так-так, какие нелюди ко мне пожаловали, жаль он стоял не последним, потому что больше не раздумывая, с силой опустила стул на второго мужчину и выскочила за дверь, сразу же ее закрыв. В ту же секунду с внутренней стороны на нее обрушился удар и донеслись приглушенные ругательства смотрящих. Я же уже летела по коридору, не обращая внимания на иногда встречавшихся в коридоре дуовитов, как всегда провожающих недоуменными взглядами. Еще чуть-чуть и привыкнут. Миновав несколько коридоров и пару этажей, уткнулась в большие двустворчатые двери. Оглянувшись назад, услышала звук шагов быстро приближающихся ко мне. Нервно облизав пересохшие от страха губы, прислонилась спиной к дверной панели, а потом, тихонько отворив дверь, скользнула внутрь, стараясь не издавать шума. Шаги приближались, а я затаив дыхание, медленно отступала назад, пока не наткнулась на невидимую пока преграду. Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, уткнулась в широкую грудь мужчины, обтянутую черным шелком, который в виде халата струился до самого пола. Выше меня на голову, стройный блондин смотрел с интересом холодными, прозрачными, голубыми глазами. Я невольно обратила внимание на его одинокую тату, на которой был изображен странный зверь - голова саламандры с телом пантеры. Весьма странное и впечатляющее изображение, я бы очень не хотела встретиться с ним один на один в темном переулке. Потому что инфаркт бы мне был обеспечен. От резкого разворота и пробежки закружилась голова и покачнувшись, непроизвольно схватила его за руку, пытаясь удержать равновесие. Потом я словно провалилась в бездну. Его бездну.

Глава 12

Я стояла на краю огромного, пестрого от большого количества цветущих растений, луга и наблюдала за картиной, дарующей моему одинокому сердце щемящую нежность. Впереди, на большом расстеленом посреди луга одеяле, отдыхала семья. Мужчина, женщина и девочки-двойняшки лет трех, которые вовсю веселились, прыгали, проказничали и активно ползали по отцу. Мужчина же лежал на спине, притворно кричал, просил пощады и сам тут же нападал на дочерей, щекоча и подбрасывая вверх, он тут же их ловил и бережно, словно это самые дорогие и хрупкие вещи на свете, возвращал на одеяло. Женщина, сидевшая рядом, смеялась до слез, с удовольствием принимая участие в общей неразберихе под названием "затискаем любимого папочку". Неожиданно одна из девочек, заметив меня, выкарабкалась из этой кучи-малы и, растопырив ручки, бросилась ко мне. Ее глаза сияли радостью и удовольствием при виде меня, а личико озарила счастливая улыбка. Я же почувствовала, как душа сама ринулась навстречу этой крохе. Моя девочка, только моя, я никому тебя не отдам и сберегу от любых бед. Эта красивая зеленоглазая мордашка, обрамленная платиновыми кудряшками, никогда не узнает, что такое слезы. Может быть только слезам счастья я позволю пролиться из самых желанных и прекрасных глазок во всей вселенной. Немного скосив глаза, в удивлении застыла, глядя в глаза улыбающегося Дариана, который держал на руках свою вторую дочь и довольно прижимал к большому телу свою жену, мать любимой малышки - Дарину из рода Темных. Меня!!!

Второе видение последовало сразу за первым и было еще ярче, чем предыдущее. Огромный зал, в котором проводят награждение победителей в брачных играх и где проходят обязательные ежегодные балы для незамужних девушек. В середине стоят все свободные женщины, за их спинами - родители, готовые принять или отказать претенденту на руку их чада и я, чуть в стороне, не могу оторвать свой взор от одной из них. Платиновая зеленоглазая блондинка стоит со своей черноволосой сестрой, и они явно над чем-то насмехаются. Мой маленький бесенок. В том что мой, нет никаких сомнений, я и так по требованию ее матери, Дарины из рода Темных, и отца, Дариана Темного ждал целых двадцать лет. Больше не могу ждать. Любовь горит в груди, сжигая сердце в пепел, тоска, наоборот, приносит стужу. Дикое, непереносимое желание владеть, обладать, согревать своим телом и заботиться о ее нуждах, - все это просто разрывало на части. На самые мелкие кровоточащие болью и страхом потерять ее частички, когда так долго искал и вдруг нашел, наблюдал и ждал двадцать лет, как она растет и взрослеет. А последние полгода я совсем сошел с ума, после того, как на нашей последней встрече в их поместье, Сарина отвела меня в сторонку, улучив момент, и сказала, что любит меня. Больше всех на свете она любит меня и ждет нашего слияния, и если бы не ее родители, сама бы ко мне прибежала. Да, прожить четыреста лет и последние двадцать - с трудом осуществлять контроль над своими эмоциями и чувствами, а главное, рассудком. Но мы выдержали и теперь, глядя на нее, любимую женщину в кругу своей семьи, я знал, что не зря ждал. Расстроить ее мать, которая подарила мне мою Сариту, я не хотел, а уж ссориться с ее отцом, ренваном Дарианом, вообще не следовало. Он будет либо самым преданным другом, либо самым лютым врагом, по-другому не умеет. Я посмотрел на него и заметил, с какой нежностью он держит на руках своего сына, трехлетнего Матвея, и в тоже время голодным страстным взглядом смотрит на жену. Кроме нее и семьи, Дариана больше ничего не интересовало. Он полностью растворился в своей любви к этой прекрасной, хрупкой, но такой сильной духом женщине. Они стали единым целым, без слов понимая друг друга, нуждаясь только друг в друге и своих детях, благодаря чему делая наш мир чуть богаче любовью и нежностью. Печалило только одно, дар Видящей передался только Матвею и Сарите, и мою девочку часто будут отвлекать от меня, заставляя выполнять долг перед Траваном. Я знаю, что у нас с Саритой будет так же все прекрасно, как у ее родителей, и не мог дождаться этого момента, чтобы, наконец, объявить всем дуовитам, что она моя. МОЯ ПАРА!

Открыв глаза, я еще несколько секунд смотрела в холодные голубые глаза мужчины, не в силах осознать того факта, что вижу своего будущего четырехсотлетнего зятя. А глядя на него, больше тридцати и не дашь, и то с натяжкой. Хммм, хотя ничего себе так выглядит, приятно, симпатичный такой. Мои размышления прервал шум вокруг, треск выломанных дверей, а затем в большой зал ввалилась дерущаяся группа товарищей. Хотя товарищами они явно не являлись, и с усердием это друг другу доказывали. Два волка и одна рысь мужского пола, пытались отбиться от одного черного свона, который драл соперников, словно тузик грелку. В разные стороны разлетались кровь и различные ошметки, ревели раненые животные, а мы с будущим зятем стояли и пристально следили за развитием событий. Я только сейчас заметила, что окружены такими же монстрами, как на виске у моего зятька, во второй их ипостаси, словно это телохранители. Телохранители! Неожиданная мысль заставила напрячься и задуматься в кого это я так удачно врезалась.

В этот момент один из волков полоснул по бедру черного свона, и по связи до меня дошло ощущение боли и ярости. Так этот свон - Дариан!!! Злость отключила мозги, и в ту же секунду уже два свона, черный и серебристый, стояли посреди зала и дожевывали своих врагов. Заметив меня, Дариан подскочил и, оттеснив от остальных своим телом, перекрыл доступ ко мне. Мррр!!! Защитник ты мой, любимый. Свон, чуть скосив блестящий глаз, пристально посмотрел на меня. Судя по всему Дариан уловил мою радость при виде него и мои чувства в отношении его свона и остался доволен. Монстры, полукругом стоящие рядом с потенциальным безымянным зятем, рыча направились в нашу сторону. Еще живые, но изрядно покалеченные смотрящие, отползали в сторону, и тут я заметила Вальдоса, который с маниакальным восхищением смотрел на меня. Я прижалась к горячему боку любимого свона и тоже порыкивала на этих уродов. Дариан же твердо стоял на четырех лапах и свирепо смотрел на Безымянного, кстати, своего будущего родственника. Ээх, он еще не знает о нашем будущем. Безымянный поднял руку и негромко произнес, словно в пустоту.

- Хватит!

И словно по мановению волшебной палочки все успокоились. Он холодно посмотрел на нас.

- Ренван Дариан, могу я услышать Ваши комментарии по поводу произошедшего сейчас в этом зале. И потрудитесь привести себя в порядок.

Так! Как только его ледяной голос умолк в ожидании ответа, я про себя решила, что этот товарищ получит самую злющую тещу, какую только можно представить. Рядом с нами снова возник Варкас, прямо личный камердинер какой-то, протянул нам сложенные вещи. Сначала Дариан оделся, потом взяв мой халат теперь уже синего цвета и раскрыв его, встал рядом. Судорожно запахнув халат и краснея под заинтересованными взглядами мужчин, прижалась к Дариану всем телом. Еще крепче прижав меня к себе, он ответил на заданный безымянным вопрос.

- Ваше Императорское величество, ренван Тирэл, эти трое смотрящих во главе с новым главой клана Вальдосом похитили мою пару, прошедшую со мной слияние и образовавшую связь. Я нашел их рядом с Вашим приемным залом, куда был вызван не так давно, и потребовал ее возврата. Они решили, что имеют право МНЕ отказать и напали на меня. Я в своем праве требовать их наказания и признания нашей связи законной.

Ого, так я буду тещей императора. Все, теперь впору кричать караул. Я замерзла от страха и еще сильнее прижалась к любимому мужчине. Тирэл секунд десять смотрел на нас с Дарианом, потом медленно перевел свои голубые айсберги на смотрящих. Трое из которых до сих пор валялись на полу, а Вальдос смотрел то на нас, то на императора.

- Я, как глава клана Смотрящих, требую передачи Чужой Дарины Савиновой нашему клану. Ее дар видящей требует особого внимания и культивирования.

У меня после этих слов рот от неожиданности приоткрылся, а Дариан снова зарычал, застыв словно скала.

- Наши старейшины подберут ей подходящую пару из смотрящих для улучшения нашего генофонда. Вы должны понять, ренван Тирэль, что Травану жизненно необходимы Видящие. И она - наш шанс их нового возрождения.

Я начала задыхаться от негодования. Они приготовили мне судьбу инкубатора или свиноматки! Дариан застыл, ненавидящим взглядом окинув Вальдоса и повернувшись, слишком пристально посмотрел на императора. Они смотрели друг на друга сосредоточенно, и словно два игрока-шахматиста пытались просчитать свои следующие ходы. Затем раздался холодный голос, зачитывающий приговор нам с Дарианом.

- Простите, ренван Дариан, но я вынужден принять это решение. Ренна Дарина остается твоей, ренван Дариан из рода Темных, но я вынужден буду отдать твоих.....

- Не обещайте того, что НИКОГДА не сможете отдать, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! - последнее произнесла с некоторой долей ехидства и с вызовом посмотрела на него. Ничего ты у меня еще попляшешь, зятек, за эти несколько минут страха и унижения. И долго будешь плясать. Всю оставшуюся жизнь. В его ледяных глазах засветился огонек интереса, и он скользящим шагом приблизился к нам. Монстры синхронно двинулись за ним, а я, заметив их телодвижения, застыла в ужасе.

- Не бойтесь, ренна, ррархи не тронут вас, их беспокоит только Ваш теперь уже законный муж.

Немного успокоившись, я снова посмотрела на его тату, где был изображен такой же ррарх и решив, что ррарх тоже "человек" и достоин права на существование, чуть отстранившись от Дариана и сделав шаг в сторону Тирэля прошептала глядя ему в глаза.

- Я Вам расскажу кое-что интересное, если Вы поклянетесь, что это будет двадцать.

Он удивленно взглянул на меня, а Дариан снова приблизился на шаг ко мне и недовольно проворчал.

О чем ты говоришь любимая?

- Я не могу давать клятву, если не знаю, в чем клянусь.

Тирэль уже недовольно смотрел на мою худосочную особу, посмевшую торговаться с его императорским величеством. Я же молча выдержала его взгляд и продолжила сверлить его глазами. Я давила на любопытство и выиграла.

- Клянусь, ренна, что это будет двадцать.

Он еще больше напрягся, когда заметил мой торжествующий взгляд.

- Ты не сможешь отдать то, что хотел, потому что она будет принадлежать тебе.

Оба мужчины сосредоточенно задумались над моими словами, но видно до Тирэля все же дошло быстрее.

- Вы хотите сказать, что увидели мое будущее? И я.. Я найду свою пару в лице Вашей...?

Он никак не мог подобрать слова, и в его глазах холод сменился на пока еще слабую надежду. Тут, наконец, и до Дариана дошло то, что пытался озвучить Тирэль, и он с таким восторгом и любовью посмотрел на меня, что я готова была прямо тут заняться размножением и почкованием. Судя по его эмоциям, словно волной окатившим меня с ног до головы, он думал так же, как я. Но тут он уже по-другому, словно оценивая и примериваясь, посмотрел на Тирэля, и тот уловил скрытую информацию, которая была в заключена в этом взгляде Дариана. Тирэль встревожился, посмотрел на меня, и я заметила, что в его глазах больше нет того безразличного холода, как раньше. Теперь там светилась надежда, страх обмануться и еще целый коктейль непонятных мне чувств. Он настороженно спросил хрипловатым голосом.

- Что означает двадцать, ренна Дарина?

- Вы, как будущий муж моей будущей старшей дочери, сможете узаконить свое право на нее и провести слияние с ней только по достижении ею двадцатилетнего возраста. Клятва Вами дана и отмене или изменению не подлежит. В конце концов, четыреста лет Вы же жили как-то без нее, так вот, двадцать один как-нибудь помучаетесь, ничего с Вами не случиться. А она вырастет, узнает хоть немного жизнь, а потом посвятит Вам свое время и Травану тоже. Ведь она тоже будет ВИДЯЩЕЙ. И наш будущий сын тоже будет ВИДЯЩИМ, так что Траван не прогадает от нашей семейной жизни с Дарианом, а только выиграет.

С каждым произнесенным словом будущие родственники то бледнели, то краснели и все с большим любопытством и восторгом смотрели на меня. Наконец, все это мне надоело, да и устала я прилично, и есть хотелось сильно.

- Ну что, Вашество, наш брак узаконен?

Тирэль только кивнул головой, а потом, словно опомнившись, развернулся и подобно Немезиде уставился на моих похитителей. Конечно, теперь вся ситуация касалась его лично, и ее он не спустит на тормозах. Зарррраза!!! А ладно, может быть мой дар начал приносить не только неприятности?

- За похищение связанной пары, прошедшей слияние, у главы Высшего Совета, вы приговариваетесь к изгнанию с Травана на десять лет. Можете не благодарить меня за то, что я не казнил вас на месте. Я сегодня почти добрый.

Снова повернувшись к нам, громко заявил.

- Ваш брак, ренна Дарина и ренван Дариан, является законным и расторжению подлежать не может. Чем я могу вам еще помочь?

- Нууу, чем скорее нас отпустят домой, тем быстрее мы займемся решением Вашей проблемы, ренван Тирэль. Я думаю Вы в этом лично заинтересованы. - заявила я со счастливой улыбкой.

Он слегка усмехнулся, а потом просто расхохотался на весь зал и, судя по ухмылкам ррархов, стоящих вокруг нас, они были в курсе личной проблемы императора, и того каким образом она будет решаться, тоже. Я снова покраснела и, дернув за рукав Дариана, спрятала горящее лицо у него на груди. Он тоже смеялся, но через секунду подхватив меня на руки, быстро вынес из зала. Фуух, хорошо я не предложила подержать императору свечку, чтобы нам удобнее было делать ему невесту.

На следующий день Дариан увез меня в поместье знакомиться со своей семьей и всем родом. За все последующие за этим днем годы, складывающиеся в тысячелетия, не было ни одного дня, чтобы я не благодарила бога, за то что он подарил мне моего Дариана. Мою любовь, мою судьбу, мою половинку. Шестерых детей и множество внуков. Счастье любить и быть любимой. Возможность заботиться о любимых и получать заботу от них. Стать единым целым с тем, кто дороже всего на свете.

КОНЕЦ


home | my bookshelf | | Всё потерять, чтобы найти |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 330
Средний рейтинг 4.2 из 5



Оцените эту книгу