Book: Неприкасаемый



Джус Аккардо

Неприкасаемый

Глава 1

— Это последний, верно?

Я неохотно убрал руку и засунул пальцы назад в перчатку. Вот. Теперь окружающим ничего не угрожало. Материал гарантировал, что я случайно никого не распылю, как любила выражаться Дэз.

Она улыбнулась и взяла меня за руку, пальцы потянулись к моему запястью, затем скользнули под манжет перчатки. Кожа на коже. Не было ничего подобного. Дэз была первым человеком — единственным человеком — которого я мог касаться.

— Предпоследний. Еще один следом. А что? Не терпится пойти домой? — спросила она, игриво подтолкнув мое плечо. Ее ухмылка стала шире. Трудно сопротивляться порыву снять перчатку и провести кончиками пальцев по краю ее нижней губы, когда она мне так улыбалась.

Словно я был единственным человеком в мире.

Мы стояли на тротуаре перед небольшим синим двухэтажным домом. Слева была дорога с припаркованным у края пурпурным внедорожником. За ним густые заросли подстриженных деревьев с рассыпанными точками маленькими розовыми цветочками. Было бы так легко утащить Дэз в тень. Несколько поцелуев. Вот и все. Я мог бы щекотать точку за ее левым ухом, заставляя ее смеяться — мой любимый звук в мире — наблюдая, как светятся ее глаза, когда она рассказывает мне о том, что запланировала для нас. После разговора с девочкой, которая здесь жила, Кирнан Макгуайр, мы собирались в парк развлечений.

— Ты обещала мне мою первую поездку на американских горках, — сказал я, наклоняясь и оставляя быстрый поцелуй на ее носу. Она привстала на пальчиках ног и потерлась своим носом о мой. У этого было название, Дэз рассказывала несколько ночей назад. Что-то про эскимосов, но я не запомнил, и это не имело значения. Ничего не имело значения, когда я с Дэз.

— Чем быстрее мы придем, тем быстрее уйдем. Я умру за качающий адреналин хаос и серьезное время с Кайлом.

Я переплел свои пальцы с ее и потянул Дэз к дому. Мне нравилась идея о «времени с Кайлом», и я стремился начать.

— Так что мы о ней знаем? О Кирнан Макгуайр?

Мы поднялись по ступенькам, и Дэз нажала маленькую золотистую кнопку у дверной ручки. Колокольный перезвон послышался по ту сторону двери.

— Мм, пожалуй, только ее имя.

Я нахмурился.

— Это все? — Мы провели лето, разыскивая Шестерок, детей с особыми способностями из списка, который дал нам ее кузен. Все цели корпорации Деназен, Шестерки получали визит, предупреждающий об опасности, одна за другой. Кроме очевидных привилегий проведения времени с Дэз, было хорошо заниматься чем-нибудь полезным. Работать над спасением жизней, вместо того, чтобы забирать их. — Затруднительно.

Дэз засмеялась и толкнула меня бедром, я, в свою очередь, толкнул ее назад. Я учился.

— Тебя избаловали последние несколько.

Она была права. Я знал, что никто из этих людей не думал вредить нам, но я всё еще предпочитал знать, куда мы лезем. Последние несколько имен в списке были заполнены информацией о цели. Возраст, способность, у одной даже был список ближайших родственников и информация, живы и здоровы ли они. Но, очевидно, не у Кирнан.

— Да? — В дверном проеме появилась девушка. Она была выше и выглядела старше Дэз, с длинными пурпурными волосами, которые, как попало, свисали на ее лицо. Должно быть, она хозяйка внедорожника у обочины. Он очень подходил ее волосам, так что это имело смысл. У Дэз не было машины, но если бы была, я бы поспорил, что она была бы черно-белой. Предполагается, что автомобили соответствуют их владельцам. Я почти уверен, это так и работает. Или, может быть, это обстановка.

Возможно, домашние животные…

Я все еще не разбирался во всем. Ничего во внешнем мире не было простым.

Дэз улыбнулась девушке:

— Меня зовут Дэз, а это Кайл. Мы ищем Кирнан Макгуайр.

— Кто такие Дэз и Кайл? — спросила она, сложив руки.

Я указал на Дэз и произнес:

— Она только что сказала. Дэз. — А указывая на себя, добавил: — Кайл.

Девушка несколько раз моргнула и некоторое время молчала. Когда она, наконец, заговорила, ее поведение изменилось.

— Я уже видела свет. Хвалите Господа, аллилуйя, никакого мяса по пятницам. Весь этот счастливый бред сивой кобылы.

Я смущенно взглянул на Дэз.

— Никакого мяса по пятницам? Это какое-то правило, о котором мне никто не говорил?

Девушка начала закрывать дверь, но Дэз была очень быстрой. Она закатила глаза, всунула ногу перед дверью и покачала головой.

— Мы не миссионеры или кто там… мы здесь из-за твоей способности.

Глаза девушки сощурились. Она тут же стала подозрительной.

— Способности? Вы имеете в виду мою супер экзотическую способность завязывать вишневый хвостик в узел, пользуясь языком?

— Мы Шестерки. Как и ты. У нас есть способности. — Может, если я буду полностью честен, она увидит, что может нам доверять. — До недавнего времени я был узником корпорации Деназен. Слышала о них?

Простое произнесение названия заставил мои мускулы вздрогнуть. Еще несколько месяцев назад, пока я не встретил Дэз, я жил в качестве объекта Деназен. Узника. Используемого, управляемого властолюбивыми мужчинами по их собственному плану.

Она переключила своё внимание на Дэз.

— А ему уже пора принимать свои лекарства?

Дэз сложила руки и уставилась на девушку. Ее лицо выражало решительность.


— Ты чертовски хорошо знаешь, о чем мы говорим, так что давай сразу к делу. Мы войдем и выйдем и сделаем это наименее болезненно. Обещаю.

Девушка вздохнула, губы растянулись в недружелюбной улыбке, но она толкнула дверь и жестом показала нам проходить. Когда я уже собирался войти, по спине пробежал холодок, и, могу поклясться, что заметил краем глаза какое-то движение. Черно-белое пятно. Я повернулся лицом к улице и внимательно просмотрел местность слева, а затем справа. Ничего, за исключением нескольких припаркованных машин и мужчины, прогуливавшегося с очень маленькой собакой. Ничего черно-белого. Когда дверь за нами закрылась, я попытался спрятать куда подальше тревожное ощущение.

Ощущение, что за нами наблюдают.

Глава 2

— Мне нечего вам предложить, так что давайте покончим с этим. — Девушка, осторожно наблюдая за нами, уселась на диван. Она знала, чем являлся Деназен. Я понял это по тому, как слегка дернулась её бровь, когда еще на пороге упомянул о них. Язык тела мог дать больше ответов, чем любой разговор, если знать, что искать.

— Мы пришли сюда, чтобы предупредить тебя, — сказала Дэз, садясь в кресло напротив девушки. Я встал справа от неё. — Ты ведь, Кирнан, так?

— Возможно, — последовал её единственный ответ.

Осторожно, не приближаясь слишком близко, я указал на её запястье. Тонкая серебряная цепочка с блестящей пластинкой в центре с единственным выгравированным словом.

— Кирнан. Вон, твоё имя на браслете.

На её губах появилась усмешка, когда она подняла браслет и потрясла им.

— Что ж, полагаю, твоё предположение верно. Не все красавчики — тупицы, верно, приятель?

— Кайл, — сказал я раздраженно. — Меня зовут Кайл. — Большую часть моей жизни у меня был номер. Но у меня есть имя. Хотелось, чтобы окружающие им пользовались.

— Я разберусь, — произнесла Дэз, наклонившись через стол. Она взяла маленькую керамическую плитку, а затем внимательно осмотрела все вокруг в поисках чего-нибудь еще. Спустя мгновение она встала с кресла, прошла в другой конец комнаты и подняла что-то маленькое, похожее на кусочек бумаги. — Мы как ты. Другие. Мы можем кое-что делать.

Она практиковалась. Имитируя, по крайней мере, пару предметов в день. Становилось легче, и боль теперь была смехотворная, или так она утверждала, но всегда были несколько секунд колебаний. Я видел это в ее глазах. Страх. Память о годах боли, которая приходила с использованием ее способности. Я завидовал ее силе. Я видел, чего стоила имитация ей в начале, и, чтобы пройти через это, нужно было быть сильным человеком. Она была полна решимости укрепить свое тело, чтобы иметь дело с побочными эффектами. И, казалось, до сих пор это работало. Вчера она сымитировала что-то под названием «халапеньо»[1] в сырные палочки. Это было одна из лучших ее имитаций…

Кирнан и я наблюдали, как края бумаги дернулись и свернулись. Спустя мгновение Дэз держала две одинаковые синие плитки. Она протянула их обе Кирнан.

— Вот черт! — воскликнула Кирнан. Она медленно встала с дивана и наклонилась, забирая у Дэз бумагу, ставшую плиткой. — Это какой-то клевый трюк.

Дэз улыбнулась.

— Это имеет свои преимущества… Так что насчет тебя?

Лицо Кирнан стало каменным.

— А что насчет меня?

Она тратила моё «время с Кайлом». Я решил, что будет лучше, если я стану тупо действовать.

— Ты знаешь, что такое Деназен, — сказал я. Если потребуется, я мог бы выбить это из нее, не причиняя серьезного вреда, конечно, и позвать кого-нибудь из отеля, чтобы приехать и забрать ее, но Дэз, должно быть, подумала бы, что это слишком экстремально. Она говорила, что иногда мне не хватало деликатности. Мне ее хватало. Просто я не видел в этом смысла. — Они идут. Сюда. И ты не захочешь быть поблизости, когда они придут. Они используют таких людей, как мы.

Её глаза сузились, но я смог увидеть, промелькнувшую в них искорку страха.

— Используют? Для чего? И каков твой багаж?

— Мой багаж? — Я столько всего еще не знаю, но люди не таскают сумок, выбираясь оттуда, где я был. Мне казалось, она должна была бы это знать. — У меня нет багажа.

Дэз подавила смешок, и я понял, что ошибся.

— Она спрашивает про то, что ты умеешь. Про твои способности.

Почему бы просто так и не сказать? Я был единственным, кого возмущало, что люди редко говорят то, что на самом деле подразумевают? Существовало выражение, употребляемое, когда собираешься спать, и еще одно, чтобы есть. Были высказывания, используемые, если ты хочешь покинуть какое-нибудь место или придти в него.

Кирнан и Дэз продолжали разговаривать, Дэз убеждала Кирнан уехать с нами, а Кирнан упиралась и отрицала, что вообще имела понятие, о чем мы говорим. Я слушал их несколько минут, но обнаружил, что мое внимание привлекло окно. То же тревожное чувство снова пробиралось по позвоночнику. Внезапно я не захотел там находиться.

— Я понимаю, что ты, наверное, не доверяешь нам, — начал я, возвращаясь в комнату. Дэз не была бы счастлива от моего вмешательства в переговоры, но мне здесь стало очень неуютно. Я хотел уйти. — Если кто и понимает недоверие, то это я. Но я понимаю, что тебе известно, кто такие Деназен. Их не взять так просто. Подумай о слове «монстр» и умножь его на тысячу. Они заберут у тебя все, не оставив ничего, кроме раковины, где обычно была твоя душа. Вот что они делают.

Дэз побледнела.

— Кайл…

Но я продолжал. Я не пытался испугать девчонку, просто был честен. Ей нужно знать в точности, во что она вляпывалась, если бы осталась здесь.

— Они будут морить тебя голодом, избивать и использовать всех и вся на этой земле, о ком ты заботишься, чтобы манипулировать тобой, заставлять делать то, что даже твое воображение не может постигнуть. Здесь ты больше не в безопасности. Тебе нужно забрать семью и покинуть это место.

Глаза Дэз широко распахнулись, а Кирнан просто пристально смотрела. На минуту я был уверен, что сделал все только хуже. Не отводя от меня глаз, Кирнан обошла стол, глубоко вдохнула… и исчезла.

Дэз подскочила.

— Что за…

Остался слабый контур (его нельзя было заметить, если действительно не искать) и каждый раз, когда она двигалась, он слегка мерцал. Кирнан засмеялась. Это был нервный звук, безо всякой бравады.

— Ну, да… Думаю, я как вы.

Дэз фыркнула:

— И ты думаешь, что мой трюк был классным? Это удивительно! О Боже мой. Подумай о возможностях…

Кирнан вновь появилась.

— Тут есть свои моменты, — сказала она, повторяя тем самым ранний комментарий Дэз.

— Становиться невидимкой — это самая классная способность из всех, что я видела, а, поверь мне, видела я много.

— Она не становится невидимой, — произнес я, поворачиваясь к девушке. — Это больше эффект камуфляжа, верно? Ты не была совсем необнаружимая. Я видел… кое-что.

Кирнан щелкнула пальцами на меня. Вспышка пурпурного. Даже ее ногти соответствовали внедорожнику у обочины.

— Вручи мальчику печеньку!

Сейчас совсем не время думать о еде. И где она их держит? В карманах? Они бы все раскрошились.

— Я не хочу печенья. Спасибо.

Подняв брови, она сморщила нос, должно быть, я оскорбил ее, не приняв предложения, и повернулась к Дэз.

— Я становлюсь вроде как прозрачной. Чем быстрее я двигаюсь, тем легче меня заметить. Когда я была ребенком, я не могла этого делать, пока не остановлюсь. Потом, становясь старше, появилось больше способностей к контролю.

Дэз кивнула.

— У меня тоже так. До недавнего времени имитация — так я это называю — доставляла мне жуткую боль.

Тишина.

— Так что… — Кирнан засунула руки в карманы. Ее правая нога несколько раз стукнула об пол. — Вы хотите, чтобы я пошла с вами. Куда?

— Есть место в Парквью, где-то в двух часах езды вверх, если смотреть по карте, там безопасно. Типа… убежища для таких людей, как мы. Там есть группа Шестерок, которые считают своим долгом увидеть падение Деназен.

Теперь Дэз завладела вниманием девушки.

— Группа Шестерок? Как… сколько их там?

— Гораздо больше, чем ты думаешь.

В голосе Кирнан послышалось подозрение:

— Ну, если эти люди, Деназен, хотят меня использовать, то, что насчет вас? Чего хотите вы?

Дэз сделала шаг вперед.

— Мы просто хотим помочь.

— Почему в это так трудно поверить? Вы хотите помочь? И все? И не желаете ничего взамен? Кажется маловероятным…

— Смотри, никакого давления, ладно? Пойдем сейчас с нами, и если тебе не понравится, мы можем помочь тебе найти еще какое-нибудь безопасное место. По крайней мере, позволь нам попытаться и помочь твоей семье.

Девушка задумалась, а затем вздохнула.

— Нет семьи. Мои родители погибли в аварии в прошлом году, и я единственный ребенок. — Она широко развела руки. — Все, что вы видите, принадлежит мне.

Дэз и я говорили об этом: правильные ответы, когда люди говорят о своих жизнях. Показывать интерес и сострадание, не будучи грубым. Слушать, когда люди говорят о себе и избегать задавать незнакомцам личных вопросов. Последний совет поступил после того, как я спросил женщину в пищевом учреждении на окраине Парквью, почему ее голос был таким низким. Немногим позже Дэз сообщила мне, что женщина была трансвеститом, видимо, вообще не женщиной. Поняв, что это значило, я решил, так было верно. Кое-что лучше держать при себе.

— Плачевно, — сказал я, гордясь собой. По словам Дэз, я производил впечатление холодного и отрешенного. Я был полон решимости показать ей, что мог быть лучше. Нормальным. — Сожалею, что они мертвы.

Девушка просто смотрела.

— Как насчет компромисса? — подпрыгнула с улыбкой Дэз. — Мы с Кайлом направлялись в парк развлечений в городе. Что если ты пойдешь с нами, развлечешься немного и узнаешь нас. Мы могли бы ответить на все твои вопросы, а ты могла бы увидеть, что мы не большие и страшные.

Глаза девушки загорелись.

— В Страну Счастья Джипера?

— Туда.

Я хотел возразить: она сокращала «время с Кайлом». Но уйти я хотел больше.

Девушка на мгновение задумалась. Когда она не сразу ответила, я был уверен, ответ будет «нет».

— Никаких обещаний, но хорошо. Думаю, несколько часов не навредят.




Глава 3


Внутренняя сторона внедорожника Кирнан соответствовала наружной. Она гордо сообщила нам, что он сделан под заказ. Мне нравился пурпурный, он был моим любимым из всех цветов, но здесь вышло как-то слишком.

Тем не менее, тот факт, что мы были способны добраться от дома Кирнан до парка на чем-то, кроме позаимствованного автомобиля Джинджер с его странными, вонючими сидениями, дал мне несколько поводов не обращать внимания на цвет.

— Моя мама работала здесь, когда я была ребенком, — объявила Кирнан, когда мы въехали на большую парковку. — Большинство вечеров после закрытия они обычно позволяли детям кататься на каруселях бесплатно. Башня Криков была удивительной, в такой дешевой манере.

— Здесь очень много людей, — сказал я, озираясь по сторонам.

Кирнан фыркнула, достала двадцатку из заднего кармана и вручила ее женщине внутри будки.

— Только не говори, что ты агорафоб.[2]

открытых дверей, открытого пространства; расстройство психики, в рамках которого появляется страх скопления людей, которые могут потребовать неожиданных действий…

— Что? — Я понятия не имел, что это такое… Но звучало нехорошо.

— Это его способность, — объяснила Дэз, в ее голос закралось предостережение. Она взяла мою руку в свою и сжала. — Его кожа смертельна.

Кирнан перестала шагать, вытаращив глаза.

— Что ты имеешь в виду под смертельной?

— Если ты дотронешься до моей кожи, ты умрешь, — ответил я. Не было причин ничего подслащивать. Я был тем, кем был… И это меня больше не беспокоило. Не по-настоящему. Раньше я сидел и мечтал о том, как это, тронуть кого-нибудь, почувствовать чью-нибудь кожу под моими пальцами, а затем я нашел вот это. Я нашел Дэз. Неспособность дотрагиваться до других меня больше не расстраивала. Пока у меня есть она, ничего больше не имеет значения.

Кирнан выглядела, будто ей стало неловко.

— Мм, а тебе безопасно, я не знаю… быть на публике?

Я почти зеркально отражал ее состояние. Дэз не говорила, что парк будет полон людей. Но она вмешалась.

— Безопасно. Кайл знает, как избежать контакта. Он делал это всю свою жизнь. Он в перчатках и рубашке с длинным рукавом. Все будет прекрасно, если только кто-нибудь не попытается его поцеловать. — Она мне подмигнула. — А если такое случится, я убью их прежде, чем у них даже появится шанс.

И точно так же исчезли мои волнения. Меня интересовало, наступит ли такой день, когда будет возможно мне заставить Дэз почувствовать себя так, как заставляет меня чувствовать себя она. Совершенным. Надежным. Когда она смотрела на меня, я был самым важным живым человеком.

Мы направлялись дальше в парк, держась, сбоку, подальше от основного движения. Дэз была права. Не так все плохо. Люди были склонны оставлять друг другу пространство, чего я никогда не пойму. Если вы способны касаться кого-то, почему бы этого не делать? Ощущение удивительное.

По основной дорожке мы дошли до большой статуи мужчины с чересчур бледным лицом и странными голубыми и желтыми отметинами на коже. Его яркая одежда плохо сочеталась и напомнила мне Сью (мою приёмную мать и, по иронии судьбы, биологическую маму Дэз), которая как-то показала мне такое в книге, когда я был ребенком. Радуга. Не могу вспомнить, говорила ли она что-нибудь о людях, которые такое носили, однако, похоже, я никогда не пойму, почему мир так очарован яркими цветами. Разве нормальному человеку не приходит в голову, что такие яркие цвета делают из его тела отличную мишень, а это может оказаться смертельным? Никто здесь даже не пытался слиться с окружающей обстановкой.

Дикие волосы Человека-Статуи соответствовали его одежде, и вместо носа у него был красный предмет. Было в нем что-то, что разжигало неприятное чувство у меня в животе. Будто бы в любой момент он мог бы прыгнуть вперед и попытаться унести меня. Я протянул руку и ткнул пальцем его подбородок. Все еще твердый.

— Вы уверены, что люди приходят сюда веселиться?

Дэз захихикала и ткнула пальцем голову Человека-Статуи. С ухмылкой, которая послала мелкие мурашки вверх и вниз по моей спине, она наклонилась ко мне и прошептала:

— И что мы имеем? Мой суперсексуальный, убийственный парень шарахается от клоунов?

Я снова глянул на статую. Она все еще стояла без движений, но карие, похожие на бусинки, глаза, казалось, следовали за нами.

— Не могу разглядеть ничего привлекательного в этом месте.

Кирнан хихикнула:

— Это Джиперс-клоун. Типа талисмана этого места. Да ладно, все любят клоунов!

Я перевел взгляд от нее на Человека-Статую. Если все любят клоунов, тогда это просто был еще один пример того, почему я никогда не приспособлюсь к нормальным людям.

По обе стороны ровной дороги, ведущей в парк, располагались цветные сооружения различных форм и размеров. Несколько выглядели так, будто бы они могли быть какими-то транспортными средствами с сидениями и сложно выглядящим управлением. Другие, казалось, были шалашами, жильем для сотни одинаковых игрушек различных размеров. Там были маленькие розовые медведи и большие синие, а еще куклы, похожие на странного, подозрительного Человека-Статую.

В одном шалаше в центре стоял большой стол, заполненный стеклянными чашами. В каждой чаше плавала маленькая оранжевая рыбка. Должно быть, здесь они хранят еду.

Мы продолжили путь, пока не дошли до большой вывески с аляпистой картинкой. Карта парка. На ней были нарисованы несколько изображений странного Человека-Статуи (я отказывался думать о нем как о Джиперсе), указывающих на различные места.

За вывеской, чуть дальше, располагалось большое цветное колесо, как будто с ведрами, прикрепленными на одинаковом расстоянии друг от друга по всей поверхности. Огромное странное лицо Человека-Статуи изображено на лицевой стороне колеса. Он, казалось, был везде, и Кирнан назвала его талисманом… Это позволило мне думать, что он, должно быть, имел особое значение для этого места.

Мне подумалось, почему здесь до сих пор открыто.

— Что это? — поинтересовался я.

Дэз оторвала взгляд от карты и посмотрела на площадь.

— Колесо обозрения?

— Колесо обозрения?

— Это карусель. Как американские горки. Ты садишься на сидение, и она кружится. Это весело.

Люди имели странное определение веселья. Что забавного в сидении в чем-то, что вращается по кругу?

— Я начинаю задаваться вопросом: не повреждено ли большинство населения сильнее меня. Я никогда не привыкну к способу, которым люди думают.

— Хорошо, — заметила она, поднимаясь на носочки и кратко меня целуя. — Мне нравится способ, которым думаешь ты. — Большое колесо было забыто, и она возвратилась к карте. Она указала на самую большую картинку Человека-Статуи: — Это мы.

Я провел линию от места, где были мы, до Аллеи Американских горок. Получился полукруг, насчитывающий шесть интересных точек. В центре была большая красная звезда с лицом Человека-Статуи. У него было угрожающее выражение лица, обнажающее ряд заостренных зубов.

— Что это?

— Это, — ответила Кирнан, сжав вместе ее руки, — Башня Криков. Лучший аттракцион в этом парке. Хотя сначала мы должны посетить Джипси. — Она указала на ярко-красное строение с остроконечной крышей и вывеской, гласящей «Хижина Джипси Джиперс».

Я перевел взгляд с нее на Дэз, затем на здание.

— Осмелюсь ли я спросить?

— Это будет прекрасный способ узнать вас, ребята, — сказала она с озорной улыбкой. — Я даже заплачу.

— Гадалка? — застонала Дэз. — Серьезно? Что дальше, танцующие медведи?

Я снова взглянул на здание, пытаясь понять, как все там работает. Дэз говорила, там кабинки. Должно быть, они спрятаны внутри.

— Оно там движется быстро, переворачиваясь вверх-вниз?

Кирнан моргнула.

— Оно что делает?

Дэз взяла мою руку.

— Это не карусель. Это какая-нибудь тетка, одетая в костюм, которая притворяется, что читает твое будущее.

Это казалось глупо.

— Притворяется? А в чем смысл?

Кирнан закатила глаза и фыркнула:

— Никакого притворства. Она настоящая. Обещаю.

Мы с Дэз замерли.

Кирнан топнула ногой и поманила нас вперед.

— Пошли. Будет весело.

Я все еще не двигался.

— Весело? Как такое можно считать веселым?

Она сложила руки и двинулась в сторону здания, не желая больше ждать. Через плечо она бросила:

— Сомневаюсь, что ты бы знал, что такое веселье, если бы оно шлепнуло тебя по заднице и обозвало Салли[3].

Я в отчаянии повернулся к Дэз.

— Салли?

Она потащила меня вслед за Кирнан.

— Помнишь, ты сказал, что иногда я разговариваю будто на другом языке?

Я кивнул. Это точно. Иногда я не понимал, что Дэз пыталась сказать. Она называла это «сленг». Это было почти так же плохо, как все выражения, которые использовали люди.

— Ну, у Кирнан тоже ее собственный язык.

Это не сделало меня особенно счастливым. Не было настроения пытаться учить новый язык. Тем более, я все еще не мог сбросить неудобное ощущение, будто кто-то за нами наблюдает.

Глава 4

Джипси не было. Дэз выглядела не сильно расстроенной по этому поводу. Они с Кирнан спорили, но в итоге пришли к соглашению, что мы могли бы покататься на каких-нибудь каруселях, а позже вернуться.

— Итак, расскажите мне о тех людях, с которыми вы хотите, чтобы я увиделась, — сказала Кирнан, заполняя рот чем-то, похожим на синий пух.

У Дэз тоже такое было, но розовое. Она пыталась убедить меня попробовать, но я отказался. Если забыть о том, что оно выглядело, как большой пучок хлопка, оно еще и пахло плохо.

— Они все как мы. Шестерки.

— А как они смогут спасти меня от этих людей из Деназен? — Она махнула синим пухом и нахмурилась. — Твой парень был прав: я слышала о них, и то, что я слышала ууужааасно с заглавной «У». — Она запнулась. — Кто его знает, может, вся эта дружелюбность — театр. Может, вы с ними. И пытаетесь меня заманить…

Я засмеялся. Это было непреднамеренно, но я не мог остановиться. Милое чувство, хотя и не такое хорошее, как от пива.

— Я больше не с ними.

Кирнан замерла.

— Больше?

— Это не совсем то, — вмешалась Дэз. — Кайл вырос в Деназен, но не так, как ты думаешь. Я говорила еще у тебя дома, но его там удерживали. Пленником. Они использовали его способность вредить людям. Это же они будут делать с тобой, если им представится шанс.

— Я человек-хамелеон. Как они могли бы использовать меня?

— Не надо, — сказал я. Фраза получилось более резкой, чем я предполагал, но если бы она знала, о чем спрашивала… — Не спрашивай. Даже не думай об этом. Поверь мне, когда я говорю, что ты не хочешь этого знать.

— Лааадно, — произнесла Кирнан. Спустя мгновение она указала на большое сооружение, напоминающее лодку. — Как насчет Пиратского Корабля? Люблю этот аттракцион.

Следующее, что я осознал, это Дэз, которая тащила меня в конец короткой очереди.

— Эй, на корабле! — мужчина в начале очереди поприветствовал нас. — Аррр! Вы готовы отправиться в плаванье?

Кирнан топнула ногой и отсалютовала странно одетому мужчине. Надеюсь, никто не ожидал, что я сделаю то же самое.

Нас повели вперед и показали на места. По четыре человека в ряд. Кирнан села перед нами, и так как мы были последними в очереди, то вдвоем заняли последние места. Наконец-то. Дэз была только со мной.

Как будто Дэз была способна прочесть мои мысли, он наклонилась ближе и прошептала:

— Я знаю, это не совсем то, чего бы нам хотелось…

Я стянул правую перчатку и взял ее за руку.

— Все нормально. Этой девочке нужна наша помощь. — Я наклонился ближе и уткнулся носом ей в шею. — И сейчас ты только со мной, правда?

— Правда. Теперь все, что нам нужно для совершенства, это чтобы кто-нибудь выключил эту раздражающую музыку. — Она закрыла уши и улыбнулась.

Она засмеялась и сказала что-то еще, когда я натянул перчатку обратно, но я не расслышал, что именно. Моё внимание привлекло какое-то пятно в толпе. Это пятно то появлялось, то исчезало, и ко мне снова вернулось неприятное чувство, как в доме Кирнан. Я отстранился и оглядел площадь. Кирнан сидела перед нами, с головой ушедшая в разговор с тремя парнями, сидевшими рядом с ней. Перед ней сидела мать, как я предположил, с тремя маленькими детьми. Один из них кричал и тянул другого за волосы, а третий просто скрестил руки на груди, затаив дыхание.

Когда я не увидел ничего необычного на карусели рядом с нами, я вернул свое внимание к площади. Толпа перед аттракционом поредела, и все, что я видел, это пожилую пару на скамейке прямо напротив нас, группу детей помладше нас и мужчину.

Мужчина.

Он повернулся спиной, поэтому я не мог видеть его лица, но его безупречный черный костюм и серебристо-белые волосы заставили моё горло сжаться. Я зажмурил глаза и глубоко вздохнул. Когда я опять их открыл, мужчина уже исчез.

— Что не так? — услышал я шепот Дэз.

— Я… Извини. Здесь много чего можно увидеть. Я просто был поражен на мгновение. — Ложь. Что-то, чего я не делал… не с Дэз. Но что я мог сказать? Что я подумал, будто увидел… Нет. То, что я подумал, будто бы увидел, было невозможно. Деназен отчаянно желали меня вернуть и получить в свои руки Дэз, но есть черта, которую даже они бы не пересекли.

— Надеюсь, это была веселая степень «поражен», — засмеялась она.

Я поцеловал ее. Теплая кожа. Мягкие губы. Участившийся пульс. Эйфория в самом простом виде. Каждый сантиметр меня оживал, когда я ее касался. Было похоже, словно я шел по жизни в тумане, пробуждаясь, только когда мы были близки, когда она зажигала мои чувства и заставляла мое сердце биться быстрее.

Она отстранилась на несколько сантиметров, чтобы посмотреть на меня. Изучающие взгляды других людей доставляли мне неудобства, напоминая о днях в Деназен. Как Кросс водил парады агентов и новых обитателей мимо меня, как будто бы я был каким-то экспонатом. Но не Дэз. Искра, появляющаяся каждый раз, когда наши глаза встречались, давала мне чувство, будто я мог бы сделать что угодно. Быть кем угодно. И все, что я хотел в этот момент, это притянуть ее ближе и целовать дальше.

Но она отпрянула и громко крикнула:

— Лучше держись!

Подул ветер, и на мгновение я подумал, что готовится разразиться шторм, но потом понял, это не ветер… это мы движемся. И это было потрясающе…

Глава 5

Я постарался сидеть, но что бы там ни предотвращало наше падение, оно затрудняло движение. Дэз потащила меня по длинной лестнице на аттракцион под названием «Циклоническая горка». На вершине мужчина, одетый тоже в раздражающий цветастый костюм, заставил нас сесть. Дэз обернула вокруг меня руки и ноги, и это было самым классным, а потом, мы внезапно начали двигаться. Скользя вниз по гладкой, узкой поверхности. Гладкой, но не ровной. Мы то погружались вниз, то поворачивали направо, то налево. В какой-то момент мы двигались так быстро, что я был уверен, мы вылетим за борт. А приземление в итоге случилось не на твердую почву, как я ожидал, а на кучу… шаров. Цветных.

Я поднял один, несколько раз повернув его в руке.

— Что это такое?

— Это… — Дэз испытывала проблемы с равновесием. Каждый раз, когда пыталась встать, шары мешали ей удержать баланс, и она заваливалась на бок. Почему они поместили сюда эти штуки, зная, что сюда упадут люди? — …шарики. Горка заканчивается бассейном с шариками.

— Бассейном с шариками?

Знакомый крик, сначала слабый, а потом громкий, огласил воздух, и появилась Кирнан. Она приземлилась в шарики рядом с нами, крича и беспорядочно взмахивая руками. Поначалу я запаниковал, думая, что что-то было неправильно, но потом я понял, что это было просто возбуждение. Она была взволнована. Тем, что скатывается в цветные шарики.

Дэз пыталась (безуспешно) снова подняться на ноги, размахивая обеими руками и ногами в попытке удержать вертикальное положение, при этом истерично смеясь.

— Да. Ты помнишь? Как тот, что мы видели, когда разговаривали с… ммм… Кэти Макнамара. Той Шестеркой из Фенфилда?

Второй раз мы делали остановку, чтобы предупредить Шестерку со способностью разговаривать с животными. Мы нашли ее, работающей в странном пищевом заведении, чьим символом был грызун в шляпе и рубашке. На своем пути мы обнаружили детей, играющих в чем-то, что напоминало большую ванную с цветными пластиковыми шариками. Дети прыгали и смеялись, и, признаться, я ощутил маленький укол ревности. Похоже, это было очень весело.

Что я должен был подумать?

Я протолкнул ногу, пытаясь нащупать пол. После нескольких попыток, мне, наконец, это удалось.

— Ты говорила, это место предназначалось для веселья, но я не уверен, что это абсолютно точно.

Она смеялась.

— Просто доверься мне в этом. Здесь клевее, чем кажется. — Она, наконец, успешно выбралась из моря шаров.

Кирнан подошла к нам. Она подбросила один мячик в воздух, а потом позволила тому упасть на пол.

— Не поклонник бассейна с шариками, да?



Дэз снова засмеялась. Этого звука было достаточно, чтобы заставить меня забыть о раздражении от мешающих движениям шаров.

— Бассейн с шариками это не его.

Кирнан задвигала бровями.

— Ну, скажи мне. Что твое? Что для тебя веселье?

Я думал об этом с минуту. Никто никогда не задавал мне такого вопроса. Что мое? Моим весельем была Дэз. Глаза отыскали ее. Проводить время с ней, держать ее в объятиях… целовать ее. Просто быть рядом с ней. Вот то, чем я наслаждался. То, что заставляло меня чувствовать себя живым. Я верил, что, без сомнений, мое сердце по-настоящему начало биться в день, когда я ее встретил.

Она откашлялась и отвернулась, покраснев. Спустя мгновение я понял почему. Она думала о поцелуях. Я говорил ей только на прошлой неделе, что поцелуи с ней — мое второе любимое занятие. А первое… ну, она заметила, что кое-что следует оставлять между нами. Хотя я не совсем понимаю почему. Каждый должен знать о чем-то столь удивительном, но я поверил ей на слово. Она знала все хитрости этого общества лучше, чем я. Возможно, лучше, чем я когда-либо узнаю.

— Что-то, в чем есть соперничество, — сказала Дэз. — Типа настольной игры. Стрелялки или чего-нибудь такого.

— Ни за что. Придумала! — Кирнан выпрыгнула из ямы, когда пара кричащих детей вылетела из трубы. — Следуйте за мной.

Десять минут спустя мы прошли через парк, миновав много других мест, которые Дэз назвала «обязательными к употреблению». К тому времени, как мы прибыли в пункт нашего назначения, я съел два корн-дога[4] и что-то, называемое жареным мороженым. Дэз сказала, что впечатлена, потому что никто из ее знакомых не мог бы переварить больше одного корн-дога. Я решил, что этим стоит гордиться, о чем немедленно сообщил мужчине, у которого мы покупали газировку. Хотя он не выглядел очень впечатленным. Вообще-то, он принес свои извинения и потом почему-то направил меня к туалетам.

Мы остановились перед небольшим скоплением людей, собравшихся вокруг красно-желтой стены. Они хлопали и кричали, а двое мужчин лезли вверх при помощи крепко связанной веревки. Первый забрался на вершину, спрыгнул вниз, опустился на живот и пополз по пластиковой трубе. Когда он дошел до конца, то запрыгнул на узкое бревно, нависающее над темной водой.

Второй мужчина все еще пытался перелезть стену.

— Что это?

Кирнан засмеялась.

— Это провинциальная версия Американского Гладиатора[5]. Джунгли Джипера. Мужская фигня.

Кроме того факта, что это было «мужской фигней» (как я понял, это означало, что я должен это сделать, если хочу вписаться), это выглядело забавно. Наблюдая, как первый человек пересек финишную черту, я прошелся взглядом по трассе. И нашел, по крайней мере, десять способов сократить его время на половину.

— Ладно, — сказал я, шагая вперед.

Дэз в замешательстве сморщила нос.

— Что ладно?

— Ладно, я ее пройду.

— Полосу препятствий?

— Конечно.

— Зачем?

— Кирнан сказала, это мужская фигня…

Ее замешательство растаяло в улыбку.

— Еще одно выражение. Она только имела в виду, что большинство девчонок считают, будто это глупо, но все же парни по каким-то причинам это любят.

— О… Ну, что ты думаешь?

— Я? Я думаю, что это выглядит потрясающе.

— Тогда ладно, — повторил я. Она считала, что это выглядит потрясающе. Это хорошо. И Кирнан говорила, будто так делают нормальные парни. Я желал этого. Если и не для себя, то для Дэз. Я хотел дать ей чего-то нормального и обыденного, хотя бы чуть-чуть. — Я бы хотел попробовать.

— Ии-хаа! — закричала Кирнан, поднимая в воздух кулак. — У нас имеется кандидат!

Они подвели меня к стене, где стоял мужчина в цветастом костюме, должно быть, он тоже позаимствовал его у Человека-Статуи. Он объяснял правила. Просто пройти всю трассу так быстро, как можешь, удостоверяясь, что поразил все точки. Он также вручил мне свисток, сказав, что это на случай, если у меня случится проблема. Не уверен, какого типа проблема со мной могла бы случиться, но на всякий случай его припрятал. Никогда не помешает быть ко всему готовым.

Я соревновался с победителем прошлого забега.

— На старт… — сказал человек в желтом костюме.

Предыдущий победитель подошел к веревке. Я остался в нескольких шагах от него.

— Внимание…

Другой человек схватил веревку, дернув несколько раз перед тем, как повернуться и впиться взглядом в меня. У меня было чувство, будто он пытался выглядеть устрашающе, но на самом деле, казалось, ему просто нужно воспользоваться туалетом.

— Марш!

Я побежал к стене, прыгая и помещая на нее правую ногу. Обувь, которую мне купила Дэз — «Vans», как она их называла — давала превосходное сцепление. Я был способен с легкостью взобраться на стену, схватив веревку на вершине для дополнительного толчка, чтобы перемахнуть через край.

Боковым зрением я заметил знакомую фигуру и вспышку белого. Обернувшись, когда приблизился к трубе, я пробежался взглядом по толпе, но ничего не увидел. Паранойя. Вот и все. Когда все, казалось, было хорошо, когда я ощущал почти счастье, что-то закрадывалось. Конечно, что-то должно было быть на грани, чтобы сорваться, потому что такой, как я, не заслуживал этого…

Я оттеснил эту мысль подальше. Через трубу и на бревно. Без замедления я бросился вперед. Из толпы слышался голос Дэз, подбадривающий меня. Это затолкнуло паранойю в глубину моего сознания и подгоняло вперед.

Я видел конец трассы. Семь шагов. Первое место. Крики поддержки неслись от толпы, и было трудно не улыбнуться. Меня. Они приветствовали меня.

Энергия толпы опьяняла. Настолько, что я почти упустил вспышку белого на краю. В этот раз я был уверен, что это не просто воображение. Я точно её видел. Не уверен, что это было, но я видел. Я замедлил ход, остановившись в нескольких шагах от нарисованной линии на земле, которая гласила: «Финиш». Исступленно я осматривал толпу, но в первый раз ничего не заметил. А во второй глаз зацепился за что-то.

Кого-то.

— Быстрей! — окликнула Дэз. — Пересеки финишную черту!

Беглый взгляд через плечо, и я увидел другого мужчину, раздраженного, пыхтящего и более красного оттенка, чем раньше, который неуклюже двигался позади меня. Я сделал три шага и пересек финишную черту в хор аплодисментов и восторженных криков.

Справа я видел Дэз и Кирнан, пробивающихся ко мне. Вместо того чтобы развернуться и встретить их, я последовал к выходу и пересек зону ожидания, где я это видел. Видел его. Мужчину — в этом я был уверен. Что-то на краю сознания всплывало в памяти. Что-то, что не хотело быть раскрытым.

Я обернулся как раз во время, чтобы со мной столкнулась Дэз, оборачивая руки вокруг моей шеи и оставляя легкие поцелуи вверх и вниз на моем лице. Я обнял ее за талию, оторвал ее ноги от земли и закружил.

— Я нормально справился?

— Нормально? — задохнулась Кирнан. — Я никогда не видела никого, кто бы так двигался! Думаю, я влюбилась…

Я прижал Дэз еще раз, а затем поставил ее на землю. Не хотелось ранить чувства девушки, но она должна знать правду.

— Извини… Но я люблю Дэз.

Дэз засмеялась и взяла мою руку.

— Ты… что? — Несколько раз моргнув, Кирнан пожала плечами и махнула вперед. — Неважно. Пошли. Давайте проверим Джипси

***

— Это мадам Джевел, — сказала Кирнан, входя в комнату.

Она поприветствовала пожилую женщину, которая напомнила мне Джинджер, мою бабушку, объятиями.

— Она здесь была всегда. Работала еще с моей мамой.

Джевел указала на два стула напротив нее и опустилась на собственный.

— Вы здесь для гадания?

— Дэз и Кайл — мои новые друзья. Мы тут тусуемся, пытаясь узнать друг друга, и подумали, было бы здорово, чтобы нам погадали.

Джевел улыбнулась. Морщинистые губы раздвинулись, обнажая несколько больших промежутков. Недостающие зубы. Должно быть, она ввязывалась в драку в какой-то момент… и проиграла.

— Конечно. Все для тебя, дорогуша. — Она повернулась к Кайлу. — Ты первый, красавчик. Садись и выкладывай сюда знаки.

Я сел на стул, но не был уверен, что оттуда делать. Я не знал, какие знаки она просила, и чувствовал, что спрашивать глупо.

Дэз села рядом со мной и протянула свою руку.

— Я первая.

Ох. Теперь я понял. Женщина хотела мою руку.

Она смотрела на меня, затем повернулась к Дэз и пожала плечами. Взяв ее руку, женщина закрыла глаза, и Дэз едва сдерживала смех. Думаю, ей нравилась игра в притворялки не больше, чем мне.

Они сидели так минуту, может, две, а потом глаза Джевел резко открылись.

— Шестерки?

Дэз одернула руку и вскочила на ноги. Я сделал то же самое, напряженный и готовый к драке.

Старуха закатила глаза.

— Сядьте. Мы сестры, ты и я.

Она шутит?

— Нет, вы не сестры. Во-первых, вы слишком стары, чтобы…

Дэз улыбнулась.

— Она имеет в виду, что она тоже Шестерка, Кайл.

— Вы можете видеть будущее, — теперь я понимал. Я повернулся к Кирнан, которая стояла в стороне и усмехалась. — Реально?

Та кивнула.

Джевел щелкнула пальцами, чтобы привлечь наше внимание. Да. Она определенно напоминала мне Джинджер.

— Вам троим нужно уходить отсюда. Вы в опасности.

Дэз топнула ногой и сдула выбившуюся прядь волос, упавшую на глаза.

— А что-нибудь поновее? Можно уточнить? Это опасность в форме лицемерных полуадвокатов с залысинами и серьезно сомнительными нравами?

Вместо того чтобы ответить Дэз, она повернулась ко мне.

— Он идет.

Дэз нагнулась вперед. Она сказала что-то Джевел, что-то про Деназен, но я не обратил внимания.

Он идет.

Какое простое предложение, оно могло бы означать что угодно. Кузена Дэз, Бренда. Возможно, даже нашего друга Дэкса. Он знал, где мы были. Мы созванивались с мамой Дэз, Сью, регулярно. Но опасность? Значит, Деназен.

— Он? — уточнил я. Горло высохло, и все похолодело и потускнело. Как содовая без пузырьков…

— Кайл? — спросила Дэз. в ее голосе слышалось волнение. Она повернулась к Джевел. — О ком вы говорите? О моем отце?

Джевел удерживала мой взгляд и засмеялась.

— О твоем отце? Нет, дитя. Он ничто по сравнению с этим человеком.

— Это немного туманно… — заворчала Дэз.

— Я не могу предоставить тебе подробности, не коснувшись Кайла… — Старуха подмигнула. — А мы обе знаем, что мне нельзя.

Кирнан встала из-за стола.

— Так они на уровне?

Джевел кивнула.

— Да. Тебе нужно идти с ними. Я не знаю, когда они прибудут. Может, сегодня, может, завтра. — Она протянула руку. — Позволь мне быстро прочитать тебя. Может, я смогу…

Кирнан покачала головой и отступила.

— Нет… Я в порядке.

Джевел ничего не сказала. Она только смотрела на девушку с пурпурными волосами со странным выражением лица.

— Вы все еще не сказали, кто идет? — напомнила Дэз, вставая.

Джевел вздохнула, поднимаясь со стула и повернувшись к нам спиной. Спустя мгновение она направилась на другую сторону комнаты, толкая тонкую черную штору. Как только она скрылась из видимости, через плечо она бросила:

— Ночной кошмар. Человек — ночной кошмар идет… И у него есть планы на вас обоих.


Глава 6

Кирнан закатила глаза.

— Ну и отличненько. Тебе тоже хорошего дня, Джевел…

— Так нам надо идти? — Дэз прислонилась к столу, вытягивая шею, чтобы посмотреть в окно. Я знал, что она искала. Агентов.

— О чем она говорила? Что за человек-ночной кошмар? Это о Деназен?

— Не могу быть уверенным, — сказал я, пытаясь упорядочить мысли в голове. Но все же я был уверен. Эта мысль была там все время. Чувство, что за нами кто-то наблюдает, пока мы были в доме Кирнан. Белые вспышки в толпе. Мужчина… Он был здесь. Где-то глубоко внутри я знал это.

— Но ты догадываешься, — произнесла Дэз. Она оттолкнулась от стола, подошла и встала передо мной, положив ладонь мне на щеку. Часть напряжения ушла от ее прикосновения. Она хотела задать мне вопросы, но придержала их при себе, зная, что я не люблю говорить на определенные темы.

Если возможно, то это заставило меня любить ее сильнее.

— Думаю, мы должны идти. — Я повернулся к Кирнан. — Ты приняла решение? Возвращаешься с нами?

Она кивнула.

— Я же говорила, что слышала кое-что об этих людях Деназен. До тех пор, пока вы честны, считайте, я с вами.

Я махнул головой и направился к двери.

— Мы можем взять твой внедорожник. Не думаю, что будет хорошей идеей вернуться за твоими вещами или за машиной Джинджер. По крайней мере, сейчас. Может быть, через недельку…

Дэз насупилась и взяла меня за руку.

— Погоди. Мы все равно должны посетить, по крайней мере, один аттракцион до ухода. Подразумевалось, что это что-то типа мини-каникул.

Я нахмурился. Ненавижу видеть ее разочарованной, но это не стоило шанса.

— Что нам говорила Сью, прежде чем мы уехали? О времени?

Недовольство Дэз превратилось в улыбку.

— Мы молоды. У нас много времени.

Она оставила быстрый поцелуй на моих губах, и внезапно я не смог вспомнить, что говорил.

Я вздохнул, удовлетворение заменяло беспокойство в мышцах. Вот какой эффект она оказывала на меня.

— Ты намного опаснее, чем Деназен когда-либо могла бы быть…

Она укусила мою нижнюю губу и подмигнула.

— Ты знаешь, что любишь это.

И она была права. Я любил.

— О, — вмешалась Кирнан. — Что такое с теми парнями?

Я повернулся, чтобы увидеть, о чем она, и воздух застыл у меня в легких. Схватив руку Дэз, я шикнул:

— Уходим. Тем же путем, что пришли сюда.

Дэз не смотрела по сторонам. Она не останавливалась и не задавала вопросов. Кирнан же, по другую руку, задавала:

— Что? Что происходит?

Дэз взяла ее за руку и дернула вперед.

— Это они. Они здесь.

Глаза девушки расширились.

— Они из…

— Деназен, Дэз сплевываю я. Слова на вкус горьки. — Веди. Мы должны идти через парк спокойно, но быстро, продвигаясь к выходу, через который вошли. Привлекая как можно меньше внимания.

Кирнан кивнула, и на её лице, наконец-то появилось выражение страха. Хорошо. Мне нужно было, чтобы она отнеслась к этому серьезно. Не думаю, что агенты заметили нас, поэтому наши шансы ускользнуть были выше среднего.

— Нехорошо. — Дэз резко остановилась, повернувшись и рассматривая большого белого медведя, справа от нас. — Двое вон там, немного дальше. Видишь их? Около парня с большим молотком?

— Я их вижу. — Я повернулся и оглядел площадь. — Что там, в том переулке? За синим зданием напротив нас?

— Мм… — Кирнан нервничала. — Думаю, это все техническая фигня. Где они хранят чистящие средства и дополнительное оборудование.

— Отлично. Подожди, пока они повернутся, а затем пересеки площадь. Мы пойдем по одному. Постарайся слиться с толпой. — Я выглянул из-за большой игрушки. — Хорошо, Кирнан. Иди!

Она колебалась, но, к счастью, начала действовать, вливаясь в толпу и лавируя на ту сторону. Когда она нырнула за край здания, я пробежался пальцем по щеке Дэз.

— Будь осторожна.

Она поцеловала меня и ушла, на следе от поцелуя задержался почти болезненный холод. Я наблюдал, как она терялась в толпе и появлялась из нее, затаив дыхание, пока не увидел, что она благополучно добралась на ту сторону.

Моя очередь. Я начал путь, двигаясь между мужчиной с пучком воздушных шаров и другим, управляющим тележкой, заполненной чем-то похожим на украшения.

— Хорошо, — сказал я Кирнан, когда достиг той стороны. — В какую сторону главный вход?

— Уходите? Уже? Это не из-за меня, ведь правда? Дэз раздался голос позади нас.

Я замер. Насколько мой мозг противился такой возможности, настолько я узнал этот голос. Холодный и лишенный всяких подкупающих человеческих качеств, это был кусок моего прошлого, который я бы никогда не смог стереть.

— Вниз. Все смотрите вниз! — прошипел я.

Дэз рядом со мной замерла и без вопросов опустила взгляд к земле. Боковым зрением я видел, что Кирнан сделала то же самое.

Мне не нужно было смотреть на мужчину, чтобы узнать, как тот выглядел. Он был высоким, широкоплечим, с серебристо белыми волосами. На его лице была самая болезненная, самая обескураживающая улыбка, которую мне когда-либо доводилось видеть. Глаза Дэз бездушные и темные. Небольшой шрам над правым (оставленный мной) веком и еще один, большой, на тыльной стороне левой руки. При ходьбе он должен слегка прихрамывать. «Застарелая рана, полученная на войне», — как-то сказал он. В дни, когда он был солдатом.

Его имя соскользнуло с моих губ:

— Самсен…

От имени, как и от самого голоса, меня пробрал мороз до самых костей. Всего какое-то мгновение, и я вновь превратился в ребенка, одинокого и беспомощного, отданного на милость больному на всю голову психу.

Все еще с опущенной головой я исследовал пространство рядом со мной, пока не нашел руку Дэз и не обернул крепко своими пальцами ее.

— Не смотри в его глаза.

Кирнан в замешательстве склонила голову ко мне.

— Почему мы не смотрим на него?

Хихикнув, Самсен ответил за меня:

— Я тот, кого Деназен называет Соблазнителем — Самсен Кейн к вашим услугам. Мисс Макгуайр, верно? Мы искали тебя.

Кирнан, не поднимая глаз, сунула руки в карманы.

— Да неужели? Похоже, я сегодня нарасхват.

— Мы здесь не для того, чтобы обидеть тебя, скорее наоборот. Мы хотим взять тебя под свою защиту. — Его начищенные ботинки так и сияли в солнечных лучах, когда он сделал еще один шаг вперед.

— Спасибо за предложение, но, думаю, я пас. — Кирнан попятилась, пока не оказалась рядом с Дэз. — Они первые сделали мне предложение.

Самсен щелкнул языком и вытащил из-за пояса пистолет с транквилизатором. Он убедился, что прицелился достаточно низко, чтобы я мог видеть.

— Наше предложение было данью вежливости. Думай об этом, как о предоставлении тебе возможности пойти по простому пути. Я мог бы прикоснуться к тебе рукой Девяносто восьмого, если бы захотел… разве не ясно?

Я резко отпустил руку Дэз и закрыл свои уши. Исходя из того, как устроено мышление Самсена, он, наверное, полагал, что я был таким же послушным резидентом Деназен, каким был в нашу последнюю встречу.

Он ошибался.

Я изучал землю в поисках признаков других агентов. Но видел только одну тень, Самсена. У меня возникло чувство, будто он наткнулся на нас случайно. Он бы не пришел за нами без подмоги.

Сердце колотилось в моей груди.

— Дэз… — Руки все еще закрывали уши, и все звуки казались далекими и гулкими. — Мне нужно, чтобы ты закричала. Громко.

Она не тратила времени зря. Через секунду ее голос заполнил мои уши. Я опустил руки и снял одну перчатку, пытаясь дотянуться до Самсена, но тот отпрыгнул в сторону быстрее, чем моя рука смогла до него дотронуться. Я взял ладонь Дэз и рукав Кирнан и потянул их вперед.

— Уходим!

Мы повернулись и побежали из переулка на дорогу. Крик Дэз привлек много внимания, но мы двигались сквозь толпу так быстро, что это не имело значения. Все, что имело значение, это её голос, который я слышал, а не голос Самсена.

— Сюда! — крикнула Кирнан, тормозя напротив большого здания. Лицо Человека-Статуи было на входе, только на этот раз у него были большие клыки и злое выражение лица. Хотя это подходило ему больше, чем жуткая улыбка.

Дэз была настроена скептично.

— Дом с привидениями?

— Сзади есть дверь для работников, которая выходит близко ко входу в парк. Мы можем тихонько проскользнуть туда вместо того, чтобы, словно сумасшедшие, бежать через толпу.

Я кивнул, и мы с Дэз последовали за ней вверх по ступенькам.

Внутри нам предстояло выбрать между двумя дверями. На одной надпись гласила: «Зазеркалье — войди, коли осмелишься», а на другой — «Кладбищенская улица». Я взглянул на Кирнан.

— Которая?

Не отвечая, она протиснулась в ту из дверей, которая называлась «Кладбищенская улица».

Новая комната была черная, как смоль. Случайных вспышек в центре так же, как и маленьких огоньков, время от времени застилающих края комнаты, было достаточно, чтобы гарантировать, что мы ни с чем не столкнемся… или ни с кем.

— Держитесь ближе, — сказал я и стал продвигаться вперед.

Я начинал ненавидеть парки развлечений.

Мы сделали точно семнадцать шагов, когда я услышал потрескивающий звук, будто рвалась бумага, и почувствовал легкое волнение в воздухе. Что-то выросло из земли справа и бросилось на нас. Оттолкнув Дэз локтем, моя рука стрелой схватила приближающуюся фигуру за шею. Я шагнул в сторону и повернул ее к стене, но когда фигура ответила странным смехом и все еще твердой шеей, я понял, что что-то было неправильно. Фигура не была настоящей. Статуя, и ничего больше. Я освободил поддельного человека и отошел в сторону.

— Что это за место?

— Дом с привидениями, — прошептала Дэз.

Я отпихнул поддельного человека.

— Это ужасное место.

Кирнан фыркнула.

— Это же аттракцион. И он потрясный!

Я снова пришел в движение, хотя все еще неуверенно держался на ногах. Чем скорее мы найдем выход и покинем парк, тем лучше.

— Аттракцион? Что здесь может нравиться?

Дэз взяла мою руку.

— Люди приходят сюда, чтобы испугаться.

— Почему кто-либо хотел бы пугаться?

Кирнан вздохнула, я не оборачивался, но был готов поспорить, что она закатила глаза.

— Потому что это весело?

Я остановился и обернулся. Было темно, но если бы Дэз могла меня видеть, она бы сказала, что у меня на лице застыло выражение «что за херня?». Что бы это ни значило.

— Весело ездить кругами и весело прыгать в маленькие пластиковые шарики. Теперь ты говоришь, что весело пугаться?

Кирнан взяла инициативу на себя.

— Ну, я имею в виду, не пугаться до ужаса или типа того. А как будто притвориться.

— Итак, люди ходят сюда, чтобы притворяться напуганными? — Моя голова начинала трещать от всего этого.

Она вздохнула.

— Я неправильно объясняю.

— Может, и нет. Может, это просто глупо.

Дэз хихикнула, и, несмотря на ситуацию, по телу разлилось тепло.

— Это мой парень — всегда говорит все так, как есть.

Ее пальцы сжались вокруг моих, и она притянула меня немного ближе.

Я разрывался — она оказывала на меня такой эффект. Ее близость нарушала мою концентрацию и фокус, в то же время обостряла мои чувства и опаляла каждое нервное окончание огнем. Я хотел притянуть ее и потерять себя, но ситуация требовала сосредоточиться.

Да. Сосредоточиться сейчас. Дэз позже…

Обычно я был опасен для окружающих, но то, что Самсен здесь, делало все в тысячу раз хуже. Нам удалось уже один раз избежать катастрофы, но если он снова нас схватит, невозможно предугадать, какой вред это может причинить Дэз, Кирнан, а то и кому-нибудь в парке.

Когда здесь Самсен, я становился бомбой замедленного действия, которая просто ждала активации…

Глава 7

Несмотря на то, что Кирнан утверждала, будто знает дорогу, мы, в конечном итоге, сделали несколько неверных поворотов. Наконец, вернувшись на тропинку, двинулись по комнатам, изредка встречая других посетителей парка, но, по большей части, мы были одни. Видимо, я не единственный находил Дом с привидениями идиотством.

Дэз украдкой поглядывала на меня, когда считала, что я не вижу. Я знал, о чем она думает, что хочет знать. Нечто, что мне не хотелось обсуждать, особенно с ней, но ей, как и Кирнан необходимо быть готовыми на случай, если мы снова столкнемся с Самсеном.

— Он Шестерка.

Дэз одарила меня обнадеживающей улыбкой.

— Я поняла. Старинный друг?

Неприятное чувство сдавило грудь, и я изо всех сил попытался его спрятать куда подальше. У нас есть то, что Дэз назвала бы «историей».

— Он Шестерка… и агент. Единственный такой.

— Подожди-ка, — сказала Дэз, сбитая с толку. Она остановилась и попятилась к стене. — На Деназен работает много Шестерок.

— У Деназен две категории работников. Агенты и Резиденты. Если небольшой группе резидентов и позволяют жить удаленно, то их проверяют и все еще контролируют. Агентов нет. Нет необходимости, потому что их верность никогда не вызывает сомнений.

С каждым произносимым мною словом ярость (и что-то еще, что-то болезненное и похороненное) просыпалась во мне. Мышцы невольно дергались, потому что я слишком хорошо помню свою историю с Самсеном. Если и был когда-либо кто-нибудь в Деназен, кого я действительно боялся, то это он.

Выражение лица Дэз изменилось. Печаль… и ужас. То, что я никогда не хотел, чтобы она чувствовала, глядя на меня. В глазах Дэз я был чудесным. Она говорила, что я сильный и смелый. Хорошо. Очевидно, она не видела меня отчетливо, но это неважно. Когда она смотрит на меня глазами, полными любви и доверия, я хотел быть таким. Я должен быть таким.

Кирнан откашлялась. Она была на удивление тиха, что я почти забыл о ней.

— Прямо перед тем, как мы убежали, он сказал, что мог бы прикоснуться ко мне твоей рукой, если бы захотел. О чем это все?

Глубокий вдох.

— Способность у Самсена опасная… самая опасная. Если ему посмотреть в глаза, он сможет контролировать тебя всего лишь своим голосом.

Уголки губ Дэз опустились вниз. Слегка пожав плечами, она сказала:

— Так мы не смотрели на него. Все хорошо, правда?

— Чтобы получить контроль, визуальный контакт ему нужен всего один.

Дэз побледнела. Она знала, о чем я, но отказывалась признать это.

— Но никто из нас не смотрел на него, мы ведь в порядке?

Признание застряло в горле, словно миллион маленьких камешков.

— Визуальный контакт необходим всего раз, — повторил я.

Ее рот открылся.

— Ты говоришь…

Кирнан топнула ногой, не давай Дэз шанса закончить.

— Вот дерьмо. Говоришь, он приложил свой талант к тебе в прошлом?

— Пока Самсен здесь, я опасен для вас обеих. Вообще-то, для каждого. Он может меня контролировать, потому что да, он приложил ко мне свой талант в прошлом. — Я мог разговаривать на ее языке, даже если это было и глупо.

Дэз покачала головой и схватила мою руку. Меня затопило обнадеживающее тепло, и я попытался вырваться. Она не поняла меня. Я мог бы навредить им. Я мог бы навредить ей. До того, как мы отправились в путешествие, Сью утащила меня в сторону. Она сказала присматривать за ее дочерью. Дэз не воспринимала действительность объективно, когда дело касалось меня, и это могло с легкостью ослабить ее оценку неправильной ситуации. Сью была права.

Дэз сложила руки и снова покачала головой.

— Не куплюсь на это. В таком случае, почему он не сделал это снаружи? Он мог бы поймать Кирнан и меня и заставить тебя следовать за нами к главному выходу, как щенка.

Я вздрогнул.

— Твой крик заглушил его. Ему стало намного сложнее получить контроль. Его способность сложная. Если ее использовать однажды, она оставляет… след на тебе. Спустя время большая часть следа смывается, но тень все еще остается где-то глубоко. Он может использовать эту тень, если достаточно сильно сосредоточится… если человек достаточно слабовольный.

Она притянула меня к себе и обвила свои руки вокруг моей талии. Я попытался вырваться снова, но это была слабая попытка.

— Тогда тебе не о чем беспокоиться, потому что ты вряд ли слабовольный.

На мгновение я потерялся в ощущениях. Запах ее волос и теплый комфорт ее прижатого ко мне тела. Этого было достаточно, чтобы стереть весь ужас в мире.

На мгновение.

— Так что же нам делать, если у нас случится с ним визуальный контакт? — спросила Кирнан, проталкиваясь через следующую дверь. В этой комнате беспрерывно мигали красные и синие лампочки. Нечто призрачное парило над головой каждые несколько секунд. — Есть ли какой-нибудь способ избавиться от его контроля?

— Непосредственный эффект от его воздействия может сойти на нет, если он лишится дара речи. Как только произошел визуальный контакт, если вы не можете слышать его, то он не может вас контролировать. Против меня, правда, он может использовать прошлое. Если я услышу звук его голоса, он может заставить меня делать всё, что пожелает. Заставить меня… — Нет. И думать об этом не хотелось. Я слишком хорошо знал способы работы Самсена. Нечто больное и извращенное, если ему вдруг просто захотелось бы развлечься.

— Ба. Да он вроде и не так уж крут, — сказала Дэз. — Мы определенно сможем с ним справиться.

Дэз бесстрашная и преданная. В отличие от всех тех, кого я когда-либо встречал. Уверен, если бы она захотела, то могла бы собрать целую армию и повести за собой в бой.

— Иногда я поражаюсь твоему полному пренебрежению безопасностью…

Уголки её губ поползли вверх, и улыбка озарила все лицо. Склонившись ниже, лаская мне кожу теплым дыханием, она прошептала:

— Ты так говоришь, будто это что-то плохое.

— Если что-нибудь случится…

Остальные мои мысли были изгнаны прочь её поцелуем. Её мягкие губы накрыли мои, и все остальное было забыто. Пальцы прошлись сквозь мои волосы и задели шею.

— Кхе-кхе, — громко произнесла Кирнан. — Вам двоим реально стоит снять комнату.

Дэз хихикнула.

— Может, позже. Сейчас нам нужно убираться отсюда. — Она огляделась вокруг. — Что за…

Справа от нас на скамейке сидел скелет, читающий газету. Позади него — Человек-Статуя с тележкой. Он подавал какую-то еду маленькой девочке с белой лентой в волосах, чье лицо будто плавилось. Капли падали, и некоторые цеплялись за её розовое платьице, а другие «стекли» на пол и образовали лужицу у её ног. Я хотел прикоснуться к ней, мне было любопытно, из чего была сделана её кожа, но потом свет (то немногое, что здесь горело) погас.

— Это просто… — прошептала Дэз. — Ой. Что…

— Тихо! — Я прижал руку ко рту. — Кто-то приближается.

Кирнан повернулась к двери.

— Ага. Может, еще один посетитель?

У меня не было возможности ответить. Позади нас раздался топот, а мгновение спустя в дверном проеме появились Самсен и несколько агентов.

— Знаю, о чем ты думаешь, Девяносто восьмой. — Самсен рассмеялся. — Но нет. Я не буду никому причинять вред. Отдай нам девчонку, и мы уйдем. Даже не применив на тебе моих способностей.

— Кирнан остается с нами, — прорычал я, прикрывая уши.

Я не мог полностью заглушить его голос, но, чем хуже я его слышу, тем труднее ему будет подчинить меня. Кроме того, Дэз напряглась, готовая драться.

— Кирнан? Нет-нет-нет. Я говорю о мисс Кросс.

— О-обо мне? — запинаясь, спросила Дэз. — Я думала, вам нужна Кирнан.

Самсен поводил пальцем из стороны в стороны и прищелкнул языком.

— Была. Я передумал. Мне кажется, ты будешь, куда лучшим выбором. Так что, если ты готова к обмену, я заберу тебя вместо мисс Макгуайр.

Дэз перевела взгляд с него на меня, а затем вздохнула:

— Ладно.

— Что? — Я опустил руки и, схватив её за предплечья, притянул к себе на несколько сантиметров. — Нет!

Дэз улыбнулась, склонив голову влево. Она наклонилась ниже, и я мог почувствовать её дыхание на своей щеке.

— Все нормально. Ты справишься. Дай нам минут пять, а потом организуй для меня побег. — Подмигнув, она поцеловала меня и повернулась к Самсену. — Ты их оставишь в покое, да?

Он улыбнулся.

— Сейчас да.

Если она думала, что я буду стоять здесь и смотреть, как она сдается в руки Самсену, то она… была права. Дэз все поняла раньше меня. Я ничего не мог сделать. По крайней мере, сейчас. Не в этих обстоятельствах. Всего-то несколько слов, небольшое усилие от Самсена, и я бы тащил Дэз по полу, и сам бы ему её сдал из рук в руки.

— Мы еще не закончили, — сказал я, когда Самсен забрал Дэз и начал пятиться из комнаты.

Он усмехнулся, толкая Дэз к двери напротив той, через которую он пришел.

— Я рассчитываю на это.

Глава 8

— Она просто…

— Да, — буркнул я. — В этом вся Дэз. Она спасла тебя… Теперь ты поможешь мне спасти ее.

— Я… конечно. — Кирнан поглядела на дверь. — Но зачем?

— Зачем?

— Зачем она это сделала? Вы могли меня просто сдать им и отправиться домой.

— Дэз бы никогда так не поступила… Как и я! Я же сказал, в этом…

— Вся она, — закончила мою фразу Кирнан, побледнев. — Ладно. Итак, что нам делать?

— Мы перехватим их у выхода. — Я начал идти к двери, по ходу выискивая что-то, что можно использовать в качестве оружия.

— Но откуда ты знаешь, куда они направились? Они могли пойти назад и выйти отсюда тем же путем, которым мы все сюда вошли.

— Потому что Самсен знает, что я отправлюсь за Дэз. Он еще не закончил. Он обязательно пойдет туда, где я смогу его найти. Ему нравится играть со мной.

— Так, выход для служащих в последней комнате. В главном зале. Мы недалеко, но они увидят наше приближение. Там всего одна дверь для входа и выхода.

Это не сработает. Нам нужен элемент неожиданности — то малое, что у нас есть. Я задрал голову вверх.

— О! У меня идея! — сказала Кирнан. — Как насчет воздуховодов?

— Чего-чего?

Она прошла через комнату и распахнула дверь рядом с той, в которую удалились Самсен с Дэз.

— Над двумя комнатами. Мы можем залезть под потолок и добраться таким образом до главного зала.

* * *

Хватит с меня этого места. Мы вошли в другое помещение. Другая комната, еще одна сценка. Здесь возле больничной койки стоял мужчина в длинном белом халате. Все это напомнило мне особенно ужасные сцены, свидетелем которых я стал, будучи еще ребенком. Шестерка со способностью превращать внутренние органы в жидкость. Кросс протестировал ее на агенте. Я никогда не забуду те душераздирающие крики умирающего.

Как и у доктора из моих воспоминаний, халат статуи был весь в крови. Он нависал над беспомощным пациентом, расставив ноги, уперев руки в бока, безумно улыбаясь. Зачем кому-то создавать подобные штуки? Дэз сказала, что люди посещают эти заведения ради развлечения. Я же не мог себе представить, как такие натуральные сцены насилия могут доставлять кому-то удовольствие. Дайте им провести всего день в Деназен, и тогда поглядим, понравится ли им посещать подобные места.

Остальная часть комнаты была аналогичной. Красные пятна, выделяющиеся на фоне совершенно белых стен и пола, а в углу разрезанный пополам мужчина, внутренности которого вываливались, а сам он будто застыл в немом крике. Табличка на двери с другого конца комнаты гласила: «Госпиталь ужасов».

— Думаю, в соседней комнате мы сможем подняться наверх, — сказала Кирнан и распахнула, как я надеялся, последнюю дверь. — В яблочко! — воскликнула она, бросаясь вперед и указывая на стену.

В дальнем углу комнаты обнаружилась хлипкая на вид лестница, которая стояла под большой серебряной панелью с прорезями. Нижней половины не хватало, и верх оторвался от стены, несколько болтов болтались, готовые вот-вот упасть.

Я подпрыгнул, оттолкнулся и ухватился за третью перекладину сверху. Если бы у меня получилось добраться до решетки, то, уверен, что смог бы выбраться наружу. Нескольких болтов не было, а те, что остались, на вид были ржавыми и старыми.

Я стал подтягиваться, чтобы добраться до верхней перекладины, но та сломалась под моим весом. Древесина царапала пальцы, но мне удалось ухватиться за нижнюю часть, уперевшись подошвами ботинок в стену, чтобы удержаться. Как же мне нравятся эти ботинки.

Как только я оказался в достаточно устойчивом положении, то осторожно снова потянулся к верхней перекладине. Мои пальцы слишком большие, чтобы пролезть через решетку, так что я не мог ее снять. Вторая попытка тоже не удалась. Я попытался подцепить решетку ногтями, чтобы снять её, но у меня была привычка грызть ногти. Если бы Дэз была здесь, то она бы сказала: «Ну вот, я же тебе говорила».

— Найди что-нибудь, что можно спрятать в ботинок. Кусок деревяшки или трубы, — крикнул я Кирнан.

Она вернулась через несколько секунд.

— Лови.

Что-то пролетело наверху, и я ухватил его, когда оно стало опускаться к земле.

— Молоток?

— У техников есть каморка в углу. Там полно всяких полезностей.

Идеально. Я ударил по первому болту, и тот треснул, рассыпавшись на ржавые кусочки и труху. Я проделал то же самое со вторым (и последним) болтом, и тот вместе с решеткой с грохотом упал на пол.

Потребовалось совершить несколько маневров, но мне удалось втиснуться в небольшое пространство.

— Постой! — крикнула Кирнан снизу. — А как же я?

— Ты можешь идти туда, используя свои способности, став невидимой. Когда покажется, что все чисто, входи.

— И все? Когда покажется, что все чисто, входить?

— Да, — сказал я, делая глубокий вдох. Дэз. Я должен сосредоточиться только на ней. Она была единственным, что удерживало меня от того, чтобы (как бы она выразилась) не сорваться с катушек из-за ограниченного пространства в воздуховоде. Мне не нравится ощущение ограниченности пространства. С этим связано слишком много дурных воспоминаний.

После нескольких секунд в темноте я увидел впереди свет. Когда добрался до решетки, то смог разглядеть внизу Дэз, Самсена и агентов.

Всего три агента плюс Самсен. Двое, одетых в обыкновенные костюмы, и один — в защитном. Дэз была права. Я справлюсь. Она ждала, что я приду за ней, и я не собирался её подводить.

Тот, что в защитном костюме взглянул на Дэз.

— Предлагаю забрать соплячку и двигать. Девяносто восьмой наверняка будет где-то поблизости.

У меня в груди полыхал гнев, а пальцы зудели. Руки Дэз за спиной (не сомневаюсь, что в наручниках), а ладонь агента сжимала её плечо. Он пнул стену, разочарованно встряхнув Дэз.

К ней повернулся третий. Он был старше остальных агентов, и ему явно было неуютно. Руки так и ходили ходуном. Он непрерывно постукивал носком правого ботинка и постоянно поглядывал в сторону двери. Уверен, при первых же признаках опасности он даст деру и оставит остальных.

По крайней мере, я на это надеялся.

Дэз была тиха, прежде чем на её губах заиграла озорная улыбка.

— Вы, деназеновские мальчики, не просто придурки, но еще и тупые, как пробки. Вы, что, всерьез думаете, что мы все вместе отсюда выйдем? Да ну нафиг?! Да скорее здесь единороги нарисуются собственной персоной… — Она вздернула с вызовом подбородок. — Ненавижу быть одной из таких девиц, но мой парень всем вам задницы надерет.

Тот, что постарше, стоял потрясенный, но его более молодой товарищ не был так сдержан. Он подался вперед, толкая Дэз. Она, пошатнувшись и пытаясь сохранить равновесие, удивленно вскрикнула. Но тщетно. Завалившись назад, она очень сильно ударилась об пол, а агент в мгновение ока навис над ней.

— Слушай сюда, сучка…

Я уже было приготовился выбить решетку и спрыгнуть вниз, но бывалый агент занес ногу и отпихнул другого в сторону.

— Полегче, Роб. Кросс будет долго и нудно иметь тебя, если мы доставим ему товар с повреждениями.

Агент постарше наклонился и помог Дэз подняться на ноги.

— Девочка, ты в порядке?

Она кивнула и выдержала его взгляд. Никакого страха. Вот она, моя девочка. Я знал, что ей страшно (да кому бы ни было), но она не показывала этого. Она никогда не показывала свой страх. Даже во время драки в Самране, где агенты с резидентами окружили нас, она держалась бесстрашно. Как-то ночью я спросил её об этом, когда мы сидели на улице и любовались звездами. Она назвала это своим Каменным лицом. Годы практики, благодаря которым она прячет себя настоящую от целого мира. Однако я смог разглядеть истинную её сквозь эту непроницаемую маску. Она сказала, что была очень этому рада.

Когда я оглядывал обстановку из своего темного укрытия, то заметил небольшое подергивание пальцем. Она постукивала по запястью в такт песне в своей голове.

Самсен вздохнул.

— Ну, и где Девяносто восьмой? Он уже должен быть здесь, вам так не кажется?

Агент помоложе, Роб, фыркнул:

— Без понятия. Сам виноват.

Он схватил Дэз за плечо и потащил её к Самсену.

Самсен протянул руку и провел пальцем по ее щеке, а мне пришлось прикусить язык, чтобы не закричать. Хотелось вырвать ему руку за то, что он её коснулся.

— Разве Девяносто восьмой оставит тебя здесь гнить, а, красавица?

Дэз не дергалась и не пыталась хоть как-то отодвинуться. Она держалась прямо, не отводя взгляда от его груди. Если бы она могла, то смотрела бы ему в глаза. В другой ситуации я бы ею гордился. Дэз была одной из самых сильных известных мне людей, но на этот раз это было скверно. Самсен воспринимает её как нечто, что можно сломать. Как вызов.

А он жил ради таких вызовов.

— Полагаю, ты ждешь от меня, что я попытаюсь контролировать тебя, — сказал он, обходя её. — Без сомнения, Девяносто восьмой рассказал тебе обо мне.

Её голос был пропитан ехидством:

— Что ты псих, который любит изображать из себя кукловода? Ага, кажется, я слышала такое.

Он наклонил голову и хрустнул шейными позвонками. Этот звук отозвался болезненным спазмом моего желудка. Он постоянно это делал. Я ненавидел этот звук.

— То, что ты любой ценой удерживаешь свои карие глазки от меня, не принесло бы тебе никакой пользы, если бы я действительно хотел бы поиграть с тобой в кукловода. — Он остановился и развел руками. — И я всегда получаю то, чего хочу. Поверь мне… А я хочу маленькой расплаты.

Глава 9

— Расплаты? За что? Разве ты не должен прямо сейчас увести меня к папочке?

— Это не касается твоего папочки… Или чего там хочет Деназен. И никогда не касалось. Я немножко задолжал Девяносто восьмому. Так сказать, око за око. — Он вздохнул. — Так что, расслабься, маленькая леди, мне не интересно забавляться с тобой. Все будет не так.

— Думаю, тебе стоит запихать это свое око куда поглубже, — выплюнула Дэз. — Кайл уничтожит тебя.

Он снова засмеялся.

— Я понимаю, почему Девяносто восьмой так увлекся тобой. Ты огненная штучка, не так ли?

— Это было бы здорово, правда? — поведя плечами, усмехнулась она. — Если бы я была способна делать что-то с настоящим огнем? Я бы могла зажарить тебя, как обгорелый тост…

Самсен взмахнул руками и аж затрясся.

— Восхитительна! — Он повернулся к другим агентам. — Разве она не восхитительна?

Дэз посмотрела на дверь, затем на молодого агента слева от нее. Она перестала постукивать пальцами.

— Значит, никакого управления мной. Тогда что?

— Мне неинтересно управлять тобой, потому что Девяносто восьмой куда веселее. — Самсен повернул голову и осмотрел комнату. — И мы оба знаем, что он уже здесь. Где-то. Он не оставил бы тебя.

Маленькая часть меня (ребенок, который помнил чувство абсолютной беспомощности, появившееся с тех пор, как я стал бывать с Самсеном) хотела продолжать скрываться. Прятаться в тенях и ждать, пока все не закончится. Остальная же рвалась встретиться с ним лицом к лицу. Моя тьма — часть, которую Деназен превратила в монстра — хотела того же самого, чего, судя по его утверждению, желал и он.

Реванша.

— Не собираешься выйти и поиграть? — Самсен взмахнул руками в воздухе, а затем повернулся к Дэз. — Ну, давай убьем время и узнаем друг друга поближе. Я знаю, твоя мамочка вырастила щенка, но он и я проводили много времени вместе. Думаю, ты могла бы сказать, что я для него вроде отца.

— Тебе, похоже, нравится слушать самого себя, да? — сказала Дэз. Она стояла между ним и Робом, который переместился ближе.

— У меня сказочный голос, — проворковал Самсен. — Но кстати… мне кое-что очень любопытно. Как хорошо ты знаешь нашего маленького дружка-киллера?

Дэз фыркнула и наклонила голову. Я смог разглядеть, что она закатила глаза.

— Ох, пожалуйста! Не могу поверить, что ты опустился до этого. Не способен на большее?

— Знаю, знаю. Это немного банально, но серьезно, я не верю, что ты на самом деле знаешь своего мужчину. — Самсен оглядел комнату, он искал меня, и улыбнулся. — Однажды он и я отправились в Джерси на Рождество. Ты видела, что этот мальчик может делать своими руками?

Он заманивал меня. Пытался вызвать на своих условиях.

— А потом был еще такой случай, — сказал Самсен, обходя Дэз. — Мы отправились в Лонг-Айленд, где некий богатый нефтяной барон хотел, чтобы его жена исчезла. — Он захихикал. — Я думал, будет забавно заставить Девяносто восьмого объяснить той женщине (она, кстати, была редкостной сукой), что точно с ней произойдет, когда он ее коснется. Конечно, я заставил его немного приукрасить. Знаешь, чтобы усилить эффект?

Дэз покачала головой и сделала шаг назад.

— Ты извращенец…

Он же продолжал, как ни в чем не бывало.

— Ты бы видела его, Дэззи. Он был потрясающий. Передал все просто идеально. Это заняло больше двух часов. Я думал, она обоссытся к тому моменту, как он закончит.

Дэз не ответила. Она все осматривала комнату. В поисках выхода.

Самсен ничего не заметил. Он остановился снова и посмотрел в сторону решетки. Он знал, где я, и его терпение было на исходе.

— Нет? Не достаточно? Ну, как насчет времени в Южной Кали? Уверен, она будет рада услышать, как ты…

Я выбил решетку и спрыгнул на пол.

— Достаточно.

Все, кроме Самсена, выглядели удивленными. Дэз просто улыбнулась и послала мне поцелуй. Она знала, что я не ушел бы далеко. Самсен, однако, был в восторге.

— Ну-ка, ну-ка, вот так штука! — Махнув на меня пальцем, он усмехнулся и сказал: — Я знал, что ты бы не оставил свою девушку.

— Конечно, нет. — Я уставился на его шею и быстро втянул в легкие воздух.

Главный зал напоминал ветхую спальню со сводчатым потолком. Тонкие нити искусственной паутины цеплялись за стены, частично покрытые настоящей паутиной и пылью. В углу бледная статуя женщины, одетая в тонкое белое платье, склонилась к краю кровати и, по-видимому, плакала, а позади нее стоял мужчина с огромным окровавленным топором.

В другом конце комнаты, в нескольких шагах от двери, располагалась большая платформа. На ней возвышался Человек-Статуя, который оглядывал комнату. Выражение его лица было почти печальным.

Самсену все быстро надоедало. Мне нужно было действовать до того, как он устанет от игр.

— Ты же знаешь, что мы не пойдем с тобой.

Самсен развел руками и подошел ближе.

— Знаю, что ты в это веришь. — Повернувшись, он махнул агенту постарше, который потащил с собой Дэз. — Давайте сделаем все поинтереснее. Что я должен приказать ей делать? Знаю, я сказал, что ты веселее, но, думаю, заставить тебя смотреть было бы даже лучше.

— Самсен, — зарычал я. — Не делай этого.

Не нужно было поддаваться и отвечать ему. Этого он и хотел. Увидеть муку на моем лице.

— Я убью тебя, — пообещал я.

Он продолжал, будто я ничего не произнес.

— Помнишь Мешера? Того парня с супермозгом? Как он дубасил себя до смерти об кухонную стену. Адски насвинячил. — Он замолчал, повернувшись к Дэз. — Она слишком хороша для такого. Как думаешь?

Я сделал еще шаг вперед. Узел ярости в груди становился ледяным. Самсен был не просто больным, он еще и обладал воображением. Я видел это своими глазами. Варианты развития событий пронеслись в моей голове, и их было достаточно, чтобы заморозить кровь в венах.

— О, я знаю! Как насчет того, чтобы нам исполнили стриптиз? — Он повернулся к агентам. — Что думаете, мальчики? Повеселимся?

Двое из троих промолчали (тот, который постарше, и тот, что в защитном костюме), лица исказились от страха. А молодой, Роб, усмехнулся и жадно закивал, пробежавшись глазами вверх и вниз по телу Дэз.

Я убил бы его первым.

Наконец, Самсен с улыбкой повернулся ко мне. Что-то больно скрутилось внутри. Нечто куда хуже узла в груди. Это была тяжесть, тащившая мои внутренности вниз с чувством, которое я не ощущал уже давно. Истинный страх.

— Нет. Слишком легко. Я придумал кое-что получше. — Он засмеялся и бросился ко мне.

Я увернулся, отступив в сторону. Самсен был монстром, но не был бойцом. Он всегда полагался на других, которые работали мышцами, претворяя в жизнь его безумие. Как я и ожидал, агенты ступили вперед, чтобы драться, пока Самсен схватил Дэз и утащил ее с линии огня. Он говорил Дэз правду. Это никогда не касалось Деназен.

Это было личное.

Агент в защитном костюме на полном ходу пошел на меня. Я не знал, чего от него ожидать. До сих пор он молчал, стоял с краю и не вмешивался. Он проворно ударил меня кулаком в плечо, от чего я пошатнулся. Я замахнулся для удара ему в лицо, но он увернулся, выражение лица сменилось от осторожного к дерзкому.

Пока он отвлекся на маленькую победу, я опустился на землю и обхватил его колени. Он упал с удивленным возгласом, и я прыгнул вперед. Один хороший рывок, и ткань костюма порвалась. Я пробежался пальцем по его подбородку… И он исчез.

Второй агент, самый старший из трех, нерешительно приблизился ко мне. Это была единственная и самая глупая вещь, что он только мог сделать. Кроме всего прочего, я был хищником, а хищники могут чувствовать страх. Использовать это против тебя. Он без энтузиазма покачнулся, когда я левым локтем ударил его в челюсть. От удара что-то вылетело из его рта — зуб — и агент уставился на него с ужасом.

— Уходи, — сказал я, нависая над ним. Он не причинил Дэз вреда. Убивать его причин не было.

Кивнув и бросив быстрый взгляд через плечо на Самсена, он без колебаний вылетел за дверь. Если бы и другой агент сделал то же самое…

Самсен все еще стоял в углу с Дэз, в ожидании глядя на комнату. Еще один агент, и Самсен мой.

Я повернулся к центру комнаты, где Роб хрустел своими пальцами. Снова этот звук. Как же я его ненавижу.

— Я не как остальные, урод.

— Ты уверен? — поинтересовался я, сложив руки.

Он усмехнулся:

— Так ты говоришь, что собираешься надрать мне зад?

Я улыбнулся. Это сделало бы Дэз счастливой. Она всегда говорила, что я был слишком буквальным, но иногда это весело.

— В этом не будет необходимости. Как только я коснусь тебя, у тебя не будет задницы, которую можно было бы надрать.

Он пошел на меня без единого слова, размахивая двумя палками, соединенными между собой цепью, которые он вынул из внутреннего кармана пиджака. У них было название… Я просто не мог его вспомнить.

Первый удар прошел в опасной близости. Я дернулся влево, и он снова повернулся, вызвав чувство жжения от соприкосновения металла с моей щекой. Я наклонился под третье вращение, ударяя правой рукой. Роб избежал удара, перегруппировался и отпрыгнул назад, все время зрелищно размахивая палками. Мне следовало восхититься поэзией этого действия. Он умело и ловко владел своим оружием. Было бы досадно покончить с ним. Но тут воспоминания о его голодных и злых глазах, прикованных к Дэз, заполнили мой разум.

Почти досадно.

Он бросился снова, на этот раз, вращая палками над головой. Крутанувшись, он махнул одним концом, пытаясь ударить меня по обратной стороне коленей, но я выгнул спину и поднял ноги. Сделал кувырок через голову и приземлился вне пределов его досягаемости.

— Стой спокойно, урод. Чем скорее я закончу с тобой, тем скорее смогу добраться до твоей девчонки.

У этого разговора была цель отвлечь меня, но он имел обратный эффект. Вместо этого, он заставил меня сосредоточиться. Как будто я когда-либо позволил бы ему добраться до Дэз. Он снова подошел, вращая палками, создавая легкий ветерок и треск при своем приближении. Он держал их перед собой, не давая возможности мне дотянуться до него.

— А ты не такой крутой, как я ожидал.

Я не ответил.

Он перестал размахивать палками и остановился, глядя на меня сверху вниз.

— Ты ничто! — он хихикнул и затем бросился в атаку.

Прямо перед тем, как он достал меня, я нагнулся и повернул правое плечо. Оно встретилось с животом агента, и я выпрямился. Когда он отошел от удара, я просто провел по его лицу кончиком пальца. Выражение ужаса в его глазах было волнующе удовлетворительным, и он рассыпался, прах полетел во всех направлениях.

— Нет, это ты ничто, — пробормотал я, отряхивая одежду. Его частицы летели на пол.

Вот и все. Кирнан или еще не попала в комнату, или она ушла. Из людей, о которых стоило беспокоиться, внутри остались Дэз, я… и Самсен.

— Мне любопытно. Сколько людей ты готов убить, чтобы сохранить свою свободу?

— А сколько потребуется?

— Что если бы я сказал, что у меня целая площадь агентов снаружи здания? Что если бы я сказал, они ждут тебя?

— Они никогда не заберут меня снова в Деназен. Я убил бы тысячу, если бы понадобилось.

Он кивнул на Дэз.

— А за нее?

За нее. Чтобы удержать Дэз от попадания в это место?

— За нее я бы убил миллион.

Самсен топнул ногой и издал громкий крик.

— Вот! Разве ты не романтик? Давай, Девяносто восьмой. Дай мне взглянуть в эти голубые глазки. Посмотри на меня.

Я медленно приближался справа, осторожно, стараясь не делать резких движений. Его команда заставила мои конечности дернуться, но мысль о том, что он мог бы сделать с Дэз, сделала процесс сопротивления его голосу легче.

— Как долго ты уже жил снаружи, в мире? Несколько месяцев? Мне вот интересно, сколько всего ты испытал? — Он повернулся спиной и наклонился ближе к Дэз. Я рискнул и посмел поднять взгляд на несколько сантиметров вверх, так что мог видеть его затылок. — Уверен, ты чувствовал злость, ты всегда был злым маленьким ребенком, но что относительно ревности?

Я подался вперед, чувствуя себя ужасно, но Самсен вскинул руку. Он знал, что я смотрю прямо на него, но не повернулся лицом. Другой рукой он обхватил плечи Дэз, и его плечо затряслось от смеха.

— Не подходи ближе, я, может быть, неспособен победить тебя в драке, но чтобы свернуть ей шею, мне хватит и мгновения.

Я застыл на месте, понимая, что это правда. Я мог бы добраться до него, но мне бы не хватило времени остановить его, чтобы он не успел навредить ей.

Самсен удовлетворенно вздохнул.

— Дэз. Так как Девяносто восьмой не хочет поиграть…

Что-то внутри оказалось совсем близко к разрушению.

— Я бы хотел, чтобы ты…

Почти мелодичный тон его голоса образовал внутри меня ком. Нежелательные воспоминания, темные и болезненные, устремились из-за стены, за которой они хранились. Те воспоминания, которые я поклялся никогда не доставать на поверхность, появились, заставляя каждый нерв в моем теле дернуться.

— Прекрати! — Крик, вырвавшийся из моего горла, казалось, состоял из тысячи маленьких осколков стекла.

Тело вело войну с мозгом. Оно требовало, чтобы я двигался. Разрушить и расстояние между нами, и его существование единственным касанием моей кожи. Но все же я устоял.

В тот момент я понял, что сказал мне бывший парень Дэз, Алекс, когда мы боролись с ним в ночь Самрана. За секунды до того, как он ранил меня, он улыбнулся и произнес: «Должно быть, ты чувствуешь, будто она — твоя сила, но, в некоторой степени, она также и твоя самая большая слабость».

Теперь это имело смысл. И это была правда.

Был шанс, что я с легкостью смогу пересечь комнату и добраться до Самсена до того, как он навредит ей, но все же тихий голосок внутри шептал: «А что если нет?» Сомнение и неуверенность. Они были глубоко внедрены в мое подсознание из-за того, что она значила для меня. Было не так уж много чего-то, на что я бы не стал играть. Дэз была из этого списка.

— Твоя подружка может быть милой, но это ее не касается, Девяносто восьмой. Это касается тебя и меня и того, что ты задолжал мне. Реванш. — Его голос стал глубоким. — Взгляни на меня.

Я не сводил глаз с Дэз и задержал дыхание. Его голосу, этому скрытому командному тону, становилось труднее сопротивляться.

Самсен вздохнул.

— Если ты не смотришь на меня, я заставлю ее сделать что-нибудь плохое. Что-то, что ты никогда не сотрешь с этой сломанной штуки, которую зовешь мозгом.

Я не хотел так поступать. Это были отчасти шок и отчасти ярость.

Поднял взгляд, и наши глаза встретились. Контроль Самсена, который был раньше, обрушился на меня с новой силой. Тяжелый удар, делающий мои колени ватными и посылающий холодные волны страха по моему телу.

Он победил.

Глава 10

— Сейчас, сейчас. Вот, о чем я и толкую! — Он щелкнул пальцами. — Стой, где стоишь.

Я попытался было рвануть вперед, но мои ноги приросли к земле. Я буду стоять как вкопанный, пока Самсен этого хочет.

— Отпусти Дэз.

Он с мгновение смотрел на меня, и ко мне вернулись все воспоминания. В мельчайших подробностях. В какие игры он любит забавляться. Медленно надавливать, нащупывая те самые ниточки, за которые можно потянуть. Начиная с малого, сначала доказать, что у него есть надо мной власть. Заставив меня двигаться, когда он того пожелает. Заставив меня делать, что он хочет, даже говорить именно то, что он хочет. Но эти простые занятия никогда не длились долго.

Самсену быстро наскучивала простота.

Он медленно покачал головой и протянул руку. На большом и указательном пальце болтался маленький серебристый ключик.

— Ты сейчас подойдешь и снимешь с неё наручники. И ты не попытаешься прикоснуться ко мне или как-нибудь навредить.

Я шагнул вперед и протянул руку. Он опустил в неё ключ. Холодный металл обжог кожу.

— С нами все будет в порядке, — сказал я Дэз, наклоняясь ближе, чтобы открыть наручники. Её запястья покраснели, покрылись синяками и казались слишком горячими под моими пальцами.

Она оперлась на меня, пульс слегка участился.

— Что он собирается делать?

С притворно довольным видом Самсен хохотнул и похлопал её по плечу.

— Я не собираюсь ничего делать — все сделает Девяносто восьмой.

Взгляд Дэз не шел ни в какое сравнение с тем ледяным ужасом, который испытывал я.

— Видишь ли, я тут несколько недель назад облажался кое в чем. Прилично так облажался. Мне попались такие сексапильные малышки-Шестерки, и я ничего не смог с собой поделать… Короче, не буду утомлять подробностями. Достаточно сказать, что в Деназен были не в восторге, когда им пришлось подчищать за мной. Мой единственный шанс на искупление в глазах Деназен — это дать согласие приехать сюда и притащить им тебя и твою маленькую сучку.

Он начал ходить по комнате.

— Но у меня проблемка. Ты выставил меня в паршивом свете. Я огреб кучу неприятностей, когда ты сбежал. — Он перестал расхаживать по комнате и повернулся к нам. Подмигнул, шаркая, подошел к Дэз и щелкнул ее по носу.

Она вздрогнула и шумно вздохнула.

Он улыбнулся и кивнул на ступеньки.

— Давайте устроим уже скорее это шоу. Двигаем. На платформу.

Я повел её к лестнице и был рад, когда она начала взбираться самостоятельно. Потому что, если бы она стала сопротивляться, мне пришлось бы её заставить.

Выход был. Он должен быть. Я не пережил бы столько лет мучений, не был бы вознагражден Дэз, только ради того, чтобы потом потерять её. Жизнь не так устроена: нельзя дать то, чего вам так хочется, чтобы потом отобрать это?

Когда мы оказались на самом верху, Самсен задрал голову, посмотрел на край и улыбнулся.

— Будь осторожней и крепко держи её. Похоже, это будет длинный путь вниз.

— Самсен, — прошептал я.

Дэз напряглась и попыталась высвободиться, но мои пальцы непроизвольно сжались еще сильнее. Она шумно задышала от боли и попыталась ослабить хватку, но мои конечности мне не повиновались. Чем сильнее я старался отпустить её, тем сильнее становился захват. Я никогда ни о чем не просил с семилетнего возраста. Я дал зарок не просить, но это был совершенно другой случай.

— Пожалуйста…

— Тик-так, Девяносто восьмой.

— Самсен, — попытался опять я, хотя и знал, что это ни к чему не приведет. Он был неуравновешен еще до того, как его нашли люди из Деназен. Они развили эти аспекты его личности и сделали их в тысячи раз хуже. Не было ни угрызений совести, ни жалости в глазах. У него не было души. Деназен не крала его человечность, как делала это со многими другими, у него её просто не было.

— Все по-честному, — сказал он с серьезным лицом. — Ты украл мой авторитет, так что я отберу кое-что у тебя. — Он кивнул, а потом улыбнулся. — Подвинь её поближе к краю. Держи за руку или типа того. Давай, сделаем это еще драматичнее!

Каждый мускул в моем теле негодовал, но этого было недостаточно. Его голос — приказ, который я не мог проигнорировать. Вот почему Самсен остался единственным, с кем я когда-либо действительно боялся пересекаться. Потому что как бы ни была сильна моя воля, он мог отнять ее, даже когда Деназен не могла.

Пальцы дрожали, когда я подталкивал Дэз к краю платформы.

— Ограждения на вид какие-то шаткие. Тебе надо бы, наверное, хорошенько их пнуть. Убрать с дороги.

Мне и пинать-то не пришлось. Потребовалось приложить всего небольшое усилие носком ботинка. Ограждение с грохотом сорвалось и, пролетев по воздуху, ударившись о землю, разлетелось на несколько частей.

— Дорогая, тебе есть, что сказать? — спросил Самсен с тошнотворно-сладкой улыбкой. — Последние слово, или признание в любви, а?

— Если ты убьешь меня, отец тебя на лоскуты порвет, — выдохнула Дэз. Она слегка дрожала, все еще пытаясь вырваться из моего захвата. Её каменное лицо исчезло. Она была в отчаянии. — Считаешь, что тебе досталось после побега Кайла? Так вот, это была фигня по сравнению с тем, что тебя ждет. Они послали тебя доставить нас туда, а не убивать.

Самсен отступил на шаг, нахмурившись. Было слишком надеяться, что он споткнется и свалится с края.

— Может, ты и права… Ты часть его любимого проекта. Превосходство вроде, да?

— Да, — сказала она слегка дрожащим голосом.

Тревожная улыбка скользнула по его губам. Голос в моей голове снова и снова просил его молчать. Но нет. Он открыл рот, и мое сердце замерло.

— Ну и хорошо. — Он пожал плечами и махнул рукой, указывая в сторону земли. — Толкай её.

— Нет! — закричал я…

Но повиновался.

Дэз ахнула, когда я сбил её с ног. Её глаза округлились, и она скользнула за край платформы.

Я упал на колени и схватил её за запястья перед тем, как те успели исчезнуть. Её тело рывком внезапно остановилось и качнулось влево.

— Держу тебя!

— Кайл! — выкрикнула она, хватаясь за рубашку на моем плече, чтобы попытаться найти равновесие.

Самсен сказал столкнуть её, но не говорил, чтобы я не ловил её.

Ей удалось стабилизироваться, но мои пальцы соскальзывали с её запястья. У меня не получится долго вот так её удерживать.

Позади меня раздался удивленный смешок, и вот, мгновение спустя, над нами нависал Самсен.

— С тобой всегда было непросто, Девяносто восьмой. Другой бы взял и столкнул её, и дело с концом. А ты… упрямый.

Я начал двигаться назад, подтаскивая Дэз к краю платформы, но мне бы следовало знать, что это будет непросто. Самсен топнул, и шаткая металлическая конструкция заходила под нами ходуном.

— Остановись. Тебе нельзя её вытаскивать.

Мои мышцы горели, мозг бунтовал, но я перестал двигаться, застыв на месте. У Дэз перехватило дыхание, и она попыталась как-то зацепиться ногами за край платформы, но никак не могла до неё дотянуться.

С другой стороны комнаты что-то шлепнулось на пол, привлекая внимание Самсена.

— Повесите тут чуток, — сказал он, усмехнувшись, переводя взгляд в дальний угол. Там лежала груда ящиков и несколько швабр и метел. Когда Самсен сделал несколько шагов в том направлении, я заметил какое-то мерцание, одна из метелок исчезла. Это, должно быть, Кирнан.

— Держись, Дэз. — Я сделал глубокий вдох. — Хватайся за мою рубаху и попытайся подтянуться наверх. Я не могу… — Сколько бы я не прикладывал усилий, чтобы пошевелиться, это не помогало. — Я не могу пошевелиться. Не могу тебя вытащить.

Я все еще держал её за левое запястье, поэтому она потянулась правой и попыталась ухватиться за мое плечо. Сначала ей удалось лишь ухватиться за мою рубашку. Это движение потащило меня вперед, и она, запаниковав, убрала руку, когда мы оба начали съезжать к краю.

— Ну же, — отчаянно прошипел я. — Я в порядке. Попробуй еще раз. Быстрее. — Самсен был занят выяснением источника шума. Это наш единственный шанс.

Она попыталась еще и на этот раз перекинуть руку через мое плечо вокруг шеи.

— Я не могу удержаться, — воскликнула она, немного соскальзывая. — Не могу…

— Можешь, — прошептал я. — Попытайся перекинуть ногу через платформу. Постарайся.

Она попыталась вновь и потерпела неудачу.

— Деназен несокрушима. Крепость, в которую никому не пробраться и никому не выбраться. Но у тебя вышло. Когда они меня схватили, когда заперли в клетке, ты меня вытащила оттуда. Ты сотворила немыслимое, Дэз. Ты. Можешь. Всё.

Вот показался носок её кроссовка. Закрыв глаза, я сосредоточил все свои усилия на правой руке. Мой указательный палец дернулся. Затем большой. Мне удалось его сдвинуть на один, может, два сантиметра, но её нога опять соскользнула во тьму. У меня в горле застрял отчаянный яростный крик.

Самсен, решивший, что тот шум не был чем-то особенным, вернулся, поднялся по ступенькам и устроился рядом со мной. Опустившись на колени, он прошептал:

— Что бы ты стал делать, если бы я сказал отпустить её? Это уничтожило бы тебя? Стерло бы остатки здравомыслия, которые остались нетронутыми Деназен? Или это подтолкнет тебя к черте, перейдя ее, ты превратишься в монстра, которого они так старались из тебя слепить? Я всегда больше всех любил в тебе поковыряться, Девяносто восьмой. Ты так старался сопротивляться. Помнишь? — Он вздохнул. — Всегда сопротивлялся и, в итоге, всегда проигрывал.

Моё сердце бешено колотилось. Дэз, которую я все еще держал, отчаянно пыталась выбраться наверх. Ей удалось зацепиться ботинком, просунув его в щель на краю платформы, и она была уже на полпути наверх.

— Ослабь захват.

Я сделал, как он мне велел. Пытался не делать, но это было бесполезно. Он был прав. Я всегда проигрывал. Дэз закричала и соскользнула на несколько сантиметров. Её нога, закинутая на платформу, сорвалась и исчезла во мраке.

Глава 11

Самсен рассмеялся.

— Славненько. Как ощущения? От осознания, что ты причина того, что ее хорошенькая головка разобьется, и все мозги растекутся по земле. Теперь давай…

Мне в шею подул легкий ветерок, и он же пошевелил волосы Дэз, откидывая их с её лица. Глаза Самсена на мгновение расширились, а затем закатились, и он рухнул рядом со мной на платформу лицом вниз. Внутри меня будто что-то щелкнуло. Что-то словно выключилось, и наша с ним связь была прервана. Потеряв сознание, он больше не мог на меня влиять.

Имея возможность вновь управлять своими конечностями, я схватил Дэз и потащил её через край дорожки. Обнимая за плечи, я прижал её как можно крепче, понимая, что практически не даю ей возможности глотнуть воздуха, но, нисколько не заботясь об этом. Она была в безопасности и в моих объятьях, и только это имело значение.

Я повернулся и увидел Кирнан в тени платформы, стоящую около Самсена с метлой в руке.

— Ему типа нравится звук собственного голоса, что ли?

Дэз вырвалась, и чуть было не упала.

— О Боже мой, и я о том же! — Кирнан улыбнулась и выбросила с платформы метлу. Та дважды с лязганьем ударилась о конструкцию, прежде чем упасть на дорожку. — Так и знала, что я тебе понравилась.

Я кивнул в сторону земли.

— Я видел тебя в комнате. Как ты заставила метлу исчезнуть?

Кирнан мне подмигнула.

— Это трудно, но, если постараюсь, иногда у меня выходит распространить свою способность на то, к чему прикасаюсь. Ничего особенного, и, наверное, у меня не вышло бы долго держать метлу невидимой, но этого хватило, чтобы я смогла передвигаться по комнате.

Я улыбнулся и повторил ту фразу, что она сказала, когда увидела способности Дэз:

— Это какой-то клевый трюк.

Дэз рассмеялась, и от этого звука мне стало легче дышать. Я был так близок к тому, чтобы потерять её.

— Что вы скажете, если мы свалим из этого места? — спросила Кирнан. — Я уже на всю оставшуюся жизнь навеселилась в парке развлечений.

— Ой, да ладно тебе. Здесь было… занимательно, — сказала ей Дэз, подходя к ступенькам.

Кирнан фыркнула.

— Занимательно. Ага, как же. Мне бы хотелось взглянуть, что же ты тогда подразумеваешь под супер развлечением… — Она повернулась и подмигнула мне.

Дэз уже сделала движение вперед, но споткнулась обо что-то. Она упала в сантиметрах от края.

— Вернись сюда, маленькая сука, — зарычал Самсен. Он вытянул руку и пальцами удерживал ее лодыжку. У него на лбу была рана, которую скрыли волосы. Струйка крови стекала сбоку по лицу, что делало его более сумасшедшим, чем обычно. — Я не…

Я наступил ему на руку, давя запястье своим каблуком. Кости треснули. Оставшаяся часть его предложения утонула в мучительном крике. Рука разжалась, и лодыжка Дэз оказалась на свободе, а он прижал пальцы к себе.

Я подвинулся и снова его ударил рукой в перчатке. Левая потерялась, когда мы бежали от Самсена, но правая все еще была на месте. Удар пришелся ему в горло, заставив его задыхаться и подавиться словами, которые он пытался произнести.

— Спускайтесь вниз, — зашипел я, как только Дэз встала на ноги и двинулась ближе к лестнице. Она колебалась мгновение, глядя то на меня, то на Самсена, и, наконец, кивнула. Она поняла, что я должен иметь с ним дело один на один.

Как только она была на земле с Кирнан, я повернулся к Самсену. Он поднялся на ноги и попытался отступить, все еще пытаясь (но неудачно) заговорить.

— Ты сказал, что я твой должник… Ты ошибся. Ты мой должник. — Я поднял правую ногу и сильно пнул его. Попал в живот, и он с мычанием отшатнулся, балансируя из стороны в сторону и стараясь восстановить дыхание.

Все еще держась за своё запястье, Самсен дернулся, отклоняясь в сторону, едва успев увернуться от моего удара, когда я вновь занес ногу. Затем он выпрямился и, с трудом переставляя ноги, постарался как можно быстрее уйти от меня подальше, пятясь назад вдоль платформы, но я неумолимо следовал за ним.

Все отошло на второй план. Остался только я… и испорченное, омерзительное существо, которое получало огромное удовольствие, наблюдая за чужими страданиями. Впервые я не волновался из-за его способности. Ярость в груди взорвалась.

Я рванул вперед и схватил рукой в перчатке его за рубашку. Страх. Человек, принесший столько смертей в мир, получающий столько удовольствия от этого, боялся. Мог ли он на самом деле быть моим ночным кошмаром? Это хныкающее, унижающееся существо, пытающееся молить о пощаде?

Я не смотрел ему в глаза, увлекая его наверх, и нанес еще один удар локтем по горлу. Удар на этот раз был еще сильнее. Он брызнул слюной и закашлялся, хватая ртом воздух. Если он не мог дышать, то и не мог говорить. Если он не мог говорить, то, по сути, был бессилен. Мне нужно отнять у него это. Его власть. Человек вроде Самсена — ничто без своей способности.

Он был прав. Я был злым ребенком. На протяжении всех этих лет гнев вырос и глубоко пустил корни. Каждая ужасная вещь, что делали Самсен и Деназен — каждая ужасная вещь, которую они заставляли меня делать — кормила его. Содействовала его росту и сделала этот момент неизбежным. Я оттолкнул все это и заблокировал, но сейчас, наконец, когда судьба Самсена была в моих руках, оно неудержимо вырывалось на свободу.

Вот. Это было то, что я никогда не хотел, чтобы видела Дэз. Мое настоящее, внутреннее я. Потому что это чернота, гнев и части, созданные из смерти и насилия. Это не все, кем я был, но это оставалась значительной частью меня и всегда будет. Где Дэз пробуждала свет, Самсен пробуждал тьму.

— Ты частенько говорил мне, что я не заслуживаю жить. Что я не более чем животное, которое тренируют и используют.

Его глаза расширились, и он отчаянно помотал головой. Он издал бессвязный звук, скорее походивший на кашель.

Я развернул нас и расположил на краю платформы. Он шатался, единственным, что удерживало его от падения назад, была моя рука на его рубашке.

— Ты ошибался? Вот что ты хочешь сказать?

Он попытался заговорить снова, но смог только энергично кивнуть.

Я наклонился, опасно приблизившись к его лицу, и покачал головой. Тепло, излучаемое его кожей, заставило меня почувствовать себя неуютно, биение его пульса было настолько сильное, что я практически чувствовал его своей кожей. Я прошептал ему в ухо:

— Ты был прав на счет того, что Деназен не сделала из меня монстра.

Я отпрянул настолько, что мог смотреть ему в глаза. Глаза, которые преследовали меня все детство. Они не оказывали на меня сейчас никакого влияния, и свобода, которую я ощущал в тот момент, была на втором месте после прикосновения губ Дэз.

— Но ты ошибся, когда хотел свалить меня в пропасть. В этом нет нужды, потому что я уже там. Ты сделал из меня монстра, Самсен. Теперь единственное, что остается, это дать тебе представление о том, как окупается твоя тяжелая работа.

— Не… прикасайся… — с трудом выдавил он.

Я засмеялся. Ужасный звук, который обжог горло. Темнота вырывалась из моей груди, поскольку ускользали остатки контроля.

— У меня нет намерений касаться тебя, Самсен. Это слишком легко. Слишком быстро и милосердно. Почему я должен проявлять милосердие по отношению к тебе, когда ты даже не знаешь, что это такое на самом деле? — Я сделал глубокий вдох, уступая. — Нет. На мне не будет твоей вони.

— Что…

Осознание мелькнуло в его глазах в тот же самый момент, как я отпустил. Это был первый и последний раз, когда я видел там вспышку жизни.

Он кричал, пока летел вниз, навсегда умолкнув с тошнотворным звуком удара о землю.

Глава 12

— У тебя всё есть? Деньги? Инструкции?

Я держался на расстоянии. Я потерял одну перчатку во время неразберихи и до сих пор был на взводе. Могли быть несчастные случаи. Сейчас расстояние было самым безопасным.

Мы уходили через служебные выходы и помещения, прокладывая себе дорогу к главным воротам. Пройдя два квартала, Дэз воспользовалась таксофоном (она снова посеяла свой мобильник), чтобы позвонить домой и дать знать, что в ближайшие время мы появимся вместе с Кирнан.

На звонок ответила Сью, и я почувствовал себя неуютно. Даже на расстоянии нескольких футов, я слышал, как она возмущается. Я слишком хорошо знал этот тон. Они с Дэз все еще узнавали друг друга, и хотя Дэз порой недоумевала, Сью беспокоилась о ней. Она всегда переживала за неё и всегда будет переживать. И она не обрадовалась, услышав от нас об инциденте с агентами Деназен.

Кирнан все еще колебалась в отношении Убежища, но, увидев воочию, как далеко Деназен могла зайти, чтобы получить желаемое, она согласилась, что с нами ей будет безопаснее, чем в одиночку. По крайней мере, какое-то время. Она решилась на «испытательный срок» с обещанием, что, если ей не понравится, то она без предупреждения уйдет. Дэз, похоже, это не особо волновало, она была убеждена в том, что, как только Кирнан ступит на порог Убежища, она никуда уже не денется.

Мы наблюдали, как Кирнан выехала на своем пурпурном внедорожнике со своей подъездной дорожки и исчезла вниз по дороге. Как только она скрылась из виду, я повернулся к Дэз, которая прислонилась к старой машине Джинджер. Она хмурилась.

— Что не так?

— Он это заслужил, — сказала она, проскользнув рукой в мою. — Перестань чувствовать себя виноватым.

Я не знал, что на это ответить. Мой разум боролся с сердцем, гадая, что правильно и неправильно, яростно сражаясь за доминирующие место у меня в голове. Дэз всегда могла сказать, если что-то не так, и она была права.

Отчасти.

Я чувствовал вину… но не за то, что сделал с Самсеном. Должен был бы, но нет. Было бы так просто вытащить его и обезвредить, чтобы мы могли уйти. Столь же легко было бы вырубить его, и пусть Джинджер обошлась бы с ним каким-нибудь более гуманным способом. Возможно, сдала бы его каким-нибудь правоохранительным органам. Но, сказать по правде, я не чувствовал никаких угрызений совести. Хуже того, я был рад осознать, что его больше нет в живых. Осознать, что я, в конечном итоге, победил…

И я знал, это было неправильно.

Она сжала мою руку.

— Кайл, несчастные случаи бывают. Ты мало что мог сделать всего с одной перчаткой.

Несчастный случай. Она не поняла, что я сделал. Она видела прежде, как я убивал агентов Деназен. Смотрела, как я целенаправленно касался их кожи, и они рассыпались в пыль. Но это было другое. У меня был выбор, и я предпочел проигнорировать его. Что бы она сказала, если бы узнала правду? Была бы она столь же уверена, что я хороший человек?

Я хотел рассказать ей правду, но не мог подобрать слов. Не то чтобы совсем.

— Я не сожалею, что он мертв, Дэз. У меня нет чувства вины за то, что с ним случилось; я ощущаю себя виноватым за то, какие чувства это во мне вызывает. Чувство… радости. Облегчения.

Она вздохнула.

— То, что ты делал прежде, ужасно… И я уверена, что ты не единственный, кого он заставлял для них это совершать. Он бы не остановился. Люди типа него… типа моего отца… они никогда не остановятся. Это нормально чувствовать себя так.

Она выдернула руку из моей и повернулась. Мы оказались лицом к лицу. Нас разделяли дюймы. Легкое прикосновение её губ, она прижалась своим лбом к моему.

— Это нормально… так по-человечески. Но не позволяй этому съедать тебя. Я знаю, что ты не веришь, когда я говорю, но ты хороший человек.

Я не был хорошим человеком. И сегодня я доказал это. Если не ей, то себе. Но с Дэз спорить было бесполезно. Кайл, который ей виделся, был чист и идеален, и мне хотелось, чтобы это было так.

Мне нужно, чтобы всё так и оставалось.

Я заставил себя улыбнуться и обнял её за плечи.

— Кажется, в следующий раз я предпочел бы что-нибудь другое.

— Другое?

— Не думаю, что парки развлечения это по мне…

Примечания

1

Халапеньо — средних размеров перец чили, который ценится за ощущения при его поедании от «тёплого» до «горячего».

2

Агорафомбия — боязнь открытого пространства.

3

Салли — (сленг) Сладкая булочка.

4

Корн-дог — американский вариант "сосиски в тесте" на палочке, для его приготовления используется тесто из кукурузной муки.

5

Американский гладиатор — популярное телевизионное шок в США, ставшее основой для многих международных программ. Участники соревновались в физических конкурсах на силу, ловкость и выносливость, по типу близким к экстремальным видам спорта.


home | my bookshelf | | Неприкасаемый |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 3.7 из 5



Оцените эту книгу