Book: Запорожская Сечь. Тайный орден Днепра



Запорожская Сечь. Тайный орден Днепра

Украина слывет страной чисто поэтическою, и это справедливо. Недаром же и польские магнаты на чрезвычайном сейме в Варшаве, в 1659 году, в речи своей королю Казимиру назвали ее плодоносным Египтом, землею обетованною, текущею медом и млеком, плодоносною, всем изобильную, из века слывущую златым облаком.

Я. Сементовский

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ УКРАИНЫ


Никогда не было, чтобы долго хорошо жилось людям на Украине. Разве в ту далекую эпоху, когда не было железа.

Я. Беседин

На территории Украины человек обитал с незапамятных времен — с эпохи раннего палеолита, каменного века.

Первыми народами на Украине, о которых пишут исторические источники, были легендарные киммерийцы, которых, по описанию Геродота, вытеснили в IX веке до н.э. скифы, создавшие сильное государство, столицей которого был город, располагавшийся у порогов Днепра с VII по III века до н.э. По побережью Черного моря были рассыпаны греческие колонии-полисы, торговавшие со

скифами. Скифов вытеснили сарматы, а в III веке нашей эры в Причерноморье появились готы, В 375 году готов разбили гунны, прошедшие по украинским землям в Европу. Тогда же в Причерноморье укрепились аланы — одно из сарматских племен. К VII веку в Причерноморье главенствовали хазары.

Многие видные ученые исконными жителями Приднепровья считают славян. «Повесть временных лет» — летописный свод, составленный во втором десятилетии XII века в Киеве Нестором и отредактированный Сильвестром и включивший летописи XI века, а также другие источники, говорит о таком расселении племен славян — по Днепру жили поляне, по Бугу — дулебы и волыняне — бужане, по Днестру — тиверцы и уличи, на юг от Припяти — поляне, на Левобережье Днепра — северяне, в Прикарпатье — белые хорваты. Эти племена — предки украинского народа, земли которых вошли в состав знаменитого Киевского государства IX—XII веков со столицей в городе Киеве, основанном еще в V веке. Киевское государство было прославлено многими князьями — Олегом, Ольгой, принявшей православие, Святославом, Владимиром, крестившим страну, Ярославом Мудрым, Владимиром Мономахом. Были установлены прочные связи с Западной Европой, Византией, Средней Азией, народами Кавказа, были разбиты и ушли с исторической арены постоянно совершавшие набеги на киевские земли степняки: хазары, печенеги, половцы. В состав Киевского государства вошли и земли ильменских славян. После смерти Ярослава Мудрого и Владимира Мономаха государство ослабело и в 1132 году распалось на княжества — Киевское, Галицкое, Черниговско-Северское, Переяславское, Волынское.

В 1847 году российская пресса писала: «Значение Киевской Руси доселе никем еще не было понято. Это древняя, светлая Русь озарена каким-то весельем, праздничным сиянием. Разноименное население окрестностей Киева, греческий торговый путь и другие, проходившие мимо Киева или примыкавшие к нему, беспрерывные сношения с Византией и Западной Европой, церковные торжества, соборы, княжеские съезды, соединенные ополчения, привлекшие в Киев множество народа из всех концов России, довольство, роскошь; множество церквей, засвидетельствованное иностранцами; рано пробудившаяся потребность книжного учения, при этом какая-то непринужденность и свобода в отношениях людей различных званий и сословий, наконец, внутреннее единство жизни, всеобщее стремление освятить все отношения религиозным началом, так ярко отразившееся в воззрении нашего древнейшего летописца. Все это вместе указывает на такие условия и зародыши просвещения, которые не все перешли в наследство к Руси Владимирской и Галицкой».

Наиболее значительным после Киевского было Га-лицкое княжество, находившееся между Южной Русью и Польшей. Через него проходили торговые пути из Руси в Венгрию, Польшу и Центральную Европу. Большую роль в княжестве, в его политической жизни играли «великие бояре» — крупные землевладельцы. Галичанам все время угрожали венгры и поляки. Княжество объединили и политически усилили князь Владимир (1144—1152) и его сын Ярослав Осмомысл (1152—1187). В 1199 году Роман Волынский объединил два княжества — Галицкое и Волынское, несмотря на сопротивление бояр. В 1205 году во время похода на Польшу Роман неожиданно умер.

Венгры во главе с королем Андреем II заняли Волынь и Галич и поделили его с Польшей. Однако ненадолго. Жители княжества изгнали захватчиков и во главе державы стал будущий знаменитый Даниил Романович Галицкий. В 1240 году власть Галицко-Волынского князя распространилась даже на Киев.

В 1240 году украинские земли подверглись нашествию монголо-татар во главе с внуком Чингисхана Бату и были совершенно разорены.

Русский историк Н. Березин писал в своей работе «Украина», изданной в Петербурге в 1907 году:

«Из Азии пришли татары. Князья при вторичном появлении их (первое — битва на Калке в 1223 году и полный разгром. — Авт.) в страхе побежали спасаться к родичам своим, кто в Галичину, кто в Польшу и в Чехию. Но народу некуда было деваться — люди запирались в городах, которые один за другим брались татарами, пока очередь не дошла до Киева. Не устоял и Киев. И как было устоять. Как ни храбро бились в отчаянии горожане, но против несметной силы устоять не могли. Страна полян и северян опустела до того, что когда итальянский путешественник, монах Плано Карпини, проезжал вскоре после погрома этими местами, то он видел одни пустыри, усеянные белеющими костями, черным углем пожарищ, заросшие уже степным бурьяном. Людей почти не было видно. Где жили тысячи и десятки тысяч, там робко копошились отдельные семьи запуганных, обездоленных людей. Татары остались кочевать в степи неподалеку, и ни у кого не хватало смелости и охоты вернуться на места, где, как встарь при половцах, ежечасно можно было ждать набега, не имея надежды найти защиту в городе или у князя.

До татарского погрома главным центром Русской земли оставался все-таки Киев. Все главные события древнерусской истории развертывались вокруг него. Неизвестно, что случилось бы, если бы Киев остался прежним людным городом. Может быть, кроме Польши, Литвы и Москвы, еще одним могучим государством было бы больше на земле, и Русь, в конце концов, собралась бы вокруг Киева, а не вокруг Москвы.

Татарское нашествие разорило всю Украину, после него она не оправилась, пока не вошла в состав Литовского княжества, между тем как московским князьям татары оказали существенную помощь для основания большого деспотического государства».

Само историческое самоназвание «Украина» впервые упоминается в исторических источниках в XII веке по отношению к Переяславскому и Галицкому княжествам, а в XIII веке распространилось на большую часть территории страны. Официальным слово «Украина» как название государства стало в 1918 году.

В 1246 году власть монгольского хана признал и Даниил Галицкий. В конце XIII — начале XIV века Галицкое и Волынское княжества подвергались нападениям татаро-монгол, венгров, поляков.

Венгрия еще в XI веке захватила Закарпатскую Украину, где издавна, кроме болгар, венгров, жили и люди из Галицкой земли. Население Карпат разделилось на три племени-народа: на западе — лемки, в центре — бойки, на востоке — гуцулы. Венгрия хотела продолжать захваты новых земель, но на ее пути встало новое государство — Литва.

Литовское княжество образовалось в бассейне среднего Немана в XIII веке и при Великом литовском князе

Гедимине (1316—1341) подчинило себе территорию в бассейне Западн^ Двины, верхнего Днепра, верхней Припяти и Западного Буга. При его сыне Ольгерде (1345—1377) Литва покорила Киевщину, Черниговщину, Подолию и Переяславщину. В 1349 году Польша захватила Галичину, в драке за нее с Венгрией. За 9 лет до этого Литва покорила Волынь.

Украинские земли, вошедшие в состав Литвы, сохранили свою автономию, язык, религию. Даже литовцы-язычники принимали православие.

Иное дело было в Галичине, попавшей под власть по-ляков-католиков, всегда проводивших политику уничтожения культуры народов, находящихся от них в зависимости. В результате это кончилось тремя разделами Польши в конце XVIII века и потерей ею своей государственной самостоятельности. Гордыня не зря считается большим грехом.

В 1385 году первая попытка полного объединения Польши и Великого княжества Литовского в единое государство в результате Кревской унии была сорвана восстанием литовцев и украинцев. С этого времени за украинские земли боролись Литва, Польша, Московия — до определенного времени с переменным успехом. Украинские города в XV веке управлялись по Магдебурскому праву — праву самоуправления, закреплявшему права и свободы горожан, — Львов, Каменец-Подольск, Луцк, Кременец, Владимир-Волынский, Киев, Житомир и другие, — развитие шло благодаря торговым путям, идущим по Украине. Крестьянство же закрепощалось.

Различные районы Украины были обособлены и разобщены. С развитием торговли между ними установились экономические связи. Киев, Волынь, Чернигов, Галич,

ю

11одолия постепенно сливались в единое экономическое целое, дополняя друг друга. Создавалось и их территориальное единство.

В 1453 году турки взяли Константинополь, затем захватили Черноморское побережье Кавказа, Молдавию, Буковину, подчинили Крым. Начались с 1498 года постоянные походы турок на украинские земли, грабежи и захваты территории. Турки и крымские татары разорили даже Киев. Население Южной Украины, уводимое в рабство, поредело, не защищаемое властью.

В 1492—1493 годах в результате русско-польской войны часть украинских земель перешла к Москве. В 1503 году в состав Московского государства вошла Черниговщина — «320 городов и 70 волостей».

В 1569 году в результате Люблинской унии Польша и Великое княжество Литовское объединились в Речь По-сполитую — единое государство. Положение украинского крестьянства, давимого налогами и барщиной, католическими притязаниями, постоянно ухудшалось. Н. Березин писал: «Когда Южная Русь, как часть Литвы, окончательно вошла в состав польского государства, протянувшегося от Черного до Балтийского моря, то население оказалось состоящим из таких же «панов» и «хлопов», как в Польше и Литве. И панам становилось жить все лучше, а хлопам все хуже».

Король не имел реальной силы, политическая власть была у магнатов, манипулировавших сеймом.

Украинцы стали уходить в восточные степные районы, в низовья Днепра. Так появилось украинское казачество. Свободный человек брал столько земли, сколько мог обработать, хотя и выходил пахать с оружием, опасаясь, и не зря, татарских набегов — в степи не было панов.

Многие уходили от власти родительской, от неволи, кар, долгов, других неприятностей, просто искали лучшего места. Познакомившись со всей сладостью жизни в «низовых местах» (т.е. на Украине), они уже не возвращались назад. Благодаря условиям опасной жизни эти поселенцы становились хорошими воинами, и поселения их выдвигались в степь дальше и дальше.

Украина загораживала Польшу от набегов и принимала на свою грудь главные удары.

«Расположившись на житье в опасной от татар стране, южнорусский народ сам должен был защищать себя. Государство Польское не давало ему защиты. Обороняясь от хищников, люди привыкали к оружию, привыкали соединяться для защиты и нападения в военные союзы или братства, в разные «купы», «роты», «бурсы», с выборным атаманом, с общей казной, со складом оружия и сборными местами, куда надо было являться при наступлении опасности. Члены таких братств назывались разными именами, пока для всех их, в конце концов, не установилось одно общее название — казаки. Защищаясь вначале от татар, украинские казаки вскоре стали сами нападать на них», — писал Н. Березин.

Большую роль в создании казачества сыграла вера. Паны в замках и имениях были католиками, простой народ — православным и упорно держался этой веры. Если на украинцев давили католики, они уходили в степь казаковать.

Во второй половине XVI века казачество за Днепровскими порогами создало свой военный центр — Запорожскую Сечь. К тому времени поляки поделили земли на Правобережье и Левобережье Днепра, на юго-вос-точной Украине хозяйничали Вишневецкие, Жолкевские,

Острожские, Замойсхие, Калиновские, Корецкие. Окончательно на украинских землях установилось крепостное право. На Украину были перенесены польские порядки и законы. Все это усиливалось национальным и религиозным гнетом. Крестьян принуждали принимать католичество, лишали прав, называли скотами — «быдлом».

Шляхта постоянно мешала и развитию украинских городов с Магдебургским правом. Крестьяне и обнищавшие горожане бежали в Сечь — приют всех ненавидевших крепостное право, национальные и религиозные издевательства. Казаки совершенно не считались с верховной властью Польского государства. Соединившись с Запорожской Сечью, они были грозной силой. Казачество било татар, наказывая за набеги, заливавшие кровью Украину, казаки выходили в море и грабили турецкое побережье.

Первая попытка решить проблему украинского казачества принадлежала польскому королю Стефану Ба-торию (1575—1586).

Он нанял на службу с жалованьем 6000 казаков, записав их в особый список — реестр, передал им город Трахтемиров у Канева в 1578 году. Набор 1590 года должен был увеличить реестр, но казачество не пошло за Ба-торием, бегство на Сечь продолжалось.

Вместе с бегством начались и активные выступления крестьян против издевательств поляков.

Первое восстание казаков и крестьян 1591—1593 годов под руководством Кшиштофа Косинского охватило Киевское, Брацлавское и Волынское воеводства, но было подавлено.

В 1594—1596 годах на Украине поднялось новое восстание под началом С. Наливайко и Г. Лободы. В 1595 году

запорожские казаки, возвращаясь из похода в Венгрию, пошли на Волынь и Беларусь, где вспыхнуло восстание крестьян, поддержанное городской беднотой. Наливайко действовал в Брацлавщине, Белоруссии, Киевщине, Волыни. Польские войска отбросили его отряды за Днепр, и в июне 1596 года на реке Солонице около Лубен С. Наливайко был разбит гетманом Жолкевским. У казаков начались внутренние разногласия, Г. Лобода был убит, а С. Наливайко выдан Жолковскому и позже казнен.

В 1596 году Сигизмунд III собрал в Бресте церковный собор, который разделился на два — православный и униатский. На униатском соборе был провозглашен союз-уния с римско-католической церковью. Униаты признали догматы католицизма, оставив церковно-славянский язык и обряды при совершении богослужений. Уния была объявлена господствующей религией, а православная церковь — почти вне закона. У православных отбирали храмы, но численность православного украинского казачества постоянно увеличивалась. Польское правительство не раз было вынуждено обращаться к его помощи — в период шведской войны, польско-литовской интервенции на Московское царство во времена смуты начала XVII века, похода короля Владислава на Москву в 1617 году. Отвечая на набеги крымских татар и турок украинское казачество совершало походы в Крым и к берегам Турции, переплывая Черное море. В 1613 году казаки полностью разграбили богатый Синоп, в 1615 году выжгли окрестности Стамбула так, что турецкие султаны из своих дворцов видели зарево пожаров. Через год был разграблен турецкий Трапезунд, крымская Кафа, где казаки освободили множество христианских невольников. «Эти казацкие подвиги, — писал Н. Березин, — о которых на Украине складывались целые легенды, естественно, приводили в смущение всю Польшу, ни короли, ни разные правители, заведовавшие управлением Малороссии, никакими мерами не могли унять казаков». Они даже восстановили православную церковь и охраняли ее. Правда, не везде.

Польские помещики требовали унять казачество. «Конституции» 1601, 1603, 1611, 1613 годов требовали подчинения только от реестровых казаков и не имели практического значения для решения «проблемы».

После нового казацко-крестьянского восстания в 1625 году, после переговоров у Курукова озера, была подписана «ординация», которой реестр казаков был установлен в 6000 воинов в составе 6 полков, делившихся на сотни. Во главе казачества стояла казацкая старшина в составе старшого, обозного, писаря, войскового судьи и есаулов. Не попавшие в реестр казаки назывались «вы-писчиками» и не считались казаками.

В 1630—1638 годах на Украине прошли восстания казаков и крестьян во главе с Тарасом Федоровичем, Сулимой, Павлюком, Гуней, Остряницей. Поляки хотели уничтожить украинское казачество, естественно, не смогли, но восстания подавили.

Очередное католическое наступление на украинское православие послужило мощным толчком к развитию просвещения и культуры на Украине в целях защиты украинского народа от католической агрессии. Большую роль здесь сыграл киевский митрополит восстановленной православной церкви Петр Могила.

Положение украинского крепостного крестьянства постоянно ухудшалось. Польских панов интересовали только доходы, они творили произвол и насилие. Была отменена «ординация» 1625 года, даже реестровых казаков делали крепостными. Городское население беднело. Опять поляки стали отбирать православные церкви, запрещали проводить богослужения. В украинские города ставили польские военные гарнизоны. И доставились.



Началась Освободительная война украинского народа во главе с бывшим сотником реестрового войска Богданом Хмельницким 1648—1654 годов.

Казачество и крестьянство разбили поляков в сражениях у Желтых Вод под Корсунем, Пилявцами, Зборовом. Под Берестечком на Волыни во время сражения крымский хан захватил Б. Хмельницкого и ушел с поля битвы. Через несколько дней Б. Хмельницкий был освобожден. Под Батогом на Подолии Хмельницкий снова разбил поляков. Под Жванцем гетман дрался с королем Польши.

Сил казаков явно не хватало для победы и создания независимой Украины. В январе 1654 года Левобережная Украина на правах автономии вошла в состав Московского царства.

Н. Березин писал: «По выражению польского летописца, «хлопы разложили в приднепровских пустынях огонь, зарево которого охватило небо всей Польши». Да, огонь ненависти тлел, плохо прикрытый золой, но скоро он вырвался на волю и пошел гулять по всему простору украинской земли. Страна, истекая кровью, теряла силы, и не было надежды добиться своего. В этом положении Хмельницкий в отчаянии искал помощи на стороне. Но кто мог помочь Украине! Крымский хан был вероломен, султан турецкий силен, но далеко, единоверная же Москва с политическою изворотливостью вела переговоры

о присоединении, и за посулами ее чувствовалась та же неволя, какую Украина пережила под властью Польши.

Из всех трех соседей союз с единоверной Москвой представлялся малорусскому народу и его вождям наименьшим злом.

Хотя войны, последовавшие за вмешательством Москвы в малорусские дела и внутренние смуты на самой Украине, не прекращались, как не прекращались нашествия татар и турок и борьба с Польшей, тем не менее в это время малорусский народ, избавившись от тяжкого ига панов, быстро оправился от перенесенного разорения. Вскоре по договору с Польшей Левобережная Украина, в которую народ не переставал бежать на «вольные земли» с правой стороны Днепра, вошла в состав Московского государства, в то время как Правобережная явилась предметом раздора между Польшей, Турцией и собственными гетманами. Эти смуты и явились причиной того, что земля пустела. Энергичный гетман той стороны Петр Дорошенко сделал было попытку отдаться под покровительство Турции, но так как Турция не могла дать прочной защиты стране и, кроме того, подданство басурманской державе претило духу народа, то попытка эта окончилась неудачей, и Правобережная Украина в конце концов вновь очутилась во владении Польши. С этого времени судьба обеих половин, правобережной, или собственно Украины, и Левобережной, или Гетманщины, также называемой Слободской Украиной, по имени слобод, основанных там переселившимися с правой стороны казацкими полками, надолго разделилась».

На обоих берегах Днепра были свои гетманы.

На Правобережье велась постоянная борьба за власть. В результате турецкие нашествия разорили его и превратили в пустыню. Сейм вынес в 1699 году, после заключения мира с Турцией, решение об уничтожении казачества и с трудом подавил восстания Палия и Искры. Борьба украинцев Правобережья с поляками продолжалась до раздела Польши и присоединения к России.

На Левобережье постепенно пришли московские порядки. Столица из Глухова была перенесена в Батурин — там выбирали казаки гетманов Левобережья.

В 1687 году гетманом был избран Иван Мазепа, перед Полтавской битвой перешедший на сторону шведского короля Карла XII, воевавшего с Петром. Карл XII был разбит, и вместе с ним Мазепа бежал в Турцию. Батурин был стерт с лица земли, Запорожская Сечь, бывшая на стороне Мазепы, уничтожена, к 1725 году ликвидировано и гетманство — Украиной управляла Малороссийская коллегия. После смерти Петра I гетманство восстановили, но ненадолго. В 1750 году последним украинским гетманом стал К. Разумовский.

Казацкое войско на Слободской Украине было уничтожено при Екатерине II, сама территория в 1765 году была переименована в Слободскую Украинскую губернию. Новая Сечь, созданная в 1734 году, также была ликвидирована в 1775 году. Запорожцы ушли в Турцию и создали там Задунайскую Сечь.

В 1764 году указом Екатерины II было уничтожено гетманство. Малороссийская коллегия «из 4-х великороссийских и 4-х малороссийских персон» и прокурора стала управлять Украиной. За 14 лет до этого ликвидировали таможенную границу между Россией и Украиной. Автономия Украины в составе Российской империи была бы ликвидирована — но помешала Русско-турецкая война 1768—1774 годов. Из вернувшихся из Турции и своих казаков было образовано Черноморское казачье иойско, которые по окончании очередной Русско-турецкой войны (1787—1791) переселились на Тамань. Автономия Украины была уничтожена. Она вошла в состав России. В 1783 году на Украине была введена подушная подать, запрещен переход от одного помещика к другому. Из бывшего казачьего войска были созданы регулярные казачьи полки.

«Конец вольной Сечи знаменовал собой и конец украинской самостоятельности, — писал Н. Березин. — Последующая история Малороссии, как Гетманщины, так и Украины, оставшейся во владении Польши, печальна и мрачна. Пока существовала Польша, малорусский народ не переставал делать попытки сбросйть с себя рабское иго, наложенное на него панами, которое становилось все тяжелее.

Особенной свирепостью отличалось крестьянское восстание, известное под именем Колиивщины и поднятое Железняком и сотником Гонтой. Но это были последние вспышки догоравшего огня — стремления к воле и земле.

Когда Польша оказалась поставленной между тремя соседними государствами — Россией, Пруссией и Австрией, большая часть польской Малороссии отошла к России. Гетманы и все старинное собственное управление были упразднены, народ был обращен в крепостное состояние. Громадные пространства плодородных земель, очутившихся в руках русского государства, благодаря присоединению Малороссии и Новороссии, сосредотачивались вскоре в руках вельмож, которым они были пожалованы за разные заслуги, или же эти земли были расхищены и скуплены местными владельцами. Состояние Малороссии, как в отношении внутреннего управления, так в отношениях между сословиями, перестало, начиная с Екатерины II, различаться от того, что существовало в остальной России. Малорусские помещики, потомки войсковой старшины и состоятельных казаков, успели добиться для себя равных прав с русским дворянством и таким образом отделили свою судьбу от народа... Как скоро источником, из которого расточались земные блага, стала не столица гетманов с ее старинным укладом малорусской жизни, со всеми чисто малорусскими воззрениями, нравами и языком, а далекий и чуждый народу Петербург, малорусское дворянство устремилось на новый огонек, спеша расстаться с наследием отцов. С переменой одежды меняли язык, приучаясь к светскому обращению и строю жизни, посылая учиться детей в Москву и Петербург. На месте оставались какие-нибудь мелкопоместные Иваны Ивановичи и Иваны Никифоровичи, Афанасии Ивановичи и Пульхерии Ивановны. Народ, подавленный игом тяжелого рабства, которое он героическими усилиями пытался сбросить с себя на протяжении всей своей многострадальной истории, остался предоставленным себе».

В Степную Украину направился поток беглого крестьянства из Восточной Украины, Правобережья и центральных русских губерний. По ревизии Павла I 1796 года крестьяне оказались прикрепленными к землям тех помещиков, где они находились. К тому времени были основаны Херсон, Екатеринослав, Николаев, отбита турецкая крепость Хаджибей, ставшая Одессой. На украинские степи в соответствии с манифестами Екатерины II приезжали иностранные колонисты, получавшие землю.

По второму разделу Польши 1793 года Правобережная Украина отошла к России, Западная Украина — Гали-чина (Галиция) и Буковина — к Австрии.

В начале XIX века Украина стала главным поставщиком на внутренние российские рынки. Часть украинских помещиков в своих имениях организовала промышленные предприятия — суконные, полотняные, кожевенные, канатные, мыловаренные. Тогда же на юге Украины — в

I (онбассе стала развиваться угольная промышленность.

В начале XIX века Украина была разделена на 5 губерний, которые управлялись по законам империи.

В период правления императора Николая I русификация Украины значительно усилилась. Властями было отмечено 10 крупных крестьянских волнений.

По крестьянской реформе 1861 года, кроме «Великороссийского положения», существовали еще два — для Слободской и Правобережной Украины. По первому каждому домохозяину отводился надел под его личную ответственность за выполнение повинностей в пользу помещика; по второму — крестьянин получил землю, которой владел в момент предыдущей инвентарной реформы. Земля выкупалась.

Реформа дала сильный толчок развитию Украины — сельскохозяйственному и промышленному. Так, в 1892 году на знаменитой Киевской контрактовой ярмарке, проходившей ежегодно с 5 по 27 февраля, заключили сделок на 17 млн. рублей — большая по тем временам сумма. Сделки заключались на хлеб, сахар, шерсть.

Революционное движение на Украине развивалось одновременно с Россией. Народническое движение на Украине было неотъемлемой частью общероссийского, действовала «Народная воля»; с 70-х годов XIX века зародилось и рабочее движение.

18 мая 1876 года император Александр II подписал указ, запрещавший печатать на украинском языке ори-

гинальные произведения и выступать на сцене на украинском языке; по особому разрешению можно было издавать только беллетристику и исторические документы. Формально этот указ действовал до 1917 года.

В Западной Украине, находившейся в составе Австро-Венгерской империи, крестьяне были объявлены лично свободными, но обязанными нести за землю определенные повинности перед помещиками, в правление Иосифа II, в 1785 году. Иосиф II проводил в Австрии политику религиозной терпимости по отношению к некатолическим христианским вероисповеданиям. В 1790 году, после смерти Иосифа II, началась реакция, с которой украинское общество боролось всеми силами. Волнения происходили в разных районах империи. В 1847 году произошло восстание во главе с Лукьяном Кобылицей, с трудом подавленное.

После революции в Европе 1848 года украинцы Западной Украины и Закарпатья получили некоторые послабления — империя боялась, что восстание из Венгрии перекинется на всю территорию государства. Украинское общество сумело организоваться, была даже создана «Головная рада» — политическое общество, хотевшее объединить западных украинцев и ведать их культурными и национальными нуждами. В Галиции действовали и другие организации украинского национального движения.

К началу XX века Донецкий бассейн стал центром угольной и металлургической промышленности в Российской империи, Правобережье — сахарной.

Революция 1905—1907 годов прошла на всей территории Российской империи. На Украине бастовали рабочие, восставали крестьяне. После поражения революции, t 1907 по 1910 год на Украине действовало положение о чрезвычайной охране. Были закрыты почти все культур-мо-национальные организации, в школах в очередной раз ишрещалось употребление украинского языка. С 1907 по 1912 год в Сибирь переселились около миллиона украинцев — по аграрной реформе П. Столыпина.

В годы Первой мировой войны 1914—1918 годов Украина стала ареной военных действий.

Известие об отречении императора и Февральской революции 1917 года усилило национально-освободительное движение на Украине. 2 марта в Киеве была создана Центральная Рада. Самыми многочисленными партиями в Раде были партии украинских эсеров и украинских социал-демократов. Во главе Рады встали украинский эсер, историк М.С. Грушевский, украинские социал-демократы В.К. Винниченко и С.В. Петлюра. 9 марта Центральная Рада выпустила воззвание «К украинскому народу», призвав его «группироваться в политические, культурные, экономические союзы и на все места выбирать своих, украинских людей».

На Украине между представителями Временного правительства, Центральной Рады, большевиками велась постоянная борьба. Были созданы украинские воинские части. К лету Центральная Рада стала правительством всей Украины — 25 июня был выпущен I Универсал — «отныне мы сами будем создавать нашу жизнь». Правительством автономной Украины стал Генеральный секретариат.

Украинский историк, автор работы «История Украины» Н. Полонская-Василенко писала: «Положение на Украине создалось очень тяжелое. Фактически власть Центральной Рады и Генерального секретариата не выходила за границы Киева, провинция их не знала, и это было величайшей ошибкой Генерального секретариата. Украину охватила анархия. С фронта шли шайки дезертиров, вооруженных пулеметами, винтовками, иногда пушками; все усилия поднять воинский дух, убедить солдат продолжать войну были бесполезны. Паника охватила всю Украину.

Выходом из этих тяжелых обстоятельств было, как казалось, создание вольного казачества, организация его началась стихийно».

Осенью 1917 года вольное казачество было создано — 60 ООО вольных украинских казаков возглавил П. Скоро-падский.

После Октябрьского переворота 1917 года, 9—11 ноября в Киеве шли бои между большевиками и войсками штаба Киевского военного округа, представлявшими Временное правительство. Центральная Рада заняла нейтралитет, что было ошибкой — победили большевики. На Украине образовалось две власти.

20 ноября Центральная Рада провозгласила Украинскую Народную Республику. К февралю 1918 года Киев был почти окружен большевиками. Представители УНР покинули Киев, который был 9 февраля занят большевиками, начавшими расстрелы «офицеров, гайдамаков, монархистов».

11 февраля в Киеве провозгласили Украинскую Рабоче-крестьянскую Республику, продержавшуюся в столице Украины меньше месяца.

Н. Полонская-Василенко писала: «На переговорах в Бресте представители Германии и Австро-Венгрии признали независимость Украинской Народной Республики, несмотря на заявления Л.Троцкого, возглавлявшего московскую делегацию, о том, что большая часть Украины контролируется Харьковским Народным Секретариатом.

Дополнительными условиями Брестского договора были вооруженная помощь Украинской республике для борьбы с большевиками и заем в сумме миллиарда карбованцев.

Когда усилились слухи о приближении немцев, большевистские войска побежали с Украины. 2 марта 1918 года украинское правительство вернулось в Кие?, а 3 марта в него прибыли первые эшелоны немцев.

Положение украинского правительства было очень тяжелым. Оно не имело реальной силы, чтобы противостоять немцам, которые заявляли, что пришли как друзья, чтобы освободить Украину от большевиков, но в действительности вели себя как оккупанты. Возникали конфликты. Армии Украина -не имела. После массовой демобилизации Центральная Рада не создала новой армии.

29 апреля на заседании Центральной Рады был одобрен проект Конституции УНР, изменен земельный закон и избран президентом М. Грушевский.

Это было последнее заседание Центральной Рады. В тот час, когда она обговаривала законы, на съезде хлеборобов в Киеве был выбран гетман Павел Скоропад-ский, и немецкая власть санкционировала переворот. Украина стала «Украинской державой».

Гетману противостояла Директория со штабом в Белой Церкви. 12 ноября во главе Директории встал Симон Петлюра. «16 ноября Директория договорилась с немецким Военным Советом в Белой Церкви о нейтралитете и 17 ноября начала восстание. Повстанцы пошли на Киев».

14 декабря гетман П. Скоропадский отрекся от власти и уехал за границу. 18 декабря власть на Украине перешла к Директории.

В ноябре 1918 года советские войска без объявления войны пошли на Украину. «Борьба с большевиками была очень тяжелой: они использовали китайцев, которые с фанатичной твердостью шли в бой. Начался массовый отъезд интеллигенции за границу».

На Украине, зажатой большевиками и Антантой, действовали повстанческие отряды, не признававшие Директорию. В феврале 1919 года большевики заняли Киев. Директория переехала в Винницу, потом в Проскуров, Каменец-Подольский. С. Петлюра незадолго до этого начал реформировать армию, но в мае в спину ему ударили поляки, 16 мая взявшие Луцк, в котором хранились громадные запасы военного снаряжения и боеприпасов. Это был конец.

Летом петлюровцы начали наступление на большевиков, сначала успешно. И опять в спину ударили польские войска. Были столкновения и с деникинцами. В итоге генерал А. Деникин вместо похода на Москву начал воевать с Украиной.

В декабре 1919 года большевики взяли Киев, отогнали деникинцев, занимая один район Украины за другим.

В мае 1920 года украинские войска участвовали в со-ветско-польской войне. Под Варшавой украинские отряды помогли польскому «чуду на Висле», отбив красных. В августе 1920 года Россия и Польша подписали перемирие. Освободившиеся советские войска в ноябре после тяжких боев отбросили украинскую армию за Збруч. Она была интернирована поляками.



«На этом закончилась регулярная освободительная борьба за волю Украины», — писала Н. Полонская-Васи-ленко. 18 марта 1921 года в Риге был подписан мирный договор между Польшой и Советской Россией. Польша признала Украинскую Советскую Республику.

Так с 1921 года была ликвидирована независимость Украины. Все ее части оказались под разными оккупациями: с 1918 года Буковина— под румынской, с 1919 года Закарпатье — под чешской, с 1921 года Надднепровская Украина — под советской и польской, с 1923 года Галичи-на — под польской».

С 30 декабря 1922 года Советская Украина в составе СССР. В ноябре 1939 года СССР присоединил к Восточной Украине Западную — со Львовом, в августе 1940 года Украине вернулись часть Бессарабии и Буковина. В конце Великой Отечественной войны, в 1945 году, и Закарпатье вошло в состав УССР. В 1954 году в память о 300-летии присоединения Украины к Московскому царству, УССР получила Крым.

В 1991 году в результате распада Советского Союза Украина стала независимым государством.

УКРАИНСКИЙ КАЗАК. СТРУКТУРА УКРАИНСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА. РЕГАЛИИ. СТАРШИНА


Храбростью своею имели удовольствие прославлять себя...

Из летописей

Версий происхождения слова «казак» существует несколько — слишком большую память они оставили в истории. Казачество впервые появилось в степях юга будущей Российской империи — на Днепре и на Дону.

Николай Сементовский писал в своем исследовании «Старина малороссийская, запорожская и донская», вышедшем в 1846 году в Санкт-Петербурге:

«В безграничных степях между Черным, Аральским и Каспийским морями от неизвестных времен появляется народ, носящий имя «казаки». О происхождении и начальной судьбе этого народа нет правдивого сказания ни в летописях, ни в истории. Истинно только то, что казаки в X веке существовали уже в землях Русских — Малороссии и далее по Днепру, Дону и Бугу.

Подобно началу истории всех политических обществ и история казаков начинается появлением витязей, дела которых переживают многие столетия, записываются в летописи и служат потом первыми страницами в истории народов».

Петр Симоновский писал в работе «Краткое описание о казацком малороссийском народе и военных его делах, собранное из разных историй иностранных, немецкой — Бишенга, латинской — Безольди, французской — Шевалье и рукописей русских 1765 года», вышедшей в типографии Московского университета в 1847 году:

«Довольно, что имя оное казак, есть древнее и всем вестимое. Сие слово, казак, есть сложено из двух наречий — Каспиум, то есть Каспийское море, и Саки, то есть скифский народ, ибо саками именовали их, по автору Плинию.

Малороссийские казаки, без сомнения, суть древнейшие от Донских, яко сии в 1579 году, в государствование царя Ивана Васильевича, стали быть известны, а оные начали быть еще в 1340 году, когда Польша Чермную Русь себе покорила».

Когда знаменитый князь литовский Гедимин, в 1320 году, татарскому владению над Киевом конец учинил, взял без малейшего сопротивления град Киев и учредил в нем воевод своих, что обывателей земли той привело в страх и многие из них принуждены были оставить дома свои и искать поселения себе внизу по Днепру, где как скоро поселились, то поляки, литва, татары, будучи теперь их соседями, беспрестанно делали на малороссиян нападения и обиды, от чего они, защищая себя, приобрели от мала до велика привычку к воинскому искусству.

Обыкновенно украинские казаки назывались тогда запорожцами, потому что по той стороне днепровских порогов все жили.

Король польский Сигизмунд I (1507—1548) взял оттуда некоторую часть того военного народа и поселил их в вершине днепровских порогов, для защиты границ от турецких и татарских нападений, когда те казаки размножились так сильно, что в состоянии были, в согласии с братиею своею запорожцами, разбивать на Черном море турок и татар.

Король Стефан Баторий, которому Польша, за многие добрые учреждения, много должна, рассуждая, как нужны и полезны казаки на войне, сделал из них в 1576 году воинский корпус, разделя его на 6 полков, в каждом полку по 1000 человек, а те полки разбил на сотни, с тем чтобы каждый казак, принадлежащий к полку, вписан был в сотню и, когда потребуется, в оной непременно должен быть. Всякой полк и всякая сотня имели себе определенного от короля начальника, который тогда по определению королевскому был без перемены. Над всеми же теми полками король сделал им главней него командира с титулом гетмана, которому для лучшего уважения и почитания, жаловал Королевское знамя, бунчук, булаву и печать с изображением казака, стоящего в поле, которою и ныне Малороссия печатается. Тогда же быть определил и войсковым старшинам — Обозному, Судье, Писарю, Есаулу».

М.А. Караулов 2-й писал в «Очерках казачьей старины» в 1910 году: «Слово «казак», несомненно, не русского происхождения. Слово это давало повод различным ученым и исследователям строить самые разнообразные догадки для выяснения его происхождения и первоначального значения. Некоторые пытались сопоставить его с названием племени касогов, живших в IX—XI веках в предгорьях Северного Кавказа и с Казахией, Закавказьем, пограничной грузинской областью, упоминаемой византийским императором X века Константином VII Багрянородным, и с хазарами, жившими на низовьях Дона и Волги в VIII—X веках. Производили это слово и от туркотатарского слова «коз» — «гусь», и от монгольских слов «ко» — «броня, латы, защита», и «зах» — межа, граница, рубеж, откуда «козах» должно бы означать «защитник границы». Историк Голубовский считает это слово половецким, словом «страж». Однако же, несмотря на все старания ученых, вопрос о происхождении слова «казак» остается все еще спорным и неясным. Не трудно заметить, что в русских исторических памятниках на первых же порах слово «казак» употребляется то в общем смысле «бездоленика», «изгнанника», то в более узком значении «одинокого вольного человека», служащего по доброй охоте государству или отдельным его членам.

Казачество является по духу и целям своим прямым продолжением богатырства святорусского, а потому его нужно считать столь же древним, как и самое русское государство. Можно смело сказать, что казачество — это Русь, но не безвольная холопская Русь, стонущая под иноземным игом и бессильно тонущая в междоусобной борьбе, а Русь свободная, победоносная, широко распространяющая свои орлиные крылья по стенному простору и смело смотрящая в очи соседям — врагам».

Российская энциклопедия конца XIX века писала: «Как один из видов избавления от гнета помещиков развивалось бегство крепостных. Крепостные крестьяне и беднейшее мещанство уходили в восточные, слабо заселенные степные районы, в низовья Днепра, где поступали на службу в пограничные замки, а также занимались охотой, рыболовством. Такие неоседлые люди стали называться казаками. Они фактически становились свободными людьми. Казаки становились организаторами походов против татар, которые были вызваны их постоянными набегами.

Во второй половине XVI века казачество за Днепровскими порогами создало свой военный центр — Запорожскую Сечь».

Казаки сами себя в документах называли Храбрыми Рыцарями, Христолюбивым войском.

В Гетманщине — Левобережной Украине — казаки имели дворянские права, выбирали гетмана, полковников, сотников, имели свой суд, закон, судей. Казаки владели переходившей по наследству землей, имели право винокурения и продажи вина, меда, право торговли. Суд мог исключить казака из сословия.

Казаки имели — лошадь, копье, ружье, пистоль, саблю. Оружие получали из Швеции, Польши, Турции. Часть казаков входили в реестр — были служащими.

Во время войны казаки получили жалованье, одежду, в дальних походах — продовольствие, фураж. Обязательная служба длилась до 7 лет, и почти всегда продолжалась добровольно. Добровольцы назывались товариществом. Товарищи имели преимущество при голосовании, при выходе из службы их именовали старшинами. В первый период казачества их одежда была простая — рубаха, шаровары, юфтовые сапоги, пояс, кафтан, свита ( верхняя одежда), шапка из овечьего меха с суконным верхом.

Запорожцы были все неженатыми, православными. С времен короля Стефана Батория права их также были такими же, как у польской шляхты — дворянства.

Запорожцы избирали кошевого атамана, куренных, войскового судью. Собственности не имели. Одежда запорожцев состояла из козьей куртки, черкески с разрезанными рукавами — вылетами, суконных шаровар, шелкового пояса, очень широкого, сафьяновых сапог, шапки-кабардинки с галуном. Имели копье, саблю, четыре пистоля, перевязь с патронами, ружье. Были и пушки. Украинские казаки подбривали волосы на голове чуть выше ушей, подстригая их в кружок, носили длинные усы. Запорожцы всю головы брили, оставляя на макушке чуб — оселедец, по-русски хохол. Иногда чуб заплетали как косу и завертывали за левое ухо. Усы запорожцев, огромные, служили знаком казачества. Нереестровых казаков называли и охочекомонными, гайдамаками. Они собирались в большие отряды и под началом атамана делали набеги на Турцию, Крым. Питались пшенной кашей с толчеными сухарями. Турки, татары и поляки боялись казачьих набегов, ибо их невозможно было предупредить — по степи «казак шел в траве с травою ровен». Реки переплывали на скопах из тростника, держась за коня. При преследовании позади себя рассыпали «чеснок» — металлические шарики с четырьмя шипами, которые калечили лошадей врага. Если пеших становилось много, казаки возвращались и рубили противника. Все казаки любили свободу и рабству предпочитали смерть — поэтому их так боялись. «Сегодня пан, а завтра пропал», — говорили запорожцы.

Много украинских казаков жило по жилищам в селениях, по околицам, по хатам, называемым также и куренями. Селение казацкое состояло из шляхты куренной и околичной. Курень управлялась куренными атаманами. Несколько куреней составляли сотню, несколько сотен — повет. Были сотенные и поветовые атаманы. В сотнях и поветах знамена и войсковые значки хранили хорунжие, наблюдавшие и за военной службой. Они при необходимости собирали казаков в сборное место — в Батурин, Черкассы, Чигирин, Переяславль, Конотоп, Нежин, Чернигов. На общем сборе войска выбирали полковых старшин — походных.

2 '(шюрожская сечь 33

Запорожье имело около сорока куреней, в каждом из которых могло жить более полутора тысяч казаков. Главное место сбора запорожцев называлось Кошем — в Сечи, укрепленном городе, окруженном валом и палисадом с пушками.

На Левобережье, у Днепра, были построены караульные стоянки, вокруг которых на высоких местах располагались т.н. фигуры — по двадцать просмоленных бочек одна на другой — при приближении татар они поджигались, и население, оповещенное о враге, уходило в укрепленные места, которые охраняли казаки, сражавшиеся с татарами. Казаки хорошо знали военное дело, иначе не было бы их славных побед.

Если встречались большие группы войск, то казаки вместо каре строились треугольником в три шеренги, имея по углам пушки, в средине находились знамена и старшина.

В походе казаки шли колонной по трое в ряду, впереди знамя — хоругвь. Лагерь-табор был окружен возами, между которыми помещались пушки. Шатры стояли на пиках.

В начале XVI века Евстафий Рожинский, казачий гетман, разделил куренных и окольничих казаков на полки, каждому полку дал в резиденцию город, назвав по его имени и полк — около 2000 воинов. Двадцать полков были поделены на сотни; полковники и сотники избирались пожизненно. Баторий сократил количество полков вдвое.

Полковой город был укреплен валом, рвом, палисадом, внутри — укрепленный «замок» с частоколом, валом с пушками. Всегда в городе существовал подземный ход — выход к воде. Такая организация оставалась /ці правления Екатерины II. Богдан Хмельницкий провел і ногобразную перепись населению— нобилизацию,— Ні г побилированные (претендовавшие на казацкое дос-и инк то) и произведенные в казаки были вписаны в ре-I II* 1ры и приведены к присяге.

11 ри гетмане Скоропадском было десять полковых городов Киев, Полтава, Нежин, Чернигов, Переяславль, Миргород, Гадяч, Лубны, Прилуки, Стародуб.

И период Руины, в середине XVI века, много казаков переселилось на Слободскую Украину, где были построены Харьков, Сумы, Ахтырка и получили наименование нилмжых городов. Позже звание полкового получил город И пом.

I г і мам И. Мазепа учредил в Батурине — своей став-|ч і ри к'рдюцких полка, личную гвардию.

111>м К І'а іумот ком нее казаки получили одинаковую *|и 111 м\ "Ці і |\ ін рміин длинный кафтан— жупан, тем-

.....11111111 і кр.п 11 і.і м и щ порогами и обшлагами, белое су-

I інини пмлукафі .ип.с и белые суконные шаровары, красным пот кушак, польскую низкую шапку, разноцветную и каждом полку.

Нее предводители казаков были выборными.

Ясновельможный пан гетман в Гетманщине имел прано правителя страны, несмотря на нахождение Речи По-

■ политой под властью России. Запорожский вождь — ко-нп ной атаман — признавал власть гетмана.

Гетманы пользовались всеми своими правами — вер-хонного судьи, имевшего власть казнить и миловать, санкционирование выборов казацкой старшины, раздача земель и деревень, чеканка монеты, иностранные дела, объявление войны и заключение мира. Отчет гетман никому

не отдавал, но по общему казацкому суду он мог быть смещен, заключен в тюрьму, казнен — до 1654 года.

После смерти Богдана Хмельницкого власть гетмана постоянно ограничивалась Москвой — «чтоб явно было всему свету, что монарх, а не гетман землею владеет». Гетманство было ликвидировано в 1803 году, после смерти последнего гетмана Кирилл Разумовского.

Николай Сементовский писал: «Обряд избрания гетмана малороссийского был таков. Собиралось по повестке куренных атаманов среди обширного майдана рыцарство и соглашалось между собою, кого избрать на Гетманский уряд. Войсковой старшина отбирал голоса по полкам и имена названных произносил во всеуслышание, а тогда казачество, из двух или трех названных после долгих споров, а иногда и драк, избирало одного и выбранного выводили на средину площади, ставили на возвышение, и старшина, взявши со стола булаву и знамя, подавал новоизбранному, который по обычаю отказывался от уряда, говоря, что не достоин такой чести, что не может управлять рыцарством. Старшина и народ просил его принять булаву и в четвертый раз новоизбранный брал булаву и кланялся народу на четыре стороны. В радости казаки кричали, бросали вверх шапки и стреляли из ружей. По окончании выбора старшины вводили новоизбранного в церковь, где служили молебен и по окончании службы Божией гетмана окропляли святой водой и он прикладывался к кресту и иконам. Потом вводили его во дворец, и вслед за этим начиналось пиршество и в домах и на площадях, продолжавшееся несколько дней сряду».

После реформ Стефана Батория выборы гетмана стали намного торжественней. У гетмана появились булава, войсковая печать, -бунчук, хоругвь.

Гетманы владели на Украине ранговыми и поместьями «на булаву».

На войне гетманы пользовались шлемом, панцирем, латами. Вооружение — сабля и два кинжала.

Если гетман шел в военный поход, то оставлял за себя Наказного гетмана и наоборот.

На Запорожье обряд избрания кошевого атамана был таким же, только проще.

Регалии гетманские — клейноды — были такими.

Бунчук — самый важный штандарт казацкого войска — состоял из множества конских хвостов, сплетенных вместе и окрашенных красной, белой, черной краской. Навершием бунчука была искусно сплетенная из тонких волосяных веревок головка, на которую была сверху насажена большая позолоченная маковка. Малый бунчук давался Наказному гетману.

Бунчук означал власть и победы, использовался в торжественных случаях, при выходах гетмана, во время рад, во время походов. Бунчуки хранил Генеральный войсковой бунчужный и его помощники — бунчуковые товарищи, в период военных походов бывшие адъютантами гетмана.

На Запорожье бунчуки хранил хорунжий.

Булава являлась жезлом правления. Булавы были большие, малые, жезлы, шестоперы, перначи.

Гетмановская булава длиной менее полуметра состояла из палки орехового дерева, имела в навершии серебряный шар, и предмет другой формы, но всегда разнообразный. Шар серебряный был покрыт жемчугом, изумрудами, бирюзой, вызолочен. На булаве были и тексты из Священного Писания. Рукоять булавы также окантовывалась в серебряную оправу, а иногда была вся серебряная.

У полководцев были перначи или шестоперы — жупы, носившиеся за поясом.

Знамена — хоругви украинского казачества, делались из ярких шелковых материй, часто красного цвета. С одной стороны хоругви часто писали лик Богородицы, с другой — крест и название полка; изображались и святые, ангелы. Позднее на знаменах появились и орлы, львы, мечи. Сотни имели свои значки. Знамена охранялись хорунжими.

Казацкие печати были известны с XVI века: «На сей печати малороссийской войсковой герб: воин в кошаку перекривленном, на плечах мушкет, а при боку сабля и казацкий рог с порохом и пулями. Дан Войску от Короля Польского и Венгерского Стефана Батория в 1576 году». Потом были печати от московского царя. Войсковая печать находилась в ведении Генерального Войскового Писаря, запорожская печать — у Войскового Судьи. Полковники имели свои печати, которые хранились у есаулов.

В число регалий входили и литавры, трубы, тарелки, барабаны, которыми заведовали есаулы.

Украинское казачество — гетманское, правобережное, запорожское, — управлялось Генеральными старшинами — Вельможными панами, заседавшими и судившими в Генеральной Войсковой канцелярии, находившейся в ведении гетмана. Генеральный обозный был начальником обозов и артиллерии, ему подчинялись полковые обозные. Генеральный Войсковой писарь заведовал всеми войсковыми делами, исполнял повеления гетмана. Генеральный Войсковой есаул управлял полками. Генеральный судья вел гражданские дела, а иногда и военные. Зазе морожскими казаками управляли под началом кошевого атамана Войсковой судья, Войсковой писарь, Войсковой (ч аул.

Полк состоял из области с городами, местечками, сечами, деревнями, хуторами. Практически в руках полковников была вся военная сила, во многом от них зави-( ело избрание казачьей Генеральной старшины. Полком управляли полковые писарь, обозный, есаул.

Казачья сотня представляла большой уезд. Ей управляли есаул, хорунжий, обозный, атаманы сельские. Н. Се-ментовский писал: «На поле брани всякий казак летал на врагов в одном ряду со всеми, на поле битвы он искал как истинный рыцарь славы и только лично мог ее достигнуть. Воинская слава была главная цель, к которой все стремились, все старались заслужить, не щадили своей жизни».

«Украинские казаки, — писал Н. Березин, — представляли не только свободное, но собственным порядком устроенное войско, но войско своевольное. В казаки мог попасть всякий, так что ряды войска, особенно запорожского, пополнялись многими беглыми холопами, и потом их невозможно было оттуда извлечь. Казачество и тесно связанное с ним Запорожье являлось, таким образом, убежищем, укрыться в котором мог рассчитывать исякий. Своеволие казаков проявлялось в том, что они совершенно не считались с верховной властью. Они заключали договоры с московскими царями об охране их границ, гетман их вел переговоры с немецким императором, точно самостоятельный властелин».

УКРАИНСКОЕ КАЗАЧЕСТВО. ГЕТМАНЫ И ВОЙНЫ


Время до Богдана Хмельницкого


' Один за всех, все за одного, а все вместе за Украину и веру христианскую — вот правило, воодушевлявшее наше казачество.

Из украинских летописей

К началу XVI века Киевская Русь — Волынь, Подолия и Поднепровье — входила в состав Великого княжества Литовского и Польши.

Южная окраина княжества терпела постоянные набеги и разорения от орд крымских татар — литовско-польскому государству необходимо было принимать меры по защите границы. Нападение крымцев делалось все грознее и опустошительнее, отряды врагов продвигались все дальше в глубь страны, и Литва с 1506 года начала платить дань крымскому хану. Это, естественно, не помогло, и в 1511 году в городе Пиотрокове был созван большой сейм для обсуждения татарской проблемы.

Воевода Евстафий Дашкович предложил сейму создать передовую охранную линию в низовьях Днепра: «Необходимо для сего учредить деятельную стражу только из

двух тысяч воинов. Они могли бы разъезжать на малых судах и лодках между днепровскими островами и порогами, препятствуя татарской переправе. Для прикрытия сей стражи острова следует укрепить, а для доставления ей жизненных припасов нужно не более 500 всадников».

Сейм одобрил проект Дашковича и постановил организовать в низовьях Днепра четырехтысячное войско, на вооружение и содержание которого собрать особый земельный налог. Войско, охранявшее Подолию, возглавил Евстафий Дашкович, который упорядочил Запорожскую Сечь, ставшую ядром украинского казачества.

Историк М.А. Караулов писал: «Дашкович деятельно принялся за осуществление своего великого, как оказалось, плана. Именно этим-то обстоятельством, что в запорожском внутреннем строе, быту и порядках с первых же шагов бросаются в глаза черты военного устройства как древних государств Спарты и Рима, так и позднейших рыцарских орденов».

Дашкович отобрал 4000 казаков, разделил их на полки и сотни, поставил над ними старшин, полковников, есаулов, сотников и десятников, устроил казацкий суд из старших казаков. Ежегодно он менял две тысячи казаков, содержавшихся в Запорожье, на других, отпуская первых «в поле, в степь». С самого начала украинское казачество делилось на два вида — служащих на границе и живущих дома до того времени, пока их не позовут в военный поход.

Первый поход состоялся в 1516 году — 1200 запорожцев во главе с Дашковичем дошли до Ак-Кермана в турецких владениях, разбив татар, и вернулись, пригоняя в Сечь добычу — 500 лошадей и 3000 голов скота. Казакам Е. Дашковича в походах против татар помогали полки князя Константина Острожского в 1522 и 1523 годах. До этого, в 1515 и 1521 годах, казаки ходили в набег на московские окраины по приказу литовско-польского правительства.

Днепровская стража поначалу все же была малочисленна и не могла бороться с большими войсковыми соединениями врага. Большое казачье войско было поручено сформировать командующему войсками на украинских землях гетману Богдану Рожинскому. Он организовал двадцать местных полков по две тысячи казаков в каждом и разделил их на сотни. Они получали свои названия по городам и селам, где находились — «Киевского полка, Киевская сотня»; возглавлялись полковниками и сотниками. Все 40 ООО украинских казаков были зачислены в реестр — именной список; они и назывались реестровыми. Половина казаков — конная, вооруженная за собственный счет ружьями, пистолями, саблями и копьями — была предназначена для действия «в поле», вторая половина, пехота, вооруженная ружьями, копьями и кинжалами, предназначалась для обороны городов и местечек. Во время военных действий реестровые казаки получали жалованье, иногда одежду. В мирное время занималось ремеслом, хозяйством, торговлей. Они были освобождены от налогов.

Из казаков, не вошедших в реестр, были созданы полки охочекомонных — конных добровольцев. Эти полки назывались по именам назначаемых гетманом полковников. В зависимости от международной обстановки их было от пяти до двадцати.

После смерти Дашковича атаманом запорожцев был избран Дмитрий Вишневецкий, участвовавший в походе против крымских татар вместе с войсками Ивана Гроз-мого. Потом он совершил несколько походов в Крым сам. іачорожцам еще во времена Дашковича передали города Канев и Черкассы, и бои их с татаро-турецкими набегами теперь велись не только на земле — казацкие чайки (лодки) видели и под Стамбулом; денежных средств на их снаряжение хватало.

В 1569 году Великое княжество Литовское и Польша окончательно объединились в одно государство — Речь Посполиту. Казачьи полки поступили под начало особого «казачьего старшого», непосредственно подчиненного коронному гетману. Запорожская Сечь не подчинилась королю Сигизмунду и, несмотря на его письма и универсалы, как всегда, дралась с татарами и турками. В результате недальновидной польской политики в 1574 году состоялось нашествие крымских татар на Речь Посполиту. Татары набрали громадный полон, а что не унесли и не увели — уничтожили и сожгли и вернулись в Крым.

В 1575 году польским королем стал Стефан Баторий. Он попытался упорядочить казачество, которого власть уже страшилась. Баторий уменьшил реестр до 6000 человек, которых разделил на полки со старшиной и судом. Казачьего гетмана выбирали сами казаки, король утверждал — или нет. Кроме Терехтемирова, была построена гетманская столица Батурин. Баторий воевал с Иваном Грозным, и ему было нужно, чтобы казаки не трогали турок и татар, с которыми Речь Посполита подписала мир. Однако эти меры привели не к тем последствиям, которые ожидал Баторий.

Городами реестровых казаков стали Киев, Белая Церковь, Корсунь, Константинов, Бар, Черкассы, Чигирин, Кодак, Ямполь, Брацлав, Винница, Умань, Чернигов, Переяславль, Лубны, Фастов. Они получали постоянное жалованье и одежду.

Однако более 30 ООО бывших реестровых казаков лишились казачьих прав и привилегий и должны были перейти в крестьянское сословие — «поспольство», рискуя стать крепостными польских панов.

Казаки шли в Запорожскую Сечь, которая стала полностью независимой, несмотря на попытки Батория обуздать запорожцев, которые вопреки запретам короля выбирали себе кошевого атамана. Их количество превысило 20 ООО человек.

В 1586 году, после смерти Стефана Батория, Сигиз-мунд III начал притеснять украинских казаков, их земли раздавались польской шляхте. В 1587 году казаки во главе с гетманом Иваном Подковой, ломавшим подкову двумя пальцами, подняли восстание. Поляки объединились с турками и подавили восстание, казнив Подкову во Львове — публично, на рынке.

В 1590 году сейм лишает казаков избирательных прав, что вызывает массовое казацко-крестьянское восстание под руководством польского шляхтича Кшиштофа Ко-синского, подавленное в 1593 году. В 1594—1596 годах на Украине произошло восстание казаков под началом Северина Наливайко. Однако его войско было разбито, сам он казнен поляками — Наливайко живьем сожгли в раскаленном медном быке в Варшаве.

В 1596 году на Брестском соборе была провозглашена уния с римско-католической церковью, объявленная господствующей религией, Православная церковь была объявлена вне закона. Это было начало конца Речи Посполи-той, хотя именно тогда казалось, что польские паны окон-ч.цельно завладели Украиной. Но не Запорожской Сечью, и которую все шли и шли казаки.

Новым украинским гетманом в 1606 году был назначен Петр Сагайдачный. Казаки участвовали в польском походе на Москву во время Смуты, но после заключения її 1616 году Деулинского перемирия казаки уже не были нужны Польше, снова начавшей проводить антиказацкую политику. Петр Сагайдачный отправил посольство в Москву — казаки предлагали себя на службу московскому правительству. Тогда Москва не ответила.

Опираясь на православное духовенство, мещанство и казачество, Сагайдачный вместе с казачьей старшиной, православной шляхтой, Киево-Печерским монастырем, при содействии патриарха Иерусалимского Феофана, остановившегося в Киеве по дороге домой, в 1620 году тайно восстановил православную иерархию во главе с митрополитом Иовом Борецким. Король не признал восстановления и приказал схватить православных епископов, но церковь охраняли казаки, и королевские приказы не выполнялись. В 1621 году благодаря участию украинских казаков Польша разгромила турок под Хотином — наступление турок на Европу было задержано. Тем не менее поляки не возвратили казакам прав и привилегий, которые они имели при Стефане Батории. Но Сагайдачный, имевший под ружьем более 30 ООО воинов уже именовался гетманом обеих сторон Днепра и всего войска Запорожского.

Перед битвой под Цецорой на р. Прут в 1620 году польский гетман Жолковский отказался от участия запорожцев в бою, сказав: «Не хочу воевать с Грицками, пусть пасут свиней». Турки разбили поляков, сам Жолковский был убит, гетман Конецпольский захвачен в плен, убиты

тысячи поляков; погибли и многие реестровые казаки, в том числе отец Богдана Хмельницкого Михаил. Выяснилось, чего стоит польское войско без украинского казачества. Хотин это подтвердил.

В 1622 году Сагайдачный умер от ран, полученных при Хотине. Началось новое польское давление на Украину. В 1625 году после переговоров гетмана Конецполь-ского с казаками была составлена «Ординация» 1625 г. — «Реестровых казаков должно быть 6000 мужей, 1000 из них будет пребывать за порогами, чтобы следить движения врагов. Плата этим казакам должна быть 60 000 польских злотых на один год, получаться она будет в Киеве после праздника святого Ильи. Казакам запрещено выходить в море и начинать войну с турками и татарами, а все их чайки должны быть сожжены. Казаки могут выбирать себе старшего, однако без титула гетманского, и он должен утверждаться польским гетманом».

Не попавшие в реестр назывались «выписчиками» и не считались казаками. Естественно, это соглашение не было выполнено. Польские войска стали гарнизонами в украинских городах. Люди говорили — «они пришли уничтожить веру православную и погубить народ». Крестьян, живших в слободах, стали превращать в крепостных.

В 1628 году запорожцы избрали гетманом-атаманом Тараса Трясило, который в 1630 году под Переяславлем во главе тридцатитысячного войска разгромил армию гетмана Конецпольского, уничтожив цвет польских воинов, захватил пушки поляков и весь их лагерь с оружием и снаряжением. Казачья победа получила название «Тарасовой ночи». На Украине говорили, что убежавший с поля боя Конецпольский в битве потерял больше воинов, чем за иI к) четырехлетнюю войну со шведским королем Густа-иом. Тарас Трясило обманом был захвачен и казнен. Ка-ицким гетманом стал Антон Конашевич-Бут.

В 1632 году польским королем стал Владислав IV. Шла нойна с Московским царством, и казаки опять стали ему нужны. В 1633 году для успокоения украинского народа была, наконец, легализована Православная церковь, но главе которой стал митрополит Петр Могила. Поляки подписали «Грамоту примирения» — «1) чтобы в землях русских были два митрополита, униатский и православный; 2) в Полоцкой епархии должны быть тоже два нладыки; 3) в епархиях Перемышльской и Львовской будут только православные епископы; 4) Луцкую епархию униаты уступают православным; 5) православным должны вернуть некоторые церкви и монастыри; 6) в епархиях униатских свободно православным сноситься к православному епископу, а униатам в епархиях православных к униатским епископам». Несмотря на подпись короля, грамота не исполнялась.

В июле 1635 года в устье Днепра была построена поляками крепость Кодак — чтобы препятствовать бегству украинцев в Запорожскую Сечь. В том же году крепость была взята приступом запорожцами во главе с кошевым Сулимой и разрушена до основания, большой польский гарнизон уничтожен. Гетман Конецпольский догнал запорожцев и захватил Сулиму, который был четвертован в Варшаве.

В 1637 году началось новое казацкое восстание П. Пав-люка и Д. Гуни. Через год польское войско Н. Потоцкого разбило казаков, Павлюк был захвачен в плен и через некоторое время жестоко казнен. Петр Симоновский писал:

«Гетман Потоцкий вблизи Корсуни атаковал казаков, и как не имели они много конницы, то вскоре были ПОбеждены, а остальные принуждены были бежать и спрятаться в Боровичах, где Потоцкий легким способом осадил их, так как то место не было укреплено, и как оттуда спастись было чем не можно, то, по требованию Потоцкого, на пароль выдали они ему своего гетмана, Павлюка, с прочими четырьмя главнейшими старшинами, которым всем во время сейма в Варшаве, несмотря и на пароль, головы отсечены. Но сего не довольно: больше всего последовало несчастье, что казаки, за потерей своих шефов, потеряли и город Терехтемиров, а всего более и привилегии, данные им от короля Стефана Батория, а притом и форму их казацкую».

Часть казаков ушла на правый берег Днепра, где стала громить имения злейшего врага украинцев Иеремии Вишневского. Восстание жестоко подавил польный гетман Н. Потоцкий.

Сейм принял «Ординацию» 1638 г., которая отменила Круковское соглашение, упразднила казацкие выборы, оставив только 6000 реестровых казаков. Н. Потоцкий пошел на Запорожскую Сечь, но неудачно. В том же году началось восстание казаков под руководством С. Остря-ницы и Р. Гуни — в Приднепровье. Восстание было жесточайшим образом подавлено поляками, восстановившими и Кодак.

Украинские историки писали: «По побитых отцах и матерях остались дети, которые держали в душе ненависть к гонителям народа, ненависть, которая заглушала любой страх перед муками и смертью. За десять лет собирается весь народ целой Украины под начальством мстителя Богдана Хмельницкого и начинает новую великую и славную борьбу не на жизнь, а на смерть; вста-

• і ограбленный, оскорбленный во всех чувствах украин-. кий великан лицом к лицу своевольного бессердечного цінителя своего и рассчитывается с ним горьким крова-мым расчетом».

«Этому ужасному восстанию, «Руине», — писал Н. Берс шн,— предшествовал целый ряд мятежей, которые (імли подобны предостерегающим колебаниям земли в окрестности вулкана перед его взрывом и катастрофой и шержения. В каждом восстании или войне главную роль играли казаки, особенно запорожские, к которым, едва они появлялись на Украине, присоединялись тол-ш>1 хлопов. Каждый раз польскому правительству удавалось или подавить восстание победами и следовавшими іа ними жестокими мерами, или заставить казаков подчиниться путем переговоров, причем с каждым успехом поляков казацкие вольности урезывались. И если вначале в своих увещевательных грамотах польские гетманы обращались к казакам «как люди рыцарские к таким же рыцарским людям», то под конец, под влиянием успехов и раздражения, вызываемого повторениями восстаний, поляки стали рассматривать казаков не в качестве рыцарских людей, а считали их просто грубыми хлопами, с которыми нечего церемониться. Так, начиная с конца XVI и все начало XVII века происходили бунты, связанные с именами Косинского, Наливайки, Павлюка, Сулимы, Остряницы. Как ни храбро бились казаки и хлопы с ляхами за землю, за вольности, за веру православную, но справиться с громадным и сильным Польским государством они собственными силами не могли, и в 1638 году сила сопротивления украинского народа, казалось, была сломленной. В казацком звании остались записанными всего 6000 человек, но из старых прав и вольностей у этих 6000 не оставалось почти уже ничего; их преврати-

ли в пограничную стражу против татар и отдали в полное распоряжение польского коронного гетмана, разделив на шесть полков. За казаками признавалась земельная собственность, на «вечном и наследственном», т.е. на шляхетском праве, а вся остальная, не вошедшая в реестры масса теперь уже неминуемо должна была обратиться в «поспольство», в народ, в мещан королевских городов или в панских подданных.

«Плотина перехватила русло старой вольной украинской жизни и остановила ее течение», — пишет об этом историк украинского народа А. Ефименко.

Кое-как начал действовать прилаженный на Украине механизм того государственного и общественного строя, который принесла сюда Польша. Но плотина ли оказалась малоустойчивой, сила ли сдерживаемой стихии слишком великой, только всех приспособлений, со всей затраченной на них Польским государством энергии, хватило лишь на 10 лет.

Все было снесено ужасающей катастрофой 1648 года».

Время Богдана Хмельницкого

Кто за Бога, за того Бог.

Б. Хмельницкий

Начавшаяся в 1648 году Освободительная война украинского народа против польской оккупации объединила всех — казаков, крестьян, мещан, духовенство, большую часть казацкой старшины, шляхту. Во главе освободительной борьбы стал Богдан Хмельницкий. Приближалась развязка, грозная и страшная.

Историк О. Бодянский писал: «Польские летописцы имнодят начало рода Зиновия-Богдана Михайлова сына Хмельницкого из Жмуди, но он произошел в свет (около I '>% года. — Авт.) из малороссийского местечка Лисян-I II. где отец его имел с предков свой дом. Михаил Хмельницкий, находясь при воеводе русском, Иване Данило-ииче, отдал сего сына в услужение и в должность писца, вписывавшего получаемые из Чигиринского староства, пожалованного Даниловичу от короля, подати. После отдан он, Зиновий, продолжать учение иностранных языков

■ начала в Киев, потом в Ярославль к иезуитам; а по со-нершенном окончании наук с отцом своим, бывшим уже гогда в реестровом войске сотником, Богдан служил в иойске и в сражениях против татар, нападавших на Польшу, выказал славные подвиги. В одном из сражений с турками и татарами (в 1620 году под Цецорой. — Авт.) Богдан лишился отца своего, от татар убитого, а сам был изят в плен, а по прошествии двух лет, освободясь от плена, служил по-прежнему в войске.

При строении крепости Кодака гетман Конецпольский, говоря бывшим пред ним казакам, для чего сия крепость строится, спросил: «Угодна ли сия крепость для вас, казаков?» — то Хмельницкий отвечал на латинском языке: «Нет ничего крепкого из тех вещей, что человеческими руками сделано, ибо ими же и в разорение приведено будет».

Гетман Конецпольский, ясно поняв, что значил ответ Хмельницкого, расспросил о нем, кто он такой, и приказал приглядывать за ним. Хмельницкий, бывший со своей стороны предупрежден, всячески старался освободиться от подозрения, и жил в Субботове, местечке, которое дано было во владение от воеводы Даниловича его отцу, а ему, Богдану, по наследству доставшееся, где он и женился».

Богдан Хмельницкий был крупнейшим политическим деятелем своего времени, поставившим перед собой за дачу освобождения украинского народа «из ляшской не воли». Он бы был прирожденным дипломатом, кроме польского свободно владел латынью, турецким и татар ским языком, был выдающимся стратегом, полководцем и организатором, применил новые методы войны против вооруженных сил шляхетской Польши. Хмельниц кий организовал народную армию, которая подчинялась единому военному руководству, была тесно связана с восставшим народом, охранявшим ее тыл и фланги. Из военной школы Хмельницкого вышло много талантливых учеников, среди которых выделяются Максим Кривонос и Иван Богун.

С Освободительной войны украинского народа под руководством Богдана Хмельницкого началась новая эпоха история Украины — эпоха возрождения украинской державности. Этому очень способствовала польская шляхта. Знаменитый французский инженер Г. Бо-план, почти 20 лет строивший замки и города в Речи По-сполитой, писал: «Шляхта живет как в раю, а украинское поспольство как в чистилище, а если селянам случится попасть в неволю лихому пану — их положение хуже, чем у галерного раба».

Достоверных сведений о Богдане Хмельницком до 1648 года очень мало, а вся его жизнь овеяна легендами. Он родился около 1595 года в дворянской — шляхетской — семье, имевшей герб «Абданк». Исследователи говорят о двух возможных вариантах происхождения Хмельницких — Хмельник у Перемышля на Галичине и Переяславщина. Недаром, наверно, там проходила Переяславская Рада 1654 года.

Отец Богдана Михаил Хмельницкий служил у Костного гетмана Жолкевского в Желкве, потом у зятя

1.о/1кевского— Яна Даниловича— на Львовщине. Ко-| м того назначили старостой Корсунским и Чигирин-. мш Михаил Хмельницкий переехал туда с Яном Дани-п «ничем. Он отвечал перед воеводой за Чигирин и Ли-

........ Под Чигирином Михаил Хмельницкий получил

ч V гор Субботов. Он погиб в 1620 году в битве с турками под Цецорой в Молдавии. Богдан там же был взят в и иен и через два года был выкуплен матерью. Хмельницкий служил в Чигиринском полку, очевидно, исполняя функции и обязанности отца, женился на Ганне Собко, жил в Субботове.

Богдан Михайлович завоевал в казачестве большой .ип оритет — в 1637 году он был войсковым писарем, его иодпись стоит на воинских документах. В 1638 году в со-

I гаве делегации он ездил к королю. В том же году поляки значительно сократили реестровое войско, старшинами которого стали, в основном, поляки. Богдан Михайло-нич потерял должность писаря и стал обычным сотником Чигиринского полка. В 1645 году 2000 украинских казаков ноевали во Франции. Посол де Брежи писал кардиналу Мазарини о том, что у казаков есть талантливый полководец Б. Хмельницкий — «человек образованный, умный, хорошо знает латынь, он готов помочь нам». Неизвестно, ходил ли Хмельницкий во французский поход.

В 1646 году польский король Владислав IV захотел воевать с Турцией, но шляхта не поддержала его. Он решил организовать нападение на Стамбул украинских казаков, чтобы спровоцировать турок, и тайно вызвал в Варшаву есаулов Барабаша и Караимовича и сотников Нестеренко и Хмельницкого, Владислав дал им знамя, деньги и грамоту, увеличивавшую количество реестровых казаков до 12 ООО воинов. Короля «сдали» советники, и польский сейм 1646 года отменил королевское решение.

С 1632 года Корсунским и Чигиринским старостой был сын коронного гетмана Конецпольского — Александр. Во время отсутствия Богдана Михайловича он натравил своего служащего Чаплинского на хутор Хмельницкого. Чаплинский разрушил Субботов, забрав все, что имеет ценность, забрал его жену и страшно избил сына. Хмельницкий официально добиться правды у поляков, естественно, не смог — шляхта вообще считала, что украинцы не должны владеть имениями. Некоторые украинские историки говорят о встрече Хмельницкого с королем — «Ты не выиграешь свое дело в суде, и тебе не остается ничего другого, как противопоставить силу против силы. Пора бы вам вспомнить, что вы воины и на боку у вас сабля. Кто вам запрещает постоять за себя?»

Богдан Хмельницкий чудом избежал ареста и ушел в Запорожскую Сечь. Разгром поляков начинался именно оттуда.

Историк М. Караулов, сам казак, писал в начале XX века в «Очерках казачьей старины»: «Вторая половина XVI века и весь XVII век — время наибольшего расцвета и развития казачьих сил. В эти полтораста лет казачество растет, крепнет, вырабатывает свой строй, завоевывает себе положение крупной государственной силы и совершает длинный ряд изумительных подвигов, создавших казачеству ту громкую боевую славу, которой оно пользуется и доныне.

Героическая отвага, бесшабашная удаль, безумная храбрость казачьих набегов XVI—XVII веков превосхо-пн всякое вероятие. На своих челнах, имевших около 7 метров в длину и около 2 в ширину, казаки совершали михие набеги на отдаленные берега Черного и Каспий-

• кого морей. Не страшили казаков ни морские «хурти-ИІ.І», ни многопушечные турецкие корабли. Вооруженные только ружьями и саблями, они смело налетали на турецкие «бусы-галеры» — большие военные корабли, ходившие на веслах*— брали их на абордаж, истребляли нсех сопротивлявшихся, а томившихся на судах пленни-ков-христиан отпускали на свободу. Все чаще и настойчивее слышатся жалобы турок, крымцев, ногайцев на ка-мчьи набеги.

В бою не жалели казаки своих голов, но зато потоками лилась басурманская кровь. И только благодаря невероятной храбрости казаков, их бесшабашной удали создалась та слава казачья, которая заставляла врага дрожать уже при одном только имени казака. Казаки пришли — значит, все погибло, спасайся кто может, а о сопротивлении нечего и думать. Кафа, Козлов, Очаков, Синоп, Трапезунд, даже сам Стамбул вечно трепетали под угрозой казачьих набегов.

Совершали казаки и сухим путем блестящие походы в глубину басурманского края. Особенно успешен был поход гетмана Богдана и есаула Нечая в 1576—1578 годах, когда казачья армия победоносно прошла сухим путем вокруг всего Черного моря. Послав есаула Нечая на лодках с 5000 запорожцев, гетман Богдан с остальным войском двинулся прямо на Крым. Разгоняя встречные передовые татарские отряды, он уже приближался к Перекопу, когда навстречу казакам выступил хан Девлет-Гирей со всеми крымскими силами. Произошло жестокое кровопролитное сражение. Более часа шла орудийная стрельба. Татары пустили в дело свой резерв — панцир ных всадников, но, истощив все усилия, ничего не достигли. Казаки, ободренные неудачей противника, с новой решимостью ударили на врага, потеснили его и обрати ли в бегство. Разгромив крымцев, перебив и перетопив в морском заливе целые тысячи врагов, казаки подступили к стенам Перекопа. Конница обошла Перекопские валы и рвы по воде с фланга, ударила в тыл защитникам. Пере коп был взят: гарнизон упорно сопротивлявшийся, вырезан, укрепления разрушены, а город предан пламени.

От Перекопа гетман поспешил идти против Кафы, которую уже обложил с моря Нечай. Недолго продержалась Кафа — решительным приступом казаки овладели городом, не ожидавшим опасности с суши. Из Кафы казаки пошли на Бахчисарай и Козлов, куда двинулся морем и Нечай. Видя неминуемую гибель, хан попросил мира. Гетман не стал бить лежачих: освободив всех христиан, томившихся в неволе крымской, он с богатой добычей вернулся в Малороссию, чтобы на следующий год с новыми силами нанести удар уже самому оплоту мусульманства — Турции.

Отправив Нечая опять морем с 3000 запорожцев, гетман Богдан с сухопутным конным и пешим войском прошел крымские степи, переправился через Кубань в земли черкесов, признававших над собой главенство Турции, и предал огню и мечу все черноморское побережье. Нечай деятельно содействовал с моря успеху сухопутной армии. Все сокрушая и опустошая на своем пути, казаки прошли Кавказ, разграбили цветущие поселения в окрестности Трапезунда и Синопа и по всему побережью Анатолии до самого Константинополя. Казаки все-таки не решились штурмовать столицу мусульманского мира, ограничившись опустошением ее окрестностей, прошли цалее через европейскую Турцию, радушно встречаемые единоверными и единоплеменными болгарами. Уничтожая на всем пути турок, захватывая их крепости и города, казачье войско со славою и несметной добычей возвратилось к родным очагам.

И такой блестящий поход казаки совершили в то время, когда вся Европа трепетала перед грозой непобедимого турецкого оружия. Уж одного этого подвига было бы достаточно, чтобы обессмертить казачью славу в памяти потомства, даже если бы казаки не совершали остальных своих бесчисленных и беспрерывных набегов.

Ежегодно, не сухим путем, так морем, ходили казаки, то побуждаемые «нуждою великой, голодом и холодом; зипунов добыть, то достать «языка» — «для подлинного ведомства и прямых вестей», а то и просто ратному делу поучиться, «пороху понюхать» — «какой же казак, коль пороху не нюхал». Казачество само заботилось о развитии казачьей удали, силы и храбрости».

В конце декабря 1647 года Б. Хмельницкий в Запорожской Сечи начал создание казацкого войска. Гарнизон реестровых казаков, стоявший в Сечи, перешел на его сторону. В начале 1648 года он заключил союз с крымским ханом, недовольным невыплатой дани Польшей, и получил от него четырехтысячную орду перекопского Мурзы Тугай-бея. Его тыл был обеспечен. Богдан Хмельницкий был избран гетманом, и на Сечь тайными тропами пошли украинцы, чтобы принять участие в восстании.

Исследователи говорят о речи Б. Хмельницкого на гетманских выборах: «Братья! Нет для нас правды в Польше. Переживаем мы тяжкие времена, но будут еще грознее и хуже — сенат польский хочет погубить все казачество до последнего человека. Должны ли мы и дальше терпеть наше рабство, позволять ковать себя в кандалы и цепи; позволим ли мы и дальше погибать всем нашим братьям на Украине?»

Через короткое время на Запорожской Сечи собралось несколько тысяч воинов. Не помогали никакие запреты и наказания с польской стороны, чтобы не допускать народ на Сечь; все строгие меры, принятые против таких беглецов, не только были безуспешны, но еще более раздражали народ и побуждали его переходить на сторону, где могла быть получена свобода.

Казаки организовывались в войско, гетман которого имел все знаки власти — хоругвь с золоченой головкой, позолоченную булаву, украшенную дорогими камнями, серебряную войсковую печать.

Когда известие о деятельности Б. Хмельницкого дошло до коронного гетмана Николая Потоцкого, вельможа заявил: «Позор посылать большое войско против какой-то никчемной шайки хлопов» и выслал против нового украинского гетмана реестровых казаков, которые перешли на сторону своего народа.

Потоцкий собрал войско и двинулся на Б. Хмельницкого, который вышел ему навстречу — весной 1648 года.

Впереди 20-тысячной армии гетманов Н. Потоцкого и М. Калиновского шел авангард сына Н. Потоцкого, Стефана, в котором, по разным оценкам, было от 2000 до 6000 человек. Хмельницкий дал С. Потоцкому углубиться далеко в степь и оторваться от основных сил. Войско Б. Хмельницкого, от 4000 до 8000 человек, ждало поляков у реки Желтые Воды, впадавшей в Ингулец.

5 мая 1648 года началось сражение. На следующий день польский авангард в .урочище Княжий Байрак был полностью уничтожен — войско Хмельницкого ударило в лоб, татары Тугай-бея с тылу.

Сам Стефан Потоцкий был ранен и на следующий день умер. Среди пленных были главный комиссар над казаками Шемберг, Стефан Чернецкий, Ян Сапега, Иван Выговский, впоследствии ставший гетманом — после смерти Б. Хмельницкого.

Украинский историк начала XX века писал: «Хмельницкий дня 5-го мая выехал на коне перед своими запорожцами и обратился к ним громким голосом:

«Рыцари — молодцы, славные запорожцы! Пришел час постоять грудью за православною веру. Бог вам поможет! Стойте смело против гордой польской силы. И чего вам бояться? Отцы наши били их наголову, а вы — сыны тех же могучих предков ваших! Покажите свою удаль, да будьте славы и рыцарства вечного. Кто за Бога, за того Бог!»

После этой жаркой речи Хмельницкого кинулось одушевленное казачество на польский табор с великим криком, ворвалось в самую середины польских войск и начало страшное опустошение. Польское войско в первые минуты стояло оцепенелое, в мертвой тишине, а потом начало в страхе убегать. Но им не повезло. Со всех сторон налетали то казаки, то татары. Видя свое безвыходное положение, поляки стали отчаянно отбиваться. Казаки отобрали у поляков пушки и начали из них пальбу. Целое польское войско превратилось в трупы, только их небольшое число начальников попало в татарскую неволю.

О битве сей и победе — великой и славной под Желтыми Водами — осталась до сей поры память в казацкой песне: «От Желтых Вод до Княжих Байраков зеленое поле зарябилось не весенними цветами, а панскими телами. Высыпался Хмель из мешка, наделал беды панам-ляшенькам, напились они желтой водицы, да видно хме лю было много заправлено, не устояли на ногах. Да будет слава Хмелю-Хмельницкому, что освободил родную мать Украину от тяжкого ярма и неволи ляшской».

Гетман Н. Потоцкий был уже в Чигирине, но, услышав о разгроме авангарда, начал отступать, думая, что их намного меньше, чем казаков. Новая битва произошла под Корсунем 16 марта. За несколько дней до этого умер польский король Владислав.

Украинские и татарские конники обогнали поляков и под Гороховым урочищем между двумя возвышенностями перекопали дорогу, сделали засеки, а по бокам построили шанцы, где и ждали поляков.

Туда Богдан Хмельницкий и загнал поляков, силы которых с казаками были примерно равны. Обоз польского войска завяз в топких местах, лошади не могли передвигаться в глубокой грязи. Поляки спешились, но развернуться в боевой порядок не смогли. Со всех сторон из-за засек их обстреливали. Бой в Крутой балке кончился полным разгромом польского войска.

«Поляки застряли в рвах и болотистых местах, где лежали срубленные деревья и навалены были камни, — писал украинский историк, — тут выскочили укрытые в засаде казаки и ударили просто в лоб испуганным и до крайности растерянным польским солдатам, а в то же время сзади наступал уже на них Хмельницкий с главными своими силами. Так попались Потоцкий и Калиновский в такую ловушку, из которой уже не было способа иыйти им здоровыми. В большом беспорядке кидалось польское войско то в лес, то в болото, а всюду вырастали как из-под земли казаки и рубили поляков как снопы. 11отоцкий, видя, что нет спасения, поддался Хмельницкому в совершенном поражении. Весь польский лагерь с обоими начальниками, вся артиллерия, все военные запасы достались в казацкие руки».

В плен казакам попали оба гетмана, 30 знатных шляхтичей, 130 офицеров, более 8000 солдат, сорок пушек. Знатных поляков отдали татарам, позднее получившим за них громадный выкуп.

Речь Посполита одновременно потеряла короля, командиров и армию.

Казацкий триумф был необыкновенный, а победа — такой еще не было в казацкой истории.

Из Корсуня Хмельницкий выступил и к лету освободил все Правобережье от поляков. Восстало крестьянство в Галичине, Волыни, Беларуси. В июне все Левобе режье было очищено от войск Вишневецкого, правнука одного из основателей Запорожской Сечи и садиста, говорившего о казнимых жесточайше украинцах — «мучьте их, пусть чувствуют, что умирают». 1648 год стал для Польши страшным годом, переполох и тревога между поляками поднялась до высочайшей степени, многие из них убегали целыми семьями за границу.

Русский историк Н. Березин писал: «В течение каких-нибудь 2—3 недель вся Украина поднялась, как один человек, притом в такой момент, когда Польша очутилась без войска и короля. Все, что было на Украине шляхетского — владельцы замков, их клиенты, челядь, сломя голову кинулось спасаться от потопа, красневшего заревом пожаров и ручьями крови, между тем как хлопы или валили толпами в лагерь Хмельницкого, или на свой страх принялись мстить своим притеснителям. Спустя немного недель Украина была очищена от своих врагов. Все, кто не успел бежать, были немилосердно избиты.

Богдан Хмельницкий основал свою квартиру у Белой Церкви и занялся организацией армии. Основу ее составили 16 проверенных в боях казацких полков численностью около 40 ООО человек. Всего в армии гетмана собралось 100 ООО человек. Во главе полков стояли соратники гетмана — Иван Выговский, Семен Морозенко, Иван и Данила Нечай, Михаил Кричевский, Максим Кривонос, Иван Богун, Филон Джеджалий, Максим Нестеренко, Иван Гиря, Мартин Небаба, Василий Золотаренко.

Еще в мае 1648 года Богдан Хмельницкий опубликовал в Белой Церкви универсал, в котором объяснил причины, побудившие его начать освободительную войну, и звал народ восстать объединенными силами против врагов православной веры и свободы. В 1847 году его опубликовал Петр Симоновский.

«Зиновий Богдан Хмельницкий, Гетман славного войска Запорожского и всея по обоих сторон Днепра сущей Украины Малороссийской.

Вам, украинским по обеих сторонах Днепра реки шляхетным и посполитным большего и меньшего и всякого чинам людям, а особенно шляхетно рожденным казакам, братии нашей знаменитой, сим универсалом нашим объявляем, что не без причин серьезных должны мы были начать войну и поднять оружие на поляков, в результате чего, при всесильной помощи Божественной, на Желтой Воде мая 8-го, а потом под Корсунем мая 16-го, с теми поляками произошло, то вам всем уже известно. Те-иерь мы узнали, что поляки этим несчастием разгневаны и разъярены и около Вислы и за Вислой княжата собирают на нас войско, и короля своего на нас натравливают и возбуждают, чтобы со всеми силами своими прийти на Украину и завоевать нас огнем и мечом в прах, жилища паши разорить, в пепел сотворить, нас всех убить, а коих и немилостивую неволю забрать и продать за Вислу. Они хотят славу нашу, известную не только в части света Европейского, но и за морем Черным в странах Азиатских, уничтожить. Решили мы не против Короля, милостивого Пана нашего, но против поляков гордых, вольности и привилегии наши ни за что ставящих, при помощи Бо-жией, встать сердцем и оружием. Для чего ставши лагерем нашим военным тут под Белой Церковью, пишем мы к вам этот Универсал, через который призываем вас всех, украинцев, братию нашу, к нам для компании военной.

Извещаем вас, что они, поляки, по вестям их же хроникеров польских, от нас, савроматов и руссов уродились, и несколько с братиею нашею, савроматами и руссами, бывши, от предков наших древних тех веков отдалились и другое именование — ляхи и поляки — себе учинили и за Вислу ушли, и там, между знаменитыми реками Одером и Вислой поселились и многие окружающие их чужие земли немецкие, западные и южные, и иные державы с людским населением военным и разбойничьим способом завоевали и покорили. Потом встали напрасно и бессовестно, как Каин на Авеля, на савроматов и руссов, с древностью природною братию свою и под предводительством Короля своего Казимира Великого, имени того Третьего, года от рождества Христова 1333 или 1339 года, умалившихся и оскудевших тогда Киевских и Острож-ских и иных русских князей наших завоевали и подчи-

нили истинные с древних земли и провинции наши сав-роматские и земли наши же русские от Подолья и Волох Вислу и аж до самых Вильны и Смоленска; длинные и обширные свои границы имеющие, а именно: Киевскую, Галицкую, Львовскую, Хелмскую, Вельскую, Подольскую, Волынскую, Перемышльскую, Мстиславскую, Витебскую и Полоцкую. И во всех тех поименованных землях и провинциях славное наше имя казацкое упразднили и, что хуже всего, братию, роксоланов, в невольничье ярмо запрягли, от веры отеческой православной душеспасительной отринули и к пагубной Унии и римского заблуждения силой и многими над совестью христианской мучениями и тиранством приневолили. А наши остатние земли от Поля Дикого, Чигирин, Терехтемиров, Переяславль, Полтава и иные многие города и села по обеих сторонах Днепра Украинские, собственность предков наших и Святым и Равноапостольным князем Владимиром Киевским, святым крещением Русь просветившего, с знатнейшими людьми и казаками погубить, а завладевши народом нашим посполитым, не только в ярмо невольничье их запрячь, но по своей безбожной воле, в душевредную, противную Унию вринуть, чего уже все признаки и документы были, когда не только многих казаков и мещан побили и добром их завладели и имением. Да и мне, Хмельницкому, от брехуна Чаплинского пришлось потерпеть. Они и веру нашу православную всегда ругали и бесчестили, священников наших благочестивых бесчестили и ругали где возможно, били, волосы и бороды рвали, резали. Какие вам всем малороссиянам от них, поляков и жидов, их арендаторов и любимых факторов, по сие время были обиды, озлобления и разорения, тут мы их всех не именуем, так как вы все их ведаете и помните. Только папомним, что двум или трем, вместе стоящим, на месте, на улице, в доме своем, нельзя было свободно говорить, то поляки строгими своими указами запретили, особо о политике молчать вам приказали.

Какое несносное время и молчание наше милость Бо-жия помогла нам оружием нашим военным отсекти, победой в двух сражениях над поляками, супостатами нашими, о том хвалим и превозносим имя Божественное, что не презрел бед и притеснений, воздыханий и слез наших, из-за поляков пролитых и проливаемых.

То, что мы войну нынешнюю с поляками начали без ведома и совета нашего всенародного, за то вы нас не ругайте, то так учинили для лучшей пользы вашей и нашей, научившись осторожности и воинскому управлению на примере прежней братии нашей, под Кумейками и на устье реки Старца с поляками в недавнем прошлом войну имевшей, и которые своими универсалами, до вас во всю Украину засланными, уведомили поляков о своем противном намерении, и поляки, предупреждены быв, победили казаков. Теперь же мы вас на военное дело с поляками призываем. Кому мила вера благочестивая, от поляков на унию переделанная, кому из вас нужна целость отчизны нашей, и честь ваіга шляхетская, поляками по-ругаемая, уничтожаемая и попираемая, тот, не как выродок, но отзывчивый и любезный сын отчизны своей, после выслушивания этого универсала, к нам в лагерь под Белую Церковь, на добрых конях исправных, с оружием, не откладывая прибудет, и встанет мужественно и смело, при всемогущей помощи Божьей, против ПОЛЯКОВ, своих грабителей, озлобителей и супостатов.

Если не изволите помочь нам в настоящей военной кампании, то если поляки нас одолеют, знайте, что и вас

3 Запорожская сечь 05 всех без исключения, ради давнего злого намерения своего, огнем и мечом уничтожат, разрушат жилье и веру поругают. Лучше и благополучнее нам за веру святую православную и за отчизну на поле брани полечь от оружия, чем в домах своих, как лежебокам, побитым быть. Если же умрем за благочестивую веру нашу, то не только слава и отвага наша рыцарская во всех Европейских и иных странах и далеких землях славно провозгласится и подвиг наш, если за благочестие умереть, будет бессмертия исполнен и стральческими венцами от Бога венчан.

Не бойтесь вы, братья наши, поляков, даже если их войско будет больше нашего, ибо Бог с нами. Этой благодати Божией уже есть знаки: первое — двукратная победа над поляками; второе — полная помощь всего войска Запорожского нам, при всенадежной помощи Божией; третье — наияснейший хан крымский со всеми ордами помогать нам готов в борьбе с поляками, при котором, для лучшей уверенности, и сына старшего Тимофея оставили, а и теперь С нами добрей военной Орды Крымской четыре тысячи с пашой Тогай-беем, мурзою знатным; четвертое — казаки реестровые, с четыре тысячи с нами, которые Днепром шли с Барабашом против нас; пятое — пред Корсунской битвой 3000 драгун к нам перешли; шестое — зачали мы войну сию с поляками не без ведома и позволения Королевского Величества Владислава IV, который при личной встрече устно сказал: «А если бы паны польские ваши привилегии не слушали и не считались с ними, то у вас есть мушкет и на боку сабля, и ею можете охранять своих и свои вольности от поляков».

Поляки мандатов и приказов королевских не слушали и непрестанные Украине утеснения налагали. А если Король, сам всему войску голова против нас не пойдет, ||| мы панов польских и их много собранного войска, как Г9Ш\ обезглавленного, устрашиться не хотим.

А вам, братии нашей, вообще всем украинцам, предки аем поспешить к нам в лагерь под Белую Церковь и м «мам вам доброго от Господа Бога здоровья и благо-1Н 1/1 учия.

Дан в лагере нашем под Белою Церковью, 1648 года, месяца мая 18-го дня».

Летом поляки сумели по решению сейма собрать вой-

I ко, примерно равное по силам войску казаков. На сейме пыли выбраны три гетмана: Доминик Заславский, Николай Остророг и Александр Конецпольский.

Начались украинско-польские переговоры. Поляки шпули время для подготовки подавления восстания. Они по требовали от Хмельницкого:

1. Казаки должны немедленно освободить всех плен-

II 1.1Х польских дворян.

2. Казаки должны отстать от татар и снова присягнуть Речи Посполитой в верности.

3. Кодаку (который взяли казаки. — Авт.) оставать-

I я в прежнем положении.

4. Виновников бунта немедленно выдать для отсылки в Варшаву.

5. Казаки обязаны выдать письмо Владислава IV.

6. Привилегии и права казацкие должны быть определены особо созданной для этого комиссией.

Естественно, украинское казачество посмеялось над польской наглостью. Переговоры не дали никаких результатов.

«Мирные переговоры с Польшей не привели ни к чему. Гордая шляхта, несмотря на то что находилась в достаточно тяжелом и сомнительном положении, не прозрела, не хотела видеть грозящей опасности, не хотела и

теперь еще отдать Украине справедливости, а поставила такие условия, которые могли Хмельницкого и весь народ только оскорбить. Видно, так в вечной книге пред начертаний было записано, что поляки в этом памятном 1648 году ни прозреть, ни увидеть не могли того, как с этого года началось несчастное распадение их державы. В августе 1648 года поднялся Хмельницкий из-под Белой Церкви и быстро пошел на Волынь к реке Случь. За ним шли отборные казачьи полки, дышащие желанием сражения», — писал украинский историк начала XX века. Предстояла битва двух стотысячных армий.

8 сентября войско Хмельницкого вступило в сражение с поляками под Пилявцами на Волыни, которое закончилось через 5 дней разгромом поляков.

Государственный канцлер Польши Оссолинский назначил князя Владислава Доминика Заславского главнокомандующим, его заместителями — Александра Конец-польского и Николая Остророга. Украинский историк писал: «Эти паны сроду не видели войны: первый из них был совершенно изнеженный в забавах, второй — молодой, еле-еле усы начали пробиваться, а третий — славный только тем, что хорошо знал латынь. Хмельницкий назвал их соответственно их способностям — «перина», «дытына», «латына». Эти три начальника повели собранное войско под Глиняны, где оно встало табором. Привычные считать хлопа за скота, паны говорили и сейчас: «Против такой голытьбы не стоит тратить пуль; мы их нагайками разгоним по полю», или: «Господи Боже! Не помогай ни нам, ни им, а только сверху посмотри, как мы вдребезги разобьем эту хлопскую толпу». Сами же отправлялись как бы не на войну, а похвастаться своими богатствами. У каждого был великолепный конь, себе ртряные или позолоченные седла, сабли с серебряными ж гавками, бархатные одежды, подбитые дорогими мерами, шапки с драгоценными камнями, сапоги с серебримыми и позолоченными шпорами, на шеях их блестели золотые цепи, за поясом торчали богатые кинжалы. Но еще большая роскошь была видна за столами во вре-м>1 их обедов и ужинов. Выставлялись кубки из золота и

* сребра, богатая посуда, каждый пан вез с собой бочки

* нином, медом, съестные припасы, сладости. Везли даже манны для купания и богатую постель».

Силы противников были почти одинаковы — у поляков было около 100 ООО солдат и 100 пушек, у Хмель-

11 и цкого — около 120 000, из которых 40 000 — плохо иооруженные селяне-повстанцы. Обоз поляков превышал 100 000 возов.

Войска сошлись на границе Подолья и Волыни, под 11илявцами. У поляков не было порядка, три гетмана противоречили друг другу, их не уважали свои же подчиненные. Утром 8 сентября Хмельницкий ударил в лоб всеми своими силами, с боков на поляков напали татары. Первыми побежали гетманы, за ними конница и пехота. Ко-нецпольский, потеряв коня, поменялся одеждой с каким-то крестьянином и убежал. В течение 5 дней казаки догоняли поляков, брали их в плен, им досталось 80 пушек, огромное количество оружия. Весь богатейший польский лагерь тоже достался казакам, по данным летописцев — на 10 миллионов злотых различных драгоценностей.

После битвы-разгрома под Пилявцами Б. Хмельницкий пошел не в глубь Польши, а ко Львову, который находился в осаде с 26 сентября по 16 октября. В Галичине и Западной Волыни с приходом казаков начались кресть

янские восстания. Несмотря на то что Львов был мощной крепостью, двойные стены были обведены рвами и валами, Хмельницкий не стал разрушать древнейший и красивейший город, который только что оставил Иеремия Вишневецкий, ограничился получением выкупа и пошел на Варшаву. Он остановился у Замостья и осадил его. Он ждал выборов нового короля, которые проходили в Варшаве, и для этого ожидания у выдающегося политика и дипломата были свои причины.

Выдающийся украинский историк Наталья Полон-ская-Василенко писала: «Не считаясь с разгромом польской армии, Хмельницкий считал, что воюет не с государством, не с королем, а со шляхтою. Он послал в Варшаву послов с требованием выбрать королем брата Владислава — Яна Казимира. Неясно, почему настаивал он на кандидатуре этого ограниченного малоинтеллигентного человека. Новому королю Хмельницкий ставил условия: амнистия для всех, кто участвовал в войне, прямое подчинение гетмана королю, отмена церковной унии, восстановление и обновление казацких прав, увеличение реестра казаков, право выхода в море и, наконец, территориальная автономия Украины.

Ожидая ответа, Хмельницкий остановился у Замостья, где и получил известие об избрании королем Яна Казимира. Причину, остановившую движение Хмельницкого на Польшу, интерпретируют по-разному. Главное — войско было усталым, в нем распространялись болезни, уже стояла поздняя осень и поход среди враждебно настроенного населения был очень опасным. Полковники не советовали Хмельницкому идти дальше. С другой стороны шансы Польши значительно поднялись, так как в октябре 1648 года в Мюнстере был подписан мир, ко-

юрый закончил 30-летнюю войну, и Австрия, союзница 11о/п>ши, могла действовать на ее стороне».

Все это Хмельницкий знал, но была и еще одна проблема— на королевский титул претендовал и Иеремия Иишневецкий, избранный командующим польской арми-■ и, ставший из православного католиком, имевший громадные богатства и земли, уважаемый и ценимый поль-< кой шляхтой, в то же время «ненавистник украинского народа», вызывавший ярость у казаков, боестолкнове-IIия с которыми не приводили к чьей-либо победе — если и ы этот энергичный и могущественный человек стал королем вместо ограниченного Яна-Казимира, то победа Хмельницкого над Польшей безусловно обошлась бы (юлыпой кровью и очевидно отодвинулась по времени.

I ели бы на сейме в Варшаве послы Хмельницкого не предупредили поляков о непримиримой войне до победного конца в случае избрания королем Польши «бешеного Яремы», то он вполне мог победить.

Избранный король Ян Казимир прислал Б. Хмель-иицкому письмо, в котором извещал об избрании, обещал украинскому казачеству и Православной церкви различные льготы, просил прекратить поход в Польшу и ожидать королевских комиссаров для переговоров.

Русский историк Д. Н. Бантыш-Калинский писал: «Сим ознаменован конец казацко-татарского похода против поляков. Все удивлялись великодушию Хмельницкого, могшего рассеять беззащитный сейм и вместо того вступившего в переговоры с королем! Поляки говорили тогда друг другу на ухо, что Бог наказал его слепотой; меж тем как деяния сего великого мужа были основаны на глубокой политике и выгодах отечественных. Он не одним оружием намеревался победить противников, а также благоразумным терпением и осторожностью. Даровав свободу единоземцам, Хмельницкий хотя и опочил на лаврах, но, подобно покоящемуся льву, угрожал своим пробуждением».

По просьбе короля Хмельницкий снял осаду с Замос-тья и пошел на восток. В начале января 1649 года Хмельницкий прибыл в Киев во главе победоносного войска.

Казаков и Богдана Хмельницкого встречали как ге-роев-освободителей Украины от польской оккупации, как «нового Моисея». Иерусалимский патриарх Паисий, бывший тогда в Киеве, называл Хмельницкого князем Руси-Украины и главой независимого украинского государства.

В начале февраля 1649 года в Переяславле начались польско-казацкие переговоры, которые ни к чему не привели. Поляки, готовые дать незначительные уступки казакам, требовали вернуть украинских крестьян под власть польских помещиков. Украинский историк О. Субтель-ный писал: «Из года в год обе стороны воевали между собой, но ни одна сторона не могла нанести другой решительного поражения; все заканчивалось подписанием не устраивавших никого мирных условий, после чего все возвращались домой, чтобы вести военную и дипломатическую подготовку к новой войне».

Казаки выставили условия мира, которые не устраивали поляков — восстановление всех древних казачьих привилегий, изгнание с Украины евреев и иезуитов, увеличение реестрового войска до 40 ООО казаков, выдача Чаплинского, удаление И. Вишневецкого от руководства польской армией. Поляки отказались, было подписано перемирие на три месяца. Один из польских комиссаров-пе-реговорщиков записал речь Богдана Хмельницкого:

«Скажу коротко: с вашей комиссии (посольства.—

\/«///.) ничего не выйдет— теперь война должна быть! И три или четыре недели выверну всех вас ляхов верх ногами и потопчу вас так, что под моими ногами, напоследок вас султану турецкому в неволю отдам! Вы-оі.ю из ляшской неволи весь украинский народ! Сначала я за свою обиду и разорение воевал, теперь буду воевать за нашу православную веру! Поможет мне в этом вся чернь, — на Люблин, на Краков, и я ее не оставлю, так как это правая рука наша, чтобы вы не уничтожили хлопов и на казаков не ударили. Подниму двести, триста тысяч своих, и всю орду! За границу войной не пойду, сабли на турок и татар не подниму! Мне достаточно теперь Украины, Подолья и Волыни, — достаточно достатка и имущества в земле и княжестве моем — по Львов, но Холм и Галич. А встав над Вислой, скажу дальним ляхам: сидите и молчите, ляхи! И вельмож и князей туда заченю, а если будут и за Вислою брыкаться, и там их найду. Не останется у меня и ноги князя или паненки в стране; а если кто захочет к нам и отведать хлеба-соли — пусть.войску запорожскому будет послушный!» Впервые Хмельницкий объявил о стремлении соединить в одно украинское государство все украинские земли, включая и Западную Украину.

Перемирие не соблюдалось ни с одной, ни с другой стороны. Сельские крестьянские отряды без перерыва действовали против своих притеснителей на Волыни и Подолье. Селяне нападали на польские дворы, костелы, даже крепости, разрушали все до основания. Поляки делали то же самое — польское войско собиралось на Волыни; с обеих сторон возрастали ярость и ненависть, лилась кровь с обеих сторон. Новое польское ВОЙСКО ВОЗглавили Фирлей, Вишневецкий, Ланскоронский; король Ян Казимир собирал всеобщее ополчение — «посполитое рушение» — поляки поднимали против казаков всю военную силу своей державы. Украинский народ тоже шел в Чигирин — главный лагерь Хмельницкого; дома оставались старики, дети, женщины и инвалиды.

Польское войско перешло Случ и двинулось по Южной Волыни, уничтожая все на своем пути. Навстречу ему двинулся Хмельницкий.

При выходе казачьих войск навстречу польской армии весной 1649 года шляхтичи перестали рваться в бой. Польский офицер писал об этом: «Паны региментарии, пока с хлопами имели дело, чувствовали себя не плохо; а теперь, как дошло дело до настоящих казаков и татар, совсем растерялись, только один к другому ездили; дошло до того, что ночь — каждый в свою дорогу: одни в Каменец, другие во Владимир; один с другим шептались, и каждый, что имел лучшего в обозе, тянул на коня».

Польская армия отступила к мощному замку — Збаражу. Общее командование было поручено Иеремии Вишневецкому. 13 июня прошел первый штурм Збаража. Казаки целый день атаковали поляков, неся большие потери, но взять замок с ходу не смогли. «Вокруг польского вала велел гетман насыпать вал более высокий и поставил на него свои пушки, палил из них в лагерь неприятеля, тогда, как говорит один польский летописец, «дерлось хлопство на польские окопы как смола, а татарские стрелы, летая кривыми лучами, затмевали солнце». Ночью поляки подняли свои окопы выше, но и Хмельницкий поднял свои выше, так, что не только из пушек, но уже из самопалов можно было бить в польский лагерь. Вал казацкий был так высок, что как только кто и;» польского лагеря выставлял голову, в сей час его уби-мали; кроме того, врывались казаки в окопы и забирали возы со всеми припасами и хватали солдат в неволю. Один из них, бывший тогда под Збаражем, говорит: -15 тот час брат брату не смел подать помощь; ксендзы не могли готовить воинов к смерти. Хуже казацкой пальбы докучала им жара, теснота, гниение трупов и голод. Припасы были все истреблены; ничего не можно было достать за любую цену. Паны отвыкли уже от своих роскошных пиров, а кормились конским мясом, а когда и того не стало, кормились собаками, котами и мышами или грызли сырую землю; вода еще была, но с червями и сукровицей из трупов». Кроме того, дразнились и насмехались над ними хлопы, сидя на валах — когда, панове, будете вы собирать налог с Украины. Уже год, как мы вам ничего не платили, а тут кони ржут, волы топочут, на ярмарку во Вроцлав хотят. Эй, панове, годи вам в ваших норах дольше держаться, только зря кунтуши поваляли, лазячи по валам. Ведь все это наше, да и вы сами попадете в добычу татарам. Это вам посессии, аренды, панщины, издевательства! Хорошая вам была тогда музыка, а теперь вам так славно сыграли в дудки казаки!»

Хмельницкий приказал рыть ночами траншеи к польским ретраншементам и прижал шляхтичей к самым стенам замка. Поляки неоднократно посылали гонцов к королю с просьбой о помощи, но их перехватывали казаки. Наконец шляхтич Скшетуский, переодевшись казаком, со всяческими ухищрениями добрался до короля, собиравшего «посполитое рушение». Ян Казимир «отобрал у Хмельницкого булаву» и выступил с собранными войсками на помощь осажденным и дошел до Зборова. Б. Хмельницкий, забрав часть казаков, вместе с ханом и татарами пошел на короля, оставив Збараж в осаде.

Казаки находились в лесу под самым боком королевского обоза, когда поляки начали переправу через реку Стрыну. Уже переправилась половина войска, когда на короля ударил Хмельницкий. Поляков полегло много, и среди них многие представители знатных родов. Поляки продержались до ночи, но надежд на спасение было мало. Ночью на военном совете было решено подкупить крымского хана: к нему был отправлен пленный татарин с письмом короля. Хан Ислам-Гирей «отступился от Хмельницкого и под угрозой объединения татар с поляками вынудил гетмана заключить с королем Зборовский мир — в августе 1649 года. М. Грушевский писал: «Конечно, при тех условиях, при каких пришлось вести переговоры, нечего и думать было о широких планах освобождения украинского народа, для которого начата была война; приходилось возвращаться к старым вопросам казацкого реестра и прав православной веры. Если рассматривать Зборовский договор с такой более узкой точки зрения, то он был большим шагом вперед. Реестр казацкого войска устанавливался в 40 тысяч, вписанные в него казаки и их семьи могли жить в королевских и помещичьих имениях воеводств Киевского, Черниговского и Брацлавского, не подчиняясь ни правительственной администрации, ни помещикам. В этих краях не могло быть расквартировано польское войско и даже не могло входить туда. Казацкий гетман по/хучал на «булаву» староство Чигиринское. Уния подлежала уничтожению повсеместно.

Это было очень много в сравнении с тем, о чем думал Хмельницкий год тому назад, после первых погромов польского войска. Но это было ничто в сравнении с новыми планами освобождения украинского народа. Хотя вся Восточная Украина должна была перейти, по новому условию, под власть казацкого гетмана и казацкого вой-ка, однако шляхетское право не уничтожалось, громадное большинство населения, не попавшие в состав реестрового казачества, должно было возвратиться в крепостное состояние. Не того ждало украинское крестьянство, поднимаясь на призывы послов Хмельницкого».

Крымский хан, получив ежегодную дань в 90 ООО польских злотых и 100 ООО сразу, погромив украинские земли, ушел домой. Король вернулся в Варшаву, Хмельницкий, сняв осаду со Збаража, отошел ,к Белой Церкви.

Зборовский договор не был выполнен ни поляками, на тайном совете решивших дезавуировать его, ни казаками — не так-то легко было ослепленных гордостью панов польских научить простому человеческому разуму. Новая война между казаками и поляками была неминуема.

Богдан Хмельницкий возвращался домой в славе и чести. Народ встречал его как своего избавителя, с колокольным звоном, с хлебом и солью. Однако радость победы была недолгой. Польская шляхта считала условия Зборовского договора унизительными для своей державы, большим оскорблением. Митрополита Киевского в сейм не допустили, унию не ликвидировали. Хотя по договору была объявлена всеобщая амнистия, шляхта возвратилась в свои имения и начала расправляться с крестьянами. В ответ на репрессии крестьяне вновь восставали. По просьбе шляхты Хмельницкий посылал отряды для подавления крестьянского движения. Украина гневно бурлила.

Н. Березин писал: «Когда владельцы поместий начали возвращаться на пожарища своих владений и стали требовать от хлопов прежних повинностей, на что имели согласно договору право, хлопы и ухом не вели. Им не было дела до условий гетмана с королем, они знали только, что сражались под знаменами гетмана за волю и теперь не имели никакой охоты возвращаться под старое ярмо. Хлопы хотели оставаться хлопами только по имени и не хотели платить никаких податей. Возвратившимся панам хлопы предлагали «плуг валов и четыре меры солоду, будет с него, чтоб не умер с голоду». Понятно, что недоразумения и беспорядки продолжались. Паны требовали содействовать утверждению своих прав от гетмана и казаков, обязанных к тому договором, а гетман и казаки, если бы и хотели, не могли ничего учинить с хлопами. Недоразумения спустя три года кончились полным разрывом, и снова оба врага вышли в поле помериться силами».

Тем не менее, Зборовский мир дал казакам возможность организовать свое государство — запорожское казачье войско получило свою, хоть и ограниченную, территорию, основу для государственного строительства.

«Высшую власть получила казацкая рада, которая выбирала гетмана и определяла направление внешней и внутренней политики — рада общеказацкая и рада старшин, как аппарат управления, во главе с гетманом. Хмельницкий, благодаря своей харизме и славе играл главную роль, без его ведома ничего не происходило, часто он принимал решения единолично. При нем была генеральная старшина — войсковые писарь, обозный, два есаула и два судьи — гетманское министерство управления страной. Главным советником Хмельницкого стал войсковой писарь Иван Выговский, организатор и начальник генеральной канцелярии, в которой сходились все нити внут-|1синих и внешних дел. Войском управляли есаулы; обозный ведал артиллерией и снабжением.

Страну по запорожскому обычаю поделили на пол-| ц и сотни. Полковники имели военную и гражданскую пмасть, как и сотники; на местах власть принадлежала иойтам. Казаки пользовались городским Магдебургским правом и обычаями.

Распределение полков было следующее:

В городе Чигирине полковник Федор Якубовский.

В городе Черкассах полковник Иван Воронченко.

В городе Белой Церкви полковник Семен Паницкий.

В городе Корсуни полковник Лука Мозыра.

В городе Умани полковник Иосиф Глух.

В городе Брацлаве полковник Даниил Нечай.

В городе Слуцке полковник Иван Федоренко.

В городе Киеве полковник Антон Адамович.

В городе Переяславле полковник Федор Лобода.

В местечке Кропивном полковник Филон Джеджелей.

В городе Острее полковник Тимофей Носач.

В городе Миргороде полковник Максим Гладкий.

В городе Полтаве полковник Алексей Ганжа.

В городе Лубнах полковник Мартын Пушкаренко.

В городе Прилуках полковник Дмитрий Чернявский.

В городе Гадиче полковник Иван Черныш.

В городе Нежине полковник Андрей Журавский.

В городе Чернигове полковник Семен Барковский.

В городе Стародубе полковник Максим Гамалея.

В городе Почепе полковник Алексей Рославец».

Народ отказывался работать на панов, организовывал отряды, которые жгли имения и требовали, чтобы поляки вернулись в Польшу. Паны возвращались с нанятыми жолнерами и врывались в бунтовавшие села, где учи няли страшную резню. Хмельницкий, записав в реестр намного больше, чем 40 ООО казаков, понимал, что против всей Польши украинскому казачеству пока не выстоять, и готовился к войне, находя новых союзников. Однако от татарской «помощи» он отказаться не мог, так как татары тут же объединились бы с поляками против гетмана. Массы украинских крестьян уходили на другую сторону Днепра — в Слободскую Украину.

М. Грушевский писал: «Хмельницкий опираясь вначале на крымскую помощь, также вслед за тем вступил в переговоры с московским правительством, просил помогать казакам и взять под свою защиту их и «всю Русь» — всю Украину. Московские политики не понимали этого плана иначе, как только так, что украинская Русь, как давние владения Владимирова рода, должна присоединиться к Московскому царству и признать «царем и самодержцем» московского царя как наследника киевской династии и ее прав. Поэтому Хмельницкий стараясь попасть им в тон, так и ставил вопрос через своих послов. Вообще он, по давнему казацкому обычаю, хитрил и, стараясь собрать как можно больше союзников для своей борьбы против Польши, говорил каждому то, что тому было приятно слышать — лишь бы его склонить к участию в своих предприятиях. Так и московскому царю он заявлял, что хотел бы иметь его царем и самодержцем, соответственно тому, что диктовали ему московские послы — как следует ставить это предложение. И одновременно отдавался под власть султана и был принят им как вассал— имел султанскую грамоту 1650 года, в которой султан извещал Хмельницкого об этом и посылал ему кафтан, знак своего покровительства и верховенства. Сносился Хмельницкий и с трансильванским князем, приглашая стать коро-/11-м Украины, а позже отдался под охрану шведского короля,— и в то же время заключил условия с польским королем, признавая его своим верховным повелителем.

Хмельницкий имел большой политический и госу-ц,<рственный талант, несомненно любил Украину и был предан ее интересам. Но он слишком хитрил и мудрил, <ншыпе заботясь о заграничной помощи, чем о развитии . ил, выдержки, сознательности и энергии в собственном народе. Нелегко было двигать огромными народными массами, оторванными прямо от плуга, или этой изменчивой, бурной казацкой массой, привыкшей менять гетманов на протяжении нескольких месяцев. Решались слишком важные вопросы, чтобы можно было их вверять минутным настроением казачьей рады. Железной рукой Хмельницкий правил казачеством, но, не полагаясь на его выдержку, а еще менее — на народные массы, жадно искал помощи за границей».

Весной 1650 года состоялся поход казаков на Молдавию, князь которой Василий Лупул, богатый и хитрый, помогал Польше в войне с казаками. Войско дошло до Ясс, где был заключен мир с Лупулом, обещавшим, в частности, стать союзником гетмана, а не поляков и выдать за сына Хмельницкого — Тимофея свою дочь Розанду. Этот поход получил одобрение турецкого султана, приказавшего крымскому хану помогать Хмельницкому против Польши. Богдан Михайлович думал, что решил татарскую проблему и что теперь татары не могли предать в бою казаков, не нарушив тем самым волю своего сюзерена — турецкого султана. Крымский хан думал иначе — ему приказывает запорожский гетман, ему, потомку Чингисхана. Да и поляки давали слишком большие деньги за предательство казаков в бою.

В феврале 1651 года поляки во главе с великим гетманом Николаем Потоцким, вернувшимся из крымского плена, стали собираться под Каменец-Подольским. Польный гетман Калиновский напал на селение Красное, около Бара, в котором стоял трехтысячный полк Данилы Нечая, и перебил почти всех казаков, отчаянно отбивавшихся, включая и самого брацлавского полковника. Калиновский пошел по Подолью, но около Винницы нарвался на казаков Ивана Богуна, которых было значительно меньше, чем поляков. Выдающийся казачий стратег разрубил лед на пути польского войска, дал ему вновь немного замерзнуть и посыпал сверху соломой. Польская конница с разгона влетела в эту громадную полынью, в которой утонули многие солдаты. Иван Богун отбросил поляков, которые отошли к Бару в беспорядке. Обоз и артиллерия достались казакам.

Объединенное польское войско двинулось на Волынь. Войско Хмельницкого стояло у Зборова. От Соколя польское войско переправилось через реку Стырь и стало на широком поле у небольшого городка Берестечко. Туда же 17 июня подошел и Хмельницкий, дождавшийся, наконец, Ислам-Гирея с крымскими татарами.

Украинский историк писал: «На другой день, как только начало светать, двинулось польское войско с места, и сам король начал строить его в боевой порядок. То же происходило и в казацком лагере. Вставшее солнце увидело уже оба громадных войска, стоявших друг против друга на широком поле, как два грозных великана, готовых по условному знаку кинуться одно на другое и в жестоком бою разгромить противника или погибнуть. Разделенные ровным полем, стояли ряды противников тихо, неподвижно до самого полудня; ни та, ни другая сторона не хотела начинать первой.

В два часа пополудни двинулась казацкая пехота своим четырехугольником; татары с диким криком помчались ударить на середину польского войска, и в тот же •|,и с польской стороны вырвался Иеремия Вишневецкий » 12 полками регулярного войска и летел с обнаженным мечом на казацкий четырехугольник. От сильного напора і.) колебались ряды казацкие, по четырехугольнику сделался вылом, туда же проскочил Вишневецкий, разорвал середину казацких рядов и остановился на казацких во-1лх. Вслед за Вишневецким выслал король пушки и немецкую пехоту; прилетел туда и Конецпольский, и там іакипел ужасный бой. В одну минуту загремело множе-ство пушек и тысячи самопалов; в небо поднялась черная г уча, далеко кругом раздавались крики раненых, стоны умирающих, ржание коней, рев скота, а сквозь дым вид-иелись потоки крови, кучи мертвых польских и казацких тел. Неимоверным усилием казаков удалось уже выдавить поляков из четырехугольника, когда хан кинулся в бегство. За ним погнали из поля битвы все татары, оставляя свой лагерь на разграбление».

Битва под Берестечком произошла в конце июня 1651 года. У Хмельницкого было около 100 000 казаков и повстанцев и 50 000 татар, у Яна Казимира — около 150 000 человек. Начало боя принесло казакам победу, при этом полегло несколько тысяч казаков. Но тут Ислам-Гирей отомстил Хмельницкому — ушел из боя, забрал с собою всех татар, и более того, задержал на несколько дней поехавшего за ним Хмельницкого и Выгов-ского, пытавшихся вернуть татар. Командовать стал Иван Богун, который отбил приступ поляков и начал выводить казаков из боя. Тем не менее, известие о захвате Хмель-

ницкого вызвало панику, поляки нажали, и повстанцы кинулись бежать — около 30 ООО человек утонуло и просто погибло при отступлении. Полякам достался весь ка зачий обоз, артиллерия и все добро.

«По заходе солнца пал густой мрак, тучи закрыли солнце и пошел сильный дождь, который прервал горя чую отчаянную борьбу. Поляки вернулись в свой лагерь, казаки же не имели времени отдохнуть, а взялись сейчас же окапываться с трех сторон, с четвертой было болото. За одну ночь появились укрепления, как каменные стены. Десять дней держались казаки за окопами, боролись мужественно и выдерживали страшный огонь поляков. Хлопы, не привыкшие к такой долгой, правильной войне, начали негодовать; они сходились толпами и толковали между собой так: «Что делать? Король хочет взять старшин в плен, они же не хотят этого и не заключают мира; тем временем татары разрушают нашу страну, уводят наших жен и детей. Лучше выдадим наших старшин полякам, а сами спасемся». Услышав об этом, мудрый Богун предложил план, чтобы выйти из этого безнадежного положения в лагере. Он велел делать переправу через болото. Ночью велел Богун хлопам начать битву с поляками, а казаки между тем свозили на болото возы, шатры, кожухи, седла, кунтуши, одежду, мешки, а когда переправа была готова, казаки начали переправляться отрядами через болото. На другой день утром сели хлопы завтракать, и только тогда увидели, что половины войска и всей конницы в лагере не было. Раздались крики: «Братья! Все полковники убежали!» Хлопы подняли ужасный крик, началось замешательство. Все бросились к переправе, которая не выдержала, и люди стали тонуть в болоте. Напрасно подъехал к переправе с другой стороны Иван Богун >| кричал, чтобы не толпились и шли спокойно, в порядке — ничего не помогло: хлопы стремглав кидались в разные стороны, толкали друг друга и кидались в воду.

Поляки долго не догадывались, в чем дело. Только по прошествии некоторого времени они со всех сторон кинулись на казацкий лагерь, гнались за хлопами и убивали пі ох без разбора, без помилования. Как ни кричали хло-пы: «Помилуйте, панове ляхи! Мы будем верны, мы не казаки, а мужики», — все было напрасно. Поляки руби-/I и, резали, топили, пока, наконец, последние не положили головы. Тогда взялись поляки грабить лагерь: забрани множество овец, быков и коней, 28 пушек и пороху на целое войско; разнесли шатер Хмельницкого и взяли его шкатулку с письмами».

Через месяц Литовский гетман Радзивилл взял Чернигов и Киев. Хмельницкий после освобождения от крым-цев центром обороны выбрал Белую Церковь, построил мощные фортификационные сооружения и собрал с ильное войско. Польские войска вступили на Украину и вместо ожидаемого разлада встретили отчаянный отпор — народ не хотел снова идти в панскую неволю; люди уничтожали продовольствие, сжигали собственные дома, ломали мосты, портили дороги, вели партизанскую войну. В этот момент смерть настигла польского военачальника Иеремию Вишневецкого. Крестьяне селами уходили в пределы Московского царства, на Слободскую Украину, пробиваясь с оружием в руках сквозь польские войска — появились новые города со слободскими полками, сотнями — Харьков, Сумы, Ахтырка, Лебедин, Белополье. Оставшиеся уходили в леса, к Хмельницкому. Подойдя к Белой Церкви, польская армия увидела перед собой хорошо организованное войско. Ни та, ни другая сторона не могла победить. Начались переговоры о мире.

Белоцерковский мирный договор, подписанный 28 сен тября, оставил казакам реестр в 20 ООО человек, для жи тельства казаков было отведено Киевское воеводство. Хмельницкого подчиняли коронному гетману, запрети ли дипломатические переговоры с другими государствами, союз с Крымом подлежал ликвидации; польская шляхта получала право вернуться в свои имения. Очевидно, Хмельницкий не придавал этим условиям никакого значения и принял их только для того, чтобы прервать военные действия на некоторое время. Польский сейм также не ратифицировал договор.

Н. Березин писал: «По новому Белоцерковскому договору Украина потеряла едва ли не все, что приобрела страшным конвульсивным усилием всего народа. Почти на всем пространстве ее водворялись старые ненавистные порядки. Но примириться с этим украинский народ не мог, и вот в несчастной стране в течение долгого времени не стихает ужасная борьба и страшное опустошение. То польское войско проходит по ней под предводительством жестокого Чарнецкого, предавая все огню и мечу, то идет Хмельницкий с татарами. Здесь польские помещики, пользуясь моментом, укрощают хлопов, а там хлопы, собравшись силами, жгут замки, костелы и избивают ненавистных врагов. Положение это не могло длиться долго. Страна, истекая кровью, теряла силы, и не было надежды добиться своего. Но кто мог помочь Украине! Крымский хан был вероломен, султан турецкий силещ но далеко, единоверная же Москва с политической изворотливостью вела переговоры о присоединении, и за посулами ее чувствовалась та же неволя, какую Украина переживала под властью Польши».

Белоцерковский украинско-польский договор выжал неприятие украинского народа. Усилились переселения в пределах Русского государства на территории, иолучившие название Слободской Украины (в основном нынешние Сумская и Харьковская области Украины). Возобновились восстания казаков, крестьян и мещан против польского господства. Вместе с тем происходили и выступления против Хмельницкого. Несмотря на общие настроения, Хмельницкий, прекрасно понимая правильность своих действий по освобождению Украины от польской оккупации, был вынужден раздавать земли монастырей своей старшине и требовать, чтобы крестьяне «послушество звыклое отдавали». Гетман поддерживал оживленное отношение с православной Москвой. В январе 1652 года Б. Хмельницкий просил царя о принятии всей Украины под его власть в случае неудачи войны с Польшей. Тогда же он заключил новый союз с Крымским ханством.

О. Субтельный в «Истории Украины» писал: «Возникает вопрос, почему Хмельницкий не провозгласил Украину независимой. Во время восстания и правда пошли разговоры, что он хочет восстановить «старое русское княжество». Возможно, эта проблема обсуждалась, но осуществить ее в тех обстоятельствах было бы невозможно. Как показали непрерывные войны, казаки хотя и нанесли полякам несколько тяжелых поражений, однако не могли постоянно противостоять неоднократным попыткам шляхты отвоевать Украину. Для обеспечения победы над поляками Хмельницкий потребовал надежной поддержки великой иностранной державы. Обычной платой за такую помощь было согласие на то, чтобы признать верховенство правителя, который ее давал.

Главной причиной восстания было стремление народных масс избавиться от социально-экономического давления, и для многих украинцев то, как решить эту проблему -при своей власти или чужой, — было второстепенным де лом. Тем более что в Восточной Европе суверенитет ТО' гда отождествлялся не с народом, а с личностью закон ного, общепризнанного монарха. С оглядкой на то, что со всей своей популярностью и властью Хмельницкий тако го признания не имел, он вынужден был найти для Украины правителя, который его имел».

Польный гетман Н. Калиновский собрал войско на Брацлавщине. Молдавский -правитель В. Лупул отказался выдать дочку за Тимоша Хмельницкого и попросил поляков помочь ему. М. Калиновский стал на границе Молдавии над Бугом у горы Батог и не пропускал казаков в Молдавию. 22 апреля 1652 года состоялась битва под Батогом. В бой пошла казацкая конница, пехота весь день обстреливала польские войска, расположенные очень неудобно, их фронт достигал одного километра. Казаки прорвали его и ворвались в польский лагерь. Среди королевского войска началась паника, некоторые полки отказывались выполнять приказы. М. Калиновский спрятался во внутреннем укреплении, но и оттуда его достали казаки и зарубили. 20-тысячная польская армия перестала существовать. Казаки пленных не брали.

«Татары появились перед поляками, двигаясь совсем медленно. Тогда Калиновский пустил на них всю свою конницу. Татары, вроде бы растерянные, начали отступать, и в этот момент вспыхнул в средине польского войска пожар; русские хлопы, которых использовали в польском лагере, умышленно зажгли там сено. Увидев пожар, поляки закричали: «Стойте, возвращайтесь,— казаки нападают с тыла на обоз!» На этот крик кинулась польская конница назад, а татары, вернувшись за ними, начали их поражать стрелами и пулями. Одновременно выступили из-за горы Батог казацкие полки и, увидев в польском лагере пожар и замешательство, не поверили своим глазам, и как только поняли в чем дело, кинулись стрелой на поляков. Началась резня, какой давно не видели. Казаки и татары зажали поляков с двух сторон и совершенно разгромили их. Недобитые поляки разбегались во все стороны, но повсюду догоняли их хлопы и казаки, и, не слушая их просьб, рубили без милосердия, приговаривая: «Это вам за унию! За Берестечко! Это вам наши налоги!»

Тимош Хмельницкий женился на Розанде. Гетман писал королю Яну Казимиру: «Я предупредил пана Калиновского, чтобы он уступил дорогу моему сыну, но он не послушал. Мои казаки, естественно, как горячие люди, обошлись с паном Калиновским не очень вежливо». Это письмо восприняли как насмешку и начали собирать новое войско. Моровая язва, от которой, в частности, умер коронный гетман Н. Потоцкий, гуляла по Польше, во многих польских городах прошли пожары, наводнения заливали поля, начался голод. Летописцы записывали: «На одном стоге сена, плывущем по Висле, сидели волк и коза совершенно дружелюбно, так взаимная нужда их помирила».

Весной 1653 года на Украину вошло пятнадцатитысячное польское войско С. Чарнецкого, начавшее погромы городов и уничтожение украинского населения. Под Монастырщиной его встретили казаки Ивана Богуна, разгромили поляков, а сам тяжелораненый Чарнецкий еле ушел в Польшу. Лирники пели песни: «Налетел Чар нецкий на Украину словно хищный черный ворон, но как стоячий оказался перед Богуном-орлом и упорхнул словно ощипанный воробей».

В Молдавии при осаде Сучавы в начале 1653 года погиб любимый сын Хмельницкого Тимош, развеялись ди-

*

настические и политические планы Хмельницкого, касающиеся взаимоотношений с Турцией.

В сентябре 1653 года Ян Казимир собрал войско под Каменец-Подольском. В ноябре польское войско встретилось с Хмельницким и крымскими татарами под Жван-цем. Хан Ислам-Гирей снова предал Хмельницкого и опять принудил его заключить перемирие с поляками.

М. Грушевский отметил: «На этот раз Хмельницкий уже не захотел вступать в переговоры с поляками; он не заботился более о хане, так как имел известия, что в его борьбу с Польшей входит новый союзник, московский царь. После долгих колебаний московское правительство решило принять Украину под царскую руку и начать войну с Польшей».

В январе 1653 года в Чигирине прошла Рада старшин украинского казачества — было решено просить царя о присоединении Украины к России. О. Субтельный писал: «Популярнейшим кандидатом на роль покровителя Украины был православный московский царь. С начала восстания Хмельницкий предлагал и просил царя во имя общей для них православной веры прийти на помощь. Но Москва реагировала чрезвычайно осторожно. Понеся тяжелые потери в недавней войне с Польшей, московиты хотели подождать, пока казаки и поляки ослабят друг друга, и уже тогда начать действовать. Однако в 1653 году, когда украинцы стали угрожать тем, что отдадут предпочтение оттоманскому варианту, московиты не могли больше тянуть с решением. Царь Алексей Михайлович собрал Земский собор, который решил, что «ради православной веры и святой церкви Божьей, государь, следует принять их под свою высокую руку». Принимая это решение, московиты также надеялись отобрать некоторые захваченные Польшей земли, использовать Украину как буфер против Оттоманской империи и вообще увеличить свое влияние».

Москвичи пришли к убеждению, что союз с Украиной даст им дорогу на Балканы, на Черное море, на запад, а главное — в случае разгрома Хмельницкого начались бы опять постоянные набеги татар и нападения поляков на Московскую землю. К тому времени Украина имела десятки тысяч опытных, лучших на востоке Европы воинов. .Москва всегда платила военные долги, а долг Польши за вмешательство в Смуту начала XVII века был огромным. Пришло время возвратить его полякам.

Вопрос о принятии Украины в состав Московского царства был решен положительно на заседании Боярской думы. Было принято решение о созыве Земского собора. В послании к польскому королю и сейму Москва потребовала вернуть украинским казакам права, полученные ими по Зборовскому миру. Поляки отказались, и 1 октября 1653 года Земский собор вынес решение о присоединении Украины к Русскому государству.

«На знак царя думный дьяк стал читать царское письмо, в котором было сказано, что поляки не соблюдают условий мира, заключенного перед этим с Великой

Русью, оскорбляют царский титул, что гетман Хмельниц кий уже несколько раз доносил государю об утеснениях, которые терпит русский народ и Православная церковь от поляков, и он же просил, чтобы царь принял все казачество под свою руку. Дальше было заявлено, что послы царя заступались у польского короля за украинцев и православную веру, но безуспешно; что султан турецкий призывает Украину в свое подданство, а Хмельницкий и народ его желают присоединиться только к Великой Руси и «пусть Земский собор рассудит, как тут поступить?».

После долгого совета началось голосование, и Земская дума решила единогласно: принять гетмана Хмельницкого со всем войском запорожским, со всеми их городами и землями под царскую руку, а Польше объявить войну за «оскорбление царской чести и православной веры».

Войны казацкие, а вслед за ними отделение Украины были смертельным ударом для Польши, которая все больше подвергалась все худшим неурядицам и неустройст-вам и приближалась к своему падению».

Через месяц московские послы были уже на границе Украины. Эта торопливость, несвойственная царской дипломатии, говорит о заинтересованности Москвы в украинских делах. Посольство возглавляли боярин Василий Бутурлин, окольничий Иван Олферьев, дьяк Ларион Лопухин. Послы и Хмельницкий со старшиной встретились в Переяславле 6 января 1654 года.

8 января 1654 года в Переяславле была созвана Рада, которая и вынесла решение о присоединении Украины к России. На Раде был гетман Б. Хмельницкий со всей старшиной, почти все полковники, около 100 сотников, казаки.

М. Грушевский писал: «К сожалению, об этой раде и сопровождавших ее переговорах мы не имеем никаких более точных известий, кроме реляции, предложенной московскому правительству своим послом боярином Бутурлиным. Он рассказывает, что войско на вопрос Хмельницкого заявило свою волю отдаться под власть царя. Затем прочитана была царская грамота, где царь обещал украинцам быть к ним милостивым и защищать от врагов. После этого послы предложили собравшимся идти в церковь, чтобы принести присягу на верность царю. Но здесь вышло недоразумение. Хмельницкий потребовал, чтобы сперва от царского имени присягнули послы в том, что царь не выдаст Украину Польше, будет защищать ее от врагов и права и вольности украинские будет соблюдать — подобно тому как польские короли присягали при избрании на pacta conventa. Но бояре заявили, что присягнуть не могут, так как царь московский самодержец, правит по своей воле и не присягает своим подданным. Это очень озадачило старшин, они долго настаивали на своем и, только чтобы не дать повода к разрыву, в конце концов присягнули. После этого московские послы разослали по городам и местечкам своих людей приводить к присяге Украину, бывшую во власти казацкой».

В марте посольство от Хмельницкого, в составе П. Тетери и С. Зарудного, договорилось об условиях, которые определяли внутренний строй Украины и ее отношения к московскому царю — «мартовские Статьи Хмельницкого устанавливали автономию Украины в следующих делах: право избрания гетмана; реестр казаков был установлен в 60 тысяч; гетман сохранял право дипломатических отношений со всеми государствами, кроме Турции и Польши, но с обязательством уведомлять царя, если послы от других правительств придут с «противным делом». Подтверждались права митрополита и духовенства. Особыми грамотами подтверждались сословные привилегии шляхты и права отдельных городов.

О. Субтельный писал: «Несмотря на сии разногласия, подписание Переяславского договора стало поворотным пунктом в истории Украины, России и всей Восточной Европы. Изолированная и отсталая Московия сделала гигантский шаг вперед на пути превращения в великую державу. А судьба Украины стала во всем — добром и плохом — неразрывно связана с судьбой России.

В связи с конфликтами, которые позднее возникали между россиянами и украинцами, оценка соглашения, которое объединило их страны, была предметом частых споров ученых. Дело усложнялось тем, что оригинальные документы были утрачены, сохранились лишь неточные копии и пересказы. Российский археограф Петр Шафранов говорил, что даже эти копии сфальсифицированы или сфабрикованы царскими переписчиками».

Выдающиеся историки присоединение Украины к России называют по-разному — унией, союзом, конфедерацией, автономией, вассальными отношениями, протекторатом. Украина все же осталась отдельным государством под верховным протекторатом царя. Но Москва старалась расширить свою власть на Украине.

Украинский народ был связан с русским народом единством религии. С 1654 года прекратились религиозные гонения, а вместе с тем и покушения на полное подавление национальной самобытности украинского народа, который предохранил себя от политической и национальной гибели. Недаром, спасаясь от польской оккупации, украинцы шли в пределы Московского царства, и Богдан Хмельницкий пошел за народом, который в итоге понял и принял этот политический акт гетмана. В тех исторических условиях присоединение Украины к России было для Украины «наименьшим злом». Господство султанской Турции или шляхетской Польши над Украиной стало бы гибелью для украинского народа. Украина получила союзника в борьбе с Польшей. Россия была теперь гарантирована от польско-литовской интервенции образца начала XVII века. Огромное значение имело и сближение двух народов для их культурного развития.

Биограф Богдана Хмельницкого И. Каманин писал в 1888 году: «Присоединение Хмельницкого к Московскому государству изменяет международные отношения на юге Руси. Хан, враждуя из-за этого к запорожцам, соединяется с поляками; зато московские войска выступают на защиту Хмельницкого; теперь собственно начинается борьба московского государя в защиту Малороссии; она ведется на северо- и юго-западе; Хмельницкий необходимо принимает участие в ней; вместе с войсками государя он выдерживает кровопролитный Дрожипольский бой под Ахматовом в 1655 году, совершает поход далее к Ка-менцу-Подольскому, Львову, Замостью и Люблину. Польша была вконец ослаблена этими войнами; на нее поднимаются теперь мелкие соседи, а князь семиградский, король шведский и гетман запорожский ведут переговоры в 1656 году о разделе Польши; последняя ищет защиты в Москве, обещая избрать Алексея Михайловича в короли. Москва останавливает раздел и тем дает другой исход всем сложившимся тогда обстоятельствам, отдалив на столетие окончательно падение Речи Посполитой и создав для себя на все это время непрерывные столкновения с Польшей и дальнейшие смуты на Украине».

В первый период после Переяславской Рады Украина была для Московского царства отдельной державой. Даже в единственном сохранившемся историческом источнике — «Статейном списке» боярина-посла В. Бутурлина говорилось: «Московское государство и Войска Запорожского Украина». Н. Полонская-Василенко писала: «Нужно иметь в виду, что слово «подданный» в XVII веке не означало «подданного» в современном понимании: так называли царей, владетелей государств, которые вступали в договорные отношения с Москвой, ища у нее протектората. Подданные в современном значении слова в XVII веке назывались «холопами» до бояр и князей включительно. С Петра I слово «холоп» заменено словом «раб», и только Екатерина II в 1786 году заменила его термином «верноподданный».

Московское правительство считало, что договор с Украиной действовал только на время жизни Богдана Хмельницкого, и возобновляло его с каждым новым украинским гетманом, каждый раз внося изменения в свою пользу.

Хмельницкому мешало и то, что присягать Москве отказались несколько полковников, во главе с Иваном Богуном. С другой стороны, некоторые полковники, родственники Выговского и Мазепы, просили В. Бутурлина утвердить их на своих должностях, минуя гетмана. Бутурлин отказался это делать, но донесение послал. Потом все это активно было использовано московским правительством для достижения своих целей на Украине.

Весной 1654 года польские войска вошли на Подолье, устроив на украинских землях страшную резню. Пришедшие казацкие полки отбросили поляков. Объединенное русско-украинское войско успешно воевало в белорусских землях — у поляков отбили Смоленск, Оршу, Минск, Могилев, жители которых сами открывали ворота освободителям. В это время польское войско вновь напало на Подолье — у Умани их опять остановили казаки Ивана Богуна, на помощь которому вышли войска гетмана и царское войско В. Бутурлина.

В январе 1655 года недалеко от города Ахматова на Дрожиполье произошло кровопролитнейшее сражение, начавшееся ночью в лютый мороз. Ненависть сражавшихся была так велика, что дрались даже оглоблями и пленных не брали.

Бой начался с нападения поляков Станислава Потоцкого и татар Ислам-Гирея на казаков и стрельцов и сразу превратился в ожесточеннейшую резню. Д. Бантыш-Ка-менский писал: «Целые два дня продолжалась жестокая сеча, прекращаемая только на время ночью. Кровь человеческая текла ручьями. Летописцы украинские повествуют, что убитые с обеих сторон составляли высокий вал около всего казацкого стана». Потери убитыми составили около 15 ООО человек. Сражение окончилось ничем — Хмельницкий отошел к Белой Церкви, а поляки покинули Украину. Их больше не поддерживал Ислам-Гирей, который вернулся в Крым и скоро умер.

15 сентября объединенное русско-украинское войско Хмельницкого, Бутурлина и Ромодановского при Слоне-городке разгромило польскую армию Станислава Поня-товского. Галичина была занята Хмельницким, до Люблина. Львов, два месяца бывший в осаде, откупился — гетман, извещенный о нападении на Приднепровье нового крымского хана Мухаммед-Гирея, вернулся, и близ урочища Озерная Стрелка русские и украинцы остановили татар. Некоторые историки пишут о разговоре крымско-

4 Запорожская сечь 07

го хана и гетмана после боя. Хан угрожал Хмельницкому объединенным татарским нашествием. Богдан Хмельницкий отвечал: «Ужели ты думаешь, хан, устрашить меня подобно малоумному хлопцу. Война подобна обоюдоострому мечу, снисканное Батыем, потеряно Мамаем».

В части белорусских земель было введено гетманское правление, образован Гомельский полк, во главе которого после гибели наказного атамана Ивана Золотаренко встал Иван Нечай. В это время на Польшу напали войска шведского короля Карла-Густава. Этот трагический период истории Польши сами поляки назвали Потопом.

Шведские войска взяли Варшаву и Краков, Ян Казимир убежал в Силезию. Но шведы напали и на Московское царство, что позднее привело к русско-польскому перемирию.

В начале 1656 было подписано в Вильно польско-московское соглашение, без участия Украины. Хмельницкий вел переговоры со Швецией, Бранденбургом, Трансильва-нией, Молдавией, Валахией — о разделе Польши. Однако на Швецию напала Дания, и шведские войска ушли из Варшавы и Кракова. Отряд трансильванского князя Юрия Ракоци, поддерживаемый казаками Ждановича, был разбит и покинул Польшу. Казаки вернулись домой.

Богдан Хмельницкий умер 27 июля 1657 года в Чигирине и был похоронен в Субботове. «То не ветры осенние бушевали в дубраве, то плакали неутешно и рыдали казаки, погребая батька своего старого Хмельницкого». Гетман был женат трижды, после его смерти остались жена Анна, сын Юрий, дочь Елена, замужем за братом войско-мм|о пт арн Данилой Выговским, и дочь Степанида, жена 11*ьим 11ечая.

О Ьогдане Хмельницком много писали историки.

Михаил Грушевский: «Великое народное движение,

...........ос Хмельницким, сообщило новый строй всей Вос-

(очной Украине— Гетманщине. Казацкая военная орга-мп ицпи уже в первых десятилетиях XVII века постепенно о. сдала и прикреплялась к земле, по мере того как все поммпее число осед7юго и хозяйственного крестьянско-||| н мещанского населения отдавалось под казачий при-| уд п записывалось в войско. Разделение казачьего вой-. ка па полки переходило в разделение оказаченной территории на полковые округи.

Восстание Хмельницкого надолго устранило из обширных пространств Восточной Украины всякую иную име ть — остались только выборные городские магистраты, остались монастырские поместья, вне этого было одно только свободное, в значительной степени оказа-ченное население. Те, кто не присоединялся к казака :, записывались в мещане, безразлично, жили они в городах или в селениях, и с них собирались различные дох* ,ы в казачью войсковую казну. Казачье население подач л не платило и только отбывало военную службу

Полковник был начальником своего полкового круга; полковая старшина, постепенно слагавшаяся по с раз-цу генеральной — полковой обозный, судья, есау писарь — составляла совет при полковнике по всем . лам своего полка; сотник управлял своим сотенным окр ом; казачьими общинами заведовали атаманы. Собо шо говоря, с этими военными должностями была се ана власть только над казачьим населением, но в де£ ви-тельности к ним перешла общая власть над всем селением.

Гетман сделался повелителем всей страны, главой украинского правительства, и все, что было на Украине, должно было ему повиноваться. Но гетман был главой военной казацкой организации, значит, и областные ее представители — полковники — должны были получить значение власти всеобщей, всесословной. Военный штаб гетмана занимает место кабинета министров, украинского правительства. Генеральная старшина: обозный, судья, есаул, писарь — становятся советом министров при гетмане и решают все дела общегосударственного характера. «Рада» старшин — Генеральной старшины и полковников и общая «войсковая рада» всего казачества собираются для важнейших дел и вершат судьбу страны.

Не сразу можно было искоренить старые взгляды, созданные всей предыдущей историей казачества, что центр казацкой жизни и строя — это Запорожье, Сечь и что оттуда должны исходить и выбор гетмана, и общее направление всей украинской политики. В новых условиях центром украинской жизни делается гетманская резиденция, где сосредотачивается высшая казачья старшина, где решаются всякого рода дела в войсковом суде и в генеральной войсковой канцелярии.

Казачья старшина, имея в своих руках власть и управление и заняв в этом смысле место шляхты, была расположена идти по следам последней и в общественно-эко-номической сфере: владеть землями, основывать села и заводить подданных».

Орест Субтельный: «Трудно переоценить то влияние, которое оказал на течение украинской истории Богдан Хмельницкий. Украинские, российские и польские историки связывают его достижения с достижениями таких гигантов XVII столетия, как Оливер Кромвель в Англии и Нллеиштайн в Богемии. В исследованиях, посвященных

11 I ману и его эпохе, часто пишут о его умении достигать очень многого, имея так мало.

11езависимо от научных оценок украинский народ т г! да проявлял любовь к «батьке Богдану». У огромно-м1 оолыиинства украинцев, начиная с того периода до сегодняшнего дня, Хмельницкий остается великим освободителем, героем, который силой своей личности и ума поднял их из многовекового паралича бездеятельности и иг (надежности и вывел на дорогу национального и соци-I м.мо-экономического освобождения».

Сохранилось описание гетмана Богдана Хмельниц-м>го, сделанное венецианским послом в Чигирине в 1650 году: «Роста скорее высокого, широкий в кости, величественный. Его правление, показывает зрелый и тонкий ум. Хотя и случается ему погулять, но дела он не бросает. Кажется, что в нем живут две натуры — одна щ-ятельная, твердая, решительная, другая — сонная, утомленная, мечтательная. В поведении ласковый, простой и гем привлекает любовь воинов, которых он держит в пони новении железной дисциплиной».

Гетманство Хмельницкого открыло новую эпоху в истории Украины, одну из важнейших. Однако впереди ныло еще много лет борьбы и войн, прежде чем пришел период относительного покоя, и столетия до образования уверенного государства.

Н. Березин писал: «Хотя войны, последовавшие за вмешательством Москвы в украинские дела, и внутренние смуты в самой Украине не прекращались, как не прекращались нашествия татар и турок и борьба с Польшей, гем не менее, в это время украинский народ, избавившись от тяжкого ига панов, быстро оправился от перенесенного разорения. Вскоре по договорам с Польшей Левобережная Украина, в которую народ не переставал валить на «вольные земли» с правой стороны Днепра, вошла в состав Московского государства, в то время как Правобережная явилась предметом раздора между Польшей, Турцией и собственными гетманами. Эти смуты и явились причиной того, что земля пустела».

Переселение на Левобережье, на будущие Сумщину и Харьковщину, проходило следующим образом.

В период Освободительной войны сотник Иван Фоменко Винницкого полка привел в Сумскую область свою сотню и с разрешения московского правительства поселился на древнем городище, в 50 километрах от нынешних Сум. Местечко назвали Белоиолье — так же, как называлось казацкое селение в Винницкой области. Позже «боярин и воевода князь Григорий Ромодановский в Путивльском уезде на реке Вир построил город Белопо-лье на старом Вирском городище, и в том городе поселились из-за Днепра сотник с черкасами». Казаки на Левобережье жили по своим обычным казачьим законам. Белопольская сотня подчинялась полковнику Сумского казачьего полка.

Белопольская крепость была окружена рвом и земляным валом с деревянным острогом с башнями и с пятью воротами. Высота стен доходила до 10 метров, их длина — более двух километров. В крепости было около десяти пушек. Гарнизон составлял около тысячи казаков. В случае необходимости в Белопольской крепости могли укрыться.жители окружающих сел. В период правления Ивана Выговского и его последователей казаков Ле-побережья призывали к участию в войне против Моск-111.1, по безуспешно.

I I. Березин писал: «На левой стороне население со-« пито сплошь из переселившихся сюда в разное время мачорусов, лично свободных, не делившихся на сословия, 11. евших на вольных землях, управляющихся собственными властями под высшим надзором московского прави-м льства. И тем не менее здесь медленно и постепенно в новом, конечно, виде повторяется то же самое, что народ пережил в предшествовавшие столетия. Понемногу вся масса малорусского народа стала расслаиваться; из сре-|,ы поспольства, т.е. крестьян, занятых обработкой земли, и из среды казаков стали выделяться более богатые землевладельцы, которые разными путями очутились собствен никами крупных имений. Хотя они не пользовались особыми правами и не составляли сословия, но по богатству, по образованию и положению в обществе есте-I твенно выделялись в высший слой, образуя как бы дворянство. Из среды этих влиятельных семей неизбежно пополнялась войсковая старшина, т.е. разные должностные лица гетманского управления. Сплошь и рядом этот верхний, господствующий строй населения соглашался пожертвовать в угоду Москве политическими правами, если это не мешало, а помогало его дальнейшему обогащению. В то же время в этой части украинского народа постепенно исчезал старый казацкий дух. От внешних врагов Левобережная Украина пользовалась защитой могущественной Москвы, народу ее не было более надобности отстаивать свою веру, иноверных и нерусских панов не было в ее среде. Естественно, что казачество, которое питалось духом борьбы за народ против этих враждебных ему сил, становилось ненужным. Оно превращалось

юз

как бы в сословие, казаки являлись в это время чем-то вроде мелкопоместных или средней руки помещиков.

Гетманщина, то есть эпоха, протекающая от разделения Украины и до упразднения гетманов и закрепощения народа при Екатерине II, могла бы посчитаться самым лучшим временем в исторической жизни Украины, особенно в первое время.

Украинский народ по сю сторону Днепра не только пользовался личной свободой, но каждый, даже последний бедняк, был полновластным хозяином земли, которую он обрабатывал. Налоги и общественные повинности также не угнетали его, потому что управление было чрезвычайно просто — крестьянин не кормил панов, не содержал ни королевского двора с его пышной обстановкой, ни многочисленного войска, ни разных учреждений со множеством должностных лиц. Повинности он покрывал натурой, т.е. уделял на это скромную часть своего урожая или исполнял необходимые работы в свободное время.

Плодородная страна оживляется деятельной торговлей и промышленностью. Рядом со старыми селами возникают новые поселки, которые выдвигаются все дальше в степь на юг и на восток по мере того, как эти места делаются безопасными от татар».

После смерти Богдана Хмельницкого Польша активизировала свои действия по новому порабощению Украины, и только война с Москвой остановила осуществление замыслов шляхты; московское и украинское войско совместными действиями боролось с польской армией. Но так продолжалось недолго. В стране постоянно менялись гетманы, одновременно их бывало несколько. На Украине начиналась Руина.

Время после Богдана Хмельницкого


За несколько месяцев до смерти Хмельницкий, на со-|>|мнии старшины, просил выбрать гетманом своего сына, интпадцатилетнего Юрия. Очевидно, Богдан хотел обеспечить Украине систему правления лучшую, нежели в 11ольше, где король практически был полностью зависимым от шляхты. С больным гетманом не стали спорить, и после его смерти Юрий около месяца был главой Украины, но старшина уговорила подростка оставить гетманство и выбрала правителем войскового писаря Ивана Выговского.

Новый гетман происходил из овручекой шляхты. Нго отец Остап (Евстафий) был наместником Киевского замка у воеводы А. Киселя, владельцем имения Гоголево. Иван закончил Киевско-Могилянскую академию, служил в польской армии в чине поручика, позже стал наместником луцкого подстароства, в 1629—1636 годах. Женился на княжне Солемирецкой. После разгрома польской армии под Желтыми Водами раненый Выговский был выкуплен Хмельницким у татар и до смерти гетмана оставался одним из его ближайших помощников, проявив, в частности, незаурядный дипломатический талант. Выговский организовал большую канцелярию и собрал в ней ряд талантливых сотрудников — должность войскового писаря стала главной, ведущей в генеральной старшине. Выговский имел большое влияние на Хмельницкого, который считался с ним, его предложениями. Когда хотели что-то решить или попросить у гетмана, посредником выбирали Выговского, который имел много сторонников.

Сохранилось описание нового гетмана — высокого роста, с большим носом, с аккуратной бородкой, спокойного характера, скрытный. Иван Выговский был также сторонником независимости Украины, но пути достижения этой цели у него были свои. Как стратег Выговский был слабее Хмельницкого и — проиграл. Именно при нем Украина стала Малороссией.

Основой нового украинского государства бывший генеральный писарь считал казацкую старшину, шляхту и высшее духовенство. Эти три кита новой власти были связаны между собой экономическим положением, социальными интересами, культурой, постепенно сливались в единое общество. Казацкая старшина уже начала отделяться от казацкой массы, получила земли и сама собирала налоги, вела большое хозяйство, получала новые владения и практически слилась с остатками старой шляхты, став новым сословием, имевшим политическую и экономическую власть. Высшее духовенство не хотело подчиняться московской церковной иерархии, считая, в частности, себя наследниками церкви Киевской Руси и более древним церковным образованием, нежели московское.

Главным советником Выговского стал Юрий Неми-рич, учившийся в Оксфорде и Кембридже. Новым митрополитом был выбран Дионисий Балабан, противник Москвы, ее методов управления и власти. Иван Выговский сделал ставку на аристократию и в итоге потерял гетманскую власть. Получая гетманскую булаву, он сказал: «Эта булава будет честному в помощь, плохому на кару. Никому в войске я потакать не буду — войско запорожское не может быть без страха».

Выговский заключил договор со Швецией, снова договорился с крымскими татарами о союзе, вел перего-поры с Турцией, заключил перемирие с Польшей. Мос-к<м1| кому послу он заявил: «Пусть Великороссия будет И< /шкороссией, Украина Украиной — мы есть войско не-иоосдимое!» Талантливый дипломат умел говорить краймо, но этого было мало. Опора только на новую ари-. юкратию не оправдала себя. Раздел более-менее едино-ю украинского общества на «высших и чернь» привел к народному восстанию во главе с Полтавским и Мир-юродским полками, поддержанными запорожцами, котрі,їх даже не пригласили в Чигирин на выборы ново-I о гетмана.

В Москву были отправлены донесения запорожско-

111 кошевого атамана Якова Барабаша и полтавского полковника Мартына Пушкаря, обвинившего Выговского в намерении вернуть Украину в состав Польши. Москов-I кое .правительство, как всегда, проводило двуличную политику.

Украина разделилась на два лагеря — почти вся старшина не хотела московского абсолютизма и склонялась к союзу и неизбежному подчинению Польше; казачество, мещане и крестьянство были против возврата польской власти, издевательств шляхты, панщины, религиозных утеснений.

Полтавщина практически не была затронута даже Освободительной войной, там не было разрухи, экономика развивалась успешно, и население не знало голода и грабежей. На юге и востоке Полтавщины шла бурная колонизация, появлялись новые города, местечки, села, население чувствовало себя свободно, независимо. Вы-говский стал давать полтавские земли своей старшине, новая шляхта пришла на полтавские земли и, как и на всей Украине, обложило поспольство большой данью и

повинностями, вплоть до введения крепостничества. Население поднялось против новых панов — началось восстание, лозунгами которого были возвращение «казацких вольностей», свободная охота и рыбная ловля, свободное «варение горилки», выбор гетмана Черной радой.

Выговский блокировал Полтавщину и Запорожье верными ему войсками, не желая расширения восстания. Первое боевое столкновение в феврале 1658 года закончилось победой полтавцев и запорожцев. Выговский позвал на площадь татар. Несколько недель бои велись под Полтавой, которую не могли взять до середины июня. В кровопролитном бою погиб полтавский полковник М. Пушкарь и тысячи казаков с обеих сторон. Выговский казнил кошевого Балабана и разрешил татарам грабить украинское население, что они и сделали. Иван Выговский думал, что победил, но это было началом его конца — правителю Украины нельзя безнаказанно уничтожать свободолюбивый народ.

После Полтавской победы гетман решил, что может разорвать союз с Москвой. Немирич в манифестах, разосланных по всей Украине, обвинял московское правительство в соглашении с Польшей и вмешательстве в украинскую политическую жизнь:

«Так обнаруживается хитрость и обман тех, кто сперва посредством внутренней междоусобной войны, а затем и открыто своим собственным оружием уготовили нам ярмо неволи, без всякого повода с нашей стороны. Свидетельствуя о своей невинности и призывая на помощь Бога, мы вынуждены для сохранения своей свободы прибегнуть к законной защите, чтобы сбросить с себя это иго и искать для этого помощи у своих соседей. Таким образом, не на нас падет вина этой разгорающейся

МНИМЫ. Мы были и остаемся верными великому князю и против воли своей беремся за оружие».

16 сентября в Гадяче был подписан польско-литов-I ко украинский договор — Польша, Литва, Украина соз-

1.1Ю1 федерацию равноправных государств, к которой может присоединиться Россия. В состав Украины, получившей название «Великое княжество Русское» с князем Пианом Выговским входят воеводства Киевское, Брац-ллнекое и Черниговское, а сама Украина в качестве ав-юномии возвращалась под верховную власть Польши. В Украине свои министры, казна, монета, по образцу Великого княжества Литовского. Законодательная власть на Украине принадлежит Национальному собранию, исполнительная — гетману, которого выбирает все население и утверждает король. Армия Украины состоит из 30 ООО воинов и 10 ООО наемников. Польские войска не имеют права переходить украинскую границу, а если переходят — подчиняются гетману. Римско-католическая и православная религии признаются равноправными. Основываются два университета, другие учебные заведения, типографии.

Гадячский договор не был ни принят, ни реализован. Позднее один из польских политиков писал: «То, что соглашения с казаками не существует до сих пор, то в этом не их вина, но наша, так как мы не считали их за людей. И за это покарал нас Бог, показавший, что они тоже люди, как и все другие, и наказал нашу гордость, и мы, как я думаю, потеряли больше, чем они. И мы должны были пасть, ведь они боролись за свободу, а мы за неограниченное «панування». Действительно, необходимо их признать за нацию, а не за партию.

Дадим наконец им покой, не будем плести интриги и разобщать их. Пусть будет с ними уния, такая, как литовская, пусть другой народ не имеет с ними особых прав — никаких, ведь только через законные отношения существуют государства, а с поднятием одного народа над другим происходит разлад».

Украина от Польши получила только автономию, а не государственное равноправие, и эта автономия включала только небольшую часть украинских земель. Главная цель — объединение всех земель и государственная независимость — осталась неосуществленной.

Война Выговского с Москвой началась в августе 1658 года. Выговский, не получивший поддержку украинского населения, кроме части казацких и наемных полков имел татарскую орду Карач-бея и польские отряды.

Часть войска гетмана под началом его брата Данилы попыталась взять Киев, в котором стоял московский гарнизон, но воевода В. Шереметев 2—3 сентября 1658 года в кровопролитном бою разгромил выговцев.

Гетман пошел к московской границе, где стояло войско под началом боярина Ромодановского. Начавшиеся украино-российские переговоры, на которых Москва признавала Украину на условиях Гадячского договора, окончились ничем — Выговского это уже не устраивало.

Российское войско князя Трубецкого осадило Коно-топ. Осада продолжалась две недели, но город взять не смогли. К Конотопу подошел гетман с казаками, татарами и поляками. После нескольких боев 8 июля 1659 года у реки Сосновки произошло сражение, закончившееся полным разгромом московского войска. Сам Трубецкой с остатками полков ушел за Сейм. Позднее он был обвинен в местничестве во время сражения и казнен в Москве.

Русский историк С. Соловьев писал: «Цвет москов-. 1ч >н конницы, совершившей удачные походы 1654—

I <>'>'. ГОДОВ, погиб в один день. Никогда позже московский м.11 >ь не мог более вывести в поле такое сильное войско. И 1|>аурной одежде вышел Алексей Михайлович к народу; Москву охватила тревога. Удар был тем тяжелей, что произошел совершенно неожиданно — после таких бле-I 1НЩИХ успехов! Еще недавно Долгоруков привел в Мо-

• 1ч иу пленного литовского гетмана, недавно шли радостные разговоры о победах Хованского. Теперь Трубецкой, н.1 которого надеялись больше всех, «муж благоговейный и изящный, в воинстве счастливый и недругам страшный», погубил такое большое войско! По взятии городов, по взятии литовской столицы, царский город испугался; м августе по приказу царя люди всех чинов начали земляные работы по укреплению Москвы. Сам царь с боярами часто присутствовал на работах; окрестные жители с семьями и имуществом заполнили Москву; шли слухи

о том, что царь собирается перебраться за Волгу в Ярославль и что Выговский наступает прямо на Москву».

Крымские татары Карач-бея смеялись над московскими послами: «Ваш царь хочет владеть запорожскими казаками; польский король тоже этого хотел, но и свое королевство потерял; то же будет и с Московским царством, будет оно уничтожено казаками».

Рано смеялись татары. Украина узнала о том, что Выговский «поддался полякам». Началось всенародное восстание, украинский народ не хотел даже слышать о Польше, войска которой Выговский размещал на Украине. На Левобережье действовали отряды наказного атамана Ивана Безпалова и Г Ромодановского, запорожцы кошевого атамана Ивана Сирко напали на Крымское ханство и потом осадили гетманскую столицу Чигирин. Татары Карач-бея бросили Выговского и ушли домой, грабя и разоряя все на своем пути. Военная ситуация резко изменилась, Выговский вынужден был покинуть Левобережье.

М. Грушевский писал: «Мысль о польском господстве поднимала население, не хотевшее и слышать ничего о Польше. Польское войско, размещенное Выговским в Се-верщине, вызывало, по старой памяти, такую ненависть, что в здешних полках, преданных Выговскому раньше, теперь началось восстание».

Поляков, как и наемников Выговского, уничтожали повсеместно, под Нежином был убит Юрий Немирич, автор Гадячского трактата. Против Выговского шли почти все старые полковники Богдана Хмельницкого — Сомко, Золотаренко, Цецюра. Левобережные города и местечки открывали ворота полкам Ромодановского и Трубецкого и приносили присягу царю. На гетманство хотели избрать снова 18-летнего Юрия Хмельницкого.

«Впервые дни сентября 1659 года,— писал М. Грушевский, — сошлись и стали друг против друга под местечком Германовкой оба войска: Юрий Хмельницкий со своими сторонниками, Выговский со своими. Тут и остальные казаки покинули Выговского и перешли к Хмельницкому. Слухи, что Выговский отдает Украину обратно полякам, погубили его дело. С Выговским осталось только его наемное войско и поляки.

Войско собралось на раду и на ней заявило, что не желает подданства Польше, не хочет воевать с Москвой».

Ненависть к Выговскому украинского казачества на раде около Белой Церкви 21 сентября было так велико, что он покинул ее под охраной наемников и поля-і им, чтобы его не убили. На реке Узени собралась новая |мц.1, избравшая новым гетманом Юрия Хмельницкого, •ипорому по требованию казаков Выговский в октябре 1659 года передал гетманские клейноды и отрекся от і г і манства.

11од напором казаков и московских войск наемники и моляки Выговского отошли на Дубно, вскоре казаки вошли в Чигирин. Выговский стал польским сенатором и

і. невским воеводой. Он и в дальнейшем пытался соедини ї ї, Украину с Польшей и в 1664 году был обвинен попі ками в тайных переговорах с Москвой и казнен. Выгов-щина на Украине бесславно закончилась. Нельзя было бороться за независимость Украины, не считаясь со своим народом, и уж тем более нельзя было это делать в союзе і крымскими татарами и Польшей.

Украинская старшина уже не верила московскому правительству, но и союз, а тем более подчинение Польше было невозможным. Украина должна была лавировать между соседями, должна была идти на уступки. Польский современник писал: «У них это самая высокая государственная правда — не быть ни под королем, ни под царем; хотят добиться этого, ссоря и пугая короля царем, царя королем».

Трубецкой и Хмельницкий должны были обсудить договор между Украиной и Россией, который Москва подписывала с каждым новым гетманом.

О. Субтельный писал: «Трубецкой, который вернулся на Украину с новым войском, настоял на том, чтобы молодой гетман прибыл в его лагерь для пересмотра соглашения между его отцом и царем. Подчинившись, Юрий допустил первую из многих политических ошибок. Испуганный силой российского войска и угрозами Трубецкого, Юрий поверил подделанному тексту Переяславского договора 1654 года и в 1659 году подписал новый и очень невыгодный вариант документа. По новому Переяславскому пакту 1659 года российские гарнизоны располагались не только в Киеве, а и во всех больших городах. Более того, казакам запрещалось вести войны и вступать во внешние отношения без разрешения царя. Также им не разрешалось без утверждения Москвы выбирать гетманов, генеральную старшину и полковников. Молодой Юрий согласился на условия, которые пять лет назад его отец даже бы не рассматривал. Для Москвы же этот договор стал большим шагом вперед в ее постоянных действиях крепче ухватиться за Украину».

«Трагедия дальнейшей истории Украины была в том, — писала Н. Полонская-Василенко, — что этот фальсифицированный документ 1659 года стал единственным официальным текстом так называемых «Статей Богдана Хмельницкого», и его подписывали позже все гетманы.

В соответствии с этой фальшивкой, гетманы после избрания должны были ехать на поклон царю; не имели права вести дипломатические переговоры; Рада не могла без разрешения царя снимать гетмана; гетман не мог без согласия царя назначать и снимать полковников; не имел права ходить в походы и должен был идти с войском, куда прикажет царь; казацкие отряды должны уйти из Белой Руси; митрополит Киевский должен был признать власть московского патриарха».

Летом 1660 года началась русско-польская война за владение Украиной и Беларусью. Московские войска и казаки наказного гетмана Цецюры пошли в Голицию, гетман Юрий Хмельницкий, охранявший южную границу от крымских татар, двигался на соединение с Шереметевым.

Циники вклинились между ними и разбили Шереметева иод Чудновом на Волыни, а Хмельницкого под Слободища-ми, находившегося за несколько километров от Шеремете-и,| 11оляков поддерживали татары. Начались польско-укра-И1И г не переговоры. Поляки не соглашались возобновлять

1.|дячскую унию в старом виде и убрали из нее текст о Веником княжестве Русском. Украина все же получила автономию. Польские войска стали грабить Левобережье. Проши поляков поднялись казаки во главе с Переяславским полковником Я. Сомко и нежинским полковником В. Золо-гаренко. Левобережье не признало союза с Польшей.

Поляки не помогли Юрию Хмельницкому вернуть I с побережье. Крымская орда грабила Украину. На Левобережье наказным атаманом стал Я. Сомко.

Его полки очистили свои земли и от поляков и от татр. Украина разделилась на две части. Началась Руина — «не было одной власти — на Правобережье правил один гетман, на Левобережье другой. Идея независимой Украинской державы угасала, соседи хозяйничали на Украине, как у себя дома, а сами украинцы накликали на себя врагов; богатая, цветущая, вольная страна подошла к краю пропасти; на месте больших сил серели руины, на месте вспаханных полей — дикое поле».

Положение все ухудшалось, и в январе 1663 года Юрий Хмельницкий отрекся от гетманства и ушел в монастырь. Правобережье выбрало новым гетманом Павла Тетерю, Левобережье — Ивана Брюховецкого.

Павел Тетеря, киевский шляхтич, получил хорошее образование, служил во Владимире-на-Волыни. В 1648 году Тетеря перешел к Б. Хмельницкому и дослужился до чина переяславского полковника. Дважды по поручению

Богдана Хмельницкого ездил послом в Москву. В 1661 году, при поддержке поляков, стал в старшине Юрия Хмель ницкого генеральным писарем. Решительный сторонник Польши, был женат на дочери Богдана Хмельницкого Елене. В письмах он назвал Украину «польской провин цией», короля «господином Украины». На Правобережье расположились польские гарнизоны.

На Левобережье вражда полковников Я. Сомко и В. Золотаренко привела к власти Ивана Брюховецкого, «по-луляха», служившего «на дворе» Богдана Хмельницкого, в 1660 году ставшего кошевым атаманом Запорожской Сечи. Он писал об украинской старшине — «они хотят быть гетманами над запорожским войском и завидуют нашей степной саламате, — мы с ними поменяемся на их городскую кашу, пусть попробуют, какая сладкая степная саламата». Иван Брюховецкий был решительным врагом Польши. При его избрании 28 июня 1663 года на Черной . раде в Нежине, где одинаковые голоса имели и казаки, и посполитые, погибли и Я. Сомко, и В. Золотаренко.

«В Левобережной Украине спорили из-за булавы Сом-ко и Золотаренко. — писал М. Грушевский об этом событии, — и все время созывали рады, так как тот из них, кому не удалось быть избранным, опротестовывал раду и добивался новой. Московское правительство водило их обоих, а между тем выдвигался новый кандидат на булаву и делался все более опасным конкурентом. Это был Иван Брюховецкий, запорожский кошевой. Он выступает как представитель Сечи, противник старшины, в духе Пушкаря и Барабаша. Уже осенью 1659 года, сделавшись кошевым, он принимает небывалый титул, «кошевого гетмана». Играя на запорожских амбициях, он пропагандирует мысль, что булава по старым порядкам должна быть

и |«\ мх Сечи, а запорожцы должны иметь первый голос при иыборе гетмана. Вместе с тем в тон Запорожью, где I "Сиралея, главным образом, люд неимущий и неродо-мн 11.1 й, он выступал против богачей-старшин и проти-ш»поставлял им себя как носителя настоящих запорож-

• м1\ кандидатов.

Против старшины боролся он не по-рыцарски, а до-

111 нами в Москву, несправедливо обвиняя противника в и 1мене, а одновременно своей агитацией против старшины он рыл опасную пропасть в украинских отношениях, и интересах московской политики и во вред украинской ■М13НИ. Перед московскими кругами он заявлял себя че-п »иском наиболее податливым для московских планов и »тим подкапывался под главного противника своего, ( омка. Увидев грозящую опасность, Золотаренко в по-I ледний момент соединился с Сомком — но было уже поздно».

Ни Тетеря, ни Брюховецкий не хотели уступать друг другу. Тетеря уговорил польского короля Яна Казимира, чтобы тот организовал польский поход на Левобережье и вернул земли, которыми до Богдана Хмельницкого владела Польша. Осенью 1663 года королевское войско перешло Днепр. Поляки не взяли ни Киева, ни Переяславля, а у Глухова они были остановлены и вынуждены вернуться на Правобережье. Тетеря был разбит и вскоре ушел с политической арены. Однако Брюховецкому не удалось укрепиться на Правобережье.

Поляки по подозрению в возбуждении антипольско-го восстания расстреляли И. Выговского. Был казнен и выдающийся казацкий полководец — Иван Богун.

Киевский шляхтич Иван Богун во времена Освободительной войны стал полковником, участвовал во всех битвах Богдана Хмельницкого, под Збаражем был тяжело ранен, в 1651 году прославился при обороне Винни цы, под Берестечком спас казаков от полного разгрома, в 1653 году дрался с С. Чарницким под Монастырищем. В 1654 году был противником договора с Москвой, не присягнул царю. Не подписал и Переяславский договор Ю. Хмельницкого 1659 года, хотя поляки этого требовали, обещали ему деньги и земли. Он был арестован и сидел в тюрьме, в Мальборге. Тетеря освободил его с условием участия Богуна в походе на Левобережье. Города без боя открывали перед ним ворота. Поляки обвинили Ивана Богуна в переговорах с Брюховецким и москвичами. 27 февраля 1664 года под Новгород-Северским выдающийся казацкий деятель, борец за независимость Украины был расстрелян.

О. Субтельный писал: «Желая отомстить землям, которые стали колыбелью восстания 1648 года, поляки везде жгли, грабили, издевались. Польский магнат Стефан Чарницкий даже приказал раскопать могилу Богдана Хмельницкого и разбросать его останки. По требованию Тетери поляки арестовали и расстреляли Выговского как его потенциального соперника. Юрия Хмельницкого вытащили из монастырской кельи и кинули в польскую тюрьму. Теперь стало абсолютно очевидно, что всякое соглашение между украинцами и поляками стало практически невозможным, как бы ни выгодно звучали аргументы в его пользу».

На короткое время гетманом на Правобережье объявил себя сотник Опара, как вассал крымского хана, но был выдан полякам и казнен.

При помощи татар гетманом на Правобережье стал Дорошенко, правивший до 1676 года. Казаки прими-ш его в августе 1665 года. Внук гетмана Михаила Дорошенко, полковник Черкасского полка, соратник Богдана Хмельницкого, он ставил своей целью объединение Ук-I' ишы и освобождение ее от польской и московской вла-I ти с помощью Крымского ханства и Турции. После ук-|ышю-турецких переговоров Дорошенко признал султана . поим верховным повелителем, а тот обещал ему помощь в освобождении Украины, приказал крымскому хану помогать новому гетману. Дорошенко очистил Правобережье от поляков, уничтожил московского сторонника — "1>.щлавского полковника Дрозда, планировал объединение Правобережья и Левобережья.

Тогда И. Брюховецкий поехал за помощью в Москву, где им были приняты новые, так называемые «Московские статьи», увеличивавшие количество московских воевод на Украине и обязывавшие собирать на царя подати с крестьян и мещан, содержать московские полки на территории Украины.

В Москву И. Брюховецкий приехал в сентябре 1665 года и оставался там 4 месяца. С ним находились генеральные писарь, обозный, судья, есаулы, три полковника, десятки старшин, делегаты казаков, мещан, духовенства — около полутысячи человек. Въезд в Москву проходил празднично, по дороге стояли стрельцы, гетмана торжественно принял царь. Обеды, приемы, почести продолжались долго. И. Брюховецкий принял титул боярина и женился на боярской дочери. Многим из старшины были даны дворянские титулы.

1 ноября в Москве был подписан новый договор. Д. Бантыш-Каменский приводит «Московские статьи»:

1. Малороссия, для охранения в ней должного поряд ка, прежними гетманами нарушенного, имеет поступить в совершенное подданство Его Царского Пресветлого Величества, и с тамошних жителей, кроме казаков, собираемы будут в казну всякие доходы.

2. Гетману и старшинам малороссийским судить и наказывать казаков по прежним войсковым правам и обычаям, а российским начальным людям в их расправу не вступаться.

3. Каждый новоизбираемый из Запорожского войска гетман обязан являться в Москву для получения гетманских клейнод. Гадячу с принадлежностями состоять при гетманской булаве.

4. В Киеве, для большей верности, быть российскому митрополиту. О сей статье государь хотел писать к цареградскому патриарху.

5. Воеводам российским, имеющим находиться с войсками в Киеве, Переяславле, Чернигове, Нежине, Полтаве и других городах, по требованию гетманскому и полковников, вспомоществовать им ратными людьми, без всяких отговорок.

6. Сверх Лохвицы состоять при войсковой армате го-роду Ромнам с принадлежностями,

7. Государевым ратным людям запрещается давать фальшивую монету малороссиянам.

8. Также строго возбраняется им называть изменниками казаков.

9. Гетману, без воли государевой, с чужими землями не ссылаться.

10. На право Магдебургское последует от государя выдача жалованной грамоты, согласно их преимуществам.

Выгодна была для Брюховецкого поездка в Москву, пн и Малороссии ожидала его ненависть народа, который не мог простить своему повелителю сделанного им и Украине значительного переворота.

В украинские города вО.шли московские войска, содержание которых падало на население. Начались споры и недоразумения между воеводами и полковниками, конфликты солдат с мещанами и крестьянами. Приехали московские переписчики, установившие невиданные на Украине налоги. Начались народные волнения, восстания против старшин и воевод. Недовольно было и духовенство, категорически отказавшееся принимать московского митрополита. Левобережье еле терпело И. Брюховецкого.

На Правобережье П. Дорошенко укреплял свою власть. Часто собираются казацкие рады, где участвуют все казаки, от рядовых до старшин. Дорошенко создал двадцатитысячное наемное войско — сердюков, которые подчинялись только ему. Во время восстания против короля в Польше в 1666 году Дорошенко с помощью татар разбил польское войско Маховского у Брацлава. Польские историки сравнивали этот разгром с разгромом польской армии под Желтыми Водами. Дорошенко сошелся с поляками в Галичине, но татары договорились со шляхтой.

В 1667 году Москва и Польша заключили в селе Ан-друсово перемирие до 1700 года, по которому Левобережье, Северская земля и Смоленск отходили к Москве, Правобережье — к Польше; Запорожская Сечь попадала под протекторат обеих держав. Известие об этом мире, на котором не было украинских представителей, вызвало восстание на Украине.

В феврале 1668 года в столице гетмана — Гадяче и в других левобережных городах казаки потребовали выхода московских гарнизонов, что и было осуществлено. И. Брюховецкий издал универсал, в котором говорилось об уходе «от московской руки» в Связи с тем, что Москва и Польша «решили Украину, отчизну нашу милую, разрушить, опустошить и в ничто обратить». Но время И. Брюховецкого закончилось.

На Правобережье тоже правила Рада, на которой бьщо решено не признавать власть Польши и Москвы, а подчиниться Турции, с чем она была полностью согласна. Дорошенко переправился через Днепр и пошел на Брюховецкого. Казаки Левобережья переходили к Дорошенко. Оба войска сошлись на Полтавщине, у города Опошни.

Старшина поддержала Дорошенко, на Брюховецкого бросились казаки с криком, что из-за него дошло до кровопролития. Брюховецкого привели в лагерь Дорошенко, где и убили. П. Дорошенко провозгласили гетманом всей Украины. Но ненадолго. На Украину вошли польские и московские войска. П. Дорошенко вернулся на Правобережье, а на левом берегу Днепра вместо него остался черниговский полковник Демьян Многогрешный, назначенный наказным атаманом.

Против Дорошенко выступили запорожцы, выставив своего претендента на гетманство Петра Суховея, которого признали крымские татары. После Суховея Дорошенко долго боролся с признанным Польшей гетманом М. Ханенко. Ему было не до Левобережья. К нему на помощь шли турки. Началась долгая война Правобережья и Польши.

«После отъезда Дорошенко в Чигирин Ромоданов-ский с московским войском опять вступил в Северщи-

• iv, — писал М. Грушевский,— все, что тяготело к Москве или боялось сопротивляться ей, стало склоняться на cio сторону. От Дорошенко не было помощи, и Много-фСШНЫЙ, выждав еще некоторое время, в конце концов н шестил Ромодановского о своем согласии и был избран

I ггманом на раде старшин, решено было признать власть московского государя, но обеспечить при этом украин-

i кую автономию! Все это были хорошие слова, но поздно было говорить их, уже поддавшись. Можно было торговаться с Москвой, держась заодно с Дорошенко. Теперь же московские политики, убедившись в возможности добиться уступок, ничего уже не хотели выпускать и начали тянуть, пока не поставили на своем».

Д. Многогрешный перешел на сторону Москвы и в 1669 году в Глухове был избран гетманом Левобережья и подписал с Москвой «Глуховские статьи»:

«Его Величество не только прощает все измены малороссийского народа, но предает их вечному забвению, обещает впредь содержать малороссиян в царском своем призрении и милости.

Подтверждает пожалованные им при гетмане Богдане Хмельницком права и вольности.

Воеводам и ратным людям для обороны от неприятеля быть только в Киеве, Переяславле, Нежине, Чернигове и Острее, с тем, чтобы они не мешались в малороссийские дела. Доходы собирать в казну малороссиянам, как было при Богдане Хмельницком.

Старшинам и тридцатитысячному войску казацкому получать жалованье из вышеупомянутых доходов, а не из царской казны.

На просьбу, чтобы государь не отдавал Киева полякам, постановившим будто на сейме превратить в римские костелы все православные церкви, намеревающимся перенесть в Польшу святые мощи, отчего в Украине происходит немалая смута, было ответствовано, что Киев принадлежит Заднепровской стороне, почему не следу ет им вступаться в чужие дела; что, отдаляясь от России, они сами были виновниками сей уступки и постановленного в Андрусове договора.

В дозволении переписываться с соседними государями отказано. Многогрешному разрешено иметь пребывание в Батурине».

Учитывая недовольство на Украине, царское правительство в «Глуховских статьях» уменьшило количество воевод, а вместе с тем разрешило иметь гетману наемное войско, которое предназначалось для борьбы против крестьянских восстаний. Столица казачья была перенесена в Батурин. Новый гетман, правивший 4 года, не ладил со старшиной, но царское правительство его поддерживало, тем более что он оказал ему большие услуги при подавлении восстания Степана Разина, которое охватило значительную часть Слободской Украины.

Имея против себя два сильных государства, Петр Дорошенко позвал на помощь турок на следующих условиях:

«Запорожское войско обязывается воевать с врагами Блистательной Порты.

Порта взаимно обязана вспомоществовать Запорожскому войску: крымскими, ногайскими, буджакскими и другими татарами.

Гетман получит от султана знамя и булаву.

Запорожцы имеют быть свободны от всяких податей и налогов, и предводитель их Петр Дорошенко да сохранит по свою смерть гетманское достоинство.

Вспомогательное турецкое или татарское войско не должно разорять Божии храмы и казацкие имения, также брать в плен тамошних жителей.

Духовенство имеет быть под управлением своего митрополита. Оттоманская Порта и хан крымский без согласия и предварительного сношения с гетманом и войском Запорожским да не приступят к миру и не начнут брани с королем польским и царем московским.

Когда Запорожское войско, с помощью турецкою овладеет каким-либо городом или местечком, оные имеют оставаться за гетманом и войском Запорожским».

В конце концов, Москва не отдала Киев Польше, а П. Дорошенко был вынужден скрывать свой договор с Турцией от народа. В 1671 году турецкий султан Магомет IV со стотысячной армией и пятнадцатитысячный корпус П. Дорошенко пошли на Польшу. Турки взяли Каменец-Подольский, а казаки Дорошенко с татарами выгнали польские отряды из Правобережья. 7 октября 1672 года был подписан Бучачский договор, по которому Правобережье переходило к Турции и Дорошенко. Подо-лия и часть Галичины фактически стали турецкой провинцией. Турки переделывали храмы в мечети, грабили население, брали пленных и уводили к себе. Народ обвинял Дорошенко в обеих бедах, союз с «ненавистными басурманами» уничтожил популярность гетмана и лишил его поддержки народа. Границей Украины он обозначал Перемышль и Ярослав; когда-то до них доходила «держава русская и этих границ тоже должна достичь украинская держава». Его лозунгом стало объединение всех украинских земель, «целостность Отчизны». Он не верил ни Польши, ни Турции, но союз с Турцией и крымскими татарами был главной ошибкой П. Дорошенко. Он хорошо знал украинский народ, «хотя Божьей волей украин цы обеих сторон Днепра раздвоены и считают себя врагами, однако никто чужой нам не поможет, как мы сами себе, друзья». П. Дорошенко опирался в основном на наемное войско сердюков, которых набрал около 20 ООО.

В 1672 году казацкая старшина, ложно обвинив в измене, схватила Д. Многогрешного и отправила его в Москву, из которой он с семьей был сослан в Сибирь.

После ареста Д. Многогрешного в Москву выехал Иван Лысенко, делегат взбунтовавшейся Украины, который вез с собой новые украино-московские «статьи», в которых сама старшина просила Москву ограничить самостоятельность гетмана, в частности, его судебную власть и устранить от выборов гетмана «казацкую чернь и поспольство». Москва сразу согласилась с этим и послала в Батурин боярина Григория Ромодановского, для проведения выборов нового гетмана и подписания новых статей. Выборы гетмана прошли в 1673 году под Ко-нотопом. «Конотопские статьи» были приняты, а гетманом вместо «мужичьего сына» Многогрешного стал «попович» и бывший войсковой судья Иван Самойлович, организатор интриги против бывшего гетмана.

В это время в Польше умер король, и русско-казацкие войска пошли на Правобережье, Самойлович и Ромо-дановский дошли до столицы Дорошенко Чигирина, но были отброшены с помощью турок и татар. На Правобережье началась резня, оно «обратилось в пустыню, засеянную людскими костями, наполненную развалинами и пожарищами». Убивали все: поляки с новым королем Яном Собесским, турки, крымские татары, казаки П. Дорошенко, московские войска и полки Левобережья.

Турки были разбиты под Хотином поляками. На Пра-ИпОгрежье пошли Самойлович и Ромодановский.

«Свой поход Самойлович начал с Канева, — писал М Грушевский,— и действительно, население и старши-• 1.1. видя всеобщее нерасположение к Дорошенко, без сопротивления признавали власть Самойловича. Напрасно Дорошенко звал на помощь турок и татар; хан, как и при Хмельницком, был недоволен, что Дорошенко хочет командовать им через султана, и не спешил с помощью. І Іочти все оставили Дорошенко, и он сидел беспомощный па своей Чигиринской горе. Но Самойлович даже не пошел на Чигирин, он совершенно игнорировал Дорошенко. В Каневе и Черкассах он поместил свои войска. Депутаты десяти тогдашних правобережных полков — Каневского, Белоцерковного, Корсунского, Черкасского, Паволоцкого, Кальницкого, Уманского, Брацлавского, Подольского, Тор-говицкого — признали над собой власть Самойловича и московскую протекцию. По приглашению Самойловича они прибыли в Переяславль и здесь 15 марта 1674 года по предложению Ромодановского «вольными и тихими голосами» (как гласит донесение московскому правительству) признали Правобережным гетманом Самойловича. Ханенко, прибывший также на эту Раду, передал ему и свои знаки гетманского достоинства. Так Самойлович был провозглашен единым гетманом всей Украины».

Последним ударом для Дорошенко стал Чигиринский поход 1675 года московских и левобережных войск, когда гетман опять оказался в «стане неверных против православных соотечественников». Тогда же умер его соратник митрополит Тукальский. Дорошенко решил отказаться от гетманства. Он передал гетманские клейноды Ивану Самойловичу и был отправлен в Москву. В 1679 году его

назначили воеводой в Вятку, а через три года дали бывшему гетману поместье Ярополче в Волоколамском уезде, где П. Дорошенко и умер в 1698 году.

Турция не допустила объединения Украины под эгидой Самойловича и послала на Украину армию, с которой шел Юрий Хмельницкий.

В 1677 году турки «назначили» Юрия Хмельницкого гетманом Правобережья. «Он был монахом и архимандритом, — писал О. Субтельный, — а потом попал в польскую тюрьму. После освобождения участвовал в походе на Татр, был взят в плен и отвезен в Константинополь, где еще шесть лет провел за решеткой Неожиданно турки вытащили из камеры этого несчастного человека, впихнули ему в руки гетманскую булаву и, чтобы придать своей малосимпатичной марионетке больший вес, присвоили ей помпезный титул «князя Сарматии и Украины, владетеля войска Запорожского».

Столицей Юрия Хмельницкого стал Немиров. Летом 1677 года турецкая армия с Юрием Хмельницким попыталась взять Чигирин, который защищало тридцатитысячное войско наказного гетмана Коровченко. На помощь столице Богдана Хмельницкого шли войска Самойловича и Ромодановского. Первую турецкую осаду Чигирина описал Д. Н. Бантыш-Каменский:

«Турецкая армия приближалась к малороссийским границам под предводительством Ибрагима-паши. Хмельницкий находился в сем войске с шестьюдесятью только казаками, данными ему султаном. Худое предзнаменование для князя Малороссийской Украины! Неприятель переправился через Днестр 13 июля. Крымский хан с татарами присоединился к Ибрагиму. 3 августа обе армии явились у стен Чигирина.

Около четырех недель продолжалась осада сего города без всякого успеха. Незадолго до прибытия неприятеля один казачий полк и три городовые сотни Гадячского и Лубенского полков были присланы гетманом для подкрепления гарнизона. Князь Ромодановский только 10 августа соединился с Самойловичем. Неприятель старался овладеть Чигирином прежде их прихода, но все усилия его были бесполезны: осажденные защищались с удивительной храбростью, наносили чувствительный урон мусульманам. 17 августа Ромодановский и гетман, прибыв в Снятии, отправили в Чигирин новый вспомогательный отряд, состоящий из одного пехотного казацкого полка и тысячи драгунов. Толпа басурман не устрашила отважных воинов: с твердым упованием на Бога вторглись они в многочисленные ряды неприятельские, с мужеством проложили себе дорогу по окровавленным трупам своих противников, и славою достигли города. Ибрагим-паша и хан крымский удивлялись храбрости христиан, но не без огорчения взирали на полученный ими успех. Делание подкопов и шанцев более всего занимало мусульман.

Вскоре узнают они о приближении российско-казацких войск и решаются взять Чигирин приступом. 27 августа турки и татары устремляются с ожесточением на город, взрывают подкопы, стараются войти на стены, делают разные проломы и везде находят смерть и опустощение. Битва продолжается даже ночью; осажденные сражаются, как львы. Тщетно Юрий Хмельницкий выставляет на другой день знамена с изображением святого креста, желая тем преклонить на свою сторону чигиринцев; они не помышляют о сдаче. Уже царское войско подходит к неприятелю; мусульмане возобновляют приступ со всех сторон;

5 Запорожская сечь 129

отчаяние наполняет сердца их; ожесточение и мужество неверных увеличивается, по мере того как радость и надежда придают новые силы христианам.

В это время князь Ромодановский и Самойлович вступают у бужинской крепости в бой с отдельным татарским отрядом. Ханский сын, восемь мурз и десять тысяч крымцев падают под их ударами. Ибрагим-паша и хан, известясь о сем поражении, оставляют часть войска под Чигирином, спешат на помощь к татарам, чтобы удержать переправу россиян и казаков через Днепр; но орудия мусульман не останавливают царских воинов; они под ядрами достигают на судах берега, отражают пушечной и ружейной пальбой приведенного уже в беспорядок неприятеля. Турки и татары отступают к Чигирину; смятение и ропот увеличиваются между ними; распространившийся слух о скором прибытии свежих российских войск под предводительством князя Голицына устрашает их военачальников; с поспешностью снимают они осаду Чигирина 29 августа; оставляют весь лагерь, обоз и даже пушки; спасаются бегством. При переправе через Днестр татары, мстя туркам за свою потерю, обращают против них оружие и многих убивают. Стольник Косагов и переяславский полковник Лисенко, преследовавшие неприятеля до Ингула, не могли догнать его.

Так кончился в 1677 году турецко-татарский поход, для завоевания не одного Чигирина, но также Киева и всей Малороссии предпринятый».

В 1678 году турки, татары и Юрий Хмельницкий снова атаковали Чигирин, который защищали войска воеводы Ржевского, пушкари генерала Гордона, казаки наказного атамана Павла Животовского. За удержание Чигирина прошли молебны по всей Украине, ранее на содержание компанейских и сердюцких полков был введен новый налог с продаж горилки, табака и дегтя.

Осада Чигирина началась в середине июля и продолжалась более месяца. В августе погиб Ржевский, а через неделю после этого генерал Гордон заминировал укрепления и с остатками гарнизона пробился сквозь войска неприятеля в лагерь Самойловича. Исследователи этой эпохи пишут о том, что Московское царство не хотело тогда длительной войны с Турцией, в которой победа была проблематична, и Правобережье удержать не могло или не стало. Турки ворвались в оставленный Чигирин, и в :>то время укрепления города взорвались, похоронив около 4000 захватчиков. Чигирин перестал существовать'. Население Правобережья было переселено на левый берег Днепра у реки Орели. В истории это переселение получило название «большого сгона».

В 1680 году вассалы Турции, крымские татары, напали на Слободскую Украину, были отброшены и в

1681 гоДу Россия и Турция в Бахчисарае заключили мир. Левобережье осталось за Россией. По польско-турецкому миру в Журавне южное Правобережье и Подолия осталось за Турцией. Юрий Хмельницкий, после казни некоторых своих старшин, осенью был убран с политической арены.

По русско-турецкому договору земли между Бугом и Днепром в течение двадцати лет должны были оставаться незаселенными. Однако турки, отдавшие Правобережье молдавскому князю Ивану Дуке, были отброшены с территории Украины польским королем Яном Со-бесским. По «вечному» русско-польскому миру 1686 года, направленному против Турции и Крымского ханства, за Москвой был закреплен Киев и все Андрусовские приобретения.

Подолия и южная Киевщина начали заселяться казацким обычаем. Гетманом -Правобережья Собесский назначил Степана Куницкого со ставкой в Немирове. Куницко-го сменил запорожец Андрей Могила, который организовал заселение Правобережья, очищенного от турецких отрядов. Правобережные казаки отличились в разгроме турок поляками под Веной. В 1684 году после выхода универсала Собесского об обновлении казачества, на Правобережье пошел народ, в том числе и с Левобережья. Организаторами казацких полков стали Искра в Корсу-не, Самусь в Богуславе, Абазин на Побужье, Семен Гурко Палий в Фастове.

Левобережье, управляемое Самойловичем, не было разорено. Гетман старался сохранить автономию Украины, делал все возможное, чтобы не допустить польско-российского договора за счет Украины. Однако по «вечному миру» Польша навсегда отказалась от Левобережья и Киева, обязалась не колонизировать среднее Поднеп-ровье с Ржищевом, Трахтемировом, Каневом, Черкассами, Чигирином. Московское царство обязалось идти на Крымское ханство войной.

Иван Самойлович советовал царю Федору Алексеевичу предъявить Польше претензии на Западную Украину, Волынь, Подолию, Червоную Русь, но успеха не добился, хотя отношения с Москвой сохранял хорошие; его дочь вышла замуж за боярина Ф. Шереметева, его дети учились в Москве. В 1685 году украинская церковь была подчинена московскому патриарху.

М. Грушевский писал: «В то время, как Правобережная Украина переживала такие резкие перемены, такие страшные катастрофы, переходила из польских рук в

московские, из московских в турецкие, пустела и заселялась, умирала и оживала, стонала под экзекуциями и снова возрождалась при первом дуновении свободы, неумирающая, как сама жизнь — жизнь Левобережной Украины тихо и постепенно катилась под гору, приближаясь к закату своей политической и общественной свободы. С 1668 года, от восстания Брюховецкого, в продолжение нескольких десятков лет она не переживала никаких смут, никаких сильных потрясений».

Левобережье превращалось в центр политической и культурной жизни Украины. Запорожская Сечь, недавний центр казачества, постепенно утрачивает свое значение как основа политических, религиозных, социальных дел всей Украины; становится относительно изолированным казацким братством в пределах 10 ООО воинов. С 1686 года запорожские земли полностью перешли под власть царя, хотя запорожцы часто вступали в конфликты с гетманами, воеводами, турками, татарами. На Запорожской Сечи действовали казацкие обычаи, существовало «казацкое братство», дававшее укрыться бунтарям и беглецам с севера.

Рядом с Левобережьем (Гетманщиной) располагалась Слободская Украина, вокруг современных Сум и Харькова, формально находившаяся под московским влиянием. Московское правительство разрешило поселиться на •той практически пустой земле нескольким полкам украинских казаков, уходивших от Руины. Аналогично Левобережью Слободская Украина делилась на полки — Сум-I кой, Харьковский, Ахтырский, Острогожский, Изюмский. 11олковники на Слобожанщине выбирались пожизненно.

11,арь назначал воеводу в Белгороде, которому подчинялись все пять полковников по отдельности.

Правобережье 'успешно заселялось благодаря разумной политике короля Яна Собесского.

В Западной Украине — Галичине и Волыни, — густозаселенной с давних времен, где давно укрепилась и шляхта, казачество, как приграничное войско, так и не возникло. Южная Буковина была в руках турок, Закарпатье — венгров.

Гетманщина была автономным политическим образованием, давшим украинцам самоуправление, которого они не имели со времен Даниила Галицкого. Монопольная власть Московского царства выступала против идеи украинского самоуправления, как, впрочем, поступали и все другие европейские страны, считавшие централизацию управления наиболее эффективной. В составе Гетманщины, занимавшей уже треть территории державы Богдана Хмельницкого, было 10 полков — Черниговский, Стародубский, Киевский, Нежинский, Переяславский, Прилудский, Полтавский, Гадячский, Миргородский, Лубенский.

Резиденция гетмана и столица автономии со времен Д. Многогрешного была в Батурине. 11 городов, 120 местечек, 1800 сел заселяло более миллиона человек — к концу XVII века.

В 1687 году начался Крымский поход московского войска князя В. Голицына, фаворита правящей царевны Софьи Алексеевны. К стотысячной московской рати присоединились 50 тысяч казаков Ивана Самойловича. По выжженной степи армия х трудом дошла до Перекопа и, оставив арьергард, повернула домой. Поход был плохо подготовлен и изначально вряд ли мог достигнуть цели. Казачья старшина использовала ситуацию и решила по

менять гетмана, который не устраивал ее своей самовластной политикой, планами сделать гетманство наследственным в своем роде. Большую роль сыграли и действия Самойловича по подчинению украинской церкви Московскому патриарху.

Старшина, возглавляемая генеральным обозным Борковским, судьей Кочубеем и писарем Прокоповичем, обвинила Самойловича в измене. В. Голицына это полностью устроило, снималась ответственность за провал Крымского похода. Своего фаворита поддержала и Софья, не обращая внимания на заслуги гетмана.

Письмо старшины Голицыну сохранилось в Москве:

«Все войско Запорожское чрезвычайно скорбит от неудачного похода Крымского, на который весь свет христианский обратил очи; единственный же виновник ему — гетман.

1. До постановления вечного мира с Польшей всегда желал он, чтоб государи держали перемирие с турками и татарами, а с поляками не мирились.

2. Когда состоялся последний договор, чрезвычайно огорчился и говорил войсковым старшинам, что «Москва за свои деньги купила себе лихо».

3. Не велел молебствовать в церквах по сему случаю.

4. Никогда не радовался победам христиан над неверными.

5. Семейство его говорило женам генеральных особ, что он намеревается идти по следам Брюховецкого.

6. На пагубу российских войск настоял, чтобы их вывели в Крым весною, а не осенью.

7. Во время похода отсоветовал боярину посылать передовые полки для открытия неприятеля, не проведывал о местном положении и, когда пылали поля, не велел гасить оных.

8. Жаловался в то время на глазную болезнь и говорил: «Лучше бы Москве сидеть в покое дома и беречь рубежи, нежели ненадобную войну заводить с Крымом и лишать меня чрез то последнего здоровья».

9. Присоветовал боярам для вечного бесславия российских и казацких войск возвратиться назад, вместо того чтобы придумать, каким бы образом вредить неприятелю, хотя с меньшими силами.

10. Самовольно владеет Малороссией, делает, что хочет, и города малороссийские не государевыми, а своими именует, приказывая казакам верно служить ему, а не монархам.

11. Сын гетманский, Григорий, и другие говорили многие дерзкие слова о государях при гетмане, и он не только их от того не удержал, но и сам то же делал.

12. 4 июля, перешедши со своими полками через мосты, построенными россиянами на реке Самаре, гетман велел их сжечь, оставивши боярину, бывшему на той стороне со всем войском, только два моста.

13. Когда объявляли ему о множестве больных в российском лагере, он говорил: «Хотя бы и все пропали, то я бы о том не печалился».

14. Один российский полковник поссорился с лубен-ским полковником Гамалеей, который, верно надеясь на гетмана, сказал при нем: «Что ты укоряешь меня? Нас не саблей взяли».

15. Продает за дорогие деньги полковничьи уряды.

16. Утесняет старинных войсковых заслуженных людей, а с мелкими обходится благосклонно.

17. Забирает себе все, что полюбится; чего же не возьмет, отбирают дети.

18. Генеральные старшины от его гнева и похвальных слов мертвы бывают и не живут в покое.

19. Четыре года не определяет никого на судейский уряд, требуя за оный большие деньги, от чего погасло право, обидимым людям нет управы, и плачут многие.

20. Более занимается домовыми делами, нежели исправлением монаршеских.

21. Запретил, против указа великих государей, отпускать в Польшу хлебные запасы, в то время как повелевал возить оные в Крым и турецкие городки.

22. Будучи мелкого рождения, гнушается всеми, и не только не почитает никого себе равным в Малороссии, но даже и за великороссиянина не хотел выдать своей дочери, для коей приманил из-за границы князя Четвертин-ского, а все сие делает, чтоб учредить со временем в Украине удельное княжество.

23. Что же от его сыновей претерпевают Черниговский и Стародубский полки, того и описать не можно.

По тем причинам и за его неспособностью все войско Запорожское желает и со слезами Господа Бога молит, чтоб великие государи, для лучшего управления Малороссии и утоления многих слез, указали снять с него гетманский уряд и на оный повелели избрать, вольными голосами, другого, бодрственного, вернейшего и исправнейшего человека.

И о том просит все войско Запорожское: чтоб по снятии с гетмана уряда его, не оставался он в Украине, а взят был со всем домом в Москву и, как изменник, казнен. Если же на сие прошение не последует монаршего соизволения, войско Запорожское, из меньших чинов, соблюдая свою верную службу, принуждено будет поступить с ним по своим войсковым правам и обычаям, как с явным к великим государям недоброхотом».

Михаил Грушевский писал: «Келейно и конспиративно убрала старшина неприятного ей «мужичьего сына» и посадила на его место ловкого и осторожного поповича— так же точно, как спустя 15 лет, келейно покончила она с поповичем и заменила его Мазепой. Келейно упразднила или позволила московскому правительству упразднить остатки украинских политических прав и покорно исполняла требования московских правителей».

К концу XVII века старшина «приватизировала» свои посты, вытеснив оттуда рядовых небогатых казаков, удалив их от принятия решений. Руководители времен Богдана Хмельницкого были стратегами и политиками, смелыми и решительными. Новое руководство Гетманщины состояло из прагматичных, беспокоящихся о своих выгодах приспособленцев, боящихся потерять свое положение.

22 июля 1687 года в лагере у реки Коломака гетман Иван Самойлович был арестован и вместе с сыном выслан в цепях в Москву, второй сын казнен. Через два года Самойлович умер в Тобольске.

При известии о низложении Самойловича начались волнения в некоторых казацких полках. Старшина и Москва выбрали нового гетмана — Ивана Мазепу.

Бремя Ивана Мазепы


В конце XVII века украинская казацкая старшина продолжала экономически крепнуть, захватывая войсковые земли, а также земли посполитых и казаков. Барщина была доведена до двух дней в неделю. Старшина увеличивала свои богатства торговыми и промысловыми операциями, занималась винокурением, устраивала железные и поташные заводы, брала в аренду таможенные пошлины. Вся власть на Украине была в руках старшины. С ее усилением выборы полковников были уничтожены, должности казацких руководителей начали передаваться по наследству.

Москва с самого начала хотела ввести на Украине прямое управление. Союз с Москвой больше не ставился генеральной старшиной под сомнение; гетманы надеялись, что, показывая свою лояльность Московскому царству, им удастся вернуть автономию Украины времен Богдана Хмельницкого. Решающий этап в отношениях Москвы и украинского казачества наступил в период гетманского правления Ивана Мазепы — одного из самых выдающихся и самых противоречивых политических деятелей Украинской державы.

Иван Мазепа-Колединский происходил из православной шляхты Белоцерковщины. Его отец Степан был бе-лоцерковским атаманом и собственником села Мазепин-цы, принадлежал к партии Выговского и участвовал в составлении Гадячских статей. Его мать Марина-Магдалина, из старого шляхетского рода Мокиевских, была выдающейся женщиной, занималась общественными и церковными делами, с 1686 года — игуменья Киево-Печерского Вознесенского монастыря и до своей смерти в 1707 году советник сына-гетмана. Утонченный и хорошо образованный Иван Степанович вкладывал большие средства в развитие украинской культуры, построил по всей Гетманщине целое ожерелье красивейших церквей в стиле, получившем название мазепинского «казачьего барокко», очевидно, под влиянием своей матери. Он основал много учебных заведений и типографий, чтобы «украинская молодежь могла в полную меру своих возможностей пользоваться благами образования».

В Киево-Могилянской академии, благодаря Мазепе, учились более 2000 студентов.

Будущий гетман родился около 1630 года— точная дата рождения неизвестна. Нет точных сведений о его образовании. Говорится о том, что Иван Степанович учился в Киево-Могилянской академии, а потом в Иезуитской коллегии в Варшаве, с 1649 года служил королю Польши, при дворе которого проникся аристократическим духом и хорошо изучил придворные интриги. Король посылал его за границу для изучения артиллерийского дела, во Францию, Германию, Италию. Как офицер по особым поручениям, Мазепа в 1659 году ездил к Вы-говскому, в 1660 году к Юрию Хмельницкому, в 1663 году к Тетере. Как и его отец, Мазепа был сторонником Гадяч-ских статей. В 1663 году, после похода короля Яна Казимира на Украину, Мазепа оставил королевскую службу и вел жизнь белоцерковского помещика. В 1669 году Иван Мазепа поступил на службу к гетману Петру Дорошенко, сначала как сотник гетманской гвардии, позднее генеральный есаул и генеральный писарь. В 1673 году Мазепа выполнял дипломатическую миссию в Крымском ханстве, у левобережного гетмана Самойловича. В 1674 году Мазепа ездил в Крым, Турцию, был взят в плен запорожцами и чуть не убит. Его спас кошевой Иван Серко и передал Самойловичу. В тот период от Дорошенко к Самой-ловичу переходили выдающиеся деятели правобережной администрации, разочаровавшиеся в протурецкой политике Дорошенко — Лизогуб, Ханенко, Гамалий, Кандыба, Скоропадский, Кочубей.

Своим дипломатическим опытом и аристократическими манерами Мазепа убедил Самойловича сделать его доверенным лицом и из «гетманского дворянина» к

1682 году стал генеральным есаулом и исполнителем важнейших гетманских миссий. Иван Мазепа стал свояком Самойловича, почти ежегодно ездил в Москву с важными поручениями, имел влияние на гетмана. В Москве Мазепа познакомился с Василием Голицыным, фаворитом царевны Софьи Алексеевны и фактическим правителем Московского царства.

В падении Самойловича в 1687 году Мазепа, возможно, не играл большой роли, хотя историки говорят о наличии его подписи под старшинским доносом в Москву на гетмана, послужившим поводом для ареста. Все же он не принадлежал к этой части старшины, однако сумел воспользоваться ситуацией. Образование, иезуитская школа, дипломатический талант, харизма и обаяние, привлекавшие к нему людей, взятка «культурнейшему политику XVII столетия В. Голицыну» помогли пятидесятилетнему Мазепе.

25 июля 1687 года под Коломаком собралась Генеральная Войсковая Рада, выбравшая гетманом генерального писаря Ивана Мазепу. Рада утвердила новые Коло-мацкие статьи, в основу которых легли Глуховские статьи 1672 года:

1. Подтверждены прежние права и вольности, дарованные гетману Богдану Хмельницкому.

2. Воеводам находиться: в Киеве, Чернигове, Переяславле, Нежине, Острее, но в права, вольности казацкие и в суды их не вступаться.

3. Реестровым казакам быть тридцати тысячам человек.

4. Ничего не брать в войсковой скарб с маетностей генеральных старшин и особ знатных и заслуженных.

5. Запрещено гетману отнимать у подчиненных жалованные государственные грамоты.

6. Не иметь ему сношений ни с какими посторонними монархами.

7. Содержать крепко вечный мир и союз, заключенный с королем польским, не подавая никаких причин к нарушению оного.

8. Против крымцев, турок и мятежных заднепровских казаков чинить военные промыслы, в которых будут участвовать и российские войска.

9. Как старшинам и войску гетмана, так и гетману старшин, без указа государей, кроме измены, не переменять.

10. При гетмане, для охранения его, быть в Батурине Московскому стрелецкому полку.

11. Гетман и старшины обязаны стараться о соединении малороссийского народа с великороссийским посредством супружества и другими способами, для чего дозволено малороссийским жителям иметь вольный переход в города великороссийские.

12. Для удержания крымцев от набегов гетман и старшины должны сделать шанец на сей стороне Днепра против Кодака, а у реки Самары и Орели и при устьях речек Берестовой и Орчика построить городки и населить их украинскими жителями.

В Раде участвовало 2000 казаков. Всем старшинам, принимавшим участие в заговоре против Самойловича, на Раде были повышены чины, для «охраны» Мазепы в Батурин был введен Московский полк, сам Мазепа не мог производить кадровых изменений в руководстве войском без согласия Москвы. К Глуховским статьям было доставлено много приложений в пользу Москвы. Коломацкие статьи впервые возражали против государственного характера гетманской власти, а вместе с этим и против государственности Украины.

Но новый договор не был реализован. Украинский историк А. Оглоблин писал: «Коломацкое соглашение было очевидным успехом Москвы в ее историческом наступлении на Украину, и только государственный гений и глубокий патриотизм нового гетмана Мазепы сделали так, что цепочка вредных для Украины статей Коломац-кого договора осталась нереализованной».

21 год управлял Украиной гетман Иван Мазепа в ситуации, о которой так писал М. Грушевский: «Считали невозможным бороться с силами Москвы, имея против себя население, враждебно настроенное против старшины по мотивам социальным и подозрительно относившееся к самым чистым побуждениям ее, и такое же враждебное и подозрительное Запорожье; легче было плыть на московском буксире и пользоваться милостями московских правителей для собственного благополучия. Ограничивая политические свободы Украины, добиваясь все новых и новых уступок от старшины в политических вопросах, московское правительство предупредительно шло навстречу ее желаниям и просьбам, касавшимся поместий и имений, и в эту сторону направляли интересы старшины. Создать на Украине владельческий, помещичий класс, закрепостить ее крестьянское население — это значило приблизить Украину к такому же помещичьему, рабовладельческому строю Московского государства. Вместе с тем это усиливало вражду между украинским народом и политическими руководителями украинской жизни и все более углубляло разделявшую их пропасть».

Весной 1689 года стотысячное московское войско под командой князя В. Голицына двинулось на Крым.

У Коломака к Голицыну присоединились полки Мазепы. Войско вновь дошло до Перекопа и, постояв у перешейка, вернулось домой. Некоторые современники писали о том, что будто бы крымские татары подкупили Голицына, который попытался представить свой поход победой над татарами. В Москву приехал и Иван Мазепа со свитой из 300 человек. Именно тогда к власти в Москве пришел Петр I, сваливший Софью и Голицына. После короткого разговора с Петром Ивану Мазепе вернули из конфискованного имущества Голицына деньги, которые гетман заплатил ему за свое избрание, дали пожалования на поместья для старшины. У Петра I и Ивана Мазепы сложилась как бы «дружба», современники писали, что «царь скорее не поверит ангелу, чем Мазепе». Гетман Мазепа вернулся домой с триумфом, с благосклонностью и доверием Петра I.

Мазепа опирался только на старшину, увеличивая народное недовольство. Рядовые казаки и посполитые были раздражены действиями гетмана, не понимали его, время от времени восставали. Во главе оппозиции стояли запорожские казаки и фастовский полковник Семен Палий. Казаки Мазепы и полк Палия участвовали в походах на Очаков и Гади-Керман в 1690 и 1692 годах, на Аккерман в 1691 году.

В 1691 году старший канцелярист Генеральной Войсковой канцелярии Петр Иваненко-Петрик, родственник генерального писаря Василия Кочубея, ушел на Запорожскую Сечь, был выбран войсковым писарем и стал вести агитацию против гетмана, старшины и Москвы. Петрик говорил запорожцам: «Я стою за посполитый народ, за бедных и простых. Богдан Хмельницкий освободил украинский народ из ляшской неволи, а я хочу освободить его из новой неволи — от москалей и своих панов. Я, пан кошевой, ставлю свою голову — прикажите меня на части рассечь, если вся Украина, начиная с самой Полтавы, не поклонится тебе!» Слухи о походе пошли по Украине, посполитые говорили — «когда придет Петрик с Запорожским войском, пристанем к нему, побьем старшину, арендарей и сделаем по-старому, чтобы все были казаками, панов не было». Но запорожцы не поддержали Петрика, не пошли на Мазепу. Петрик отправился в Крым с немногими единомышленниками и 26 мая 1692 года подписал с крымским ханом договор между Крымским ханством и «Удельным Княжеством Киевским, Черниговским и всего войска Запорожского, Городового и Народу Украинского». На основании этого договора между Петриком и Крымом заключался «вечный мир» для взаимных действий против Москвы и Польши.

Петрик писал в одном из своих универсалов в июне 1692 года: «Хватит удивляться, что нашим врагом есть польский король. Когда-то мы ему подчинялись, а с Бо-жией помощью, при Богдане Хмельницком, освободились от его власти и столько навредили польскому государству, что оно до сих пор не может прийти в себя. Не удивительно, что враждует с нами крымский хан — с давних времен боролись мы с крымским государством и до сих пор боремся. Но зато удивительны действия московских царей — не саблями же они нас завоевали, но прадеды наши, ради веры христианской, поддались им по вольной воле. Они перевели наших людей с правого бока Днепра на левый, они защитились нами от всех своих врагов так, что, откуда бы враги ни пришли, жечь будут сначала наши города и села, наших людей брать в полон, а Москва будет сидеть за нами, как за стеной. Но и этого мало Московщине, всех нас хочет превратить в своих невольников и холопов. Сначала забрали в неволю гетмана Многогрешного, потом Самойловича, которые обороняли нас, а теперь хотят ввергнуть нас в вечную неволю. Нынешнему гетману позволили раздавать имения старшине Запорожского войска, а старшина разделила наших братьев между собой, записала их за собой и'своими детьми в вечную панщину и только того не делает, что в плуг не запрягает. А Москва потакает старшине во всем, так как знает, что когда наши люди помужичатся, то она завладеет Днепром, Самарою и везде построят крепости, из-за которых нельзя будет и пошевелиться!

Я бросил отца, мать, жену, семью и немало добра, и теперь призываю вас к борьбе за целостность нашей Отчизны и воли. Не для того мы начинали дело, чтоб разрушить собственную Родину, ведь плохи те птицы, что собственное гнездо рушат; плох тот хозяин, что собственное имение рушит. Мы идем на Украину с тем, чтобы освободить наших братьев и себя от разбоя Москвы и ее холуев. Сами вы, разумные люди, подумайте: лучше ли страдать в неволе, быть батраком или хозяином своей земли? И пусть вам, Панове, будет ведомо, что сам гетман, после рады со всеми полковниками, послал ко мне тайного человека сообщить, что, как только мы с ордой дойдем до Самары, — все они откажутся от Москвы и вместе с нами станут сражаться с душителями.

Если вы теперь не встанете за свои вольности, то знайте, что потеряете навсегда и будете вечными московскими невольниками, и никто уже потом не заступится за вас».

В июле 1692 года выступили крымские татары и Петрик в поход на Украину. У Каменного Затона он опять обратился к запорожцам с призывом о совместных действиях. Но кошевой Гусак вновь отказался идти против гетмана. Около 500 запорожцев-добровольцев во главе с Василием Бужским пошли под его знамена — на собственный риск.

У Каменного Затона прошла Черная рада, избравшая Петрика своим гетманом. Калга крымского хана вручил ему гетманские клейноды — булаву, бунчук, знамя.

Мазепа выслал против Петрика четыре казацких полка и один компанейский, а сам с пятью сердюцкими полками стал под Гадячем и рассылал по Украине универсалы против Петрика — «гибельного сына», несущего на Украину новую Руину. Петрик дошел до Маяка, где его встретила армия Мазепы. Татары сразу ушли, грабя округу, а за ними и сам Петрик, которого население не поддержало — никто не хотел союза с убийцами и грабителями, давнишними врагами народа. Выждав, когда в Крыму воцарился новый хан Селим-Гирей, Петрик поехал к нему, показав две настоящие или поддельные грамоты — от Мазепы и генерального писаря Кочубея. Крымский хан дал ему орду, Петрик снова выступил в поход на Украину, у Полтавы был встречен гетманским войском, покинут татарами, опять занявшимися грабежом, и вернулся в Перекоп. Запорожцы не верили в успех Петрика, не хотели действовать в союзе с «басурманами», хорошо их зная, и не поддерживали Петрика.

Петрик писал запорожцам: «Не искушайтесь, братья, что московские цари присылают вам червонцы. Не прижимайтесь к Москве, как судак-рыба к неводу, еще не пойманная, но дергающая за нитки невода, и рыбак ловит ее. Так и вы по доброй воле прислонились к Москве, а она делает с вами то же самое, что перед этим сделала с теми, которых раньше прибрала к своим рукам».

Запорожцы ответили ему: «Ты вдался в мятеж, забыл Бога. Пошел ты в Крым без нашего ведома, без нас и поход делай, а нас не морочь!»

В 1695 году Петрик снова с татарами был в походе на украинской земле и был убит казаком с Правобережья.

В 1695—1696 годах в результате Азовских походов Петра I, в которых активно участвовали украинские казаки, Азов был взят, а в 1700 году было подписано российско-турецкое перемирие, по которому за Москвой остался Азов с северным побережьем Азовского моря. Шестидесятилетний Мазепа был советником Петра I в польских и турецких делах. Войска постоянно проходили по украинским землям. В 1699 году Мазепа писал царю, что за двенадцать лет своей власти он совершил одиннадцать походов, в которых Украина ничего не получила для себя. Мазепу называли «отчимом Украины».

В 1699 году по Карловицкому миру Польша получила обратно Подолию. Стоявший во главе местного казачества полковник Семен Палий не раз обращался к царскому правительству с просьбой о помощи и подданстве. Его поддерживали богуславский полковник Самойло Самусь, корсунский полковник Захар Искра, брацлавский пол-, ковник Андрей Абазин. Запорожцы писали: «Как станет Палий гетманом, то сможет управиться со всей начальной старшиной, и будет при нем, как при Хмельницком». Палий для Мазепы, как кандидат в гетманы, был более чем реальной угрозой. Он опирался на рядовых казаков, на крестьян, которых переводил в казаки, на мещан, был тесно связан с православным духовенством и финансо-но поддерживал его. Коронный гетман Польши Потоцкий предупреждал шляхту, что Палий «пытается идти следами Хмельницкого и зажигает факел хлопской войны».

Палий зажег факел. На Правобережье началось ан-гипольское восстание.

Незадолго перед этим польский сейм вынес решение об уничтожении казачества. Полковникам приказали распустить казаков. Когда чиновники польского гетмана Яб-лоновского явились в Фастов с приказом, Палий отказался его выполнять: «Я поселился в вольной Украине, и Речи Посполитой нет никакого дела до этого края. Только я, настоящий казак и вождь казацкого народа, имею право командовать тут».

В сентябре 1700 года казаки Палия разгромили пятитысячную польскую армию, попробовавшую осадить Фастов. Палий создавал армию Правобережья, советовался с запорожцами, посылал гонцов на Левобережье. По всему правому берегу Днепра начались крестьянские восстания. Палия полностью поддержал и выбранный, назначенный поляками гетман С. Самусь, Во главе восстания встал С. Палий. Казаки Палия и Самуся двинулись на Белую Церковь, польскую опору на Правобережье. Разбив польский арьергард под Бердичевом, казаки за неделю взяли Белую Церковь, потом Немиров. В это время разгоралась Русско-шведская война. На территорию Польши вошел шведский король Карл XII, преследуя саксонского курфюрста Августа, бывшего и королем Польши, московской союзницы. Петр I дважды вызывал к себе полки Мазепы. Оказать помощь Палию на Правобережье стало невозможным по дипломатическим причинам, хотя к Палию с левого берега Днепра шли казаки-добровольцы. К 1702 году шведы взяли Варшаву и Краков и выдвинули своего кандидата на польский престол — познанского воеводу Станислава Лещинского. Польша разделилась на два лагеря. Поляки отступали под напором шведов — на Правобережье. Положение Палия стало почти критическим. Весной 1704 года пятьдесят тысяч казаков Мазепы перешли на правый берег Днепра. Задача гетмана — воевать против шведов, поставленная Петром, была дополнена самим Мазепой, решившим присоединить Правобережье к Гетманщине. В Белой Церкви держался Палий.

Мазепа быстро занял Киевщину и Волынь и стал в Бердичеве. Гетман-аристократ и полковник-демократ не смогли договориться, и люди Мазепы арестовали Палия, который был выслан в Батурин, оттуда в Москву, и затем в Сибирь. Иван Мазепа окончательно потерял доверие народа, что и привело его к падению в 1709 году. Семен Палий стал героем народных песен и баллад, поэм и романов. Карл XII прогнал Августа из Польши, Мазепа пошел в Галичину. Сам гетман стал кавалером ордена Андрея Первозванного, князем Священной Римской империи, владельцем обширных имений. В рамках реорганизации армии Петр I требовал от казаков биться за интересы России со шведами в Ливонии, Литве, Центральной Польше. Потери казацких полков в боях с лучшей европейской армией доходили до 70%. Правда, Петр I ставил во главе казаков немецких и русских командиров, часто использовавших казаков как пушечное мясо.

К 1706 году Россия осталась без союзников, разбитых шведами. Мазепа получил приказ строить укрепления на Днепре. Москвичи строили новую крепость в Киеве, украинское население нищало, отдавая на нужды войны продукты, фураж, коней, скот. До гетмана дошел слух

о том, что Петр собирается отменить казачество и пода-рить Украину Меншикову. Казацкие полковники Горленко и Апостол писали Мазепе: «Все мы за душу Хмельницкого Бога молим, за то, чтобы он вызволил Украину из-под польского ярма, а твою душу и кости дети наши проклянут, если ты оставишь казаков в такой неволе».

Украина очутилась между двух огней. При победе Петра I и Августа II Украину делили бы между Польшей и Россией. При победе Карла XII и Лещинского — Украина была бы под Польшей. Весной 1707 года в Жол-кове на тайное собрание в доме генерального обозного Ломиковского собралась старшина для поиска выхода из политического тупика. Возникли две концепции: первая — создание Великого княжества Русского в федерации с Речью Посполитой, вторая — союз с Крымским ханством и Турцией для борьбы за независимость Украины. Сам гетман Мазепа решил создать независимое княжество.

Когда Мазепа начал переговоры со шведами и с Ле-щинским, точно неизвестно. Бывший генеральным писарем при Мазепе Филипп Орлик вспоминал: «Связи эти начались еще в 1705 году, когда Мазепа был с войском в Польше. В 1707 году мысль Мазепы про разрыв с Москвой уже выкристаллизовалась. Семидесятилетний старец, проживший 20 лет на гетманстве, среди богатства и роскоши, которых не знал никто из его предшественников, в уважении и доверии царя, который награждал его титулами и орденами, поклялся передо мной:

«Призываю всемогущего Бога в свидетели и клянусь, что не для почестей, не для богатства или каких-то иных целей, а для всех вас, которые находитесь под моей властью, для жен и детей ваших, для добра Матери нашей, несчастной Украины, для добра всего украинского наро-

да, для умножения его прав и возвращения вольностей хочу я при Божьей помощи так сделать, чтобы вы с женами вашими и край наш родной не погибли ни под москалями, ни под шведами. Если же я это делаю ради ка-ких-нибудь личных целей, то пусть покарает мое тело и душу Бог и Святая Троица».

О. Субтельный писал: «Неудовлетворение, что в итоге толкнуло Мазепу искать другого покровителя, было связано с вопросом защиты Украины. Когда польский союзник Карла XII, Станислав Лещинский, стал угрожать нападением на Украину, Мазепа обратился за помощью к Петру I. Царь, ожидая наступления шведов, ответил: «Я не могу дать и десяти человек, защищайся, как знаешь». Это было для гетмана последней каплей. Петр I нарушил обязательство оборонять Украину от ненавистных поляков, что являлось основой договора 1654 года, и украинский гетман перестал считать себя обязанным соблюдать верность царю».

Очевидно, в 1707 году был подписан украино-шведский договор, о котором в своих воспоминаниях писал П. Орлик: «Украина должна быть независимым государством, Украинским княжеством, Мазепа — пожизненным князе^ или гетманом. После его смерти должен быть выбран новый правитель; король шведский должен защищать Украину от врагов».

Тогда же Мазепа заключил договор с Лещинским, по которому признавал Мазепу князем Черниговским, вассалом Польши. Гетман вел переговоры с Крымом, Турцией, Молдавией, Валахией. Все переговоры велись в тайне ото всех, даже от старшины.

Доносы на Мазепу в Москву шли часто. Летом 1708 года генеральный судья Кочубей и полтавский полковник Искра написали Петру I о тайных делах гетмана. В вину Мазепе ставилась, в частности, даже песня, сочиненная самим гетманом:

Самопали набивайте,

Острих сабель добувайте,

А за в1ру хоч умрп-е

I вольностей бороште!

Нехай в1чна буде слава,

Мы чрез саблю маем права.

Обвинение Мазепы было изложено Кочубеем и Искрой в 26 пунктах и сохранилось в записи московских дьяков:

«1. В 1706 году гетман Мазепа говорил ему, Кочубею, наедине, в Минске, что княгиня Дольская, мать Вишневецких, с согласия близкого родственника его, короля Станислава, обещала доставить ему княжество Черниговское, а войску малороссийскому всякие вольности и выгоды. Сия княгиня находится в великой дружбе с Мазепой; подарила ему богатую кровать и прислала музыкантов, которые доселе у него поживают.

2. Мазепа поносил польского гетмана Огинского за преданность его к царю.

3. Радовался при получении известия о вероломстве короля Августа.

4. Оказал равнодушие, в 1707 году, при объявлении ему Кочубеем о произведенных Синицким опустошениях около Пропойска.

5. По отъезде, мая 11-го, боярина Ивана Алексеевича Мусина-Пушкина из Батурина, говорил Кочубею и Ско-ропадскому, что и царь известен о поступке Синицкого; в доказательство же своей радости начал пить и подносить им вино, причем пил за здоровье княгини Дольской.

6. Сказывал Кочубею, что король шведский из Саксонии пойдет прямо через Польшу в Москву, где намерен низложить царя и на место его возвесть другого; под Киев же подступит король Лещинский, с польским войском и генерал Рейнишильдт с шведским. Когда же, прибавил Мазепа, ведая сие, я просил у царя вспомогательное войско, он ответствовал мне: довольно у вас войск казацких и московских, находящихся в Киеве; и так, заключил гетман, придется нам соединиться с армией короля Станислава.

7. Кочубей, помолвил дочь свою за Чуйкевича, испрашивал у гетмана соизволения на сей брак, но последний приказывал отсрочить оный, говоря: когда будет за поляками, найдется для твоей дочери лучший жених из польских шляхтичей; ибо хотя по доброй воле полякам мы и не поддадимся, но они наверное нас завоюют. После этого разговора Кочубей согласился со своим сватом Чуй-кевичем упредить зло и ускорить брак.

8. Мая 28-го епископ сербский Руфин сказывал Кочубею, что Мазепа слезно жаловался ему на государя за требование с малороссиян для великороссийского войска лошадей.

9. Мая 29-го Мазепа, пригласив дочь Кочубея окрестить с нею одну жидовку, сказал ей за обедом: ой, Москва сильно прибирает в свои когти всю малороссийскую Украину!

10. Сват Кочубея, Чуйкевич, получил сентября 20 от одного вернейшего канцеляриста, Якова Лисицы, из Киева следующее письмо: «Находящийся в Киеве при гетмане ксендз иезуит Зеленский, ректор винницкий, говорил при многих особах в Печерской крепости, что казакам не должно бояться неприятеля, ибо шведы не на них готовятся, а на Москву. Тот же иезуит сказывал в другое время: никто не ведает, где кроется и тлеет огонь, но он скоро вспыхнет».

11. Мазепа, получив октября 8-го письмо из Минска, веселился с миргородским и прилуцким полковниками и другими, при музыке, до позднего вечера, а на другой день отвечал Зеленскому с белоцерковским казаком.

12. Октября 10-го комнатный Дмитро не впустил к гетману полтавского писаря, говоря ему: пан запершись с полковниками, читает Гадячский договор, постановленный поляками с Выговским.

13. Около 10 декабря 1707 года Мазепа потревожен был в Батурине известием о скором прибытии государя и тотчас собрал триста сердюков, которых вместе со своей челядью поставил в строй с заряженными ружьями, под командой полковника Чечеля. Как тогда носились слухи, что государь возьмет его в Москву, то он, конечно, имел намерение обороняться и отстреливаться от Его Величества: ибо на другой день слуги его говорили канцеляристу Андрею, что они прошлую ночь оружейно в готовности находились.

14. Перед праздником Рождества Христова Орлик встретил тайно и проводил Зеленского в гетманский замок, что под селом Бахмачем, откуда сей иезуит езжал по ночам к гетману в загородный его дом.

15. Слышали от гетмана сии слова: что если осмелится кто бы то ни был, из подвластных ему, противиться его предприятию, тот замучен будет до смерти.

16. Мазепа издавна имеет сношения с бусурманами посредством казаков Кондаченки и Быевского, которые многократно посылаемы были от него в Крым и к белгородским татарам.

17. 10 июня 1706 года, Мазепа, выпив у Кочубея лишнюю рюмку, сказал со вздохом, когда пили за его здоровье: что мне за утеха, коли я живу никогда не маючи совершенной надеи своей целости и всегда ожидая, як вол обуха! Потом стал хвалить жене Кочубея гетманов Вы-говского и Брюховецкого, предпринявших выбиться из воли московской, в чем, — продолжал он, — и успели бы они, если бы, по несчастию, злые люди не перешкодили. Я, подобно им, промышляю о своей цельности и о войсковой вольности, но не вижу в своих единомыслия и ни от кого помощи не имею; сколько ни намекал твоему мужу, он ничего мне не отвечает; да и султан турский запрещает хану соглашаться на мои предложения.

18. Мазепа говорил также некоторым полковникам в Киеве: многие думают, что я желаю иметь своим преемником Войнаровского, но в том ошибаются. Не только предоставляю я сие вольному избранию, даже готов с себя сложить гетманство, ежели вы покажете кого достойнейшего, который мог бы доставить вам свободу: когда же вы на меня сие возлагаете, в таком случае обязаны мне во всем повиноваться и примеру моему следовать. На нынешнего хана тщетно надеяться, зря старался я преклонить его и пашу силестринского на свою сторону; итак треба нам, согласясь с королем Станиславом, зараз приниматься за сабли.

19. Поручение связи с ханом и пашой Мазепа большей частью возлагает на поляков, находящихся у него в услужении.

20. Переселяет многих людей на другую сторону Днепра, в противность указов великого государя, что чинила и мать его, бывшая игуменья.

21. Не только запрещает малороссиянам вступать в супружеские связи и дружиться с великороссиянами, но даже угощать их хлебом и солью.

22. Нимало не радеет об укреплении малороссийских городов, чтобы они не могли обороняться от неприятеля,

а, напротив, укрепил загородный свой дом Гончаровку.

23. Внушает запорожцам, что государь хочет всех их истребить, стараясь посредством сего вооружить сих казаков против его величества.

24. Когда распространился слух, что запорожцы согласились с татарами напасть на слободские полки, Мазепа сказал: пусть бы, коли они думают, делали сие, а то по-пустому оглашают и только дразнят.

25. Один приближенный к Мазепе, угощая недавно у себя многих особ, по случаю разговора о прежних битвах с татарами сказал: дайте той речи теперь покой, они скоро нам пригодятся.

26. 7 сентября 1707 года львовский мещанин Русено-вич, в бытность свою в Батурине, сказывал:

1) Что он привез к гетману письма от Синявского, Потоцкого и других польских вельмож и едва не попался москалям на дороге, почему просил Мазепу послать ответные письма с кем-либо другим;

2) Что Синявский поручил ему, Русеновичу, разведать о склонности казаков к полякам и переговорить о том с гетманом, который клялся в преданности своей к стороне короля Станислава».

Петр I, которому Мазепа сильно помог в подавлении восстания Кондратия Булавина, доносу не поверил и выдал Кочубея и Искру Мазепе, который пытал и казнил

их. О планах Мазепы знали Орлик, Ломиковский, Горленко, Апостол, Зеленский. Однако так, как Кочубей и Искра, думали многие.

Весной 1708 года шведская армия Карла XII в количестве около 70 ООО воинов двинулась из Литвы на Москву. Армия была разбита на несколько частей. С Карлом XII шло 35 ООО солдат.

Московская армия защищала Новгород и Псков. Карл решил идти через Смоленск или Брянск. Однако 28 сентября шведский корпус генерала Левенгаупта, везший припасы и громадный обоз Карлу, был разбит русскими войсками у Лесной. Карл был отрезан от своей основной базы, почти лишился артиллерии, население уничтожало все, что могло пригодиться шведам. Карл XII решил идти на Москву по Левобережной Украине, однако у Белгорода левобережные казаки отразили шведов. Им помогали несколько дивизий царя Петра во главе с Шереметевым и Репиным. Сконцентрировавшись в районе Белополье — Сумы объединенные войска казаков и Москвы выдавили шведскую армию из Ромен. В Сумах прошел военный совет во главе с Петром I, на котором был выработан план военных действий. Карла XII двинулся к Батурину.

Н. Полонская-Василенко писала: «Вступление шведских войск на территорию Украины было страшным ударом для Мазепы, и он был принужден принять непосредственное участие в событиях. В тот период из 10 украинских полков только три были в Украине — Миргородский, Лубенский и Прилуцкий; Полтавский был еще на Дону, Киевский и Гадячский — на Правобережной Украине для помощи польским союзникам Москвы, а четыре полка — Стародубский, Черниговский, Нежинский,

Переяславский — в Беларуси, в распоряжении московских командиров. Оставалось еще 3 компанейских и

4 сердючских полка».

Этот поворот шведов на Украину смешал все планы Мазепы. Петр I вызвал с остальными полками гетмана к себе. Мазепа тянул, сколько мог, сославшись на тяжелую болезнь. Про то, что шведы идут к Батурину как союзники гетмана, знали только несколько старшин. Казаки и крестьяне не принимали шведов и воевали против них, как против захватчиков. 24 октября 1708 года Мазепа с частью генеральной старшины, несколькими полковниками и пятью тысячами казаков вышел из Батурина, в котором оставался десятитысячный гарнизон во главе с полковником Чечелем. 28 октября Мазепа прибыл к Карлу XII, который, очевидно, разочарованный количеством мазепинцев, даже поначалу не принял его и не пошел к Батурину, главной базе и столице Мазепы. В начале ноября Батурин был окружен войсками Меншикова.

Достоверных сведений о соглашении Карла XII и Мазепы не сохранилось. Последующие документы говорят о том, чего хотел Мазепа и старшина:

«Украина по обе стороны Днепра с войском Запорожским и народом Малороссийским должна быть навеки свободной от всякого чужого владения. Швеция и другие союзные государства ни с целью освобождения, ни с целью опеки, ни с какими иными видами не должны претендовать на власть над Украиной и войском Запорожским или на какое-нибудь верховенство, не могут собирать каких-нибудь доходов или податей; не могут захватывать или занимать своими гарнизонами украинских крепостей, какие были бы оружием или договором добыты у Москвы. Должны свято сохранять целостность границ, неприкосновенность свобод, законов, прав и привилегий, чтобы Украина на вечные времена пользовалась свободно своими правами и вольностями безо всякого ущерба».

Сохранилось описание Ивана Мазепы, сделанное Феофаном Прокоповичем: «Мазепа сколько был предан в глубине души своей полякам, столько ненавидел россиян; но никто не мог заметить сего, ибо он всегда оказывал им великое почтение, любовь и доброжелательство. Проницательный ум его наблюдал за поступками людей, взвешивал все их слова и даже старался угадывать сокровенные намерения. Он был до такой степени скрытен и осторожен, что часто казался не понимавшим го-воренные при нем двусмысленные речи. Когда же намеревался выведать какую тайну, выдавал себя за человека откровенного и в подобных случаях прибегал обыкновенно к просьбам вина, притворялся пьяным; нападал на хитрых людей, восхвалял чистосердечных и неприметным образом доводил разгоряченных напитками собеседников до желаемой цели.

Намереваясь вновь присоединить к Польше Малую Россию и зная, сколько жители сего края не любили поляков за вводимую ими унию, оказывал он мнимое усердие к православию: созидал каменные церкви, снабжал разные монастыри и храмы богатыми сосудами и утварью. Обманывая набожных малороссиян, отдалял всякое подозрение насчет неверности и со стороны двора притворялся тяжко больным и дряхлым. Доктора не покидали его ни на одну минуту; часто не мог он ни ходить, ни даже стоять от чрезвычайной слабости, лежал на одре, покрытый пластырями, мазями и повязками, и, подобно полумертвому человеку, испускал столь тихие стенания, что едва можно было слышать его голос».

Петр I узнал о переходе Мазепы на сторону шведов в Новгороде-Северском С Петром были А. Меншиков и Б. Шереметев — руководители армии, канцлер В. Головкин, вице-канцлер П. Шафиров, посол России в Польше князь Г. Долгоруков. Вместе с гетманом Мазепой к шведам перешли генеральный обозный Ломиковский, генеральный судья Чуйкевич, генеральный писарь Орлик, генеральные есаулы Гамалея и Максимович, генеральный хорунжий Сулима, генеральный бунчужный Мирович, полковники: миргородский — Апостол, прилуцкий — Горленко, лубен-ский — Зеленский, корсунский — Кандыба, киевский — Мокиевский, компанейские — Андрияш, Балаган, Кожуховский, полковник сердюцкий Покотило, бунчуковые товарищи, гетманские дворяне, канцеляристы. С гетманом были части Миргородского, Прилуцкого, Лубенско-го полков, три полка компанейские, один сердюцкий, хоругвь запорожцев — всего около 4000 человек. Это было очень мало — ото всей Украины.

27 октября 1708 года Петр I издал манифест к украинскому народу «об исчезновении Мазепы» и приказал старшине явиться в Глухов на Раду для выборов нового гетмана. В новом манифесте от 28 октября извещалось «об измене Мазепы», о его желании предать Украину полякам. Началась «война манифестов». Мазепа и Карл XII призывали украинцев к себе, говоря, что шведская армия только хочет защитить Украину «от московского ига».

Меншиков получил приказ взять Батурин, в котором хранились запасы продовольствия, вооружения на всю армию шведов и мазепинцев. Гарнизон крепости был такой же, как и корпус Меншикова, и отказался сдаваться, хотя и не все знали о переходе Мазепы к Карлу XII. Мен-шикову показали тайный проход в крепость, и после кро-

6 Запорожская сечь 101

вопролитного боя Батурин был взят и сожжен — со всеми своими военными запасами.

О. Субтельный писал: «Через несколько дней после перехода Мазепы к шведам на гетманскую столицу Батурин напал командующий российскими войсками на Украине князь Меншиков и вырезал всех жителей: 6000 мужчин, женщин и детей. Известие о бойне в Батурине и террор, который начали на Украине российские войска, арестовывая и казня при наименьшем подозрении в симпатиях к Мазепе, сменило планы многих потенциальных союзников гетмана.

Ужасный пример Батурина, жестокость российских войск сеяли страх среди украинцев, одновременно про-тестанты-шведы вызывали у них настороженность. Поэтому большая часть украинского населения не захотела поддержать Мазепу. Она хотела подождать и увидеть, как будут развиваться события».

События развивались по планам Петра. В новой штаб-квартире Петра I на Слободской Украине, в Лебе-дине, действовала царская следственная комиссия. Искали союзников Мазепы. Современник писал: «Их находили в домах и отдавали на страшные муки, колесовали, четвертовали, сажали на кол, и уже совсем игрушкой считалась казнь через повешение и отсечение головы». Пытками доводили до того, что люди, не причастные к делу, признавали себя виновными, а потом их казнили». Только в одном Лебедине было уничтожено около тысячи человек.

Н. Полонская-Василенко писала: «Трагедия Батурина была только началом длинного ряда трагедий, перенесенных Украиной. Террор охватил всю страну. Начались следствия и жестокие кары на всех, кто был причастный к делу Мазепы. Ужас распространялся по городам и селам, население которых спешило засвидетельствовать перед московской властью свою лояльность: При-луки, Лубны, Лохвица, сотни Лубенского, Миргородского, Прилуцкого полков. Петр охотно принимал многочисленные доносы. Сторонников Мазепы ждали казни, ссылки, конфискации имущества, которые распространялись и на родственников. А тех, кто писал доносы, награждали чинами, имениями, конфискованными у жертв. Глубокая деморализация охватила Украину, где каждый боялся за свою жизнь, за жизнь родных».

В ноябре 1708 года в Глухове, по указанию Петра I, новым украинским гетманом был избран Стародубский полковник Иван Скоропадский, правивший до 1722 года. Позже из сибирской ссылки возвратили Семена Палия. Во время избрания гетмана было проведено несколько мероприятий по дискредитации Мазепы — с его куклы-«персоны», вывешенной в Глухове, палач сорвал все ордена, украинское духовенство огласило проклятие Мазепе, в Москве его объявили изменником и провозгласили анафему. Все это произвело большое влияние на население. Меньшую часть Украины заняли шведы, большую — Россия с новым гетманом Скоропадским. Шведская армия осталась зимовать на Украине, население повело против нее партизанскую войну, на которую шведы отвечали репрессиями, ухудшавшими их положение. Армия Карла XII сильно уменьшилась.

Мазепа занимался дипломатией, вел переговоры о создании антимосковской коалиции с поляками, турками, крымскими татарами, Молдавией, Валахией, Трансильва-нией, донскими и кубанскими казаками, калмыками, казанскими татарами, башкирами. Все выжидали. Единственным успехом был приход к шведам и Мазепе Запорожского войска — около 9000 человек. Запорожцы и их кошевой с 1701 года Кость Гордиенко не любили Мазепу, считали его московским и старшинским прислужником, но после долгих колебаний запорожская старшина склонилась на сторону Мазепы. Запорожцы нанесли поражение московским войскам под Нехворощей. Сам Карл XII застрял под Полтавой, пытаясь обеспечить дорогу на Зо-порожье, но город взять не смог. Московские войска пошли на Сечь и уничтожили ее, запорожцы были объявлены вне закона. Уцелевшие запорожцы перенесли свой кош в Алешки, контролировавшиеся крымскими татарами. Дело шло к Полтавской битве.

Полтава стояла на перекрестке дорог из Запорожья, Крыма, Турции, Правобережной Украины, Дона, России. Здесь 27 июня 1709 года прошла Полтавская битва. Петр и казаки Скоропадского разгромили Карла XII и мазе-пинцев.

«Шведы открыли огонь перед рассветом: пехота их устремилась на российские редуты и вскоре овладела двумя, еще не оконченными, в то время, как кавалерия сильно атаковала нашу конницу, позади них поставленную, но была отражена. Здесь неприятель лишился четырнадцати знамен. Несмотря на сей успех, Петр велел генералу Боуру податься назад, желая завлечь неприятеля под выстрелы ретраншементов, что и удалось ему исполнить. Шведы, увлекаемые храбростью, бросились за этими эскадронами и, проходя близ российских укреплений, подвергли сильному картечному огню правый фланг свой. Происшедший от того беспорядок заставил их отступить влево к лесу. Между тем атака на российские редуты продолжалась генералом Россом, отрезанным тогда от главной шведской армии. Меншиков напал на сей отряд, разбил его, обратил в бегство и принудил его сдаться генералу Ренцелю. Еще не начиналось тогда главное сражение. В девятом часу утра левое крыло российское вступило в бой с правым шведским, и вскоре битва сделалась общей. Тщетно король, растянувший пехоту свою, старался воспрепятствовать россиянам окружить себя с флангов: превосходное число последних и многочисленная артиллерия их превозмогли мужественное сопротивление шведов, которые, после получасового сражения, обратились в бегство и были преследуемые в самый лес, а оттуда бежали по дороге в Решетиловку. В одиннадцать часов утра победа совершенно увенчала россиян!

Любопытно, что славный Палей, возвращенный из Сибири, находился также в Полтавском сражении. В последний раз в жизни сей престарелый воин обнажил тогда меч свой; несколько малороссиян поддерживали его на лошади, и если победоносная мышца, ослабевшая от трудов многолетних, не могла уже разить противников, одно присутствие его достаточно было для воспламенения соотчичей к мужественным подвигам».

Карл XII и Мазепа с остатками войск бежали на юг. У Переволочны 30 июня уйти на турецкие земли смогли только несколько сот человек. Армия шведов перестала существовать. Полное подчинение Украины России стало вопросом времени.

6 июля 1709 года Карл XII и Мазепа были в Очакове, а 1 августа в Бендерах, где турки назначили им местопребывание. 22 сентября Иван Мазепа умер. Историки говорят, что от отчаяния или приняв яд. Ивана Мазепу похоронили в монастыре в Галаце, на Дунае.

17 июля гетман И. Скоропадский передал царю Петру I статьи на утверждение:

1. О подтверждении прав и вольностей, дарованных войску Запорожскому царями Алексеем Михайловичем и Федором Алексеевичем.

Решение: Обещано содержать оные без всякого нарушения.

2. Чтоб во время похода наказной гетман не был подчинен российским генералам, часто заставляющим казаков возить дрова, сено и пасти лошадей.

Решение: Дозволено наказным гетманам приносить, в таком случае, жалобы государю на генералов, которые понесут за то жестокий гнев.

3. О возращение войску взятой в Батурине артиллерии.

Решение: Не отданные доселе пушки имеют быть отведены в московский цейхгауз вместе с другими доспехами, отнятыми у неприятеля.

4. О таком же возращении гадячских пушек и неот-торжении от помянутого полка местечка Котельвы.

Решение: пушки, взятые из Гадячского полка, велено возвратить в те только места, в которых жители сохранили верность к российскому престолу; а местечко Котель-ва, по просьбе тамошних жителей, присоединенное к Ах-тырскому полку, не может быть возращено Гадячскому.

5. О запрещении находящимся в Украине российским воеводам нарушать права и вольности малороссийские, также вступаться в тамошние суды и расправы и о выведении из малороссийских городов российских гарнизонов.

Решение: по первой просьбе будет исполнено, а гарнизоны оставлены только в Полтавском полку, бывшем, большей честью, в согласии с запорожцами.

6. Чтоб никто самовольно не останавливался на казацких дворах, чрез что нарушается вольность казацкая, за которую они только служат.

Решение: о подобных обидах должно приносить жалобы определенному к гетману ближнему стольнику Измайлову.

7. О запрещении брать самовольно подводы в Украине и чинить обиды и разорения малороссиянам во время переходов великороссийских войск.

Решение: на сие последует государев запретительный указ.

8. Чтоб, по случаю понесенного разорения малороссиянами от шведов, уволены были казаки на несколько лет от военной службы.

Решение: Увольняются на одно лето.

9. О дозволении малороссиянам пользоваться по-прежнему рыбным, звериным и соляным промыслами в бывшей Запорожской Сечи.

Решение: Отложено до некоторого времени, для воспрепятствования запорожцам селиться вновь под тем предлогом в означенных местах.

10. О запрещении называть изменниками малороссиян, не последовавших примеру Мазепы.

Решение: Будет запрещено высочайшим указом.

11. Чтоб верные государю компанейские полки и сер-дюцкий, по причине разорения мест, в которых они квартировали, и недостатка войсковой казны, были приняты в милостивое его царского величества покровительство.

Решение: Полки сии имеют быть расположены в местах, менее прочих потерпевших разорение, и увольняются от военного похода; о войсковых доходах доставить государю немедленно подробную ведомость.

12. О дозволении черниговским жителям строиться вновь на тех местах, где сломаны были их жилища.

Решение: Запрещено, по причине сломки их домов для городского управления; желающих же строиться велено отводить в других местах удобные земли.

13. Чтоб государевы указы были присылаемы к одному только гетману, а не в полки и города малороссийские.

Решение: Изъявлено на сие высочайшее соизволение.

14. О подорожных, по которым имеют быть выдаваемы подводы в городах и селах малороссийских.

Решение: Они должны быть из Москвы за подписью судей малороссийского и ямского приказов; из похода: фельдмаршалов, а из городов — за подписью комендантов или воевод.

Для надзора за действиями гетмана и казацкой старшины с лета 1710 года на Украине находились русские резиденты. Первым резидентом стал ближний стольник Андрей Измайлов. По указу Петра I в его обязанности входило:

Чтобы он находился при гетмане для управления, с общего с ним совета, делами великого государя по случаю бывшего возмущения в Малороссийском краю и бунта запорожцев.

1. Надлежит ему стараться, вместе с гетманом, о сохранении тишины и благоустройства в Малороссии, посредством ареста всех возмутителей.

2. Препятствовать, вооруженною рукою, запорожцам селиться вновь в Сечи или в другом каком месте.

3. Иностранных посланцев принимать вместе с гетманом, доставлять к государю привозимые ими письма и без высочайшего соизволения не ответствовать, равно и казацких посольств никуда не отправлять.

4. Иметь смотрение, чтобы гетман, без указа великого государя, никого из старшин и полковников не оставлял, и вновь избираемы они были с общего совета и с утверждения царского.

5. Препятствовать принятию поляков и других иноземцев.

6. Наблюдать, чтобы гетман никого не казнил, без изволения великого государя.

7. Описать все имущества изменников, прислать ведомость оным; впредь гетману никаких местностей и земель не давать и не отнимать ни у кого без царского соизволения; за усердную же службу назначать с общего согласия генеральных старшин; потом представлять государю.

8. Гетману иметь свое пребывание в Глухове.

9. С городов в Полтавском полку и в других, замешанных в измене мазепиной, взыскать в казну по два ефимка с каждого двора; в противном случае разорить их до основания, подобно Батурину.

10. Истребовать от гетмана и полковников подробную ведомость о войсковых доходах.

Сверх сих статей даны были Измайлову тайные:

1. Чтобы он имел неослабное смотрение за поступками гетмана, старшины и полковников и препятствовал им сноситься с турками; в случае же чьей измены или народного возмущения требовал пособия от воеводы киевского и от других соседственных, а для скорейшего прекращения всякого беспорядка употреблял пехотные великороссийские полки, данные ему в команду и находившиеся прежде при Мазепе.

2. Проведал тайно, сколько прежде сего собиралось и ныне собирается доходов для гетмана, генеральных старшин, полковников и прочих урядовцев.

3. Узнавал из разговоров и обхождения, кто из старшин и казаков более привержен к государю и какого уряда достоин.

С согласия старшины и гетманов несколько украинских местечек были переданы Меншикову и Шафирову — впервые на Украине появились российские землевладельцы. Время великих гетманов на Украине закончилось.

Вместе с Мазепой в Бендерах оказались 50 представителей казацкой старшины, около 500 казаков из лево-бережных полков и около 4000 запорожцев — первая украинская политическая эмиграция. Во главе ее были генеральный обозный Иван Ломиковский, генеральный бунчужный Федор Мирович, генеральный есаул Григорий Герцик, прилуцкий полковник Дмитрий Горленко и генеральный писарь Филипп Орлик.

5 мая 1710 года при одобрении турецкого султана новым гетманом — в изгнании — был выбран Филипп Орлик.

Он родился в 1672 году на Виленщине в шляхетской семье чешского происхождения, учился в Киево-Моги-лянской академии, его учил знаменитый Стефан Яворский, будущий «местоблюститель патриаршего престола» в Москве. Орлик служил в митрополичьей канцелярии, из которой перешел на службу гетману в генеральной войсковой канцелярии и в 1707 году стал генеральным писарем. После смерти Мазепы Орлик заключил соглашения со шведским королем и крымским ханом о военной помощи против Москвы и совместных действиях.

В день выборов Орлика была утверждена «Конституция прав и свобод Запорожского войска» — «Pacta et constitutions», так называемая Бендерская конституция. Основными ее пунктами были провозглашение независимости Украины от Польши и Москвы, восстановление казацких рад, ограничение власти гетмана в пользу старшины.

М. Грушевский писал: «Указывается, что в последнее время гетманы присвоили себе «самодержавную владу, узаконили самовластие и такое право: «так хочу, Так повелеваю». Для предотвращения этого на будущее время •та конституционная хартия устанавливает такие порядки: три раза в год, на Рождество, Пасху и Покров, должны происходить «генеральные рады» в гетманской резиденции для решения важнейших дел; на эти рады должны являться: генеральная старшина, полковники со своей полковой старшиной и сотниками, выборные от полков «генеральные советники» и депутаты от Запорожской Сечи. Бхли бы в правлении гетмана или в его действиях замечено было что-либо вредное для народного блага, тогда старшина и советники имеют право «выговорить» гетману, а он не должен за это на них гневаться или наказывать. Без воли этой генеральной рады гетман может решать только спешные дела, не терпящие отлагательства, и то по Совещании с генеральной старшиной. Никаких тайных сношений и корреспонденций гетман не имеет права вести. Не может также распоряжаться войсковой казной: для этого должен был избран генеральный иодскарбий, а гетман может располагать только доходами, назначенными «на булаву и особу его гетманскую». В обязанность гетману вменялось попечение о том, чтобы людям войсковым и посполитым не чинилось притес

нений, не налагались на них чрезмерные тяжести, отчего они бросают свои селения и уходят искать более легких условий жизни в заграничных краях. Старшине и всяким войсковым и посполитым урядникам запрещалось употреблять казаков и не принадлежащих им, силой принуждать к продаже земель, забирать за какие-либо вины имущество провинившихся или заставлять отрабатывать свои вины.

Все это было хорошо, но не удалось составителям этой хартии возвратиться на Украину и завести эти новые порядки.

Турция, боясь усиливавшегося могущества Московского государства, заключила со Швецией союз осенью 1710 года, разорвала сношения с Москвой и весной открыла военные действия. Орлик со своими казаками и татарами и отрядами польских панов из шведской партии двинулся весной 1711 года на Правобережную Украину, в правобережные полки, с 1704 года признававшие власть московского правительства.

Здешние поселения сдавались ему: сдались Умань, Бо-гуслав, Корсунь; генеральный есаул Бутович, высланный из-за Днепра, был Орликом разбит. Но когда он приступил к Белой Церкви, тут его постигла неудача, много его людей погибло, а татары в это время начали грабить край; сочувствие населения было потеряно, и после этого Орлик вынужден был отступить.

Летом 1711 года двинулся против турок Петр. Понадеявшись на молдавские обещания, он неосторожно углубился за Прут — как шведы на Украину Здесь его окружили турецкие силы, и он попал в отчаянное положение. Орлик надеялся, что теперь можно будет продиктовать царю свои требования относительно Украины: Петр должен был отказаться от всяких прав на Украину. Но все поправили царские деньги: турецкий визирь был подкуплен, выпустил Петра с его армией на очень легких условиях, а об Украине в договоре упомянуто в таких неясных выражениях, что каждая сторона могла толковать по-своему. Орлик доказывал, что на основании этого договора Москва обязалась отказаться от Украины по обе стороны Днепра, а царские уполномоченные доказывали, что такого обязательства для Москвы не содержится. Турецкое правительство приняло толкование Орлика и объявило новую войну Москве за то, что она не очищала Украину. Но снова все изменили московские деньги: договор был подтвержден, а пункт об Украине был разъяснен в таком смысле, что царь отказывается от Правобережной Украины (кроме Киева) и Запорожской Сечи, а Левобережная Украина остается под верховенством Москвы. Стоило это царю еще 100 тысяч червонцев, но зато после этого, как ни старался Орлик побудить турецкое правительство добиваться от Москвы Левобережной Украины, как они обещали казакам,— все было напрасно. Да и с Правобережной Украиной дело не сладилось, так как на основе прежних трактатов на нее заявила претензию Польша.

Однако дела затянулись еще на несколько лет, так как царь не выводил своих войск из Правобережной Украины. Только в конце 1714 года московские войска сдали Белую Церковь и ушли за Днепр. Орлик с запорожцами в конце 1712 года попробовали захватить Правобережье под свою власть, но силы у них были незначительные, и польское войско под предводительством гетмана Сенявского, отправленное для оккупации Правобережной Украины, разогнало их без большого труда. Москва и Турция пришли к полному соглашению, и Карл вынужден был выехать из Турции. С ним отправился и Орлик с несколькими товарищами по изгнанию; остальные вернулись на Украину. Запорожцы тоже стали проситься обратно, но московское правительство принимало отдельные отряды, а всей Сечи целиком принять не соглашалось, ввиду соглашения с Турцией 1712 года, и только много позже, когда решена была новая война с Турцией, дало свое согласие на возвращение и восстановление Сечи в 1733 году».

В 1739 году Орлик так и умер в изгнании.

Наступало новое время, время Российской империи.

Время до Кирилла Разумовского. Конец гетманства


Поглощение Гетманщины Российской империей было достаточно долгим, около ста лет. Московское правительство не хотело делать из украинцев своих врагов, предстояло еще много воевать с Турцией за Черное море.

Российская политика на Украине добивалась:

1) совершенного покорения украинской элиты и по-спольства;

2) «порядка» в управлении и экономике Украины;

3) максимального использования украинских людских и хозяйственных ресурсов.

Полтавская битва и польско-московско-турецкое перемирие на долгие годы определили политическое будущее Украины. Волынь и Подолия остались под Польшей.

Киев и Левобережье — под Москвой. Юг — под Турцией и татарами.

Ставка гетмана была перенесена из Батурина в Глухов, в котором стояло два московских полка, а резиденты царя имели тайный приказ при необходимости арестовать гетмана и старшину. Это сильно подрывало гетманскую власть.

Практически гетман мало что мог сделать без ведома и разрешения царя; все хорошо понимали — где теперь сила и политическая власть. Московские ргзиденты распоряжались на Украине, города которой приняли петровские гарнизоны. Украинцы строили Ладожский канал и Санкт-Петербург, крепости на Волге и Кавказе. Петр вмешивался в гетманское управление, назначал старшину и полковников, все чаще ими становились представители московской элиты.

Князь Голицын писал канцлеру Головкину; «Ради нашей безопасности нужно прежде всего посеять вражду между полковниками и гетманом. Не нужно исполнять просьбы гетмана. Когда народ увидит, что гетман не имеет такой власти, как Мазепа, то, надеюсь, будет приходить с доносами. Нужно, чтобы во всех полках были полковники, несогласные с гетманом. Если между гетманом и полковниками не будет согласия, то все их дела будут нам открыты».

В 1722 году была учреждена Малороссийская коллегия — как орган, контролировавший гетмана. Указ Петра I от 29 апреля создал структуру из семи московских высших офицеров, командовавших расквартированными на Украине войсками, во главе с бригадиром Степаном Вельяминовым. Коллегия, формально созданная для приема жалоб на гетманское правление, практически сводила на нет власть Скоропадского:

«Для прекращения возникшего в малороссийских судах и войске, велено быть при гетмане бригадиру Вельяминову и шести штаб-офицерам из Украинских гарнизонов на основании договоров, поставленных с прежними гетманами.

1. Обязанность Коллегии надзирать за скорым и беспристрастным производством дел во всех присутственных местах и обиженным оказывать законное удовлетворение.

2. Иметь верную ведомость о денежных, хлебных и других сборах и принимать оные от малороссийских урядников и войтов.

3. Производить из сих денег жалованье, с гетманского совета, сердюкам и компанейцам; иметь приходные и расходные книги и ежегодно представлять прокурору в Сенат.

4. Припятствовать, с гетманского также совета, генеральным старшинам и полковникам изнурять работами казаков и посполитых людей.

5. Смотреть, чтобы драгунам отводимы были квартиры без всякого исключения, даже в гетманских поместьях, кроме двора, где он имеет жительство; также во дворах старшин, священников, церковнослужителей.

6. Рассматривать, вместе с полковыми командирами, имеющие поступать жалобы от нижних чинов и малороссиян.

7. Наблюдать, чтобы присылаемые гетманом указы от государя и Сената были записываемы в Генеральной канцелярии, и в свое время доставлялись рапорты; также препятствовать писарям гетманским подписывать вместо него, универсалы и отправлять оные из Коллегии».

Скоропадский поехал в Санкт-Петербург просить Петра пересмотреть этот указ. Император отказал, гетман вернулся в Глухов, где через несколько месяцев умер.

Иван Скоропадский происходил из Правобережной шляхты, его отец входил в генеральную старшину и погиб, сражаясь под знаменами Хмельницкого, под Желтыми Водами. Иван Скоропадский родился около 1646 года в Умани, служил у Самойловича, несколько раз ездил с поручениями в Москву, ходил в Крымский поход. Во времена Мазепы Скоропадский дослужился до генерального бунчужного, второго генерального есаула, Стародубско-го полковника. Во время выборов ему уже перевалило за 60 лет. Его жена, решительная, энергичная женщина, часто руководила добродушным мужем. Осталась присказка: «Настя носит булаву, а гетман запаску». Скоропадский, как патриот Украины, часто обращался к Петру I по вопросам управления и получал ответ: «Украинцы имеют под царской рукой столько свободы, как ни один народ в мире». После смерти Скоропадского управление Украиной было переведено из российской Коллегии иностранных дел в Сенат.

Смерть Скоропадского ускорила введение на Украине прямого московского правления. В Глухов приехал бригадир Вельяминов и начал распоряжаться. Генеральная старшина отправила Петру I просьбу об утверждении гетмана. Наказным гетманом был избран Павел Полубо-ток, черниговский полковник, бывший конкурент Скоропадского на выборах 1708 года. Тогда царь не допус-

7 Запорожская сечь 177

тил избрания Полуботка, заявив, что он «очень умный и из него может выйти второй Мазепа».

Императору было отправлено письмо: «Изволь, твое царское величество, подтвердить права и вольности наши войсковые, как из веков бывало в войске Запорожском, что своими правами суживалися и вольности свои имели в добрах и судах; чтобы ни воевода, ни боярин, ни стольник в суды войсковые не вступалися, но от старейшин своих чтоб товариществу сужены были, где три человека казаков, тогда два третьего должны судить.

Не только родитель твой, но и ты, государь, собственноручно утвердил сию статью при избрании покойного гетмана Скоропадского, обещая цело, свято и ненарушимо содержать постановленный с Хмельницким договор».

23 июня, перед отъездом на войну с Персией, Петр I ответил старшине: «Как всем известно, что со времен первого гетмана Богдана Хмельницкого, даже до Скоропадского, все гетманы явились изменниками, и какое бедствие терпело от того наше государство, особливо Малая Россия; то и надлежит приискать в гетманы весьма верного и известного человека, о чем и имеем мы непрестанное старание.

А пока оный найдется, для пользы вашего края, определено правительство, которому было велено действовать по данной инструкции, и так до гетманского избрания не будет в делах остановки, почему о сем деле докучать не надлежит».

Вельяминов орал на Полуботка: «Что твоя служба против моей? Знаешь, что я бригадир и президент, а ты против меня ничто! Уже ваши старшины велено отменить и поступать с вами по-новому — я вам указ!»

Наказной гетман Павел Полуботок был человеком шердым. Он добился того, что Сенат отдал Малороссийской коллегии приказ знакомить старшину со своими планами и согласовывать их с гетманским управлением.

Полуботок стал сам решать жалобы украинцев на администрацию и суды, чтобы не передавать их в коллегию. ()н реорганизовал суды, сделав их коллегиальными, боролся со взятками, назначил инспекторов для контроля исполнения своих приказов, призывал старшину к справедливым решениям.

Вельяминов написал жалобу Петру о том, что Полу-ооток мешает работе коллегии. Император вызвал наказного гетмана в Петербург. С ним поехали генеральный писарь Семен Савич, генеральный судья Иван Черныш, другая старшина. Одновременно, летом 1723 года, император приказал командующему российскими войсками на Украине князю Голицыну отправить казацкие полки на юг — против татар.

В Петербург шли петиции из Украины. Наказной гетман Полуботок со старшиной подали Петру I прошение о возвращении Украине старых прав. Император отправил на Украину Румянцева — «чтобы выяснить, чего хотят казаки и население — сохранения старых украинских порядков, как Полуботок со старшиной, или введения московских порядков — как Стародубский полк».

Д. Бантыш-Каменский писал: «Тщетны были надежды 11олуботка и товарищей его получить от государя желаемое решение. Каждый день сенаторы откладывали произнести роковой приговор, целым народом ожидаемый. Влекомый пламенною к отечеству любовью и долгом носимого звания, Полуботок решился пожертвовать собою для своих единоземцев и с сею мыслию, представ, в сопрово-

ждении других старшин, пред грозного монарха, произнес ему следующую сильную и вместе дерзкую речь:

«Знаю и вижу, государь, что без всякой причины, по проискам гордого Меншикова, восстал ты на мою отчизну, желаешь уничтожить преимущество, предками твоими и тобою самим торжественно утвержденные, и для приведения в упадок воинственного духа казаков употребляешь их в тягчайшие работы, принуждая рыть каналы, проводимые в обширных твоих областях. Но что огорчительнее всего, ты лишил нас драгоценнейшей свободы избирать по собственному произволу себе гетманов и начальников и, отняв древнее право судить своих соотечественников, определяешь нам судей из граждан великороссийских, которые, не ведая или притворяясь не знающими законов и преимуществ наших, не престают нарушать их при всяком случае и нас угнетают. Неужели, государь, отказывая в должной справедливости, ты думаешь сим воздать Богу благодарение за все успехи, от Него ниспосланные? Ты занимаешься только блеском величия и могущества, дарованных тебе от Его щедрот, не помышляя нимало о Его правосудии. Да позволено мне будет представить тебе, государь, в последний раз, что ты не получишь ни малейшей пользы от угнетения моих соотчичей, и что для тебя не столь славно повелевать ими силами и властью, как быть главой и отцом народа, преисполненного твоих милостей и всегда готового проливать всю кровь свою за твои выгоды и твою славу Знаю, что оковы меня ожидают и что буду ввергнут в мрачную темницу, где оставят меня умереть с голода, но что мне до того? Я говорю за отечество и охотно предпочитаю самую жестокую смерть ужасному зрелищу всеобщей гибели моих единоземцев! Помысли, великий государь, и будь уверен, что отдашь некогда отчет Царю всех царей за несправедливости, оказываемые тобой народу, принятому под твое покровительство».

В ноябре 1724 года Павел Полуботок и его сторонники были посажены в Петропавловскую крепость. Через короткое время Полуботок и два его товарища, Д. Волод-ковский и И. Карпека, умерли.

В памяти украинцев Павел Полуботок остался как один из самых почитаемых героев, который защищал украинскую автономию и заплатил за это жизнью, как храбрый борец за национальную свободу. Под портретами Полуботка, хранившихся в украинских домах как национальная святыня, можно было прочитать его слова: «Защищая Отчизну, я не пугаюсь ни кандалов, ни тюрьмы, и лучше мне горькой смертью умереть, чем смотреть на гибель моих соотечественников».

После смерти Петра I в 1725 году Верховный тайный совет также отрицательно относился к ходатайствам старшины о восстановлении гетманства. Малороссийская коллегия свободно действовала в Гетманщине. Вельяминов докладывал в Петербург о повышении сбора податей на 600%.

В 1726 году появилось признаки войны с Турцией. Меншиков, украинские имения которого также подверглись налогообложению, добился того, что Сенат распустил Малороссийскую коллегию и перевел управление Украиной снова в Коллегию иностранных дел. Сенат издал указ, по которому «для удовлетворения и спокойствия местного населения гетманом должен быть выбран человек достойный и преданный».

В июне 1727 года в Глухов выехал российский тайный советник Наумов с поручением провести выборы гетмана и старшины, 1 октября на Великой Раде новым гетманом был избран 70-летний миргородский полковник Даниил Апостол (1658—1734). Именно его казацкий корпус в начале Северной войны разбил шведские войска генерала Шлиппенбаха под Эрестфером; позже бывший соратник Мазепы, Д. Апостол перешел на сторону Петра I, был прощен и отличился во главе 10-тысячного войска в 1722 году под Дербентом. Новый гетман окружил себя старшиной и полковниками — сторонниками автономии Украины.

В 1728 году Д. Апостол в Петербурге присутствовал на коронации Петра II. В столице были подписаны «Решительные пункты», регламентирующие государственноправовое положение Украины. Не восстанавливая «Статьи Богдана Хмельницкого», пункты все же отменяли часть петровских нововведений на Украине.

1. Суд и расправа оставлены в Малороссии по-преж-нему, как изображено о том в Статьях гетмана Богдана Хмельницкого; на сотенные суды установлено приносить жалобы полковникам, на полковников генеральному суду, а на последнего — государю в Коллегию иностранных дел. Сверх сего гетману, как президенту генерального суда и членам оного дана власть наказывать денежными пенями нижних судей, уличенных в несправедливости и лихоимстве, и сими деньгами удовлетворять обиженную сторону.

2. Гетмана выбирать вольными голосами, только с согласия и соизволения государя, от которого единственно зависит и отставка его. Избранный гетман обязан являться в Москву для получения подтвердительной грамоты и клейнодов.

3. В генеральные старшины и полковники также избирать вольными голосами из заслуженных, верных и не подозрительных людей и представлять двух или трех кандидатов на утверждение государю; то же самое делать и при отставке их. В полковые старшины возводить целым полком, а в сотники казакам той сотни и потом на утверждение представлять гетману, который со своей стороны обязан доносить о том государю. Казнить смер-тию без высочайшего повеления запрещено, равно как и принимать в службу перекрещенных людей; гетману предоставлена власть наказывать виновных полковых старшин и сотников отрешением от мест и лишением даже имущества, но о таковых велено представлять государю.

4. Доходы с города Коропа впредь употреблять на содержание казацкой артиллерии под надзором генерального обозного. О состоянии оной ежегодно доставлять сведение.

5. Расположенным в Украине, для охранения сей страны, великороссийским войскам отводить квартиры с общего согласия главнокомандующего и гетмана; от прокормления же их не исключаются поместья ни российских, ни малороссийских владельцев.

6. Для уменьшения податей, взимаемых с народа, число компанейских полков ограничено тремя, полагая в каждом полку только по пятисот человек.

7. Уничтожены сборы, определенные бывшей Мало-российской коллегией, и войсковой скарб восстановлен; над сборами иметь главное смотрение двум подскарбиям, одному великороссиянину, а другому малороссиянину.

Сборам быть следующим:

a) с винного промысла и дегтя;

b) с пчелиного и табачного прибытка, из чего, однако ж, исключены казаки;

c) с товаров и муки, привозимых на ярмарки и рынок;

с!) с мостов, перевозов и гребель;

е) с откупных разных статей и ратужных сел. От сих сборов изъяты монастырские владения.

8. Всякое законное имение, как у крестьян, так и у казаков, по смерти отца семейства, должно оставаться за вдовою и детьми его. Об отличных заслугах малороссиян гетман обязан представлять государю.

9. Определенный на гетманскую булаву вместо Чигиринского староства Ключ Гадячский оставлен за гетманом. Относительно розданных Скоропадским поместий, принадлежащих гетманскому уделу, положено сделать исследование и потом сопричислить их к оному.

10. Утверждены, по-прежнему, за генеральными старшинами, сотниками, ратушами, войсковой и судебной канцеляриями ранговые поместья, несправедливо розданные Скоропадским бывшим в его время чиновникам.

11. Предоставлено гетману, по возвращении в Малороссию, представить государю: где желает он иметь свое пребывание вместо Глухова.

12. Относительно беглых великороссиян, наносящих помещикам своим чудовищные убытки, руководствоваться указами 1718 и 1723 годов (взыскание с виновных в укрывательстве крестьян всех убытков).

13. Индукте или пошлине, взимаемой с иностранных товаров, быть по-прежнему на откупу, без всякого отягощения народа, откупные деньги имеют поступать в императорскую казну.

14. Дозволено в мирное время как малороссиянам в пограничные города, так и из-за границ в Малороссию купцам с незапрещенными товарами приезжать, евреям не возбранено торговать в Украине на ярмарках, только оптом, и не велено им увозить серебра, золота и меди, но покупать на сии деньги товары, жительствовать же им в Малороссии запрещено.

15. Дозволено великороссиянам в Украине и малороссиянам в России покупать и продавать недвижимые имения, но с тем, чтоб они платили установленные подати, были подчинены тамошним узаконениям и под опасением тяжкого наказания не населяли украинских деревень русскими крестьянами и российских украинскими.

16. Отказано гетману в просьбе его, чтоб выведены были из полков Стародубского и Черниговского поселившиеся в оных раскольники, но положено казнить смертью тех, кои будут привлекать к своей ереси малороссиян или великороссиян; об обращении же сих раскольников к православной вере всячески велено стараться.

17. Владельцам слободских полков, купившим земли в полках Гадячском и Полтавском, руководствоваться 15-ю статьею.

18. Духовенству малороссийскому никто не должен продавать, закладывать или иначе отдавать земли, если же, невзирая на сие запрещение, духовные приобретут монастырям недвижимые имения, в таком случае отбирать оные безденежно и возвращать по принадлежности; в монастыри и церкви позволяется вносить вклады деньгами; принадлежащие же монастырям и церквям вотчины должны состоять под судом малороссийским.

19. Письма иностранных государей к гетману перевозить и присылать в Москву, а самим посланникам оставаться в Глухове; относительно же пограничных дел, крадки лошадей, скота и тому подобного, отвечать польским и татарским командирам с общего совета и в присутствии царского полномочного, о чем доносить и Коллегии иностранных дел.

20. Многоразличные и часто противоречащие Магде-бургские и Саксонские права перевесть на русский язык и, посредством сведущих людей, составить из них целое.

В прочем обязан гетман всеми силами содействовать к пользе его императорского величества и во всех делах совещаться с имеющим быть при нем российским министром и с генеральными старшинами по прежнему войсковому обычаю.

Д. Апостол упорядочил запутанные дела землеведения на Гетманщине; много занимался экономикой Украины, был сильным хозяйственником, большое внимание уделял развитию украинской торговли. При нем практически впервые был установлен государственный бюджет Украины в сумме 145 тысяч рублей ежегодно. Основной доходной статьей стали пошлины с вывозимых из Украины товаров, прибыль распределялась на администрацию, наемные полки и артиллерию. В своей деятельности на благо Украины Д. Апостол совмещал государственную деятельность с громадным жизненным опытом. Даниил Апостол умер в январе 1734 года и в украинской истории остался как «последний казак на гетманском столе», «один из наилучших украинских исторических деятелей, при этом решительный защитник автономии Украины», «не испачкавший свои руки народной кривдой», человек, которому «удалось укрепить гетманскую власть и авторитет гетмана у российских и местных украинских властей».

Составленные по инициативе Д. Апостола «Генеральные следствия о местностях» и «Свод украинских законов» стали драгоценными источниками по истории Украины. Д. Апостол очень хорошо говорил и писал по-латыни, по-польски, по-французски, по-итальянски, по-немецки, по-русски, хорошо знал математику, фортификацию. «Д. Апостол возвратил малороссиянам древние права, Скоропадским утраченные; водворил спокойствие в вверенной ему стране; ходатайствовал неоднократно об уменьшении налогов и воинских постоев; испросил у монархини прощение виновным запорожцам и делами своими умел заслужить общую любовь и уважение».

Даниил Апостол сам назначал Генеральную канцелярию и полковников, резко уменьшил количество россиян и иностранцев на украинской службе, поставил под свою юрисдикцию Киев, находившийся в ведении российского губернатора. Венцом его деятельности стала подготовка возвращения запорожцев.

Пока над запорожцами, поселившимися с 1708 года в Алешках, под турецким протекторатом, атаманствовал непримиримый враг Москвы Кость Гордиенко, о возвращении на Хортицу не могло быть и речи. Им приходилось молча терпеть притеснения крымских татар. В 1725 году запорожцы скинули Гордиенко и начали искать способы возвращения на Украину. Кошевому удалось вернуть власть и только после его смерти в 1733 году начались переговоры о возвращении. В Польше умер король, запахло военными действиями, и царская канцелярия послала запорожцам грамоту с амнистией. Однако пока им не разрешалось вернуться на Гетманщину.

Крымский хан приказал запорожцам идти на войну с Польшей, и, не дожидаясь разрешения из Петербурга, в начале 1734 года они перешли из Алешек на Базавлук. Летом в Лубнах на Полтавщине было утверждено соглашение запорожских делегатов с царскими посланниками

о полной амнистии для запорожцев, которым было оставлено внутреннее самоуправление с условием подчинения в военных делах командующему российскими войсками на Украине. Запорожским казакам вернули их земли и установили денежное содержание 20 ООО в год. 7 ООО запорожцев присягнули Анне Иоанновне и вскоре отличились в русско-турецкой войне.

Смерть гетмана Апостола стала смертью украинской автономии. После него Украиной стал управлять генерал Нарышкин, и до «выборов нового доброго и знатного человека в должности гетмана» была вновь создана Мало-российская коллегия, получившая название «Правление гетманского уряду». В нее вошли трое россиян: генералы Шаховской и Барятинский, полковник Гурьев; и трое украинцев: генеральный судья Забела, генеральный есаул Лысенко, генеральный подскарбий Маркович. Украиной фактически правил Шаховской.

Казацкая старшина продолжала укрепляться экономически. Захват войсковых земель, скупка и грабеж земель посполитых и казачества увеличивали и округляли владения старшины. Превращаясь в «шляхетство» старшина стремилась юридически отделить себя от казаков и посполитых крестьян и закрепить свои привилегии. С этой целью была образована Комиссия, которая окончила свою работу в 1743 году. Так появился сборник законов, известный под названием «Права, по которым судится малороссийский народ».

Основными его источниками были «Литовский статут» 1588 года и средневековое «Саксонское зерцало», документы, которые отменяли обычное украинское право и юридически оформляли сложившиеся на Украине феодально-крепостнические отношения. Хотя составленные «Права» не получили официального утверждения, тем не менее они применялись в шляхетских судах.

В связи с ростом крупного землевладения юридически свободные посполитые люди становились зависимыми от частных владельцев. Посполитые выходили «на низину» и терпели «великие обиды и тяжести», бросали свои «грунты» и уходили «на слободы» к другим владельцам. По истечении льготных лет они становились фактически их крепостными. Обедневшие казаки опускались до положения посполитых. Новые «державцы» принимали «полезных людей», беглых из России и Правобережья. В ответ на угнетения посполитые люди отказались от «послушества», громили имущество «державцев» и иногда покушались на их жизнь. Гнет налогов, натуральные повинности, сборы на нужды армии доводили народ до разорения.

В России набирала обороты бироновщина с Тайной канцелярией. Украинское управление из Коллегии иностранных дел было снова переведено в комиссию Сената, формально автономную область перевели в положение одной из московских провинций. «Слово и дело государево», или доносительство и провокации, достигали степени разгула. Хотя украинская элита держала себя тихо и спокойно, занимаясь хозяйством, следствия, аресты, ссылки все увеличивались. Киевского митрополита и игуменов сняли за то, что в «царский день» не отслужили молебнов, переписку старшины читали и вообще держали ее под наблюдением, грамоты и привилегии киевского магистрата забрали в Петербург.

«Дела и жестокость московских бироновцев переходили все границы, их деятельность казалась сумасшествием; людей пытали и мучили на основании одних доносов расквартированных солдат и дезертиров».

Украинское казачество активно участвовало в Рус-ско-турецкой войне 1735—1738 годов, во взятии Бахчисарая, в осаде Азова и Очакова. Война сильно опустошила Украину. Российский министр Волынский писал Биро-ну в 1738 году: «До самого въезда на Украину не думал я, что она такая пустая, что такое количество городского населения пропало, а и теперь сколько забрано на войну, что не осталось и хлеборобов чтобы самим себе семена посеять; много полей осталось без посева, так как сеять некому и нечем».

В 1741 году на российский престол вступила Елизавета Петровна. Ее фаворит, простой казак с Черниговщины Алексей Разумовский, был патриотом Украины. По его предложению в 1744 году Елизавета Петровна побывала в Киеве, где ее принимали с большим энтузиазмом. Украинская старшина обратилась к императрице с очередным предложением об избрании гетмана и получила положительный ответ. Гетманом должен был стать брат Алексея Разумовского Кирилл, но ему было 16 лет, и дело отложили, отправив его учиться за границу. Но московская политика по отношению к Украине стала иной.

Из Украины вывели российские войска, восстановили Киевскую митрополию, дали хозяйственные льготы, страной стала снова править Малороссийская коллегия. В 1750 году в Глухове с большими почестями был выбран новый гетман — 22-летний Кирилл Разумовский, тут же утвержденный императрицей.

Экономически окрепшая украинская старшина превратилась в политическую силу, управлявшую автономной Украины, так как после избрания гетманом Кирилла Разумовского все должности, учрежденные со времени Петра I, были ликвидированы. Был восстановлен строй, существовавший до 1722 года, но в его структуре произошли глубокие изменения. Войсковая Рада вообще перестала собираться. Все дела решались Радой старшин. Были созданы новые бюрократические органы власти — Войсковая генеральная канцелярия, Артиллерийская канцелярия, Скарбовая канцелярия. Все центральные и областные управления были в их руках. Усилилось значение полковников. Советники этих учреждений назначались полковниками. Выборная система была ликвидирована. Городское самоуправление также зависело от полковников. Старшина преобразовала суд по польскому образцу. Суды полковые были превращены в суды градские, по образцу градских польских судов. Поземельные дела разбирались особыми «подкоморскими» (межевыми) судами, гражданские дела — земскими. Те и другие состояли из выборных старшинных судей. Аналогичным было положение и в Слободской Украине.

О. Субтельный писал: «С Разумовским Гетманщина переживала «золотую осень» своей автономии. Проводя большую часть времени в Санкт-Петербурге, где он активно участвовал в дворцовой политике, Разумовский также поддерживал тесные контакты с Левобережьем. Понимая, что общество Гетманщины стало чересчур сложным, чтобы старшина могла выполнять в нем судебные, административные и военные функции, Разумовский начинает организовывать отдельную систему судопроизводства. В 1763 году после долгой подготовки Гетманщину поделили на 20 поветов, каждый с собственными судами, которые рассматривали уголовные, гражданские и земельные дела. Судей обычно выбирали из помещичьей знати. Как и раньше, мещан судили собственными судами.

Разумовскому еще раз удалось подчинить Киев и запорожцев. Кроме того, он начал в чем-то поверхностную модернизацию казацкого войска путем систематизации его обучения, обеспечения униформой и улучшением артиллерии. Планировалось основать университет в бывшей столице Мазепы Батурине, а также охватить начальным образованием всех казацких детей. Однако политические события помешали осуществлению этих планов. Все же гетману удалось придать Глухову европейскую утонченность, украсив его грандиозными дворцами, английскими парками и театром, где выступали оперные труппы даже из Италии. У города было много кофеен, а знать поголовно увлекалось французскими модами.

Поскольку гетман часто ездил в столицу империи, страной по-своему правила старшина. Именно в гетманство Разумовского казацкая верхушка наконец добилась своего, завершив начатое еще в конце XVII столетия преображение из корпусного офицерства в типовое дворянство. Теперь она стала называть себя шляхтою, то есть дворянством».

Политика гетмана отвечала интересам «державцев». Разумовский щедро раздавал земли в «вечное владение».

Казацкая старшина добилась от Разумовского издания «Универсала» 1760 г., запрещавшего переходы крестьян без согласия «державцев». В случае перехода посполитые теряли права на земли и на свое имущество. За 7 лет до этого была уничтожена таможенная граница между Россией и Украиной и торговля между ними была объявлена беспошлинной. Восстановление гетманской власти отнюдь не означало отказа царского правительства от централистской политики. С постройкой в течение 1731— 1738 годов украинской оборонительной линии от Днепра до Донца Слободская Украина становилась внутренней областью. При Екатерине II там было упразднено казацкое войско, сама Слободская Украина была в 1765 году переименована в Слободскую украинскую губернию. Построенная через 5 лет Днепровская укрепленная линия — от Днепра до Азовского моря — сводила на нет военностратегическое значение Запорожской Новой Сечи.

С приходом к власти в Российской империи Екатерины II, К. Разумовский, активный участник переворота, вернулся в Гетманщину и собрал в Глухове старшинскую Раду. Депутаты решили послать императрице петицию с призывом вернуть казачеству утраченные вольности и создать на Левобережье шляхетский парламент наподобие польского сейма. Основой Глуховской петиции было утверждение, что Украина — отдельное политическое и экономическое целое, связанное с Россией лишь персоной монарха. Разумовский предложил императрице сделать должность гетмана наследственной в его семье. Но Екатерина II решила уничтожить автономию и гетманство на Украине.

Она писала генерал-прокурору Сената князю А. Вяземскому: «Малороссия, Лифляндия, Финляндия — провинции, которые управляются дарованными им привилегиями: нарушить и уничтожить эти привилегии сразу было бы неправильно, но и нельзя считать эти провинции чужими; вести себя с ними, как с чужими землями, было бы явной глупостью. Нужно легкими способами привести к тому, чтобы они обрусились и перестали смотреть на Россию как волки».

М. Грушевский писал: «Екатерина заявила Разумовскому, что не находит для него возможным оставаться на гетманстве и советует добровольно отказаться от этого поста. Однако Разумовскому вовсе не хотелось этого и он все откладывал. Тогда Екатерина дала ему понять, что дальнейшее упорство, кроме потери булавы, может навлечь на него большие неприятности, и после этого Разумовский покорился: подал прошение, в котором просил освободить его «от столь тяжелой и опасной должности» и взамен оказать милость к его «многочисленной фамилии». Эта просьба, конечно, немедленно была исполнена.

10 ноября 1764 года гетманство было вообще уничтожено. Вместо него учредили Малороссийскую коллегию «из четырех великороссийских и 4 малороссийских персон» и одного прокурора под председательством ге-нерал-аншефа П.А. Румянцева. Так было начато уничтожение автономного строя Украины и политическое объединение Гетманщины с Российской империей.

П.А. Румянцев начал с того, что ввел рублевый сбор с души для казаков, мещан и посполитых взамен ранее существовавшей обязанности оказывать помощь казацкому войску продуктами. Затем в 1765 году Румянцев приступил к «Генеральному описанию Малороссии» с целью выяснить экономическое состояние Украины, определить размер казенного землевладения и проверить права частных лиц на владение землей. Во время выборов в Законодательную комиссию 1767 года украинское шляхетство во главе с представителем Лубенского полка Григорием I (ольтикой требовало в своих наказах восстановления гетманства. При всей умеренности политических высказываний избирателей в «Комиссию» 1767 г., все же они были оппозиционны к официальным взглядам. Начавшаяся в 1768 году Русско-турецкая война и общее недовольство политикой правительства побудили Екатерину II временно отказаться от уничтожения автономии Гетманщины.

После победы над турками в 1774 году Екатерина II решила ликвидировать Новую Сечь — приют для украинских и русских беглых крепостных крестьян, в особенности в связи с крестьянской войной под предводительством Е. Пугачева 1773—1775 годов. Пугачев вел переговоры с крымским ханом о совместном походе на Москву. По приказу Г.А. Потемкина Новая Сечь 5 июня 1775 года была занята русскими войсками. Часть запорожцев ушла и организовала Задунайскую Сечь.

В 1781 году были ликвидированы Малороссийская коллегия, Генеральный суд, центральные и полковые управления на Левобережье. Гетманщину разделили на три губернии-наместничества — Киевскую, Черниговскую, Новгород-Северскую, которые составили Малороссийское генерал-губернаторство во главе с П. Румянцевым. Глухов перестал быть столицей Гетманщины. В каждой губернии введено общероссийское административное управление, российская судебная система. В 1783 году ликвидировано казацкое полковое устройство — 10 полков заменено 10 регулярными карабинерными полками; по-сполитым запрещено уходить с тех мест, к которым они были приписаны во время последней ревизии — на Украине было введено крепостничество. В том же году из бывших запорожцев Г. Потемкиным было организовано новое казацкое войско. Так образовалось черноморское казачество. Сначала ему была обещана Очаковская область по лиманам Днестра и Южного Буга. По окончании второй Русско-турецкой войны 1787—1791 годов часть черноморских казаков в 1792—1794 годах была переселена на Таманский полуостров. Этим было положено начало кубанскому казачеству. Указом от 3 мая 1783 года в Гетманщине была введена общероссийская подушная подать. По Левобережью были распространены жалованные грамоты дворянству и городам. В 1786 году были отобраны в казну монастырские и архиерейские вотчины. Духовенство — по званию и рангу — было переведено на жалованье. Так было осуществлено намеченное Петром I присоединение Восточной Украины к Российской империи.

В 1783 году к Российской империи был присоединен Крым. О. Субтельный писал: «Для истории Украины, как и всей Восточной Европы, это было эпохальным событием. Тюркских кочевников, чьим последним бастионом в Европе было Крымское ханство и чье последнее нападение на Украину произошло в 1769 году, наконец остановили. Степь, которая тысячелетиями была центром опасности для оседлого люда, населявшего ее границы, наконец стала доступна для сельского плуга».

В результате трех разделов 1772, 1793 и 1795 годов Россией, Австрией и Пруссией польско-литовское государство Речь Посполитая перестало существовать. 60 процентов территории и 50 процентов населения Польши вошли в состав Российской империи. К 1795 году все Правобережье вошло в состав России.

В течение почти всего XVIII века, за время польского владения, на Правобережье действовали различные народные движения, превращавшиеся в настоящие народные восстания, охватывавшие большие территории, с трудом подавляемые поляками. Так возникла Гайдаматчина.

Слово «гайдамак» тюркского происхождения, татарское слово «гайда» — «беги, убегай» перешло в этом же значении в украинский язык. Гайдамаками назвали правобережных повстанцев польские историки конца XVIII века. Народ называл гайдамаков колиями, в Гали-чине — опришками. Гайдаматчина стала организованной войной против польской шляхты. Народ видел в гайдамаках своих мстителей, их поддерживали запорожцы, сочувствовало Левобережье, как на борцов за православную веру смотрела на них угнетаемое поляками православное духовенство.

Гайдамацкое движение достигло значительных успехов в 1734 и 1750 годах. Воеводства Киевское и Брацлав-ское находились во власти гайдамаков. Наиболее крупные города — Умань, Фастов, Радомысль — были взяты и разгромлены гайдамацкими отрядами. Неорганизованное и разрозненное крестьянское движение было подавлено силами польской шляхты.

В 1768 году началось новое крестьянское восстание — Колиивщина. Восстание совпало с образованием Барской конференции, направленной против России и польского короля Станислава Понятовского. На подавление конфедератов был направлен русский корпус генерала Кречет-никова, обложивший их в Бердичеве.

После взятия Умани на Черной раде повстанцы Правобережья избрали гетманом Максима Железняка, уман-ским полковником — Ивана Гонту, ставших предводителями восстания. На захваченных территориях было установлено казацкое управление, земли разделены на полки и сотни, униаты и католики должны были или перейти в православную веру, или уйти прочь. Поначалу Россия поддерживала восставших, но, после того, как гайдамаки сожгли турецкий город Балту, турецкое, крымское и молдавское правительства начали угрожать России войной, если она не «успокоит» восставших. Восстание было подавлено. Гонта, как польский подданный, был судим в Польше и казнен мученически. Железняк, как русский подданный, был сослан в Сибирь. Тысячи участников Ко-лиивщины были приговорены судом к различным тяжелым наказаниям.

После завоевания Крыма и окончания Русско-турец-кой войны 1787—1791 годов черноморские степи вместе с северным побережьем Черного моря вошли как нераздельная часть в состав империи. Все управление степной Украины находилось в ведении Г. Потемкина, приступившего к постройке городов — Херсона (1783), Екате-ринослава (1783), Николаева (1789). Херсон и Николаев были значительными торговыми пунктами на Черном море, но скоро главным черноморским портом стала

Одесса, основанная в 1794 году на месте турецкого поселения Хаджибей, где в 1793 году была построена русская крепость.

После смерти Екатерины II в 1796 году в период правления Павла I Украине вернули кое-что из ее старого гетманского управления, в частности Генеральный суд. Император Павел I прислушивался к своему министру Александру Безбородко, бывшему киевскому полковнику, и при царском дворе беспокоившемуся о судббе своей родины. Шли даже разговоры о восстановлении гетманства. После убийства Павла новый император Александр I вернулся к политике своей бабушки. В XIX век Гетманщина вошла как освоенная российская провинция.

О. Субтельный писал: «На протяжении столетия Гетманщина была центром политической жизни Украины. Хотя россияне контролировали ее внешние отношения и военные кампании, а также постоянно вмешивались во внутренние дела, все же управление и социально-экономическая политика Гетманщины осуществлялись украинцами, им принадлежали ключевые позиции в судах, финансах, армии.

Самоуправление благоприятствовало подъему украинской шляхетской элиты, гордой своими традициями. Даже в 1767 году старшинские послы в Законодательную комиссию не приняли реформы Екатерины II, уверенно заявив: «Наши законы наилучшие».

Сама Гетманщина явила для политических деятелей Украины начала XX века прецедент украинского самоуправления.

Через полстолетия после ликвидации Гетманщины Тарас Шевченко писал:

Була колись Гетьманщина,

Та в же не вернеться!

Було колись панували,

Та більше не будем.

ТИ слави казацкоі Повік не забудем.

Гетманщину не только не забыли — память о ней породила новую эпоху в украинской истории; именно из наследников старшины вышло много деятелей, способствовавших формированию национального самосознания украинцев.

История Гетманщины стала ключевым явлением в национальной истории и государственной борьбе. Пример самоуправления, данный ею, вдохновлял много поколений украинцев в их борьбе по созданию своей собственной национальной державы».

В начале XIX века Украина была разделена на 5 губерний, которыми управляли царские чиновники на общеимперских началах. Между 1801 и 1812 годами на Левобережье и в степной Украине были созданы генерал-губернаторства, а в правобережные губернии назначены военные губернаторы. Вместе с тем Александр I восстановил в империи ликвидированную Павлом I дарственную грамоту дворянству и при этом, по просьбе делегации харьковских помещиков, подписал рескрипт о правах слободского украинского дворянства.

200

Во время Отечественной войны летом 1812 года из украиских левобережных казаков было сформированно 15 конных полков, на Правобережье — 4 казацких полка,восшедших в Российскую армию. Украинцы сражались в общих военных частях и проделали всю компанию, окончившуюся в декабре 1812 года разгромом оккупантов и изгнанием из пределов империи.

Украинские гетманы:

Дмитрий Вишневский 1550—1563 годы

Богдан Ружинский 1575—1576

Шах 1576—1578

Кизитов Косинский 1591—1593

Григорий Лобода 1593—1596, с перерывами

Гнат Васильевич 1596—1597

Тихон Байбуза, Федор Полоус 1598

Самойло Кошка 1600—1602

Таврило Грутневич 1602—1603, с перерывами

Яцко Бородавка 1619—1621

Олифер Голуб 1622—1623

Михаил Дорогиенко 1625—1628

Грицко Черный, Иван Сулима 1628

Грицко Савич Черный 1629—1630

Василий Томиленко 1636—1637

Павлюк Бут, Дмитрий Гуня 1637

Яцко Остренин, Дмитрий Гуня 1638

Богдан Хмельницкий 1648—1657

Иван Выговский 1657—1659

Юрий Хмельницкий 1659—1663

Иван Брюховецкий, левобережный 1663—1668

Павел Тетеря, правобережный 1663—1665

Степан Опара, правобережный 1665

Петр Дорошенко 1665—1676

Демьян Многогрешный, левобережный 1669—

Михаил Ханенко, правобережный 1669—1674

Иван Самойлович 1672—1687

Иван Мазепа 1687—1709

Иван Скоропадский 1709—1722

Даниил Апостол 1727—1734

Кирилл Разумовский 1750—1764

Павел Скоропадский 1918

ЗАПОРОЖСКАЯ СЕЧЬ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ УКРАИНЫ


Жажда воли и право на вольный труд. Не есть ли вся прошлая история украинского народа воплощением этих вековечных стремлений? Когда «батько» с длинными седыми волосами выезжал пред красные ряды и, указывая гетманской булавой на сверкающие золотой броней полки польских гусар, кричал зычным голосом: «За в1ру, за в1ру!», то какими чувствами трепетало казацкое сердце в груди? Не рвалось ли оно к воле, которая означает свободу от всякого ига?

Н. Беседин. Украина. СПб., 1907

До восстания Богдана Хмельницкого Запорожье было тесно связано с казачеством и являло собой основной центр, из которого выходили политические почины. После Богдана Хмельницкого оно утратило политическое значение. В Сечи стояли только небольшие отряды казаков под началом кошевого атамана, которого назначал гетман. Интересно что в 1654 году, когда проходила присяга Москве, Хмельницкий не считал необходимым привести к присяге запорожцев потому, что они «люди маленькие».

Однако Запорожье начало играть значительную роль в общей жизни Украины, и сюда сходились оппозиционные элементы, недовольные политикой гетманов. Хмельницкий мог своею твердой рукой удерживать порядок на Запорожье, но после его смерти, когда началась борьба за булаву, и был выбран Иван Выговский, запорожцы вы*-ступили с протестом, почему их не позвали на выборы гетмана. Кошевой атаман Яков Барабаш обратился в Москву с доносом на Выговского. Его поддержал полтавский полковник Мартын Пушкарь. Москва, которая разжигала социальные противоречия в Украине, поспешила поддержать всякого рода оппозицию против старшин. Поэтому она поддерживала Запорожье, которое выступало против гетмана-«ляха», который потакал старшине; чем далее шло социальное расслоение Украины, тем более Запорожье выдвигалось на руководящее место и часто играло при этом негативную роль, выступая на стороне Москвы против собственной старшины.

Однако на Запорожье не было стабильной ориентации и его политика постоянно колебалась. Контакты с Москвой не всех устраивали, наоборот, они вызывали неудовольствие той части казаков, которые относились враждебно к политике Москвы и понимали ее опасность для Украины. На Запорожье существовала противоположная ориентация — на помощь Крыма и Турции. Поэтому во время борьбы Дорошенко с Польшей запорожцы выставили против него молодого писаря Петра Суховея, которого поддерживали татары, и он объявил себя гетманом под протекторатом Крыма.

Типичным представителем Запорожья второй половины XVII века был Иван Серко, который несколько раз был кошевым атаманом. Он был талантливым стратегом, полководцем, но как дипломат принес много вреда делу освобождения Украины и в критические моменты уничтожал ее успехи. Нападением на Крым во время Конотоп-ской победы он принудил татар покинуть Выговского и этим оставил его без помощи союзников. Серко повторил этот маневр в 1667 году во время осады Дорошенко Подгайцев, где засел Ян Собесский: нападением на Перекоп Серко принудил татар изменить Дорошенко. Последствием этой измены была капитуляция Дорошенко. А служа интересам Москвы, он в том же году разбил отряд татар, которые служили Дорошенко.

Такая «гибкая» политика Серко оттолкнула о него даже Москву, и после того, как Серко выставил свою кандидатуру в гетманы, он был арестован и сослан в Сибирь. Правда, оттуда его вскоре вернули, и он продолжал свою деструктивную и губительную игру в Запорожье, где всегда находил сторонников. Он умер в 1680 году.

Андрусовское перемирие 1667 года поставило Запорожье под совместный протекторат Польши и Москвы, но фактически Запорожье оставалось независимым. Так же было, когда после подписания «вечного мира» Москвы с Польшей в 1686 году отдано Запорожье в подданство Москвы: это подданство имело только номинальный характер и Запорожье вело свою собственную политику.

Во времена Мазепы Запорожье под началом кошевого Гордиенко стало в оппозицию к гетману, так как запорожцы противились политике Мазепы в социальных вопросах и в отношениях с Москвой. После перехода Мазепы к шведам Гордиенко, несмотря на личные разногласия с гетманом Мазепой, перешел к Карлу XII, приведя с собой 8000 казаков. Это имело огромное значение, подняв восстание Мазепы в глазах народа и обеспечив гетмана значительной военной силой.

Вследствие присоединения запорожцев к Мазепе восстали почти весь Полтавский полк, всегда тесно связанный с Запорожьем, часть Слобожанщины, Правобережной Украины. Кость Гордиенко рассылал письма всюду, где мог найти поддержку, и призывал украинцев присоединяться к шведам.

Петр решил уничтожить Запорожье. Три полка под командой Яковлева 18 апреля 1709 года взяли Перово-лочну, разрушили замок и порубили около тысячи запорожцев, много их потонуло в реке. 11 мая была взята и разрушена Сечь.

Гордиенко с казаками все время был с Мазепой, участвовал в Полтавской битве, отступал в Бендеры, и остался с гетманом Орликом. Запорожцы участвовали в 1711 году в неудачном походе на Правобережную Украину. А после того пошли «под татарский протекторат» и основали Сечь в Алешках.

В Алешках было не более полутора тысяч человек, «многие тысячи людей» остались в запорожских степях. Была основана Новая Сечь.

В договоре с российским правительством говорилось, что запорожцы признают себя подданными царицы, подчиняются власти Киевского генерал-губернатора, российского генерала, и получают ежегодно 20 ООО рублей платы за службу.

С самого начала Русско-турецкой войны 1768—1774 годов запорожское войско было мобилизовано и участвовало в военных действиях. Сечевики, казачество, что жило не в Сечи, казаки-батраки — все пошли на войну. 7000 запорожцев, с кошевым атаманом, бились в авангарде корпуса князя Прозоровского под Очаковом, Кин-бурном, Хаджибеем. Запорожская флотилия действовала на Дунае. Военные заслуги запорожцев отмечало высшее командование. Кошевой Петр Калнишевский получил золотую медаль с брильянтами, 1000 казаков получили серебряные медали.

Последствия войны, закончившейся Кючук-Кайнард-жийским миром, были очень важными для Запорожья. Провозглашение независимости Крыма от Турции и российского протектората над ним изменило положение Запорожья. Татары перестали быть постоянными, страшными врагами, с которыми шла борьба. С другой стороны — Запорожье перестало быть форпостом в борьбе с Крымом и Турцией, перестало быть барьером, который защищал Украину и Россию от татарских нападений: оно утратило свою ценность для России.

В начале 1775 года Сечь была разрушена, старшина арестована. Архив, регалии, древние иконы и другие ценности вывезены. Запорожские земли вошли в состав Азовской и Новороссийской губерний.

Разрушение Запорожской Сечи было главным событием в истории Украины XVIII века. С нею погибла сила, которая на протяжении трех столетий защищала Украину от страшных врагов, позволяла ей, благодаря этой защите, продолжать экономическую и культурную жизнь. Вместе с этим Запорожье было той силой, которая сдерживала процесс закрепощения крестьян на всей Украине, ведь там, в необъятных степях, собирались беглецы со всей Украины. В XVIII веке Запорожье всегда выступало в защиту угнетенных российским царизмом и Польшей. Поэтому понятно, что в памяти украинского народа Запорожье навсегда осталось как «степь широкая, край веселый», где каждый находил защиту и свободу» (Н.По-лонская-Василенко).

ИСТОРИКИ ОБ УКРАИНСКИХ КАЗАКАХ


Казаки сами шли навстречу опасности, перенимая от врагов систему войны, их боевые снаряды и уловки, оружие и снаряжение. Скоро ученики превзошли своих учителей. Только благодаря невероятной храбрости казаков, их бесшабашной удали, создалась та слава казачья, которая заставляла врага дрожать уже при одном только имени казака.

М. Караулов

Д.Н. Бантыш-Каменский: «Начало казаков, обитавших за днепровскими порогами, скрывается во мраке неизвестности. Все разыскания ученых об их происхождении основаны на одних догадках. Казаки никогда не составляли отдельного народа, подобно римлянам, обязаны существованием своим войне. Нельзя достоверно определить время появления их в сих местах, но оно последовало не прежде XV века. Если бы сии отважные витязи, страшные для соседей, до того поселились в странах за-днепровских, то, наверное, обратили бы на себя внимание современных дееписателей. Но откуда взялись они? Почему, имея в чертах своих отпечаток азиатского происхождения, говорят языком славянским, исповедуют веру греческую? Предлагаю мое мнение: запорожцы, должно думать, переселились за Днепр с Кавказа, где ныне обитают черкесы, народ воинственный, упражняющийся в разбоях. Черкесы происходили от касогов, обитавших между Каспийским и Черным морем. Имя их составлено из татарских слов: чернь — дорога и кесмень — отрубать.

О еем повествует путешественник Клапрот. Одно название, одинаковый нрав, одинаковая склонность к набегам подтверждают мою догадку. Или изгнаны они из отчизны междоусобной бранью, у азиатских народов обыкновенною, или, опустошая смежные земли, избрали себе новое жилище, в местах, орошаемых величественным Днепром, столь же диких, удобных к внезапным нападениям. Ведя жизнь воинственную, принимали они в сотоварищи всех беглых людей и, по соседству с Южною Россией, увеличили число свое нашими соотечественниками. Время изгладило с лица земли коренных переселенцев, но товарищи их, сохраняя с названием черкас природный язык и веру отцов, которую тогда исповедовали также и черкесы, упражняясь в беспрерывных битвах с татарами, похищая у ордынцев жен и детей, придали потомкам черты азиатские, отличавшие запорожцев.

Малороссияне удалялись к низовым странам реки Днепра от угнетения поляков или для освобождения себя от родительской власти, убегая от наказания, долгов, а некоторые надеялись найти там лучшую участь, сражаясь с соседями своими, татарами, посягавшими на их свободу, и, защищая оную, приобыкли они к победам.

Число воинов ежегодно умножалось. Со всех сторон стекались к ним товарищи: из России, Польши, Молдавии, Валахии, Булгарии и даже от самых татар. Они всех к себе принимали, без разбора, с тем только, чтобы приходящие к ним исповедовали веру греческую.

Переселенцы сии разделились на два сословия, на женатых и холостых: женатые населили деревни в отдале-

8 Запорожская сечь 209

нии от Сечи, между Днепром и Бугом; холостые имели жилища на Хортицком острове в укрепленном месте, ими Сечь называемом, которое, однако, по обстоятельствам переменяли. Догуш Сестренцевич выводит слово Сечь от засек, которыми укреплялись запорожцы. В прежние времена, по словам Татищева, под названием засеки и заруба разумели деревянные укрепления, делаемые в лесах, на проездах; на ровных же местах и полях — земляные, которые потом валом и чертою именовались, а в новейшие времена известны под названием линии. Охранявшие сии укрепления, как говорит Татищев, назывались засечными стражами.

Запорожцы, со всеми пороками своими, отличались примерною храбростью. Они неоднократно заставляли трепетать турок и татар, наводили страх на поляков и беспокоили самих россиян.

Странно, что сей дикий и свирепый народ, в ущели-нах и порогах живший, любил также невинные увеселения. Запорожец играл на бандуре, напевал песни, но сии песни уподоблялись жестокому его нраву. Вместо любви и семейного счастья он воспевал знаменитые убийства и разбои, предками его или им самим учиненные.

Сечь, главное укрепленное место, в котором обитали запорожские казаки, было застроено без всякого порядка деревянными избами и мазанками. Земляная насыпь, с расставленными на оной в некоторых местах пушками, окружало сие жилище их, разделенное на 38 куреней. По мнению г-на Миллера, при первом построении Сечи казаки каждого куреня помещались в одном только доме,

и, по причине густого дыма, выходившего из их жилищ, дали оным такое наименование от глагола курить.

Каждый курень состоял из одного большого и разных малых домов и имел особенное название, заимствованное им или от строителя, или от отчества первых основателей сего куреня, или от тогдашнего верховного главы Сечи: Левушковский, Пластуновский, Дядьковский, Брюховецкий, Медведевский, Плитнировский, Пашковский, Кущев-( кий, Кислюковский, Ивановский, Конелевский, Сергеевский, Донской, Крыловский, Каневский, Батуринский, По-повичевский, Васюринский, Незамайковский, Ирклевский, Щербиновский, Тытаревский, Шкуренский, Куренивский, Роговский, Корсунский, Канибалютский, Уманский, Дере-нянковский, Стебливский-нижний, Стебливский-верхний, I Цераловский, Переяславский, Полтавский, Мышастов-I кий, Минский, Тимошевский, Величковский.

В каждом курене был атаман или предводитель, именовавшийся куренным атаманом; все же они состояли под главным начальством кошевого атамана, получившего сие название от татарского слова кошь, означающего стан на языке российском. Кошевой атаман и куренные мели жизнь во всем одинаковую с простыми казаками, которые в одних только походах оказывали им должное повиновение. Первый избираем был с общего согласия, а каждый из последних от своего куреня. Во время отсут-

I I вия атаманов, наказные, поставляемые также народом, оставались в Сечи. Кроме сих предводителей, запорожцы имели, подобно малороссийским казакам, своих старшин: войскового судью, войскового писаря и войскового есаула, также подписаря и подъесаула. Над артиллерией начальником был пушкарь, и в числе значащих лиц почитался еще у запорожцев доубыш или литаврщик, который во время собраний давал повестку народу. Такие сходбища, радами называемые, бывали обыкновенно после обеда и заслуживают особенного описания.

1 генваря, по древнему постановлению, происходило избрание нового кошевого и старшины, в случае, если народ был недоволен прежними; также распределяли в тот день каждому куреню: реки, речки и озера для рыбной ловли, от устья Самары до устья Днепра и Буга. Как скоро доубыш, по приказанию кошевого и старшин, начинал бить сбор, есаул выносил из церкви походное знамя и ставил оное на площади; потом собирались казаки из всех куреней, и, по пробитии еще двух раз в литавры, являлся, наконец, кошевой с палицею, а за ним судья с войсковою печатью и писарь с чернильницею. Все они вместе с есаулом, державшим жезл, становились, без шапок, в средине круга и кланялись на четыре стороны. Доубыш снова ударял в литавры в честь прибывшим чиновникам, после чего кошевой произносил громким голосом следующее: Ныне, добрые молодцы, настал новый год! Надобно, по древнему обычаю, разделить на курени: реки, речки и озера для рыбной ловли. Тогда метали жребий, который решал, чем каждый курень должен был владеть целый год. Кошевой снова обращался потом к народу; что, панове молодцыговорил онне желаете ли в начале сего нового года избрать также новых старшин? Когда запорожцы были довольны своими начальниками, то восклицали: вы добрые паны, и можете еще дальше над нами пановать; после чего расходились все по домам; в противном случае недовольные заставляли кошевого отказаться от своего чина, и тогда клал он палицу на шапку и, поклонясь всему народу, возвращался в свой курень. То же самое делали судья, писарь и есаул при своем отрешении.

Избрание в кошевые не менее любопытно. Сначала казаки, напившись допьяна, спорили, из какого куреня взять кандидата и кому именно быть избранным; потом, после продолжительного шума, соглашались между собою. Десять или более удалых запорожцев отправлялись в курень к новому начальнику и объявляли о его избрании. Он обыкновенно отказывался от столь трудной должности, не соответствовавшей его малым способностям, и не хотел идти с посланными; тогда двое из них брали его под руки, а двое или трое толкали сзади, понося самыми ругательными словами. В таком торжественном виде являлся будущий предводитель запорожцев среди ожидавшего его многочисленного собрания. Старшины вопрошали еще раз народ: быть ли этому казаку кошевым? И когда все ответствовали на сие громогласным подтверждением, один из них подносил новому начальнику палицу, от которой, по древнему обыкновению, также должен он был два раза отказываться. После сего несколько старых казаков, взяв каждый по горсти земли, иногда грязной, кидали оную на голову нового кошевого. Таким же образом поступали при избрании старшин, с тем только различием, что судье вручали печать, писарю чернильницу, а есаулу жезл.

Другие положенные дни для народных собраний, в которых или сменяли начальников, или советовались о походах, набегах и тому подобном, были праздники Ио-.інна Предтечи и Покрова Пресвятой Богородицы, коей посвящена церковь, находившаяся в Сечи. Если запорожцы не имели никакой причины негодовать на своих предводителей, то в сии праздники не бывало общественного собрания; но зато малейшее неудовольствие вооружало их против начальства, даже в обыкновенные дни. Тогда недовольные казаки условливались между собою, и ежели их было десять куреней, они отваживались на злой умысел. Часто за кошевого и других старшин вступались приверженные им курени, и тогда запорожцы, собиравшиеся на раду с большими дубинами, не только ссорились, но даже доходили до драки и убийств. В сие время старшины, ожидая окончания начатой между казаками распри, всегда стояли подле церкви, чтобы сокрыться там в случае нужды. Наконец право сильного прекращало несогласие: отставленный старшина немедленно возлагал почетный свой знак на свою шапку, кланялся собравшемуся народу, благодарил за оказанную ему доселе честь тотчас отправлялся в свой курень; ибо случалось, что желавшие оправдаться или не сходившие долго с места были убиваемы в самом собрании, а иногда на обратном пути. Со всем тем отставные старшины пользовались во всю жизнь уважением народа; им везде уступали первые места и хоронили их с большими почестями, чем простых казаков.

Запорожцы не имели никаких письменных законов, войсковой судья решал дела, сообразуясь со здравым рассудком и древними обыкновениями, а в трудных случаях совещался с кошевым и прочими начальниками. Воровство, неплатеж долгов, прелюбодеяние и убийство почи-. тались у них главными преступлениями. Они могли грабить проезжающих и соседей; но ежели запорожец изобличался в воровстве у своего товарища, скрывал или покупал украденное, тогда, хотя бы и возвращал покражу, приковывали его на площади к столбу; и он должен был сносить от всех проходящих поругание и побои. Подле прикованного преступника лежала обыкновенно плеть, и если он в течение трех дней не получал прощения от своего противника, то засекали его до смерти; когда же получивший прощение во второй раз обвинен был в воровстве* в таком случае лишался жизни на виселице. Не плативший долгов бывал прикован на площади к пушке, пока заимодавцы не имели от него желаемого удовлетворения. Прелюбодеи, совершавшее сие преступление внутри Сечи, получали одинаковое наказание с ворами, умиравшими под плетью; но ничто не могло сравниться с казнью убийцы: казак, умерщвлявший другого, был бросаем в могилу, потом опускали на него гроб с телом убитого и засыпали их землею. Одна только любовь к нему соотчичей и храбрые его дела могли избавить убийцу от столь жестокой смерти, но редко сии преступники получали помилование».

М.С. Грушевский1: «Казачество — явление очень интересное, но весьма сложное. Вследствие своей оригинальности, а также и благодаря громкой роли, сыгранной им в истории Восточной Европы, оно обращало на себя внимание издавна, им занимались немало, но невыясненного все же оставалось в нем до последнего времени очень много, и в литературе по этому вопросу высказывались и высказываются нередко суждения очень смутные и ошибочные.

Очагом казачества было среднее Поднепровье, его предстепная полоса, ниже Киева, входившая XIV—XV вв. в состав Киевского княжества, позже — Киевского воеводства, а почву для него приготовили колонизационные условия этого края.

Начиная с половины X в. он жил тревожною, воинственной жизнью, на границе оседлой колонизации, в вечной борьбе с кочевниками. К населению его как нельзя более приложима поэтическая характеристика, данная «Словом о полку Игореве» порубежникам Посемья:

А мои ти куряне сведоми кмети;

Под трубами повита, под шеломы възлелеяни.

Конец копия въскоръмлени;

Пути им ведоми, яругы им знаеми,

Луци у них напряжени, тули отворени,

сабли изъострени.

И слово «казак» — тюркское слово, издавна жившее в устах кочевого населения наших степей, известное уже в половецком словаре 1303 г. в значении «сторож», «воин» — вполне приложимо было в этом значении к порубежному населению, этой передовой страже Украины. Вместе с воинственностью и выносливостью порубежная жизнь развивала личность, чувство свободы. Предоставленные княжеско-дружинным правительством своим собственным силам, эти пограничники очень чутки были к его притязаниям. В XIII в. как раз пограничные со степью территории видим среди «людей татарских», и эти пограничные враги княжеско-дружинного строя являются полным прототипом казачества, а союз их с ордою предвосхищает политику вождей казачества XVI—XVIII вв. в их стремлениях найти в турецко-татарских силах помощь против социально-политического строя Польши и централизационной политики Москвы.

С упадком государственной жизни в Поднепровье в середине XIII в., население этих пограничных со степью пространств было еще более предоставлено себе, а жизнь под татарской протекциею не отличалась спокойствием, особенно в периоды разложения Орды. Великое княжество Литовское, присоединив эти пространства, также очень мало занималось ими, а восстановленное под властью князей Гедиминовой династии Киевское княжество очень слабо насаждало здесь привилегированное владельческое сословие и еще слабее прививало формы и результаты социальной эволюции Великого княжества Литовского. Страшные периодические набеги татар крымской орды Менгли-Гирея, с 1482 г. обрушивающиеся на украинские земли и затем в несколько ослабленных формах продолжающиеся почти все XVI столетие, смели с лица земли и эти слабые результаты правительственных попечений и вместе с ними — всю оседлую колонизацию предстепной полосы Поднепровья, — вплоть до Киева, Чернигова, Житомира, Винницы, Летичева.

Территория по обеим сторонам Днепра до Киева и даже выше его превратилась в совершенную пустыню и в таком виде пролежала до последней четверти XVI в. Единственными оседлыми поселениями были г-ород-ки, снабженные замками, небольшими гарнизонами и артиллериею — Киев, Канев, Черкассы, Житомир, Брац-лав, Винница, — на правой стороне Днепра, Остер и Чернигов — на левой. Под стенами этих укреплений ютилось все население этих обширных пространств: здесь жили крестьяне соседних сел и отсюда выходили на полевые работы. Все население жило под постоянным страхом татарских набегов, на военном положении: мещане и крестьяне этих пограничных местностей обязаны были иметь коней и принимать участие в походах и погоне за татарами, и они действительно «имеют ружья и умеют хорошо стрелять», как свидетельствуют ревизоры половины XVI в. Земледельческое и всякое другое хозяйство вне стен города велось вооруженной рукою — как описывает путешественник конца XVI в. пограничных крестьян Волыни: «Выходя на работу, он несет на плече ружье, а к боку привешивает саблю или тесак».

Но природные богатства этих девственных стран на обеих сторонах Днепра увлекали население далеко от замков, в так называемые «уходы» — рыбные ловли и места охоты, к устроенным в степном приволье бортям и пасекам. Тут эти промышленники проживали подолгу, соединяясь в вооруженные партии, строя для обороны блокгаузы, городки и засеки. Оборона в этих степях, соседивших с кочевьями татар, в районе их нападений незаметно переходила в нападения на таких же промышленников противной татарской стороны, в мелкие степные войны — «лупленье татарских чабанов», как они технически назывались. Каждый год, весною, пограничное население и промышленники из более отдаленных местностей, привлекаемые привольем и природными богатствами этого края, расползались по этим «уходам» на десятки миль, до Днепровских порогов, Ворсклы, Орели, Самары и т. п.; они проживали здесь целые месяцы, предоставленные себе самим, не зная никакой власти и возвращаясь в замки только на зиму. Это подвижное, кочевое, закаленное в невзгодах военно-промышленное население и составило основу казачества.

Первые такие известия о казаках, в которых можно подозревать казаков именно украинских, относятся к 1470 г. (колебание в этом случае возможно потому, что имя «козаков» прилагалось также к добычникам татарским и к степному населению великорусскому, в бассейне Дона, где позже сформируется донское казачество). Вполне ясные документальные указания на казаков киевской территории носят даты 1492,1493 и 1499 гг. Это тюркское слово, означавшее в тогдашнем употреблении легковооруженного добычника, бродягу-воина, только столетием позже приобрело значение официального, общепринятого имени для известной группы украинского населения, известного сословия. Первоначально оно означало занятие, род жизни, и притом, кажется, с некоторым оттенком пренебрежения к такому несолидному времяпрепровождению. Во всяком случае, сначала это не сословие, не класс людей; это люди, занимающиеся «казачеством», ходящие «в казаки», а не казацкое сословие. Для большинства такое «хождение в казаки» не было постоянным занятием — ему предавались временами, особенно смолоду, чтобы потом перейти к другим, более серьезным занятиям. Официально оно означало хозяйственные промыслы в «диких полях», неофициально — удалые походы на татар, «лупленье чабанов», купцов и всяких проезжих, и с этим двойным характером выступает имя казаков уже в первых известиях — 1492—1493 и 1499 гг.

Среди этих степных авантюристов оказывались люди разных общественных классов и национальностей. Встречаются люди с именами восточными — очевидно, разные забулдыги из татар же, разные «москвитины», «литвины», «ляхи». Когда казачество приобрело себе громкую военную славу, молодые люди шляхетских фамилий принимали участие в казацких походах, в этой очаровавшей их своими опасностями и удальством жизни; в первых казацких движениях встречаем в качестве участников и даже предводителей представителей местных, украинских шляхетских фамилий. Но инородные элементы были лишь сравнительно незначительной примесью среди казачества2, а люди из высших общественных классов — временными гостями. Главный и наиболее постоянный контингент «казаковавших» все время поставляло пограничное украинское крестьянство и мещанст-

во — наиболее закаленное и выносливое, привычное к жестоким лишениям и неудобствам неразлучно связанных с этим занятием.

На протяжении XVI в. очень медленно слагается из этих «казаковавших» казацкое сословие. В половине XVI

в. видим только начатки этого процесса; в главном гнезде казачества — Черкассах ревизия 1552 г. записывает прихожих казаков «о полгретьяста» (около 250), — только всего. Но «казакуют» местные крестьяне, мещане, мелкая шляхта и бояре местного происхождения. Этим поясняется то обстоятельство, что между тем как вся эта «Украина» в XVI в. полна известий о казацких походах и свое-вольствах, мы в современных документах почти не можем отыскать казаков, как известную постоянную группу населения — казацкое сословие, казацкий класс. Документы, говорящие о казацких своевольствах и обращающиеся по поводу их к мещанам пограничных городов, или известия, поясняющие состав «казацких» экспедиций, участниками которых оказывается, в конце концов, мелкая украинская шляхта, — разъясняют эту загадку: в это время были в большом числе люди казаковавшие, но почти или и вовсе еще не было казацкого сословия. Последнее формируется только в конце XVI — начале XVII вв., благодаря чрезвычайно быстрому возрастанию казачества и под влиянием, с одной стороны, колонизационного роста украинского предстепья, а с другой — идеи казачьего иммунитета.

Усиленный прилив сельского населения в юго-вос-точную часть Украины был вызван тем же улучшением колонизационных условий: отпор, который казачество дало татарским набегам, и самое уплотнение населения, умножение укрепленных поселений создали более обеспеченное существование местному хозяйственному населению. С другой стороны, повлияли специальные обстоятельства, усилившие бегство крестьян из западной Украины и Полесья: ухудшение положения крестьянства в этих областях, развитие панщины, отчуждение крестьянских земель. Все это вызвало чрезвычайное усиление побегов из гуще заселенных и вкусивших уже всю сладость помещичьего хозяйства западных и северных областей Украины. Наряду с природными богатствами, привлекавшими этих беглецов в Восточную Украину, в конце XVI в. притягательной силою становится казацкий иммунитет, идея которого сложилась опять-таки под воздействием целого ряда таких условий, как вечная борьба казаковавших авантюристов с городскими и провинциальными властями, протекция, которую оказывали им местные администраторы в своих интересах; еще более важное значение в ее формировании имели здесь пробы организации казацкого сословия самим правительством: сначала главным образом литовским, а позже, с 1569 г. — польским, и наконец — сознание собственной силы у самого казачества.

Условия колонизации и обороны сыграли и здесь главную роль. Татарские опустошения, превратившиеся в страшное хроническое бедствие украинских земель с 80-х гг. XV в., не нашли никакого отпора в литовско-польском правительстве; оно только увещевало и задаривало Орду, а к энергическому противодействию и обороне оказалось совершенно неспособным. Был даже проект — предложить крымскому хану поголовную подать с населения земель Киевской, Волынской и Подольской, т.е. возобновить даннические отношения этих земель, прекратившиеся со времен Витовта, чтобы откупиться от татарских набегов. Этот проект не осуществился, но ежегодная дань, хотя не в такой откровенной форме, а под мягким именем «упоминков» (подарков), действительно стала обязательной в отношениях польско-литовского правительства к Крыму. Однако эти «упоминки» не прекращали татарских набегов, и начальники пограничных украинских провинций, предоставленные центральным правительством их собственному помышлению, приходят к мысли организовать систематическую оборону из этих «казаковавших» авантюристов, по собственному побуждению занимавшихся мелкой войной с татарами. Разновременно, в больших и меньших размерах такие попытки образования казачьей милиции видим на протяжении почти всего XVI в. Эти опыты обращали на себя внимание и центрального правительства: в 1524 г. Сигизмунд поручал правительству Великого княжества Литовского заняться организацией постоянного корпуса из казаков; напоминая, что он не в первый раз обращает внимание правительства на них, он проектирует на этот раз навербовать 1000—2000 казаков, взять их на жалованье и составить из них несколько гарнизонов по Днепру. Но этот проект не был осуществлен, также как и аналогичный проект, предложенный позже, в 1533 г., польскому сейму черкасским старостою Евстафием Дашковичем уже от себя3.

Несколько позже, однако, жалобы крымского правительства на казацкие набеги и его объяснения, что татарские нападения на украинские земли служат лишь местью за казацкие погромы, дают другой оборот отношениям центрального правительства к казакам: в 1514 г. гот же Сигизмунд выслал своего «дворянина» с поручением переписать казаков киевских, каневских и черкасских и поручить их усиленному наблюдению местных старост. Конечно, из этого ничего не могло выйти уже по тому одному, что казачество вовсе еще не сложилось в определенную группу. Преемник Сигизмунда, Сигизмунд-Ав-густ, в целях обуздания казаков, вернулся к старому проекту отца: взять их на правительственную службу. По его поручению коронный гетман4 действительно навербовал из казаков отряд; эти казаки получали из казны содержание, были освобождены из-под власти и юрисдикции всех иных властей и подчинены назначенному правительством «старшему и судье всех низовых казаков» (1570)“. В этот отряд вошла только небольшая часть казакующих, всего 300 человек, но так как помянутому старшому вверен был надзор над всем казачеством, то логически изъятие из всякой иной юрисдикции и подчинение специальному казацкому суду распространялось и на все казачество, не включенное в официальный реестр. Таким образом, это первое формирование казацкого войска, не оказав никакого влияния на прекращение «казацкого своеволия», сыграло немалую роль в прогрессе образования полупривилегированного казацкого сословия, тем более что было затем повторено несколько раз на протяжении последней четверти XVI в. Набор небольшого трехсотенного отряда, как я сказал, не повлиял нисколько на самовольные казацкие походы. Казаки продолжали свои набеги на татар и на земли, стоявшие под властью Турции, особенно Молдавию, бывшую ареной постоянных внутренних войн. В 1577 г. отряд таких своевольных казаков ходил походом на Молдавию, и ответом на этот поход был набег на Украину татар (1578) и ультиматум Турции польскому правительству: усмирить казаков, вывести их с «Низу», взяв на службу лучшую их часть, а остальных задавить репрессиями. На эти требования и советы новый король польский Стефан Баторий ответил скептическими замечаниями, свидетельствовавшими, что недостаточность рекомендованных ему мер была ему совершенно ясна. Однако он сделал все, чтобы показать свою готовность удовлетворить желания турецкого правительства: навербовал из казаков отряд в 500 человек (которым воспользовался в войне против Москвы), а против остального казачества издал ряд суровых распоряжений, которые однако могли служить администрации поводом для придирок и взяток с казаков, но совершенно не могли остановить «казацкого своевольства». Чтобы исполнить правительственные распоряжения, поручавшие ловить и арестовывать участников казацких походов, нужна была полицейская и административная власть, которой не было на Украине, где старосты покровительствовали и делились добычею с казаками, не говоря уже о низовых просторах, куда никакой надзор за казаками не мог проникнуть. А сформированный в 1578 г. отряд распался с окончанием московской войны, так что в 1583 г. нужно было сделать новый набор не с большим успехом произведенный, чем первый. Таким образом, эти распоряжения Батория, совершенно аналогичные мерам 1570 и 1590 гг., никакого особенного значения в истории казачества не имели в свое время, и совершенно незаслуженно сделались эпохою в его истории в позднейшей исторической традиции: от них выводили позднейшую организацию казачества, казацкий реестр из 6000, разделение на полки и т. д. — все явления значительно позднейшие.

В 1580-е гг. казачество как раз начинает сильно возрастать в численности. Появляется ряд казацких предводителей, гетманов, как их называют. Казаки продолжают свои походы на турецкие и татарские земли, особенно на Молдавию, принимая участие в борьбе разных претендентов на нее. Турки и татары грозят войною. Испуганное этими угрозами, польское правительство еще раз решается повторить ту же, столько раз испытанную и оказавшуюся негодной меру. Оно поручает организовать казацкий отряд, возможно больший (наибольшая численность его достигала трех тысяч). Эти казаки должны были очистить «Низ» от своевольных казаков и занять гарнизоны на степном пограничье. Но, очевидно, не надеясь на осуществимость такого очищения Низа, правительство одновременно отдало приказ не пускать никого на Низ, хотя бы на промыслы, не впускать в города и местечки людей, приходящих с Низу, не продавать им никаких припасов, арестовывать тех, которые будут приносить из степей какую-нибудь добычу и т. д. (1590).

Все эти правительственные мероприятия, не достигая цели, какую имели в виду — т.е. прекращения казацких походов на соседние земли, усмирения «украинного своеволия», производили эффект, о котором я уже упомянул выше: все эти опыты правительственной организации казачества весьма существенно повлияли на сформирование идеи казацкого иммунитета. Они дали ей известное юридическое оправдание. Принимая казаков на службу, правительство освобождало их из-под власти всяких «урядов»: отныне они подлежали власти и суду только своих, казацких властей. И хотя эта привилегия собственно предназначалась только для казаков, вписанных в правительственный реестр4, в действительности на нее претендуют все, причислявшие себя к казакам, все «казаковавшие». Они уже и прежде очень неохотно и слабо подчинялись всяким властям; теперь изъятие реестровых казаков давало известное юридическое оправдание стремлениям казачества к полной независимости от всякой правительственной или помещичьей власти. Создается убеждение, что всякий казак по роду своих занятий свободен от всяких властей: от власти старосты, если он сидит на земле, входящей в непосредственное ведение правительственных чиновников, от власти городского магистрата — если он сидит на территории общины Магде-бургского права, от власти помещика — если сидит на земле помещичьей; он не подлежит их юрисдикции, свободен от всяких даней, оплат и работ на них вместе со своим хозяйством и семьею, потому что он несет службу королевскую: оберегает границы и воюет со врагами

* Отсюда термин «реестровых» казаков — состоящих на правительственном жалованье и легально пользующихся привилегиями казацкого звания.

ни ударства. Нужды нет, внесен ли он в реестр или нет: М1-д|> и в этом последнем случае он не перестает себя счи-14П. канаком, ничем не уступающим реестровому: все кашки считают себя привилегированным военным сосло-иисм, взамен своей пограничной службы освобожденным п| всяких иных обязанностей. Оправдание такому взгляду дает само правительство, так как в тех случаях, когда гму нужны были более значительные военные силы, оно (нм разбора привлекает к участию в походах и военных действиях реестровых и нереестровых. И если реестро-111>10 должны были, в принципе, по крайней мере, ПОДЧИНИТЬСЯ своим специальным властям, назначенным от правительства, то вся остальная масса казачества, оставшаяся вне реестра, не признает над собою иной власти и юрисдикции, кроме выборной казацкой старшины.

Можно себе представить, какой переворот производит в общественных отношениях юго-восточной Украины эта идея, когда она входит в сознание населения — что мы видим в конце XVI — начале XVII вв. В это время, мод сильнейшим воздействием указанных представлений о привилегиях, связанных с казацким званием, окончательно формируется понятие о казачьем сословии, и к нему начинают причислять себя в эти пограничных краях все общественные элементы, желавшие освободиться от стеснительных рамок польской общественной схемы: крестьяне помещичьих и государственных имений, мещане городов самоуправляющихся и подчиненных власти старост или помещиков, даже боярство и мелкая шляхта, привлекаемая старостами к тяжелой замковой службе, так как на это время падает, с одной стороны, небывалый до тех пор прилив крестьянского населения в юго-восточную Украину, а с другой — распространение в них

польских порядков, господство шляхты и крепостных отношений, от которых считали себя освобожденными все причислившиеся к казачеству, — то казачество необыкновенно быстро растет, увеличиваясь с сотен на тысячи и десятки тысяч. Ведь и колонизационные условия были того рода, что каждый поселенец все равно должен быль одновременно быть воином. Ввиду этого совершенно не составляло затруднения причислиться к военному сословию, если оно давало такие важные общественные и экономические привилегии.

Но, конечно, ни правительство, ни тем менее — местные помещики и державцы государственных земель не имели ни малейшего желания признавать этой узурпированной свободы и привилегий. В их глазах «показачив-шиеся» их «подданные» были только «непослушные крестьяне», «непослушные мещане», как они часто и обозначают их в тогдашних актах. Они старались принудить их к послушанию, к отбыванию повинностей, но это удавалось плохо, вследствие слабости исполнительной власти, и только увеличивало обоюдное раздражение.

Бестолковая же политика правительства, которое то старалось задавить строгими репрессиями все казачество, за исключением горсти реестровых, то, нуждаясь в войске, обращалось к помощи нереестровых даже, случалось, приглашало вступать в казаки всех желающих, — окончательно лишала местную администрацию и помещиков возможности положить предел «украинному своеволию». Давлением военной силы правительство иногда принуждало «непослушных» к повиновению помещикам и старостам, разгоняло «своевольных» казаков и заставляло их бежать в степи или притаиваться на время, но такой «порядок» держался очень недолго. Только в десятилетие перед восстанием Хмельницкого, после больших народных движений 1637—1638 гг., сделаны были серьезные усилия, чтобы задавить казатчину, и это удалось на довольно продолжительное время (почти целое десятилетие); но было слишком поздно: фермент был уже настолько силен, что этот правительственный гнет только увеличил силу народной реакции.

В своей политике по отношению к казачеству правительство имело вообще двоякие мотивы. Так как «набеги казаков на татарские и турецкие земли давали татарам повод оправдывать ими свои набеги, а Турция серьезно грозила за них войною, которая страшно пугала Польшу с ее вечным недостатком денег и войска и казалась неотразимым бедствием, — то временами, под впечатлением этих угроз, правительство хотело во что бы то ни стало задавить казачество и не жалело для этого суровых циркуляров и военных экспедиций. Но вполне задавить казачество было невозможно, потому что казаки уходили в степи, совершенно недоступные польским войскам. Там устроили они себе неприступные убежища на нижнем Днепре, ниже порогов, на островах, которые образует здесь Днепр; одинаково недоступные и для польских войск, и для турецких судов, старавшихся иногда проникнуть сюда с моря, эти острова давали казакам вполне безопасное убежище. Также неприступными были и «уходы» в глубине заднепровских пространств, откуда в особенно тяжелые времена украинские казаки уходили даже за границу, на Дон, в московские земли. Таким образом, в наилучшем случае польским войскам удавалось очистить от своевольного украинского казачества только заселенные пространства Поднепровья, так называемую тогда «волость», но не уничтожить казачество совершенно.

Однако, с другой стороны, польское правительство не могло серьезно полагаться на уверения татар, что их набеги прекратятся с прекращением казацких нападений, и так как казаки служили собственно главною, а иногда и единственной защитою Восточной Украины от татар, то правительство полного уничтожения казачества никогда не желало. По своей дешевизне и сноровке, отваге и выносливости это были незаменимые войска, и известную часть казачества, более дисциплинированную, правительство всегда желало оставить для государственной службы. Эта легальная часть казаков, по планам правительства, должна была служить также для обуздания остальной, своевольной массы казачества, удерживать ее в повиновении и не допускать ее походов на чужие земли.

Но тут вечное безденежье польской казны создавало новые трудности: правительство не имело средств взять на жалованье более значительное число казаков; оно брало их на службу одну-две тысячи, самое большее, да и тем платило так плохо и неисправно, что они должны были искать себе иных источников пропитания. По этой причине даже этих служилых, «реестровых» нельзя было содержать в послушании и дисциплине, а о том, чтобы сделать их действительными блюстителями порядка на Украине, нечего было и думать. С несколькими сотнями реестровых нельзя было ни организовать обороны Украины, ни удержать массы нереестрового казачества. В интересах обороны польские старосты и военачальники были вынуждены постоянно обращаться к помощи нереестровых; часто обращалось к ним, как было сказано, и само центральное правительство, и это все, конечно, превращало, в пустой звук проекты обуздания украинского своеволия. Вообще польские правящие сферы не были ни достаточно сильны, ни достаточно дальновидны, чтобы или уничтожить казачество, или дисциплинировать и организовать его (Восточной Украине они вообще очень мало уделяли внимания в своей внутренней политике). Репрессии и кровопролития не останавливали роста казачества и лишь раздражали его наиболее воинственную часть.

Если значительная часть казаков — эти показачив-шиеся мещане и крестьяне — ценили в казачестве его социальные и общественные привилегии и, состой под казацким «присудом», спокойно хозяйничали на своих землях, то для иной, значительной массы казачества война была его настоящей стихиею, главным источником пропитания, а походы на татарские и турецкие земли — таким же незаменимым ресурсом, как рыбные и звериные Промыслы. В интересах поддержания добрых отношений с Турцией и Крымом польское правительство хотело прекратить эти походы. Но в таком случае нужно было дать иной исход энергии этой воинственной части казачества и одновременно нужно было подыскать для нее иной источник пропитания. Без этого удержать казаков от походов не могли и наиболее влиятельные вожди казачества. Правительственные же запрещения, стеснения и преследования со стороны украинских старост и помещиков только возбуждали в нем раздражение и ненависть. Чувствуя невозможность при таких условиях установить прочные отношения к правительству и понимая, что только фактическая сила казачества не дает правительству и шляхте возможности его сломить, вожди казачества стремятся возможно увеличивать численную силу последнего, расширять его территорию все далее и далее в глубь оседлой колонизации, привлекая в его среду все новые и новые массы украинского крестьянства. С другой стороны, раздражения на стеснения и репрессии выливаются в борьбу с пограничными старостами и панами. Так начинаются первые казацкие войны.

(.Подробнее происхождение и дальнейшая история казачества изложены в VII томе Истории Украйны-Руси М.С. Грушевского, гл. 1—3 и 5).

Н.Д, Полонская-Василенко: «С XIV столетия в жизни Украины появились казаки, которые с каждым годом получали все боль^г? значение. Начало казачества, как отдельной группы населения, трудно установить. В те времена, когда Украина изнемогала от татарских нападений, энергичные, смелые люди уходили в степь, в «отход» — охотиться на диких зверей, заниматься рыболовством, сбором меда диких пчел. Жизнь в степи, небезопасная, манила их больше, чем жизнь в селах и городах. Эти люди постепенно объединялись в ватаги, группы, которые совместно охотились, а при необходимости нападали на татар, отбивая у них «ясырь» и награбленный скот. Хорошо зная степь с ее дорогами, тропами, колодцами, они возвращались в свои жилища — Канев, Киев, Черкассы, в села — и там рассредотачивались среди тех групп, из которых вышли. Происходили они из разных сословий: селян, дворян, мещан; были среди них даже князья-магнаты, которых привлекала стихия степи с ее приключениями. «Отходники» превратились в постоянных защитников Украины.

Со временем «отходники» перестают возвращаться в свои жиЛища, ограбленные, опустошенные татарами. В XIV веке впервые появляется название «казак». В словаре половецкого языка 1303 г. «казак» — это значит часовой> воин. В нескольких словарях' турецкого языка «казак» означает разбойника, независимого 70Л(>нека> бродягу. Так понимали казаков соседи-турки. ВозмоАТко»слово «казак» означало не только украинца.

В XV столетии термин «казак» используют уже относительно украинцев. В 1492 году татарский хан жаловался Великому князю Александру на киевлян и черкасов, что напали на татарский корабль под Тягиней. На :>то князь ответил, что он приказал «отругать» казаков. В 1499 году в грамоте городу Киеву упоминаются казаки с Днепра. В 1502 году киевские и черкасские казаки начали па татарского посла. В 1504 году Менгли-Гирей жаловался Великому князю Александру на казаков, которые ограбили татарских купцов и послов. В 1520 году Великий князь поручил С. Полозовичу, управляющему Черкасского ста-роства, навербовать казаков на государственную службу и направить против татар.

Таковы первые разрозненные сведения об украинских Казаках. В XVI веке начинается объединение их в воинскую организацию. Среди первых организаторов были Остап Дашкович, староста Черкасский, Предслав Ланцкорон-ский, староста Хмельницкий, Бернард Претвич, староста Барский, Семен Полозович, староста Черкасский, были сыновья магнатов — князья Заславские, Збражские, Корец-кие, Ружинские, Сангушко и другие. Участие этих фигур указывает, какую большую роль в обороне Украины против татар играли казаки и как высоко ценили их помощь высшие представители администрации земель, которых не способно было охранить правительство своими силами.

Выдающимся организатором казачества был князь Дмитрий Байда Вишневецкий, который в 1540-х годах объединил разрозненные группы казаков и начал стро-

ИТЬ ДЛЯ НИХ твердый,'<0 на днепровском острове Хортице, ниже порогов. ;'ак было положено начало Запорожью. Байда Вишневецкий остался в памяти украинского народа как герой-защитник Украины.

После гибели Вишневецкого в 1563 году казацкая организация не распалась, казаки основали на днепровских островах Кош — Сечь. В 1580-х годах уже используется термин «сечевые казаки». Казачество считало себя самостоятельной военно-политической силой и вело независимую от Польши политику, заключало договоры с Москвой, Крымом, Турцией, Молдавией.

Постоянные походы казаков в Крым вызывали жалобы и угрозы татар и турок, и в 1572 году Сигизмунд-Август поручил создать «реестр» из 300 казаков, которые должны были получать плату за охрану приграничных замков и подчинялись бы только коронному гетману. Естественно, это число было малым, и остальные казаки, которых называли «низовыми», продолжали жить на Запорожье. В 1582 году Стефан Баторий увеличил реестр казаков до 500, а позднее до 1000. Их центром-станицей был назначен город Терехтемиров, где устроили госпиталь для старых и больных казаков.

Низовые казаки создали в XVI веке на Запорожье военную организацию, которая с небольшими изменениями просуществовала до XVIII столетия. Тут были люди всех сословий, разных наций, но все были равными и участвовали в Раде, которая решала важнейшие вопросы, выбирала старшину — гетмана, есаулов, судей, обозного, писаря.

В XVI—XVII веках казацкая масса жила в военном лагере, имела 38 куреней, во главе которых стояли атаманы; хозяйство было общим, войско было обеспечено едой и оружием. Однако уже в XVI столетии началась дифференциация: появились богатые казаки, ко торые владели лодками, орудиями производства, а беднота не имела иногда и собственной сорочки. Главным доходом казаков, позволявшим им существовать, была военная добыча, взятая во время нападения на татар.

Запорожцы имели свой собственный флот, чайки, большие лодки на 50—70 человек, с пушками, на которых они уплывали в море. В XVI столетии запорожцы, переняв у татар их военную тактику, отправлялись в походы верхом, но бились в пешем строю и стали для них очень опасным врагом.

На Сечь не допускали женщин и детей. Семейные казаки звались «городовыми», они имели свои хозяйства и жили на Брацлавщине, Барщине, Киевщине.

В связи с успешными походами казаки стали серьезным участником восточно-европейской политики, особенно в борьбе против Турции.

Походы казаков приносили им славу в Европе.

После восстания Северина Наливайко ярость поляков не знала пределов. Варшавский сейм 1597 года провозгласил всех казаков «врагами государства» и призвал уничтожить их.

Казаки не складывали оружия.

Они были промежуточным слоем между шляхтой и крестьянами. Как шляхта, казаки были обязаны служить, были свободны от панщины. Казаков отделяла от селян свобода, а от шляхты то, что они не имели крепостных.

Казаки завоевали славу выдающихся воинов. Отряды казаков участвовали в Тридцатилетней войне. Когда в Московском царстве началось «Смутное время», украинские казаки принимали массовое участие в военных дей-

ствиях — в войске Лжедмитрия в 1604 году, в войске самого короля Сигизмунда. В 1618 году они спасли королевича Владислава от плена. Блестящие победы на Черном море казацкого флота — в 1606 году завоевание Варны, в 1614 году завоевание Синопа и Трапезунда, в 1615 году разрушение предместий Константинополя, в 1616 году взятие Кафы — обеспечили казакам военную славу.

С начала XVII века казаки живут под выборной старшиной, игнорируя польскую власть: «Ни магистратов в городах, ни старост, ни гетманов не слушают, сами себе права устанавливают, властей не признают, в государстве другое государство заводят», — писал в инструкции для сеймиков о положении на Украине король.

Казачество как авторитарная сила активно участвовало в истории Украины.

Большая история Украины (Львов, 1935 г.):

Казачество в XVI—XVII веках взяло на себя миссию борьбы за религиозные, национальные и государственные идеалы Украины.

«Казачество, это не только самое блестящее, самое эффективное явление украинской истории; оно составляет еще и эпоху наибольшего напряжения сил украинского народа и его государственного, социального и культурного творчества. В казачество украинский народ выделил из себя самый лучший, самый активный элемент, создал своеобразную аристократию, если принять, что греческое слово «аристос» значит — «наилучший»», — писал украинский историк Д. Дорошенко.

Воспевало казачество украинская народная песня, величала украинская романтическая поэзия, разъясняла его вес в истории украинская и зарубежная историография.

Зародилось и укрепило«, і. к.і і.і’кч гіш и оюОых уело виях нашего государственно-поли гичеч кию пихшктьн, на опустошенных татарами «диких нолях-, и панк роді і венном соседстве И В беспрерывной борьбе І Іч|Ч.ІМ( МІМИ налетами. Казачество встает как стихия, хаос, <нм боль

ШОЙ ЦЄЛИ И Глубокой ПОЛИТИЧеСКОЙ Программы І 1о о()Ь единившись обществом, призвав на помощь . иоеи поо руженной руке и отчаянному рыцарскому сердцу ра іум нации, казачество очень скоро изменило свою роль ох ранителя степных окраин на роль строителя творца во і рожденной украинской государственности.

О. Субтельный: «Наибольшего размаха казацкие но ходы против турок и татар прошли между 1600 и 1620 годами. В 1606 году казаки опустошили Варну— самую сильную турецкую твердыню на Черном море, в 1608 году под их ударами пал Перекоп, в 1609 году были разграблены Килия, Измаил и Аккерман, в 1614 году впервые штурмом взят Трапезунд. В 1615 году казаки свершили особенно отчаянное нападение, когда 80 казацких чаек на глазах у султана и тридцатитысячного гарнизона проникли в константинопольскую гавань, сожгли ее, а потом ушли. В 1620 году казаки повторили эту акцию. Ранее, в 1616 году, они взяли Кафу — рынок рабов в Крыму — и освободили тысячи невольников. Описывая эти казацкие деяния, турецкий историк XVII века замечает: «Можно уверенно утверждать, что нет на свете людей, которые бы менее беспокоились за свою жизнь и менее боялись смерти, чем эти знатоки военного дела. Говорят, ч то э ти сиромахи благодаря своей храбрости и умелос ти в мор ских боях не знают себе равных в целом свете».

Березин И. Украина. Страна, быт и прошлое. Л., 1967.

Каманин И. Богдан Хмельницкий, гетман. Киев, 1888.

Каманин И. Документы эпохи Богдана Хмельницкого 1653—1657 годов. Киев,1911.

Караулов МЛ. Очерки казацкой старины. Владимир, 1910.

Квитка И. Краткое историческое описание о Малой России до 1765 года. М., 1848.

Сементовский Н. Старина малороссийская, запорожская. СПб., 1846.

Симоновский П. Краткое описание о казацком малороссийском народе и о военных его делах. М., 1847.

Рубинштейн С.Ф. Хронологический указатель указов и правительственных распоряжений по Малороссии за 240 лет, с 1652 по 1892 год. Вильна,1894.

Перевод украинских исторических источников на русский язык А. Андреева.

СОДЕРЖАНИЕ

1

Грушевский М.С. Иллюстрированная история украинского народа. СПб., 1913 г.

2

Довольно распространенное до сих пор воззрение, что ядро казачества составилось из тюркского населения степей, основано на ошибочных известиях и недоразумениях.

3

Этот Дашкович и другой пограничный староста Предслав Лянцко-ронский (староста хмельцицкий) попали в позднейшие реестры казацких гетманов благодаря тому обстоятельству, что они организовали из казаков экспедиции на татар.

4

Гетманом (от немецкого Hauptmann) назывался главнокомандующий и военный министр; эта должность почти одновременно появляется в Польше и Великом княжестве Литовском в начале XVI в. Польский гетман называется великим коронным гетманом или просто коронным («корона» «коронный» вообще значит «польский»), его помощник - гетманом польным; гетман литовский - наивысшим (позже великим) литовским, его помощник - дверным (позже польным) литовским. По примеру их и предводители казаков, с формированием казацкого войска, уже с 1570-х гг., также называются гетманами, не только в частном обиходе, но и в правительственных актах; если было одновременно несколько казацких предводителей, их также сплошь да рядом называли гетманами всех. Но официальным титулом казацких предводителей, до самого Хмельницкого, было наименование «старший» - «старший войска его королевской милости низового Запорожского». Хмельницкому первому польское правительство дало официально титул гетмана при первом перемирии (в 1648 г.).


home | my bookshelf | | Запорожская Сечь. Тайный орден Днепра |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 10
Средний рейтинг 4.5 из 5



Оцените эту книгу